Текст книги "Тайна Стихий и дракон в придачу (СИ)"

Автор книги: Ирина Властная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц)

Глава 26

С полной верой в собственные силы я уверенно по мостовой шагала, выискивая укромное местечко, где можно заклинание поиска произнести, чтобы у всех на виду не позориться… вдруг не получится? Такой вариант я тоже не исключала, но и верить в себя не переставала… ещё бы хорошо с даром разобраться: как он всё-таки работает? На постоянной основе или по собственному желанию?

– Паракколоуте ту сточейно… пожалуйста, – прошептала я тихо, спрятавшись в узком переулке, сжимая в ладонях платочек госпожи Марты, который она оставила по моей просьбе. Внутри разлилось тепло, потом сконцентрировалось в ладонях и от платочка рванула полупрозрачная, едва различимая магическая нить, дрожащая от малейшего движения и готовая исчезнуть в любую секунду, но она была! У меня получилось!

Стараясь не дышать, я проследила взглядом до ближайшего поворота, за который она застенчиво ныряла и двинулась в указанном направлении. Поисковая нить истончалась буквально на глазах, и мне пришлось несколько раз повторять заклинание и заново выстраивать магическую нить, которая опять рассеивалась призрачным шлейфом.

Так, главное – правильно направить силу! Магия, вместо того, чтобы покорно наполнить заклинание силой и выстроить приличную поисковую нить, вырывалась рывками, словно расшалившийся котёнок, которому не хотелось идти на поводке… надо будет сходить на поклон к Даэрскому, пусть ещё раз проконсультирует меня по этому вопросу! Наставник он или мимо проходил?

Бодренько стуча каблуками по мостовой, местами покрытой коркой льда, я пыталась и честь стражи Рокстоуна не опозорить, в смысле, не шлёпнуться в какой-нибудь сугроб, и магический указатель не потерять… у меня и так уже это заклинание от зубов отскакивало – настолько часто я его повторяла.

Нить хоть и капризничала, но упорно вела меня по улицам Рокстоуна к торговым рядам, которые жили своей шумной жизнью, протащила мимо всех приличных лавок и привела меня в самые мрачные закоулки. В жизни бы не подумала, что в таком приличном городке есть такие злачные места.

Казалось, на задворках рынка были собраны все заведения, которым не нашлось места в самих торговых рядах: лавки старьёвщиков и скупщиков, лавки зелий и артефактов, определённо сомнительного происхождения… здесь даже трактир имелся, «У Луки Ловкача» назывался и от которого за версту несло кислой брагой, прогоркшим маслом, гарью и затхлостью… но, судя по шуму, доносившемуся из-за приоткрытых дверей сего увеселительного заведения – место пользовалось популярностью, только вот мне категорически не хотелось выяснять, чем именно и кого именно привлекает такое задорное времяпрепровождение. Тем более, через окно с грохотом вылетел сперва стул, рассыпая осколки грязного стекла, за ним вылетел какой-то мужик, с трактира раздался дружный мужской гогот. Мужик, оказавшийся на улице, с трудом поднялся, смачно выругался, подхватил обломок стула и полез обратно в окно… весело тут у них.

Не дожидаясь продолжения представления, я пошлёпала по грязной снежной кашице к дверям лавки с многообещающим названием «Редкие ценности»… а хозяин-то лавки с юмором. Сама вывеска была старой, покосившейся и полустёртой, но видать, действительно ценной, раз всё ещё красовалась на входе.

Магическая нить упиралась в дверь, и я осторожно её толкнула, та скрипнула, раздался мелодичный звон колокольчика, со стороны трактира опять послышался звон стекла, и я буквально заскочила в лавку, захлопывая дверь и прижимаясь к ней спиной.

– Чем могу быть полезен госпоже стражу? – тут же раздалось из-за прилавка от худощавого мужчины неопределённого возраста, судя по всему, хозяина этого чудного места. Он окинул меня цепким взглядом тёмных глаз и выдавил скупую улыбку. – Вы по службе или ищите что-то редкое… для души и сердца?

– Светлого дня, уважаемый… – не менее вежливо ответила ему, с интересом наблюдая, как ещё один посетитель лавки, стоящий спиной к входу, что-то быстро схватил с прилавка и спрятал под плащом.

– Господин Шэйн, я хозяин этой лавки, – продолжал, собственно, хозяин лавки, совершенно не обращая внимания на подозрительное поведение своего посетителя, который, надвинув капюшон, прошмыгнул куда-то вглубь помещения, полностью заставленного стеллажами со всяким хламом: бесчисленное множество безделушек, потерявшие свой блеск статуэтки, дешёвые бусы, мятые медные кувшины, стопки пожелтевших газет, отрезы тканей, цвет которых невозможно было разобрать из-за слоя пыли, посуда, шкатулки, флаконы с жидкостью непонятного назначения, окутанные паутиной… и ещё этот запах… запах пыли, затхлой ткани, ржавого металла и старости. – Так чем могу быть полезен, госпожа… – вернул мне мой вопрос господин Шэйн, пока я за бегством его посетителя наблюдала и бегло с ассортиментом лавки знакомилась.

– Госпожа Норвит, – вынужденно представилась и улыбнулась: – Я кое-что ищу… для себя.

Господин Шэйн улыбнулся уже куда приветливее. Понимающий мужик. Я всё-таки в форме стражи была, а он тут какие-то мутные делишки проворачивал… лишние проблемы никому не нужны – я и так уже поняла, что погорячилась со своей самостоятельностью… особенно когда мужик из трактира вылетел. Но не бросать же дело на полпути? Тем более поисковая нить в одну из полок упёрлась, вспыхнула победно, и с чувством выполненного долга окончательно исчезла.

– М-м-м, позвольте угадать… – начал налаживать связи господин Шэйн, – что-то для привлечения мужского внимания? У меня есть кое-что… – перешёл он на таинственный шёпот, – но вы же сами понимаете, такие зелья не совсем законны… но если сильно надо и в счёт нашей зарождающейся дружбы…

Так, ну с этим всё ясно. У него тут, если обыск провести, можно много чего интересного найти. А если он здесь всю жизнь торгует, значит, у него связи в Управлении… может, он и вовсе их доносчик. Стража закрывает глаза на его мелкие нарушения, а он им сдаёт «крупную рыбу». В общем, не моё это дело, да и полномочий у меня никаких нет.

– Я подумаю об этом, господин Шэйн, но сейчас меня интересует что-то из посуды… что-нибудь очень красивое и редкое.

– Как скажете, господа Норвит, сейчас посмотрю, чем я могу вас порадовать…

– Я тоже осмотрюсь, не возражаете?

Господин Шэйн сделал жест рукой, мол, вся моя лавка в вашем полном распоряжении, и сам к стеллажам у стены пошёл.

Я время терять не стала и рванула к тому месту, на которое магия указала. Поднос прям сверху лежал… до красивого ему, конечно, далеко было, но вот узор действительно взгляд притягивал. Никаких цветочков или завитушек – рисунок состоял из одних лишь линий, тонких, мерцающих магией, и уверенно нанесённых на центр подноса… только вот они не на дереве были вырезаны, я даже пальцем проверила – поверхность абсолютно гладкой была… ладно, не абсолютно гладкой, конечно. Под рукой чувствовались шероховатости, облупившейся местами лак, но вот следов от узора не было… он словно сверху на невидимой плёнке держался… очень странно, честно говоря. Госпожа Марта была совершенно права – узор притягивал взгляд своим таинственным мерцанием, по которому ещё и магические искорки пробегали, и действительно хозяйке такого чуда можно было только позавидовать.

– Госпожа, гляньте, что нашёл, – окрикнул меня хозяин лавки, а я поднос к груди прижала и решила его сперва Даэрскому показать… вдруг, это какой-то артефакт опасный? Потому что даже при своей магической безграмотности я чувствовала исходящую от него магию. – Чайный сервиз эльфийской работы! – господин Шэйн из деревянного короба, из которого солома торчала, осторожно достал хрупкую чашечку, буквально прозрачную с искусным цветочным узором. – Каждая чашечка – произведение искусства, будто вылеплена из лунного света, каждое блюдце расписано вручную… эльфийский фарфор самый прочный, краски не выгорают и не стираются! Такая вещь и вам послужит, и детям вашим останется!

– И сколько же стоит такое чудо? – подозрительно уточнила я у господина Шэйна.

– Всего два золотых! Вечная вещь! – вошёл в раж мужчина.

– Побойтесь Стихий, уважаемый! Вы оклад стражников знаете? Если я себе такое чудо куплю, то потом из него исключительно кипяток буду пить целый месяц! Да и вон, на блюдечке я даже отсюда скол вижу, а вы говорите прочный! – не менее задорно в ответ отозвалась. – Давайте, вы ещё поищите в своих закромах! Такое же красивое, но не настолько дорогое!

– Это не скол! Это боевые отметины! По слухам, этот сервиз принадлежал одному эльфийскому роду, на который напали орки вот прям во время чаепития, и эльфы мужественного отбивались блюдцами! Знаете, какие прочные лбы у орков? А вы говорите, скол!

Я расхохоталась! Это же надо такую чушь придумать! У меня ладонь отчаянно зудеть начала… о, опять дар включился! Словно и так непонятно было, что господин Шэйн на ходу выдумывает.

– Тогда тем более брать не буду! Вдруг наследники отважных эльфов захотят эту реликвию в семейное гнездо вернуть! Вы тогда с них и все сто монет сможете струсить! С вашими-то талантами! Не буду вас лишать законного заработка, – подмигнула хозяину лавки.

– И то верно, пусть ещё полежит, есть не просит, – спрятал он под прилавок эльфийское сокровище, – есть у меня ещё кое-что…

Мы опять по разным углам лавки с ним разбрелись… я нашла для госпожи Марты серебряный поднос, взамен тому, который окончательно решила не отдавать, и ещё для полного счастья несколько ажурных салфеток откопала в куче барахла. Бытовыми заклинаниями я им быстро новый и сверкающий вид придам, так что буду завидовать женщине её подруги ещё сильнее, чем раньше.

Господин Шэйн тоже прекрасно ориентировался в своих залежах, и через некоторое время упорных торгов, я приобрела часть сервиза – три чашки, четыре блюдца и заварной чайник без крышечки… крышечку господин Шэйн подобрал из какой-то коробки с непонятной мелочевкой. Остальная часть сервиза канула в историю и её героическое прошлое мы выяснять не стали – мне и этой посуды хватит, а то вечером даже чай попить не из чего было. Не буду же я каждый раз к Фэлии бегать. Три серебряных монеты и десять медяшек я отдала за всё это счастье. Мне было не жалко – я платила не только за вещи, но и за своё имя и репутацию.

Господин Шэйн мне всё тщательно упаковал, посуду уложил в коробку, перевязал всё бечёвкой и любезно уточнил:

– Вас проводить к торговым рядам?

– Не стоит, я всё же стражник.

– Вы прежде всего красивая девушка, госпожа страж, а место здесь… скажем так, сюда стража строго в определённое время ходит или уж когда совсем без них не получается ситуацию разрулить… и то они усиленным патрулём идут, и они мужики… а вы одна совсем… проведу всё-таки, чтоб худого чего не случилось, – удивил меня своей заботой господин Шэйн.

– Я магией владею… – заявила я о своих возможностях, не уточняя их границ.

В крайнем случае сумею обездвижить – я не только заклинание запомнила, но и попрактиковать его успела, а потом и убежать смогу… наверное.

– Искренне рад за вас, но защитные артефакты тоже у многих есть.

А, ну если так… тогда, конечно, пусть проводит.

Мужчина плащ накинул, и только к двери подошёл, как она резко открылась и в лавку зашёл тот, кого я меньше всего ожидала увидеть в таком месте – господин Рэйв Блэйвурд.

– Шэйн, у меня к тебе дело! – без приветствий начал «серый кардинал» Рокстоуна.

Интересно, какое дело может быть у такого уважаемого жителя Рокстоуна к скупщику краденого барахла?

К сожалению, я не Изумрудик, и невидимостью не обладала, хотя и очень хотелось сейчас стать незаметной…

– Госпожа Норвит⁈ – глаза господина Блэйвурда удивлённо округлились, когда он увидел меня за спиной господина Шэйна. – Что вы здесь делаете?

– А вы? – подозрительно на синеглазого красавца прищурилась.

Глава 27

– Я? – удивлённо, даже несколько растерянно, переспросил господин Блэйвурд.

– Вы! Я-то знаю, что я здесь делаю! – продемонстрировала я весомые доказательства в виде свёртка с покупками.

– Стихии! Госпожа Норвит, Рокстоун славится своими лавками, а вы… – мужчина хлопал глазами, пытаясь понять, каким меня ветром занесло в столь опасное место.

– У господина Шэйна удивительный выбор товара, редкие экземпляры, буквально ценнейшие реликвии… – заступилась я за этот склад бесполезного барахла.

– Госпожа Норвит, всегда буду рад видеть вас в своей лавки, – разомлел от похвалы хозяин «Редких ценностей», – и придержу для вас самый лучший товар.

– Как я посмотрю, вы вполне освоились в Рокстоуне, – мягко улыбнулся синеглазый красавец, – но всё же постарайтесь держаться от таких мест подальше.

– Я госпоже то же самое сказал. Вот, даже проводить собрался, от греха подальше. Ежели ваше дело терпит, господин Блэйвурд… – поспешил проявить сознательность Шэйн.

– Ничего-ничего, я не спешу, решайте свои вопросы. Я подожду, – нагло соврала я, та, у которой рабочий день в самом разгаре был… но там вроде леди Ирвут собралась воспитательные беседы проводить, плюс обед… в общем, плюс-минус успею вернуться. Мне же интересно, что за дело привело господина Блэйвурда к перекупщику.

– Я сам провожу госпожу Норвит, – решительно заявил черноволосый красавец. – Шэйн, я же чего к тебе пришёл. Вчера у моих гостей подрезали изумрудный браслет, дамы в ресторации были… – многозначительно Рэйв на хозяина лавки посмотрел, – не забегал к тебе случайно кто-нибудь сегодня с изумрудным браслетом на продажу? Белобрысый такой и смазливый? Он ещё на Криса отзывается?

– Был такой, господин Блэйвурд, как не быть, – понятливо усмехнулся господин Шэйн и за прилавок вернулся, покопошился под ним и широкий золотой браслет с изумрудами лёг на грязную столешницу. – Двадцать монет, господин Блэйвурд. Всё, как обычно.

Синеглазый мужчина тяжело вздохнул, положил мешочек с монетами рядом с браслетом, и сгрёб украшение в карман.

– Госпожа Норвит, теперь я полностью в вашем распоряжении, – галантно открыл передо мной дверь Блэйвурд, и мы с ним чинно покинули столь знаменательное место. – Вы в Управление или в особняк Даэрских?

– Буду рада вашей компании до выхода из рынка, а там я уже извозчика возьму. Мне ещё на работу надо. Это я вместо обеда решила прогуляться, а то даже чай дома не из чего попить вечером, – посчитала я необходимым уточнить этот момент.

– У лорда Даэрского дефицит посуды? – удивлённо взлетели брови Блэйвурда вверх.

– Не думаю, – рассмеялась я, любуясь его удивлением… слишком уж у него лицо выразительное было. – Я в казармах живу, и вот у меня точно дефицит посуды.

– Да? – протянул он, нахмурился, а потом признаки понимания в его глазах промелькнули: – Подождите… у меня одна из терм на месяц на имя Даэрского забронирована… я думал… а-а-а, значит, матушка лорда Риана приехала…

– Да. С подругой, – а господин Блэйвурд очень даже соображает.

Мне достался сочувствующий взгляд, словно мужчина понял, почему я так быстро в казармах оказалась, но проявляя чуткость, не стал в эту тему углубляться.

– А почему вы у меня ничего не спрашиваете, госпожа Норвит? – озадачил меня Блэйвурд своим вопросом.

– А я должна?

– То есть, вас ничего не удивило?

– Вы сейчас про то, что выкупаете краденное и возвращаете вещи владельцам? – усмехнулась с полным пониманием вопроса. – Не удивлена. У каждого свои методы нарабатывать репутацию своему делу. Если вы не обратились за помощью к стражникам, значит, у вас были причины. А раз лавка господина Шэйна существует столько лет, хотя там из-под прилавка торгуют запрещёнными зельями и артефактами, и всё об этом знают, то он чём-то важен для города, – пожала я плечами, заодно и плащ поправила.

– Вы совершенно правы, госпожа Норвит, – восторг, прозвучавший в голосе Блэйвурда, заставил меня смутиться. – У меня договор со всеми скупщиками, и пропажи моих гостей всегда возвращаются к хозяевам. В большинстве случаев стражники занимаются этими проблемами, но порой бывают и деликатные случаи… когда нежелательно, чтобы о пропаже вещи, вообще, было известно…

– Дамы отдыхали в компании не своих супругов?

– Нам не стоит углубляться в этот вопрос, – осадил милой улыбкой моё любопытство господин Блэйвурд, успевая и со мной беседу вести и по сторонам поклоны развешивать.

Зря я, наверное, в его обществе по городу шляюсь, опять эта гадина белобрысая с претензиями заявиться.

– Если вы не заняты вечером, я хотел бы вас пригласить на ужин… с вами беседовать одно удовольствие, – совершенно незаметно мы почти до Управления дошли.

– Возвращаю вас комплимент, но вынуждена отказаться… у меня уже есть планы на вечер.

– В любом случае я знаю, где вас искать, и буду мёрзнуть под вашими окнами, пока вы не согласитесь поужинать со мной!

На такую угрозу я рассмеялась. Господин Блэйвурд оказался удивительно приятным собеседником.

– Боюсь, этого удовольствия вас лишит господин Шагри. Он очень строго относится к посторонним на вверенной его присмотру территории. Может и заклинанием приложить для острастки.

– А как у вас дела с магическим искусством? Осваиваете? – заботливо поинтересовался Блэйвурд.

– С переменным успехом, честно говоря, – опять пожала неопределённо плечами. – я к своей силе ещё не привыкла, и она ко мне тоже. Но мы стараемся.

– Расстраиваетесь из-за этого?

– Скорее переживаю из-за сдачи обязательного экзамена по контролю магии. Даже, если бы Стихии не одарили меня даром, я бы в истерики не билась. Я же без магии всю жизнь как-то жила, надеясь, только на свои силы, так что… – потянуло меня на откровенность. Скорее всего, потому что господин Блэйвурд был единственным, кто об этом спросил.

Мужчина посмотрел на меня каким-то долгим взглядом, слишком задумчивым, оценивающим, а потом его взгляд опять нормальным стал:

– Вот в этом я понимаю вас, как никто.

Господин Блэйвурд меня решил прям до приёмной довести, да и разговор у нас всё никак не заканчивался, с одной темы на другую легко перетекая.

Но едва мы в Управлении зашли, как попали в эпицентр бури: доблестные защитники Рокстоуна метались по зданию, со всех сторон слышались отрывистые команды, а с крыла, в котором располагался архив, валил густой дым.

Я в ту сторону мгновенно рванула! Там же Фэлия! Блэйвурд дёрнулся было за мной, чтобы удержать от опрометчивого поступка, но его пальцы лишь ухватили мой плащ, да и тот выскользнул из его пальцев.

– Госпожа Норвит! Куда вы? Стойте! – самоотверженно бросился за мной мужчина, но нам путь плечистые офицеры перегородили.

– Пропустите Норвит! Её лорд Даэрский искал! – рявкнул пробегающий господин Диаш и в дыму растворился.

– Господин Диаш, я тоже могу быть полезен! – крикнул ему вдогонку Блэйвурд и так же получил разрешение пройти.

Стражники посторонились, и я между ними стрелой промчалась, Блэйвурд ни на шаг не отставал.

Стихии! Только бы с Фэлией было всё в порядке! Как такое, вообще, могло произойти? Архив же артефактами защищён!

В этот момент, словно герои из древней саги, из клубов дыма вышли лорд Даэрский и лорд Ирвут. Просканировав обоих на предмет ранений и не найдя таковых, мой взгляд намертво к неугомонному дракону прилип. Его золотые волосы разметались, но даже покрытые лёгким слоем пепла, они сияли. Голубые глаза, обычно сиявшие лукавством, сейчас обжигали льдистым холодом. Камзол был в некоторых местах слегка опален, но он сам выглядел просто шикарно… и так героически, что я против воли свой свёрток с покупками к груди прижала и восторженным взглядом за приближением лордов следила.

Лорд Даэрский был предельно сосредоточен и его глаза метали молнии, что и немудрено, это в его Управление чрезвычайная ситуация произошла, а вот лорд Ирвут выглядел совершенно и полностью недовольным, от него таким раздражением повеяло, что я едва за спину Блэйвурда не шмыгнула… поостереглась, просто золотоволосый дракон и так его взглядом прожигал.

– Лорд Даэрский… Фэлия? Она жива? – торопливо спросила у наставника, стараясь заглянуть драконам за спину. Из архива сотрудники Управления выносили лишь папки с документами.

– Госпожа Краун у целителей, она жива. Огонь мы потушили, но ущерб нанесён значительный, – ответил Даэрский, и ледяная рука страха за Фэлию, сжавшая моё сердце, ослабила свою хватку.

– Я могу чем-то помочь? – встревоженно спросил Блэйвурд. – Как такое, вообще, могло произойти? Неосторожное обращение с огнём?

– А вы, собственно, кто такой, ммм? – впился в него взглядом лорд Ирвут, у которого зрачок в едва различимую нить вытянулся. – Эйлана, сокровище моё, тебя и на секунду нельзя оставить! Едва мы расстаёмся, я тебя потом в крайне нежелательном обществе нахожу!

– Я господин Рэйв Блэйвурд, моё имя хорошо известно в Рокстоуне, – приосанился тот, чьё общество нежелательным назвали, собственно Блэйвурд. – А вот кто вы такой, уважаемый?

– Ирвут, – весомо уронил Даэрский, и на плечо ему руку положил, к спокойствию призывая. – Господин Блэйвурд уважаемый член общества Рокстоуна, и он работает на благо нашего города. Это лорд Тайр Ирвут, мой близкий друг, – представил мужчин Даэрский. – Мы будем разбираться в причинах произошедшего и проведём расследование. Главное, что никто не пострадал.

– Вы подозреваете кого-то из личного состава или это провал системы безопасности Управления? – Блэйвурд поставил своим вопросом моего наставника в неудобное положение.

– Рэйв, я возьму под свой контроль расследование, – стальная угроза вспыхнула в глазах лорда Даэрского.

Присутствовать при их разговоре мне совершенно не хотелось, я здесь определённо лишняя была:

– Прошу прощения, я могу Фэлию проведать?

– Конечно, идите, госпожа Норвит, только не покидайте стен Управления… мы вас обыскались… а некоторые и вовсе мне все нервы вытрепали, словно и так проблем мало было, – недовольно бросил Даэрский, явно намекая, что я слишком долго шлялась не пойми где.

Виновато склонила голову, признавая за собой вину.

– Я проведу, – отозвался лорд Ирвут, собственническим жестом меня за талию обнимая под удивлённым взглядом Блэйвурда. Подозреваю, что именно для этого и был сделан этот жест.

– С Фэлией точно всё в порядке, лорд Ирвут? – умоляющим взглядом я на золотоволосого дракона посмотрела.

Голубоглазый дракон у меня решительно свёрток отобрал, чтобы я, значит, тяжести не таскала или просто к чужим вещам не равнодушен был, отчётливо вздрогнул, на скулах у него чешуя проступила… красивая такая, золотистая, едва мои покупки не выронил, которые и не настолько уж и тяжёлые были, чтобы так эмоции проявлять, и на шипение сорвался:

– Эйлана, прелесть моя, позволь узнать, а где ты была?

– Это настолько важно? – попятилась я от этого ненормального.

– Ты даже не представляешь насколько, свет мой, – резко притянул он меня к себе, едва не впечатывая в свою грудь, и выдохнул буквально в губы: – Хотя… терпит. Теперь ты от меня никуда не денешься!

У меня двоякое ощущение было. С одной стороны: чисто женский восторг, когда красивый и сильный мужчина – вот такие решительные заявления делает, а с другой… с какой бездны, он, вообще, себе такое говорить позволяет⁈