Текст книги "Любимая заноза ректора. Огненный турнир (СИ)"

Автор книги: Ирэн Блейкстар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 44 страниц)

Глава 8

Кира

Мне показалось, что за окном мелькнула тень, но не успела я испугаться, как, скрипнув, отворилась дверь, и в палату вошла миссис Алана.

– Кирьяна, как все прошло с Виларом? – обеспокоенно спросила женщина.

– Нормально, – натянуто улыбнулась я, не желая вдаваться в подробности разговора с лордом-дознавателем.

– Ой, сомневаюсь, – скептически хмыкнула целительница. – С Виларом по определению никогда не бывает нормально. Зверствовал? Можешь не отвечать, и так знаю ответ.

Целительница печально вздохнула, подошла ко мне и, взявшись за один из своих артефактов, принялась меня осматривать.

– Все в порядке, – спустя несколько минут произнесла она, увидев мой вопросительный взгляд. – Есть, конечно, повышенный магический фон, но все в пределах нормы. Хотя, после общения с Виларом и не такое может быть, – поморщилась целительница.

– Миссис Алана, простите за вопрос, а вы что, знакомы с лордом Самиршель?

– Да, – печально улыбнулась она, на миг в её глазах появилась и тут же пропала боль. – Мы были помолвлены… Когда-то мы были молоды, самонадеянны и влюблены… Впрочем, это дело давно минувших лет, не стоит об этом сейчас вспоминать, – она натянуто улыбнулась и переключилась на работу и меня. – Кирьяна, я сейчас принесу укрепляющий отвар, будешь его пить маленькими глотками.

Целительница ушла, а я задумалась. Выходило, что лорд-дознаватель и наша глава целительского корпуса когда-то были очень хорошо знакомы. Тут и к гадалке не ходи, но их история плохо закончилась, и теперь лорд-дознаватель бесится, когда видит миссис Алану.

Хм… Не в этом ли кроется главная причина женоненавистничества главы тайной службы?

Миссис Алана принесла отвар. Еще раз напомнила, как принимать лекарство и ушла, пообещав прийти завтра. Я же, попивая горький отвар, вновь погрузилась в раздумья и не заметила, как подошла к окну, выходившему на академический парк, щедро окрашенный осенью в яркие цвета.

Я сделала глоток, и в этот момент в окне появилась размытая тень, а следом в раму постучали. Как я не подавилась и не заорала на весь целительский корпус, не знаю, но сердце сделало кульбит, а глаза, кажется, вылезли из орбит. Тень с неясными очертаниями дернулась, пошла рябью, проявляясь и обретая четкую форму человека. Первый шок прошел, и в тени за окном я смогла опознать герцога.

Раздираемая противоречивыми чувствами, я распахнула створки окна, в первую очередь боясь, что этот болван сорвется и упадет. В открытое окно тут же впрыгнул герцог с зажатой во рту красной розой.

– Ну наконец-то, – буркнул герцог, вынимая изо рта цветок.

– Ты идиот⁈ – только и успела выкрикнуть я, возмущенная поведением мужчины.

– Маленькая, не кричи, – перебил меня этот наглец. – Кстати, это тебе.

На этих словах герцог сунул мне в руки цветок и принялся осматривать палату профессиональным взглядом секьюрити. После беглого осмотра кивнул своим мыслям и, перегнувшись через подоконник, кому-то крикнул:

– Охранки нет. Лезь.

– Эм… А что собственно происходит?..

– Мы в гости пришли проведать болезную, – обаятельно улыбаясь, сообщил герцог.

– Мы⁈ – зацепилась я за слово.

– Да, мы, – раздалось от окна, и в комнату скользнула новая размытая тень. – Ну привет, побродяжка.

Тень пошла рябью, и моему взору предстал принц Дамирэш Кьен, улыбающийся так, словно выиграл миллион. Золотом.

– Мой родственник к тебе никого не пускает, – поморщился Кьен, поясняя причину проникновения через окно, при этом он сматывал в лассо со своей талии веревку. – Вот мы и нашли другой вход в твою палату. Ты нам рада?

Веревочное лассо подхватил герцог, подошел к окну, перегнулся через подоконник и, тихо свистнув, выбросил один конец веревки вниз.

– А-а-а… что, собственно, происходит?

Я решительно ничего не понимала в происходящем. Уже одно то, что ко мне в палату через окно пробрались парни, вызывало недоумение. А то, что эти парни не последние люди в королевстве, вообще, повергло в шок.

«Что происходит?» – орал офигевший от происходящего мозг.

– Ну мы же сказали, – сообщил герцог, втягивая в палату объемную плетеную корзину. – Мы пришли тебя проведать. Какая ты непонятливая стала, маленькая.

– Это чьи цветы? – отвлек меня, засмотревшуюся на герцога и корзину, недовольный принц.

– Лорда ректора, – автоматически ответила, хлопая глазами.

Кьен нахмурился, подхватил изрядно помятые мной гортензии, в два шага преодолел расстояние до окна и вышвырнул несчастные цветы на улицу.

– Эй! – возмутилась я произволом принца.

– Раз наши цветы он убрал, значит и его тут стоять не будут! – упрямо заявил Кьен, сложив руки на груди.

– Цветы-то тут причем? Растения не виноваты, что их даритель вам не нравится, Ваше Высочество, – уперла я руки в бока.

Ну это вообще нормально? Залез в окно, как вор какой-то, – вариант с романтикой и лазаньем в окно влюбленного я упрямо не рассматривала, – и права тут качает. Самодеятельностью занимается. Моё имущество выбрасывает. Цветочки действительно было жалко. На глаза непроизвольно навернулись слезы.

– Маленькая, ты чего? – беспокойно спросил подскочивший ко мне герцог. – Что-то болит? Плохо?.. Позвать целителей?

– Нет! – мотнула я головой в тщетной попытке удержать рвущиеся наружу слёзы. – Просто… Мне цветочки жалко.

Сказала и разрыдалась, уткнувшись в плечо обнявшего меня герцога. Секунда замешательства, и он успокаивающе погладил по спине. А я от этого жеста еще сильнее принялась рыдать. И вот умом понимала, что это у меня «магические гормоны» пляшут, но ничего не могла с собой поделать.

– Женщины!.. – услышала я сзади раздраженное шипение принца. – Вы с ума кого угодно сведете!

Кьен решительно подошел к все еще распахнутому окну и, перегнувшись, зло крикнул:

– Натан, подбрось мне этот треклятый веник.

Глава 9

Кира

Через десять минут многострадальные гортензии, местами помятые, вновь стояли в вазе. Окно в палату благополучно закрыли, но в комнате все равно было прохладно.

Я молча сидела по-турецки на одной части кровати, а герцог нагло устроился на другой половине. И такое нахождение порознь было моей маленькой победой. Жан-Эмилю так понравилось меня обнимать, что он ни в какую не желал выпускать меня из своих объятий, заявляя, что мне будет лучше с ним. Ну дурдом какой-то. В итоге мы сидели рядом, но порознь, а недовольный ситуацией Кьен, которому, разумеется, не хватило места на моей постели, расположился напротив на стуле и сверлил нашу компанию гневным взглядом.

Рядом, на тумбочке, стояла плетеная корзина, от которой шел такой аромат еды, что думать о чем либо кроме вкусностей мне было сложно. Но никто про еду и не вспоминал, все играли в гляделки.

– Может, ты все же уберешься от Кирьяны подальше? – процедил сквозь зубы Кьен.

– Не-а… Мне все нравится, – довольно оскалился герцог. – Я чувствую себя на своем месте. Кроме того, Кирьяна мне доверяет. Ведь доверяешь, маленькая, да?

Я не была уверена, что доверяю Эмилю. Да, между мной и герцогом после донорства магии словно установилось что-то незримое, и эта связь была явно магического происхождения. Но доверие… Тут все было сложно. Не сказать, что мне нравилась такая ситуация с магической привязкой. Я не забыла хамское поведение герцога и отношение к себе, но… Опять-таки, нельзя было отменять факт, что в тот злополучный день герцог спас меня и Стефана. Но этот благородный поступок перечеркивал другой: дурацкий, гадкий, оскорбительный спор на меня. И вот теперь вдруг такая искренняя забота.

Поведение парней я не понимала, и эта ситуация с резко измененным отношением ко мне не нравилась и казалась подозрительной.

– И все же мне до сих пор не понятно, зачем вы ко мне пришли, – нахмурилась и испытующе посмотрела на принца. – И где ваш третий друг?

– Натан стоит в дозоре, – пояснил Кьен. – Он нас предупредит, если появится Индарэш. Что же до причины, то…

Кьен откинул плетеную крышку, и мой нос уловил усилившийся запах еды: жареного мяса, свежего хлеба и зелени. Желудок предательски заурчал, напоминая, что я давно не ела.

– Ну, собственно, это и есть наша самая главная причина, – весело сообщил герцог. – По себе знаю, в любом госпитале кормят отвратительно. Если бы в Королевской больничке меня так кормили, – он кивнул на корзину, – то я бы поправился быстрее.

– Ну ты и так быстро выздоровел после такого ранения, – заметил Кьен.

– А не главная причина какая? – спросила я, не желая уходить от интересующей меня темы.

– А не главная, маленькая, состоит в том, что нам нужно серьёзно поговорить о произошедшем, – с герцога слетела напускная бравада. – Мы хотим подробно знать, что тогда произошло в том переулке, как и то, что было на полигоне.

Эмиль встал, подошел к корзине, извлек белую фарфоровую тарелку и, положив в неё мяса, зелени и ломоть хлеба, протянул мне.

– Ешь, тебе нужны силы для восстановления.

– Спасибо, – поблагодарила, забирая тарелку у герцога, и сообщила. – Думаю вся информация есть в протоколах у стражников. Не думаю, что я что-то добавлю новое. Они все же профессионалы.

– Есть, но не все, – сообщил Кьен, принимая из рук герцога тарелку, наполненную едой. – Кто-то удалил часть информации, заменив протоколы допроса на другие, «правильные».

– Откуда вы это знаете?

– Я успел почитать один из протоколов в день происшествия. Но потом меня отвлекли, а когда я вернулся к прочтению через день, то в деле «О нападении на работников ДАМ» уже всё было подчищено.

– Так, может, это намеренное действие тайного отдела? – не унималась я. – Может, информацию засекретили?

– Кирьяна, я непростой человек. Я кронпринц, и мое слово приоритетно после слов моего отца. Как ты думаешь, нашелся бы хоть кто-нибудь, посмевший мне лгать в лицо?

Ну утверждать так самоуверенно, что тебя никто не обманет, я бы поостереглась. Но не говорить же это принцу в лицо. Вдруг ещё меня в чем-то обвинит. Ну его: чем меньше подозревает его мажорское Высочество, тем лучше мне спится.

– Кирьяна, расскажи все, что помнишь про то происшествие. Я хочу восстановить картину случившегося и понять, чем именно ты так заинтересовала цепного пса моего отца.

– Кого?..

– Лорда Вилара Самиршель, главу тайной службы и, по совместительству, личного доверенного моего отца по безопасности.

– А-а-а… Хорошо, я расскажу все, что помню, – подумав, согласилась, надеясь, что, может, мой рассказ прояснит и мне некоторые моменты. – Только начну я, пожалуй, не с того дня, а с того момента, как я выписалась из Королевского госпиталя.

Сама не поняла, что именно толкнуло меня на откровенность. Но, словно неведомая сила пожелала, чтобы я доверилась парням и рассказала о своих приключениях чуть ли не с первого момента появления в этом мире. И по ходу изложения событий у меня самой картина начинала складываться и проясняться.

Ведь все действительно началось с момента моего «попадания» в трущобы и удачного побега сначала самой, а потом при помощи Гороша. Припомнила я и странные, преследуемые меня взгляды, и аварию на Торговой улице и то, что в общаге нашли механизмы, не привязанные к мастеру механикусу. Рассказала и про нападения и то, что говорили бандиты. Я была их заказом. Но вот неизвестной переменной стал спасший меня герцог, как до этого пацаненок Горош. Это я тоже четко поняла.

Я говорила, а парни хмурились. Все давно забыли про еду, каждый думал о своем.

– Тебя заказали ренегаты для своего какого-то важного обряда, – раздалось от двери.

От неожиданности все вздрогнули и обернулись на говорившего.

Глава 10

Кира

Повисшую в палате тишину можно было резать ножом, а от ощущения напряжения, воздух чуть ли не искрился. Парни подобрались, готовые в любой момент наброситься на пришедшего. А я сидела не зная, что сказать или сделать, меня только и хватало на то, чтобы растерянно переводить взгляды с одного присутствующего на другого.

– И как давно ты там стоишь, Скай? – недобро прищурился напряженный Кьен.

– Достаточно, чтобы понять, что Кирьяне грозит смертельная опасность, – процедил принц Скай, и уже мне, хоть и мягко, но с претензией. – Почему ты не сказала мне о подозрениях?

Скай говорил и смотрел на меня в упор. Он вел себя так, словно мы были в палате одни. Он подчеркнуто-небрежно не замечал, как набычился герцог, как агрессивно ощетинился Дамирэш и посмотрел на ледяного принца убийственным взглядом.

– А их у меня раньше не было, – виновато развела я руками. – Прости. Я не хотела…

– Почему ты перед ним оправдываешься, Кирьяна? – тон Кьена, полный вымораживающей ярости, хлестнул по мне словно плетью. – Кто он тебе?

– Потому, что Кира моя сулуан, – спокойно ответил Скай и шагнул в палату, закрыв за собой дверь.

– Что⁈ – яростно Кьен.

– Кто?.. – непонимающе я.

Наши возгласы прозвучали одновременно.

– Когда ты успел сделать Кирьяну своей сулуан? – взвился Кьен и, развернувшись ко мне, обвинительно выдал жестким тоном. – У тебя договор с моим родом, побродяжка. Ты не отправишься в Нортланд! Даже не мечтай!

Кьен говорил, а меня хлестало его эмоциями. Это было болезненно-неприятно, и от ощущений перехватывало дыхание, сердце сжималось, а язык словно онемел. Странно, но я чувствовала чужие эмоции так явно, словно они были осязаемы.

– Прекрати, Дамирэш, – предупреждающе сказал Скай.

Он шагнул ко мне, явно намереваясь защитить. На его лице морозным узором пробежала серебристая вязь. В палате значительно похолодало.

– С-с-стой, где с-стоиш-ш-ш… ледяной, – угрожающе зашипел Кьен. Его лицо покрылось чешуей, зрачок вытянулся в вертикальную линию, а вокруг фигуры задрожал воздух. Потянуло сквозняком.

Я сдавленно икнула. Такую трансформацию я уже имела возможность наблюдать у Селестина, но только в большем проявлении. Но увидеть измененного Кьена для меня стало неожиданностью.

– Кьен, прекрати, – раздался сбоку голос, и я не сразу поняла, что говорит герцог. – Ты пугаешь Кирьяну.

Взбешенный принц Дамирэш, с частичной трансформацией на лице, повернулся ко мне, и я отшатнулась. Наверное, что-то отразилось на моем лице, потому что Кьен моргнул, и с его лица стала медленно сползать трансформация.

– Это… – начала я, но мой голос предательски сел.

– Проявление наследия рода Драгон, – сообщил мне принц Скай и уже Кьену. – Не знал, братишка, что и тебя это накрыло. Думал, что корежит только лорда Индарэш.

То, что меня трясёт, и, притом, основательно, я поняла, когда меня обняли и прижали к мощной груди. С опозданием, но, кажется, меня накрыло откатом от нервотрепки сегодняшнего дня. Сначала допрос и угрозы от лорда-дознавателя, потом встреча «гостей» и мой рассказ с последующим озарением, а теперь еще и это – трансформация у обоих принцев.

– Тише, маленькая, все хорошо, – проговорил герцог.

– Кирьяна?.. – напряженно спросил Скай, делая ко мне ещё один шаг.

– Скай, кто такая сулуан, и как, а главное, когда я ею стала? – вскинула я руку, призывая ледяного ко мне не приближаться.

Странное чувство. Герцог всегда меня пугал больше всех остальных, но сейчас в его объятиях мне было спокойно. Принц Скай, с первой минуты вызывавший во мне теплое чувство родства и единения, сейчас отзывался напряжением.

– Это означает, что ты родная, родственная душа, – спустя минуту произнес Скай, всматриваясь в мое лицо. – Кирьяна, ты меня боишься?

– Не знаю, Скай, – потерла я начинающие колоть виски.

– Я не причиню тебе вред. Ты это знаешь. Что же до вопроса, когда ты стала моей сулуан, то ответ простой. С первого взгляда.

– И чем мне это грозит?

– Ничем, Кирьяна. Ты просто моя половинка души. Мой родной человек в духовном плане.

Удивительно, но ни герцог, ни принц Кьен не вмешивались в наш разговор. И я была им за это благодарна.

– Скай, а какое у тебя наследие? Что это за серебряный узор на твоих скулах?

– Я потомок ледяных демонов, Кирьяна.

– И тебя я проявила?

Скай улыбнулся и кивнул. А до меня, кажется, начало доходить. Из того, что узнала, я как попаданка влияю на местных, пробуждая их наследие. А не эта ли причина возросшей ко мне любви?

– Так, вернемся к моему вопросу, – привлек моё внимание Кьен. – Скай, какого ты тут делаешь?

– У меня такой же вопрос, Дамирэш, – не остался в долгу ледяной принц. – Что ты забыл в палате Кирьяны и как попал сюда? Мне сказали, что я единственный, если не считать лорда Самиршель, посетитель.

– Мы пришли, чтобы узнать из-за чего лорд Самиршель пристал к нашей Кирьяне, – неожиданно пояснил герцог. Он так и держал меня в своих объятиях, не желая выпускать.

– И чего он хотел? – напрягся Скай.

– Вербовал меня на службу в его отдел, – пожала я плечами и пояснила. – Предупредил, что если я не соглашусь, то он «скормит» меня маркизу дер'Оловани. Вернее, как я поняла, добьется для меня казни.

– Что⁈ – три слаженных возгласа огласили не только мою палату, но и, наверное, весь целительский комплекс.

Глава 11

Кира

– Пёс совсем зарвался! – прорычал взбешенный Кьен.

Он вскочил и начал нервно расхаживать по небольшой палате. На его висках, скулах и шее проступила темно-синяя чешуя. Таким взбешенным принца я еще никогда не видела. Наверное, злость ускорила трансформацию, и теперь чешуя покрывала плотно сжатые в кулак руки.

– Кирьяна, не бойся. Тебя, как мою сулуан, никто не посмеет тронуть, – произнес Скай, буравя Кьена холодным взглядом.

– Её вообще никто не тронет! – рыкнул Кьен. – Кирьяна под защитой рода Драгон, под моей и Селестина. Даже отец не нарушит эту клятву.

– Как-то плохо род Драгон выполняет свои обещания в защите, – недовольно поджал губы принц Скай, становясь перед Кьеном. – Явно же вы не справляетесь… Может, уступите место профессионалам? Род Тар-Неш умеет охранять свои сокровища.

– Только через мой труп ты её получишь, ледышка, – процедил сквозь зубы Кьен.

– Не искушай, братец, – с улыбкой маньяка на губах ответил Скай. – У меня огромнейшее желание замуровать в вечный лед одну реликтовую ящерицу.

Скай и Кьен стояли напротив друг друга как два бойцовых петуха, готовые наброситься на противника в любой момент. Вот вроде бы принцы, будущие правители, а ведут себя как обычные мальчишки подросткового возраста.

– Сейчас сцепятся, – равнодушно констатировал герцог и потянулся за холодным куском шашлыка.

– Их нужно остановить!

– Зачем? – безразлично пожал плечами герцог и пояснил, видя мой гневный взгляд. – Кирьяна, их вражда такая старая, что они и не помнят уже из-за чего все началось. Но шанс набить друг другу королевские морды не упускают.

– Ну это мы еще посмотрим, – зло посмотрела я на герцога и сделала шаг к принцам, желая втиснуться между ними. – У меня вопрос созрел… Я не понимаю, зачем лорд Самиршель все это мне обещал? Не думаю, что спец такого уровня как он не знает о договоре.

– Старый интриган тебя просто запугивал и брал на понт, – проинформировал меня Кьен, а потом зло прошипел. – Но это просто так ему с рук не сойдет. Я ему это припомню.

Если честно, то я сомневалась, что лорду Самиршелю хоть что-то будет даже от принца Кьена. Но меня порадовало то, что я смогла отвлечь парней от драки.

Только открыла рот, чтобы расспросить их о причине вражды, как дверь в палату распахнулась, и в дверях показалась рассерженная миссис Алана. Женщина уперла руки в бока и негодующе произнесла:

– И как это понимать, Ваши Высочества? Принц Дамирэш, как вы попали в палату к моей пациентке, минуя лекарский пост? О вашем недостойном поведении будет доложено лорду ректору.

– Как будущий правитель… – начал Кьен, но был грубо перебит.

– Полагаете, что ваше поведение достойно правителя? Вы должны быть примером для своих подданных. Должны соблюдать и чтить закон, а не нарушать его. Я разочарована, Выше Высочество.

Вот странно, я думала что Кьен вспылит, нахамит целительнице в своей излюбленной манере, но принц молчал, и только желваки на щеках ходуном ходили.

Сегодня прямо день сюрпризов в поведении мажоров. К чему бы это?..

– Теперь вы, принц Скай. Я разрешила вам проведать пациентку, зайти в палату на пять минут. Девочке нужен отдых, тишина и спокойствие. Но вместо этого я застаю вас в компании принца Дамирэш и герцога Жан-Эмиля, которых вообще не должно было быть в палате. Вы тоже меня разочаровали, Ваше высочество, – запальчиво вздохнула целительница и нервно провела рукой, приглаживая уложенные в идеальную прическу, волосы. – А теперь потрудитесь покинуть палату пациента. И запретные угощения заберите, – ткнула пальцем в корзину миссис Алана, когда парни направились на выход.

Парни ушли, а я напряглась под хмурым взглядом целительницы. Если честно, то я ожидала, что сейчас нагоняй уже устроят мне. Но обошлось.

– Выпей отвар и ложись отдыхать, – сообщила миссис Алана и ушла.

Вздохнув, я залпом выпила лекарство, ощущая как с уходом адреналина во мне заканчивается запал, и пошла спать. Усталость навалилась со страшной силой.

* * *

Дамирэш Кьен аль Драгон, кронпринц Артании

Он злился. Даже не так, он ощущал, как ярость раздирает его на части. Но Кьен сдерживался из последних сил, не желая устроить драку в целительском корпусе. Все же миссис Алана права: он ведет себя как мальчишка, а не будущий правитель.

– Скай, нужно поговорить, – бросил Кьен, стоило им выйти на крыльцо.

– О чем именно, Дамирэш, ты желаешь поговорить?

– Об Кирьяне и её тайнах, – нахмурился Кьен. – Она слишком многое от нас скрывает, а нам просто необходимо все знать. Я желаю все узнать.

– Братишка, а ты случаем головой не приложился? – ехидно улыбнулся Скай. – Я не твой подданный. По статусу мы равны. Ни приказать, ни заставить ты меня не можешь. Что же до загадок Кирьяны, то сам докапывайся до истины, – серьезно заявил Скай. – Я не буду ни облегчать тебе работу, ни предавать доверившуюся мне девушку. Ну а теперь извини, мне пора.

Скай сбежал со ступенек целительского корпуса и бодро зашагал по аллее среди луж и листьев.

– Я хочу поговорить об охране для Кирьяны, – бросил в спину удаляющемуся ледяному Кьен.

– Будет достойная идея, приходи. Я живу в старой общаге на чердаке, – не оборачиваясь, сообщил Скай и продолжил свой путь, не сбавляя шага.

– Что скажешь? – спросил Кьен, следя за ледяным, когда по правую руку от него встал герцог Кертерский.

– Нужно будет проследить за ним, – с холодной решительностью сообщил герцог.

– Займись на пару с Натаном. Я хочу знать о всех тайнах нашей милой побродяжки.

– Да, мой принц, – поклонился герцог своему будущему сюзерену. – Мы все узнаем.

– Отлично. Пошли, а то скоро пойдет дождь, – сообщил Кьен, глядя на свинцовые тучи.