Текст книги "Вистеллия из рода Вискотти (СИ)"

Автор книги: Ивето Витко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Глава 27
Важный гость в доме Вителлия Вискотти

Пока Вистеллия наслаждалась одиночеством в горах, её отец развернул бурную деятельность по устройству будущего своей старшей дочери. Он несколько раз ездил за советом к Софоклу Клодену, дважды отлучался на пару дней в Мирею. Вернувшись из последней поездки, он сообщил жене:

– Будущее Вистеллии будет самым наилучшим.

– Что ты имеешь ввиду? – заволновалась графиня Вискотти.

– Я встречался кое с кем в Мирее и достиг определённых договорённостей, – напустил ещё больше тумана Вителлий. – Скоро все разговоры о Вистеллии прекратятся.

– Ну переживай, дорогой, – отвечала ему леди Самира. – Люди любят болтать. Вот сейчас все обсуждают принца Тимеса. Везде говорят, что он воскрес из мёртвых.

– Да, в Мирее тоже на каждом углу судачат о Тимесе. Чернь называет его «Принц, воскресший из мёрвых». Однако люди рады принцу. Король Вернус перестал чудить, отменил налог на вход на рынки и в лавки, слухачи исчезли из таверен, – рассказывал Виттеллий. – Жизнь налаживается. Когда я устрою будущее Вистеллии, то всё станет совсем замечательно!

– Что ты задумал?

– Выдам Виви замуж за Севара, сына графа Двара Давона.

– Севар Давон – мог стать прекрасной партией для Вистеллии, но Граф Двар не даст согласия на свадьбу своего единственного сына с девушкой, репутация которой запятнана, – возразила мужу Самира.

– Если принцу нормально умереть и воскреснуть, то и для девушки из благородного семейства путешествие по соседним королевствам без сопровождения – это небольшой грех! – ухмыльнулся Виттеллий и с видом заговорщика добавил. – У Двара большие проблемы с деньгами. Он залез в долги. Я переговорил с ним, когда ездил в Мирею и предложил соединить Севара и Вистеллию. Сперва он скривил нос, но когда услышал сумму приданного, которое я даю Виви, то загорелся идеей объявить о помолвке сына с нашей Вистеллией как можно скорее.

– О, дорогой! Это замечательная новость! – обрадовалась леди Самира. Семейство Давонов весьма уважаемое в Джукоре, Юдар – завидный жених. Я слышала, что он хорошо образован, имеет прекрасные манеры. Думаю, что Вистеллия найдёт его общество приятным и интересным.

– Я желаю моей Виви счастья, – расслабленно улыбнулся Вителлий. – Я же говорю тебе, что жизнь налаживается, дорогая супруга. Викджен служит в казначействе, Виви станет женой Севара Давона, урожай джука лучше, чем я предполагал.

– Главное, чтобы больше ничего не случилось, – улыбнулась мужу графиня Самира.

– Что ещё может случиться? – отмахнулся он, однако следующим утром граф Вителлий понял, что случиться может даже то, чего совсем не ожидаешь.

Семейство Вискотти привычно завтракало в столовой, когда во дворе послышался шум.

– Кто это пожаловал? – Вителлий встал из-за стола, подошёл к окну и присмотрелся. Во дворе спешивались с лошадей десять всадников. Один из всадников стоял на крыльце и разговаривал с дворецким.

– Это принц Тимес с солдатами!

Леди Самира, Амелия и Оливия вскочили из-за стола, поспешив к окну.

– Куда Вы летите⁈ – засуетился Вителлий. – Все идём встречать важного гостя.

Семейство Вискотти вышло в холл, где их уже ожидал принц Тимес.

– Доброе утро! – произнёс он, обращаясь к главе дома, как того требовал этикет.

– Принц, я и моя семья так рады Вашему приезду! – запинаясь от волнения, проговорил граф Вителлий Вискотти. – Это такая честь видеть Вас в нашем доме! Позвольте представить Вам мою супругу Самиру, а так же дочерей: Амелию и Оливию.

Принц Тимес кивнул дамам, которые склонились перед ним в реверансе и спросил Вителлия:

– Я не вижу Вашей старшей дочери. Ей не здоровится?

– Моя Вителлия сейчас отдыхает в нашем горном имении, – Виттеллий склонился – Позвольте пригласить Вас, Ваше Высочество, позавтракать у нас.

– Я вынужден отказаться. У меня неотложные дела на границе Джукора, но хочу переговорить с Вами, граф Вителлий, наедине, – Тимес требовательно посмотрел на графа Вискотти.

– Конечно, конечно. Я всё понимаю. Дела не терпят отлагательств. Хочу заметить, что с тех пор как Вы воскресли, – Виттеллий закашлялся. – Я хотел сказать: вернулись из странствия, жизнь в Джукоре стала лучше.

Тимес с интересом посмотрел на Вителлия Вискотти:

– Граф Вителлия, вы ведь выращиваете джук?

– И выращиваю, и перерабатываю, и продаю, – засветился от удовольствия Виттеллий Вискотти, так как была затронута его любимая тема.

– У меня есть к Вам несколько вопросов по поводу продажи джука, – Тимес нетерпеливо переступил с ноги на ногу. – Где мы можем переговорить?

– В библиотеке. Это совсем рядом, – довольный Виттеллий указал рукой на коридор справа.

– Прошу простить меня за вторжение, дамы. Желаю Вам хорошего дня, – обратился Тимес к дамам, а они снова склонили головы и присели в глубоком реверансе.

– Мамочка, принц такой замечательный, – прошептала Оливия, когда Тимес исчез в глубине коридора.

– Не верю, что будущий король Джукора приехал к папе, чтобы поговорить о делах, – восхищённо выдохнула Амелия.

– Ты права, дорогая: это экстраординарное событие, – задумчиво произнесла графиня Самира и, помолчав, добавила, – И мне кажется, что продажа джука имеет косвенное отношение к цели этого визита.

– Что ты хочешь сказать? – заинтересовалась Амелия.

– Только то, что уже сказала, – загадочно улыбнулась леди Самира.

Тем временем Виттеллий в тишине библиотеки рассказывал Тимесу, что урожай джука просто замечательный.

– Я планирую переработать две-трети урожая, а остальное продать перекупщикам. Конечно, выгоднее иметь дело напрямую с покупателем, но сейчас так тяжело избежать посредников, хотя… – важно вещал он.

– Что Вы скажете на предложение поставлять ткань из джука для нужд королевского дворца? – перебил его Тимес.

– Это, это…Я мечтаю об этом, – задохнулся от восторга Вителлий.

– Король желает сменить поставщика джутовой ткани и я предложу Вашу кандидатуру, – Тимес внимательно рассматривал библиотеку.

– Покорнейше благодарю, – Виттеллий едва сдерживал довольную улыбку.

– Так же хочу сказать, что Ваш сын Викджен зарекомендовал себя наилучшим образом, как помощник королевского казначея.

– Эти слова – услада для отцовского сердца, – пролепетал граф Вискотти и склонил голову. – Моя семья всегда была передана королю Вернусу. Уверяю Вас!

Тимес снисходительно кивнул, принимая уверения, потом нервно облизал губы и спросил:

– Граф, Вы отослали Вистеллию в горы, потому что боитесь людских разговоров?

– Нет, что Вы, принц! Я заткнул людям рты. Кому-то угрозами, кому-то дал денег. Виви сама пожелала уехать в наше горное имение. Вы возможно знаете, что её переубедить невозможно. Такая упрямица!

– У неё твёрдый характер, – согласился Тимес.

– Вся в меня, – гордо выпятил вперёд подбородок Виттеллий Вискотти.

Тимес посмотрел в окно, за которым ярко светило осеннее солнце, потом перевёл взгляд на Вителлия:

– Хочу, чтобы Вы знали: я обязан Вистеллии жизнью и хочу быть уверен, что с ней всё хорошо.

– Принц Тимес, поверьте, я сделаю всё, чтобы моя Виви была счастлива! Признаюсь Вам, что уже предпринял некоторые шаги для счастливого будущего своей старшей дочери.

– Вы весьма предприимчивы, граф, – Тимес нахмурился.

– Устроить счастье Виви – это мой отцовский долг, – важничал старый граф.

– И что же Вы намерены сделать для Вистеллии? – уточнил принц.

– Выдать её замуж за Севара Давона! – выпалил Виттеллий.

– Она согласна?

– Вистеллия не возражает, – заверил принца граф.

– Что ж…Севар – весьма достойный юноша, – задумчиво пооизнёс Тимес.

– Прекрасный молодой человек. Семья знатная и уважаемая, – закивал головой Виттеллий.

– Севару очень повезёт получить в жёны такую замечательную девушку, как Вистеллия, – Тимес кивнул графу и большими шагами направился к выходу из библиотеки, а Вителлий Вискотти последовал за ним.

Глава 28
Я обязательно вернусь

На улице стало совсем холодно. Вистеллия уговаривала Илая и мастера перебраться к ней в дом, но они отказывались.

– Я хочу умереть в монастыре, – однажды сказал ей старик, и больше эту тему Вистеллия не поднимала.

Ночи становились длиннее, дни короче. День за днём Вистеллия приближалась к концу летописи. Чернила уже не были выцвевшие, подчёрк писцов стал совершенно разборчивым, а записи всё меньше и меньше по объёму. Иногда рассказ о половине столетия умещался в три предложения: «Король правил жёстко, но справедливо, расширяя территорию Джукора. Король умер. Да здравствует новый король.» Порой писец отзывался о десятилетии одной фразой: «Голод и тьма.»

Описание правления короля Зосимуса Тимеса Клисия были очень скупы: «Тяжкое время переживал народ Джукора. Ассуры нападали, мы отбивались. Слёзы стали привычным делом в каждом доме.»

Дальше другой летописец по имени Фариз продолжал повествование, описывая смерть Зосимуса и вступление на трон его сына Изгиря: "Молодой король смог остановить ассуров. Долгожданный мир воцарил в Джукоре. Чтобы закрепить мир, Изгирь взял в жёны дочь царя ассуров, которая, родив королю сына Аспера, умерла сразу после родов. Изгирь со всеми почестями похоронил супругу, а сразу за этим с размахом неделю праздновал рождение наследника и свою свободу от нелюбимой жены. Однако Ассуры были недовольны сложившимся положением дел. Они требовали короля Джукора выбрать себе новую жену ассурийку. Изгирь отказался, заявив, не собирается больше жениться. Двадцать лет королевский дворец был без хозяйки, а потом там появилась красавица королева Анинья. Изгирь привёз её из соседнего королевства, называемого Плувией, где повстречал на балу у короля. Анинья была из знатного, но обедневшего княжеского рода. Хоть родители не могли дать за дочку хорошего приданного, но двадцатилетняя княжна не имела отбоя от женихов, потому что была красива той дьявольской красотой, которая сводит мужчин с ума: высокая, стройная, кареглазая и черноволосая, она околдовывала любого мужчину с одного взгляда. Король Изгирь, увидев её, сразу потерял покой. Он влюбился, как юнец и нераздумывая сделал Анинье предложение стать его королевой. Анинья согласилась, но поставила условие построить новый замок. Этот замок обязательно должен стоять на берегу озера. Изгирь тут же принялся за строительство и скоро неподалёку от Миреи, на берегу маленького озера вырос замок Каринор, а король женился на Анинье и зажил спокойной жизнью. Анинья родила Изгирю сына Сибара и дочь Мариэли. Она жила с детьми в Кариноре, приезжая во дворец только на балы. Изгирь тоже предпочитал тихий Каринор шумному дворцу. Однако не долго было спокойно в Кариноре. Старший сын короля, Аспер, тоже попал под чары Аниньи. Он настойчиво добивался её за спиной у отца, а когда понял, что королева хранит верность мужу, то начал нашёптовать отцу о неверности мачехи. Король Изгирь Клисий имел горячий необузданный нрав, был очень ревнив и демпотичен. Везде и всюду он видел предательство. Слова сына возбудили в нём подозрения. Он начал следить за женой и заметил, что она проводит много времени с охранником Фаризом, которого среди прочих слуг привезла с собой из Кереба, столицы королевства Плувии. Изгирь решил, что жена неверна ему. Аспер всё подливал и подливал масла в огонь, заявляя, что детей Анинья родила от охранника. Гнев обуял короля. Однажды ночью он подкараулил момент, когда нянька королевских наследников отлучилась, прошёл в детскую комнату, где малыши мирно спали в кроваткпх и в порыве гнева он заколол кинжалом своих сына и дочь. Вернувшаяся служанка подняла крик. Анинья ворвалась в комнату детей и обезумела от горя. Она обнимала сына, целовала дочь и грозила всеми возможными карами убийце. В этот момент в детскую вошёл Изгирь и обвинил Анинью в убийстве детей. Королева схватила с пола окровавленный кинжал, которым были убиты её дети, бросилась на мужа, желая лишить его жизни, но Изгирь оказался сильнее: он перехватил руку жены, выхватил кинжал и всадил ей его в живот.

– Это тебе за измены, – прошипел он. – Думаешь я не знал, что ты изменяешь мне с Фаризом.

– Я ведьма, а Фариз мой учитель, – прохрипела Анинья и, собрав последние силы перед тем, как покинуть этот мир, прокляла род Клисиев страшным проклятьем. – Всё наследники твоего рода будут терять рассудок, восходя на престол. Так будет продолжаться до тех пор, пока один из них не вернёт в Каринор покой.

Король Изгирь испугался проклятья. Он рассказал о нём своему сыну Асперу. Вместе они направились к охраннику Фаризу, но его и след простыл: никто не видел, как Фариз покинул Каринор, никто не знал, куда он направился. Колдун-учитель просто исчез.

Аспер уверял отца, что от проклятья ведьмы Аниньи можно избавиться, если бросить её тело в воду. Изгирь так и сделал: убитых детей похоронил в маленьком склепе на берегу озера, а тело их матери, словно в насмешку, бросил в озеро.

После смерти Аниньи Изгирь прожил всего месяц. Этот месяц он день за днём терял рассудок и в конце концов однажды на закате сел в лодку, выехал на середину Каринорского озера и бросился в воду. Хоть озеро было неглубоким, тело короля так и не нашли.

После него на трон взошёл новый король Аспер Клисий. После смерти отца он больше всего на свете боялся, что проклятье Аниньи коснётся его, однако никаких признаков того, что проклятье Аниньи перешло не него, не было двадцать лет правления. За это время Аспер успел жениться, у него родился сын, а жена умерла. Аспер почти забыл о проклятьи, как вдруг понял, что теряет рассудок. Осознав это, он стал вести затворнический образ жизни и издавать законы, жестоко карающие за колдовство. Сын недоумевал, что происходит. Аспер скрывал своё безумие так долго, как мог, а потом, понимая, что тьма поглощает его, рассказал обо всём сыну. Аспер боялся, что народ восстанет, если узнает о проклятье Аниньи, поэтому он велел сыну убить всех, кто знал о проклятье, и рассказывать о проклятье только прямому наследнику, будущему королю, и только перед передачей власти от отца к сыну или перед смертью отца, если он сумел пробыть на троне до этого часа. С наследника бралось слово, что он никому кроме своего сына-наследника престола не расскажет о проклятье королевы Аниньи. Так же король Аспер наказал всем своим потомкам королям бороться с колдовством, полагая, что если в Джукоре исчезнет колдовство, то проклятье Аниньи не будет действовать."

Далее шла запись, сделанная другим подчерком: «Монастырь разрушен. Монахи-хранители убиты. Выжил только я. Король Аспер умер. На трон взошёл его сын Изгирь ll.»

Поражённая Вистеллия дважды перечитала последние две записи.

– Тимес узнал о проклятьи от отца, – пробормотала она.

За окном уже темнело, но Вистеллия накинула на плечи плащ и не смотря на протесты слуг бросилась к монастырю.

– Илай! Илай! – прокричала она, подойдя к воротам, и стала ждать.

Она была уверена, что её услышали. Так и вышло. Прошло несколько долгих минут и из-за ворот вышел со свечой в руке Илай.

– Хорошо, что ты пришла. Мастер ждёт тебя. Иди за мной, – тихо сказал он.

Они прошли монастырский двор, потом спустились в подвал. Там, в маленькой комнате, заваленной книгами, на кровати лежал с закрытыми глазами мастер.

– Что с ним? – испуганно прошептала Вистеллия.

Илай молчал.

– Нет, нет! – забормотала Вистеллия, подходя к кровати старика. – Вы не можете умереть.

– Ведьма Вистеллия Вискотти, – позвал старик.

– Я здесь, – Вистеллия опустилась на колени у кровати.

– Ты знаешь, чего хочет ведьма Анинья? – прохрипел мастер.

– Да.

– Ты прочитала про её проклятье в летописе? – старик открыл глаза.

– Прочитала и умоляю Вас сказать, как снять проклятье. Принц Тимес скоро станет королём. Он не заслуживает безумия, – вытирая слёзы, говорила старику Вистеллия.

Мастер долго молчал, а потом велел Илаю:

– Покажи ей послание Фариза.

Илай подошёл к книжным полкам, долго копался, перебирая книги, потом вернулся к кровати и протянул Вистеллии старый жёлтый лист бумаги.

Вистеллия, развернув его, сразу узнала почерк: послание на бумаге было написано тем же человеком, который сделал в летописи запись, повествующую об убийстве детей и жены короля Изгиря.

– Проклятье Аниньи можно разрушить, если потомок Изгиря соединит мать и детей, – вслух прочла Вистеллия и с недоумением уточнила. – Как это сделать?

– Тимес должен соединить ведьму с её детьми – собрав последние силы, – просипел старик.

– Но я не понимаю как он может это сделать? Тела детей покоятся в могильном склепе посреди озера, тело их матери где-то в озере, – расстроенно воскликнула Вистеллия.

Старик сделал вдох, силясь что-то сказать, и испустил дух. Илай подошёл к кровати, закрыл глаза своему мастеру, а потом сказал:

– Иди домой. Я должен побыть с ним наедине.

– Я приду завтра, – пообещала Вистеллия, чувствуя, что должна оставить Илая наедине с учителем.

Вернувшись домой, она снова принялась читать летопись в надежде найти ответ на вопрос, как снять проклятье, но там больше не было ни слова о королеве Анинье и её проклятьи.

Всю ночь Вистеллия не могла уснуть, а ранним утром опять ушла в монастырь, захватив с собой корзинку с едой и положив на дно корзинки летопись Джукора.

Илая она нашла во дворе. Он сколачивал из досок гроб.

– Помоги, – Илай указал на длинную доску, которую хотел прибить к другой, короткой, доске.

Вистеллия поставила корзинку на землю и придержала рукой требуемую доску. Потом помогала сделать крышку для гроба.

Когда всё было закончено, они отнесли гроб за северную стену монастыря, где на холме Илай вырыл яму. Гроб поставили на широкую доску, положенную над ямой.

– Жди здесь, – велел Илай Вистеллии, а сам вернулся в монастырь, чтобы на руках принести своего учителя к его последнему пристанищу.

– Спи спокойно, мастер. Ты достойно прожил свою жизнь, – уложив учителя в гроб и заколотив крышку, сказал Илай.

Потом он поьянул за доску, на которой стоял гроб и тот с грохотом провалился в яму. Илай взял в руки лопату, начал монотонно засыпать яму. Когда всё было кончено, он сказал:

– Пришёл мой черёд писать летопись Джукора. Надеюсь, что я справлюсь с возложенной на меня миссией быть хранителем.

Вистеллия с сочувствием смотрела на мрачного Илая.

– Не нужно меня жалеть, – заверил её новый летописец. – Я встречусь с мастером в другом мире, когда придёт время.

– Пойдём в монастырь, – попросила Вистеллия. – Тебе нужно поесть. Я принесла еду.

Илай согласно кивнул.

В монастыре, в маленькой комнате, заваленной книгами, где накануне умер мастер, Вистеллия вылаживала на стол из корзины продукты.

– Я принесла летопись, – она протянула летопись Джукора Илаю.

– Дочитала?

– Да, но хочу через некоторое время прочитать твои записи. Ты останешься здесь?

– Я буду в монастыре, пока не появится другое место, где я со своими знаниями буду необходим.

– Тогда мы продолжим моё обучение?

– Если ты этого хочешь.

– Я хочу снять проклятье с Тимеса.

– Ты же слышала мастера: только сам наследник из рода Клисиев может снять проклятье.

– Я хочу вернуться в Каринор, чтобы понять, как это можно сделать.

– Не думаю, что Каринор скажет, – с сомнением покачал головой Илай.

– Он говорит со мной. Каринор мне показал, своё сокровище: клинок, украшенный драгоценными камнями – растерянно пожала плечами Вистеллия.

– Кинжал короля Изгиря? – удивился Илай.

Он засуетился, подошёл к книжному шкафу, вытащил огромный старый фолиант и открыл его.

– Вот этот кинжал?

Вистеллия подошла поближе и увидела тот же кинжал, который держала в руках в Кариноре.

– Да, – тихо сказала она.

Илай с восхищением пробормотал:

– Невероятно. Согласно летописи именно этим кинжалом Изгирь убил детей и жену.

– Это может помочь снять проклятье?

– Да! На клинке кровь матери и детей соединина в единое целое. Тимес или его отец должны принести кинжал на могилу детей Аниньи. Так проклятье будет разрушено.

– И это всё! – воскликнула Вистеллия. – Принести кинжал на могилу детей. Так просто? – волновалась Вистеллия.

– Не ищи сложности там, где их нет, – нравоучительно произнёс Илай.

Вистеллия склонила голову.

– Спасибо тебе, мастер! – с почтением произнесла она и направилась к двери.

– Уже уходишь? – окликнул её Илай.

– Мне нужно срочно попасть в Мирею, – пояснила Вистеллия.

– Твоё обучение ещё не оконченно, – крикнул ей вслед Илай. – Когда закончишь дела в Мирее, возвращайся сюда. Я буду тебя ждать.

– Я обязательно вернусь, – крикнула в ответ Вистеллия, покидая подвал.

Глава 29
Помнишь ли ты меня?

Вернувшись из монастыря в свой горный дом, Вистеллия объявила слугам, что желает немедленно вернуться в замок отца, что последних весьма обрадовало.

В замке Вителлия Вискотти поднялся переполох, когда экипаж привёз туда Вистеллию.

Леди Самира, Оливия, Амелия и сам граф Вителлий вышли во двор.

– Дочка, ты как раз к ужину приехала, – улыбался Вителлий.

– Какой ужин! – воскликнула леди Самира. – Сейчас распоряжусь, чтобы приготовили ванну для Вистеллии, а потом уже ужин.

– К нам три недели назад приезжал принц Тимес. Ты права: он такой красавчик, – затрещала Оливия.

– Папа, скажи: где сейчас дядюшка Софокл? – обнимая отца, спросила Вистеллия.

– У себя дома в Лифете.

– Тогда не надо ни ванной, ни ужина. Распоядись, отец, чтобы в экипаж запрягли быстрых лошадей. Мне срочно нужно переговорить с дядюшкой.

– Может переночуешь дома, а завтра все вместе съездим к Софоклу в гости, – предложила леди Самира.

– Завтра, мама, если дядюшка согласится мне помочь, я планирую быть в Мирее.

Вителлий переглянулся с женой. Они чувствовали в Вистеллии такую решимость, что не посмели её задерживать.

– Сейчас получишь моих лучших лошадей, – согласно кивнул Вителлий.

– Я соберу тебе в дорогу немного еды, – объявила леди Самира.

– А я принесу тебе другое платье, – весело воскликнула Амелия. – Твоё платье слишком старое и грязное, чтобы ехать в нём в Мирею.

– Что же делать мне? – озадачилась Оливия.

– А ты будешь развлекать меня, – Вистеллия обняла младшую сестру. – И расскажешь, зачем принц Тимес посетил нас.

– Он ехал куда-то по делам. Вроде бы в крепость на границе. К нам заглянул, чтобы обсудить с отцом возможность поставок джута в королевский дворец.

– Тимес спрашивал обо мне?

– Да он немного расстроился, когда узнал, что ты отдыхаешь в горах.

– Принц просто очарователен, – заметила вышедшая на крыльцо с сумкой в руках Амелия.

– Из него выйдет отличный король, – отозвался вернувшийся с конюшни Вителлий.

Вистеллия с любовью смотрела на своих родных, которые готовили для неё экипаж.

Уже через час этот экипаж уносил Вистеллию прочь от замка отца, а ещё через четыре часа она вошла в дом Софокла Клодена, который был поднят слугами с кровати и спустился встречать Вистеллию, накинув халат на ночное одеяние.

– Милая Виви, я конечно радушный хозяин и рад твоему приезду, но какого чёрта ты явилась ко мне в двенадцать ночи⁈ – проворчал он вместо приветствия.

– У меня к тебе срочное дело. Оно касается принца Тимеса, – пояснила Вистеллия.

– Проходи в кабинет, – перешёл на деловой тон Софокл.

Оказавшись в кабинете один на один с дядюшкой, Вистеллия начала сбивчиво рассказывать ему о королеве Анинье, её проклятье, Кариноре, кольце с лунным камнем, летописе Джукора, старике мастере и Илае.

– Ладно, допустим я тебе верю, хотя ни о каком проклятье Аниньи никогда не слышал, – сказал граф Клоден, выслушав племянницу. – Чего ты от меня хочешь.

– Проведи меня в королевский дворец. Мне надо рассказать Тимесу, как он может снять проклятье.

– Нет, я не буду рисковать своей репутацией и поведу тебя к принцу без кольца Аниньи, – помолчав, решил Софокл. – Вдруг кольцо – это плод твоего воображения. В Кариноре и не такое возможно. Я слышал, что один заключённый уверял тюремщиков, что у них на головах растут рога, хотя никаких рогов, естественно, не было.

– Кинжал с рукояткой, украшенной драгоценными камнями есть! – упрямилась Вистеллия. – Он в тайнике. Там ещё кольцо с лунным камнем.

– Тогда сначала ты заберёшь еэкинжал из Каринора, а потом уже я повезу тебя к принцу, – объявил своё решение Софокл.

– Как я заберу кинжал? Ты меня слышишь: он в тайнике, а тайник в стене камеры.

– Моя дорогая племянница, твой любимый дядюшка далеко не последний человек в Джукоре, – усмехнулся Софокл Клоден. – Поверь: моих связей хватит, чтобы на несколько минут открыть дверь камеры Каринора.

– Когда мы выезжаем в Мирею? – уточнила Вистеллия.

– Прямо сейчас, – решил граф Клоден.

Слуги перенесли вещи Вистеллии в роскошный экипаж Софокла, а сам граф Клоден тем временем собрался в дорогу.

Как только кони выехали со двора, Вистеллия, удобно расположившись на мягком сидении, уснула спокойным крепким сном.

Проснулась она только утром.

– Скоро будем в Кариноре, – сообщил ей Софокл.

– Ты спал?

– Нет. Всю ночь размышлял о том, как можно жить, зная, что впереди тебя ждёт безумие.

– Мне кажется, что жить с этим знанием тяжело. Поэтому и принял король Аспер решение не говорить о проклятье будущим королям до определённого момента. У меня сложилось впечатление после прочтения летописи Джукора, что Аспер был мудрым человеком, – высказала своё мнение Вистеллия.

– Теперь для меня многие поступки короля Вернуса обрели смысл, – признался Софокл.

Когда экипаж Софокла въехал во двор Каринора, Вистеллия спросила:

– Ты ведь дружил с Совитаром?

– Да.

– Скажи мне, дядюшка Софокл, это ведь посоветовал Алойзу Совитару место, где могла бы укрыться королева Элиана?

– Всё так. Когда Алойз пришёл ко мне с вопросом, где спрятать королеву Элиану, которую он тайно вывез из Каринора, я сразу подумал о пустующем домике в горах, которым Вителлий не пользовался с того момента, как его сестра умерла. Именно туда Алойз Совитар отвёз королеву.

Вителлия с интересом посмотрела на Софокла:

– Ты знаешь намного больше, чем кажется.

– Я с юных лет лавирую между различными враждующими кланами, постоянно затевающими какие-то интриги, и сам часто интригую, но всегда стараюсь оставаться на стороне разума и справедливости, – философски произнёс граф Софокл, глядя на стены Каринора. – Возможно поэтому мне удаётся держаться так долго на плаву среди власть имеющих. Однако сейчас речь не обо мне. Мы в Кариноре, и я хочу увидеть кинжал и кольцо. Следуй за мной, Виви.

Выйдя вслед за дядюшкой из экипажа, Вистеллия укрыла голову капюшоном: на улице моросил дождь.

– Капюшон не снимай, – предупредил её Софокл. – Когда я буду говорить с начальником тюрьмы, опусти голову и смотри в землю. Я не хочу, чтобы кто-либо видел твоё лицо.

– Могу набросить на себя иллюзию, – предложила Вистеллия.

– Это уж как пожелаешь, – пожал плечами Софокл.

Вистеллия решила не менять внешность, а просто, как велел Софокл, натянула поглубже капюшон и опустила голову.

Сделала она это вовремя, потому что из замка выкатился толстяк в форме тюремщика.

– Граф Клоден, что привело Вас сюда, – заискивающе произнёс тюремщик.

– Моей спутнице нужно войти в одну из камер Каринора и это должно остаться между нами, – Софокл протянул тюремщику увесистый кошелёк. – Получишь ещё столько же, когда мы будем уезжать.

– В какую камеру? – пряча кошелёк в карман, поинтересовался толстяк.

– Камера в средней части замка на втором этаже, – вмешалась Вистеллия. – Конкретнее скажу позднее.

Тюремщик кивнул.

Они втроём прошли внутрь замка. Вистеллия отчётливо услышала уже знакомую ей мольбу о помощи.

Тюремщик, позвякивая ключами медленно шёл по коридору, всё время оглядываясь и пытаясь рассмотреть скрытое под капюшоном лицо Вистеллии.

– Во время дождя узники замка продолжают сортировать камни на крыше? – спросила его Вистеллия.

– Да, – толстяк удивлённо округлил глаза. – А откуда вам известно, как проводят день заключённые?

– Приснилось, – глядя себе под ноги, ответила Вистеллия.

Софокл усмехнулся, а тюремщик испуганно икнул. Он больше не оглядывался на Софокла и его спутницу, а торопливо поднимался по лестнице впереди них.

– Какая дверь Вас интересует? – уточнил толстяк, поднявшись на второй этаж.

Вистеллия подошла к нужной двери и указала на неё рукой.

– О, это особенная комната, – оживился толстяк. – Я тридцать лет работаю в Кариноре и только две узницы из всех, кто ночевал в этой комнате, смогли не сойти с ума. Более того, обе эти ведьмы покинули Каринор необычным образом, хотя находились здесь в разное время.

– Каким образом? – заинтересовался Софокл.

– Их унёс на руках начальник королевской охраны Алойз Совитар, – прошептал тюремщик, открывая дверь.

Вистеллия вздрогнула, услышав, как ключ проворачивается в замке. Ей стало страшно.

– Войти с тобой? – спросил Клоден, осматривая из коридора пустую комнату.

– Нет. Я сама, – Вистеллия храбро переступила порог своей бывшей камеры, подошла к нужной стене, в долю секунды отыскала необходимый ей камень, трижды нажала на него.

Камень со стуком упал на пол. Вистеллия быстро вытащила из тайника сперва кольцо и надела его на средний палец левой руки, а потом кинжал, который тут же спрятала его под плащом, и вышла из камеры.

– Что Вы взяли из тайника? – спросил её тюремщик.

– Тебе заплатили за то, чтобы ты не задавал вопросов, – рявкнул Клоден.

– Молчи или умрёшь, – зловеще прошептала Вистеллия, глядя себе под ноги.

Толстяк снова испуганно икнул и засуетился:

– Прошу следовать за мной!

Во дворе граф Клоден помог Вистеллии сесть в экипаж, всунул тюремщику в руку ещё один увесистый кошелёк, сам вскочил на подножку экипажа и велел кучеру:

– Гони в королевский дворец!

Экипаж резко тронулся с места, Софокл на ходу сел на мягкую скамейку внутри него и закрыл дверь.

– Это было впечатляюще, – объявил он Вистеллии.

– И обошлось тебе очень дорого, – улыбнулась Вистеллия, снимая капюшон.

– Деньги – это всего лишь презренный метал, а вот вещи, которые были в тайнике королевы Аниньи – уникальные. Можно взглянуть на эти раритеты?

Вистеллия протянула вперёд левую руку, демонстрируя кольцо, а, когда Софокл его рассмотрел, вытащила из складок плаща кинжал Изгиря и протянула его дядюшке.

– Великолепная вещь! – Софокл с минуту любовался кинжалом, а потом вернул его племяннице.

– Что дальше? – спросила дядюшку Вистеллия.

– Встреча с принцем Тимесом! – подмигнул ей Клоден.

– Ты уверен, что сможешь провести меня в королевский дворец? – сомневалась Вистеллия. – Я ведь ведьма, а там ведьм убивают при помощи волкодавов.

– Доверься мне, Виви. У твоего дядюшки есть план, а ещё во дворце находится Тор. Всё получится, – успокоил её граф Клоден.

Когда экипаж Софокла Клодена въехал в ворота королевского дворца, Вистеллия заметила, что колличество стражников и волкодавов там увеличилось.

– Измени внешность, – не попросил, а приказал Софокл. – Не хватало ещё, чтобы тебя кто-нибудь узнал.

Вистеллия провела рукой перед своим лицом и нацепила на себя образ юной дочки хозяйки таверны, в которой полчаса тому они с дядюшкой завтракали.