Текст книги "Тёмный призыв (СИ)"
Автор книги: Иванна Осипова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)
Глава 47
Несколько недель прошли в том же тревожном состоянии. Серия преступлений не продолжилась, нападений на Вельду или Стефана не было. Бэлис давно съехала из Вороньего замка вместе с лекарем и, к удивлению знакомых и подруг, поселилась с ним в сельском доме. Казалось, что преступники действительно отказались от своих задумок и решили больше не привлекать внимания или затаились на время. Шаун организовал досмотр крипт по всему Фолганду, но работа эта была долгая и бессмысленная. Они и не представляли, что следует искать. В городе на севере, откуда прибыли некромант и лекарь, крипты досмотрели в первую очередь.
Шаун продолжал приходить домой к магу, чтобы обсудить новые детали дела или снова проговорить известные факты.
– В Шаррате после осмотра крипт местная управа ещё и сведения собрала о них. Очень постарались. Про местные группы ревнителей лика расписали отчёт на десять листов. Видел бы ты этот почерк.
– Есть полезное? – маг, а точнее Хоггор предпочитал короткие фразы.
– Одна крипта сгорела. Говорят, что местные подожгли. Только заперли вначале.
– Там кто-то был?
– Группа ревнителей лика. Включая Летину Хортон, её мужа, Фрэста Колдэна. Там не менее шести имён. Утверждают, что потом видели только Фрэста.
– И чем они так не понравились жителям Шаррата? – Стефан догадывался, что тётя Летина погибла в пожаре. – На севере же любят Дивного бога.
– Всю группу подозревали в некромантии и человеческих жертвоприношениях. Власти ничего найти не смогли, а народ взял правосудие в свои руки. Твой кузен уже учился в другом городе и в Шаррате его не было.
– Значит из шарратской группы остались Колдэн и кузен?
– Возможно, кто-то ещё. Сам же говорил, что в тюрьму приходила женщина.
– Которую мы так и не нашли. Зелейник Хэл утверждал, что она настоящая леди, красивая и элегантная. Вряд ли в маленьких северных городках можно встретить элегантных горожанок, – предположил Стефан. – И богатых семей там нет. Она не может быть с севера.
Разговоры и сбор фактов по крупицам, всё, что осталось для дознавателей. А время неумолимо шло вперёд, не давая ответов. Стефан все больше походил на змея, что обвил своими кольцами родное гнездо, охраняя будущее потомство и отпугивая врагов. Вместе с Вельдой они находились в состоянии острого ожидания.
И однажды в доме всё ожило суетой. Всех сорвало с привычных мест, заставило бросить дела. Вельда собиралась ложиться спать, когда внезапно охнула, согнулась.
– Ничего-ничего, – ответила она на незаданный вопрос мужа. – Пройдёт сейчас.
Стефан уложил её, но сам цепким взглядом следил, потом проверил пульс, руку положил на живот. Вскоре Вельду и правда отпустило, но не прошло и десяти минут, как всё повторилось. Тут уже Стефану самому ясно стало, что роды начинаются. Он немедленно привёл повитуху с помощницей. Лейни направили греть воду и велели оставаться потом здесь же в комнате на случай необходимости.
– Ты меня не оставишь? Ой!
Вельда закусила губу и растеряно смотрела на мужа, меняясь в лице, когда чувствовала схватки.
– Я с тобой, родная. Никуда не уйду.
Она не замечала сейчас какой холодный у него тон, Хоггор пока не уступал. А ей было достаточно того, что он рядом. Значит всё пройдёт хорошо. Стефан сделал, что смог – сел в изголовье, держал за руку, губами касался лба или висков. Он дал ей выпить несколько настоев, приготовленных своими руками, чтобы облегчить боль.
Шли часы и, по словам повитухи, всё протекало как установлено природой. Они все так и были рядом – повитуха с помощницей, Стефан и Лейни, которую он не отпускал, опасаясь, что при рождении двойни может понадобиться помощь.
– Храбрый Бельчонок, ты же умница у меня, – повторял Стефан, держа жену за руку, чувствуя, как крепко она цепляется за него. – Дыши, родная. Давай вместе.
– Я устала, – не говорила, стонала, силы утекали водой в песок, прошло не меньше шести часов.
– Знаю, но ты сможешь. Мы сможем. Соберись.
Стефан сосредоточился на стихиях, чтобы передать Вельде силы. Не так много увидел линий и узлов в комнате, откуда можно взять, что необходимо. На время отвлёкся, наблюдая зрением мага, как повитуха в плотном кольце стихий склонилась над Вельдой, которую он дополнительно закрыл щитами сам. Но от людей Стефан никогда не забирал энергию. Помощница повитухи не была такой наполненной, оказалась слабее. В ней больше водной стихии, чем какой-либо иной.
Лейни в ожидании стояла у окна, переминаясь с ноги на ногу, теребила край передника, выделяясь странным бледным пятном с размытым контуром. Он так привык, что никогда особо не замечал служанку, не прислушивался к её болтовне, Лейни и была для него просто пустым местом. Любая мысль о ней тут же обрывалась и уходила в пустоту. Лейни никогда не вызывала никакого интереса. С какой лёгкостью он принимал любые её доводы и слова, не в силах зацепиться за них сознанием. Как охотно верил всему. Стефан вспомнил первую беседу с ней – рассказанная история и ответы устроили сразу. Да и Вельде она понравилась, а выбирать им было не из кого. Но сейчас что-то было не так.
Вельда крепче сжала его руку, застонала, старательно исполняя все указания повитухи, вещающей громким жёстким голосом. Сколько таких молоденьких матерей она уже провела через испытания. Знала, что есть моменты, когда о ласковом обращении нужно забыть. Внимание Стефана переключилось на жену. Он был рядом для ласки и поддержки.
– Господин Стефан, я могу выйти? – голос Лейни звучал тихо, напряжённо, руки продолжали дёргать ткань передника. – Мне на минуточку.
В этот момент Вельда сильнее застонала, вскрикивая.
– Ой, мамочки! Я не смогу, Стеф!
– Сможешь!
Хором отозвались маг и повитуха, которая давала новые указания помощнице, да и руки Лейни здесь пригодились. Боязливо служанка подошла ближе к роженице, повторив просьбу снова.
– Милорд, мне очень нужно. На секундочку.
Повитуха требовательно прикрикнула не Лейни, чтобы не мешала, а делала, как велят. Юная жена лорда показалась ей сильной и здоровой, но сейчас возникли сложности, которые могли привести к беде.
– Не сейчас! – Стефан был резок, тревожно посмотрел на пожилую повитуху. – Почему столько крови?! Послать за лекарем? Что я могу сделать?!
– Всякое бывает, милорд. У меня безнадёжные благополучно рожали, а ваша жена сильная, выдержит. Немного осталось.
Ничего не мог поделать Стефан против природы. Только ждать и верить, что Вельда справится. Он тщательно осмотрел стихии Вельды, чтобы понимать сколько нужно ещё сил, обновил щиты. Она очень нуждалась в подпитке, поэтому стал собирать из потоков вокруг. Кольца в ухе запустили болевой импульс, чуть заметный, неуверенный. И реакция Стефана стала мгновенной.
Вскочил на ноги, возвышаясь над всеми чёрной тенью, создал волну, очищающую комнату, показывающую враждебное. На размышления времени не было. Дурной магии не чувствовал, но где-то рядом таилось скрытое и опасное. Увидел, как голубые искры пролетели через комнату, оседая на предметах и людях, как Лейни вскинула голову и впилась взглядом в лицо мага. Зрачки её светлых глаз расширились, отражая одновременно ужас и жгучую ненависть.
Вельда кричала, цепляясь пальцами за простыни, ведь Стефан отпустил руку жены, чтобы отразить нападение. Повитуха с помощницей полностью были поглощены заботой о леди Фолганд. А маг смотрел, как по образу служанки от ног, где клубилось тьмою, вверх идёт волна, обнажая скрытое.
Лейни закрыла ладонью правую половину лица, опустила голову, но Стефан успел увидеть сморщенную бугристую кожу, небольшие шрамы, которые могли остаться только от огня. Он словно впервые увидел эту женщину, какие-то внутренние блоки разрушились, показывая мир таким, как он есть. И вот тут запах чужой дурной магии ударил в нос змея Хоггора. Так, что он, зашипев, заставил мага встать в боевую позицию, занести руку для удара стихиями. Лейни не стала мешкать и с неожиданной прытью выскочила за дверь.
Стефан бросился за ней, но услышал, как за спиной раздался детский плач. Вероятно, только это и могло остановить мага. Он обернулся к жене и двум женщинам, хлопочущим над ней.
– Мальчик, милорд. У вас сын, – сказала повитуха, передавая ребёнка помощнице. – Тужься девочка. Давай, – она снова обратилась к Вельде, бьющей руками по кровати.
К этому моменту Белка сумела сама собрать что-то из стихий, направить силы, использовать их для родов.
– Скайгард, – прошептал Стефан, получив в руки маленький сморщенный комочек, неплотно завёрнутый в ткань.
Он рассматривал сына круглыми от удивления глазами, словно и не знал, что тот должен появиться на свет. Маленький, беззащитный кусочек живой плоти, которому требовалась вся сила отца, чтобы выжить. Скай не плакал, только морщился и забавно кряхтел.
– А вот и девочка, – в голосе повитухи появилось облегчение.
Второй плач совпал с её последними словами. Оторвавшись от сына, Стефан заворожённо смотрел как его дочь моют и заворачивают в белую простынь. Змей, мёртвый бог Фолганда, стыдливо заполз в самые дальние уголки сознания, давая прочувствовать магу все оттенки эмоций. Из глаз что-то само собой потекло, и Стефан не сразу понял, что это были слезы. Ведь он не плакал с двенадцати лет.
Глава 48
Пока женщины занимались Вельдой, маг успел послать одного из гвардейцев в «Пустую бочку» за тётушкой Рейной. Он понимал, что уже поздняя ночь, но помощь им была крайне необходима. Выяснил Стефан и про служанку. По словам стражи женщина выбежала на улицу и так быстро скрылась среди домов, что они и не заметили. Приказа никого не выпускать из дома не было, и они решили – женщину послали за лекарем или с важным поручением.
Стефан ругал себя нещадно. Как?! Как он мог пропустить такую сильную магию. Какие силы затмили разум и заблокировали импульсы по сделке. Ведь и Хоггор ничего не замечал. Он вспомнил разговоры со служанкой, некоторые странные моменты, которые оказывается отложились в памяти, но никак не анализировались раньше. Появится время и тщательно осмотрит комнату Лейни. Вот только об одном моменте он так и не вспомнил, полностью поглощённый мыслями о детях и жене. Всей душой стремился скорее к ним.
Перескакивая через ступеньки, взлетел по лестнице. Постель уже прибрали и Вельда лежала вся белоснежная, свежая, огненные волны ярким пятном выделялись на белом. Они заранее приготовили две колыбели, но сейчас детей положили Бельчонку под руки, и она никак не могла выбрать на кого хочет смотреть больше. Так и поворачивала голову то направо, то налево, хмурилась, улыбалась. Сама такая бледная, уставшая, но Стефан ощутил покой, которым была переполнена жена.
Прежде, чем подойти к Вельде, спросил у повитухи:
– Как они? С женой и детьми всё…правильно?
– Не волнуйтесь, милорд. Детки здоровы. Жена ваша наберётся сил. Но ей лучше полежать не меньше трёх дней. Пока нет других рожениц я могу пожить у вас.
– Я был бы очень благодарен, – маг с радостью ухватился за эту возможность.
– Только есть небольшая сложность. У вашей жены нет молока.
– А чем же…, – он не договорил, быстро перебирая в уме возможности. – В замке возможно найти кормилицу?
– Могу поискать, – кивнула женщина. – Или можно покупать козье молоко и разводить кипячёной водой. Расскажу вашей жене, как и что делать.
– Стеф, лучше козье, – Вельда услышала их разговор. – Не хочу, чтобы кто-то чужой кормил моих детей.
– Мне тоже расскажете, – он постарался смягчить ухмылку Хоггора. – На кухне было молоко.
– Тогда я приготовлю.
Маг вспомнил о Лейни.
– Подождите, я должен кое-что проверить.
Стефан побежал вперёд, чтобы успокоить самого себя. Все продукты в доме покупались служанкой, и теперь маг не был уверен, что они годятся для еды. Но детям нужно было молоко и, оценив его на вкус и структуру, проверив на магию, он позволил повитухе использовать его. Другого молока среди ночи они точно не найдут, а утром он отправит кого-нибудь за козьим.
Проблемы расследования полностью отошли на второй план. И краем сознания Стефан понимал, что это неправильно, даже опасно. Но первые дни, пока Вельда особенно уязвима, он не сможет заниматься ничем другим. Просто нужно привести мысли в порядок. Заняться хотя бы новой ниточкой, что осталась от сбежавшей Лейни. Мысль, каким он был дураком, приводила в ярость даже Хоггора-змея, самолюбивого, как все боги.
Мысленно пробежав по списку дел, Стефан, наконец, смог вернуться к жене. Вельда лежала, прикрыв глаза, крепко прижимая к себе детей, а маг замер, почти задохнувшись от острой нежности, насколько позволила сделка. Побоялся сесть на постель, чтобы не разбудить. Наклонился, всматриваясь в детские личики. Так хотелось взять на руки. Так страшно было это сделать. Сможет ли он быть им хорошим отцом. Глупый маг, раненный собственным прошлым. Вечная мишень для многих.
– Ты меня даже не поцелуешь? – мягкий и тёплый голосок разбил печальные мысли.
Белка улыбалась. Муж только что был похож на маленького испуганного мальчика, перед лицом чего-то грандиозного и неизведанного. Могущественный маг, стоящий на пороге отцовства. Осторожно склонился, накрыл губами её губы, лаская.
– Спасибо тебе, – немного отстранился, пожирая глазами. – Ты умница. Я ещё не видел дочь. Кто из них малышка Ри?
– Если честно, то я тоже их немного путаю, – тихо, словно по секрету, ответила рыжая Белка.
– Мне кажется, что справа, – и маг осторожно взял на руки одного из детей.
По некоторым признакам понял, что не ошибся – разрез глаз, рисунок губ, щёчки.
– Маргарита, – провёл пальцем по щеке дочери, и губки ребёнка сразу же сложились, вытянувшись вперёд. – Сейчас тебя покормят, потерпи немножко. У Ри твои глаза, Бельчонок – зелёная весенняя трава.
Он держал дочь на руках и продолжал сомневаться, что всё происходящее – это не сон. Появился страх, что счастливый сон скоро закончится, маг проснётся и окажется, что ничего не было – ни Вельды, ни детей, ни их счастья. А сам он просто ушёл в безумие после очередной пытки в крипте. И сейчас появится Рют Тарвит со своей вечной усмешкой на пухлых губах.
– А у Ская твои, – радостно отозвалась Вельда.
Повитуха принесла бутылочки с молоком, и они кормили детей вместе. Стефан сел на постель и, под присмотром женщины, кормил дочь, а Вельда сына. Когда дети уже спали в своих колыбельках, Вельда спросила:
– А что случилось с Лейни? Я тогда ничего не понимала, но видела, как она убежала. И почему ты отпустил мою руку?
Помрачнев, Стефан размышлял, как раскрыть жене правду о служанке.
– Она выдавала себя за другого человека, родная, но с этим я разберусь позже. Не думай о ней. Больше её не будет в нашем доме. Я послал за тётушкой Рейной. И женщины, что помогали тебе, поживут несколько дней с нами. Из-за этой Лейни я пропустил самый важный момент.
– Лейни, что? Она с преступниками? – глаза Вельды удивлённо раскрылись. – Не могу поверить.
– Сильная магия, которая почему-то перестала работать во время родов. Я обязательно выясню причину. Хоггор очень зол, – маг усмехнулся. – Сильный удар по самолюбию.
Дверь в спальню распахнулась, и встревоженная тётя Рейна как могла быстро вбежала в комнату.
– Вельда! Девочка моя!
Увидела детей и закрыла рот рукой. Последовали объятия, слезы радости. Тётя не побоялась даже мага обнять. Вскоре они оставили Вельду отдыхать, а Стефан выпил один из своих настоев. Ему необходимо было время, которое не хотелось тратить на сон. И Рейну он собирался попросить помочь Вельде.
– Поживёте у нас какое-то время? – основной заботой Стефана оставалась жена и дети.
– Ох, – Рейна покачала головой, разрываясь между любовью к племяннице и своими обязанностями. – Трактир невозможно оставить без присмотра. Несколько дней смогу, не дольше. У вас же была служанка.
– Теперь нет.
Глядя на напряжённое лицо мага, женщина не захотела спрашивать, почему и куда исчезла помощница. А Стефан прикидывал новые варианты, где им найти помощь. Из замка вряд ли кто-то согласится, если только Аспер прикажет, но наблюдать постоянно перепуганное лицо какой-нибудь девчонки не хотелось. Прислуга Вороньего замка была подвержена предрассудкам больше горожан, наблюдая за фокусами младшего лорда довольно часто. Неужели в целом городе не могло найтись толковой женщины, достаточно смелой, чтобы работать в доме мага.
– Поспрашиваю среди знакомых, – обещала тётушка Рейна. – Может кто и согласится.
Первые несколько дней они справятся, Стефан сможет заняться расследованием. Прямо сейчас он решительно спустился на первый этаж, чтобы исследовать комнату служанки и кухню, любой закоулок, где часто Лейни оставалась одна.
В маленькой комнатке, где жила Лейни, Стефан бывал и раньше, но ничего особенного там не видел. Сознание воспринимало обстановку как данность, обыденность, которую нет причин анализировать.
Сразу с порога маг сосредоточенно проверил наличие дурной магии. Опять чисто. Ломал голову, что за заклятие такое хитрое. Должна быть магия, обязана, а не поймать. Зрение мага показало пустоту от стихий, что само по себе было странным. Все линии и ветки пусты, как обрублены. Не комната, а замкнутый куб. Походил по комнате, подумал. Попросил помощи у Хоггора, а змей радостно встрепенулся в азарте, желая отомстить Лейни за удачный обман.
Осмотрел стены и вещи зрением змея и, кажется, увидел что-то. Знаки на каждой из четырёх стен, бледное свечение в районе постели и на столике рядом. Все вещи брошены, Лейни сбежала так ничего и не забрав. Стефан прошёл в лабораторию, порылся в своих настоях, подумав, смешал несколько, затем вмешался в структуру, чтобы новые свойства получить. Такого сочетания он не пробовал и надеялся на удачу.
Выпил экспериментальный настой в комнате служанки, подсобрался, ощущая, как меняется восприятие пространства. Пока не смотрел на отдельные вещи, не концентрировался, картинка расплывалась, плясала серыми тенями, но стоило волевым усилием направить взгляд, как участок пространства проступал яркими красками в полном объёме, позволяя увидеть несколько больше, чем доступно даже змею.
Глава 49
Теперь, обладая таким особым свойством, разглядеть знаки на стене стало проще. Символы, начертанные над порогом и на каждой из стен, Стефану были знакомы. Бертран не занимался некромантией, но многое о ней знал, поэтому передал знания ученику. И показывал древнюю книгу с ритуальными символами, символами заклятий и призывов. Из-за воздействия вещества маг сейчас не мог проверить по книгам, но запомнил картинку. Он достал пальцами до одного из рисунков и сделал то, что так не нравилось Шауну. На вкус краска напомнила травяные настои и кровь. Много крови разных существ. И один из компонентов – кровь Фолгандов.
– Вот в чем дело, – прошептал Стефан.
Кровь Фолгандов многое объясняла, но вначале он уточнит значение символа. А пока направил внимание на кровать, где лежало одно из платьев Лейни. Платье, прошитое зачарованными нитями. После всех настроек сознания это стало очевидным. Обычным зрением мага не увидишь, да и Хоггор не способен показать со всей чёткостью. Хорошо подготовились ревнители лика с севера. Со знанием дела. Подобное зачарование отводило глаза, не давало сосредоточиться без специальных уловок.
– И это ясно.
Остался столик, где лежала бытовая мелочь вроде гребня, лент и флакончиков с неизвестным содержимом. Зрение змея указывало, что именно тут нужно искать особенные улики. Стефан просмотрел структуру жидкости во флаконах, и картинка сложилась окончательно.
Недаром так торопилась служанка убежать из комнаты во время родов. Не успевала принять свой настой. Роды дело не быстрое, а выпивала она его, видимо, в определённое время, но из-за суеты не успела взять с собой. Чары начала спадать на глазах у мага, показывая истинный облик Лейни. Связал Стефан ожоги на её лице с пожаром в крипте на севере. Туда и следует направить запрос о Лейни Дармар.
Проверив повторно каждый угол, Стефан осмотрел особым зрением коридор, затем хозяйственную комнату и кухню. Везде оказалось чисто от магии, даже такой непростой. Вовремя вспомнив про погреб, спустился вниз. Неужели и тут зачаровано, сам змей был в ярости. В углу, где видел Тарвита начертан символ кровью – смесь крови животных и Фолганда. На этот раз иной по начертанию. Стефан запомнил и его.
Пока действовала настойка исследовал и второй этаж, после в крипту сходил, осмотрел стены. Успокоился, когда каждый угол проверил. Мысль, что провели его, не давала покоя магу. Но появились новые идеи, как защититься и сражаться с некромантом, который, несомненно, был очень силен. И если порталы в мир Кукловода создавал не слишком умело, то своим ремеслом владел отлично.
Следующая неделя прошла в суете. Стефан и не представлял, как сложно организовать быт матери с двумя младенцами. И никакая магия не могла выручить в некоторые моменты. Повитуха с помощницей ушли, оставив молодую семью самих разбираться со всеми насущными вопросами. Прислугу пока не нашли, а тётушка Рейна могла заходить не часто в дом мага.
Стефан чувствовал, как не хватает времени на его исследования, но не мог бросить Бельчонка на этом своеобразном поле боя с бытом и детьми, проявляя нечеловеческое терпение. Кое-что полезное осталось после тринадцати лет выучки у жрецов. Уделяя внимание семье, маг продолжал помнить, что необходимо сделать. Опасность никуда не исчезла. Прояснились детали и факты, нашлось недостающее звено в виде Лейни, но игра не была окончена. Он знал, что не отступятся ревнители лика, рано или поздно вернуться с новыми силами. А пока в доме мага больше занимались обыденными делами – стиркой и кормлением, а не магическими практиками.
На той же неделе у Вельды появилось молоко. Поднявшись в спальню с тёплым козьим молоком, Стефан обнаружил жену, сидящей среди подушек. Скай жадно вцепился в материнскую грудь. С усмешкой Хоггора, Стефан сел напротив, любуясь этой картиной. Так и сидели некоторое время почти в полной тишине. Вельда счастливо улыбалась. Она стала замечать, что после родов в ней прочно поселился необычный покой, уверенность, что всё хорошо и мир вокруг похож на мягкое, тёплое облако. Она сама это облако и готова объять собой всё, что ей дорого. Стефан всегда был рядом. Белка чувствовала заботу и любовь. Пусть взгляд часто холоден, а чувства проявляются с усилием, которое тут же отражается на лице мужа. Хоггор не всегда легко отдавал свою добычу. Главное, что они вместе. Они опора друг друга.
И сколько интересных, забавных, иногда странных открытий они делали вместе, заботясь о детях. Подшучивали друг над другом, когда что-то выходило неловко или вовсе не так. Радовались, когда получалось, и бытовые неурядицы разрешались. Но неизменно были рядом. Вельда чувствовала себя самой счастливой во всем Фолганде. Об остальном она старалась не думать. Стефан разберётся и решит все проблемы. Он сможет защитить. Так думал и маг, с восторгом и нежностью, наблюдая как жена кормит его сына грудью.
– Я начинаю ему завидовать, – потянулся к ней, чуть коснулся губ. – М-м, как вы вкусно пахнете, – зрачки мага сделались на секунду змеиными.
Вельда лишь улыбнулась, да в глазах появилась такое выражение, что Стефан наполнился силой и чувством радостного предвкушения. После рождения детей между ними постоянно было столько силы, что не нужно часто черпать из стихий. Как единый большой организм – Стефан, Вельда, Скайгард, Маргарита и сила стихий.
Пришёл черед Ри, а сына маг положил обратно в колыбель. Стефан был такой забавный, когда разговаривал с маленьким кряхтящим комочком, и Вельда засмеялась, а счастье замурлыкало внутри тёплым котёнком.
Маг создал над колыбелью маленьких разноцветных бабочек, которые очень заинтересовали Ская, но он никак не мог сосредоточиться на них, только тянул ручки.
– Хочешь, я перевезу вас в замок?
Стефан вспомнил о всех проблемах и опасностях.
– Думаешь, там безопаснее? – Вельда кормила дочь, поглаживая по головке с пробивающимися тёмными волосами.
Сейчас казалось, что дети пошли в отца и огненных волос не будет ни у сына, ни у дочери.
– Там удобнее, есть помощь. Я должен вернуться к следствию. Шаун не справляется один с текущими делами. И это вопрос вашей безопасности, – стал серьёзным и сосредоточенным.
– Я справлюсь, Стеф. А в замке всё чужое и вещи, и люди. Мне будет там неуютно. Делай то, что считаешь необходимым.
– В любом случае нам нужен дом большего размера, – он улыбнулся.
– Здесь замечательно, но ты прав. Комнат на всех нам не хватит.
– К тому же, нас может стать больше. В будущем.
Последнюю фразу Стефан сказал таким тоном, словно излагал факты своего расследования, которые необходимо учитывать при анализе ситуации. Они с Вельдой посмотрели друг на друга, помолчали и рассмеялись.
Прошла ещё неделя и появился Шаун. Накопилась информация, возникли новые темы для обсуждения. Дознаватель хотел знать, когда же ценный сотрудник управы соизволит появиться на рабочем месте. Убийств не было, но разные мелкие неприятные задачи возникали постоянно.
Маг выслушал рассказ Энвара о донесении с севера по запросу управы. Сведения о Лейни Дармар были малоутешительными – по данным управы в Шаррате женщина лет пять, как числилась умершей. Это означало, что они никогда не узнают, кто скрывается под именем неизвестной северянки. Если только она сама не расскажет, но для этого Лейни нужно было поймать. В городе её больше не видели.
В свою очередь, Стефан коротко изложил, что удалось узнать, когда он свёл воедино улики из собственного дома. Выходило, что, поступив на службу, Лейни привела некроманта в дом и воспользовалась ключом от крипты. Некромант забрал там несколько камней с кровью Стефана. А в самом доме начертал знаки в комнате служанки и в подвале.
– Как у них всё продумано, – восхитился Шаун. – И платье, и пила она там что-то, как ты говоришь. Лишь бы маг не смог раскусить. Сколько же полезной информации Лейни могла им передать.
– Некромант хорошо подготовлен.
Стефан стоял возле окна в лаборатории и смотрел на то, как дождь заливает город. Осень в Фолганде полностью вступила в свои права. Пришла свинцовыми тучами, дождями и ветром. Воспоминания о Лейни, все ещё вызывали ярость у мага. Хоггор испытывал к бывшей служанке не меньшую неприязнь. Оба и не подозревали, что забыли нечто важное. Не вспомнить за ворохом дел и забот.
– А знаки? И почему они начертаны твоей кровью?
– Не с моей. Кровь кузена. Один из элементов, который мешал мне найти следы магии. Кровь рода создаёт иллюзию безопасности для одурманенного. Символы сохранения в комнате закрыли дурную магию от меня и позволяли Лейни сохранять личное зачарование. Не простая схема. В подвале они поставили символ, условно называемый – «дверь». Возможность заглянуть в наш мир из другого и забирать отсюда силы. Тарвит появлялся именно так.
– Да, помню твой отчёт. Кстати, а уничтожить символы можно?
– Вычистил эту заразу, – губы мага плотно сжались, вспомнил сколько сил и нервов потратил на уборку. – Мы должны быть готовы, что они вернутся.
Сел в кресло, просмотрел бумаги, лежащие рядом на столе. Шаун готов был согласится с выводами мага. Сам понимал, что вернутся. Напрасно не тратят столько сил на организацию преступления. Значит доведут дело до конца. Видел, что маг предельно собран и готов к встрече.
Стефан отбросил пожелтевшие листы с анатомическими рисунками обратно на стол. Рука с тонкими пальцами сжала подлокотник кресла.
– Я подумал над их схемами. Почитал разные записи. Есть способ с помощью зеркала вернуть ушедшего на ту сторону.
Шаун молча слушал. В магических практиках он понимал мало и всецело полагался на Стефана. На секунду взгляд мага сделался растерянным и полным ужаса.
– Можно вернуться с той стороны в другое тело. И лучшее тело в нашем мире для такой операции – кто-то из Фолгандов.
– Ты? – предположил Шаун.
– Чем моложе тело и свободнее от опыта сознание, тем эффективнее ритуал.
Плечи Стефана расправились. Он решительно посмотрел на дознавателя.
– Только своего сына я им не отдам.
Когда он нашёл разрозненные сведения о подобных практиках, собрал воедино, обдумал, то ужаснулся насколько это похоже на кошмар, мучивший ночами. Замысел некроманта раскрылся полностью перед глазами мага. Каким-то неведомым образом они были связаны с Рютом Тарвитом,
Главный ревнитель лика действительно решил вернуться в земли Фолганда. И сделать это он хотел не один, а взяв с собой отпрысков Кукловода, которые никак не желали приживаться в телах жителей земель, но рано или поздно у лекаря-кузена получится создать жизнеспособную особь. И для этого совершенно не обязательно быть Фолгандом по крови. А Тарвит получит новое молодое тело, сможет прожить жизнь заново, став Скайгардом Фолгандом.
У Стефана не было сомнений, что именно такой вариант предпочтут преступники. Вероятно, им придётся скрывать ребёнка, растить где-то в стороне от городов. Но мальчик войдёт в силу, восстановит сознание жреца при поддержке Кукловода – это станет огромной проблемой для земель Фолганда. Его же сын к этому моменту будет мёртв. Останется лишь оболочка, хранилище чужой враждебной души. И эту оболочку Стефан должен будет убить. Месть некроманта будет сладка. Тарвит не пугал, а говорил о своих планах.
Снова пронеслись в сознании мага страшные мысли. Не хотел думать, но забыть не мог. Холодная логика Хоггора не давала возможности потерять один из вариантов развития событий. Логика услужливо предлагала несколько способов уничтожения Рюта Тарвита в чужой оболочке. Змей, конечно же останется с магом, пока дело не будет закончено. Возможно, долгие и долгие годы. Чтобы не дрогнула рука, не вмешались чувства, когда придётся убивать свою плоть и кровь. Стефан ощущал как волосы шевелятся на голове от подобных мыслей. Подступает к сознанию бесконечная тьма.
Стефан смотрел на сына, говорил с ним и помнил. Обнимал Ская и помнил. Иногда Вельда видела, как глаза мужа внезапно наполняются ужасом при взгляде на сына. Тем самым, что бывал у него после кошмаров. Она не понимала, что происходит. Боялась спрашивать, да и знала – не скажет. А Стефан молчал. В одиночестве нёс груз возможного будущего.
