Текст книги "Вистеллия из рода Вискотти (СИ)"

Автор книги: Ивето Витко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Глава 3
Вечер перед отъездом

Вистеллия была твёрдо уверенна, что не Викджен был причиной всех неприятностей, свалившихся на их семью, а Вителлий. Именно об отце думала Вистеллия, медленно со свечой в руке шагая по длинной галерее, которая соединяла жилое крыло замка с библиотекой. Юная графиня злилась на отца. Виви не могла понять, как осторожный и рассудительный Вителлий попался на удочку Барнуса Патолли, имевшего репутацию авантюриста. А главное, что вызывало недоумение у Вистеллии: почему отец рискнул впутать в свои тёмные делишки любимого сына?

– Папа, хоть и был недоволен увеличением налогов и странными законами, издаваемыми королём Вернусом, но никогда не высказывался против самодержца. Викджен тоже не был противником короля Вернуса Тэтиуса Клисия. Брат мечтал получить должность в королевском казначейство. Не мог Вик поддержать идею свержения короля, – рассуждала Вистеллия, приближаясь к библиотеке. – По всему выходит, что отец сказал правду за ужином: его обманом впутали в заговор против короля.

Вистеллия остановилась у двери библиотеки, взялась за ручку в форме пасти льва и потянула на себя тяжёлую деревянную дверь. Дверь с недовольным скрипом отворилась, пропуская юную графиню в библиотеку.

– Я так и знала, что ты здесь, Амелия, – улыбнулась Вистеллия сестре, которая сидела на большом зеленом диване и читала книгу при свете яркой толстой свечи.

– Я собиралась зайти к тебе позже, – улыбнулась в совет Амелия. – Думала, что ты занята сборами в дорогу.

– Уже закончила собирать вещи. Взяла только самое необходимое, – Вистелия подошла к дивану, поставила свою свечу на маленький столик и села рядом с сестрой.

Солнце уже давно село, в библиотеке царил сумрак. Сёстры взялись за руки.

– Вистеллия, я очень боюсь за тебя, – прошептала Амелия. – Всё очень серьёзно. Если тебя схватят в королевском дворце, то казнят вместе с Викдженом.

– Постараюсь, чтобы этого не произошло, – пообещала Вистеллия.

– Я немного злюсь на тебя за то, что ты скрывала от меня свои занятия колдовством в подвале замка, – вздохнула Амелия.

– Я держала это я секрете от тебя, Оливии и маменьки только ради вашей безопасности. Ты же знаешь, что занятия колдовством не поощряются нашим королём, – мягко пояснила Вистеллия.

– Но Викджену ты призналась! – обиженно надула губки Амелия.

– Викждену о полученном мною от тётушки Адарии даре рассказал отец, когда семь лет тому назад наш папенька схватил воспаление лёгких и думал, что умирает, а потому кинулся передавать дела Вику, – быстро прошептала Вистеллия и скорчила смешную рожицу, выражая своё отношение к сказанному.

Амелия улыбнулась:

– Я помню, как папа тогда благодарил Бога за сына! О нас папенька совсем не вспоминал. Даже не позволял подходить к его постели. Только наследник имел право сидеть у кровати больного.

– Нам не повезло родиться девочками в семье, где ценятся мальчики, – констатировала Вистеллия.

– Дурацкое правило наследования только сыновьями! – вздохнула Амелия. – Я хотела бы, чтобы однажды это правило осталось в прошлом.

– Может Викжден, когда придёт его время стать на место главы рода Вискотти, найдёт в себе смелость отменить «правило Дария,» – Вистеллия нахмурилась, вспомнив о брате. – Сейчас главное спасти Вика.

– Тебе не страшно отправляться в королевский дворец? – Амелия с любопытством посмотрела на сестру.

– Немного страшно, но в то же время жутко интересно, – призналась Вистеллия. – Я всегда мечтала побывать во дворце короля.

Дверь библиотеки снова со скрипом открылась, и в неё вошла Оливия.

– Мамочка, я тебе говорила, что они обе здесь! – придерживая дверь, весело крикнула младшая из сестёр Вискотти.

– Что бы я без тебя делала, дорогая, – в библиотеку вошла леди Самира со свечой в руке.

Амелия и Вистеллия встали, сделали несколько шагов навстречу вошедшим и почтительно склонили головы перед матерью.

– Девочка моя, – графиня присоединила свою свечу к двум другим, уже стоявшим на круглом столике возле зелёного дивага, подошла к своей старшей дочери и крепко обняла её. – Я буду молиться за тебя каждый день. Береги себя. Будь осторожна!

– Мы все будем за тебя молиться, каждый раз, когда молимся за Викджена, – Оливия подбежала и прижалась к Вистелии.

– И всё это происходит из-за глупого поступка отца! – вздохнула Амелия.

– Что поделаешь, дорогая, – графиня Самира с печатью посмотрела на дочерей. – Нам остаётся только надеяться на Вистеллию.

– Хватит печали! Я попаду в королевский дворец и спасу Викджена! – Вистеллия взяла мать за руку и потянула за собой к большому зелёному дивану, Амелия и Оливия подтащили к дивану два кресла, чтобы сесть в них.

– Мамочка, расскажи нам о королевском дворце или о столице Джукора! Я так люблю слушать твои рассказы! – начала просить Оливия, когда графиня Самира удобно разместилась на диване. – Сёстры хотя бы по одному разу были в Миреи, а меня отец никогда с собой не брал!

– Ты уже сто раз слышала от меня о королевском дворце и столице, – напомнила леди Самира младшей дочери.

– Мы с удовольствием ещё раз послушаем о дворце короля Вернуса, – заверила мать Вистеллия, присев рядом с ней на диван. – К тому же мне будет полезно послушать.

– Хорошо, – сдалась графиня и, слегка прикрыв глаза, словно окунаясь в воспоминания, начала говорить, а дочки, затаив дыхание, внимательно её слушали. – Королевский дворец в Миреи просто огромен. В нём не счесть сколько комнат. Окружён дворец прекрасным садом. В том саду есть большой пруд, а посреди пруда – фонтан в виде двух мирад, запрокинувших вверх головы. Моя мать говорила, что когда-то в королевском саду жило много мирад.

– Как это возможно, ведь мирады опасны! – запротестовала Анелия.

– Я никогда не видела живих мирад, – после некоторого молчания ответила леди Самира. – Во времена моей молодости они уже были редкостью, однако, если честно, никогда не слышала, что они опасны.

– Почему тогда королевский закон требует любого, кто увидит птицу с синим оперением попытаться убить её? – удивилась Амелия.

– Я не знаю, – покачала головой графиня.

– Странный закон, – Вистеллия задумчиво накрутили на указательный палец правой руки локон. – Я читала в книгах, что раньше в Джукоре было много мирад. Даже столица королевства, Мирея, получила своё название от прилетевших с Туманного моря птиц с голубым опереньем.

– Может мирады мирадам рознь, – предположила леди Самира. – В любом случае, когда я в молодости была в королевском дворце на балах, то никаких птиц с голубым опереньем в саду не видела. Только фонтан с мирадами, да и он, говорят, давно уже сломан.

– Раскажи про королевские балы! – одновременно попросили Анелия и Оливия, которым тема мирад надоела.

Графиня Вискотти улыбнулась:

– Самое красивое место во дворце – это зеркальный зал с белыми колоннами, соединёнными между собой арками. Всего в зале десять арок. На каждой арке закреплена круглая люстра, украшенная хрустальными сосульками. Перед началом бала, люстры опускают и зажигают в них все свечи, а затем возвращают зажжённые люстры на их места под потолком. Одна стена зала полностью покрыта зеркалами, крыша прозрачная, окна в зале огромные. Отблески свечей играют в хрустальных сосульках, отражаются в зеркалах, окнах, а сверху на всё это великолепие смотрят луна и звёзды. Это очень красиво! Напротив входной двери в этот зал на время бала перемещают из тронного зала два королевский трона: один для короля, второй для королевы. Троны железные, очень старые. Они обиты красной бархатной тканью. Пол от тронов до двери устилают красной ковровой дорожкой. Король и королева занимают свои места на тронах и приветствуют гостей.

– Как бы я хотела оказаться на королевском балу! – перебила мать Оливия. – И короля Вернуса я хотела бы увидеть.

– Ты же видела короля и принца Тимеса три года назад на балу в доме дядюшки Софокла Клодена, – напомнила сестре Амелия.

– Тогда я была слишком мала. Ничего не помню, – призналась Оливия. – Вот бы сейчас попасть на королевский бал!

– Милая, король больше года не давал балов в своём дворце, – вздохнула графиня Вискотти. – А теперь, когда и принца Тимеса больше нет в живых, я думаю, что о королевских балах можно забыть. После смерти королевы Элианы король Вернус три года не давал балов.

– Что случилось с королевой Элианой? – заинтересовалась Вистеллия.

– Никто не знает. Ходили слухи, что к её смерти приложили руку ведьмы и колдуны. С тех пор король Вернус Тэтиус Клисий стал бояться людей, владеющих колдовством. Колдунам и ведьмам запрещено появляться в королевском дворце. Вот почему я волнуюсь за тебя, моя Виви.

– Пожалуйста, сестрица, будь осторожна во дворце, – попросила Вистеллию впечатленная услышанным Оливия.

– Я не боюсь опасностей, – заверила всех Вистеллия.

– Ты самая храбрая из нас, – с восхищением произнесла Амелия. – Если кто-то и может спасти Викджена, то это ты!

– Ну, всё, мои хорошие, пора ложиться спать. Вистеллии завтра рано вставать, – объявила графиня Самира.

Сёстры Вискотти вслед за матерью покинули библиотеку, все вместе дошли до жилых комнат и, расставаясь, по очереди крепко обняли Вистеллию, пожелав ей спокойной ночи.

Войдя в свою комнату, Виви не легла в постель. Она долго сидела на подоконнике, глядя на звёздное небо и вдыхая тёплый летний воздух. Вистеллия Вискотти предчувствовала, что в её жизни грядут большие перемены. Это предчувствие пугало, но в тоже время заставляло сердце трепетать от восторга.

Уснула юная графиня поздно и спала беспокойно. Ей снился большой мрачный замок на берегу то ли озера, то ли болота. Вистеллия чётко осознавала, что никогда раньше не видела этого замка, но сон юной графини Вискотти был беспокойным не из-за этого. Виви пугало другое: замок хором многочисленных мужских и женских голосов молил о помощи.

Глава 4
Отъезд

Ещё до восхода солнца лорд Вискотти и Вистеллия выехали из ворот своего замка в добротном чёрном экипаже, оставив во дворе леди Самиру, Оливию и Анелию, которые затаив дыхание с тревогой смотрели вслед экипажу, так как боялись, что больше не увидят Вистеллию живой.

Вителлия сама едва дышала, но не от страха за будущее, а от волнения. Ещё бы: это был второй раз в её жизни, когда она надолго покидала стены родного дома.

Первый раз такой отъезд случился одиннадцать лет назад. Тогда Адария Вискотти прислала гонца с письмом, в котором писала, что предчувствует свою смерть и хотела бы передать магический дар старшей дочери брата. Вителлий не очень обрадовался перспективе иметь в доме ведьму, тем более, что король Вернус вдруг решил взять магию под контроль: он начал требовать от всех, кто владел магическими искусствами, уведомить об этом специальные отделы по изучению колдовства, созданные во всех городах королевства. Адария, получившая магический дар от бабушки уже будучи замужем, категорически отказалась сообщать королю о своих необычных способностях, и, чтобы не навлечь неприятностей на дом брата, в который она должна была вернуться после внезапной кончины мужа, уехала в старинное имение Вискотти, сохранившееся ещё со времён Дария. Там ведьма прожила затворницей всю оставшуюся жизнь. Граф Вителлий объявил всем интересовавшимся, что сестра не смогла оправиться от смерти супруга, поэтому живёт уединённо и скорбит. Такое положение дел не вызвало вопросов. Вителлий облегчённо выдохнул и забыл о сестре до тех пор, пока гонец, принесший от неё письмо, снова не вскрыл проблему наследования колдовского дара.

Эта проблема преследовала род Вискотти уже много поколений и составляла самую большую тайну семейства. Иногда домочадцы долгие годы даже не догадывались, что живут бок о бок с колдуном или ведьмой. Все Вискотти, к которым переходил магический дар, старались не афишировать свои необычные способности, поэтому за пределами семейного круга никто даже не подозревал о наличии в уважаемом, благородном семействе Вискотти тех, кто варит магические зелья, знает заклятья, может чувствовать боль живых существ, останавливать словом кровотечение, или слышать голоса умерших.

Одиннадцать лет назад, получив письмо от Адарии, Вителлий Вискотти сперва без особой радости принял решение сестры сделать его старшую дочь ведьмой, и даже обдумывал пути, как не допустить этого. Однако, поразмыслив, граф Вителлий решил позволить своей старшей дочке принять дар и отвёз десятилетнюю Вителлию в горы к умирающей тётушке.

– Уже много поколений колдовство тайно присутствует в нашей семье. Не мне от него отказываться, – подумал он одиннадцать лет назад, а теперь, глядя на сидевшую напротив него Вистеллию убедился, что сделал правильный выбор: сейчас старшая дочь была последней надеждой на сохранение рода Вискотти.

Вистеллия не смотрела на отца. Она знала, что Вителлий жертвует ею, и была готова на эту жертву ради брата. Викджен на протяжении всего детства, отрочества и юности являлся лучшим другом Вистеллии. Ему она часто доверяла те свои мысли и секреты, которыми даже не делилась с сёстрами. Только Вик знал, когда он узнал, что отец разрешил пятнадцатилетней Вистеллии изучать магические книги в подвале особняка, удостоился чести быть помощником во время магических практик. Теперь он приговорён к смерти, и Вистеллия готова на всё, чтобы вытащить брата из тюрьмы. Она согласна с отцом: главное – Викжден должен остаться живым, а с остальными проблемами можно разобраться позже.

Вителлия достала из ридикюля маленькую книжку, которую перед отъездом всучила ей Оливия, и погрузились в чтение, чтобы скоротать время в пути. Вителлий молча смотрел в окно экипажа.

Книга оказалась любовным романом. О страстных чувствах юной принцессы к ловеласу принцу. Вистеллия читала историю без особого интереса. В отличие от младшей сестры, которая была сентиментальной и впечатлительной, Виви предпочитала романтике реализм. Она никогда не была влюблена, считала рассказы о любви, разрывающей сердце, полнейшей чушью и совершенно не торопилась стать замужней дамой. Отец тоже не форсировал события, не желая расставаться с деньгами, выделенными для приданного Вистеллии. Таким образом, старшая дочка Вителлия Вискотти жила спокойной размеренной жизнью, используя свой разум для изучения колдовства, и совершенно не желала никаких изменений в своей жизни. Однако теперь Вистеллии предстояло много изменений, поэтому всю дорогу до дома графа Софокла Клодена она больше думала, чем читала.

Через четыре часа пути перед глазами отца и дочери Вискотти предстал большой город Лифет. Этот город был знаменит на весь Джукор своими ткацкими фабриками, где джук бесперебойно превращался в роскошную ткань, которую прямо со складов большими партиями покупали торговцы соседних королевств, а ушлые владельцы фабрик так и норовили увести покупателей друг у друга. Поэтому граф Софокл Клоден, владевший самой большой ткацкой фабрикой Лифета, предпочитал лично следить за производством и продажей тканей, опасаясь недополучить прибыль.

Роскошный особняк Софокла располагался в центре Лифета. Именно в ворота этого особняка завернул экипаж Вителлия Вискотти.

– Готов поспорить на весь нынешний урожай джука, что Софокл только встал, – выходя из экипажа, проворчал Вителлий, рассматривая дом шурина.

– Дядюшка с его репутацией может себе позволить спать до обеда, – шутливо заметила Вистеллия, вслед за отцом выбираясь на свежий воздух.

Вителлий был согласен с дочкой. Софокл Клоден являлся далеко не последним человеком не только в родном городе, но и во всём Джукоре. Его мнение настолько высоко ценилось, что даже король прислушивался к советам Софокла Клодена. Вителлий Вискотти уважал шурина за умение лавировать среди интриг высшего общества и оставаться при любых обстоятельствах на плаву. Граф Вискотти довольно редко посещал дом Софокла Клодена, предпочитая приглашать знатного родственника в гости в свой замок или позволять жене с детьми гостить в шикарном особняке Софокла. Выезжая в столицу по делам, Вителлий обычно не задерживался в Лифете, чтобы, если нужно, заночевать в другом большом городе – Смужре, который располагался на полпути к Мирее, однако в сложившихся обстоятельствах остановка в Лифете была необходимостью: без помощи графа Клодена осуществить план по проникновению Вистеллии в королевский дворец было невозможно.

Когда экипаж Вискотти остановился у парадного входа в дом Софокла, отец и дочь вышли из него и остановились, ожидая появления дворецкого.

– Надеюсь, дядюшка не укатил по делам в столицу, – тихо проговорила Вистеллия.

– Я на это тоже очень надеюсь, – ответил Вителлий, с тревогой глядя на железную дверь трёхэтажного особняка. – Без помощи Софокла тебе не попасть в королевский замок.

В этот момент парадная дверь особняка резко распахнулась и из неё вышел не дворецкий, а сам хозяин дома. Выглядел Софокл Клоден так, как и положено выглядеть недавно покинувшему постель состоятельному сорокапятилетнему холостому мужчине: слегка сонным, облачённым в расшитый яркими причудливыми узорами халат с запахом и с толстой сигарой в руке. Его длинные, чуть ниже плеч, белые волосы были стянуты на затылке в тугой хвост.

– Какие люди! Совершенно не ожидал гостей! Я только что выпил свой утренний кофе и собирался наведаться на фабрику, но вы нарушили мои планы! – воскликнул Софокл и с насмешкой спросил. – Что привело вас, путники, в мой дом?

– Чем насмехаться, уважаемый дядюшка, лучше пригласи нас на кофе. Мы встали затемно и четыре часа тряслись в экипаже, пока ты, рискну предположить, что не один, нежился в постели и наслаждался утренним кофе, – в тон Софоклу ответила Вистеллия.

– Виви, приличная девушка не должна так говорить даже с дядей, – возмутился Виттелий, затем окинул шурина оценивающим взглядом и добавил, – хотя по сути твои слова абсолютно точны.

Софокл запокинул голову вверх и расхохотался. Граф Вискотти осуждающе покачал головой: по его стойкому убеждению мужчине в возрасте за сорок, да ещё занимающему почетный пост в Совете Избранных подобает вести себя более серьёзно.

Тем временем граф Софокл Клоден, отсмеявшись, распахнул перед гостями парадную дверь своего дома:

– Прошу, дорогие родственники. Я непременно окажу вам достойный приём: накормлю завтраком и развлеку беседой, хотя, если честно, я рискую своей репутацией, принимая вас у себя в доме. Вы ведь теперь семья предателя.

– Именно об этом я и хотел с тобой поговорить, Софокл. В письме ты дал мне совет, – начал Вителлий.

Софокл Клоден мгновенно стал серьёзным и взмахом руки остановил графа Вискотти:

– О делах мы поговорим позже в моём кабинете. Здесь, Вителлий, даже у стен есть уши. Проходите в дом.

Отец и дочь поспешили принять приглашение и спустя несколько минут оказались в богатой гостиной Софокла Клодена. Здесь они ожидали, пока не появился вышколенный дворецкий не объявил, что завтрак подан.

Глава 5
У Софокла Клодена

Завтракали Вителлий, Вистеллия и Софокл на небольшой летней террасе. Вистеллия налегала на пышный омлет, запивая его ароматным чаем, заваренным из сбора трав, и вполуха слушала, как отец обсуждал с Софоклом прошлогоднюю выручку, полученную за урожай джука, выросшие налоги, нелепый закон, предписывавший разрушать любые птитьи гнёзда, запланированную на осень покупку нового жеребца.

Когда с завтраком было покончено, все трое переместились в кабинет хозяина дома, расположенный на втором этаже в конце длинного коридора.

– Итак, – закрыв дверь на замок, Клоден выразительно посмотрел на графа Вискотти. – Ты решил спасти сына при помощи Вистеллии?

– Да, – нервно сглотнув, кивнул Вителлий. – Не имею понятия откуда ты знаешь о необычных способностях моей дочери, но ты прав: я хочу отправить Вистеллию спасать Викджена. Именно поэтому я здесь и прошу тебя помочь мне.

Софокл поцокал языком:

– Ситуация, которая сложилась вокруг Вика, практически безнадёжная. Буду откровенен: я считаю, что Викджена можно начинать оплакивать.

– Пока брат жив, мы не будем оплакивать его, – подала голос Вистеллия.

– Дорогая племянница, – покачал головой граф Клоден, – ты молода и не понимаешь многих вещей. Твой отец совершил ошибку. Теперь он расплачивается за это.

– Ты, Софокл, виноват в моей ошибке! – горестно воскликнул Вителлий Вискотти. – Барнус Патолли, из-за которого мой сын в тюрьме, представился мне твоим другом. Встретил я его в твоём доме.

– Не смей меня обвинять! Я предан королю! – нахмурился Софокл Клоден.

– Я тоже! Сам не понимаю, как влез во всё это! Чем больше думаю, тем больше уверяюсь в мысли, что без колдовства тут не обошлось. Может ты подослал ко мне дружка-колдуна? – с подозрением посмотрев на шурина, спросил Вителлий.

– Зачем мне это? – пожал плечами Софокл.

– Я не знаю, – вздохнул граф Вискотти.

– Мне совершенно не на руку, чтобы семья моей сестры была в числе заговорщиков, хотевших убить короля, – отверг обвинения Софокл. – Ты, Самира и ваши дети – мои единственные родственники. В каких бы интригах я не учавствовал, но семья – это святое для меня.

– Тебе пора остепениться и завести собственную семью: жену, детей, – начал поучать Софокла Вителлий.

– Семейные узы – это не для меня, – отмахнулся Клоден. – Мне нравится тот образ жизни, который я веду.

– А как же продолжение рода? Хочешь стать последним графом Клоденом? – упрекнул родственника Вителлий.

– Нет. Я не настолько эгоистичен, – засмеялся Софокл. – Свой долг перед родом исполню: на старости лет женюсь на какой-нибудь юной красотке, и она родит мне сына. Так что не волнуйся за мой род. Тебе стоит озаботиться проблемой спасения своего наследника.

Вистеллия, внимательно слушавшая разговор мужчин, вдруг спросила:

– А кто стал бы королём, при условии, что заговор, организованный Барнусом Патолли, удался и покушение на короля прошло успешно?

– В том то и загвоздка! – развёл руками Софокл. – Барнус Патолли, организовавший заговор и покушение на нашего короля, не имел ни единого шанса занять королевский трон Джукора. Вот если бы была жива его сестра, королева Элиана, то она теоретически могла претендовать на трон после смерти мужа и сына, но Ревены нет в живых. Принц Тимес убит во время покушения на его отца. Если король умрёт, то власть перейдёт к племяннику короля, малышу Кариэлу, которому нет и десяти лет. Как вы помните, родители мальчика, брат короля и его жена, погибли полгода назад при загадочных обстоятельствах во время пожара в их летнем замке, расположенном в горах. Других прямых наследников кроме Кариэла у нашего короля нет.

– Если малыш Кариэл станет королём, твоя власть, как главы Совета Избранных, будет безграничной, – ухмыльнулся Вителлий.

– Думай, что говоришь! – разозлился граф Софокл. – Смерть короля и восхождение на трон малолетнего наследника принесут смуту в королевство, ослабят нас!

– Ладно, не злись. Лучше расскажи, какая обстановка сейчас в столице и в королевском дворце, – попросил Вителлий.

– В Мирее относительно спокойно. По крайней мере внешне. Во дворце всё иначе: король Вернис всё ещё скорбит по сыну и практически не покидает своих покоев. Вся власть сосредоточена в руках начальника службы королевской охраны лорда Алойза Совитара. Теперь без его ведома даже муха не может просочиться в королевский дворец.

– К чему такие меры предосторожности? – удивилась Вистеллия. – Барнус Патолли мёртв, его пособники в тюрьме.

– Ты задала очень правильный вопрос, моя дорогая племянница, – Софокл сцепил пальцы рук в замок и задумчиво смотрел перед собой. – Возможно, за покушением на короля стоял не брат умершей королевы Ревены, а кто-то другой?

– Хочешь сказать, что Барнус Патолли, его сообщники и я стали простыми пешками в чьей-то игре, – насторожился граф Вискотти.

– И этот кто-то – очень умный, коварный и всё ещё ищет возможность убить короля, – кивнул Софокл. – Это единственное логичное объяснение, которое я могу дать всему, что происходит во дворце.

– В таком случае ты просто обязан мне помочь, так как очевидно, что я и Викджен стали жертвами неизвестного негодяя! – решительно заявил Вителлий.

– Сперва скажи, что ты задумал, а я подумаю, смогу ли помочь, – тихо произнёс граф Клоден.

Лорд Вискотти наклонился вперёд и прошептал:

– Вистеллия изменит внешность, проникнет во дворец и поможет Викджену бежать.

– Изменит внешность? Значит мои предположения верны: Вистеллия – ведьма, – кивнул Софокл.

– Я переняла магический дар от тёти Адарии одиннадцать лет назад, – призналась Вистеллия.

– И вы скрыли это от меня! – пожурил родственников Софокл.

– Скрыли и скрыли, – проворчал Вителлий, – Ты ведь всё равно об этом как-то узнал.

– Я не знал точно, но догадывался, потому что много лет назад был дружен с мужем Адарии. Однажды он высказал мне свои подозрения, что жена – ведьма. После смерти твоей сестры, я предположил переход магического дара от Адарии к твоей, Вителлий, старшей дочери, потому что именно Вистеллия больше всего подходит на роль ведьмы.

– Почему? – хором спросили отец и дочь.

– Потому что Вистеллия единственная прочитала все книги в моей библиотеке, – отшутился Софокл и начал расхаживать по библиотеке, обдумывая ситуацию.

Гости замерли в креслах, стараясь не мешать хозяину дома размышлять.

– Если Вителлия настроена решительно, то есть один вариант, но он очень рисковый, – наконец произнёс граф Клоден.

– Я согласна на этот вариант, – заверила дядюшку Вистеллия.

Софокл оценивающе посмотрел на племянницу:

– Ты сможешь изменить свою внешность?

– Да. Я владею искусством иллюзии, – утвердительно кивнула Вистеллия.

– Это хорошо, – пробормотал граф Клоден, затем сел на диван и, видимо приняв окончательное решение, начал быстро говорить. – Два дня назад я был в Мирее. Остановился как всегда в гостинном дворе «Приют Странника.» Это хорошее респектабельное место недалеко от королевского дворца. Только я вошёл в свою комнату и выпил бокал белого вина, как за окном раздались крики. Я взглянул на улицу и увидел жуткую картину: бедно одетая простолюдинка лет сорока истекала кровью, распластавшись посреди дороги, а рядом стоял почтовый экипаж и толпа зевак наблюдала за агонией умирающей. Среди толпы я заметил моего слугу Тора. Тор очень толковый малый. Он быстро соображает и бывает весьма полезен в, скажем так, щепетильных делах. Я заинтересовался: почему он крутится возле умирающей? Ответ на этот вопрос был получен мной от Тора буквально через пять минут: он постучал в дверь моей комнаты и вручил мне мятую бумажку, которая оказалась рекомендательным письмом некой Стелле Дюбон от её кузена, торговца лошадьми Гершана Лопара. Письмо предназначалось королевскому повару Гордену. Гершан писал, что муж его родственницы Стеллы Дюбон покончил с собой, проиграв на скачках дом и теперь несчастная Стелла вынуждена искать работу. Гершан напоминал королевскому повару Гордену о дружбе и просил для Стеллы Дюбон найти место кухонной рабочей на королевской кухне. Самое интересное заключается в том, что внизу письма стояла подпись начальника королевской стражи Алойза Совитара и его резолюция: «Принять в качестве посудомойки.» Мой слуга Тор клянётся, что видел, как эта Стелла Дюбон в чудесном настроении вышла из ворот королевского дворца и торопливо шла по обочине, а потом, не убедившись в безопасности, вдруг начала переходить дорогу и угодила под колёса почтового экипажа.

– Даже если ты запомнил, как выглядела Стелла Дюбон, и Вистеллия попытается принять её облик, то не сможет точно воплотить внешний вид умершей, потому что никогда её не видела, – прервал Софокла Вителий.

– Нет необходимости в точной копии Стеллы Дюбон, – снисходительно улыбнулся граф Клоден. – Достаточно небольшого сходства. Я ещё не закончил рассказ. Слушайте дальше. Прочитав это чудесное рекомендательное письмо, я послал Тора узнать, куда увезли умирающу Стеллу. Оказалось, что её доставили в лечебницу для бедных на окраине Миреи, где она и скончалась, не приходя в сознание: почтовые лошади проломили Стелле Дюбон череп, а колёса экипажа раздавили грудную клетку. У бедняги не было ни единого шанса выжить. Уже на следующий день её похоронили, как неизвестную, потому что при ней не было никаких документов, в могиле с десятью нищими, которые умерли накануне. Узнав об этом, я задержался в столице и отправил Тора по дешёвым отелям, надеясь, что Стелла остановилась в каком-нибудь из них. Моему слуге повезло: в убогой ночлежке «Райский Сад» подтвердили, что некая дама лет сорока оплатила комнату на один день и говорила хозяйке о намерении устроиться на работу на кухню в королевском замке. В подтверждение своих слов дама показывала рекомендательное письмо, написанное кузеном, – Софокл с торжеством посмотрел на Вителлия. – Таким образом мы можем констатировать, что родственников или знакомых в Мирее у Стеллы Дюбон не было, а следовательно Вистеллия может занять её место!

– Не могу. Отец прав: я ведь не знаю, как она выглядела, чтобы применить иллюзию, – растерянно напомнила Софоклу Вистеллия.

– Дослушай меня, а потом будешь принимать решение, – граф Клоден встал, подошёл к стене, отодвинул большую картину, на которой был изображён летний горный пейзаж, и постучал по скрывавшемуся за картиной сейфу. – Стелла Дюбон здесь!

Граф Вителлий нахмурился:

– Ты разыгрываешь нас? Сам ведь сказал, что Стеллу Дюбон похоронили в общей могиле, как неизвестную нищенку.

Софокл Клоден хитро улыбнулся, открыл сейф, достал из него два листа бумаги, а потом сказал:

– Мой слуга Тор имеет хорошую память на лица, но, к сожалению, он не слишком хороший художник.

С этими словами граф Клоден протянул Вистеллии рисунок, на котором простым карандашом была изображена женщина: печальные глаза, тонкие губы, маленький нос, широкие скулы, высокий лоб.

– Тор не гарантирует стопроцентного сходства, однако заверяет, что основные черты лица он изобразил вполне точно, – произнёс Софокл Клоден, из-за плеча Вистеллии рассматривая рисунок своего слуги. – К тому же повар Гершан, если он общался с мадам Дюбон, то врядли хорошо запомнил её.

– Алойз Совитар, начальник королевской стражи, тоже общался с мадам Дюбон, и уж он наверняка обладает фотографической памятью на лица, – напомнил Вителлий.

– Алойзу Совитару Вистеллии в любом случае не стоит попадаться на глаза, – очень серьёзно ответил Софокл. – Точно так же, как ей не стоит приближаться к королевским покоям.

– Почему? – не поняла Вистеллия. – Мне ведь нужно найти, где держат Викджена.

– Королевская тюрьма находится в подвале. Кухня занимает первый, полуподвальный этаж. Чтобы найти брата, тебе нужно спуститься на один этаж вниз, а не подниматься вверх, – пояснил граф Клоден племяннице и начал рассуждать. – Если удастся попасть на кухню, не торопись начинать поиски Вика. Сперва осмотрись. Найди способ познакомиться с каким-нибудь тюремным охранником, а дальше действуй по обстоятельствам. Главное помни: выше кухонного этажа не суйся. Король панически боится ведьм и колдунов, поэтому замок охраняют волкодавы: полу-собаки, полу-волки, натасканные на поиски людей с магическими способностями. Так как твой папенька скрывал от короля тот факт, что ты умеешь колдовать, и не сообщил об этом в специальную комиссию, то, если волкодавы тебя обнаружат в замке, думаю, им позволят тебя растерзать.