Текст книги "Однажды золотой кровью написанное (ЛП)"
Автор книги: К. М. Моронова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)
– Дальше я справлюсь. Возвращайся к королю и помоги собирать жителей, – голос кажется знакомым, но у меня нет сил пытаться понять, кому он принадлежит. Я смотрю в землю и думаю о листе оливы, собираясь посмотреть видение, как только останусь одна.
Кивнув, рыцарь отправляется обратно тем же путем, что мы пришли.
Я снова оглядываю замок, поражаясь его размерам. Парадные двери тянутся вверх на высоту двух этажей, и чтобы их открыть требуется по двое стражников с каждой стороны.
– Сюда, – рычит рыцарь, подталкивая меня к боковой двери, которой пользуется прислуга и охрана. Она выкована из железа и куда ближе к обычному размеру, чем парадная.
Меня ведут по замку, мимо великолепных картин на стенах и дорогой мебели, на которой, я думаю, никто никогда не сидел. Это почти смешно. Король вообще бывал в этом крыле? Мы входим в еще более крупный общий зал, и я закатываю глаза. Он не такой гигантский, как главный холл или центральные покои, но все равно огромный.
Рыцарь отводит меня к двери, что выглядит более потрепанной, чем остальные. Она сколочена из старых досок, на ней виднеются застарелые пятна. Другие же выходы из зала раскрашены в яркие цвета, разрисованы красными и золотыми оттенками, совсем как незабываемые ковры и гобелены.
Только за нами закрывается деревянная дверь, как рыцарь отталкивает меня к стене, срывает с головы шлем и швыряет его вниз по лестнице, ведущей, как я думаю, в подземелья.
Мои глаза наполняются слезами, как только я вижу каштановые кудри и небольшие рожки. Он быстро развязывает меня и вынимает кляп.
– Николай! – кричу я, бросаясь ему на шею и давая волю эмоциям. Слезы стекают ему на доспехи, но я не могу сдержать терзающего меня горя. Калел предал меня… Никогда мне не доверял. Как он мог говорить, что меня любит? Это не любовь. Ему просто нравится мной обладать. Стиснув зубы, я проливаю очередную волну слез.
Крепко обняв меня, Николай тихо произносит:
– Алира, мне нужно вывезти тебя за край завесы, пока никто не пришел тебя проверить. – Держа меня за плечи, он смотри на меня с расстояния вытянутых рук. Его глаза полны страха и печали. – Мне безумно жаль, что до этого дошло. Тесса с ума сошла от страха… Она не желает тебе вреда, просто волнуется за свою семью.
Моргнув, я пытаюсь понять сказанное.
– Тесса боится… меня? – спрашиваю я, едва выговаривая слова. – Значит, она и вправду доложила королю, что я погналась за огоньком.
Кивнув, Николай неодобрительно поджимает губы.
Я смотрю ему в глаза.
– Ты все это время знал, да? Ты знал, что армия Алзора стоит лагерем возле границы завесы, – мое сердце сковывает лед. Предательство отравляет меня, как яд.
Медленно выдохнув, он виновато опускает голову.
– Алира, некоторые вещи выше нас. Что изменилось бы, расскажи я тебе? – мягко говорит он. – Калел бы никогда этого не позволил.
– Я бы знала, что ты не считаешь меня монстром, как остальные, – должно быть, он почувствовать боль в моем голосе, потому что поморщился.
Николай выглядит так, будто хочет сказать миллион разных вещей, но проглатывает невысказанное, берет меня за руку и тащит вниз по лестнице.
– Можешь меня ненавидеть. Мне все равно. Я вытащу тебя за границу завесы.
Я не возражаю, хоть и не знаю, что буду делать, когда выберусь из королевства. Мне не хочется присоединяться к армии Алзора и сражаться с демонами. Но и убегать и не делать ничего я тоже не собираюсь. Кажется, будто что бы я не делала, это окажется ошибкой.
– Чувствую себя точно также, – печально говорит Николай.
– Не смей читать мои мысли, – огрызаюсь я тихим голосом на случай, если поблизости окажутся другие рыцари.
Больше Николай ничего не говорит и просто смотрит вперед, пока мы не добираемся до подножия лестницы. Жестом дав понять, чтобы я оставалась на месте, он делает шаг вперед и оглядывается по сторонам. Убедившись, что никого нет, он кивает, и я иду следом.
– Что будет, если король Ахилл узнает, что ты помог мне бежать? – я разглядываю камеры, мимо которых мы проходим. Они выполнены из железа и цемента. Внутри находится множество людей и полубогов. Судя по тому, как они беспомощно смотрят вслед нам с Николаем, многие здесь уже долгое время. Здесь, внизу, дует холодный, пробирающий до костей ветер.
Николай усмехается.
– Посмотрим, – он улыбается, оглянувшись на меня через плечо.
– Ничего смешного. Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, – прищурившись, я замедляю шаг.
Обняв меня за плечо, он подталкивает меня вперед.
– Ну уж нет. У тебя нет выбора. Ты убежишь, – его голос становится жестче, шаг ускоряется.
Я неохотно подчиняюсь. Раз Николай решил ослушаться короля, тому должны быть серьезные причины. Видимо, мысли, что он увидел в голове Ахилла столь ужасны, что стоят самого жуткого наказания.
Мы проходим длинный коридор с камерами до самого конца и оказываемся возле небольшой кладовки. Николай заходит первым, я – следом. Закрыв дверь, он ведет меня во тьму, но идем мы недолго. Сквозь небольшую металлическую решетку просачивается свет. Дальше виднеется тесный туннель.
– Он выведет тебя за пределы завесы. Это единственный выход, не считая главного моста. Иди по туннелю до самого конца. Не возвращайся. Пообещай мне, Алира, – Николай берет меня за обе руки. На его губах играет слабая улыбка.
По моим щекам текут слезы.
– Только ты один мне поверил, – выдавливаю я.
Он вытирает мои слезы.
– Это не правда. Остальные просто боятся, Алира.
– Николай. У тебя есть две секунды, чтобы исчезнуть, – гремит голос Тессы, и мои руки покрываются мурашками.
Я широко распахиваю глаза, и Николай – тоже. Мы смотрим в дальний темный угол помещения.
Там стоит Тесса, одетая в королевский доспех. Она смотрит на нас с безразличием, которого я никогда в ней не замечала. Кажется, будто я для нее – не живое существо, у которого есть душа и сердце, а только нечто, мешающее ей обеспечить безопасность королевства. Мне знаком этот взгляд. Раньше я также смотрела на демонов.
Но лично это воспринимается больнее. Она считает меня чудовищем. А ведь она была одним из первых демонов, кто проявил ко мне доброту.
– Тесса, я не позволю королю Ахиллу запереть в подземельях и пытать нашу подругу. Уйди с дороги, – Николай говорит жестким, уверенным тоном, от которого по спине у меня бегут мурашки. От сдерживаемой ярости его голос становится пугающим.
Тесса не сходит с места. Она лишь кладет руку на рукоять меча.
– Последнее предупреждение.
В глазах Николая вспыхивает боль, которая быстро сменяется гневом. Он тоже кладет руку на меч, готовый сражаться ради меня со своей боевой подругой. Она его точно убьет.
Не глядя ни на кого, я встаю между ними, опустив голову.
– Я пойду в камеру. Последнее, чего я хочу – это чтобы вы из-за меня проливали кровь друг друга.
– Алира…
Рассмеявшись, Тесса перебивает Николая.
– Смотри-ка, она нас жалеет. Посмотрим, надолго ли ее хватит, – Тесса с силой толкает меня в спину. Упав прямо на залитый цементом пол, я ломаю предплечье.
Тело пронзает боль, но я встаю, игнорируя струйку золотой крови, стекающую с запястья прямо на пол. Сев на койку, я наконец смотрю Тессе в глаза.
Я чувствую лишь тьму, пожирающую меня от того, что они с Калелом меня предали.
Бросив на меня печальный взгляд, Николай уходит вслед за Тессой. Она бранит его всю дорогу вверх по лестнице.
Здесь, внизу, невероятно мрачно и уныло. На камнях растет плесень, где-то в подземелье раздается звук капающей воды. А еще в отдаленных камерах слышатся крики заключенных.
Я молча сижу, пока исцеляется рука. Потом сжимаю губы, тянусь в карман и проглатываю травы из мешочка.
– Я разрываю священную клятву с Калелом Лорнхельмом. Пусть связи между нами исчезнут, – молюсь я, закрыв глаза. Слегка потеплев, метка пропадает с моей кожи.
Раз клятва разорвана, наши жизни больше не зависят друг от друга. Вина в моем сердце утонула в горе.
Достав из другого кармана оливковый лист, я опускаю на него взгляд. От металлической поверхности исходит золотистое свечение. Сила самих богов.
Вокруг так тихо, что клянусь, я слышу, как он шепчет мне:
– Готова узнать, что они сделали?
Глава 12
Алира
Видение начинается с того же места, на котором остановилось. Юный Калел стоит рядом со своим наставником. Мужчина выглядит похожим на рыцаря – он одет в точно такую же военную форму, как у Тессы и Николая, металлическим наплечником с одной стороны.
Запустив руку в мешок, Калел достает кости.
От того, как меня затянуло в видение, я чувствую себя сбитой с толку. Вот я была в холодной темной камере, а теперь вдруг оказалась на улице, под завесой и в прошлом. В воздухе висит запах цветов и свежевскопанной земли, солнце согревает кожу, слегка покалывая.
Рядом со мной вновь стоит богиня с волосами цвета воронова крыла. Она смотрит на меня печальными глазами, полными истин, которыми она может не пожелать поделиться.
– Ты все еще не решаешься увидеть содеянное ими, – ласково говорит она. – Позволь мне тебе показать.
Я не хочу этого видеть. Но мне придется, пусть это и разобьет мне сердце.
Глаза обжигают слезы, но я заставляю себя посмотреть на двоих демонов в саду. По спине начинает ползти ужас, и я отшатываюсь на пару шагов, когда Калел достает из мешка золотистый череп.
Пару секунд происходящее не укладывается у меня в голове. Мне кажется, что это статуэтка, выплавленная для того, чтобы ставить, как украшение, на стол или книжную полку. Это не может быть то, что я думаю… Но это именно оно.
Это оно, я понимаю это в глубине своей измученной души.
Это череп полубога. Золотая кровь сочится из его основания, падая прекрасными и одновременно ужасными каплями на землю.
Кажется, время остановилось. Я смотрю, как Калел кладет череп в заранее выкопанную ямку. Вытерев пот с лица, он засыпает кости землей и смотрит на наставника. Золотистая кровь размазалась по его лицу, испачкала руки.
Внутри меня закипает горе. Как может нечто столь жестокое быть правдой? Не важно, что я вижу это своими глазами. Сами боги показали мне доказательства.
Это невозможно. Это должно быть ложью.
Потому что если нет…
Тебе нельзя рвать цветы. Таким было единственное правило Калела относительно сада.
Сердце у меня тяжелеет в десять раз сильней, чем когда-либо раньше. Оно дрожит и сжимается от кошмарного видения.
– Завеса… Она держится не на силе, которую демоны создали, а на той, что они украли, – мой голос звенит над дворцовым садом. Видение быстро проносится по следующим десятилетиям, пока каждая клумба не оказывается засажена цветами, как и весь Девицит, а сердце мое не разлетается на куски.
Ветер треплет мои серебряные волосы. Я поворачиваюсь, чтобы целиком оглядеть земли возле дворца. Яркие, цветущие пионы… что-то шепчут мне.
Они ведь всегда что-то шептали. Пытались меня предостеречь.
Слезы жгут глаза, и я падаю на колени, всхлипывая и пряча лицо в ладонях.
– Этого не может быть. Калел бы не сделал чего-то настолько… чудовищного. Он бы не смог, – кричу я богине.
На плечо ложится мягкая ладонь, заставляя посмотреть вверх. Это женщина. Ее черные волосы рассыпались по плечам. Она поворачивает мою голову, заставляя посмотреть на клумбы, которыми я когда-то так восхищалась. Среди них стоят призраки.
Сотни… Тысячи полубогов окружают свои могилы. Лица у них уставшие и печальные, растерянные и полные недоумения.
Теперь они стали четче. В них можно разглядеть каждую грустную морщинку, каждую секунду беспомощной вечности. Мать, дочь, отец, сын.
Потерянные. Напуганные. Даже в посмертии их силами пользовались.
Самые потаенные уголки моей души заполняет тьма.
Глядя на них во все глаза, я шепчу:
– Они не могут найти путь в Мортем?
Богиня медленно качает головой. Золотые украшения ярко выделяются на фоне темной кожи. Ее взгляд полон сочувствия и доброты, из глаз катятся слезы, пока она смотрит на заблудшие души.
– Нет, они не могут освободиться. По крайней мере, сами, – ее голос мягок, как шелк. Он звучит успокаивающе, в каком-то смысле утешительно.
– Какая ты богиня? – спрашиваю я, глядя на могилы. В животе поднимается тошнота. Я чувствую отвращение к себе из-за того, что не сразу все поняла. Я слышала их зов с того самого момента, как оказалась в Девиците. Мне казалось, что здесь я дома… из-за них.
Осторожно взяв меня за руку, женщина шепотом отвечает:
– Я – Минерва, богиня мудрости.
Я смаргиваю рвущиеся наружу слезы. Все эмоции быстро сменяются гневом.
– Зачем ты мне это показала, Минерва? – я сжимаю руки в кулаки.
Я знаю, что она мне ответит. Она хочет, чтобы я отомстила за полубогов. Хочет, чтобы я раскаялась в своем решении выйти замуж за демона, чтобы остановить войну, которую было нельзя прекратить.
Демоны именно такие, какими я их считала. А я позволила им себя одурачить. Позволила ему себя одурачить.
Глупая девчонка. Я прикусываю внутреннюю сторону щеки до тех пор, пока рот не наполняется металлическим привкусом.
Ненавижу себя. Ту, кем являюсь.
Все всегда охотились за нашей золотой кровью, и их можно понять. Если с ее помощью можно создать столь мощную магию, как завеса над Девицитом, то мы обречены.
Минерва смотрит на меня непроницаемым взглядом, который я не могу расшифровать.
– Я показала тебе это, потому что Девицит находится на пороге войны. Армия Алзора стоит у границы завесы, ожидая, пока она падет. Цветы не могут продолжать расти здесь без воли на то полубогов, ибо так их души останутся запертыми, – она смотрит мне в глаза, пока я наконец не начинаю понимать.
– Ты хочешь, чтобы я уничтожила завесу. Но… – умолкаю я. Я вижу лишь последствия. Реки крови на улицах, пылающее королевство. Смесь красного и золотого, после которой останется лишь хаос. – Я не могу…
Не могу? Но ведь именно этого они от меня и ждали. Поэтому и заперли в холодном, жутком подземелье. Почему я пытаюсь не превратиться в чудовище, которым меня все равно считают? Которого так боялся Калел?
Минерва отвечает робкой улыбкой. Полной жалости и понимания. Лучше мне от этого не становится, но я понимаю, что она к этому и не стремилась.
– Тебе решать, полубогиня, – тихо говорит Минерва и слегка ударяет меня по лбу.
Меня выбрасывает из видения так, словно меня столкнули с крыши. Чувства возвращаются ко мне не сразу, но, когда это наконец происходит, оказывается, что я все так же сижу на краю койки в темной камере. И будто целиком состою из холода и пустоты.
Сделав глубокий вдох, я поднимаюсь на ноги. Я больше не уставшая полубогиня, что хочет перестать умирать от рук Рыцаря Крови. Я больше не чувствую себя слабой.
Меня переполняют злоба и ненависть.
Все это время я чувствовала вину за то, что сделала демонам. И никогда не задумывалась о том, что они сделали нам. Это так ужасно, что я должна была увидеть все своими глазами… И попытаться исправить содеянное зло.
Я должна освободить несчастные души.
Я должна выбраться из камеры.
Глава 13
Калел
Лаборатория, которую я так ценил, теперь превратилась в месиво из битого стекла и страниц, вырванных из гербариев и моих записей о свойствах растений. Это был труд всей моей жизни.
Я сижу в углу кабинета, среди устроенного мною бардака, и прижимаюсь спиной к стене, спрятав лицо в ладонях.
Того, с каким отчаянием и недоверием смотрела на меня Алира, хватило бы, чтобы меня убить. Почему я ничего не сделал, когда Ахилл приказал увести ее в подземелья? Я просто стоял… Нужно было послушать Ника и сбежать с ней, пока была возможность. Не надо было возвращаться. Когда я поговорил с королем Ахиллом, вернувшись из Мортема, все казалось нормальным. Было совсем не очевидно, что Тесса сказала ему об огоньке.
В любом случае, я хотел увезти Алиру после праздника. Я лишь хотел провести с ней последний вечер здесь… Увидеть свое королевство в лучшем свете перед тем, как мы сбежим, и я обреку свою жену на жизнь в неопределенности.
В груди вспыхивает боль от разбитого сердца.
Мне ненавистно думать об этом, но я могу винить лишь себя. Это я лгал Алире… И если она узнает о проклятии временной петли… Или о цветах…
Меня охватывает паника, дышать становится труднее.
Я не хотел ничего из этого, так почему продолжал так поступать?
– Вы знаете, каким жалким выглядите? – звучит резкий женский голос.
Мне не нужно поднимать взгляд, чтобы понять, кто это. Лишь одна из служанок в замке осмеливается так со мной разговаривать.
– Оставь меня в покое, Нина, – бормочу я, пьяный от нескольких выпитых кружек эля. Никогда не думал, что буду пить спрятанный в нижних ящиках алкоголь. И вот он, я.
Она прошла вперед по бардаку, что я устроил, пока громил лабораторию. Перешагнув через куски разбитого стекла и проклятые книги, Нина останавливается прямо передо мной. Даже звук ее дыхания полон ярости. Вскинув подбородок, я смотрю на нее. И прежде, чем я успеваю понять, насколько она на самом деле зла, Нина размахивается и наотмашь бьет меня по лицу, с такой силой, что я заваливаюсь набок.
– Как ты мог позволить им забрать Алиру? Она же твоя жена, а не чудовище! Ты должен был любить ее и защищать! Единственным чудовищем, что жило в этом дворце, все это время был ты! – кричит она, снова пытаясь меня ударить. В этот раз кто-то перехватывает ее запястье.
Николай удерживает ее руку с убийственным спокойствием.
– Нина, успокойся, пожалуйста, и иди домой, – шепчет он, и от нежности в его голосе на глаза служанки наворачиваются слезы.
– Как ты можешь служить столь жестокому господину? Ты так же виноват, как и он. Ее кровь и на твоих руках тоже, – Нина зло смотрит на него, а потом бросает на меня очередной полный презрения взгляд. Вырвав руку из хватки Николая, она бегом несется прочь из комнаты. Стоит ей оказаться в холле, как раздаются рыдания.
Николай смотрит за дверь, пока не стихают шаги. Потом со вздохом опускает плечи и грустно смотрит на меня.
– Как ты мог позволить, чтобы с Алирой случилось нечто подобное? – цедит он сквозь стиснутые зубы.
Я провожу рукой по лицу, все еще немного пьяный.
– Это Тесса рассказала…
Николай ударяет меня по лицу. Куда сильнее, чем Нина. В щеке вспыхивает боль, и мне с трудом удается выпрямиться. Прислонившись к стене спиной, я откидываю голову назад. С разбитых губ слетает несколько вымученных смешков, во рту появляется привкус меди.
– Тесса поступила так, как сочла нужным для семьи и королевства. Ты еще до праздника знал, что так будет, Калел? Почему ты не увез Алиру за границу завесы? Почему ничего не сделал? – Ник судорожно сжимает дрожащие от ярости ладони в кулаки. Я знаю, что он чувствует к ней то же, что и я. Должно быть, ему невыносимо смотреть, как я подвожу ее раз за разом.
– Потому что отчасти я подозревал, что когда она узнает о нас всю правду… то приведет армию прямо к нашему порогу. Но клянусь, я не знал, что король Ахилл нападет сегодня вечером… Думал, у меня больше времени.
Николай молчит и просто таращится на меня, будто не в силах поверить в то, что я сказал.
– Ты медлил, потому что тоже ее подозревал.
– Если полубоги проберутся в королевство, чью сторону она выберет? Ты думал об этом? А что насчет тебя? Ты позволил бы своим друзьям и боевым товарищам гибнуть у тебя на глазах?
Тут до него доходит. Он приоткрывает рот, и виновато морщит лицо.
– Она говорит с богами, Ник. С драконами… – я смотрю в валяющиеся на полу осколки зеркала и вижу свое отражение. Сломленного мужчину, в которого превратился.
– Может, все эти способности были дарованы Алире, чтобы объединить наши королевства, мой старый друг, а не уничтожить их, – он протягивает мне руку. – Сейчас подземелья охраняет только Тесса. Если поспешим, то успеем ее вытащить. Мы еще можем все сделать правильно. Не знаю, что там с войной, но я никогда не прощу себе, если вот так брошу Алиру.
Я устало и отчаянно смотрю в ответ. Взгляд Николая не оставляет и шанса на сомнения. Смягчившись, я беру друга за руку. Он легко помогает мне встать и отряхивает осколки стекла с моих штанов.
Я уже долгое время хочу рассказать Николаю о том, как проклял Алиру. И все еще не делаю этого, потому что понимаю, насколько это ужасно. Даже хуже, чем цветы. Вина за проклятие лежит лишь на мне. Не уверен, что Николай поймет, как мне от этого больно. Тяжело сглотнув, я неровной походкой иду вперед.
Догнав меня, Николай вздыхает.
– Давай сначала найдем тебе стакан воды. И сразу поспешим в замок. Мы выведем Алиру из королевства раньше, чем Ахилл успеет что-то заподозрить.
Глава 14
Алира
Тесса стоит на вершине лестницы, по другую сторону древней деревянной двери. Я слышу, как она отдает приказы проходящим мимо рыцарям. Звуки доносятся до меня отвратительным эхом. Даже когда мыши скребутся, начинает казаться, будто они у меня под кроватью.
Сколько времени уже прошло? Вот, о чем я думаю, глядя в каменный потолок.
Потом опускаю взгляд на руки. Если бы только у меня был меч… Нет. Даже мечом я не разбила бы эти решетки. Они сделаны не из обычного металла. Кажется, в него добавлен толченый камень дьявола. Это бы объяснило то, почему я так быстро теряю силы, находясь здесь. Чтобы выбраться, мне понадобится магия гораздо более мощная, чем доступна полубогам.
Я видела камни дьявола лишь по пути сюда, когда на меня напали озлобившиеся рыцари и потом, на свадебной церемонии, когда на меня бросилась женщина… Но совершенно ясно, что у демонов их полно. По крайней мере, гораздо больше, чем думали полубоги.
Встав, я подхожу к решетке и выглядываю, обхватив ее руками, чтобы понять, сколько рыцарей стоит на страже.
Ни с одной из сторон никого не видно, но я слышу тихий звук чьих-то шагов.
Прижавшись щекой к металлу, я спустя пару секунд вижу богиню из видения, ту, у которой волосы цвета воронова крыла. Только теперь она передо мной во плоти.
Минерва.
Она облачена в воинский доспех, сияющий даже несмотря на темноту. На нее больно смотреть, она практически освещает подземелье. Под броней на ней надеты кремовые одежды, ниспадающие с плеч и прогоняющие прочь с ее пути тени.
Богиня во плоти. Я не замечаю, что перестала дышать, пока не начинает кружиться голова.
– Ты можешь выбраться наружу, если правда этого хочешь, – просто говорит она, будто я не ломала над этим голову долгими часами.
– Минерва, мне неподвластна сила, что сможет разбить такой металл. Я могу обращать демонов в цветы и исцеляться благодаря золотой крови. Но разрушить решетки я не сумею. Внутри них гудит камень дьявола, – отвернувшись, я прислоняюсь спиной к решетке и скольжу вниз, пока не оказываюсь на полу и не сжимаюсь в комок, глядя на каменную стену напротив.
Минерва тихо усмехается.
– Ладно, думаю, тут ты права.
Я резко вскакиваю и снова поворачиваюсь к ней, услышав, как гнутся решетки. Минерва изогнула их так, что я могу пролезть между прутьями.
– Выведи меня из замка. Я должна вернуться во дворец, – говорю я голосом, не оставляющим места для возражений. Мне придется голыми руками выкопать тот череп, чтобы узнать все тайны Калела и его королевства.
– А вы, полубоги, существа упрямые, да? – ласково, с улыбкой спрашивает она. Я задумываюсь о том, сколько времени прошло с тех пор, как Минерва разговаривала с полубогом. Кажется, ей любопытно узнать, какие мы. Меркурий предупреждал меня о том, что боги любят играть в игры. Интересно, на какой стороне Минерва, какого финала она хочет для полубогов?
– Мы упрямые, потому что мы – не боги, подобные тебе. Мы страдаем, кровоточим и умираем, – я оглядываю других узников подземелья короля Ахилла. Они уже отчаялись и молчат. Перед ними богиня, но они даже не замечают этого. Мне хочется прекратить их мучения.
– Я так или иначе хотела вернуть тебя в сад, – заявляет Минерва, поднимаясь по лестнице.
– Правда? Я думала, ты хотела, чтобы я выбралась из Девицита и разрушила завесу, – я быстро поднимаюсь за ней, держась поближе на случай, если мы попадем в беду. Не знаю, как богиня решила разбираться с Тессой, но скоро мы встретимся. – Почему ты мне помогаешь? Что ты получишь от этого? – настороженно спрашиваю я.
– А как по-твоему ты разрушишь завесу? Это можно сделать лишь изнутри. У меня есть свои причины. Я помогаю старому другу, если можно так сказать, – ее голос даже не дрожит.
Остановившись, как вкопанная, я чувствую, как сжимается сердце.
– Я не могу избавиться от завесы. Все в королевстве… в Девиците погибнут без ее защиты. И их кровь будет на моих руках. Даже если они переживут войну, то, что с ними сделают боги? Разве демоны не хотели укрыться в первую очередь от их жестокости? – даже просто говоря об этом, я не могу не вспомнить бойню, которую видела в петлях времени. Ни с чем не сравнимое кровопролитие и разрушение.
– Ты все поймешь, когда мы окажемся во дворце, полубогиня. Ты удивишься тому, как мы поступим, когда скрытое станет явью. Когда нас загонят в угол, – понимающе отвечает Минерва. Мне становится интересно, знает ли она, как будут развиваться события, потому что двигается она быстрым шагом, будто должна привести меня куда-то точно к определенному времени. Я и не думала, что у богов может быть какой-то распорядок, как у нас. Но может, Мойры не добры и к ним тоже.
Мы добираемся до верха лестницы, и Минерва выжидает полминуты, прежде чем медленно открыть дверь. Сначала выглянув, она выходит в коридор, плавно двигаясь. Сперва это поражает меня, и лишь потом я понимаю, что там никого больше нет. Тесса куда-то ушла, и в коридоре до странного пусто, хотя со всех концов замка и доносятся чьи-то разговоры.
– Как ты узнала, что ее здесь не будет? – шепотом спрашиваю я, оглядываясь по сторонам, прежде чем быстро пойти следом.
– Я мудра. И с помощью Мойр я видела этот день великое множество раз. Все зависит от того, успеем ли мы вовремя, – подмигивает Минерва.
Ее слова напоминают мне о петле времени и тому, как я привыкла, что все происходит в определенное время. Каждый удар топора и взмах меча. В определенные моменты я снова и снова встречала тех же самых противников, но исход всегда был один, как бы я не пыталась изменить ход событий.
Пройдя тем же коридором, по которому меня привел Николай, мы быстро выбираемся из замка, никем не замеченные. Все вокруг носятся, занятые своими делами. Рыцари готовят замок к тому, чтобы в нем укрылись мирные жители – расстилают одеяла в залах и перекрывают проход в сад в восточном крыле. Служанки пытаются разделить припасы на пайки и сложить их в сундуки в каждом помещении. Кругом царит такой бардак, что никто не обращает внимание на то, как мы ускользаем во тьму.
Приведя меня к границе владений короля Ахилла, Минерва вдруг резко останавливается. Она окидывает меня взглядом, полным противоестественного знания.
– Остаток пути тебе придется пройти самой. Я буду ждать тебя в садах дворца Рыцаря Крови. Там, Алира, ты увидишь доказательства и будешь должна принять решение.
– Стой, – шепчу я, хватая ее за руку. Обернувшись, она с любопытством смотрит в ответ. – Как ты смогла проникнуть под завесу? Я думала, она защищает от богов.
Она с улыбкой достает из кармана оливковый листочек.
– Ты привела меня. А теперь иди, времени мало.
Ее слова звучат в моей голове еще долго после ее ухода. Деревья вокруг покачиваются от внушающего страх холодного ветра, перебирающего их листву.
Стараясь не задерживаться, я быстро иду по улицам, добираясь темными переулками, чтобы ни на кого не наткнуться. К счастью, все точно так же, как когда меня вели в замок, и кругом никого нет.
Завеса над головой дрожит, заставляя меня поднять взгляд и резко остановиться. Что происходит? Сердце бьется быстрее. Полубоги нацелились на завесу и смогли ее повредить?
Повернув на соседнюю улицу, я слышу голоса, и это застает меня врасплох. Звуки доносятся из-за угла двух кирпичных зданий мастерских жестянщика и кузнеца. С небольших навесов над головой на головы разговаривающих льет дождь, но они, кажется, даже не замечают этого.
Подобравшись поближе, я прячусь, чтобы остаться незамеченной. Встаю на колени, не обращая внимания на грязную воду, пропитывающую подол моего прекрасного платья. Оно совсем испорчено, но мне нет дела до того, смогу ли я его спасти.
– Ник, прежде чем мы пойдем дальше, я должен сознаться в содеянном. Я не могу освободить ее, пока ты все не узнаешь, потому что ей я тоже должен об этом рассказать. Это был плохой поступок. Просто пиздец какой. Она никогда меня не простит.
Калел?
Вытаращив глаза, я зажимаю рот рукой, чтобы не вскрикнуть и не привлечь к себе внимание. Калел неровно дышит, взгляд у него полон отчаяния. Даже в приглушенном свете видно, как он страдает. Я смотрю на них, чувствуя, как в животе все сворачивается от ужаса.
– Я… Блядь, – голос Калела срывается, будто он вот-вот сознается в ужасном злодеянии.
Сердце уже отчаянно колотится, на глаза наворачиваются слезы. Не может быть, чтобы что-то было хуже цветов.
Калел не может больше ничего сказать, и Николай кладет руку ему на плечо.
– Говори как есть, дружище. Это уже давно пожирает тебя изнутри.
Тяжело сглотнув, Калел стыдливо опускает голову.
– Ты помнишь ту ночь в Торнхолле так же хорошо, как я, – Николай кивает, нахмурившись, встревоженный тем, к чему клонит Калел. – Охваченный горем, я воззвал к Плутону и попросил проклясть рыцаря, что вел атаку на невинных жителей.
Что?
У меня было много предположений о том, что он может сказать, но это…
Николай также поражен, как я.
– Ты о чем, генерал? При чем тут это?
Сжав челюсти, Калел качает головой.
– Это и есть причина кошмара, который с нами происходит… Я говорю о проклятии временной петли.
По коже у меня ползет мороз, в животе разверзается пропасть. Я не могу дышать. Дождь заглушает все остальные звуки, и я слышу лишь боль в голосе Калела, пока он кается в грехах перед Николаем.
– Я убил того рыцаря двадцать раз подряд. Наслаждался местью, пока не узнал, кто был им, – справившись с виной в голосе, он выдавливает: – Это была Алира, и я убивал ее снова и снова. Боги коварны. Жестоки. Если бы я ее не проклял, Алира бы погибла в первой же битве при Алзоре, мы захватили бы их королевство и ничего этого бы не было. Понимаешь? Мы в осаде, потому что петля перезапускалась до тех пор, пока Алира не смогла изменить свою судьбу. А теперь…
Он сожалеет о проклятии… только потому, что я выжила. Все переворачивается у меня в груди.
Лицо у Николая непроницаемое, но плечи напряжены.
– Теперь полубогиня оказалась внутри завесы. Та, что может говорить с драконами. И которую ты страшно обидел, – он отшатывается от Калела, качая головой и ругаясь себе под нос.
Тот печально щурится, кивая.
– Она не должна ни о чем узнать. Поэтому я не уверен, что готов ее вытащить. По крайней мере, пока, но я должен знать, что она в безопасности, Ник. Я поговорю с королем, и как только мы удостоверимся, что Алзор больше нам не угрожает, она выйдет на свободу.
