Текст книги "Киллер. Никому не отдам (СИ)"
Автор книги: Калерия Гумерова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
Глава 5
Рагнар
– Твою ж мать, во что я ввязался?
«Беги за ней!» – довольный демон наблюдает за розовой улыбающейся зефиркой.
Никто с таким восхищением не трогал моё изуродованное шрамами лицо, не смотрел в мои бешеные глаза! Эсфирь будто видела меня совсем иным, другим, тем, кем мне никогда не стать!
Несмотря на запрет, я поддался искушению и поцеловал её, ощутив, какая она до невозможности сладкая на вкус. Настолько приторная, что я готов стать сладкоежкой! И пусть мои зубы сожрёт кариес из-за моей зависимости!
Стояк мешает здраво думать! Она – моё задание, я должен её отдать будущему мужу!
«Ты позволишь трахнуть её какому-то толстому уёб…?»
Эсфирь – девственница, целоваться даже не умеет! Но её пылкость и отзывчивость завели меня до такого состояния, что я готов был лишить её невинности прямо в машине!
Придурок! Совсем рехнулся!
Олененок бежит вперёд по дороге к набережной, не останавливаясь.
– Она бежит к реке? – не сразу понимаю я и испуганно срываюсь с места.
Там сильное течение, если она упадёт…
– Эсфирь! – зову ее я, видя, как девушка сама перелазит за ограду и прыгает вниз.
Сердце оборвалось и рухнуло в пятки.
Не знаю, чему я удивился сильнее: тому, что оно у меня ещё есть и может чувствовать, или тому, что я так за неё беспокоюсь.
Инстинктивно бросаюсь к краю, где Эсфирь только что исчезла в тёмной воде. Её тело уже скрыто под водой, когда я достигаю этого места.
«Только попробуй её потерять, я тебя сживу со свету!» – угрожает мне демон.
Без раздумий и мешканий прыгаю за ней в ледяную воду. Холод моментально обжигает кожу, сковывает мышцы, но я гребу несмотря на боль.
Наконец доплываю до неё и тащу за собой на поверхность. Делаю глоток воздуха, подхватываю её на руки, сжимаю крепче и плыву к берегу.
Выбравшись, я падаю на землю, обессиленный. Эсфирь была в полусознательном состоянии, дрожала от холода и страха и вряд ли понимала, что только что сейчас произошло.
– Зачем ты это сделала?
– Во сне не было так холодно, Рари.
Я держал ее в объятиях, пытаясь согреть своим телом, растирал ее озябшие руки, пытаясь вернуть к жизни. Её кожа была ледяной, губы посинели. Мои собственные зубы стучали от холода и нервного напряжения. Я испытал самый настоящий ужас, который ощущался хуже любых пыток и ранений! И я больше никогда, НИКОГДА, б…ь, не хочу этого испытывать вновь!
– Это не сон, Эсфирь! Слышишь⁈ И я не принц из твоих снов! Это реальность, девочка!
Из уголка её глаза стекает слеза.
«Ты её обидел, ушлёпок!»
Я невольно вздрагиваю от голоса демона в голове. Он звучит яростнее, чем когда-либо, и его слова обжигают хуже ледяной воды.
– Мне очень холодно, Рари! – трясущимися губами еле шепчет она.
Я беру её на руки и почти бегом несу в машину, укладываю на переднее сидение и сажусь сам за руль. Внутри тепло, но я ставлю печку на максимальный режим. Укрываю Эсфирь покрывалом, что не сильно помогает!
– Черт! Надо тебя срочно переодеть, олененок!
Опускаю ручник и давлю на педаль.
«Ты забыл её друга!»
Я рычу раздраженно от злости.
– Заткнись уже, помощник! Это из-за тебя я вляпался по полной п…де! – срываюсь я на него вслух, но все же выхожу из машины и забираю игрушку.
Швыряю ее на заднее сидение и гоню прямо в клуб. Там отогреется, переоденется, придёт в себя. Мне тоже надо привести себя в порядок. Хоть и побывал в воде, но кровь до конца не смылась. Раны на руке до сих пор кровоточат, надо вытащить пули и зашить!
«Ты нашёл столько причин, чтобы оставить ее хотя бы на ночь!»
Эсфирь сжалась в комочек и уснула, прижавшись к двери. Как только мы подъехали, я припарковался в гараже и оттуда, чтобы не привлекать много внимания, зашёл вместе с ней на руках.
– Рагнар? – зовёт меня Арсений.
– Тише, разбудишь её! – цежу я сквозь зубы.
Эсфирь всё-таки открывает глаза и оглядывается по сторонам.
– Рари?
– Мы в безопасности, спи! – ее тело слушается моего приказа, и она, обняв меня за шею, снова засыпает.
Арс молчит буквально несколько секунд, но потом его прорывает.
– Ты какого х… привез ее сюда? – он слишком пристально осматривает её, что мне чересчур не нравится. – Почему вы мокрые? С вас кровь течёт, ты ранен?
Игнорирую его вопросы и иду к лестнице в комнату, где я иногда ночевал, если лень было добираться до квартиры после тренировок или заданий.
– Ты оглох?
Я подхожу к двери, Арс плетется за мной следом. Еще не хватало, чтобы он зашел вместе со мной! Этот плющ не успокоится, пока я не отвечу на все его вопросы. Останавливаюсь и поворачиваюсь к нему.
– Выйду через пять минут. Стой здесь!
Я прохожу к кровати, кладу её и укутываю в тёплое одеяло.
– Спи, я найду тебе сухую одежду и вернусь, – глажу её по щеке и наклоняюсь, словно по привычке хочу поцеловать, но вовремя останавливаюсь.
«Целуй!» – требует демон.
Отшатываюсь и ухожу, пока не поздно!
Надо кончать с этим дерьмом! Её влияние на меня, и тем более на моего демона, мне совсем не нравится!
Арсений, привалившись к стене, ждал в коридоре. Как только я вышел, поплёлся за мной молча обратно до машины. Я вытащил оленёнка с заднего сиденья и пошёл обратно в клуб.
– Вы оба припёрлись в крови и какой-то белой х… на лицах, мокрые и… что это, б…ь⁈ – он кивает на плюшевого.
– Причина всего перечисленного тобой!
– Ты убил там всех, да? Снова сорвался?
Иду в комнату Тайрона, зная, что там есть вещи его женщины, может, что-то подойдёт и для Эсфирь. Она может заболеть, если не снять мокрую одежду.
– Ты можешь сказать, что произошло⁈
– Я убил всю охрану, забрал девушку и спас грёбаного оленя, что тебе не ясно⁈ – срываюсь я на него.
Арсений в ах… отшатывается.
– Чего? Ты давно ходил к Эстер?
Только её сейчас мне не хватало. После того, как хозяин связался со своей психиатршей, он нанял для своих бойцов психолога и обязал всех ходить к ней раз в неделю!
– Давно! Она мне не нужна! Я в порядке! – отвечаю ему я, рыская по полкам в шкафу у хозяина.
Здесь столько одежды, но все не то! Слишком открытая, откровенная и прозрачная!
– Погоди! Ты сорвался и убил 23 человека в её доме только потому, что они пытались забрать у неё оленёнка?
Вижу кто-то был осведомлен о людях внутри лучше, чем я. Арсений как мать-наседка следит за всеми и за всех переживает!
– Это её самый близкий друг! – выпаливаю я, словно это логичное объяснение.
– Это игрушка, б…ь, Рагнар! Вы оба еб…! Просто идеальная пара!
После этих слов я оставляю затею найти ей что-то из одежды Фрейи Асмановой, разворачиваюсь к Арсу и бью его по лицу. Рана на руке до сих пор кровоточит, поэтому удар получается не таким сильным.
– Какого ху…?
– В следующий раз, если услышу подобное в её сторону, это будет пуля!
– Ты совсем рехнулся, Рагнар⁈ Я же пошутил! Она – твоё задание! Мало того, что ты притащил её в клуб, что против правил, так ты ещё и всех там перебил. Из-за тебя теперь будет война! Хозяин узнаёт…
– Не узнаёт, если не будешь трепаться!
– А когда люди её отца станут нам мстить? Ты её вообще собираешься Карамзанову отдавать?
– Отдам.
– Сделай это сейчас же, пока все не вышло из-под контроля, Рагнар! Хочешь, я сам её отвезу?
Кажется, у меня скоро пойдёт из ушей дым.
– Понял! Плохая идея! Не кипятись! Тебе девочка так чердак сорвала?
Я не отвечаю. Сам не понимаю, что она со мной делает. Мне это нравится и не нравится одновременно, но Арс прав, надо поскорее избавиться от неё, поэтому я игнорирую его вопрос, беру в руки телефон и набираю людям Карамзанова.
Глава 6
Эсфирь
Укутавшись с головой в теплое одеяло, я пытаюсь согреться, но тело все трясет и трясет.
Рари пошел за сухой одеждой, но его еще до сих пор нет!
Он сказал, что не принц из моих снов, но тогда кто же?
Рагнар меня не узнает, хоть и продолжает спасать. Уже во второй раз…
Я сразу поняла, что все происходит на самом деле, когда тело сковало в ледяной воде, мышцы не слушались, и если бы не Рари, то я бы просто утонула по своей глупости!
Мы всегда с ним играли во сне: я убегала – он меня догонял! Так было всегда!
Но в мечтах мне никогда не было так больно и страшно!
В какой-то момент мне надоело лежать, и я решила сама найти себе сухую одежду.
Может, он обиделся и теперь не хочет видеть? Рари справедливо накричал на меня. Надо извиниться!
Я встаю с кровати, но почему-то ноги ведут не к шкафу, что было бы логично, а ко второй двери, которая так и манит к себе.
Ванная!
Боже, как хочется окунуть свое тело в горячую воду!
Я включаю два крана на полную мощность, снимаю мокрую одежду, выливаю жидкость из баночек, что стоят на полке, чтобы сделать пенку, и плюхаюсь в нее, когда поднимается целая башня из пузырей.
– Ммм… как хорошо! – я прикрываю глаза и облокачиваюсь спиной на бортик.
Кожу покалывает от резкого контраста. Сейчас я точно согреюсь!
В блаженной неге я прикрываю веки. Теплая вода расслабляет, вытесняя сковывающий холод. В голове медленно прокручиваются события последних часов, будто крутятся кадры чужой жизни, отрывки воспоминаний, в которых мы вместе: смеемся, сражаемся, любим…
Вдруг хлопок двери вырывает меня из грёз.
– Что здесь творится? Рагнар, ты тут? – слышу я грубый мужской голос.
В дверь ванной комнаты долбят с другой стороны.
– Ты там сдох что ли? Вода льётся уже в коридор!
В панике смотрю вниз – кругом плещется вода. Лихорадочно перекрываю кран и вздрагиваю от оглушительного удара – дверь с треском вылетает внутрь комнаты.
Прикрываю обнажённую грудь руками и взвизгиваю, светловолосый незнакомец в бойцовской форме застывает в дверях, его взгляд полон потрясённого изумления – явно не ожидал увидеть тут голую женщину.
– Прошу прощения… – он краснеет и тут же отворачивается. – Вот, возьмите!
Он проходит спиной ко мне поближе и даёт в руки большое банное полотенце. Я беру его, встаю и заворачиваюсь.
– Я уснула, не заметила, как ванная наполнилась, – слёзы сами просятся, я начинаю плакать.
В коридоре слышно, как кто-то ругается, кажется, на воду. И этот кто-то – Рагнар.
Он врывается в ванную и мрачно смотрит на меня, закутанную в одно полотенце, а затем переводит взгляд на мужчину.
– Что случилось? – поджимая губы, спрашивает он.
Глаза мрачнее тучи. Вены на шее надулись. Брови сошлись в единую полосу.
– Ваша гостья устроила потоп, и…
– Ты видел её голой? – заревел на него Рагнар так, что я вздрогнула всем телом.
Кажется, он выходит из себя! Но почему он злится на этого мужчину? Это ведь я…
– Да, – смотря прямо ему в глаза, отвечает тот.
– Эсфирь, оставайся тут, я сейчас подойду, – обращается ко мне грубо Рагнар, хватая мужчину за предплечье.
Чувствую, что сейчас он будет его ругать! Но ведь это я виновата!
– Рагнар, я не хотела… я не заметила, как вода…
– Возьми это, – он кладет что-то черное на столик, – оденься, я сейчас приду.
Я безмолвно киваю. Рагнар вытаскивает мужчину в коридор. И тут же раздается приглушенный, полный боли стон!
– В следующий раз позовете меня вместо того, чтобы вламываться в мою комнату! – слышу я его разгневанный рев. – Эта женщина неприкосновенна!
– Я её не трогал! – оправдывается мужчина.
– Ты её трогал глазами! Даже смотреть тебе, бл…ь, на нее нельзя! Пошел вон!
Я ступаю босыми ногами на мокрую плитку и пытаюсь не упасть. Беру черную вещь, которая оказывается просто огромного размера футболкой, надеваю на мокрое тело и выглядываю из проема в комнату.
Рагнар в этот момент открывает дверь, я вздрагиваю от его яростного взгляда на меня.
С черных перчаток капает кровь. Он раздражительно снимает их и отбрасывает в угол, поворачивается ко мне и просто смотрит.
В глазах – бушующий огонь, но в них проскальзывает что-то еще: тревога? Беспокойство? Мне кажется, он переживает за меня.
– Ты в порядке? – спрашивает он тихо, его голос совсем не похож на тот рык, что я слышала минуту назад.
Киваю, не в силах произнести ни слова. Внутри все сжалось в тугой комок боли, страха и противоречивых чувств.
Рагнар проходит к окну и смотрит вдаль, сжимая кулаки. Его плечи напряжены, и я вижу, как дергается желвак на его скуле.
Подхожу к нему, осторожно касаюсь его руки. Он вздрагивает, я отдергиваю руку и отступаю на шаг.
Рари поворачивается ко мне, делает шаг и протягивает руку, словно боясь спугнуть.
– Эсфирь, ты точно в порядке? – его голос звучит непривычно мягко. – Он тебя не обидел?
Я качаю головой, не в силах вымолвить ни слова.
Он меня жутко напугал! Но это же мой Рари…
Слёзы снова катятся по щекам, смешиваясь с остатками воды на лице. Я принимаю его ладонь, и Рагнар притягивает меня к себе, крепко обнимая.
Я тону в нем, чувствуя себя маленькой и беззащитной. Его тепло успокаивает.
– Рари, я… мне так жаль, – шепчу я, уткнувшись в его плечо. – Я не хотела…
– Не плачь, олененок, ты не виновата, – он гладит меня по волосам очень скованно. – Я сорвался и тебя напугал, прости!
– Ты накричал на меня.
– Прости! – мужские руки сжимают крепче.
В его теле чувствуется такая мощь, что, если бы он захотел, легко сломал бы меня.
Его дыхание коснулось моей макушки, и на мгновение я подумала, что он поцелует меня, но Рари отстранился и направился к кровати.
– Ложись спать, олененок, завтра нас ожидает долгий путь.
– Куда? – удивляюсь я. – Хотя нет, не говори, пусть будет сюрпризом.
Он хмуро смотрит на меня. И вот опять этот взгляд. Глаза опускаются ниже, к моим бедрам. Я проследила за ним. Футболка предательски задралась.
Я неловко опустила ее, но осталась стоять на месте, словно заколдованная его молчаливым вниманием.
– Ты – блондинка, – сглотнув, тихо сказал он.
– Как ты понял?
– По волосам там… внизу.
– Хочешь увидеть меня голой?
– Это плохая идея, я говорил, что не тот, кем ты меня считаешь. Я не твой принц.
– Но ты – мой, Рари.
– Олененок, я – убийца. Я убил всех в твоем доме. Не оставил никого в живых, на моих руках столько крови, что ее хватит, чтобы залить целый океан. Тебе не стоит мне доверять.
Он – воин, а воины проливают кровь!
Я сминаю пальцами ткань внизу футболки, тяну ее вверх и снимаю через голову.
Дыхание Рагнара становится прерывистым, а вид слишком угрожающим.
– Зря ты это сделала… очень зря.
Глава 7
Я даже не успела моргнуть, как Рагнар уже швырнул меня на кровать. Пружины жалобно скрипнули под моим телом. Я хотела привстать, но он тут же придавил меня своим весом. Воздух выбило из лёгких.
– Неужели ты не понимаешь, кому вверяешься, во что ввязываешься и кому открываешь свою душу? – Рагнар вжал меня за горло в матрас, не позволяя отвести взгляд от его тёмных глаз, в которых плескалась буря. В них горели ненависть, отчаяние и… что-то ещё, что было трудно разобрать. – Я сломаю тебя, оленёнок, я причиню тебе боль, ты будешь проклинать тот день, когда встретила меня!
Зачем он так говорит? Его действия заставили дыхание оборваться. Чёрные зрачки слились с радужкой, наливаясь злостью и болью. Два омута пугали меня, но в то же время притягивали, как мотылька к пламени. Я не понимала, что происходит, но чувствовала, что нахожусь на грани чего-то ужасного и одновременно невероятного.
– Рари… – прошептала я.
Мне было трудно дышать. Его хватка на моей шее становилась всё сильнее. Я хотела сказать ему так много, признаться в своих чувствах, попытаться объяснить, что он – не чудовище, каким себя считает, но не могла…
– Я. Не. Он. – проорал мужчина.
Его лицо покраснело от гнева, взор кипел от ярости. Каждое слово резало, как осколок стекла.
Я съёжилась под его напором, боясь пошевелиться, и закрыла глаза. А затем… я почувствовала его губы на своих.
Поцелуй был грубым, требовательным, почти жестоким. Он не просил, он брал, словно пытался выбить из меня остатки кислорода. Я не сопротивлялась. Я просто отдалась этому поцелую, надеясь, что он утолит свою боль, заглушит гнев, покажет, что я его не боюсь и ему не стоит бояться.
Каждой клеточкой тела я чувствовала его. Рари обжигал кожу через свою одежду. Мне казалось, я сгорю в этом пламени, которое с каждой секундой разгоралось всё больше во мне и сосредотачивалось внизу живота.
Поцелуй углубился. Его губы, бывшие до этого жёсткими и неистовыми, стали более мягкими, более чувственными. В них промелькнуло что-то, похожее на нежность.
Его руки ослабили хватку на моей шее, переместившись к лицу. Он не прекращал целовать меня, но теперь это был скорее отчаянный поиск, чем акт агрессии. Его губы дрожали, касаясь моих, словно он боялся спугнуть это мгновение.
Вот бы остаться в этом состоянии навсегда! Вот бы не просыпаться! Если это сон, пусть я не проснусь, а если это реальность, я не хочу останавливаться.
Наш поцелуй был солёным от моих слёз, больным, но невероятным, наполненным тоской и смутным обещанием.
Я обвила руками его шею, прижимаясь ближе, пытаясь передать всё тепло, таившееся в моей душе. Хотела, чтобы он почувствовал: я не боюсь, я верю в него, несмотря ни на что. В этот момент была готова отдать ему всё без остатка.
Рагнар закинул мои ноги себе на спину и вжался пахом в то место, которое горело сильнее всего. Из горла вырвался протяжный стон, который его остановил.
Вдруг он отстранился, тяжело дыша. Его глаза, ещё недавно полные ярости, теперь были полны невыразимой муки. Он смотрел на меня так, словно видел впервые, словно пытался понять, кто я и что делаю рядом с ним.
– Зачем? – прошептал он, голос дрожал от напряжения. – Зачем ты это делаешь со мной, оленёнок? Как ты это делаешь?
– Что делаю?
– Приручаешь моих демонов… и меня.
Я не знала, что ответить. Как объяснить то, что не могла объяснить даже себе? Как рассказать о странной силе, тянувшей меня к нему, несмотря на всю его тьму? Я просто смотрела на него, надеясь, что в моих глазах он найдёт ответ.
Молчание повисло между нами, густое и давящее. Любые слова казались лишними, бесполезными, пустыми.
Разве можно объяснить чувства словами? Разве можно рассказать о безумной, необъяснимой тяге, толкавшей меня в его объятия, несмотря на здравый смысл? Был ли он у меня?
Рагнар встал с меня и сел на край кровати, провёл рукой по волосам, словно пытаясь собраться с мыслями. Я видела, как напряжены его плечи, как вздымается грудь. Он боролся с чем-то внутри, и эта борьба терзала его не меньше, чем мою душу терзала его противоречивость.
– Ты не понимаешь, – проговорил он наконец, голос был приглушённым, словно он обращался не ко мне, а к самому себе. – Ты не понимаешь, что я могу сделать с тобой. Я сломаю тебя, оленёнок. Я сломаю тебя на части.
Он снова посмотрел на меня, и в его глазах я увидела не угрозу, а мольбу – мольбу о том, чтобы я ушла, чтобы спаслась от него самого.
Но я не могла. Просто не могла…
Вопреки его словам страх не сковал меня. Напротив, в душе вспыхнул странный, противоречивый огонь. Я чувствовала, что меня не сломают, а выкуют, что из моей хрупкости родится что-то новое, сильное и настоящее. Глупо, наверное, но в тот момент я верила именно в это.
Я села и потянулась к его лицу, сокращая расстояние между нами. Его глаза расширились от удивления, кажется, он не ожидал такой реакции. Я коснулась его щеки. Кожа под пальцами была горячей, напряжённой. Я чувствовала, как дрожит каждая клеточка его тела.
– Тогда сломай, – прошептала я, глядя ему прямо в глаза. – Но не отворачивайся от меня.
В его глазах бушевало что-то тёмное, запретное и злое. Я гладила Рари по лицу и ждала. Сомнение, страх и желание смешались в один безумный водоворот, который утягивал меня внутрь этого мужчины. Мне хотелось спрятаться в нём, найти убежище, будто нужна была защита.
Он поймал мою руку в свою, сжал так сильно, что казалось, кости вот-вот сломаются.
Рари притянул меня к себе, посадил на колени и заключил в крепкие и отчаянные объятия. Я уткнулась лицом в его грудь, чувствуя, как бешено колотятся наши сердца.
Он медленно провёл рукой по моей шее, спускаясь ниже, к ключицам. Моё дыхание сбилось.
Рагнар опустил голову и нежно укусил за мочку уха. От пальцев на ногах до макушки меня пробрал высоковольтный импульс. Хотелось снова застонать, но я, прикусив губу, сдержалась, чтобы не остановить его во второй раз.
Наклонив меня вперёд, он начал покрывать мою шею поцелуями. От нежных прикосновений пробежали мурашки. Он целовал каждый сантиметр кожи, словно вымаливая прощение за свою грубость. Я запрокинула голову назад, открываясь и позволяя ему делать всё, что угодно. Мне хотелось быть ближе к нему, ощущать его тепло.
Его губы переместились к моим плечам, спускаясь всё ниже к груди. Рагнар оторвался от меня, в его взгляде пылал первобытный голод.
– Ты сводишь меня с ума, – прошептал он хриплым голосом. – Я не должен этого делать.
– Я знаю, – ответила я, не отводя взгляда. – Но я хочу этого. Я хочу быть с тобой.
Рагнар издал глухой стон и набросился на меня с новой силой, будто именно этого ответа он и хотел услышать. Он уложил меня обратно на кровать и жадно смотрел.
– Совершенная… – шершавой ладонью он очертил мою грудь. Склонился и поцеловал ложбинку. – Ты очень красива, олененок! Я могу не сдержаться и сделать тебе больно! Не терпи, просто скажи, хорошо?
Как только он дождался моего кивка, сразу всосал в свой рот один сосок и начал его терзать зубами, пока рука сжимала второй холмик. Эти покусывания сняли всё моё самообладание, и я в голос застонала от удовольствия, зарываясь пальцами в его волосы.
Его вторая рука сжимала моё бёдро, прижимая к себе всё ближе и ближе. Я чувствовала его возбуждение, жгучее и нетерпеливое, прожигающее меня насквозь.
– Покажешь мне себя, олененок? – спросил он, расположившись между моих ног.
Я развела ноги в стороны вместо ответа.
– Б…ь, Эсфи, ты убьешь меня!
Что он имеет в виду?
Я не успела спросить вслух, когда его пальцы коснулись меня прямо там, в самом сокровенном месте.
Все слова вылетели из мыслей. Белые точки забегали перед глазами, водя хороводы, пока мой голос срывался, из последних сил выталкивая судорожные стоны.
Его пальцы скользили вдоль складочек, которые намокали все больше и больше от моих соков. Движения сначала были осторожными и медленными, но потом нарастали и становились все резче, что возвышало меня на запредельные ощущения. Я такого никогда не испытывала раньше! Мне казалось, лучше уже некуда, пока Рари не проник внутрь.
– Нетронутая… никем, я чертов мудак! Мне продолжить? – он остановился.
Я согласно кивнула, волосы разметались по подушке, по лбу стекал пот, горло пересохло, ужасно хотелось пить.
– Скажи мне когда-нибудь «нет», олененок! – почти срываясь на рычание, потребовал он, сгибая пальцы внутри.
Подушечки задевали волшебную точку, соприкосновение с которой все мое тело испытывало невероятные импульсы. Меня словно пропустили через электрический разряд.
Перед глазами всё поплыло. Я задыхалась от возбуждения, не в силах сдержать крик. Моё тело пульсировало и сотрясалось в конвульсиях удовольствия. Я достигла пика… Моего первого, неистового, умопомрачительного оргазма. Я извивалась под мужчиной, чувствуя, как волны наслаждения накатывают одна за другой. Я будто теряла себя в этом потоке страсти, и это было невероятно… Невероятно хорошо.
Я не знала, сколько прошло времени, пока шторм внутри меня не начал стихать.
Рагнар уткнулся мне лбом в плечо. Мы лежали так несколько минут, и я чувствовала, как постепенно возвращаюсь в реальность.
И когда я, наконец, захотела притянуть его лицо к своему, чтобы поцеловать, ощутить его губы на своих, он вдруг напрягся, словно от ожога, неожиданно вывернулся и встал с постели. Стало сразу холодно и как-то пусто.
В его движениях появилась резкость, чуждость. Он не смотрел на меня, избегал зрительного контакта. А затем… он просто ушёл.
