Текст книги "Волки без границ (СИ)"

Автор книги: Индира Искендер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Что ж, получается, один из нашей четверки вышел из игры. Осталось трое: я, Руслан и Луиза. Кто станет победителем?

– Тебе хорошо говорить, – проворчала я. – На тебя и так девушки вешаются пачками. А когда группа пойдет выше, так и вообще отбоя от фанаток не будет – выбирай любую.

– Выбирать для чего? Для того самого? – Роберт покачал головой. – У меня вообще-то по жизни более высокие цели нежели удовлетворение естественных потребностей молодого организма.

– Тебе все равно не понять, как это – когда на тебя клали все вокруг, и вдруг кто-то заметил и полюбил!

Роберт фыркнул и закатил глаза к ночному небу.

– Вот только не надо цепляться за то, чему ты посвятила дай Бог пару лет своей жизни, ладно? Да люди и большее отправляют на помойку, когда понимают, что это мимо счастья. Ты должна радоваться рядом с человеком, сиять. Доверять ему, а не врать и скрывать то, чем ты живешь помимо него. Подумай сама, если бы ты любила его гораздо больше пения, ты бы пошла на ложь и эти извращения, чтобы скрыть, что выступаешь и репетируешь? Для тебя это слишком большая часть твоего мира, чтобы отказаться от нее.

Слова Роберта доходили до моего слуха и даже вызывали некоторые колебания в душе. Но я не была готова размышлять над ними серьезно – сейчас меня больше всего тревожило, КАК жить без Руслана. Я привыкла, что кто-то любит меня, заботится, присматривает, что я нужна кому-то. Это волшебное чувство взаимной любви – как без него существовать?

– Я хочу отключиться от всего этого, Роб. Чтобы это просто исчезло. Ты не даешь мне напиться, так может предложишь что-то взамен?

– А, тебе подкинуть острых ощущений? – с хитрецой переспросил он. – Дай-ка сообразить… Эм… Ничего, что уже половина одиннадцатого?

– Я уже совершеннолетняя и сдала сегодня экзамен. Я могу оторваться?

– Конечно, имеешь полное право. Идем!

И Роберт потащил меня куда-то за рукав. Мы перешли дорогу и встали перед десятиэтажным зданием, обнесенным строительными лесами. Я задрала голову и уставилась на дом, не понимая, что тут может быть экстремального и острого. Роберт тем временем прошелся туда-сюда, огляделся по сторонам и в конце концов поманил меня ближе.

– Лезь за мной, – велел он и, ухватившись за нижние железные балки лесов, подтянулся, обо что-то уперся ногой, и вот он уже стоит на уровне второго этажа на досках, проложенных между конструкцией.

Я с изумлением наблюдала за этим ребячеством.

– Роб, почему тебе в голову всегда приходят такие дурацкие идеи? – спросила я, вспомнив его «гениальный» способ привлечь внимание Луизы.

– Но обычно они работают, – ухмыльнулся он. – Скажешь, нет? Давай!

Я протянула ему руку, другой оперлась на трубу, и он одним рывком втянул меня к себе.

– А теперь по лесенке, – сообщил он и быстро повлек меня дальше.

С этого уровня по лесам забираться стало легче, и вскоре мы оказались на уровне пятого этажа. Роберт сел прямо на доски, я устроилась рядом и несмело глянула вниз. Голова пошла кругом, я, вскрикнув, отшатнулась и дрожа отползла от края поближе к стене.

– Ты псих!

– Тоже мне, открыла Америку, – ответил он, ничуть не обидевшись. – Прости, более экстремального в голову не пришло. Но ты мне напомни, я тебя свожу на банджи джампинг.

– Ну уж нет, спасибо! А ты не мог бы отойти подальше от края? Пожалуйста!

Роберт милостиво согласился и присоединился ко мне.

– А давай споем? – предложил он.

– Давай!

– «Волков»?

– «Волков».

И мы затянули нашу песню.

Снежинки таяли, не успевая коснуться наших лиц. Я смотрела на город свысока и думала о Руслане. Я привыкла думать о нем, это стало частью моего ежедневного мыслительного процесса. Как о нем НЕ думать? Хотелось бы мне также взглянуть на него сверху вниз и гордо выйти из игры.

Я оторвалась от созерцания панорамы ночной Москвы и перевела взгляд на Роберта, который уже по второму кругу затянул первый куплет. Запрокинув голову, он безмятежно закрыл глаза и пел крутившимся в воздухе снежинкам. Безбашенный. Остроумный. Простой. Симпатичный. С общими интересами. По закону логики это должен был быть он. Но это был Руслан.

Роберт на секунду прервал серенаду и глянул на меня.

– Ты тоже почувствуешь это!

– Что?

– Облегчение. Если осмелишься.

Когда мы допевали последний припев, приехал наряд полиции. Так я увлекательно провела почти всю ночь с Робертом – в КПЗ.

Первое время без Руслана было страшно непривычно, грустно, одиноко, тошно… Но и легко. Я и скучала по нему, и радовалась, что его нет рядом. Я занималась любимым делом, не боясь разоблачения и объяснений, носила что хотела, общалась с кем хотела – в частности, с Робертом, так как мы начали плотно работать над составлением собственного альбома.

Когда работать по переписке и во время репетиций стало слишком хлопотно, Роберт пригласил меня к себе – неслыханная вольность в глазах Руслана. Но я не обязана была перед ним отчитываться.

Обычно мы работали в компании Коли, реже к нам присоединялась Ника. Братья подбирали музыку, а я придумывала и шлифовала тексты. В перерывах я скулила, что меня никто не любит, а Роберт садился рядом, обнимал меня за плечи, гладил по голове, приговаривая, что я – «самая обаятельная и привлекательная».

Как-то раз – дело было ближе к маю – у меня начался новый виток депрессии по поводу Руслана. Лето приближалось, а я уже не была уверена, что хочу, чтобы он позвонил. Мне было хорошо с собой, с друзьями из группы. И в то же время Руслан имел надо мной необъяснимую власть, и если бы он вдруг появился и сообщил о разводе с Луизой, я бы все бросила и пошла за ним. Снова. Наверное, из боязни, что меня больше никто никогда не полюбит – по крайней мере такой парень, как Руслан. Либо на всю жизнь останусь одна, либо выйду за какого-нибудь неудачника вроде меня. Я цеплялась за него как за дорогую игрушку, которая хоть и разваливалась на глазах, но из-за потраченных на нее средств я не была морально готова с ней расстаться.

Роберт уже привык к моим перепадам настроения и всякий раз покорно выслушивал мои жалобы. Иногда молча, иногда в ответ давал советы, иногда просто бросал «Хорош ныть, работай давай!» А в этот раз он поступил по-другому. Когда я в очередной раз завела волынку о том, что никому не нужна, Роберт подошел и прикрыл мой рот рукой.

– Ты опять за свое? – строго спросил он.

– Моя жизнь закончена, – промычала я из-под его пахшей металлом струн ладони.

– Коль, притащи ноутбук, – обратился Роберт к брату.

Дицман-младший, с интересом следивший за этой сценой, отложил гитару и вышел из комнаты.

– Давай так, Кать, – продолжил тем временем басист. – Если твой чувак не позвонит, я сам на тебе женюсь, потому что меня достал твой скулеж!

От такого неожиданного предложения слова замерли у меня на языке. Я уставилась на невозмутимое лицо Роберта, глядевшего на меня с выражением «ачетакова?».

Коля принес ноутбук и поставил на стол, предварительно смахнув прямо на пол какие-то наши записи и обертки конфет. Роберт отошел от меня, включил компьютер и ввел в поисковой строке адрес сайта городских услуг.

– Э… Роб… Ты это серьезно? – проговорила я, с нарастающим беспокойством глядя на его манипуляции.

– Я всегда серьезен, – ответил он, не отрываясь от экрана. – Ты что, против?

Он уже зашел в свою учетную запись и что-то искал в списке услуг. Коля, еле сдерживая смех, поглядывал то на него, то на меня.

– Ты не пробовал обращаться за помощью к психиатру? – спросила я, желая скрыть за сарказмом тревогу.

Конечно, Роб не сможет жениться на мне в одностороннем порядке… Но похоже, он хочет взять меня на «слабо», а я терпеть не могу уступать в таких вещах.

– Кать, – Роберт, наконец, устало взглянул на меня, – у меня появилась собственная теория: «Некоторым людям не суждено влюбиться друг в друга, но суждено быть вместе». Я хотел бы ее проверить.

– Как интересно! Но роль подопытного кролика меня не прельщает.

– Да брось, – он снова что-то набирал, подглядывая в паспорт. – Я – четкий парень, ты тоже ничего. Мы хорошо сработались. Тебе нужен статус «нужности кому-то», мне – отмазка для слишком надоедливых поклонниц. И нам обоим нужна месть. Почему нет?

– Блин, Роберт! – он уже взял карточку пенсионного страхования. – Люди женятся для других целей!

Тут Коля расхохотался в голос, а я поняла, что сморозила что-то не то. Роберт подарил мне такой нарочито пошлый взгляд, что я моментально залилась краской, осознав осечку. Да я же совсем не то хотела сказать! Я имела в виду, что для женитьбы оба должны испытывать сильные чувства – как у меня было с Русланом. Так, чтобы земля из-под ног и дыхание перебивает от одного вида любимого человека. Думаю, Роберт отлично понял мою идею, но он был бы не он, если бы все не исковеркал.

– О да, я знаю, для каких целей люди женятся, – сообщил он с томным придыханием. – Я всегда буду первым, смирись. – И я увидела, как он нажимает на кнопку «ОТПРАВИТЬ».

– Что это ты сейчас сделал? – я вскочила и подбежала к столу.

– Не волнуйся, я не запустил баллистическую ракету в Белый дом. Всего лишь отправил заявку на регистрацию брака, – Роберт выставил руки вперед, не давая мне подойти близко к ноутбуку. – Первого июня буду ждать тебя в шесть часов у нашего районного ЗАГСа. Только не забудь свои данные вбить, когда доберешься до дома и получишь мое предложение руки и сердца.

Тут Роберт и сам рассмеялся, уткнувшись лицом в плечо Коли.

– Господи, почему ты не заснял это на видео? – ржал он. – Ты видел ее лицо? Это надо выкладывать на нашем канале!

Я смотрела на Роберта и не понимала, насколько серьезно он сейчас говорит. Он был шальной парень, однозначно, но насколько далеко он мог зайти в своих шутках? Неужто и впрямь готов подставить свой паспорт под штамп ради стеба? И ради того, чтобы я не ныла о своем убогом никчемном существовании? Ведь я могу и согласиться! И я даже собиралась согласиться – назло ему. Назло Руслану, если он не объявится. Пошлые намеки Роберта меня смущали, но не пугали. Пугала в этой ситуации лишь одна вещь – а что, если в мой паспорт заглянут родители?

– Это я тебя засниму и выложу, когда увидишь, что мне не слабо! – дерзко ответила я и плюхнулась на свое место. – Можешь не волноваться, я приду.

– Пойду чайку заварю! – Роберт захлопнул ноутбук. – Надо бы это отметить.

– Конец твоей свободы?

– А ты так уверена, что ей пришел конец? – Роберт остановился в дверях. – Ведь ты должна прийти, если Руслан не позвонит, – напомнил он.

– Ага… если не позвонит… – поддакнула я.

Он вышел из комнаты, а я взяла в руки тетрадь, куда записывала слова песен, и постаралась сконцентрироваться на нашем последнем произведении. Выйти замуж за Роберта назло Руслану, женившемуся на Луизе, бывшей девушке Роберта… Не жизнь, а сериал! Да уж, это был бы самый невероятный финт в нашем Твистере. А чего бы и нет, собственно говоря? Вдруг будет у нас, как у чеченцев – сначала свадьба, потом любовь до гроба? Может, и к лучшему, если Руслан так и не наберет мой номер первого числа?

Я подняла голову от тетради – Коля Дицман сидел на столе напротив и насмешливо смотрел мне в глаза.

– И кто ты мне теперь получаешься? Деверь? – спросила я.

– Дура ты, Катька. Дура, – ответил он и потянулся к гитаре.

Глава 23

И все. Снова друзья-соседи.

Я не знала, что произошло между Катей и Русланом, но он изменился буквально в один день. Недели две-три ходил злее бешеного тигра. Держался, не срывался на двоюродных братьев и на меня, но один его взгляд пробирал до мозга костей и морально уничтожал. Я старалась ни о чем его не спрашивать и вообще стать тенью тени, чтобы ненароком не спровоцировать его гнев. Холодность Руслана была для меня изощренной пыткой, и я бы еще как-то могла это пережить, если бы не знала, какой он, когда не думает о ней!

Овлур рассказал мне по секрету, что Руслан с Катей поссорились из-за меня – он не хотел давать мне развод, она потребовала сделать выбор. Он взбесился. С одной стороны, это льстило, но с другой видеть, как он мучается, было еще больнее, чем мучиться самой. Я хотела остаться с Русланом навсегда и боялась, что он все же расстанется со мной, как мы изначально и договаривались. А ведь я даже позволила себе помечтать о том, как мы будем настоящей семьей, о детях… Но все мечты разбивались о его отрешенный взгляд, пустые, лишенные эмоций фразы. Исчезли шутки, пропала близость, и я имею в виду не то, что между нами однажды произошло.

Когда Руслан начал выбираться из болота безучастия, я вновь воспрянула духом, однако радость была преждевременной. Мы постепенно перешли к общению, каким оно было после свадьбы – как старший брат и младшая сестра.

Несмотря на занятия и большое количество домашнего задания, я старалась быть хорошей хозяйкой, но Руслан больше не переступал границ, из чего я сделала неутешительный вывод: тот случай – лишь затмение. Ему захотелось, а я просто попалась под руку. Я проиграла. Руслан выбрал Катю, и вскоре я получу развод и вернусь в дом родителей.

Конечно, если бы он меня не тронул, было бы легче – но только психологически. Раз я была замужем, никто не ждал, что после года замужества я вернусь чистой. Наладить личную жизнь, снова выйти замуж будет сложнее, ну да какие мои годы… Только вот сердце уже совсем истрепалось, не готово больше никого подпускать.

Был апрель. Уже скоро наступит день выбора, уже сделанного, но отложенного из-за уговора. Я сидела на кухне, закрыв лицо руками. Я не плакала, уже устала, честно говоря, терзаться. Мне хотелось поскорее обрубить эти концы, расторгнуть ненавистный брак и стать свободной от всех привязанностей, утонуть в учебе. Прошедшие два года измотали так, что я мечтала о покое. Пусть Руслан исчезнет из моего сердца так же, как когда-то исчез его предшественник! Я была уверена, что никогда никого не полюблю так, как Роберта – настолько всепоглощающим было это чувство… Теперь я точно также умирала по собственному мужу, но безответно.

Передо мной лежал альбом для набросков, и я автоматически достала из пенала три карандаша – серый, желтый и красный, цвета волка на стене гаража. Наверное, любой муж поругал бы жену за такое художество, но не Руслан – именно этим он впервые зацепил меня.

Я взяла серый, сначала хотела снова набросать того израненного волка, но рука сама начала водить по бумаге, повторяя контуры лица Руслана. Я рисовала его в полный рост и не одного. Рядом с ним была девушка. Немного желтого – для его одежды: оборванная футболка, а через зияющие дыры видны широкие алые раны. Руки – в мелких порезах. Лицо Руслана выглядит изможденным, но в глазах – решительный блеск, вызов. Одна рука лежит на плече девушки, но непонятно, то ли он обнимает ее, то ли ищет опоры, ведь он ослаб от долгой борьбы. Девушка со светлыми прямыми волосами обвила рукой его талию и вопросительно заглядывает в глаза, а он смотрит вперед. Он еще не дошел до конца пути, но им осталось немного.

Им осталось лишь перешагнуть через меня.

Я поднялась из-за стола и вышла в комнату. Никого из ребят не было, и я спокойно прошлась по их территории. Положив рисунок на диван, я подошла к стулу и взяла со спинки аккуратно висевшую футболку Руслана – в последний раз вдохнуть его запах. Я не стану больше им мешать. Какая разница, какого числа разбегаться? Месяцем раньше – месяцем позже, это не имеет значения. Я уйду сегодня. Пусть они будут счастливы.

Мне неохота было собирать свои вещи – Руслан сможет завезти их потом – поэтому я взяла лишь все учебники, тетради и альбомы и сумку, и вышла из квартиры.

На улице царил сумеречный полумрак, воздух пропитался неприятной изморосью. Я направилась к метро, на ходу сочиняя речь, которую собиралась произнести перед родителями. Почему я ушла… Надо бы позвонить маме, спросить, есть ли кто дома, а то решила сбежать, а прибегу к закрытой квартире, потому что в этот драматический для меня день семье взбрело в голову уехать куда-нибудь с ночевкой! Я полезла в сумочку за телефоном, а когда достала его и посмотрела вперед, обнаружила, что дорогу мне преграждает серая «Шкода».

Руслан уставился на меня из-за лобового стекла, а я таращилась на него. Как же мне не везет по жизни, даже уйти достойно и молча не получается!

– Ты далеко? – спросил Руслан, высунувшись из окна.

– К родителям.

– Надолго?

– Навсегда.

Я поспешно перешла на тротуар, но Руслан выскочил из машины и подбежал ко мне.

– Что ты сказала? – переспросил он. – Почему навсегда? Ты уходишь? Зачем?

А теперь, Луиза, сожми волю в кулак и не плачь. Держись гордо! Не смей раскисать!

– Послушай, Руслан, – начала я после минутного сеанса самовнушения, – лето уже близко. Ни к чему все это тянуть. Дай мне развод сейчас и верни Катю. Я вижу, как ты ее любишь и мучаешься без нее. Я хочу, чтобы у вас все было хорошо!

– И ты решила просто сбежать, не поставив меня в известность? – спросил он. – А как же спрашивать разрешения у мужа и все дела?

– Да брось, мне не до шуток, – ответила я серьезно. – Какая я тебе жена? Все изначально к этому шло – к тому, что мы разведемся. Ты обещал, что отпустишь меня, помнишь?

– Ты хочешь уйти? – мрачно уточнил Руслан.

– Дело не в том, чего я хочу. Так надо! Так будет лучше для вас…

Мою речь прервал автомобильный гудок – брошенная «Шкода» мешала проезжать другим машинам. Руслан раздраженно оглянулся и махнул рукой сигналившему водителю.

– Сейчас! – крикнул он и снова обратился ко мне. – Иди к подъезду. Я тебя никуда не отпускал.

Понурившись, я поплелась обратно. Побег не удался. Руслан наверняка начнет что-то выдумывать, чтобы было удобно всем, чтобы не задевать меня, только так не бывает. Когда замешаны трое, одному придется пострадать ради счастья двух других, и я решительно настроилась принести себя в жертву.

Руслан припарковал машину, и мы поднялись обратно в квартиру. Едва скинув обувь, он прошел в комнату, а я осталась стоять у двери. Я все еще надеялась уйти. Руслан обернулся и поманил меня в комнату:

– Иди сюда. Нам надо поговорить.

– Пожалуйста… – умоляюще проговорила я. – Можно я просто уйду?

– Нет, пока не объяснишь, зачем ТЕБЕ это надо, – жестко ответил он и подошел к дивану. И тут заметил мой рисунок.

Как тогда в гараже, Руслан остановился как вкопанный и уставился на изображение, потом осторожно взял лист в руки, словно это была хрупкая фигурка из хрусталя. Он смотрел на эскиз так долго, что у меня заныли ноги, я переступила, и пол подо мной предательски скрипнул. Руслан вздрогнул и перевел взор на меня.

– Почему я в крови? – спросил он, хотя наверняка догадался о смысле рисунка.

– Ты порвал границы. Ты вырвался на волю, – прошептала я. – К той, с кем тебе по пути.

Тогда Руслан отложил лист и подошел ко мне, встал близко-близко, так что у меня перехватило дыхание, и пришлось опустить взгляд, чтобы не смотреть на него снизу вверх.

– А может, я не хочу их рвать? – также тихо спросил он. – А может, я вообще вне всяких границ?

Я молчала, не понимая, что он хочет этим сказать.

– Зачем ты уходишь? Ты ведь любишь меня.

От этих слов я сжалась, как сминается бумага, если на нее полыхнет пламя, а глаза тут же защипало. Он просматривал мою душу насквозь! Все это время, пока я послушно притворялась его сестрой, он умудрялся заглядывать глубже.

– Я ведь не ошибаюсь? – уточнил Руслан, потому что я все еще не произнесла ни звука.

– Нет, – дрожащим голосом ответила я. – Именно поэтому я должна уйти.

– Нелогично.

– Логично, если ты знаешь, что такое любовь. Больше всего на свете я хочу, чтобы ты был счастлив. Даже если… с другой…

– Странно… – произнес Руслан, коснувшись моей щеки. – Я хочу того же самого для тебя. Но я почему-то уверен, что ты будешь счастлива только со мной. Я слишком высокого о себе мнения?

Я подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза, а он, склонившись, поймал мои губы. Это было так неожиданно, что я качнулась. Пол уплыл из-под ног, и я схватилась за отвороты его пиджака. Руслан обхватил меня, не давая упасть, и продолжал настойчиво целовать.

– Ты останешься тут, – наконец заявил Руслан.

– А как же Катя? – спросила я, все еще держась за его пиджак.

– Катя… – он замешкался с ответом. – Пойми, Луиза, нас связывает слишком многое, чтобы все это исчезло в один момент. Так не бывает. – Руслан сжал мои кисти и прижал к губам. – Но я понял, что не могу с ней дальше. Мы оба не можем друг с другом… Я ей мешаю. Она меня выводит. Нам было хорошо вместе, но порознь нам будет легче.

Тут он обнял меня и крепко прижал к себе, а я, шмыгая, уткнулась в его пиджак.

– Прости, что я такой эгоист, – продолжал Руслан, поглаживая меня по голове. – Не могу сказать, что расставаться – очень весело. Она – первая девушка, которую я так сильно любил… Наверное, ты думала, что я забыл о тебе, но поверь, я уже давно не хочу давать тебе развод. Вообще не хочу.

– Жалеешь меня? – с горечью спросила я.

Тишина. Прижимаясь щекой к его груди, слышу четкий размеренный стук его сердца.

– Люблю тебя, – ответил Руслан.