Текст книги "Самая желанная для графа (СИ)"

Автор книги: Инга Ветреная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)

Глава 28

Витор с Торином заехали за нами, и мы вместе с леди Эдриган прибыли во дворец на бал. Настроение у отца было не слишком радостное, но Флоренс своими неожиданными и оригинальными вопросами сумела отвлечь его от неприятных раздумий. А для меня проблемы, которые создала принцесса, и разговор с королем стали казаться такими незначительными, стоило мне только увидеть Витора.

Его присутствие ненавязчиво заполнило все окружавшее меня пространство, вытеснив неприятности и огорчения. Мы говорили с ним о предстоящей свадьбе, о том, что нужно обязательно съездить к отцу Витора и сообщить ему о наших планах, а еще мне надо обязательно увидеться с Оливией и Ирэйной, как вдруг услышали обеспокоенный голос Торина:

– Королевская семья задерживается уже неприлично долгое время. Это довольно странно.

Я посмотрела на отца, он стоял, нахмурившись, и с тревогой поглядывал на дверь, через которую должен войти король. Раньше отец, не раздумывая, пошел бы к своему брату и узнал, в чем причина задержки, но после вчерашнего разговора, герцог не решался беспокоить короля. Вдруг к нему подошел лакей и что-то тихо сказал, после чего отец удалился, предупредив нас:

– Мне необходимо отлучиться.

– Герцога вызвал король? – спросила нас Флоренс.

– Думаю, да, – ответила ей и добавила: – Что-то случилось.

– Принцесса, – тихо усмехнулся Витор.

– Возможно, потребуется наша помощь, – сказала я, гадая, что могло произойти.

– В таком случае, будет лучше, если мы сейчас разойдемся, чтобы встретиться у королевских апартаментов, – предложил Торин.

Он проводил герцогиню и леди Эдриган к свободным креслам, возле которых расположились придворные дамы, и вышел. Мы с Витором тоже, не спеша, покинули зал. Мы втроем стояли возле королевских апартаментов, когда к нам подбежал слуга и испуганным голосом проговорил:

– Его Величество ожидает Вас, леди Джулиана, в апартаментах принцессы.

– Со мной войдут граф Бурвит и граф Ривган, – сказала я. – Доложи королю!

Мы подошли к апартаментам принцессы, слуга распахнул двери.

– Ваше Величество! – обратилась я к королю. – Я позволила себе прийти сюда не одна, а с теми, кто сможет помочь Вам.

Король стоял возле кресла, вцепившись в его спинку так, что побелели костяшки пальцев, но он этого не замечал. Королева сидела в кресле с покрасневшими заплаканными глазами. Я с удивлением смотрела на Элгара, он выглядел очень растерянным. Складывалось впечатление, что Гертруде удалось нанести ему сильный удар, и он не мог прийти в себя. Его взгляд, в котором поселился страх, не слишком осмысленно скользил с одного человека на другого.

– Ваше Величество, я к Вашим услугам, – произнес Витор, щелкнув каблуками сапог.

– Ваше Величество, можете располагать мной, – Торин повторил его жест.

Король рассеянно кивнул и сел рядом с женой, сжавшись от горя. Кроме королевской четы и отца в комнате находились первый советник короля и трое слуг.

– Элгар, ты позволишь? – спросил отец, взяв со стола лист бумаги.

Тот даже не оглянулся, лишь обреченно кивнул.

– Это должно остаться в тайне, – произнес отец, протягивая мне бумагу. – Насколько это возможно, конечно.

Это была записка Гертруды.

«Ваше Величество! Вы посмели отказать мне, своей дочери в праве выйти замуж и стать королевой. Вы посчитали, что отдать в качестве приданого третью часть земель королевства, это слишком высокая плата. Вы допустили ошибку. Теперь я, будущая королева Аракаса, не прошу, а требую, чтобы Вы отказались от половины своих земель в пользу Аракаса. Вы немедленно сделаете это, если хотите увидеть своего сына живым», – дочитав до этого места, я не выдержала и испуганно посмотрела на отца, он сочувственно глядел на поникшего брата.

Я снова стала читать записку, там Гертруда скрупулезно перечисляла территории, которые должны быть переданы королю Аракаса в качестве дара, и мне показалось, что их площадь значительно превышала «половину».

«Вы издадите указ, в котором будет написано, что Вы отказываетесь от этих земель, и отныне и вовеки они принадлежат королевству Аракас. Никогда, ни при каких обстоятельствах ни Вы, ни последующие правители не посмеют претендовать на них, независимо от того, кто занимает трон Аракаса, также как и никто из нынешних или будущих правителей Аракаса не имеет права отказаться от этого дара. Вы должны поклясться, что если Вы или Ваши наследники пожелают оспорить Ваше добровольное решение и попытаются вернуть земли мирным путем или силой, или кто-то из правителей Аракаса захочет вернуть их назад, и тем самым нарушат Вашу клятву, то в этом случае королевство Ливазия перестанет существовать, как самостоятельное государство, и полностью перейдет в состав Аракаса. Завтра утром в присутствии гонца из Аракаса об этом указе Вы официально сообщите всем послам и дипломатам, находящимся в Ливазии, и передадите им соответствующие документы. Известие от гонца с Вашим указом мы будем ожидать в течение суток, более этого времени я ждать не намерена и не советую следить за гонцом, не пытайтесь также освободить своего сына, он умрет раньше, чем Вы это сделаете. Чтобы у Вас не возникло соблазна обмануть меня, оставляю Вам кое-что, чтобы Вы убедились в серьезности моих намерений».

Ниже, под текстом была издевательская подпись: «Ваша любящая дочь, принцесса Гертруда», а на столе лежал амулет принца, с которым он никогда не расставался.

Когда передавала записку Витору, заметила, что мои руки дрожали. Я, в ужасе от прочитанного, с жалостью смотрела на рыдавшую королеву и беспомощного в своем горе короля.

– Что намерен делать король? – спросила я у отца.

– Он еще не может прийти в себя, – был ответ.

– Когда обнаружили записку? – спросил Торин.

– Два часа назад, – ответил один из слуг.

– А как давно не видели принца?

– Искать Его Высочество стали примерно три часа назад. Поначалу его исчезновение никто не связал с Ее Высочеством. Потом сказали, что кто-то видел его с сестрой, и пошли к ней. Принцесса говорила, что будет готовиться к балу, и приказала ее не беспокоить. Но когда все же решились войти в ее апартаменты, там никого не было, а на столе лежала записка и …, – слуга не договорил, испуганно покосившись на стол.

– Кто-нибудь видел, как принцесса покидала дворец? – спросил Витор.

– Нет, опросили стражу во дворце и вокруг него, – ответил советник.

– Нужно найти графиню Коутс и графа Маккона, – сказала я.

Советник кивнул слуге, и тот выскочил за дверь.

– Могла она воспользоваться тайным ходом? – спросил Витор.

Король вскинул голову:

– Она знала о двух тайных выходах из дворца.

– Куда они ведут?

– Один из них в парк дворцового ансамбля, а второй – в один из домов на рыночной площади, – ответил король уже увереннее и распорядился послать туда воинов.

– Ваше Величество, позвольте задать Вам еще один вопрос, только не здесь? – обратилась я к нему.

Он кивнул, мы вышли в другую комнату, за нами последовали Витор и Торин. Король ничего не сказал, только хмуро посмотрел на меня.

– Скажите, есть ли еще тайный ход, который ведет к месту, откуда удобнее уйти в горы? – спросила его.

Он ошарашено посмотрел на меня:

– Ты думаешь, что она решила идти с ребенком по горным тропам, чтобы попасть в Аракас? Но это же опасно!

– В любом другом месте их быстро найдут, – пояснила я.

– Вы тоже так думаете? – спросил король у мужчин.

– Нельзя исключать такой вариант, Ваше Величество, – ответил Торин.

– Во всяком случае, стоит его проверить, – добавил Витор.

– Так что, есть такой ход? – повторила я.

– Да, но она не знала о нем, то есть, я хотел сказать, что я ей его не показывал, – растерянно произнес король, потом, сосредоточившись, добавил: – Этот ход ведет на постоялый двор, где можно купить лошадь и …нанять проводника.

– Ваше Величество, я бы хотел официально отправиться в Аракас к королю обычным путем, возможно, мне удастся поговорить с ним, – сказал Торин.

Король с надеждой взглянул на него, а потом потухшим голосом произнес:

– Вы не успеете, граф, она убьет Сэнди.

– Тем не менее, стоит попытаться. Я еду в Аракас и обещаю хранить то, что произошло, в тайне, – решительно сказал граф Ривган.

– Благодарю Вас, – тихо ответил король.

– Ваше Величество, я бы хотел отправиться на поиски Вашей дочери, точнее, Вашего сына, разумеется, тайно, – предложил Витор.

– Но если она обнаружит погоню, то… выполнит свою угрозу, – с трудом произнес король.

– Она не обнаружит, во всяком случае, я не сделаю ничего, что может навредить Вашему сыну, – заверил Витор.

Король неуверенно кивнул, вошел слуга и доложил, что графиня Коутс и граф Маккон ожидают.

– Пусть войдут, – распорядился король.

Лайон и Несса вошли в комнату и с удивлением смотрели на нашу компанию.

– Леди Коутс, когда Вы в последний раз видели принцессу? – спросила я ее.

– С тех пор, как мы расстались, приехав во дворец, я не видела Ее Высочество, – ответила она.

– Речь идет о жизни …и смерти, леди Коутс! – гневно произнес король.

– Ваше Величество, клянусь Вам, я говорю правду! – испуганно ответила графиня, преданно заглядывая в глаза королю.

Тот небрежно махнул рукой, и она поспешно вышла.

– Граф, прошу Вас ответить на тот же вопрос, – обратилась я к Маккону.

– Последний раз я видел Ее Высочество вчера утром, она сказала, что отблагодарит меня, если я соглашусь кое-что сделать для нее, – говорил Лайон, боязливо поглядывая на мрачного Элгара. – Я ей ответил, что сделаю все, если на это будет воля короля. Она была недовольна моим ответом, но больше ничего не сказала.

Король продолжал сверлить Лайона недоверчивым взглядом, когда у меня промелькнула мысль, и я взволнованно произнесла:

– Уорвик, виконт Уорвик! Надо поговорить с ним!

Элгар и граф недоуменно взглянули на меня, а в это время вошел советник и что-то сказал на ухо королю. Тот пристально посмотрел на меня и сказал:

– Виконта Уорвика нашли убитым на выходе из тайного хода, ведущего на постоялый двор, – потом он обратился к Лайону: – Вы избежали этой участи, граф, отказавшись помогать принцессе, а вот Уорвик, по всей видимости, согласился ей помочь, и она его «отблагодарила».

Побледнев, Маккон посмотрел на меня, кажется в его глазах мне удалось увидеть запоздалое чувство вины.

Мы вернулись в комнату. Там уже сидела матушка, королева рыдала у нее на плече. Герцогиня успокаивала ее, приговаривая:

– То, что там написано – только угрозы, принцесса ничего не сделает, это же ее брат. Гертруда, как и все мы, любит Сэнди.

Королева, сдерживая рыдания, слушала ее, а на губах короля застыла горькая усмешка.

– Элгар, может быть, это, действительно, только слова? – попытался утешить короля отец. – Неужели ты думаешь, что Гертруда способна причинить вред родному брату?

– Ох, Вилмор, если бы записку написала твоя дочь, я бы посмеялся и не поверил, – горестно пошутил король. – Появились доказательства того, что она не просто пугает. Гертруда способна на все.

Отец испуганно посмотрел на меня.

– Что? – подозрительно спросил король, заметив наши переглядывания.

– Ты повторил слова Джулианы, – растерянно ответил он.

Король бросил на меня пытливый взгляд:

– Неужели она пыталась тебя убить?

– Угадали, – не слишком почтительно ответила я.

– И почему не убила? – удивленно спросил он.

– Потому что делала это не лично, а чужими руками. Мне, можно сказать, повезло, – пояснила я.

– Повезло…, – уныло повторил король и вдруг, вспомнив, что брата Гертруда похитила сама, обхватил голову руками и в отчаянии закричал: – Сэнди! Мальчик мой!

Взглянув на мужа, королева зарыдала еще громче, моя матушка, не выдержав, тоже заплакала. Меня начало потрясывать от этой картины, и я вышла.

– Джулиана, я поеду за ними, – сказал не отходивший от меня ни на шаг Витор.

– Я с тобой, – тут же откликнулась я.

– Нет, это может быть опасно, – возразил он мне.

– Значит, я поеду без тебя, – ответила ему.

– Но ты плохо держишься в седле, – выдвинул граф еще один аргумент.

– Но, насколько я поняла, быстро скакать на лошади не придется, а часть пути нужно будет идти пешком. Так что, я смогу это сделать, – с уверенностью, которую на самом деле не чувствовала, сказала ему.

– Я тебя никуда не пущу! – рассердился Витор.

Уже собралась с ним спорить, но вмешался Торин:

– Мне кажется, вам не следует расставаться.

Я согласно кивнула, Витор тяжело вздохнул и обнял меня. Прижавшись к нему, произнесла строки из знаменитого стихотворения А.Кочеткова:

– С любимыми не расставайтесь! Всей кровью прорастайте в них.

– Как скажешь, милая! Как скажешь! – отозвался Витор, уткнувшись губами в мои волосы.

Глава 29

Охрана, прибывшая из Картара, по настоянию Торина разделилась. Шестеро воинов во главе с Урбаном сопровождали его в Аракас к королю Дариэлю. О безопасности графа Ривгана беспокоился сам король Генри, главнокомандующий Картара граф Ален Монсервиль лично поставил в известность об этом Урбана, и тот отнесся к поручению очень серьезно. А еще шесть воинов должны были с нами участвовать в поисках беглецов.

Поскольку в Аракас вели две горные дороги, то мы разделились, с нами должны были поехать два воина, а четверо – отправиться по другой дороге. Уже глубокой ночью все разошлись, чтобы выехать рано утром, и перед самым отъездом узнали, что во дворец для короля какой-то бродяга, нанятый за деньги, доставил пакет, в котором лежала записка от Гертруды с текстом: «Где указ о передаче земель? Больше напоминаний не будет». В пакете находились срезанные локоны принца. Королева лишилась чувств, а король впал в ступор и закрылся у себя в кабинете.

Путь, по которому мы больше шли, чем ехали, дорогой можно было назвать с натяжкой. Скорее, это была тропа, которая часто проходила в местах, где скалы находились с одной стороны, а с другой – огромная пропасть, на дне которой протекала мелкая горная река. В таких местах мы медленно передвигались, прижавшись к скале, и за повод вели за собой коней.

Мы шли полдня, но потом остановились, потому что Витор не обнаружил следов.

– Они здесь не проходили, – мрачно сказал он. – Дариэль перехитрил нас.

– Мне кажется, они должны где-то затаиться и ждать новостей из дворца. А, может, они вообще не выезжали из столицы? – спросила я.

– Выезжали и добрались до гор, я отследил их путь, – задумчиво проговорил Витор, и было видно, что оба воина с ним согласны. – Но, возможно, ты права, чуть в стороне есть избушка, ее построили специально, чтобы путники могли переночевать там или переждать непогоду.

Пришлось вернуться немного назад и ждать, когда появится гонец с известиями. Через пару часов мимо нас проскакал всадник, мы на безопасном расстоянии, стараясь себя не выдать, двинулись за ним. Гонец действительно привел нас к избушке, но близко к ней подойти не удалось, потому что посланника встретили воины, сидевшие в засаде. Они пропустили гонца, но никуда не ушли – ждали погоню. Тихо расправиться с ними удалось, когда они начали терять бдительность. Сделали это Витор и воины, я, естественно, в это время, как мышь, затаившись, сидела в кустах.

В избушке никого не обнаружили и мы продолжили преследование. На узкой тропе перед скалой нам снова устроили засаду, три аракасских воина поджидали нас, спрятавшись за валунами. Витору удалось обнаружить их раньше, чем они напали, обошлось без жертв. Раненых аракасцев допросили.

Тот, который находился некоторое время в избушке, поведал, что там происходило.

– Я же говорила, что он испугается и сделает все, что я пожелаю! – сказала принцесса, прочитав послание, и довольно рассмеялась.

– Уверен, что за гонцом следили, – не разделил ее веселья Дариэль. – А значит, скоро будет организована погоня. Нужно оставить мальчика, а самим поскорее уходить.

– Нет! – резко возразила Гертруда. – Сэнди может нам пригодиться. У отца еще осталось немало земли.

– Я хочу домой! – подал голос Сэнди.

– Замолчи! – прикрикнула на него сестра.

– Ты меня обманула! – заплакал мальчик. – Сказала, что покажешь подарок, который привезла мне! А никакого подарка нет!

– Прекрати немедленно! – не сдерживаясь, приказала принцесса.

– Нет! – выкрикнул мальчик, продолжая громко плакать. – Отвези меня к матушке и отцу!

– Замолчи! Замолчи! – разъяренная принцесса подскочила к брату и стала хлестать его по щекам.

– Гертруда! Хватит! – не выдержал Дариэль и оттащил ее от рыдающего ребенка.

– Тогда засуньте ему кляп! Я не намерена терпеть его капризы! – повернулась она к воину, замершему у двери.

Тот посмотрел на короля, Дариэль кивнул, тогда воин стал что-то говорить мальчику, пытаясь его успокоить, но Сэнди был безутешен.

– Я сказала: кляп! Или я сама сброшу его со скалы! – взвизгнула принцесса.

Воин выполнил указание Гертруды, поглядывая на короля, который удерживал ее, раздраженно хмуря брови.

– Ваше Высочество, мы получили все, что хотели. Не стоит рисковать, – попытался убедить король Гертруду.

– На самом деле я хотела больше, это был только первый шаг, – похвасталась она.

– Это не игра, Гертруда. В безопасности мы будем только в моем королевстве. А с мальчиком быстро добраться туда не получится, – повысил голос Дариэль. – Если нас задержат в горах, то нам уже не спастись!

– Если Сэнди вернется к отцу, то мы уже не сможем влиять на него! Или он едет с нами, или от него надо избавиться! Но возвращать его нельзя ни в коем случае! – озвучила свое мнение Гертруда.

Дариэль задумчиво взглянул на свою невесту, будто увидел ее впервые, а потом твердо сказал:

– Мальчик едет с нами!

Мы с изумлением слушали рассказ пленника, но чувствовалось, что он не обманывал, скорее, сам до сих пор был под впечатлением от поведения короля и принцессы.

– Сколько с ними охраны?

– Один воин остался, – мрачно ответил раненый. – Мальчик с ним.

Уже не скрываясь, мы поехали вперед, беглецов догнали через час, король и принцесса медленно передвигались по тропе, которая шла над пропастью, внизу шумела река. Оба ехали верхом, первым был Дариэль, за ним – Гертруда. Следом, на значительном расстоянии воин вел под уздцы коня, через седло был перекинут и привязан к нему опутанный веревками принц. Воин как раз подходил к обрыву.

Витор спрыгнул с коня, решив незаметно добираться до пропасти. Вдруг Дариэль, будто что-то почувствовав, оглянулся и увидел меня и находившихся за моей спиной воинов.

– Леди Джулиана? – донесся до меня изумленный голос короля. – Какая неожиданная встреча!

Из-за шума реки его было плохо слышно. Он остановился, принцесса тоже посмотрела назад, я увидела ее разгневанное лицо.

– Джулиана?! Что ты здесь делаешь? Или ты бросила своего красавчика-графа и решила поохотиться за моим королем? – громко насмехалась она надо мной. – Только ничего у тебя не выйдет!

– Гертруда, Ваше Величество, прошу вас, верните Сэнди! Его очень ждут дома, да мальчик и сам, наверное, соскучился по матери и отцу! – крикнула я, не обращая внимания на ее непристойные намеки.

– О Сэнди можете забыть! – зло сощурившись, высокомерно засмеялась принцесса.

Было видно, что ее забавляет сложившаяся ситуация.

– Но ведь король Элгар выполнил все Ваши условия! Почему Вы удерживаете брата? – убеждала я ее, пытаясь издали определить, в каком состоянии находится мальчик.

– У нас на него есть кое-какие планы! – хвастливо заявила Гертруда, упиваясь властью над ребенком и возможностью шантажировать людей. – Прикажи своим воинам остановиться, иначе Сэнди умрет, и в этом виновата будешь ты!

Я с беспокойством оглянулась, но воины уже замерли, с тревогой поглядывая на венценосную парочку. Дариэль молчал, с хитрой усмешкой он наблюдал за нами.

– Ваше Величество! – не скрывая отчаяния, обратилась я уже к нему. – Если Сэнди не вернется во дворец, об этом станет известно всему сообществу государств. Прошу Вас, подумайте о последствиях! Ни один король не оправдает похищения ребенка, тем более принца. Вам не простят грязный шантаж короля Ливазии! – Дариэль по-прежнему с усмешкой слушал меня. – Так что в ближайшее время готовьтесь к войне, Ваше Величество! Причем, Вы, надеюсь, понимаете, что желающих наказать Вас найдется немало, – я сыпала аргументами, не останавливаясь, давая возможность Витору подобраться к принцу и все-таки надеясь, что Дариэль одумается и отпустит мальчика.

Что-то действительно изменилось в лице короля. Улыбка исчезла, взгляд стал напряженным. Будучи хорошим наездником, он развернул своего коня даже на такой узкой тропинке, подъехал к принцессе и что-то тихо сказал ей. Она замотала головой, не соглашаясь.

– Ваше Величество! – снова привлекла я его внимание. – Гертруда от Вашего имени дала слово освободить мальчика. Если не сдержите обещание, что будет с Вашей репутацией?

Но тут вмешалась принцесса.

– Пусть лучше король Элгар позаботится о своей репутации! Он отказал в достойном приданом своей дочери! А это значит: отец отрекся от меня! – негодующе кричала Гертруда, не замечая, что крепче натягивает повод, отчего ее лошадь стала нервно перебирать копытами.

Дариэль перехватил поводья у принцессы и с трудом успокоил ее лошадь, а потом, вскинув подбородок, возмущенно заявил:

– Леди Джулиана! Ваши упреки неправомерны! Я не мог бросить принца одного и не мог отправить его домой без надлежащего сопровождения, поэтому Сэнди едет с нами!

Мне показалось, что его возмущение было наигранным. Судя по всему, король понял, что ведет нечистоплотную игру, которая повлечет за собой тяжелые для него последствия, и решил, видимо, приукрасить ситуацию и сохранить лицо.

– И поэтому его везут связанным и перекинутым через седло, как пленника? – не скрывая возмущения, спросила я.

– Это для его же безопасности! – не слишком убедительно ответил Дариэль, но его слова пробудили во мне надежду.

– Ваше Величество! Мы с удовольствием сопроводим принца во дворец к его отцу! – предложила я.

– Что?! – яростно выкрикнула Гертруда, неверяще уставившись на жениха. – Вы хотите действовать по указке этой никчемной особы?

– Гертруда, мы должны учесть последствия, – пытаясь скрыть волнение, высокопарно обратился он к ней. – Ваш отец выполнил обещание, теперь мы должны выполнить свое.

– Ложь! Он не станет выполнять своего обещания! Он перехитрит Вас! Как только вернем Сэнди, он объявит договор недействительным! – нервно заявила принцесса.

– Вы хотите убедить меня в том, что король Ливазии обманет нас? – обескураженно переспросил Дариэль.

– Разумеется! – ни на секунду не усомнившись, подтвердила она свои слова.

– Но почему Вы так в этом уверены? – недоумевал ее жених.

– Потому что на его месте я именно так бы и поступила! А отец всегда говорил, что я очень похожа на него! – твердо заявила Гертруда.

Установилась тишина, я растерянно моргала от такой наглой откровенности. Дариэль пораженно смотрел на невесту, а потом, наклонившись к ней, гневно произнес:

– То есть, Ваши клятвы и обещания, которые Вы, дорогая невеста, дали мне, тоже ложь? Может быть, Вы, Ваше Высочество, разыграли передо мной этот спектакль, чтобы занять трон королевы Аракаса, а затем, устранив меня, присоединить мои земли к Ливазии? – в голосе его звучала ненависть, а потом король швырнул поводья ей прямо в лицо.

– Нет, Ваше Величество! Нет! Устранить Вас? Как Вы могли такое подумать? – оправдывалась Гертруда, отводя в сторону взгляд, что только убедило Дариэля в его правоте.

– Сейчас, когда мы на одной стороне, Вы с легкостью готовы пожертвовать жизнью брата, а если в какой-то момент Ваши интересы не совпадут с моими? Как Вы поступите тогда? Решите под благовидным предлогом избавиться от меня? – все больше распаляясь, кричал Дариэль и стал разворачивать коня.

– Нет! Конечно, нет! – как заклинание, повторяла принцесса. – Я не стану этого делать!

– И что же Вас остановит, Ваше Высочество? Долг? Честь? Совесть? Верность? Любовь? – негодующе рычал Дариэль. – Ответьте!

– Я не собираюсь отвечать, потому что Вы говорите чепуху! – разозлившись, крикнула она.

– Значит, чепуху? – вдруг резко успокоившись, как человек, принявший решение, уточнил король и добавил: – Вот Вы и ответили на мой вопрос, – и после короткой паузы четко произнес: – Я разрываю нашу помолвку! Я не хочу связываться с клятвопреступниками! Так и передайте своему отцу!

– Нет! Вы не посмеете! – отчаянный крик Гертруды заставил меня вздрогнуть, она вдруг повернулась ко мне и злобно завизжала, вмиг растеряв свои великосветские манеры и дворцовое воспитание.

– Джулиана! Дрянь! Это все из-за тебя! Ты во всем виновата! Из-за тебя Генри не захотел на мне жениться! Из-за тебя даже граф отказался от меня! Ты уже не один раз должна была умереть! Но тебе почему-то все время удавалось выжить назло мне! Из-за тебя отец отрекся от меня! Из-за тебя мне пришлось похитить брата! А теперь и Дариэль отказывается от меня! Все это твоя вина! – зашлась в истерике Гертруда.

Я слушала кузину и глотала горькие слезы. Я понимала, что ее обвинения несправедливы и по большей части надуманны, но, тем не менее, было стойкое ощущение физической боли, будто каждое ее слово хлестало меня по лицу.

Витор тем временем добрался до мальчика и взял его на руки. Воин, державший под уздцы лошадь, на которой лежал Сэнди, и все это время внимательно слушавший и своего короля, и принцессу, даже не стал препятствовать графу. Сэнди был без сознания.

– Дариэль, не бросайте меня! Я же для нас старалась! – выплеснув на меня накопившуюся злость, принцесса снова повернулась к королю.

Поняв, что он собирается уехать без нее, Гертруда вцепилась в руку Дариэля. Тот, стараясь вырваться, оттолкнул ее. Принцесса, не желая быть брошенной, не сдерживая злость, хлестнула свою лошадь, снова приблизилась к королю и, потянувшись, схватила поводья. Конь Дариэля попятился, перебирая копытами. Одно из них соскользнуло с тропинки, Гертруда, увидев это, тут же разжала руку и отпрянула, но теперь Дариэль, пытаясь удержать коня на тропе, ухватился за поводья лошади Гертруды.

– Немедленно отпустите меня! – взвизгнула принцесса, изо всех сил толкая Дариэля.

Конь короля, громко заржав, сорвался в пропасть вместе с всадником, который так и не разжал рук, утягивая за собой лошадь принцессы. Животное соскользнуло с тропинки вместе с наездницей. Все произошло настолько быстро, что никто ничего не успел сделать. Все застыли, не в силах ни двигаться, ни говорить, только недолго был слышен душераздирающий крик Гертруды.

Подбежавший к краю обрыва Витор посмотрел вниз, он смог увидеть, как река уносила тела людей и животных, которые, словно сломанные куклы, бились о камни.

Мы развязали принца, вынув у него изо рта кляп. Через некоторое время он пришел в себя. Мальчик был так напуган, что не мог даже плакать, только со страхом смотрел на нас, и трудно было понять, узнал он меня или нет. Хотя, даже если и узнал, после того, как его обманула родная сестра, поверить посторонним или знакомым было для него одинаково сложно.

– Сэнди, хороший мой, больше тебя никто не обидит. Сейчас мы поедем домой, к маме и папе, – говорила я ему, осторожно прижав к себе. – Где у тебя болит? Скажи мне.

Он слушал, но не реагировал. Я беспомощно посмотрела на Витора. Вдруг мальчик пошевелился и спросил меня:

– Где Гертруда?

Я замешкалась, не зная, что ответить.

– Она упала и разбилась, – сказал Витор, внимательно наблюдая за ребенком.

– Хорошо, – произнес принц, чем окончательно вогнал меня в шок, и снова обратился ко мне: – Джулиана, а ты и вправду отвезешь меня домой?

– Да, Сэнди, – удалось выдавить мне.

– Хорошо, – опять повторил он.

Я откашлялась, приходя в себя, мальчик стал разговаривать, а это все-таки лучше, чем молчание, хотя в данном случае, звучит спорно.

– Ты поедешь вместе с Витором на его красавце-коне. Витор никого не боится и сумеет защитить тебя, – тихо успокаивала я мальчика, гладя его по голове.

Сэнди немного расслабился. Витор тем временем отозвал в сторону аракасских воинов.

– Вы отправляетесь этой дорогой в Аракас, найдете во дворце советника короля лорда Бейтера и все ему расскажете, – приказал он им, те, услышав, что их отпускают, радостно закивали.

А мы отправились назад, в столицу Ливазии. Принц сидел на коне впереди Витора, почти всю дорогу граф что-то рассказывал мальчику. Там, где надо было идти пешком, Витор нес Сэнди на руках, потому что принц был настолько измучен, что не мог идти самостоятельно.

Подъехав к дворцу, мы спешились, Витор снова взял мальчика на руки. Так он и вошел в апартаменты короля. Элгар с женой подбежали к сыну, тот, увидев отца, потянулся к нему. Король осторожно взял Сэнди и прижался губами к его виску, не в силах ни оторваться, ни что-то сказать. Королева, судорожно сжав куртку сына, не переставала плакать, но это уже были слезы радости.

Отец и матушка подошли к нам с Витором.

– Благодарю Вас, граф, – растроганно сказал отец. – Теперь я Ваш должник.

– Какие счеты могут быть между родственниками, тем более, что половина заслуг принадлежит Джулиане? – улыбнулся Витор

Мы с матушкой, которая обнимала меня, с любовью и гордостью смотрели на наших мужчин.

– Я поеду домой, – сказала я отцу.

– Конечно, но мы пока останемся во дворце, возможно, брату потребуется наша помощь, – проговорил герцог, который взволнованно смотрел на Элгара и Сэнди.

– Я провожу Вас, Джулиана, – подошел ко мне Витор.