Текст книги "Два пути одного сердца (СИ)"
Автор книги: Ива Миленич
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)
– Вы издеваетесь?! – сквозь зубы спросила я. – Ей что, двести пятьдесят лет?
– Двести сорок один.
– И вы предлагаете выпить с ней чаю?!! Вы что, апостолом Петром у райских врат себя возомнили? – вдруг меня осенило и я попятилась. – Или вы так намекаете, что хотите меня убить и отправить к прародителям?
Андрей Валь ответил сердито, почти по слогам:
– На случай, если вы что-то упустили в моём рассказе, повторяю – это моя любимая прабабушка. Она мне квас в детстве ставила и Евгения Онегина с меня наизусть спрашивала. Да, она жива и прекрасно себя чувствует, хотя тоскует по мужу и всё чаще уходит с Эйо под Древо.
Затем помолчал и примирительным тоном добавил:
– Она, конечно, и правда в преклонных летах. Вы на такое лучше не рассчитывайте. Средний срок жизни Связанных всё же – от ста пятидесяти до двухсот лет. Ну, триста-четыреста в общей сложности, в двух Мирах. Половина здесь, другая там. А Зоре скажите спасибо при случае. Именно благодаря её отменному здоровью и жизнелюбию Связь ещё довольно крепка. Иначе – кто знает, что было бы из-за всей этой революции и гонений на аристократию в России. И только ради Связи она ещё не ушла с Эйо насовсем, хотя хочет с тех пор, как овдовела.
От этого бредового монолога голова резко разболелась. Я замахала руками и рухнула в кресло.
– Всё! Хватит с меня!
– Пожалуй, действительно хватит. Я из-за вашего допроса на встречу опоздаю.
Валь быстро сгрёб всё со стола в портфель, захватил телефон, оставив болтающийся шнур зарядного устройства в розетке, и направился к выходу. Телефон!..
– Стойте! А фотографировали вы меня зачем? – едва выдавила я из-за нарастающего шума в ушах.
– Предъявить состоявшееся знакомство Инспекции Старых Семей и Совету. Ну и дома показал. Им же любопытно, а вы в гости не приходите, – раздалось уже из холла и следом хлопнула входная дверь.
Череп совсем раскалывался. Я тёрла лоб и сердилась.
Итак, это всё меньше похоже на авантюру ради заброшенной земли или старого дома. Как мне теперь придумать другие логические обоснования всей этой чепухи, если она растёт, подобно снежному кому?!
И где уже носит этого Эйо второй день подряд, в конце концов?! Вроде говорил, что появляется всегда, когда нужен...
– А разве я был нужен? Для чего, Алиса Андреевна? Чтобы вы могли лично мне внушать, что я сумасшедший и вас наркотиками одурманил?
Эльф стоял у окна. И точно не входил в комнату, а появился сразу там. Он приблизился и прикоснулся к моим вискам невесомыми прохладными пальцами. Головная боль моментально прошла.
Часть 2. Выбор. Глава 6
Прошло больше месяца с момента моих объяснений с Валем в гостиной.
Я старалась жить обычной жизнью… ну, почти обычной. Занялась вплотную ремонтом дома. Консультировалась по почте со своими университетскими профессорами. Высылала Айрин фотографии первых успехов, чтобы порадовать бабулю. Находила в самых неожиданных местах замечательные вещи и каждый раз радовалась, точно археолог на раскопках Трои.
Эйо рассказал, что слишком стараться с сохранением дома в первозданном виде раньше было нельзя, а со стороны фасада и вовсе опасно: усадьба не должна была все эти годы привлекать к себе лишнего внимания. Иначе, в советское время в ней бы непременно захотели сделать какой-нибудь клуб или партийный орган, а в лихие девяностые на уютный особнячок в центральном районе обязательно положил бы глаз местный бандитский авторитет или кто-то из мэрии. А Эйо с Валями пришлось бы со всем этим разбираться.
Теперь же он дал мне зелёный свет: воплощал любые задумки и был, конечно, самым ценным консультантом.
Стоило мне ещё раз хорошенько подумать и хотя бы умозрительно допустить, что из всех логичных объяснений событий, происходивших со мной после приезда, самое логичное – это что Эйо и Дрей Валь всего лишь всегда говорили правду, и все неувязки с нестыковками в моих теориях закончились. Как и сами теории.
С тех пор Эйо стал моей ежедневной приятной компанией. Я подозревала, что для него не очень-то нормально проводить столько времени в усадьбе, и он так возится со мной в порядке исключения, как со слепым котёнком. Мне было неловко от этого, но контролировать его опеку не получалось: эльф обычно появлялся, стоило о нём вспомнить.
Начала я, разумеется, с медуз. Четыре подпирающие фронтон деревянные скульптуры были самим воплощением модерна и словно сошли с акварелей Альфонса Мухи. Но время их не пощадило: резьба тонула в слоях облупленной краски, а половина волос-змей, составлявших причудливые орнаменты, потрескались или вовсе отвалились.
– Эйо… – сомневалась я. – Наверное, правильно будет просто затянуть фасад лесами от посторонних глаз и дать вам вернуть их в изначальное состояние?
– Правильно? Возможно... – деликатно соглашался мой удивительный помощник. – Но будет ли тогда интересно? Это же не музей, Алиса Андреевна, это ваш дом. Он всего-то вторую сотню лет разменял, чего вы тушуетесь?
И я принялась обмерять медуз под неодобрительные взгляды и вздохи Лидии Сергеевны, а потом чертить и рисовать, придумывая подходящие элементы вместо напрочь отсутствующих.
Никаких новых ослепительных брюнетов, одетых с иголочки от Бриони и Китона, в усадьбе больше не появлялось. А старый шарахался от меня, как от чумы. Пробегал иногда мимо по двору и саду, вежливо поздоровавшись, а в доме появлялся лишь по собственной нужде: сидел за своим излюбленным столом с бумагами и планшетом и часто сам варил себе кофе на кухне.
Можно сказать – лишил меня гостиной! Потому что заговаривать с ним первой я больше однозначно не собиралась, а сам он явно не рвался. Приходилось обходить стороной.
– Эйо, я так напугала вашего Валя с первой встречи, что он даже забыл, что мы непременно должны пожениться? – устав гадать, поинтересовалась я как-то вечером.
– Почему это должны? – искренне изумился эльф. – Можете не выходить за него, если не хотите.
– Он утверждал, что у меня нет вариантов, иначе Связь оборвётся.
– Значит оборвётся.
Я округлила глаза.
– И что тогда будет? – осторожно спросила я.
– Никто не знает, такого ни разу не случалось.
Занимательный ответ!.. И он так спокойно об этом говорит?
Я потеряла интерес к обмерочным чертежам веранды, которые до этого пыталась переносить с бумаги в компьютерную программу. Вот так всегда с Эйо! Я всего лишь хотела полюбопытничать про Валя, а уже лезу сама во все эти их потусторонние дела... Хотя зарекалась!
– Что, правда? – переспросила я с недоверием. Иногда мне казалось, что эльф специально надо мной подтрунивает, хотя приличия тот всегда неукоснительно соблюдал. – А если… Ну, там... миры рухнут?
– Это вряд ли, – спокойно и вполне серьёзно отозвался Эйо. Смешинки в его синих глазах вовсе не плясали. – Скорее, Совет назначит две новые Семьи на проблемную Нить и когда-нибудь их Связь обретёт силу. Дисбаланс будет крайне неприятным и долгим, потому что ваша Нить очень древняя и сильная. Но ничего не рухнет. Минимальная Связь будет сразу.
Вот и славно... Потусторонние дела уладятся как-нибудь и без меня. А у меня вон веранда!
Переплёты следует сохранить, но остекление никчёмное и хрупкое, на допотопных гвоздиках. Нужно нормальное, кторое позволит поставить кондиционер и отопление. Но чтобы внешний вид остался прежним. Задачка! Решу её в ближайшие дни и перенесу туда рабочее место. Чтобы не бояться каждый раз столкнуться на первом этаже с противным Валем, глядящим сквозь меня, словно я тоже остекление!
Но Эйо продолжил:
– Во всяком случае, именно таков был план Совета, когда стало понятно, что от вашей бабушки Ирины Петровны дочерей можно не ждать: она родила единственного сына и, овдовев, погрузилась в свой бизнес. В качестве новых Семей рассматривались и совсем посторонние люди, и даже боковые ветви ваших. Но Зора показала всем кукиш, отказавшись уходить вслед за мужем, и дождалась таки вашего рождения, а теперь вот и приезда.
– А что, так можно в том мире? Просто отказаться умирать и жить себе дальше? Сколько вздумается?
– Вообще... нет, такое не для людей, – терпеливо, но не очень-то понятно пояснил Эйо. – Однако Зора – боец, а я помогаю ей по мере сил.
– Вы помогли ей прожить много лишних лет ради этой вашей непонятной Связи, а теперь говорите, что я вовсе не обязана становиться женой Дрея? – иронично уточнила я. Где-то он темнит... Сколько раз сам же и оговаривался, называя Валя моим женихом!..
– Конечно не обязаны. – твёрдо повторил эльф. – У сердца свой путь. Поверьте, Зора посоветует вам то же самое.
Ишь ты... какая занимательная причина. И это когда там у них чуть ли не миры рушатся. Ну ладно: предстоит какой-то там дисбаланс. Неприятный и долгий.
– Значит, Меликовы выходили за Валей только по любви? – я заломила бровь и хмыкнула.
– Не всегда сразу была большая любовь, – Эйо мою иронию проигнорировал. – Но в прежние времена не были пустыми словами долг, честь, традиции. Прибавьте к этому тёплые взаимоотношения Семей, прямой доступ наследников к родовым Древам, их собственную дружбу с детства. Да и пара-тройка поколений запаса всегда имелась, чтобы никого не неволить и дождаться искренней симпатии. Насильно, в общем, ни разу в брак никого не тащили.
– Почему же тогда ваш Дрей так безапелляционно заявлял, что быть мне его женой и точка? – я следила за реакцией Эйо неотрывно: после такого трогательного рассказа это должно было стать вопросом на засыпку...
– А какие у него варианты? – ничуть не смутился эльф. – Запаса нынче нет, исчерпали вы его в заграницах. Дрей привержен Семьям, своей и вашей. Меликовы ведь тоже его корни. Он ценит подвиг Зоры. И Связь важна ему, как магу, без неё не только Семье конец, но и его Дару не станет свободы, а он очень талантлив. От вас зависит вся его жизнь.
Я зависла... Как магу... Что бы это значило? И насколько же бредово звучит! Особенно, если вспомнить цивилизованного Валя в отменном костюме. Но беседа с синим эльфом после ужина – тоже бред, если кому рассказать. А я ничего, привыкла. Наверное... действительно маг. Талантливый.
– Именно поэтому он бегает от меня, как от прокажённой? – колко полюбопытствовала я, вернувшись к своему изначальному вопросу.
– Бегает, полагаю, от стеснения, потому что очень нравитесь, – огорошил Эйо. – А вы же колючая, Алиса Андреевна. Поди ещё придумай, как к вам подступиться.
Такого я точно не ожидала и чуть не опрокинула ноутбук, за которым работала. Замешкалась, повозившись с перекладыванием бумажек, отодвинула его от края стола. А на деле... просто выравнивала дыхание.
– Ну конечно! – придя немного в себя независимо фыркнула я. – Когда же это успела понравиться, если он с первой минуты бегает, как только меня с Лидией Сергеевной увидел?
– Так он же не тогда вас увидел, – хитро покосился на меня эльф. Вот теперь смешинки с его невозможных глазах точно плясали. – Раньше – на фотографиях много раз, подписан на ваши социальные сети. А в Ярославль сразу понёсся вживую смотреть, как только вы прибыли, – не дрогнув, сдал он Валя. – Потом так всю неделю каждый день и ездил, до самой сделки.
– Не может быть, Эйо! – от растерянности я позабыла про свою независимость и отстранённость. Сердце предательски ухало. – Я ни разу его там не видела, а он… заметный.
– Дрей умеет не привлекать внимания, когда нужно, – заверил эльф.
Ну да, он же там каким-то там волшебником у нас числится... Видать, умеет какие-то фокусы!
Я попыталась уместить в голове, что Валь, оказывается, таскался за мной по Ярославлю, а осознав, покраснела и огрызнулась:
– Ну, лошади перед покупкой тоже в зубы смотрят. Вот и поехал. Ради семьи и светлого будущего Связи.
– Конечно, Алиса Андреевна, – хмыкнул Эйо. – Непременно неделю подряд смотрят. И целыми днями. Чего это вы отпираться взялись? – тут же поддразнил он. – Не поверю, что вам за четрверть века никто не обьяснил, какая вы красавица!
Это он резанул по больному!.. Своей внешности, из-за которой в университете ко мне намертово прилипло прозвище «кукла», я всегда очень стеснялась. И даже пыталась в юности красить натуральный блонд в тёмные оттенки, чтобы окружающие воспринимали меня серьёзно, как Айрин, но каждый раз отросшие соломенные корни смотрелись кошмарно уже через неделю.
Однако... сейчас я с удивлением вынуждена была признаться себе, что... Что мне приятно, если Валь счёл меня красивой. Очень приятно. После этой мысли по коже пошли мурашки и я на это рассердилась.
– Что же он тогда не познакомился со мной сразу там, если понравилась? – вновь атаковала я адвоката Дрея, чтобы скрыть волнение. – Или хотя бы для собственной выгоды, на опережение? А то вот вдруг бы я, например, той же соседке что-нибудь лишнее сказала...
– Да не собирался он вас сразу женой представлять, – Эйо деликатно улыбнулся, дав понять, что прекрасно знает: это моя самая давняя и страшная обида на несносного «жениха». – Дрей сказал Лидии Сергеевне, что новая хозяйка приедет, а она вот додумала по-своему. Тогда уже и он решил, что пусть себе и думает. А знакомиться вроде и хотел, – обстоятельно перешёл он к моему основному вопросу, – чтобы здесь сразу на голову, как снег, не падать. Только вы же везде с Каспером Миллером были. Дрей очччень нехорошими словами его обходительность поминал. Такими, что при даме и не повторишь.
– Что вы такое говорите, Эйо! – у меня ещё сильнее загорелись щёки. – Каспер просто джентльмен. Он давно и счастливо женат, у них с Бесси трое мальчиков!
– О, это вы Дрею обязательно скажите, – оживился эльф. – Он может виду и не подаст, но обрадуется.
– Вот ещё! – немедленно отказалась я и сердито посмотрела на Эйо.
– Тогда я сам упомяну, можно? – тот широко и светло улыбнулся. – Это ведь не ваш личный секрет, что сквайр Миллер женат? Мелочь вроде, но Адрексу определённо вернёт душевное равновесие.
Я вконец смутилась и захлопнула компьютер. Больше я этого разговора не выдержу, особенно понимая, что между фразами Эйо слышит и мысли!
– Вы специально мне голову морочите, чтобы… Чтобы браки свои династические устраивать!
– Вы меня с амуром перепутали, Алиса Андреевна. Я может на эльфа и похож, но на амура – увольте. Просто говорю, что вижу.
– И что слышите без слов? – тихо спросила я. Неужели и меня станет Валю закладывать?..
– Это нет, Алиса Андреевна, – ласково заверил Эйо. – Иначе я Дрею непременно бы про тёплый паспорт рассказал и ещё много чего интересного.
Ох, нет! Посиделки на сегодня точно пора сворачивать! Я схватила ноут и попятилась к двери, собираясь сбежать, но Эйо остановил меня вопросом.
– Кстати, а вы не хотите навестить, наконец, Валей? Хотя бы Зору, она ведь очень ждёт.
– А меня, знаете ли, ваш Дрей больше не приглашал. Всё бегает! – пожала я плечами.
– А при чём здесь он? – удивился эльф. – Вы сама идите, через свой Переход, через уличный вы и не сможете.
– У меня что, есть свой Переход?! – севшим голосом переспросила я.
– Разумеется, Алиса Андреевна!
Глава 7
– А Зора ещё не забыла русский?
Я нервничала и тянула время...
После вчерашнего разговора Эйо привёл меня к находящейся в глубине библиотеки двери маленького читального салона, в котором я бывала много раз. И заверил, что если открыть её с намерением очутиться в саду Валей, именно там я и окажусь. На минуточку: на планете Сиат, посреди города Талафа – столицы какой-то Дорсы!
Вообще, я не верила, что хотя бы с сотого раза получится по-настоящему захотеть попасть в сад, особенно – в незнакомый, стоя посреди дома. Особенно с учётом того, что часто коротала в салоне вечера и прекрасно представляла, что находится за дверью. Нет, мне ни за что не суметь...
Но на всякий случай я сразу уточняла всё подряд.
– В Талафе говорят на диалектном, но всё же, можно сказать, русском, – успокоил Эйо. – Старые Семьи, конечно, считают наоборот: что это здесь используют исковерканный и примитивный дорсийский. Но вас поймёт любой продавец на рынке, – подбодрил он, – лишь примет за иностранку и подскажет пару новых слов. А уж про Зору... не смешите. Она почти два века прожила в России. Дрея учила здешнему говору. Вы замечали у него хотя бы акцент?
– Акцент я вряд ли могу уловить, сама говорила по-русски только дома, – задумчиво отозвалась я.
В кои-то веки я с перепугу не среагировла на упоминание «жениха», которым эльф не упускал случая подразнить. В своём обычном расположении духа я непременно бы съязвила, что замечать и запоминать говор Валя не имею никакой возможности: в наш первый разговор мне было не до того, а в дальнейшем тот трусливо ограничивался краткими приветствиями.
Но сейчас мне было не до пикировок на тему Дрея... Я ввязалась во что-то совсем уж очень странное и откровенно трусила.
– И как это получилось с языками, Эйо? Там же какой-то совсем другой мир!
– Большинство нелогичных древних цивилизаций, которые пытаются разгадать ваши учёные, от друидов до пирамид – отголоски Связей. Разве вы ещё не поняли, что Земля и Сиат тесно связаны? Лингвистика в том числе пересекается. Есть кое-где и уникальное своеобразие из-за разницы исторических путей, но в Тесселе, географическом аналоге Великобритании, вы бы тоже в плане языка не стушевались.
Я опешила. Неужели от Эйо можно узнать тайны Стоунхенджа или Чичен-Ицы?!! Ладно, это потом… Сегодня и так новость за новостью, голова непременно заболит!
Ох, зря я, пожалуй, столько времени тянула, отказываясь вникать во все эти их потусторонние безмирья и миры! А коли уж дотянула, может... и ну их? Может ретироваться?..
– Драконов или кикимор никаких не увижу? – я сознавала, что ищу зацепку, чтобы пойти на попятную. – Или ещё что-нибудь, от чего упаду в обморок?
– Оригинальная фауна присутствует, но никаких драконов нет, – не дал мне шанса эльф. – А у Валей вас точно ничто не напугает. Не трусьте, там безопасно и цивилизованно.
– Цивилизованно – это автомобили, небоскрёбы, интернет? – я сама уже не понимала, что требую и зачем тяну резину. – Никакого дикого Средневековья?
– Скорее Средневековье, чем небоскрёбы, – не стал юлить Эйо. – Но это не отсталость, наоборот: более сознательное и чуткое отношение к миру, магии, природе вещей. Такое, знаете ли… просвещённое итальянское Возрождение, в котором в придачу очень серьёзно относятся ко всем архимедовым винтам и парашютам местных Микеланджело.
– Значит Талаф похож на Венецию периода дожей и Республики? – ему удалось разбудить во мне любопытство. Ещё немного, и оно снова пересилит страх, как вечером, когда я сдуру согласилась идти в гости.
– Скорее на Флоренцию тех же времён, а по размаху – на более поздний Рим.
– Звучит неплохо и совсем не страшно. Даже любопытно, – вздохнув, признала я. – В общем: Средневековье, но не дикое...
– Разумеется неплохо, Алиса Андреевна, решайтесь уже! – закатил глаза Эйо.
– Но вы точно сразу будете рядом, Эйо?
– Хотите, даже пообещаю поначалу держать за ручку? – он посмотрел на меня своими добрыми глазами, которые, казалось, лгать не могли в принципе.
– Хочу!
– Обещаю! – торжественно заверил Эйо. – Идите, остальное проще узнавать постепенно, на месте.
Я честно постаралась представить себе сад. Наверное… какой-нибудь запущенный укромный уголок, как у меня вокруг сарая.
– Я тоже выйду из дровяного склада?
– Из живописной заросшей беседки, – проинструктировал Эйо. – Внутри полутьма. Через плющ сперва видны только свет и зелень. Несложно представить.
– Ну хоть в дальнем от дома конце? – малодушно заканючила я напоследок, хотя решение идти уже окончательно приняла. – Успею оглядеться?
– В самом центре сада. В тисовом лабиринте, но персонально для вас там давно развесили указатели. В Дорсе Старые Семьи живут открыто, окружённые уважением, но и пристальным вниманием. Поэтому такие секреты, как Переходы и Доступ, тщательно охраняются от чужих глаз со всех сторон.
Зелёный лабиринт вполне можно вообразить, они все похожи... К тому же, очень хочу увидеть Зору!
Я закрыла глаза, потянула дверную ручку и, ещё даже не шагнув, почувствовала свежий ветерок на щеках и вдохнула тисовый аромат.
У выхода из беседки уже ждал Эйо: с ободряющей улыбкой и протянутой рукой.
Лабиринт был высоким, за тоннелями ничего нельзя было разглядеть, но выбрались мы быстро. Я ахнула:
– Какой же это сад, Эйо?! Скорее… целый парк! – никакого дома пока так и не наблюдалось.
– Пожалуй. А вот и Иглат!
Я судорожно огляделась и заметила с противоположной стороны лужайки, на краю гравийной дорожки, пожилого мужчину в забавной шапочке без полей и бархатной безрукавке почти до пят.
Он с удовольствием нюхал розы. Вокруг порхала крошечная жёлтая птичка вроде канарейки, которая садилась то на цветок, то на его плечи и руки. Или у них тут не пугливые птицы, или она совершенно ручная!..
– Вот только не говорите, Эйо, что он случайно прогуливается в этом огромном саду именно здесь и сейчас! – строго попеняла я.
– Не буду, – спокойно отозвался тот. – Они дышат свежим воздухом в этой части ежедневно после обеда. Но о вашем визите не знали, я заранее не обнадёживал. Иначе у них тут месяц бы уже чай остывал... Вы же трусиха!
– У них? Они? – я проигнорировала иронию и состредоточенно вычленила из ответа главное.
– Иглат и Зора, – пояснил мой провожатый. – Вы же с ней хотели познакомиться, а не с Дреем в любимые гляделки исподтишка и молчанки играть.
– Кто он? – я снова пропустила хитрый выпад и кивнула на мужчину с птичкой.
– Иглатий Валь, отец Дрея. Добряк, каких оба мира не видели, можете сразу выдыхать. Давным-давно лишился Дара на войне. Поэтому Адрекс с юных лет – глава семьи с местом в Совете, а не баловень-наследник.
– А… так вот почему Дрей – Андрей Игнатьевич по паспорту! – догадалась я.
– Скажите, Алиса Андреевна, вы его боитесь? – спросил вдруг Эйо.
– Иглатия? Нет, признаться – совсем. А надо?
– И драконов никаких с русалками не наблюдаете? Или с кем там… с кикиморами?
– Н...никаких, – прищурилась я, обернувшись на эльфа. К чему это он?..
– Тогда поверьте: я больше ни для чего не нужен.
Я хотела возразить, но своенравный провожатый исчез, перед этим очень-очень громко крикнув:
– Иглат, здесь гостья!
Старший Валь оторвался от роз, широко распахнув зажмуренные ранее от удовольствия глаза, сразу меня увидел и побежал к лабиринту через газон, смешно подобрав руками полы длинного одеяния.
Я улыбнулась и вежливо пошла навстречу – а что мне теперь оставалось?! – но скоро сбавила шаг от неожиданности, потому что жёлтая птичка тоже направилась ко мне, причём со скоростью света! Она почти мгновенно подлетела и стала кружиться, биться лбом о мою шею, щекотать крылышками щёки и путаться в волосах, буквально рассыпаясь на трели.
Пока я соображала, как на это реагировать, подоспел её хозяин и зачастил на очень ломанном русском:
– Ох, дорогая, простите! Мне стоило быть сдержаннее, но мы вас так давно ждали! Какая вы невозможная красотка!
Видимо, это и есть дорсийская речь...
– Здравствуйте, Иглатий! У вас милый питомец!
– Иглат, солнышко, незачем официально! Это не совсем питомец, Элис. Это аравис. Эмоции, которым мы позволяем проявляться наружу. Только это и осталось теперь со мной после потери Дара, поэтому мы неразлучны. А вообще, маги редко берут арависа с собой, выходя из дома.
Разговорчивый. Столько информации сразу!.. И комплименты, и солнышко...
– Вероятно, только самые добродушные и открытые? – улыбнулась я. Вроде снова из вежливости, но улыбка тут же расползлась: Иглат располагал к себе мгновенно. Сына бы поучил прямоте и любезности!
– Или напротив, очень жёсткие и волевые. Чтобы не давать забыть окружающим, что они полностью себя контролируют и случайным переживаниям не подвержены, – уточнил Иглат и вдруг забавно замотал головой. – О чём только я болтаю, это мы всегда успеем! Зора! Зора, ты только посмотри, кто к нам наконец пожаловал! – крикнул Иглат через плечо.
Только теперь я обратила внимание, что с этой точки из-за пышных розовых кустов просматривалась скамейка.
Возле неё, в чудесном строгом платье и с небесного цвета птичкой на плече, опираясь на трость стояла… Айрин! Точнее – почти Айрин, только намного старше, если это только возможно себе представить. Ох, бабуля, доживи пожалуйста хотя бы до ста лет, чтобы я тебя могла обнять вот такую: потеплевшую, без вечной озабоченности и ледяной брони на лице!
Пока я стояла в ступоре, голубой аравис то и дело поднимался с плеча хозяйки, нерешительно порхал на месте, немного отлетал в мою сторону и снова возвращался к ней.
Я догадалась, почему Эйо смылся: официальное знакомство и любые церемонии были бы сейчас глупыми и лишними. Затем опомнилась и побежала прямо в объятия Зоры.
Глаза увлажнились и всё перед ними поплыло. Ну и пусть. Никакого арависа у меня, конечно, нет, но кажется и без него ясно, что эмоции я сдерживать не могу и не хочу. Стыдно за слёзы не было: я обнимала совершенно родного человека. Как же... Как такое возможно?!
– Ты очень похожа на Ирину в молодости, милая! – кивнула Зора, когда я от неё оторвалась. Такой ласковый и бархатный голос...
– Значит и на вас, ведь вы сейчас – вылитая она! – честно ответила я, чтобы хоть как-то объяснить свою несдержанность.
За спиной вздохнул и шмыгнул отец Дрея. Его птичка всё ещё пела надо мной, но уже не так оглушительно.
– Пожалуй, я буду лишним. Пойду, – махнул он рукой в неопределённом направлении. – Распоряжусь на всякий случай накрыть чай на восточной террасе. Вдруг вы не спешите и составите нам там позже компанию... А если и не сегодня, то хоть приходите теперь снова! Был очень рад встрече, Элис!
– Я тоже рада знакомству, Иглат! – горячо заверила я. – И обязательно приду ещё!
Седовласый Валь отвесил глубокий поклон и заторопился прямо по траве в сторону высоких раскидистых клёнов. Наверняка за ними и скрывается дом. Жёлтый аравис ещё немного пометался между мной и своим владельцем и сел, наконец, на ладонь Иглата, предложенную ему уже издалека.
– У вас тоже эта необычная птичка, Зора, – я попыталась завязать беседу, снова посмотрев на старушку. – Иглат сказал, они бывают у магов. Выходит, магии в этом мире можно научиться?
– Кое-чему можно и научиться, особенно в Старой Семье, – кивнула Зора. – Магия везде, Элис, просто на Земле не хотят её замечать. Арависы ведь не рождаются ни в гнёздах, ни путём заклинаний. Их ткут из мыслей и чувств. Но мой от мужа. Севаст сплёл и оставил его по совету Эйо, когда уходил в Безмирье после долгой болезни. Отчасти это и есть секрет долголетия старой Зоры, а главное – крепости Связи. Кощеева смерть на конце иглы. Строго говоря, это моя самая большая тайна.
– Я тронута, что вы мне её открыли и никому не скажу, – опешила я и от рассказа и от безусловного доверия.
– Нет смысла скрывать от Элис Меликовой, дорогая, – заявила Зора. – От тебя в большей степени, чем от арависа, зависит срок, на который я ещё задержусь. И добровольность ухода. Я здесь давно только ради вас с Дреем.
Да уж… не зря они с Айрин так похожи. Прямоты Зоре не занимать. Я стушевалась.
– Простите, Зора… Мне говорили, что вы хотите уйти. Но у нас с Дреем как-то… не заладилось знакомство.
– Я всё знаю, Элис, незачем расшаркиваться! Мы часто говорим об этом с Эйо, его выдающиеся уши давно вянут от моих одинаковых вопросов, – Зора покачала головой. – Сколько раз мой мальчик заходил на неделе, сколько раз моя девочка соизволила обратить на это внимание… Недавно вот учила внука варить кофе, потому что кое-кто так ни разу и не предложил, – она заглянула мне в глаза и явно отметила смущение. Не без удовлетворения... – Но чего ещё хотеть старухе и что обсуждать?! Эйо терпит и подробно рассказывает.
Я совсем растерялась и не знала, что ответить. Однако Зора не дала заминке длиться. Она взяла меня под руку и заявила:
– Ну, полно сразу о серьёзном в такой день! Я ждала нашей встречи столько лет... Идём к Иглату! Он хоть и заверил, что не хочет мешаться, но остаток дня будет трепать мне нервы вздохами, если мы не явимся пить его чай, – подняла глаза к небу старушка. – Только спешить не стоит: любезный наверняка принялся собирать по пути букет к столу. Непременно в тон твоих голубых глаз.
Она указала тростью направление и мы потихоньку пошли по шуршащей дорожке.
Я сто раз представляла встречу и заготовила в уме тысячу вопросов: про дореволюционную Россию, наших общих предков, её брата… Но все они попрятались в голове, стали чем-то неважным «на потом».
– Зора, вы не жалеете о своей судьбе, о такой долгой жизни? – выпалила вдруг я.
– Ни минуты не жалела! – гордо ответила она. – Я была очень счастлива и здесь, и в России. И счастлива теперь.
– Теперь?! – не веря, прошептала я. – Когда нет в живых ваших детей, а вас давно сковал долг?
– Конечно! – покосившись на меня с улыбкой подтвердила Зора. – Ты только посмотри на себя: такая умница и красавица! А на Дрея?! Стоило немного задержаться и помучаться с подагрой, чтобы дожить до этого дня, поверь.
И опять разговор свёлся ко мне и Дрею... Я вздохнула и уставилась на ближайшую клумбу, намереваясь замолчать скользкую тему. Расстраивать Зору не хотелось, но и обрадовать её, как ни крути, мне было решительно нечем.
Вдруг где-то совсем рядом раздался резкий недовольный голос.
– Я прихожу уже второй раз, Дрей, третьего не будет. Завтра займусь поиском подходящего переводчика, затем опрошу её прямо в Григорьевском.
На центральной аллее, к которой мы уже почти подошли по боковой дорожке, из-за высокого ухоженного кустарника неожиданно близко показался Дрей Валь в сопровождении одетого в тёмное мужчины с надменным лицом и такой неестественной осанкой: он словно палку проглотил.
На плече у спутника Валя сидел абсолютно неподвижный аравис элегантного чернильного цвета. Душкой человек совсем не выглядел и кажется... это именно то, о чём рассказывал Иглат: птица демонстрирует самообладание!
Зора дёрнулась было с тропинки к газону, словно хотела увлечь меня за ближайшие туи, но почти сразу выдохнула и остановилась.
Дрей секунду выглядел ошарашенным. Затем сделал противную восхищённую мину, словно я торт, который он так и мечтает слопать, и обратился ко мне с улыбкой на очень приличном английском:
– Как жаль, что вы пока почти не говорите хотя бы на русском, Элис! – слова «на русском» он растянул и сделал на них мягкое, но явное ударение. – Но позвольте представить – Антиф Левис, глава талафской Инспекции Старых Семей.
И сразу же сказал своему гостю по-дорсийски:
– Тиф, это Алиса Андреевна Меликова. Моя невеста, как ты догадался. Сожалею, но я уже неоднократно сообщал, что она ещё не знает языка.
