Текст книги "Самая желанная для графа (СИ)"

Автор книги: Инга Ветреная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)

Вот нашел время!

– Не возражаю, – отмахнулась я. – Но я не об этом! Я не хочу за Вас замуж, – он сверкнул глазами и поджал губы. – Вы не хотите жениться на мне, так? – граф не шевелясь, смотрел на меня. – Поэтому нам надо что-нибудь придумать, чтобы избежать этого!

– Если я откажусь жениться, Вы будете скомпрометированы, общество отвернется от Вас и Ваших родных, результатом будет Ваша загубленная жизнь. А я стану изгоем. В отличие от Вас, меня со временем станут принимать в свете, но уважение добропорядочных людей я потеряю. Вас и Ваших родителей изгонят из общества, запретят посещать дворец! Вы уверены, что хотите всего этого? – произнес граф.

Он говорил, глядя мне в глаза. Голос его был холодным и ровным, а глаза сверкали, как мне казалось, от отчаяния и безысходности.

– Послушайте, Витор, но должен же быть какой-то выход! Не стоит опускать руки, нужно подумать, – убеждала я его.

– А почему Вы так уверены, что я не хочу на Вас жениться? – вдруг спросил он, горько усмехнувшись. – Может, я специально все подстроил, чтобы Вы оказались в ловушке?

– Если это и была ловушка, то не для меня, а для принцессы. Так что, получается, Вы сами себя перехитрили, – ответила ему. – Поздно сокрушаться, лучше ищите выход.

Я встала и направилась к двери.

– Леди Джулиана, а почему Вы промолчали, когда я принял Вас за принцессу? – спросил вдруг Витор.

Поразительно! Он еще и претензии предъявляет!

Я повернулась и, не утруждая себя деликатностью формулировок, ответила:

– Сначала не было уверенности, что Вы не оставите меня прямо на дороге и броситесь спасать принцессу, – вздернутый подбородок и полоснувший меня острый взгляд явно свидетельствовали о том, что граф обиделся, но я невозмутимо продолжила: – А потом …Вы были в таком восторге! Мне не хотелось Вас разочаровывать.

Не желая слушать ответ и не прощаясь, вышла из кабинета. Он меня здорово разозлил. Мои подозрения, которые возникли в отношении его еще на поляне, подтвердились. Он был уверен, что спас принцессу, и в перспективе планировал жениться на ней. Не ожидал, что вместо принцессы ему подсунут меня, а теперь ведет себя, как обманутая в лучших ожиданиях невинная жертва, сидит и жалеет себя, да еще и виноватых ищет!

За ужином поначалу все напряженно молчали, командир и виконт почему-то недовольно косились на Витора. А тот, в свою очередь, бросал взгляды на меня, я пыталась найти хоть какие-то варианты выхода из сложившейся ситуации, но в голову ничего не приходило. И только принцесса с леди Нессой демонстрировали прекрасное настроение, радость переполняла их, мешая, как мне показалось, распробовать вкус поданных блюд. Наконец, она выплеснулась в виде вопроса фрейлины:

– Джулиана, мне, конечно, жаль, но ведь ты понимаешь, что теперь не можешь участвовать в королевском отборе?

Сожаления в ее голосе я не заметила, но вот то, что она назвала меня просто по имени, говорило о многом, например, о том, что положение мое изменилось и явно не в лучшую сторону, следовательно, как и говорил Витор, я скомпрометирована.

– Разумеется, леди Джулиана не может принимать участия в отборе, поскольку мы помолвлены, о чем хотели сообщить в более торжественной обстановке, но, чтобы избежать разных домыслов, вынуждены объявить об этом сейчас, – произнес Витор, задержав взгляд на фрейлине.

Леди Несса немного стушевалась под этим хмурым взглядом и уткнулась в тарелку. Принцесса стерла улыбку с лица и недоверчиво смотрела на Витора. А вот реакция виконта Фенча была для меня неожиданной, он заулыбался, открыто глядя то на меня, то на графа. Правда, командир, играя желваками, смотрел в тарелку.

– Леди Джулиана, мы поздравляем Вас с этим событием и желаем счастья! – произнес улыбающийся виконт.

– Граф, Вашему выбору можно только позавидовать! – вдруг произнес Лайон, как-то странно посмотрев на меня.

– Мы благодарим Вас за столь теплые слова! – сказал Витор, а я кивнула, соглашаясь.

Улыбаться пришлось до конца ужина, иногда Витор бросал на меня многозначительные взгляды, смысла которых я не понимала, поэтому скромно опускала глаза, якобы, от смущения, чтобы не выдать себя. Наконец, мы остались в зале одни.

– Согласна, в данной ситуации выхода не было, кроме, как объявить о помолвке, иначе, как Вы и говорили, я была бы скомпрометирована на радость некоторым. Вы практически спасли мою репутацию, – невесело усмехнувшись, сказала ему. – Благодарить не буду, потому что не без Ваших усилий я оказалась в этом безвыходном положении. Но теперь надо думать о том, как безболезненно разорвать помолвку. В этом вопросе я очень надеюсь на Вас.

Взгляд графа стал острым, как бритва, на его скулах заиграли желваки, но ответ прозвучал сдержанно:

– Простите, леди Джулиана, но Вы сами себе противоречите! Только что подтвердили, что я спас Вашу репутацию, объявив о помолвке, и тут же предлагаете разорвать ее! Если я сделаю это, от Вашей репутации ничего не останется.

– Вот только не надо изображать из себя благодетеля! – в отличие от него я не справилась с эмоциями. – Помолвка – это не выход, а ловушка! Хотя не отрицаю, в данный момент она спасла мое доброе имя. Я, как и Вы, хочу выбраться из этой западни! Поэтому и предлагаю найти повод и, соблюдая приличия, расстаться.

– Я Вам настолько неприятен? – холодный тон графа плохо сочетался с его сверкавшими от гнева глазами.

Я растерялась от его странного вопроса и молчала, изумленно хлопая ресницами. Неужели обиделся? Хотя, судя по побелевшим скулам и плотно сжатым губам, можно было сказать, что я не просто обидела, а скорее оскорбила Его Сиятельство! Ну, этого я точно не хотела.

– Послушайте, Витор, – осторожно начала я уговаривать его, как ребенка. – Вы – красивый мужчина, и сами знаете об этом. Уверена, что, пользуясь своим врожденным обаянием, Вы легко покорите сердце любой девушки, – увидев закипающую ярость в его глазах, я быстро поправилась: – в смысле, любой титулованной особы.

Кажется, получилось не слишком убедительно, да и чувствовала я себя очень неуютно под его прожигающим взглядом.

– Мне не нужна любая! – чуть ли не по слогам процедил он, медленно вставая и нависая надо мной.

– Простите, я неточно выразилась, Ваша избранница будет единственной и неповторимой, – испуганно бормотала я, тужась выглядеть уверенной в себе. – Да, и непременно принцессой! Нисколько не сомневаюсь в этом. Я как раз и пытаюсь убедить Вас расстаться со мной, чтобы Вы могли поскорее встретить ее.

– Вы не допускаете, что я уже встретил свою единственную? – уже сдержаннее спросил граф, садясь на стул.

– Знаете, Витор, если бы я плохо относилась к Вам, то так бы и сказала. Но мне, уж не знаю почему, хочется, чтобы Вы были счастливы, а эта особа превратит Вашу жизнь в кошмар, – искренне ответила на его вопрос.

– Какая особа?

– Принцесса, конечно! Вы же за ней охотились!

Граф опять поднялся, он хотел что-то сказать, но почему-то не смог или не захотел, в глазах его явно просматривалось желание порвать меня на куски или просто задушить. Проверять любую из версий не хотелось. Я осторожно встала из-за стола.

– Мне, пожалуй, пора. Спасибо за ужин! – прикрыв испуг светской улыбкой, величественно попятилась к двери, потому что не сразу решилась повернуться к нему спиной.

Уже у двери услышала произнесенное с иронией:

– Доброй ночи, леди Джулиана!

На мгновенье застыв, кивнула и вышла.

Глава 11

Проснулась я не слишком рано, но, как оказалось, все вчера легли практически ночью и еще спали, поэтому завтрак перенесли на более позднее время. В комнате находиться не хотелось, поэтому я вышла в сад.

– Леди Джулиана! Вы не в состоянии находиться в этом доме?! Как я Вас понимаю! – "сочувственно" произнесла леди Несса, заламывая руки.

Она внезапно возникла на моем пути, глаза ее лихорадочно блестели, рот расплывался в довольной улыбке, которую она безуспешно пыталась скрыть. Ее поведение настораживало.

– Что Вы имеете в виду, леди Несса? – спросила я у нее вместо приветствия.

– Разве Вы не знаете? – картинно всплеснула она руками. – Так поступить с Вами! И сразу после помолвки! Не уверена, стоит ли Вам говорить об этом.

– Не хотите – не говорите, настаивать не буду, – я равнодушно пожала плечами и попыталась обойти ее.

Но фрейлина резво перекрыла мне путь, запричитав:

– Я хочу, то есть, я должна Вам это сказать! – она выдержала театральную паузу и промолвила: – Видите ли, я проходила мимо комнаты Вашего жениха, и оттуда как раз вышла молоденькая девушка, очевидно, служанка, ее одежда была в беспорядке.

Фрейлина замолчала и впилась в меня взглядом, жадно следя за реакцией. А я, в свою очередь, ждала продолжения ее повествования.

– Дорогая Джулиана, – с притворной жалостью обратилась ко мне леди Несса. – Она занималась с Вашим женихом…ну, Вы понимаете… И это в то время, когда в доме присутствует невеста! Граф изменил Вам, не успев даже жениться!

Она смотрела на меня, поедая глазами.

– Благодарю за информацию, – сказала ей, поймав в ответ разочарованный недоуменный взгляд, и поспешила в дом.

– Годвин, где сейчас находится Ваш хозяин? – спросила я дворецкого.

– У себя в кабинете, – ответил он. – Я провожу Вас.

Войдя в комнату, улыбнулась:

– Доброе утро, Витор!

– Доброе утро, Джулиана! – приветствовал граф, настороженно глядя на меня.

Уверенно подошла к столу и села в кресло.

– Значит, Вы нашли выход? – спросила его, не переставая радостно улыбаться.

– Какой выход? – озадаченно переспросил он.

– Мне, да, уверена, не только мне, леди Несса рассказала, что Вы провели ночь с девушкой, то есть изменили мне, – терпеливо разжевывала ему. – Значит, теперь мы не можем пожениться, так?

Витор, неожиданно покраснев, смотрел на меня совершенно дикими глазами и молчал. Меня охватило беспокойство.

– Я жду ответа, граф, – напомнила, внимательно следя за ним.

– Леди Джулиана…Джулиана, я не думал, что так случится, я прошу прощения за свой поступок. Я понимаю – отпираться бессмысленно. С моей стороны это была ошибка, просто я здорово разозлился, много выпил…, – он как-то заторможенно говорил, бросая на меня виноватые взгляды.

– Прекратите бормотать, Витор! – перебила его бессвязную речь. – Просто скажите: теперь помолвку можно разорвать?

– Нет! – коротко ответил он.

– Почему? Зафиксирован факт измены одной из сторон, есть свидетели, – резонно отметила я. – Разве это не является поводом для отмены помолвки?

– Связь со служанкой не является изменой, – тихо сказал граф.

Я пораженно уставилась на него:

– А чем является эта связь? Подарком невесте? Милой предсвадебной шуткой?

Он молчал, сцепив зубы. А я ощутила, как на душе стало тошно. Казалось бы, и чувств я к графу не испытывала, и помолвку эту всерьез не воспринимала, и невестой себя не считала, но вот впечатление, что меня испачкали, не проходило. Самое неприятное, что выхода из ситуации, в которой оказалась, я не видела, и помощи ждать неоткуда. Вон помощничек сидит, прячет взгляд! Я встала и, не говоря больше ни слова, вышла из кабинета.

За завтраком у мужчин были хмурые лица, в отличие от Гертруды и фрейлины. С лиц этих двух леди не сходили довольные улыбки, они светились от охватившего их веселья, а многозначительные взгляды, которые они бросали на сидевших за столом, заставляли тех отводить глаза и смотреть исключительно в тарелку.

Мне было неприятно, но смущаться и прятать глаза я не собиралась, старалась выглядеть спокойной, даже равнодушной. Стояла тишина, и никто не решался ее нарушить, хотя все прекрасно понимали, что это ненадолго.

– Граф, Вы даже не поинтересовались, как мы устроились. Это довольно странно и нехарактерно для гостеприимного хозяина, – произнесла принцесса, не переставая улыбаться и, заодно, бросать на меня ехидные взгляды.

– Я посчитал это излишним, Ваше Высочество, – спокойно ответил Витор. – По вашим лицам, я имею в виду Вас и леди Нессу, видно, что Вы прекрасно устроились, хорошо себя чувствуете, кажется, всем довольны и не скрываете этого.

Улыбка принцессы поувяла, она недоуменно посмотрела на Витора, тот ей мило улыбнулся и дал знак дворецкому на смену блюда. Гертруда раздраженно перевела взгляд на фрейлину, та, как опытная придворная, получив сигнал, приступила к действиям:

– Вы правы, граф, нас, действительно, все устраивает, но этого нельзя сказать о Вашей невесте, она выглядит расстроенной.

– Неужели? Что у Вас случилось со зрением, леди Несса? – не стала терпеть я.

Фрейлина от неожиданности сбилась и замолчала, неуверенно взглянув на принцессу. Та еще больше нахмурилась и обиженно надула губки, настаивая на продолжении. Леди Несса вновь заговорила, обращаясь к Витору.

– Да, расстроенной. Уж не потому ли, что Вы позволили себе некоторые…вольности, которые ей не понравились, – фрейлина победно взглянула на меня.

– Не думал, что такие вещи принято обсуждать в присутствии леди, тем более незамужних, – заметил Витор. – Или такие манеры в порядке вещей при Вашем дворе? – он задержал взгляд на принцессе, та откровенно злилась, пряча взгляд.

– Вам просто нечего сказать, – опять встряла Несса.

– В таком случае, позволю себе отступить от наших благопристойных традиций, чтобы не нарушать Ваши, не отличающиеся скромностью, правила. Во-первых, я бы не хотел, чтобы мои ошибки как-то отражались на моей невесте, – холодно продолжил граф. – Признаю, я совершил серьезный проступок. Все дело в том, что леди Джулиана так очаровала меня, что я не в состоянии был, прошу прощения, сдержаться. Уверен, мужчины меня поймут, – сидевшие за столом мужчины покосились на него, но промолчали, пряча взгляды. – Но я не посмел оскорбить мою избранницу… несвоевременным проявлением своего желания, в результате …оступился, – не только я, все зачарованно слушали его. – Во-вторых, защита леди Джулианы и ее доброго имени стала теперь моей обязанностью. И, если кто-то вне зависимости от пола и титула, позволит в отношении моей невесты разного рода инсинуации или, хотя бы, намеки, будет иметь дело со мной!

Последние слова он произнес на повышенных тонах голосом, в котором наряду с нотками металла звучало предупреждение, больше напоминавшее угрозу. Лицо фрейлины застыло в немом изумлении, а вот принцесса окинула Витора пристальным взглядом, а потом, поджав от злости губы, посмотрела на меня. Если бы я жевала, то точно бы поперхнулась. Какой знакомый взгляд! Кристина также смотрела, только раньше я не могла понять, что он означал. А ведь все очень просто, в нем четко читались зависть и ревность. Так же, как когда-то Кристину, Гертруду одолевала зависть, ведь мужчина в ее присутствии открыто говорил об особом отношении ко мне.

Виконт Фенч, избегавший ранее взгляда графа, теперь сдержанно улыбался и смотрел на него с одобрением, чего нельзя было сказать о Лайоне, тот сидел расстроенный и изредка бросал на хозяина недовольные взгляды.

– Джулиана, – неожиданно ласковым, полным раскаяния, голосом обратился ко мне Витор. – Я признаю, что обидел Вас и искренне раскаиваюсь в содеянном. От Вас я готов сносить любые упреки и капризы, лишь бы заслужить Ваше прощение и расположение! Я выполню любое Ваше желание, помните об этом!

Я смотрела в серьезные глаза Витора, в которых было столько сожаления о совершенной ошибке и мольбы о прощении, что чуть было не поверила в искренность его слов. Но надо отдать должное графу, казалось бы безнадежную для меня ситуацию он смог представить так, что я выглядела прекрасной непорочной девой, перед которой невозможно устоять.

В то же время он недвусмысленно дал понять, что будет защищать меня, тем самым, можно сказать, заткнул рты злопыхательницам, хотя бы на время. Я решила подыграть ему.

– Я принимаю Ваши предложения, Витор, – скромно опустив глаза, произнесла я. – И верю, что Вы всегда сможете защитить меня, ведь не далее, как вчера, доказали это. Вы сделали все великолепно! Благодаря Вашей отваге и Вашему мастерству воина ни один разбойник не успел даже заглянуть в карету, – тут я капризно поджала губы, хлопая ресницами и бросая на него кокетливые, в моем понимании, взгляды, не забывая при этом отслеживать реакцию зрителей, произнесла легкомысленным тоном, стараясь не переигрывать: – Но вот мое прощение Вам еще предстоит заслужить!

– Готов посвятить этому всю свою жизнь! – с пафосом произнес Витор, бережно взял мою ладонь и медленно поцеловал ее, преданно заглядывая мне в глаза.

Все были под впечатлением разыгранного спектакля, да я сама чуть не ошалела от артистизма графа. В итоге, ситуация, где я должна была выглядеть жалкой униженной невестой, к которой пренебрежительно отнесся не чуравшийся плотских утех на стороне жених, превратилась в воспевание этим самым женихом моих бесподобных достоинств, а также гарантию защиты со стороны все того же осознавшего свои ошибки жениха.

Глава 12

Продолжить путь решили на следующий день, а в этот мужчины из эскорта чередовали отдых с подготовкой к отъезду.

– Леди Джулиана, – Годвин нашел меня возле дома в тени большого дерева. – Его Сиятельство ожидает Вас в своем кабинете.

Я пошла, хотя понимала, что вряд ли ему удалось что-то придумать, мне вот ничего не приходило в голову, я чувствовала смутную тревогу, которая к этим событиям не имела никакого отношения, это было связано с Виктором, который остался в том мире.

Ожидая Джулиану, Витор стоял у окна и смотрел вдаль, но ничего не видел. Он перебирал в памяти события последних дней и не находил себе места от беспокойства. Однажды в разговоре с Торином он обронил, что совсем не против жениться на принцессе, а потом придумал незатейливый план.

Позже, спасая девушку от разбойников и оставшись с ней наедине, он действовал согласно этому плану. Неожиданными оказались чувства, которые он испытывал к, как он думал, принцессе, и которые не вписывались ни в какой план.

Это началось еще на поляне, когда он усадил девушку в седло перед собой. Запах луговых трав, исходивший от ее роскошных волос, опьянил его. Пряди выбившихся из прически волос нечаянно коснулись его лица. Он наслаждался этими ощущениями, несмотря на некоторое неудобство, появившееся в брюках.

А потом выяснилось, что судьба подшутила над ним: он спас дочь герцога. Прибытие в его дом принцессы с эскортом стало для Витора неожиданностью, но он ни словом, ни жестом не показал своего удивления. Граф без особого интереса смотрел на красавицу-принцессу, которая повела себя предсказуемо. И вспоминая пытливый взгляд синих глаз Джулианы, вместо разочарования испытал прямо противоположные чувства.

Спасая репутацию девушки, Витор, не испытывая сомнений, сообщил о помолвке. Реакция Джулианы его оскорбила, девушка не желала смириться с неизбежным и требовала разорвать помолвку.

Витор был взбешен! Она даже не рассматривала вариант с замужеством, тем самым отвергнув его! Неужели она не понимала, что унизила его? Горечь и злость переполняли графа. Он сидел в своей комнате и запивал свои обиды и гнев крепким вином, но получалось плохо, уязвленное самолюбие лишь обостряло его страдания.

Кокетливо улыбавшаяся служанка, которая в какой-то момент появилась перед его глазами, навела на мысль о мести. Проснувшись, он пожалел о том, что сделал, и прогнал девушку, намереваясь оставить это втайне, но ему не повезло.

Лишь за завтраком Витору, кажется, удалось немного реабилитироваться перед Джулианой. Отбив нападки принцессы и фрейлины, он при всех попытался извиниться перед невестой, но она приняла это за игру, даже подыграла ему, при этом преувеличивая его заслуги.

Витор решил поговорить с девушкой.

Джулиана вошла в кабинет, и он предложил ей сесть, а сам так и остался стоять.

– Джулиана, почему Вы сказали, что со всеми разбойниками расправился я один? Я не намерен приписывать себе чужие заслуги! Я не нуждаюсь в этом! – произнес он, в голосе чувствовалось волнение.

– А Вы считаете, что обманывать и приукрашивать – это исключительно Ваша прерогатива? – возмутилась она.

– Но я никого не обманывал! – возразил граф.

– Серьезно? – спросила Джулиана голосом, наполненным сарказмом. – Давайте еще разок посмотрим, почему мы оказались в такой ситуации. Вы знали, что в Вашем доме остановятся гости из другого королевства, в том числе, незамужние девушки, однако, в нужный момент в нем не оказалось ни одной пожилой уважаемой леди. Судя по тому, что именно к Вам обратились за помощью, Вы – не только хороший воин, но и опытный придворный, исходя из этого, вряд ли Вы забыли пригласить родственницу, просто готовили «ловушку». Можно ли это назвать обманом? Определенно, да. Мне не повезло, в «ловушку» угодила я, то есть, обманули Вы меня. Вам, кстати, тоже не повезло, Вы же рассчитывали, что попадется принцесса. Снова обманули, на этот раз сами себя.

Девушка замолчала, предоставляя графу возможность возразить ей, но он, сжав зубы, лишь внимательно смотрел на нее.

– Пока все правильно излагаю? – уточнила она, внимательно наблюдая за реакцией графа.

После небольшой паузы он нехотя кивнул.

– А потом, чтобы спасти мою репутацию, которую я потеряла не без Вашей помощи, Вы вынуждены были объявить о помолвке, мы стали женихом и невестой. Это ведь тоже обман, но здесь я половину вины беру на себя, и то, что я даже не подозревала, что скомпрометирована, не снимает с меня ответственности, – продолжала говорить дочь герцога. – И я предложила исправить эту ошибку, то есть, подумать, как это сделать, а Вы не только не исправили, а, напротив, усугубили. Может, объясните, зачем?

Граф молчал, упрямо сжав зубы.

– Вы меня пригласили сюда, чтобы поговорить, а сами молчите. Я не вижу смысла напрасно сотрясать воздух, – с обидой произнесла она, поднимаясь с кресла и собираясь уйти.

– Нет! Джулиана, подождите! – подскочил к ней граф, встав на пути, и схватил за руки.

Потом поспешно отпустил и торопливо заговорил:

– Не уходите, прошу Вас! Я отвечу на Ваши вопросы, во всяком случае, постараюсь. Просто я не ожидал услышать от Вас такое. Это так…

– Знаю: излишне прямолинейно, – перебила его девушка. – Просто я предпочитаю честность и не вижу смысла прятать свои мысли за намеками и недомолвками.

– Я хотел сказать – необычно, – улыбнулся граф горячности собеседницы.

– Может, Вы хотели сказать – неприятно? – усмехнулась Джулиана.

– И это тоже, – вздохнув, не стал отрицать он.

Девушка снова уселась в кресло и вопросительно посмотрела на Витора, он сел напротив ее и заговорил.

– Вы все правильно сказали и про ловушку, и про принцессу. Но я не считаю, что ошибся, я рад, что это были Вы, а не принцесса, и когда я объявил о помолвке, то думал, что Вы поняли серьезность моих намерений, это не был обман, во всяком случае, с моей стороны. Я пытался объяснить Вам, в ответ Вы посмеялись надо мной и небрежно велели искать выход. Меня это задело, я …, – Витор замолчал, не решаясь продолжить.

– Вы решили отомстить? – догадалась девушка.

– Наверное, хотя скорее, я сделал это от отчаяния, – виновато сказал Витор, глядя в сторону. – А вышло все наоборот, я хотел, чтобы Вам было больно, но боль и горечь от содеянного испытал сам, да и до сих пор испытываю, а вот Вы нисколько не огорчились.

– Не совсем так, – не согласилась Джулиана, посмотрев в грустные глаза графа. – Когда узнала, что помолвка не отменяется, было неприятно, да еще «сочувствие» дам надо было терпеть. Правда, вмешались Вы, пытаясь их остановить. Только мне непонятно: зачем было опять обманывать?

– Но я больше не обманывал! – возразил граф.

Его удивление было искренним, но Джулиана почему-то не поверила.

– Вы что, не помните, сколько всего наобещали? На тот момент Вашей задачей было – не дать болтать обо мне гадости фрейлине и принцессе, и Вы с ней справились. Но зачем было распыляться о чувствах и желаниях, некоторые из которых Вы, видите ли, были не в состоянии обуздать?! Если бы держали свои штаны застегнутыми, вообще бы ничего обещать не пришлось! – взволнованно проговорила она, слегка покраснев.

Граф, явно не ожидавший от нее такого натиска, пораженно смотрел некоторое время, потом спросил:

– Вы не поверили тому, что я сказал? – и тихо добавил: – Но я был искренен.

– Чему, интересно я должна поверить? Тому, что Вы от меня без ума и жаждете жениться? Не спорю, Вы были очень убедительны, я тоже старалась, как могла, подыграть Вам. Но давайте все-таки реально смотреть на вещи и искать выход из создавшейся ситуации. Ничего ведь не изменилось, не так ли? Мы по-прежнему в ловушке, из которой надо выбираться, – проговорила Джулиана, умышленно не обратив внимания на его последнюю фразу.

Витор не ответил, только с грустью смотрел, как она покинула кабинет.

Я вышла из кабинета расстроенная, вместо того, чтобы думать, как нам мирно расстаться без неприятных последствий, граф затевает выяснение отношений! Вот как это может нам помочь?! Ради объективности надо сказать, что сваливать всю вину на Витора глупо, потому что сама ничего не сумела придумать, а требовать от других того, что не могу сделать сама – не в моих привычках.

В этот день ни принцесса, ни фрейлина ко мне больше не приставали, я иногда ловила их косые взгляды да усмешки, но открыто никто из них ничего мне не говорил.

Во время обеда к Витору неожиданно обратился командир:

– Когда мы проезжали через поместье Вашего отца, он позволил оставить у него наших тяжелораненых воинов. И сказал, что делает это по Вашей просьбе, Вы заранее предупредили, что нам может потребоваться помощь такого рода. Вашего отца я уже поблагодарил, теперь я хотел бы выразить Вам свою благодарность, граф.

– Право, не стоит. Предугадать, что на ваш кортеж могут напасть, было несложно, а с ранеными далеко не уедешь, поэтому я и обратился к отцу с такой просьбой, – не задумываясь, беспечно ответил Витор.

Я была приятно удивлена этой новостью. Даже, когда общалась с отцом Витора, он не говорил, что помогает по просьбе сына. Витор посмотрел на меня, я не отвела взгляд, только добавила:

– Не согласна с Вами, Витор. Ваш поступок заслуживает благодарности. Вы и Ваш отец поступили благородно, думаю, я нисколько не преувеличу, если скажу, что некоторые раненые не выжили, если бы продолжили путь с нами.

– Согласен с леди Джулианой, – сдержанно поддержал меня командир, а виконт кивнул, молча присоединяясь к словам Лайона.

– Что ж, я рад, что сумел помочь, – неожиданно смутившись, проговорил Витор и, посмотрев на меня, улыбнулся.

Я не сразу смогла отвести от него глаза, потому что это была счастливая улыбка мальчишки, которого похвалили за то, что он, наконец, сделал что-то стоящее.

– Ну, сколько можно говорить о каких-то пустяках, если совсем скоро я окажусь во дворце, и мне предстоит испытать столько волнений, ведь на королевский отбор прибудет немало претенденток! – воскликнула принцесса.

– Ваше Высочество, Вы можете быть абсолютно спокойны, никто не сравнится с Вашей красотой, – елейным голосом проворковала леди Несса.

Гертруда милостиво приняла комплимент, снисходительно улыбнувшщись, но вскоре опять нахмурилась, потому что никто из сидевших за столом не ответил на реплику фрейлины. Возможно, мужчины решили не вмешиваться в подобные разговоры, а я предпочла наслаждаться едой.

– Тебе, Джулиана, наверное, обидно, что не сможешь теперь участвовать в отборе? – «сочувственным» тоном поинтересовалась принцесса.

– Ваше Высочество, вряд ли у леди Джулианы были шансы стать невестой короля. Рядом с Вами король Генри ее бы просто не заметил, – подобострастно промолвила фрейлина.

Придворная дама привычно унижала Джулиану, то есть, меня, совершенно забыв о предупреждении графа. Витор, сжав зубы, сердито смотрел на леди Нессу и уже собирался что-то сказать ей, отложив погнутую вилку, но я его опередила.

– Судя по всему, мое участие в отборе все же вызывало беспокойство. У Вас, леди Несса, были опасения, что я могу составить конкуренцию дочери короля Элгара. Иначе, как объяснить ту радость, которую Вы даже не в состоянии скрыть, узнав, что я не смогу участвовать в отборе? – проговорила я.

Фрейлина, не привыкшая к тому, что я отвечаю на ее выпады, растерянно переводила взгляд с меня на принцессу в поисках поддержки.

– Уж мне ты можешь не приписывать какое-то волнение или беспокойство по этому поводу, – самоуверенно заявила Гертруда. – Я просто выразила сожаление, оттого что рушатся твои надежды.

– Довольно странно это слышать, – усмехнулась я. – Неужели Вы забыли, Ваше Высочество, что я не собиралась ехать в Картар, меня абсолютно не волновал этот отбор, о каких разрушенных надеждах Вы говорите? Может, стоит напомнить, как Его Величество чуть ли не в приказном порядке отправил меня вместе с Вами в эту поездку?

Принцесса покраснела и теперь, не решаясь возразить, смотрела на меня, кусая от злости губы. Если честно, она и в гневе была очень хороша, только полный ненависти взгляд портил ее внешность. Гертруда снова мне напомнила Кристину, которая очень любила демонстрировать чувство превосходства надо мной и не ленилась это каждый раз подчеркивать.

– Теперь-то я понимаю, что должна была сыграть роль приманки, чтобы спасти Вас, при этом погубив себя. Но тогда я согласилась, потому что поверила королю, утверждавшему, что наше королевство на этом отборе должны представлять две, как он выразился, «достойнейшие претендентки из королевского рода». Поверил также и мой отец, ни на секунду не усомнившийся в искренности брата, – припечатала я ее.

– Да как ты смеешь?! – взвилась принцесса. Она вскочила и сжала кулаки. – Ты…

– Остановитесь, Ваше Высочество! – прогремел голос Витора. – Если хоть еще одно оскорбление прозвучит в адрес моей невесты, я не стану выполнять договоренность по обеспечению Вашей безопасности. И тогда, можете поверить, Ваши шансы: попасть на отбор или оказаться в руках разбойников, в лушем случае, уравняются!

Вот это да! Витор, как и обещал, защищал меня, он посмел возразить даже принцессе! И не просто возразить, а выставить условие, больше напоминавшее угрозу. Это было очень неожиданно. Замерли все.

Гертруда испуганно взглянула на Витора, потом, в поисках поддержки, перевела взгляд на командира, который, нахмурившись, растерянно смотрел в сторону. Она изумленно посмотрела на виконта, тот угрюмо уставился в тарелку, и, наконец, с ненавистью взглянув на меня, опустилась на место, судорожно схватила бокал и отпила из него.

– И все-таки, леди Джулиана, не принимая участия в отборе, Вы лишились возможности стать королевой, – вновь вступила в разговор Несса, переняв эстафету у принцессы. – И, будучи дочерью герцога, станете всего лишь графиней.

– Уж коль Вы заговорили о титулах, то для меня мой муж, какой бы титул он ни имел, всегда будет королем моего сердца, – гордо заявила я и открыто улыбнулась Витору.