Текст книги "Дорогами ложных солнц (СИ)"
Автор книги: Ирина Тигиева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)
– Шоу ведь не было спонтанной идеей? – сидевший рядом со мной в такси Джеймс словно прочитал мои мысли. – И ты ничуть не сомневалась, что я составлю тебе компанию.
– Разочарован, что оказался таким предсказуемым? – улыбнулась я. – Не печалься, всё равно ты – мой любимый кузен.
Он только закатил глаза. Прозвищем «кузен» я дразнила Джеймса довольно часто – после того, как в самом начале нашего сотрудничества предложила представить его в этом качестве моим коллегам и знакомым. Нас ведь могут увидеть вдвоём, так что лучше официально представить Джеймса моему окружению и предупредить все подозрения. Но это полушутливое предложение вызвало у моего нового напарника нешуточное раздражение – он наотрез отказался быть моим родственником и встречаться с моими знакомыми. Вообще, отношения с Джеймсом складывались довольно странные. Иногда мне казалось, мы неплохо ладим, и он испытывает ко мне что-то вроде симпатии. А иногда не могла отделаться от чувства, что он едва меня терпит. И тогда очень хотелось уколоть его побольнее. Джеймс на все мои шпильки, отвечал неизменной усмешкой и… не менее острыми шпильками. Но в этот вечер его будто подменили.
Шоу проходит в комплексе «City of Dreams» («Город мечты») на острове Котай в специально построенном для этого театре с гигантской сценой-бассейном. Когда такси остановилось перед комплексом, Джеймс, выскочив первым, распахнул передо мною дверцу и протянул руку, чтобы помочь мне выбраться. Раньше он не раз делал нечто подобное издёвки ради. Но теперь на его лице не было и тени глумления, и я с улыбкой вложила свою ладонь в его. Когда мы вошли в немного вычурное фойе театра, он легко толкнул меня плечом.
– Всё ещё будешь утверждать, что одежда охранника пришлась бы здесь кстати?
– В ней ты в любом случае обратил бы на себя внимание, – возразила я. – Но как сейчас – тоже неплохо.
Джеймс уже отвернулся, но я успела заметить пробежавшую по его губам улыбку. Шоу превзошло все мои ожидания, и, подозреваю, Джеймса тоже не оставило равнодушным. Выйдя из театра после окончания, он небрежно бросил:
– Как насчёт ужина?
– Есть место на примете? – прищурилась я. – Ресторан казино, где снимали фильм о твоём тёзке Бонде?
– Казино «Плавающий дракон» в «Скайфолл»? – усмехнулся Джеймс. – Его не существует. Есть что-то наподобие, называется «Плавающий дворец». Но это – не то, куда следует приглашать, если хочешь произвести впечатление.
– А ты хочешь произвести на меня впечатление? – вскинула я брови.
– Шоу оказалось интереснее китайского ТВ. А я не привык оставаться в долгу.
– Что ж, тогда – умираю от голода, – улыбнулась я.
Выбранный Джеймсом ресторан действительно оказался необычным. Обстановка и одежда официантов напоминали период Опиумных войн[31]. На небольшой сцене пела девушка в алом ципао и с красным цветком в волосах. Оглядевшись, я одобрительно кивнула.
– Квиты! Тебе удалось меня впечатлить.
– И это оказалось легче, чем я думал, – съехидничал Джеймс.
– Откуда тебе известно об этом месте? – проигнорировала я шпильку. – Уже был в Макао?
– Да.
– С Чарльзом?
Джеймс ухмыльнулся.
– Неужели с дамой? – не поверила я. – Кстати, мне показалось, или у дочери вашего клиента… Поппи, да? – были на тебя определённые виды?
– Не показалось, – во взгляде Джеймса мелькнула насмешка. – Но я не спешу отвечать тем же всем, у кого на меня виды.
– Если снова имеешь в виду Эндрю… – начала я, но Джеймс меня перебил:
– Это – не моё дело. Наверное, меня просто удивляет, что всё оказалось серьёзнее, чем можно было ожидать.
– Я больше не верю в «серьёзность», Джеймс, – возразила я и, сделав вид, что не замечаю его острого взгляда, раскрыла меню. – Если уж был здесь раньше, что посоветуешь?
Еда и вино оказались выше всяких похвал, а общество Джеймса… неожиданно приятным. До сих пор всё наше общение сводилось к обсуждению предстоящих операций и обмену колкостями. Сейчас же, просто разговаривая и беззлобно подшучивая друг над другом, мы впервые общались, как партнёры или даже друзья. После ужина я предложила немного прогуляться – не хотела, чтобы этот вечер уже закончился. Зябко поёжилась от налетевшего порыва ветра, и удивлённо воззрилась на Джеймса, накинувшего мне на плечи свой пиджак.
– Не ожидала, что «наследственный террорист» способен поделиться одеждой? – с лёгким ехидством спросил он.
– Что-то вроде.
Джеймс выдержал паузу и, как бы нехотя, признался:
– Мой дед никогда не был в ИРА.
– Зачем ты тогда… Хотел меня напугать?
– Просто подыграл сложившемуся об ирландцах стереотипу.
– Не об ирландцах, – поддразнила его я. – О тебе. Ассоциации с Ирландией – гиннес, рагу и «Lord of the Dance»[32]. Но ты…
– «Lord of the Dance»! – фыркнул Джеймс, пропустив шпильку мимо ушей. – Если хочешь увидеть настоящий ирландский танец, нужно идти в настоящий ирландский паб. Кстати, такая возможность скоро представится. Цель нашей следующей операции – Дублин.
– Хотите украсть золото у лепреконов?
– Что-то вроде, – передразнил меня Джеймс. – Когда вернёшься из своего путешествия по Азии, получишь все сведения.
– Я не против – побывать в настоящем пабе и посмотреть на настоящие ирландские танцы, – улыбнулась я. – Тогда выбор ресторана – за мной?
– Чтобы ирландец доверил одной из finngenti такой важный выбор! – хмыкнул Джеймс.
– Finngenti?
– Белокожие язычники, – перевёл он.
– Кто бы говорил, потомок богини Дану[33]! – фыркнула я, и Джеймс улыбнулся.
Уже прощаясь возле номера, я протянула ему пиджак.
– Спасибо, что поделился одеждой. И за приятный вечер. Буду рада повторить его в Дублине.
– До Дублина мы, наверное, увидимся в Лондоне, – как бы между прочим проронил он. – Или собираешься остаться здесь надолго?
– Дней на пять. И не «здесь». Отсюда полечу в Тайбэй, оттуда – в Гонконг, – не хотела, чтобы Джеймс знал, куда собираюсь на самом деле.
– Тогда время до Дублина ещё останется, – в необычных глазах Джеймса мелькнул едва заметный огонёк. – А если нас увидят вместе…
Настойчивое гудение моего мобильного – и Джеймс замолчал на полуслове, а лицо мгновенно приняло обычное отчуждённое выражение.
– Наверное, Рэй, – он кивнул на мою сумочку, из которой раздавался звук. – Спокойной ночи.
И, не оглядываясь, направился к своему номеру. Но звонил не Эндрю. Закрыв за собой дверь номера, я нажала на зелёную кнопку и улыбнулась появившемуся на экране мобильного Льюису.
– Неужели ещё не спишь?
– Конечно, нет! Надеялся, позвонишь, – он скользнул восхищённым взглядом по моему платью. – Вот это да! Встречалась с главой Макао?
– С ним, королём Карлом и несколькими махараджами, – поддакнула я. – Уже начинаешь ревновать?
– Ревность и я – несовместимые вещи, – рассмеялся Льюис. – Доверие или есть или его нет.
Фраза заставила меня мысленно поморщиться, но внешне я сохранила улыбку.
– Жаль, нельзя ускорить время, чтобы завтра уже наступило, – вздохнул Льюис. – Я так соскучился. Поскорее бы тебя обнять.
– Самолёт приземлится в…
– …шесть вечера, – подхватил Льюис. – Помню и буду в аэропорту. Расскажи, чем занималась сегодня.
Я улыбнулась шире.
– Была на выставке масок в казино Grand Lisboa. Потом на шоу «Дом танцующей воды». Ты знал, что Макао, показанного в Бондиане, на самом деле не существует?
Мы болтали ещё около часа. А, ложась в постель, я поймала себя на мысли, что, пожалуй, тоже соскучилась по «pinche chino» и с не меньшим нетерпением жду момента, когда он меня обнимет.
***
– Наш самолёт приступил к снижению и через двадцать минут совершит посадку в аэропорту Чанги города Сингапура.
Я слабо вздрогнула – несмотря на недолгий полёт успела задремать, и теперь, достав сумочку, начала приводить себя в порядок. Когда шасси коснулись земли, бросила контрольный взгляд в зеркальце и невольно улыбнулась. Не помню, чтобы, готовясь к встрече с Эндрю, замечала у себя такой сияющий взгляд. Осталось дождаться, когда нас пригласят к выходу. Спрятав зеркальце, я вытащила мобильный, отключила режим полёта и нахмурилась – пропущенный звонок от Джеймса. Распрощашись с ним вчера, больше его не видела. Утром хотела пригласить на завтрак, но Джеймса в номере не оказалось. До моего вылета он так и не появился, зато позвонил, пока я была в воздухе – словно подсознательно выбирал самый неподходящий момент! Но лучше перезвонить сейчас – потом будет не до него. Джеймс отозвался не сразу. Я уже собиралась отключиться, когда услышала его голос:
– Где ты?
– Здравствуй, Джеймс. Надеюсь, не побеспокоила? Можешь сейчас говорить? – с лёгким ехидством отозвалась я.
Но он не отреагировал на шпильку.
– В отеле сказали, ты уже выписалась. Мне не говорила, что улетаешь сегодня.
– Ты и не спрашивал. Просто исчез без предупреждения.
– Не ожидал, что будешь меня искать, – теперь и в его голосе – неприкрытое ехидство.
Но мне было не до взаимных шпилек – пассажиров уже пригласили к выходу, и я миролюбиво проговорила:
– Хотела позавтракать вместе, но в этот раз не случилось. Ты звонил. Что-то срочное?
Секундное молчание на другом конце, потом короткое:
– Нет. Сообщи, когда будешь в Лондоне, – и отключился.
Пожалуй, мы никогда по-настоящему не поладим. Только начинает казаться, в «железном Джеймсе» есть что-то человеческое, он тут же разбивает эти иллюзии. Раздражённо выдохнув, я поднялась с кресла. Всё, больше о нём не думаю! И, едва оказалась в здании аэропорта, действительно забыла не только о Джеймсе – обо всём.
Недаром Чанги называют самым красивым аэропортом в мире. Прогулявшись по нему, начинает казаться, что попала на другую планету – где ещё аэропорты могут похвастать бассейнами, кинотеатром и оранжереей с бабочками, гигантским падающим с потолка водопадом и многоярусными садами?
– Сурэйя!
Восхищённо оглядываясь по сторонам, не сразу заметила Льюиса, вылетевшего ко мне откуда-то сбоку.
– Лью… – начала я, но он уже притиснул меня к груди и тихо выдохнул:
– Наконец-то… Как долетела?
– Спала почти весь полёт.
Льюис чуть отодвинулся, заглядывая мне в глаза, по губам промелькнула лукавая улыбка.
– Значит, отдохнула и полна сил?
– Готов предложить что-то интересное? – вскинула я бровь.
Льюис рассмеялся и, обхватив ладонями моё лицо, прижался губами к моим.
– Как же я соскучился… А ты?
Я с улыбкой погладила его по щеке.
– Заедем в отель? Я зарезервировала номер в Марина Бэй…
– Номер?! – округлил глаза Льюис. – Я же говорил, у меня в Сингапуре – квартира. Как тебе пришло в голову? В Вашингтоне ведь всегда останавливалась у меня!
– Это – другое. Здесь – твой дом, ты приехал на семейное торжество. Просто не хочу лишний раз путаться…
– Нигде ты не путаешься, – подхватив одной рукой чемодан, другой – меня, Льюис поволок нас к выходу. – А на семейном торжестве будешь со мной, так что…
– С тобой? – ужаснулась я. – На праздновании дня рождения твоей бабушки? У меня и подарка нет! Твои родители хотя бы знают, что…
– Как раз всем тебя и представлю! – Льюис крепче стиснул мою талию. – Всё складывается просто чудесно!
Этого я не ожидала. По телефону Льюис даже вскользь не упоминал, что собирается представить меня семье, и я совершенно не была к этому готова. Да и зачем? Мы ведь просто проводим время вместе, без каких-либо обязательств. Льюис истолковал моё замешательство по-своему:
– Не волнуйся, они будут без ума от тебя, как и я. Вот увидишь!
Я лишь рассеянно улыбнулась. Льюис помог мне вскарабкаться на сидение Jeep Wrangler с откидным верхом, запрыгнул на другое и, ухнув мне на колени огромный букет из белых роз и розовых орхидей, завёл мотор.
– Голодна? Завезём вещи ко мне, а потом поужинаем в Китайском квартале. Весь квартал – один большой стол. Вечером зажигаются фонари, включают плитки и жаровни, на середину улицы выставляют столики и начинается пир! Ты знала, что Сингапур – единственное место на земле, где торговцы уличной едой получают мишленовские звёзды? Обязательно заглянем к одному-двум таким!
То и дело поглаживая меня по колену, он не замолкал ни на секунду, рассказывая о родном острове:
– Это – настоящий рай на земле, здесь столько парков и скверов! Хочешь, завтра возьмём велосипеды и поедем в Ботанический сад? А те два стеклянных купола видишь? Это – оранжереи: «Дом цветов» и «Облачный лес», там собраны растения и цветы со всего мира! А вон и «Супердеревья», – он ткнул пальцем на гигантские подсвеченные конструкции с мохнатыми стволами, сильно смахивавшие на растения с планеты Пандора в «Аватарe». – На самом деле это – солнечные батареи и резервуары для сбора дождевой воды. В один из вечеров сходим на «Садовую рапсодию» – световое шоу в деревьях, тебе понравится! А ещё есть шоу «Песни моря», но это уже с фонтанами.
– Кажется, дней моего пребывания здесь не хватит, чтобы всё увидеть, – улыбнулась я.
– Не хватит, – согласился Льюис. – Но тогда, может, захочешь вернуться как можно скорее?
– А когда праздник в честь дня рождения твоей бабушки?
– В субботу.
– Времени совсем мало, – вздохнула я. – Она любит живопись? Есть какие-то предпочтения?
– Собралась дарить ей картину? – Льюис потрепал меня по щеке. – Сурэйя, не беспокойся о подарке. Он совершенно не обязателен.
– У нас не принято приходить в чужой дом, тем более на день рождения, без подарка.
Льюис бросил на меня острый взгляд.
– У вас в семье? Или в Эмиратах? Ты ведь говорила, твои родители живут в Дубае?
Досадный прокол – упомянуть о русской традиции, выдавая себя за уроженку Дубая. Кажется, с Льюисом я начинаю терять чувство осторожности.
– Это – дурной тон, с какой стороны ни посмотри, – я тоже погладила его по колену. – Ну так что ей нравится?
Льюис начал рассказывать про бабушку, родителей, младшего брата – пока мы не въехали на подземную парковку одного из небоскрёбов. Лифт поднял нас сразу в занимаемый Льюисом пентхаус, и я одобрительно кивнула.
– Кристиан Грей сошёл бы с ума от зависти.
– Кто? – недоумённо нахмурился Льюис.
– Неужели не слышал об этой мечте всех недалёких женщин? – рассмеялась я. – Кажется, теперь нравишься мне ещё больше!
– Правда? – он тут же сплёл вокруг меня руки и горячо прошептал:
– Ты очень голодна?
Обняв за шею, я легко прикусила мочку его уха.
– Сам как думаешь?
И Льюис с готовностью впился губами в мои. А я, совсем как в нашу первую совместную ночь на Хейвлоке, обхватила ногами его торс и скользнула ладонями под рубашку.
Глава 10
Меня разбудили запах кофе и ощущение, что уже очень поздно. Рывком приподнявшись и полуобернувшись, я наткнулась взглядом на посапывавшего рядом Льюиса, уютно приобнявшего меня за плечи. Разбуженный моими движениями, он тоже зашевелился и, приоткрыв глаза, улыбнулся.
– У тебя такой вид, будто сейчас сюда войдёт твой ревнивый муж, – развернув к себе, он мягко прильнул губами к моим. – Не бойся, не отдам тебя никому.
– Льюис… – я чуть отодвинулась. – Мне кажется, или пахнет кофе?
Он раздосадованно выдохнул.
– Забыл сказать Керри, чтобы сегодня не приходила…
– Твоя ревнивая жена? – прищурилась я.
Льюис рассмеялся.
– Любовница. Жену отослал подальше от Сингапура на время твоего визита, – и, снова притянув к себе, заскользил губами по моей шее.
Керри – невысокая филиппинка, следившая за квартирой Льюиса в его отсутствие и иногда готовившая ему завтраки, когда он присутствовал. За последнее я была особенно благодарна, несмотря на ворчание Льюиса, собиравшегося отвести меня на завтрак в «по-настоящему впечатляющее место».
– Так же, как вчера отвёл в Китайский квартал? – я толкнула его коленом под столом, и Льюис тут же стиснул мои колени своими.
– Что-то не помню, чтобы ты очень настаивала!
На самом деле, когда мы выбрались из спальни, ехать в Китайский квартал уже не имело смысла. Льюис, как образцовый хозяин, сделал «фирменные сэндвичи Льюиса» – уже пробовала этот «шедевр» кулинарного искусства, когда навещала его в Вашингтоне. Потом вывел меня на просторную террасу – показать ночной город… но оттуда мы опять очень быстро попали в спальню.
– Если так будет продолжаться, из всего великолепия расхваленного тобою «рая на земле» я увижу только его ночную панораму – с твоей террасы, – шутливо пожаловалась я.
Но после завтрака, мы всё же вышли в город, совершенно очаровавший меня с первых минут. Строения, похожие на декорации к фантастическому фильму о будущем, обилие зелени, невероятная для мегаполиса чистота и расслабленные никуда не спешащие люди.
– Ты прав, – улыбнулась я шедшему рядом Льюису. – Это действительно Эдем или что-то очень на него похожее.
Льюис чмокнул меня в висок.
– Сейчас посмотрим на Мерлиона, и – прямиком в Китайский квартал!
Мерлион, существо с телом рыбы и львиной головой, считается покровителем Сингапура. Почти десятиметровая скульптура этого чуда – главный символ города. Налюбовавшись статуей, смахивавшей на морского конька, мы отправились в Китайский квартал, поражавший обилием красок и аппетитных запахов. Я с любопытством оглядывалась по сторонам… и невольно замедлила шаг. Впереди пестрело разноцветными статуями необычное для китайского антуража здание, всколыхнувшее во мне самые противоречивые воспоминания. На статуях – чалмы, яркие сари, много украшений…
– Это Шри Мариамман – старейший индуистский храм, – Льюис потянул меня ко входу. – Заглянем внутрь? Такого ты точно не видела!
Но я поспешно отдёрнулась, чувствуя, как кровь отливает от лица. Из храма вышел высокий мужчина в светлой одежде. Густые слегка вьющиеся волосы, уверенная походка, чуть приподнятый подбородок – будто он смотрит на весь мир свысока. Несколько бесконечных секунд я боролась с захлестнувшей меня паникой, прежде чем поняла: это – не Даярам, а просто незнакомый мужчина, до абсурда похожий на него фигурой и манерой держаться.
– Что с тобой? – с беспокойством спросил Льюис. – Ты будто призрак увидела.
Он оглянулся на мужчину, прошедшего мимо и даже не посмотревшего на нас, и опять перевёл взгляд на меня.
– Сама не знаю, – я выдавила улыбку. – Наверное, слишком много впечатлений. Может, зайдём куда-нибудь поедим? Как ты назвал то типичное для Сингапура блюдо?
– Сатэй, – в глазах Льюиса застыло напряжение, словно он пытался заглянуть в моё сознание. – Хорошо, идём. Я знаю, где его готовят лучше всего.
Но только мы оставили храм позади, Льюис резко остановился и раздражённо вздохнул.
– Ну что за… Просил же, чтобы подождали!
К нам довольно шустро двигалась группа, приветственно махавшая руками. Я узнала Ника, Генри, Стивена – pinche chinos с Андаманских островов, с ними нескольких незнакомых парней и девушек.
– Сказал им, что встретимся позже – сначала хотел побыть с тобой, – раздосадованно пробурчал Льюис. – Но Генри разболтал всем любопытствующим, что мы собираемся в Китайский квартал – и пожалуйста! И как только нашли!
– Кружили вокруг всех туристических достопримечательностей, – подмигнул подоспевший Генри и раскрыл мне объятия. – Сурэйя, рад тебя видеть! А это – моя жена, Аманда.
– Так вот с кем ты спал в одной постели? Приятно познакомиться, Сурэйя! – миловидная китаянка обняла меня вслед за супругом.
– Генри, наверное, умолчал, что в постели с нами был ещё и Чичо, – улыбнулась я.
– Его уже нет, – девушка брезгливо тряхнула пальчиками. – От него было столько шума, я его выпустила.
– А мне сказала, он открыл клетку клювом и улетел! – возмутился Генри.
Я по очереди обнялась с приятелями-андаманцами, познакомилась с остальными, посочувствовала Нику, что Изабелла так и не дала о себе знать, пообещала передать ей привет… и очень порадовалась, что шумная компания появилась так кстати.
К моменту, когда, заняв два столика в одной из улочек, мои старые и новые знакомые уставили столики тарелочками, мисочками, чашечками и подносиками с едой, Льюис уже весело смеялся, то и дело приобнимал меня и казался совершенно счастливым.
– У вас ведь всё серьёзно? – шепнула севшая рядом со мной Аманда. – Не помню, когда в последний раз видела Льюиса таким. Но его семья очень и очень влиятельная. На Льюиса здесь у многих виды. В общем, будь осторожна с Дженис, Беатрис и Камиллой, – она повела глазами в сторону трёх щебетавших, словно экзотические птицы, девиц. – Я сама – из Гонконга и не подозревала, в какую змеиную яму попаду, начав встречаться с Генри.
Час от часу не легче! Мало того, что вызвала подозрения Льюиса, оцепенев возле храма, так теперь ещё и вступать в дрязги с местной элитой! От меня не укрылись взгляды, которые бросали сингапурские стервочки. Правда, из-за них я не переживала: выросла в окружении ос пострашнее – одни подруги моей матери и их дочери чего стоили! Беспокоило меня другое: «У вас ведь всё серьёзно?»… До сих пор мне и в голову не приходило рассматривать отношения с Льюисом, как нечто серьёзное. Но сейчас эта фраза жены его друга, намерение представить меня семье… Я посмотрела на Льюиса, опустившегося на стул рядом и подвинувшего мне тарелку с маленькими шашлычками на палочках.
– Это – сатэй, попробуй, – он поднёс один шашлычок к моему рту.
Улыбнувшись, я откусила кусочек, восхитилась вкусом. Рассмеялась, когда Льюис под общий хохот проглотил кусочек краба, который я подцепила палочками для себя… и вдруг поняла: кажется, мы с Льюисом оба «влипли», как это однажды назвал Джеймс. На мгновение открытие меня ошарашило, но я тут же себя успокоила. Взаимная привязанность ведь не делает нас супружеской парой! Льюис доволен своей жизнью в Вашингтоне, я своей – в Лондоне. Пока эти два мира не пересекаются, мы можем вполне счастливо сосуществовать и… время от времени встречаться в том же Сингапуре! Тем более, что город нравился мне всё больше.
Стараясь больше не поддаваться тревожным мыслям, я полностью сосредоточилась на приятных, связанных с Сингапуром и его достопримечательностями. Мы с Льюисом всё же покатались на велосипедах в Ботаническом саду, погуляли по необычному «Мосту ДНК», вдоволь подурачились в музее Оптических Иллюзий на острове Сентоза, трижды обошли и окунули руки в Фонтан Богатства – по местной примете, после таких манипуляций достаток и благополучие обеспечены если и не на всю жизнь, то надолго. Льюис казался воплощением счастья и беспечности, но я не могла отделаться от ощущения, что, прилетев в Сингапур, пересекла какую-то грань в наших отношениях, пересечь которую была ещё не готова. Это ощущение усилилось, когда в назначенный вечер Льюис и я прибыли в семейный особняк Тео. Похожее на резиденцию китайских императоров строение утопало в зелени.
– Ты ведь здесь вырос? – повернулась я к Льюису. – И как вы друг друга находите в этом Запретном городе? По GPS?
Льюис рассмеялся и, стиснув мою ладонь, прижал её к губам.
– Я очень рад, что ты увидишь, где я вырос. И что все, кто меня вырастил, увидят тебя. И, если ещё не говорил, выглядишь ослепительно.
– Не говорил – последние минут пять, – улыбнулась я. – Но рада, что тебе нравится.
Льюис тоже выглядел очень эффектно в белом костюме. Мне ради «ослепительности» пришлось пробежаться по магазинам – в компании Аманды. Девушка без умолку болтала про семейство Тео и их влияние в Сингапуре, так что к выбору наряда я подошла со всей серьёзностью. А, увидев лицо Льюиса, когда, одевшись для вечеринки, вышла к нему, решила, что старания были не напрасны. Восхищённо выдохнув, он только развёл руками, и прошептал:
– Кажется, я ослеп… Но прежде успел влюбиться в тебя заново.
Для «очень и очень влиятельного» сингапурского общества я выбрала лёгкое золотистое платье в пол и с открытой спиной. Из украшений – бирюза, оттеняющая цвет моих глаз. И свободно падающие на плечи волосы. И с подарком всё сложилось удачно. Расспросив Льюиса о предпочтениях его бабушки, я позвонила Бетти, чтобы она оформила покупку и переслала экспресс-почтой картину молодого и очень талантливого экспрессиониста, работать с которым мы начали совсем недавно. Увидев её, Льюис недоверчиво покачал головой.
– Как ты сумела настолько угадать бабушкин вкус?
Я улыбнулась, немного жалея, что больше не увижу картину в галерее. Она очень нравилась и мне. Через всё полотно по диагонали бегут несколько обезьян. Вокруг них – зелень джунглей и яркие тропические цветы. Но обезьяны, тёмные пятна на фоне этой пестроты, всё равно притягивают взгляд необычайно осмысленным выражением изумительно прорисованных мордочек. При взгляде на картину, кажется, слышишь шелест ветра, шорохи тропического леса и пронзительные голоса обезьян. От всей композиции веет безмятежностью солнечного дня.
Сейчас картина лежала на заднем сидении машины, и, выбравшись в открытую Льюисом дверцу, я кивнула на лакея, тотчас подошедшего, чтобы отогнать машину в гараж.
– Попросишь его передать картину по назначению?
Льюис произнёс несколько слов на китайском и, улыбаясь, повернулся ко мне.
– Ну что, готова встретиться с моей семьёй?
Я подхватила его под локоть.
– Ну нет! – рассмеялся Льюис и обнял меня за талию. – Тогда уж так!
Внутри особняк оказался не менее впечатляющим, чем снаружи: своеобразная смесь викторианского стиля, азиатских традиций в виде шёлковой обивки стен и напольных китайских ваз и современности – ультрамодной подсветки и мебели. А ещё множество гостей в вечерних туалетах и певица с мини-оркестром. Переступив порог, я поёжилась от невольных воспоминаний. Роскошный особняк, гости, музыка… сколько таких вечеров проходило в резиденции Варма, где я была сначала гостьей, потом хозяйкой…
– Тебе нравится? – ладонь Льюиса скользнула по моему бедру.
Я изобразила восхищённую улыбку, и Льюис, не убирая руки с моей талии, повёл меня мимо разодетых гостей в глубь дома.
– Начнём с родителей.
Мистера и миссис Тео можно было описать одним словом: аристократы. Стильные, сдержанные, с очень прямой осанкой. Я поздоровалась, как здоровалась с китайскими послами на приёмах отца, сказала несколько фраз на путунхуа, восхитилась домом и выразила радость от знакомства. И сделала вид, что не замечаю их старания не выдать растерянности и недовольства. Нечто подобное происходило и с родителями Даярама, когда он впервые представил меня им, как свою возлюбленную. Да что со мной? Опять вспоминаю бывшего супруга…
– А это мой младший брат Эллиот, – Льюис указал на миловидного парня. – Бабушка сейчас спустится.
– Чем занимаются твои родители, Сурэйя? – обратилась ко мне миссис Тео.
– Недвижимость, инвестиции, – я небрежно махнула рукой. – Ничего интересного.
– Льюис говорил, они живут в Дубае? – вмешался мистер Тео.
– Да. Но я переехала в Лондон.
– У неё своя галерея, – не без гордости вставил Льюис.
Вежливые улыбки на лицах и следующий вопрос:
– А где ты училась?
Легенду на вечер я продумала тщательно, но впервые с момента, как назвалась Сурэйей, меня очень угнетала невозможность сказать, кто я на самом деле. И всё из-за неверного мерзавца, от которого бежала, опасаясь насилия!
– Пока бабушка не появилась, пойдём, познакомлю тебя с остальными, – руки стоявшего за спиной Льюиса скользнули по моим плечам.
«Остальными» оказались его дяди, тёти, с полдюжины двоюродных братьев и столько же сестёр. Почти все реагировали на меня одинаково: любопытство и проскальзывающая снисходительность. Но я уже надела маску прохладной вежливости, как делала всегда на банкетах в посольстве, а потом на вечеринках, устраиваемых Даярамом. И сингапурская элита, будто признавая во мне равную, отступала, пряча коготки. Правда, без обмена колкостями всё же не обошлось. Особенно «колючим» получилось знакомство с Ванессой, дочерью старинных друзей семейства Тео.
– Какое… броское платье! – восхитилась она. – Слышала, в Эмиратах принято носить на себе много золота, чтобы показать достаток. Особенно, если он появился недавно.
– Да, – улыбнувшись, я смерила равнодушным взглядом её платье бледно-зелёного цвета. – Иначе есть опасность слиться со стенами. Особенно, если они – интереснее, чем твой наряд.
– Кажется, бабушка уже спустилась, – Льюис притянул меня к себе. – Извини, Вани.
– Твоя бывшая? – спросила я, когда Ванесса осталась позади.
Льюис потупился.
– Настолько очевидно? Прости, я не хотел, чтобы вы встретились. Но, наверное, в Лондоне мне бы пришлось столкнуться с похожей ситуацией?
– Ты ведь говорил, ревность и ты – вещи несовместимые, – вскинула я брови.
– Это – не ревность. Просто… как никогда понимаю, насколько мало о тебе знаю.
– По-моему, твои родственники вытянули из меня и то, что я сама о себе не знала! – рассмеялась я.
Но Льюис даже не улыбнулся, не сводя с меня испытующего взгляда.
– Для тебя ведь всё это привычно, Сурэйя?
– Праздник в честь дня рождения? Да, уже не первый.
– Имею в виду общество, светские разговоры. И ты будто родилась в вечернем платье.
– Я веду галерею, Льюис. Общество, светские разговоры и вечерние платья у меня – на повестке дня.
– Нет, это не то… – Льюис замялся, подбирая слова. – Как ты держишься, как говоришь… Будто присутствовала на подобных вечерах чуть не с детства. Твоя семья тоже влиятельна и богата, да? Но почему ты никогда о них не говоришь? Почему живёшь в Лондоне, так далеко от них? Это всё… не даёт мне покоя, – взяв в ладони моё лицо, он очень легко коснулся губами моих губ и прошептал:
– Я просто хочу узнать тебя, Сурэйя. Впусти меня…
– Говоришь, как демон Террорблейд из сериала «Дота», – я попыталась обратить всё в шутку. – «Впусти меня» было его любимой фразой.
– И как часто ему уступали?
– Думаю, тебе не стоит равняться на демона.
Льюис улыбнулся, вздохнул и снова потянулся к моим губам. Но тут музыка прекратилась, разговоры смолкли, в воздухе почти физически почувствовалась атмосфера ожидания. И вот объект ожидания, заботливо поддерживаемый немолодой прислужницей, медленно спустился по лестнице.
– Ah Ma[34], – просветлел лицом Льюис и, подхватив меня, направился к подножию лестницы.
«Ah Ma» как раз преодолела оставшуюся ступеньку, и присутствующие устремились к ней, как к солнечному свету после пасмурного дня. Седовласая дама, одетая в красиво вышитое ципао, милостиво улыбалась окружившим её гостям, а, увидев Льюиса, и вовсе засияла. Тот, подскочив, обнял её, что-то бормоча на китайском. А та что-то ворковала ему в ответ. Но тут взгляд старческих глаз остановился на мне, и сияние вокруг лица имениницы начало меркнуть.
– Ah Ma, – Льюис подтянул меня к себе. – Это – моя Сурэйя.
Я с трудом сохранила приветливую улыбку, услышав собственническое «моя». Льюис и правда представляет меня, как свою возлюбленную, и не кому-то, а старейшему члену семьи…
– Спасибо, что приняли меня в своём доме, – произнесла это автоматически, вежливо склонив голову, и по-китайски добавила:
– В этот особенный день желаю вам удачи, бесконечной, как Восточное море, и жизни такой же долгой, как у гор Наньшань.
Льюис не стал скрывать улыбку и, наклонившись, шепнул:
