Текст книги "Два пути одного сердца (СИ)"

Автор книги: Ива Миленич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)

Глава 19

 В машине Дрей сразу стал серьёзным и задумчивым.

– Элис, я хотел сегодня только синхронизировать время, а вообще – по возможности сейчас бы находиться в Григорьевском, чтобы ничего не затягивать. Но после происшествия с Левисом мне нужно в Талаф. Хватило бы и пары часов, однако теперь уже придётся провести там первый полноценный зеркальный отрезок времени. Половину суток или чуть меньше, если быстро вернёмся из Ярославля.

 Я согласно кивнула. Вообще-то мне было сейчас решительно наплевать, в каком я мире. Лишь бы с ним... Потом сообразила, что он следит за дорогой, а не за моими кивками, и сказала:

– Конечно... А зачем мы вообще именно сегодня поехали? Это я ведь два дня подряд спала, но ты-то устал и в придачу тебе нужно домой по делам.

– Чтобы… чтобы не добавлять лишний день к ожиданию, – тихо ответил Дрей. – И так ведь месяц. А после ещё не меньше недели наверняка, нужно посмотреть календарь – венчают ведь далеко не ежедневно. Потом Большое Древо.

– Мы торопимся, чтобы не нарушать какие-нибудь законы? – предположила я, так и не уловив в его объяснении причины спешки. – Это из-за того, что наша Связь не вполне нормальная и надо поскорее сделать всё, как положено?

– Нет, – ещё тише отозвался Дрей. – В этом смысле со Связью… всё в порядке. Просто… не хотелось бы ждать, – это он совсем уж... пробормотал.

– Даже день? – сглотнув, уточнила я.

– Мне даже день жалко, – подтвердил он, прищурившись в лобовое стекло. – А тебе… нет?

– Ну… я просто, кажется, опять всё не так поняла, – туманно промямлила я и замолчала на весь остаток пути.

 Это что же получается, после всего случившегося, мы теперь чего-то должны ждать? Зачем?! Я же видела, как загорелись эти руны на моих запястьях! И даже вон у Левиса не возникло никаких сомнений, что мы с Дреем – пара!

 И вдруг я сообразила и у меня загорелись уши. Он ведь... с другой планеты! И я видела уже краем глаза его мир – традиционный и несовременный по сравнению с моим. Это иной менталитет. Он будет ждать официального брака, чтобы стать мне… полноценным мужем.

 А я-то, испорченная девица из земного двадцать первого века, хожу тут и смущаюсь, едва задумываясь о том, что будет, когда закончатся срочные дела и настанет вечер наедине. И представляя, а точнее – не представляя даже, как буду признаваться, что у меня... никого до него не было! Вечером! Вообразила, что спешим мы… именно ради ближайшего вечера. Потому что к этому моменту будет уже подписан дурацкий договор, про который Дрей говорил, что всё остальное после него.

 Да уж... в этом свете, Элис, то, что у тебя никого не было... не проблема, а, наверняка – достоинство. Только вот...

 До меня дошло, наконец, что имел ввиду Эйо, когда прогонял нас поскорее в Ярославль.

 Как выжить тогда целый месяц вдвоём с Дреем в Григорьевском?!! Я ведь от одного его взгляда растекаюсь лужей! Особенно... потемневшего. От этого невероятного взгляда, который я раньше даже не замечала, потому что всегда боялась смотреть ему в глаза. И от голоса схожу с ума. И от запаха…

 Какой месяц?! Я же умру!

 В ЗАГСе мы не пробыли и десяти минут, а назад тоже ехали в тишине. И только на подъездах к Григорьевскому Дрей прервал молчание и пообещал:

– У нотариуса тоже очень быстро. Я ведь ещё в тот день, когда ты уехала, пошёл туда с твоими бумажками и своими исправлениями. Там всё готово. Если, конечно, ты ничего больше не захочешь поменять, когда почитаешь.

– Я не буду ничего читать, – потупившись, заверила я. – Мне вообще не нужен никакой договор! Теперь уже не нужен. Мы можем вовсе не ездить ни к какому нотариусу.

– Ты сейчас так говоришь, Элис, потому что много всего произошло и твоя голова занята, – твёрдо возразил Дрей. – Но когда-нибудь всё равно станешь думать. Ты любишь думать. А я буду этого бояться.

 От последних его слов стало так тепло на душе!..

 Я улыбнулась, повернулась и положила голову так, чтобы всё время на него смотреть. Ладно. Что мне стоит, чтобы он... не боялся?

– Хорошо, поехали. Только ты всё равно знай: мы теперь уже подписываем этот идиотский контракт не для того, чтобы я не думала. А для того, чтобы ты не думал, что я думаю! Только для этого, слышишь?!

 Дрей рассмеялся, поцеловал мою руку… но к нотариусу всё равно повёз.

 Когда мы вернулись домой, нас ждал сюрприз.

 На лужайке перед усадьбой стоял огромный внедорожник, обвешенный каким-то странным снаряжением. И на колёсах ростом с меня.

 Я испугалась, но Дрей улыбнулся и спокойно пристроил свою машину рядом.

– Это Стёпа, – он заглушил мотор и кивнул на полноприводного монстра. – Брат действительно зоолог и правда ездит во все эти свои экспедиции. Причем, преимущественно на Земле. Спасает исчезающие виды… нашими методами.

 Вот это новости!..

– То есть он вернулся из поездки, припарковался и пошёл через Переход в Талаф, как всегда делал ты? – предположила я.

– Нет, Элис. Думаю, он изучает содержимое твоего холодильника и... немножко злится.

– Потому что там точно нет его любимых продуктов? – я подняла бровь.

– Скорее из-за того, что Переход закрыт, – усмехнулся Дрей.

– Почему это закрыт?! – опешила я.

– Мы Связанные. Теперь кто-то из Семьи может переходить только с нами и Эйо. Поскольку двойная жизнь никому, кроме пары от Нити, не положена, маги Старой Крови после возвращения из таких переходов сильно болеют. Ровно столько, сколько лишнего времени провели на Земле. Как бы выпадают из жизни, – терпеливо и подробно разъяснил Дрей. – А Стеф два месяца жену и детей не видел. Наверняка, сидит и гадает – долго ли ещё ему теперь торчать здесь и сколько потом валяться при смерти. Идём, обрадуем, что и в Талаф вернём сразу, и помучиться предстоит всего несколько часов.

 Я кивнула.

– Это что, теперь его экспедициям конец? – спросила я, подумав, уже когда Дрей открыл мою дверцу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Нет, он сумасшедший, всё равно будет ездить, – вздохнул Дрей. – Не на целые месяцы, но будет.

 Пока он отпирал калитку, я думала о том, что даже примерно представляю себе человека, которого сейчас увижу, потому что разглядывала много раз и с большим удовольствием интереснейшие фотографии из этих самых его поездок. Только вот имя немного другое...

– Значит Стёпа – это Стеф?

– Да, Стефáн Валь. Степан он всю жизнь у Зоры, на русский манер. Ну и на Земле по документам, а здешние друзья Стёпой и зовут. У него много друзей.

– А второй брат, Лёня?

– Ленид Валь, Лéни. Здесь – Леонид, но он почти никогда сюда не ходил, только в юности, а теперь ему совсем некогда. Но паспорт и у Лени есть. Ты и правда всё про всех знаешь, Элис. Я всегда старался рассказывать побольше. А Арина – она просто Арина. Только у нас есть своё сокращение – Рина. Но она уже не Валь.

– Я помню, что сестра замужем. Какая у неё теперь фамилия?

– Левис. Рина Левис.

 От неожиданности я споткнулась о порог.

 Дрей подхватил меня за талию, не дав упасть, и… так вот и замер: не убирая рук, притягивая всё ближе и глядя в глаза. Зрачки его быстро расширялись и затуманивались. Я уже понимала и чувствовала: ещё пара вдохов и он меня поцелует.! Или полетят какие-нибудь снежинки…

– Я понял – любовь с первого взгляда, коли вы за несколько недель аж успели стать Связанными. И разгар медового месяца. Да такой, что вы дверь за собой закрыть не с состоянии раньше, чем кинуться друг другу в объятия... Но меня-то почему нельзя было предупредить, Дрей?! Я бы за вас порадовался!

 На крыльце стоял Стефан Валь: в простой белой майке и джинсах, с чашкой и начатым яблоком.

 Тоже красавчик, но светловолосый и совсем на брата не похожий. Зато похожий… ой – на меня. Потому что – на Зору. И на Айрин! Но молодой, поэтому – даааа... на меня намного больше. И как только я раньше не замечала на фото?..

 Дрей и не подумал меня отпустить, а на него даже не посмотрел.

– Гореть будешь одиннадцать часов. Переходим через… – он взглянул на часы и вернул свою руку на мою талию, – двадцать семь минут. А пока – будь любезен, проваливай назад в кухню и вспомни о приличиях. Мы скоро присоединимся и у тебя будет шанс исправиться.

 Стеф хохотнул и послушно ушёл.

– Лей Левис, муж Рины – мой лучший друг, Элис, – продолжил Дрей, словно и не было только что никакого брата... – Я доверяю ему, как себе. Он не общается с отцом много лет. Это долгая история, но отсюда подвоха точно ждать не стоит. И именно с ним я в первую очередь хочу пообщаться теперь в Талафе.

– Зачем?

– Матлей отлучён от Семьи, а не от Безмирья. Он пользуется нашим Доступом, но Сущий у них с Антифом по-прежнему один и тот же. И я хочу, чтобы Лей кое-что со своим Сущим обсудил.

 Я покивала.

 Дрей печально вздохнул, убрал руки и чуть попятился.

 Я тоже вздохнула. Очень протяжно и громко!..

 Он запрокинул голову к небу, выдав мучительный стон, затем резко притянул меня обратно и сразу поцеловал. Остро, жадно, нетерпеливо. Отнюдь не целомудренно и... И даже не как под яблонями!

 Вот так вот! Никакая я не испорченная, он тоже умрёт за месяц!

***

  После безумного поцелуя мы ещё сколько-то стояли, обнявшись и покачиваясь, словно в трансе. Мыслительный процесс не запускался. Что-то там было до этой нирваны… Что же? Ох! Очаровательный младший Валь с золотыми кудрями, вот что! Для которого каждая минута нашего счастья превратится в дополнительную какого-то персонального ада. Или пока что нет? Мы должны его взять с собой в Талаф, но отчего-то через строго определённое Дреем количество минут…

– Почему двадцать семь минут и сколько из них прошло? – прошептала я наконец.

– Да не важно, – пробормотал Дрей. – Просто чтобы в ровный час. Легче запоминать и ориентироваться.

– Стефан же потом мучиться будет лишнее время! Идём! – всполошилась я.

– Не так чтобы прям уж мучится, полчаса точно не в счёт, – малодушно отозвался Дрей, не вынимая носа из моих волос, а руками деликатно, но настойчиво прекращая мою возню. – Это вроде как болезнь в детстве. Корь или свинка. Когда просто сильный жар, провал и ничего потом не помнишь, кроме мамы с малиновым вареньем.

– В моём случае был папа, – улыбнулась я, тоже не отрываясь от него, куда-то в щекотные прядки за ухом. – И всё равно – пошли, ты тоже торопился домой.

 Он вздохнул, отпустил меня и кивнул. Как-то совсем уж пьяно… Я такая же, видимо… Надо бы ещё хоть немного подышать свежим воздухом. Не в обнимку!

– Кухня окнами в сад. Как он нас услышал? – спросила я, попятившись.

– Стеф может и унюхать раньше. Звериное чутьё и слух – часть его Дара. Во многом определившего пристрастия и род занятий, – удивил меня Дрей совершенно будничным тоном. Да уж: привыкать и привыкать тебе, Элис, ко всей их... магии. –Он ещё и ходит бесшумно. Старается подмётки потвёрже носить, чтобы совсем уж людей не пугать, вырастая из-под земли.

– Тогда и вовсе неловкое знакомство вышло, – я почувствовала, что краснею. – Он ведь… слышит получается, чего мы тут… задержались. Что он теперь обо мне подумает?!

– У Стефа никогда нет камня за пазухой, он сразу и вывалил, что подумал, – улыбнулся Дрей. – А на тебя он теперь не надышится, вот увидишь. Как и любой Валь.

– Почему это вдруг?

– Например потому, что ты будешь наставлять по жизни его правнуков. Ты во-первых из Меликовых, во-вторых ещё и держишь Нить, Элис. Каждый Валь жизнь за тебя отдаст, если понадобится.

 Я растерянно побрела к крыльцу. Есть о чём подумать. Надо же как-то… стать достойной такого!

 Ещё в холле стали слышны смех и болтовня. На секунду я напряглась – ещё какие-то посетители? Но тут же поняла, что со Стефаном разговаривает Эйо.

 И действительно, они сидели за столом вдвоём.

– Штрифель меликовский…– младший Валь закатил глаза в блаженстве, затем впился зубами в яблоко и продолжил с набитым ртом: – язык можно проглотить!

– А то я не знаю, – гордо хмыкнул мой волшебный садовник.

 Увидев нас, Стеф подскочил и вытянулся.

– Чрезвычайно польщён быть вашим гостем, Алиса Андреевна! Стефан Валь, к вашим услугам! – он коротко, но естественно и красиво откланялся и даже щёлкнул мысками… кроссовок. – Простите великодушно моё поведение на улице! Хорошие манеры – это по части Дрея и Лени. А я с государственными мужами да каирами не общаюсь, всё больше со зверьём. И вот… Одичал!

 Он скосился на Дрея и с поинтересовался:

– Всё?

– Всё, – засмеялся тот и братья обнялись.

– Ну, в общем – привет, Элис! – теперь уже Стеф улыбнулся, очень широко и открыто. – Я за вас и правда страшно рад! Эйо мне уже немножко рассказал. Это вы, конечно… дали жару. До брака Связанные! Бабушка Зора будет в неописуемом восторге.

 Он плюхнулся назад за стол, но яблоко с сожалением отодвинул.

– Здравствуй, Стефан, приятно познакомиться! – кивнула я. – Признаться, ты сильно похож внешне на Меликовых.

– Да на тебя я похож, чего уж тут, – протянул он. – Точнее – ты на меня, я всё же на пару лет старше. Я сам обалдел! На фотографиях... не так.

– Действительно, не так, – я улыбнулась. – Я тоже видела тебя на фотографиях.

– Мне всё нравится, прямо таки очень! – объявил Стеф, отвечая на мою улыбку хитрым прищуром. У Эйо научился?.. – Мало того, что красотка в меня, так ещё и как раз таки с манерами. Это уже только в Зору. Я теперь понял, чего это Дрей меня пристыдил, ты не очень-то… здешняя. Скорее наша, как раз. Ещё и лёгкий тесселийский акцент… Идеальная жена Советника по иностранным делам! Талафский высший свет будет пускать слюни от восторга. Они похоронят тебя под приглашениями и визитками. Избегай подольше этой пурги, потом не отмашешься, – предупредил непосредственный балагур, многозначительно подняв палец.

– Надеюсь, как раз Зора мне и поможет с этим разобраться, – вежливо отозвалась я. – Я говорила в Безмирье со своим отцом, который уже успел с ней познакомиться, он очень советовал её сразу не отпускать. Вот и будет повод.

– Стеф, ты можешь поболтать с Элис завтра, – оборвал нас Дрей. – Я хотел в ровный час перейти, пора потихоньку отправляться в сад.

– Так вы же свалите обратно именно когда я очухаюсь! Эйо сказал – месяца на полтора, жениться по-нормальному, – возмутился тот в ответ, но тут же стукнул себя по лбу. – Ой, ну точно. Связанные же! Надо привыкать. Действительно – завтра.

 Он подорвался к выходу и уже из коридора обернулся.

– Я сейчас. Кое-что забыл в машине, вернее – оставил, думал потом заберу. Завтра. У меня угощение для олисов, ильский горох. Каиры жадины, – скорчил Стеф смешную мину, адресуя объяснения мне, –даже через Лени не допросишься. А тут вот прижились на Алтае, я уже три года как делянку в правильном месте заложил, там таки-и-ие струны! И нынче вот первый нормальный урожай. Только мы тогда через лабиринт, ладно? – перевёл он взгляд на брата. – Раз уж можно через лабиринт. Я как раз занесу им по дороге домой.

– Свалишься прямо возле кормушки! Минут через пятнадцать уже так накроет, что забудешь, как тебя зовут, – усмехнулся Дрей. – Мы с Элис уберём горох в холодильник, он же хорошо хранится. И потом принесём. Тоже... завтра. Так что не нужно тебе к машине, Стеф. Идём!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍  Вдруг Дрей сильно побледнел и тоже ринулся к двери.

– Машина! Мне зато нужно… Я-то действительно забыл. Как только мог?! – выдохнул он на ходу.

 Стефан отпрыгнул от него, пропуская, пожал плечами и пошёл следом, заявив:

– Да я не буду с олисами возиться. Я Литу вообще-то два месяца не видел. И близнецов. Я просто занесу по дороге горох! Так что – через библиотеку, ладно, Эйо?

 Сущий безразлично пожал плечами и мы с ним остались в кухне вдвоём.

 Я моментально сообразила, что Дрей забыл и почему побелел. Портфель!

 Он отвлёкся на Стефа и объяснения, которые мне давал, и забыл в машине портфель с проклятым договором. С очень опасными для Семьи бумагами!

 Решение я тоже приняла быстро. И никто, никто меня от него не смог бы отговорить!

 Эйо одобрительно покивал и исчез, предварительно сообщив:

– Я их там подожду и Стефа сразу заберу в библиотеку. Адрекса отправлю к тебе.

 Через пару минут в дверном проёме возник Дрей с портфелем в руке.

– Все, разумеется, в порядке, Элис. Я параноик. Действительно – кому он здесь нужен, – смущённо улыбнулся он. – Пошли?

 Я воинственно скрестила руки на груди и даже с места не сдвинулась.

– А это никак в Талаф с собой собрался прихватить? – кивнула я на портфель. – Дай, пожалуйста, сюда! Оба экземпляра.

– Конечно, – растерялся и нахмурился Дрей. – Я просто… Нет, не в Талаф, разумеется! – тряхнул он головой. – Я подумал, что Эйо лучше всех спрячет.

 Он достал пластиковую папку и протянул мне.

 Я вытряхнула договоры из файлов сразу в раковину, с остервенением разодрала прошивку на отдельные листочки, смяла их в комки и огляделась в поисках чего-нибудь вроде спичек.

 Разбаловал меня Эйо полным пансионом, не знаю вот даже, где в кухне спички и есть ли вообще…

 – Элис?..

– Даже не начинай, Дрей! – предупредила я, засопев. – Хватит с меня этого контракта! Вот бы ещё трястись теперь из-за его существования! Где тут спички?!! Ты заставил меня его прочитать перед подписанием. У меня память хорошая! Это на случай, если ты будешь думать, что я буду думать. Ясно? – я посмотрела с вызовом.

– Элис!

– Что – Элис?! Мало того, что это попросту опасно, так мне ещё и самой не нравится! – я чуть не топнула ногой. – Не хочу я никаких таких вот договоров, они противоречат и моим чувствам, и здравому смыслу!

– Точно? – сипло переспросил Дрей. – Ты только вот ночью говорила, что не знаешь теперь, где ты, а где Связь, Элис!

– Это было ночью! – решительно отмахнулась я, раздувая ноздри. – Может всё и развивается слишком стремительно, но с тех пор много что произошло... И изменилось. Я изменилась, Дрей! Ночью ты ещё не целовал меня сам. Под яблонями и у ворот. И когда я это говорила, я даже не подозревала, что ты – Валентайн, что я уйму лет тебе доверяю. Ночью у меня не было этого нереального кольца, которое до сих пор хранит тепло твоей кожи, причём я откуда-то знаю, что это именно твоё тепло... По моим жилам ещё не разливалось волшебное чувство от брачных рун, которое невозможно описать словами, а Эйо не говорил мне в лоб, что этот прекрасный камень такой удивительный потому, что ты его создал с любовью. Для меня.

 Выдав свою тираду, я перевела дух и ещё раз судорожно оглядела кухню.

– У тебя есть спички?

 Дрей не отвечал, я на него посмотрела… и меня сразу затянуло в чёрные омуты.

– Я не могу теперь начать вдруг ни с того, ни с сего думать, где я, а где Связь! Это бред! – простонала я, отводя взгляд, чтобы уже договорить. – О чём тут думать, если я знаю?! – раздражённо поинтересовалась я у буфета. – Знаю и чувствую уже, что мы оба просто и есть Связь! И это понимание сделало меня счастливой. Но дурацкий контракт запомнится навсегда, честное слово! Та его часть, которую я действительно читала. Я заметила там только одно, Дрей! Первый раз увидела, чёрным по белому, что я теперь буду Алисой Андреевной Валь. Там в конце есть и в самом начале. Вот то, что я – Валь, это я раз по десять с трепетом перечитывала, да. А что в серединке, где я превратилась в «сторону один», это было ни капельки не интересно!

 Я снова посмотрела на Дрея, нырнула в омуты и едва выдавила:

– Может зажигалка есть? Или ещё что-то такое?..

 Он глубоко вдохнул и прикрыл веки, затем распахнул их и посмотрел в раковину. Бумага сама собой загорелась.

Дрей перевёл взгляд на меня, лицо его светилось… Невозможно светилось, как мой кристалл! Я могла поклясться, что видела мерцающие частички.

– Я люблю тебя больше жизни, Элис… Валь!

 Он шагнул ко мне и я уже не просто видела Свет – я чувствовала его кожей, вбирала в себя каждой клеточкой.

 А через несколько мгновений, когда казалось, что теперь осталось только умереть от переполнившего меня счастья и Света, из коридора раздалось:

– Эй, ну совесть-то имейте, сколько можно ждать?! И пару яблок прихватите, пожалуйста. Или мы теперь уже из-за твоего перфекционизма томимся до нового ровного часа, Дрей?.. Господи, Эйо! С кухни палёным несёт! Они там всё что ли, совсем сгорели от любви?

Глава 20

– Дрей, найди сразу минутку и предупреди Литу, чтобы близнецов поручила пока что Зоре или ещё кому. Ей же теперь со мной сидеть.

– Вместе предупредим. Мы с тобой до кормушки, разумеется.

– Да я сам приду, не тратьте время. У тебя на физиономии надпись «срочные дела».

 Дрей держал меня за руку, а Стеф весело болтал, преимущественно со мной. Но я отвечала односложно, потому что постоянно думала о том, как же странно, что мы снова оказались в моменте, когда Дрей проводил меня до лабиринта после прогулки по Талафу. Григорьевское на меня такого сильного впечатления не произвело почему-то, несмотря на ночь вместо полудня. Наверное потому, что там я перед уходом в Безмирье была в невменяемом состоянии и уже после аварии из жизни выпала. А здесь я… здесь я проходила в обратную сторону буквально минут пятнадцать назад… Но сколько всего случилось с тех пор в моей жизни!

– Я как раз и не хочу тратить на тебя лишнее время, Стеф, поэтому мы с тобой. Иначе ещё придётся потом искать тебя по всем кустам.

 Я уже немного узнавала места – мы шли по саду в сторону центральной аллеи. И действительно, едва я подумала об этом, как увидела впереди перекрёсток, у которого гравийная дорожка заканчивалась парадной мощёной. Где-то примерно здесь я в прошлый раз впервые столкнулась с Левисом. Следующей моей мыслью было: «Накаркала!», потому что… на аллее снова показался проклятый инспектор!

 Он был не один, рядом шёл второй мужчина. И этот мужчина мне тоже совсем не понравился! С виду-то вроде человек как человек, только вот он был очень хмур, даже, пожалуй – зол, а ладони его… искрили целыми пучками самых настоящих молний!

 Стефан присвистнул, а Дрей не остановился, но резко замедлился и на долю секунды сильно сжал мои пальцы.

– Стеф, ты сейчас-то как? – спросил он очень тихо.

– Да нормально, но ты постарайся побыстрее выпроводить их из дома, а то и правда потом по кустам мою кипящую тушку искать будешь. Но я попробую, если что, вырубиться не под ёлочкой, а хотя бы на восточной террасе. Идём-ка, Элис, отнесём с тобой горох, – зашептал тот в ответ.

 Затем Стеф с беззаботным видом свернул на траву и пошёл поперёк тропинки в сторону зарослей, потряхивая своим рюкзаком с гостинцами для олисов, а Дрей выпустил мою руку и быстро зашагал к посетителям. Я же остановилась, как вкопанная и не могла перестать коситься на молнии! Страх за Дрея буквально сковал, я категорически не хотела уходить.

– Нет, ну гляньте-ка на неё, не только смазливая в меня, но и отмороженная тоже! – заскрипел в самое моё ухо Стеф, снова оказавшийся рядом, пока я как под гипнозом смотрела издалека на опасных гостей. – Встала, как ослица! Тебе два мужика, соображающих, что происходит, дали понять, куда идти и что делать! Шевелись!

 Он сипло засмеялся – тоже шёпотом, как простуженная ворона, крепко схватил меня за запястье и потащил с дорожки.

 Тем временем Дрей уже приближался к перекрёстку и на ходу раскланивался с обоими нежданными гостями. Раньше, чем по моему лицу начали хлестать ветки туй, я успела услышать начало разговора:

– Снова вы разгуливайте в земной одежде, нарушая предписания! Позорные времена для Валей... – начал Левис с претензий.

– Закон запрещает показываться в таком виде при посторонних, Тиф, – спокойно и дружелюбно возразил Дрей. – В моём саду посторонних быть не может. Никого без Старой Крови не допустили бы сюда без сопровождения. И тем более – без предупреждения.

– Потрудись вернуть Алису Андреевну! – инспектор проигнорировал намёк на непрошенное вторжение и даже не подумал объясниться или извиниться. – С ней мы тоже не прочь пообщаться.

– Говори за себя, Левис, – сердито осёк его второй посетитель. – Я бы предпочёл познакомиться с ней в более приятных обстоятельствах и не в твоей компании. А ты, если хочешь свидеться, подавай официальный запрос.

 Голоса стихли и я затормозила, потребовав немедленного пояснения:

– Что это у того второго с руками, Стеф?! Это опасно для Дрея?

– В теории – очень опасно, для некоторых. Но для брата – не думаю. Мне Эйо до конца в библиотеке рассказал ваши приключения, пока вы там искрами любви поджигали кухню. Я примерно понял, что происходит. Всё нормально, выдыхай.

 Я послушно отдышалась, потому что мы действительно почти бежали и продолжила расспросы:

– Кто этот человек и что это за молнии у него?

– Это Тит Имидор. Большой друг Дрея и Лени, так что расслабься уже. Он Советник по правосудию. Как бы тебе объяснить… А, как премьер Британии, во! В Совете все равны, но Имидоры всегда первые среди равных. Даже есть неофициальное второе название должности, которую занимают только представители этой Семьи – Главный Советник или Глава Совета.

– А молнии? – не унималась я.

– А вот это как раз правосудие Имидоров. Семейная фишечка. Ему невозможно солгать, сразу такой вот штукой прилетит, и прилетит больно. Может даже Дар насовсем отшибить, если сильно завраться.

– Господи, Стеф! Левис что, привёл сюда этот ходячий детектор лжи, чтобы пытать Дрея на счёт моего знания языка или нашей странной скоропалительной Связи?!!

– Похоже на то, – невозмутимо отозвался младший Валь, продолжая продираться через заросли.

За новым заслоном из особенно плотных стриженных кустов оказалась, наконец, тропа.

– И ты при этом спокоен и утверждаешь, что это безопасно для брата?! Может у тебя уже жар начался?

 Мне и рука Стефа показалась раньше слишком тёплой, а теперь я подошла ближе и положила ладонь ему на лоб, чтобы проверить своё предположение. Он действительно горел!

– Начался, конечно. Но до бреда ещё далеко. Дрей проявил излишнюю бдительность, собравшись меня провожать. Он у нас шибко заботливый и ответственный. А  вообще – этот механизм откатов после путешествий со Связанными можно сказать тысячелетиями вырабатывался, мы под него уже эволюционировали. Слишком быстро не накроет, маг должен успеть отвалить подальше от Перехода. Уж полчасика-то всегда есть в запасе.

 Стеф потянул меня за рукав – снова поперёк дорожки на газон, а там уже соизволил объяснить про высокопоставленного типа с молниями поподробнее:

– Посуди сама, Элис! Не мог же Левис объявить в Совете или даже одному только Титу лично, что он следил за тобой, как маньяк. Он будет действовать хитрее, окольными путями. Скорее всего Антиф сразу вернулся в Талаф, когда ушёл от твоих ворот несолоно хлебавши, и подал запрос на какие-нибудь дополнительные архивы по Меликовым. Вы же на особом счету из-за критически длительного отрыва от Древ и Сиата. А у тебя бабка миллиардерша и отец – знаменитый художник. Наверняка полно светской хроники, сплетен в Сети и прочего. Нарыл где-нить там, что язык ты точно знаешь и пошёл стучать Имидору.

– Зачем?

– Чтобы притащиться сюда с ним и постараться под прицелом молний Тита задать пару каких-то каверзных вопросов. А каких – это вот Дрей потом и расскажет нам, на чём это чучело прокололось.

– Почему проколется он, а не Дрей?

– Потому что он не знает событий отринутого пространства. Ты помнишь, потому что Эйо тебя с соседкой «отстегнул», а не наоборот. А вот Тиф не в курсе, что уже давно сел в лужу. Будет строить из себя праведника и подкапываться именно через невинную ложь про русский язык. Типа по долгу службы.

– Почему ты так в этом уверен?

– Видела, как сердит господин Главный Советник? Если бы было что-то серьёзное, он был бы не злым, а печальным. Потому что он любит и уважает Дрея. Тит выглядел раздражённым. У него на лице было написано, что он скорее Левиса шарахнул бы сейчас с удовольствием своим Даром, если б мог. За то, что он его оторвал от дел, официальными путями потребовав нарушить покой уважаемой Семьи.

– Но Дрей ведь всё равно может пострадать от каких-то лукавых вопросов инспектора?

– Ой, да брось, не может! Дрей дипломат, его в ступе толкачом не поймаешь. Он отправит кого угодно в нужном ему направлении или вообще нафиг. Очень вежливо и мило пошлёт, но чётко и виртуозно. И ни разу не согрешив против правды, разумеется. Брат в этом очень крут, поверь. Они с Лени даже с каирами как-то умудряются общаться, Левис по сравнению с этими парнями – послушный агнец. А тут ещё и Имидор заведомо на стороне Валей. Угомонись уже и гуляй спокойно. Вот тебе-то туда действительно не надо. Мы пришли, кстати. Ты олисов-то хоть видела уже?

 Я отрицательно покачала головой, вспомнив тем не менее, как Дрей говорил, что собирается показать, когда дарил мне кольцо.

– Что, братец тебя даже с Пипом не познакомил ещё?! Чем вы вообще тут тогда занимались полтора месяца, если со Связью вас за несколько последних дней накрыло?

 Я покраснела и посмотрела в сторону, делая вид, что отвлеклась и не слышала вопроса, потому что пытаюсь разглядеть где-нибудь пресловутых олисов. Не рассказывать же, в самом деле, что полтора месяца я… эх – строила из себя убегающую нимфу, как дура. Хорошо хоть, что в итоге из меня Флора вышла... а не Дафна!

***

 Никаких олисов я не увидела. На полянке, под сенью очень старых клёнов, утопающих по низу стволами в густых и неожиданно бардачных кустах, было пусто. В высокой траве угадывался маленький прудик, а в нескольких местах по самой границе зарослей стояли вёдерные ивовые корзины и широкие медные тазы. Кажется, эта лужайка – столовая. Ой, сколько же здесь тогда этих олисов?! Я удивилась, увидев в одной из пузатых корзинок и вокруг неё яблоки.

– Лисы едят фрукты? Я думала – только мясо.

– Олисы. Хотя и земные лисы тоже употребляют растительную пищу, да. А олисы ещё и сладкоежки. Но вот это, – Стеф тряхнул своими гостинцами, – мммм… это настоящие витаминки для зимней шерсти! Такой горох растёт только в Вересковой Пустоши вдоль реки Иль, в вотчине каиров. Но я доказал, что он есть на Земле, нашёл. И получил в своём ведомстве разрешение выращивать там, но из сиатских семян, потому что не чужеродный вид. Хотя каиры и притащили наверняка, через Безмирье. Ну или давным-давно наоборот, кто их теперь разберёт, они же никому не отчитываются.

 Стеф поставил рюкзак на скамейку и расстегнул его, а мне указал на свободное место рядом.

– Посиди пока здесь.

 Он зачерпнул две пригоршни крупных сердцевидных горошин, похожих на нут, отправился к прудику и ссыпал угощение на широкую каменную плиту возле кромки воды.

– Надо теперь несколько дней приносить понемногу, чтобы каждому досталось. Сегодня одни придут, завтра другие. К водопою и за рыбкой наведываются все.

– Сколько же олисов у Валей, Стеф? Что, в саду живёт целая стая?!