![](/files/books/160/oblozhka-knigi-koyn-lp-376624.jpg)
Текст книги "Койн (ЛП)"
Автор книги: К. Уэбстер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
Секунды тянулись подобно часам.
Минуты занимали вечность.
Когда я едва не умерла изнутри, наконец, ощутила поток тепла. Я ждала, что Магна продолжит. Использует нож. Будет насмехаться. Однако была вознаграждена его бездействием.
Раздалось какое-то шарканье. Шаги.
Щелчок.
Глава 19
Койн
– Хочешь, составлю компанию, президент?
Я оторвал взгляд от экрана компьютера и несколько раз моргнул, чтобы смочить сухие радужки, а потом уставился на Сторми.
– Я работаю.
– И так каждый день последние два месяца, – протянула она, прищурившись, и подошла ближе. – Ты все сделал правильно. Отпустил ее.
Я покрутил шеей, стараясь ослабить напряжение.
– Что тебе нужно?
– Разве не могу я просто хотеть с тобой потусоваться? – спросила Сторми, включая свое южное очарование и садясь на край моего стола.
Она глянула на экран моего компьютера, но ничего там не нашла. Поскольку я свернул вкладку, с которой разбирался, как только услышал женский голос. Волоски на руках встали дыбом от мысли, что она все время норовила заглянуть ко мне в компьютер. Сторми – любопытная стерва, но иногда это выходило за рамки. Будь у меня больше доказательств, я бы сказал, что она – крыса.
От одной мысли, что в моем клубе орудовала крыса, мне захотелось свернуть головы всем придуркам, даже допустившим мысль, что они смогут перейти мне дорогу.
– Снег идет, – произнесла Сторми недовольным голосом. – Так скучно.
– Где Фильтр? – спросил я, бросив взгляд в коридор. – Или тебе уже плевать?
После этих слов я полностью завладел ее вниманием. Сторми выпрямилась.
– Нет, конечно.
– В последнее время ты неплохо ладишь с моим братом. А как ты его называешь? – я коварно улыбнулся. – О, верно, тебе нравится звать его Джереми.
Я выгнул бровь, ожидая, что она соврет мне и скажет, будто это Страж ей проговорился.
Лицо Сторми стало каким-то отстраненным.
– Криста назвала его так некоторое время назад. Почему-то вырвалось в порыве злости.
Скрестив руки на груди, я принялся изучать Сторми. Она была красивой байкерской сучкой, но отнюдь не глупой. На самом деле, в ее глазах всегда светился ум. Потому они с Фильтром отлично подходили друг другу. Он тоже был чертовски умен. Мне оставалось лишь надеяться, что Сторми не окажется сообразительнее него. Иначе это могло стать проблемой.
– Откуда, говоришь, ты родом? – спросил я, склонив голову набок. – Афтон?
Она прикусила нижнюю губу.
– Я говорила, что родилась в небольшом городке неподалеку от Афтона.
Умная девочка.
Умела заметать следы.
– Хмммм, – хмыкнул я, став пристально изучать Сторми. Мне хотелось донести до нее, что я видел ее насквозь. Она слишком часто пыталась сунуть нос в мои дела, а я теперь был чертовски подозрительным. – Пришли ко мне Святошу и найди кого-нибудь другого для компании.
Сторми одарила меня самой фальшивой улыбкой.
– Уже бегу, Койн.
Как только она ушла, я вернулся к тому, над чем работал. Своей одержимости Дженвортом. Мне следовало сосредоточиться на Патнэме, ведь он снова превратился в призрак, но я никак не мог избавиться от неприятно чувства. Страж утверждал, что я просто хотел вернуть девчонку. Возможно. Но меня не покидало какое-то предчувствие. Нечто такое, что я никак не мог понять.
Открыв сеть Дженворта, я продолжил ее прочесывать. Его файлы были герметично закрыты, но я все же проник внутрь, поскольку это было моей второй натурой. Я всегда находил лазейки. Был чертовски хорош в этом. Проанализировав систему, я сразу нашел менее защищенные участки. И как только узнал о них, тут же вскрыл коды. Сеть Дженворта была прекрасна. Я восхитился творением похожего на себя человека, одержимого совершенством и порядком. Все было совершенно герметично. Для всех остальных. Превосходно. Я сразу обнаружил его контракты с АНБ. Он залез почти во все доступные горшки. Неудивительно, что Дженворт миллиардер. Пропустив все очевидное, я стал искать скрытое. Такие люди, как я и Дженворт, прятали все на виду. Самое темное и порочащее его дерьмо не будет находиться в папке «Не трогай». Нет, это нечто обыденное и не привлекающее интереса.
Я увидел папку, которая, казалось, мне подмигнула.
«Ноябрь 2009».
Я потер грудь поверх рубашки, где пряталась татуировка. Я отчаянно старался не думать ни о том месяце, ни о том годе. Но при одном взгляде на эти цифры сердце болезненно сжималось.
Файл в папке оказался поврежден.
Или так казалось.
Он скрывался под именем Ноябрь_2009.error и на взгляд любого нормального человека этот файл казался сломанным и никому не нужным.
Только я любым не был.
Я мог бы написать книгу о подобном дерьме.
Я быстро переименовал файл, изменив ему расширение. И как только открыл его, он расцвел подобно розе, предоставив мне доступ к сотне видеороликов, записей, документов, скриншотов, фотографий и прочего. Кровь застыла в жилах от подписи первой же увиденной мной фотографии.
«Койнаков».
Кликнув на изображение, я обнаружил фото своего старого дома на окраине Хьюстона. Следующая фотография – мой «эскалейт». Третья – портретный снимок, который я делал для своего сайта. Тут вообще оказалось много фотографий, относившихся ко мне и тому времени, когда я был владельцем бизнеса. Мне стало не по себе, когда я увидел фотографию Элли в спортзале. Потом в магазине. На крыльце.
«Что. За. Черт?»
Все становилось только хуже… я нашел несколько фотографий Блэр.
В салоне. В школе. В кино.
«Какого хрена у Дженворта делает досье на мою семью?»
Глаза защипало от слез, когда я стал рассматривать дочь. Такая невинная и юная. Она не заслуживала смерти. Горло сдавило, накрывшее меня горе едва не задушило меня, но я взял себя в руки и стал вытаскивать каждый чертов файл из этой папки в его сети. И я не просто копировал. Забирал. Поскольку все это принадлежало мне. Я заменил папку на фиктивную с зашифрованным вирусом, который взорвет его систему, если Дженворт когда-нибудь попытается открыть ее. Отключившись от его сети, я стал прочесывать папку. Нашел записи разговоров Дженворта и Патнэма. Как они обсуждали планы. Оказалось достаточным прослушать первую запись, чтобы понять: Мэррон нанял Патнэма убить меня и мою семью.
Меня им одолеть не получилось, но моих девочек они забрали.
Этот ублюдок разрушил мою гребаную душу, а я пошел и вернул ему дочь. Как же чертовски благородно.
Внутри меня закипела ярость. Черная. Мощная. Токсичная. Мне хотелось обернуть пальцы вокруг шеи каждого засранца, причастного к произошедшему.
«Но почему?»
Как эти два мудака вообще пересеклись?
Я стал копать дальше, пока не обнаружил нечто, до чего пытался докопаться Святоша, но пока просто не прибыл в точку назначения. Оружие, переправляемое через границу. Я вспомнил слова Стража.
«Фирмы вроде той, что принадлежала тебе. Эти частные подрядчики сотрудничали с АНБ и продавали контрабандное оружие по астрономическим ценам. Все во имя национальной безопасности».
Дженворт был одним из этих подрядчиков.
Единственный его путь сотрудничества с АНБ.
Пока я не пропал из поля зрения.
Я словно получил кулаком в лицо. Я был конкурентом Дженворта. Он хотел убрать меня, чтобы прорваться и заполучить контракты. Жадный гребаный мудак.
«Он заплатит».
«Заплатит, черт возьми».
Следующие три часа создавал паутину, по которой смогу ходить только я, а потом припрятал ее на потом.
А сейчас?
Теперь я должен спланировать, как забрать у него самое ценное.
Дочь.
И это будет чертовски справедливо, поскольку он, черт бы его побрал, забрал мою.
*****
Стояла тихая ночь, идеальная для сбора в Церкви, хотя это не имело никакого значения. Я в любом случае притащил бы сюда задницы всех парней. На встречу пригласили даже Стража, хотя нашивки у него не было. Все потому, что сегодня речь шла о куда большем, чем дела «Королевских ублюдков».
Мы собрались ради мести.
Той, к которой шли с тех пор, как я встретил каждого из них.
– Итак, какой у нас план? – спросил Святоша, хмурясь больше обычного.
Он был в бешенстве. Как и все мы. Мы передали Дженворту его драгоценность. Ублюдок, наверное, хохотал до упаду. Девчонка вернулась домой и уже два месяца вела изнеженный образ жизни, а Мэррон все это время потирал руки, что так легко с нами справился. Это объясняло, почему он так отреагировал на мое появление, а потом удивился, что я просто отдал ему дочь. А еще Дженворт наверняка считал, что с армией охранников и тоннами камер он в безопасности.
Но это невозможно.
Потому что я уже шел к нему домой.
Только не за ним. Пока. Нет, сперва я заставлю его страдать. Пусть почувствует хоть малую толику того, что я испытывал все эти годы.
– Мы заберем его дочь, – выдавил я, скрестив руки на груди.
Страж нахмурился, поскольку чертовски хорошо меня знал.
Остальные парни сперва решили, что я решил заделаться гребаным героем.
– С нами ей будет безопаснее, – согласился Бермуды и кивнул.
Дракон фыркнул, треснув ему по затылку, отчего его бейсболка слетела с головы.
– Не ради ее спасения, тупица.
Страж стиснул зубы, я даже услышал, как они скрипнули.
– Какие конкретно у тебя планы на ДиКей?
– Ее зовут Николетт Хэдли Дженворт. Не ДиКей. Не Девочка-конкурсантка. Ни Хэдли. Не «милая» и не «ангел». Она лишь инструмент, – прорычал я. – Инструмент, который мы используем, чтобы тыкать им, резать и колоть Дженворта, пока из него не вытечет последняя капля крови.
Глаза Дракона яростно сверкнули. Он был единственным, кому не стоило повторять дважды.
Остальных следовало убедить.
– Я смотрел, как Патнэм насиловал мою дочь. Мою маленькую девочку, – голос у меня срывался. – Она умоляла меня спасти ее. А я был бессилен.
Святоша помрачнел, а Бермуды ущипнул себя за переносицу.
– Все, чем я жил после этого, вело меня к этой точке. К тому, чтобы восторжествовала справедливость, наказав тех, кто забрал у меня все. Патнэм и Дженворт ответят. А пока мы идем к этому, пострадают близкие им люди, – я обвел всех жестким взглядом. – Если кто-то хочет уйти сейчас, срывайте нашивку и убирайтесь. Но я считал нас всех братьями.
Никто не пошевелился.
– Мы однопроцентники. Чертовы байкеры вне закона. А не какие-то герои в чьи-то гребаных историях. Вам понятно?
Все кивнули, даже Страж.
– Это правосудие, и оно свершится.
Снова кивки.
– Мы заберем ее, и я расскажу вам как.
Больше никто не сопротивлялся. Как и должно было быть.
Мы братья.
До конца.
Даже если нам предстояло чертовски ужасающее путешествие.
Глава 20
Хэдли
Магна приходил на этой неделе уже трижды. С каждым разом ведя себя все более грубо. Похоже, его даже не волновало, что я полностью отключалась, пока он пользовался моим телом. Любой здравомыслящий человек назвал бы это изнасилованием, а я же старалась мысленно оказаться как можно дальше от этого места. Впрочем, я могла сбегать в своей голове сколько угодно, но в действительности оставалась тут.
«Нет».
«Внутри меня не было отца моего погибшего парня. Три раза. Этого не происходило».
Забавно, как легко я смогла убедить себя в этом. В темноте комнаты я притворялась, что находилась где-то в другом месте. Теплом и безопасном. В кровати Койна. В его руках.
Я счастливо вздохнула.
Существовали люди намного хуже Койна.
Как мой отец.
Отец, решивший, что мало грешил, трахая собственную дочь, потому договорился продать ее киску самому ужасному покупателю.
Я вздрогнула, игнорируя засохшую коркой сперму на бедрах. Старый добрый папочка хотя бы пользовался презервативом, Магна же уже наверняка заразил меня столькими болезнями, сколько одному Богу было известно.
Горячий душ казался таким далеким. Мне хотелось хотя бы доползти до него, но я слишком устала. Меня тошнило от всего это. Мое сознание было сломлено. Депрессия разъедала изнутри. Какую бы еду мне ни приносили, я от всего отказывалась.
Мне хотелось умереть.
По щеке скатилась одинокая слеза, но я даже не чувствовала в себе сил ее смахнуть.
Щелчок.
«Нет».
Магна ведь только что ушел.
«Верно?»
Или он был здесь вчера? Час назад? Несколько минут?
Голова шла кругом, пока я пыталась вспомнить.
– Это можно назвать сказкой, если вместо принца за принцессой приходит дракон? – прорычали ледяным злым голосом, отчего у меня на руках волоски встали дыбом.
– Дракон?
Кончики его пальцев скользнули по моей обнаженной спине. По телу прошла волна дрожи. Он погладил меня по волосам, а потом резко намотал их на руку и дернул. Я едва подавила крик.
– Похоже, ты вела себя плохо, и тебя наказали, – заметил Дракон. – Папочка забрал все твои сверкающие игрушки.
– Койн, – прохрипела я. – Пожалуйста.
– Не волнуйся, – пропел он обманчиво спокойным и успокаивающим голосом. – Я отнесу тебя прямо к нему, – Дракон завернул меня в простынь и поднял на руки с удивительной нежностью. – Выпусти меня, – рявкнул он кому-то через дверь.
Ее тут же распахнули, и Дракон вышел.
– Что за хрень? – прорычал Пэйн. – В каком она состоянии?
– Большинство принцесс не следят за собой в своей башне, – объяснил Дракон, словно хорошо знал меня. – Хотя для своих верноподданных они идеальны. Впрочем, нам виднее. ДиКей далека от совершенства.
Я сощурилась от яркого света, зарывшись лицом в плечо Дракона. Мне было все равно, что за странные слова он говорил, лишь бы отнес меня к Койну. Подальше от Магны. Подальше от моего отца. В безопасность.
Мы быстро спустились по лестнице, а потом Дракон затормозил возле кабинета отца. В какой-то момент я испугалась, что он сейчас вернет меня папе и едва не застонала. Однако Дракон лишь щелкнул языком.
Стук сердца, бешено колотившего в груди с момента возвращения домой, вдруг стал затихать. Я приоткрыла глаза и осмотрелась.
Отца здесь не было.
«Слава богу».
Койн сидел за столом отца, словно тот принадлежал ему, и что-то набирал на компьютере, пока Бермуды стоял позади него. К жестким взглядам Койна я уже привыкла, но безразличие Бермуды удивило. Раньше он всегда мне улыбался или смотрел с состраданием.
Но не теперь.
Сейчас в его взгляде была холодная пустота.
Что-то было не так.
Я стала извиваться в объятиях Дракона, но он был слишком силен и лишь сжал меня крепче. Койн выкрикнул несколько резких быстрых команд, но в своем состоянии помутневшего рассудка я даже не поняла, о чем он. Единственное, что я смогла осознать: Дракон торопливо вынес меня на морозный январский воздух и направился к джипу Стража. Брат Койна спрыгнул с водительского кресла, подошел к задней пассажирской двери и распахнул ее, чтобы Дракон усадил меня внутрь.
– Сиди здесь, – предупредил Дракон, прежде чем закрыл дверь.
Я плотнее завернулась в простыню и посмотрела в окно. Мокрый снег бил в лобовое стекло. Осмотревшись, я увидела вокруг несколько незнакомых машин. Они приехали сюда не на байках.
В машине работала печка, и я была благодарна за тепло. Я даже не помнила, когда ела последний раз, и оттого чувствовала себя больной. К горлу подступила желчь. На меня накатила волна головокружения. Я крепко зажмурилась и выдохнула, чувствуя себя невыносимо слабой.
Мне просто хотелось уснуть.
А потом проснуться от голоса Сторми или песен Гибсона. Я хотела, чтобы все это возвращение к отцу стало ужасным ночным кошмаром, который кончился бы после пробуждения.
Я покачнулась и потеряла сознание.
Наконец, меня накрыла блаженная темнота.
*****
Тепло.
Успокаивающий аромат.
Кто-то гладил меня по волосам.
Мужчины разговаривали вполголоса, но я не боялась их. Просто прижалась покрепче к нежному человеку, державшему меня на руках, и вдохнула аромат кожаной куртки. Знакомый дорогой одеколон. Господи, как же мне его не хватало. Он рассеянно гладил меня по спине большим пальцем. Его грудь вибрировала, когда Койн разговаривал с другими парнями. Слова меня не интересовали, только он сам.
По щекам потекли слезы облегчения. Мне хотелось навсегда прижаться к его груди. Ведь рядом с ним я чувствовала себя более защищенной, чем когда-либо за последние годы. Его палец снова скользнул по моей спине, и я счастливо вздохнула. Койн вдруг замер и напрягся.
– Она проснулась? – спросил Страж с переднего сидения.
– Ага, – хмыкнул Койн.
– О, чудесно, – радостно произнес Дракон с переднего сидения.
Кто-то еще сидел по другую сторону от меня, но я была чересчур слаба, чтобы обернуться и узнать.
– И что теперь? – снова Страж.
– Мы доберемся до комплекса, – резко отозвался Койн.
Я сжала пальцами кожу его куртки и вдохнула неповторимый аромат. «Домой». Койн вез меня домой. К себе. В безопасность.
– Мне так плохо, – прохрипела я, горячие слезы покатились по щекам и стали капать ему на куртку.
– Так и должно быть, – тон Койна был ледяным. Таким же, как и взгляд Бермуды ранее. И столь же холодный, как прикосновение Дракона.
– Но я не хочу этого, – прошептала я так тихо, чтобы услышал лишь Койн.
– Не всегда мы получаем желаемое, – ответил он, принявшись нежно поглаживать мои волосы.
Больше он не сказал ни слова.
Голова кружилась, и я снова позволила окутывавшей меня тьме взять верх.
*****
Тепло.
Я перекатилась к теплу, ласкавшему мою кожу, и улыбнулась. Я, наконец, в безопасности. Я это чувствовала. Угнетенность, давившая на меня рядом с отцом и Магной, исчезла. Я чувствовала себя свободной. Слабой, но свободной.
Приоткрыв один глаз, я осмотрелась. Передо мной пылал огонь. Я лежала перед камином. На ковре? Нет, на матрасе. В доме Койна? Присмотревшись, я поняла, что это не тот красивый каменный камин у него в комплексе. Этот был старым и рассыпавшимся. Перекатившись на спину, я уставилась на стропила полуразрушенной скотобойни.
Но почему я была здесь?
Я подтянула колени к груди и обхватила их руками. Все еще голая, но под одеялом. Насколько я могла судить, меня ни к чему не привязывали, потому ситуация была лучше, чем у Хаммера, который, очнувшись, оказался примотанным к стулу. И все же это было неправильно. Койн ведь пришел за мной. Я должна была проснуться в его постели или на диване. В объятиях Койна, черт возьми.
Меня накрыла печаль, прогоняя оцепенение. Огонь потрескивал, испуская жар, однако воздух на скотобойне леденил до костей. Я почувствовала, что рядом со мной был еще кто-то. Койн? «Он скажет мне, что здесь, черт побери, происходит?»
Я попыталась сесть, но перед глазами все закружилось. Голова ныла. Я чувствовала себя такой слабой.
– Мне нехорошо, – прохрипела я. – Воды.
На грязный деревянный пол с хрустом опустился сапог. Шаг. Шаг. Шаг. Тишина. Я ощутила зловещее присутствие нависшего надо мной человека. Скрывавшегося в тени. Злого и огромного.
– Койн?
Передо мной на корточки опустился золотоволосый бог, его обычно спокойные черты лица казались мрачными.
«Фильтр».
– Тебе нравится твое новое жилье? – он одарил меня жесткой улыбкой. – Достаточно тепло, Дженворт?
«Дженворт».
Не ДиКей или Девочка-конкурсанта. Даже не Хэдли.
– Где Койн? – спросила я, безуспешно пытаясь сесть.
– Не здесь, – прищурился Фильтр.
– Мне нужна вода. Еда, – глаза наполнились слезами. – И одежда.
Он окинул меня взглядом и фыркнул.
– Слушай, ты больше не принцесса. Твои желания и потребности здесь ничего не значат. Тут Койн – король. А ты будешь ему подчиняться.
– Тогда позволь мне его увидеть, – прошипела я. – Он обо мне позаботится.
Фильтр поднялся и щелкнул костяшками пальцев.
– Мило. Он знает, что ты трахалась с Патнэмом. Увидел на записях с камер наблюдения, как он приходил и уходил. У тебя даже между ног его засохшая сперма, – он поморщился. – Ты отвратительна.
Меня задели его слова, сказанные с такой ненавистью. Фильтр всегда был таким милым.
– Я… Ты не…
– Прибереги слова для президента, – огрызнулся он. – Ты заплатишь за все свои грехи.
– Что? Какие грехи? – я всхлипнула, горло сдавило от сдерживаемых рыданий. – Фильтр…
– Моя смена закончилась, – выдавил он. – Чертовски вовремя.
*****
Я проснулась от запаха еды.
Чего-то ароматного и вкусного.
«Барбекю».
Желудок вдруг взбунтовался от столь богатого аромата. Слишком сладкого. Мне стало дурно. Всхлипнув, я поползла к краю матраса и стала давиться, пытаясь расстаться с содержимым желудка. Но внутри итак ничего не было, потому я лишь снова и снова боролась с рвотными позывами. Наконец, я упала на кровать и заплакала.
– Помогите.
– Пленникам помощь не положена.
Пленникам?
– Пэйн, – прохрипела я. – Пожалуйста. Я не делала того, о чем подумал Койн. Я не по своей воле…
– Ешь, – отрывисто приказал Пэйн, а потом я услышала стук тарелки об пол рядом с матрасом.
Бросив на нее быстрый взгляд, я увидела нарезанную грудинку, картофельный салат, чипсы, соленый огурец и апельсиновый пух. Дрожащей рукой я потянулась к пуху, зачерпнула его пальцем, а потом слизала. К счастью, меня не начало снова рвать.
– Ешь, – снова приказал Пэйн. – Не могу сказать, когда такое представится тебе в следующий раз.
*****
Как только я очнулась, меня затошнило.
Они отравили меня?
«О Боже».
Желудок скрутило, и я рассталась со всей пищей, которую удалось съесть. По щекам потекли слезы, пока я все давилась, а тело дрожало. Я умирала. Они меня убивали.
Почему?
Из-за того, что решили, будто у меня какой-то бурный роман с их врагом?
«Да пошли они все».
Мне нужно было бежать отсюда. Однако я считала, что мои попытки будут бесполезными. За мной круглосуточно следили – на этот раз Катана. Я не смогла уйти отсюда, даже когда весь мотоклуб не дышал мне в затылок двадцать четыре часа в сутки. Когда была здоровой и чувствовала силу.
Сейчас побег казался несбыточной мечтой.
Мне было суждено умереть на матрасе в здании скотобойни.
В холоде. Голоде. Больной. Одинокой.
Вытерев губы, я отвернулась от мокрой лужи, которая теперь была позади меня на матрасе.
Кажется, смерть была уже близко, и я приветствовала ее.