Текст книги "Прорыв (СИ)"

Автор книги: Инди Видум

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Птос, до этого момента стоявший так неподвижно, что его можно было принять за статую, переступил с ноги на ногу. Похоже, мысль о поисках нужного скверника в княжестве Молчановского была правильной. Нужно будет с Птосом тоже поменять договор на семейный – не хотелось бы мне, чтобы и мои секреты уплывали в чужие руки, а Птос умеет виртуозно обходить клятвы. Правда, он столь же виртуозно притворяется тупым…

– Мы займемся, – твердо бросил Верховцев.

– Сергей, большая просьба: пока не лезть. Спугнете, – предупредил я. – У меня есть зацепки в княжестве. Буду держать тебя в курсе. А тебе люди и здесь нужны.

– Ты, конечно, прав, но не могу же я сидеть сложа руки.

– Ты и не сидишь. Какую работу провернул.

– Провернуть мало, нужно удержать. А с этим что делать? – он кивнул на Каменного стража, в котором так и торчал скверник.

– Отдай Стражу приказ съесть всё, кроме артефактов, – предложил я. – Хотя стой, тело осмотреть надо. Вдруг у него при себе инструкции или интересные предметы.

Пришел безопасник с чаем для меня и Верховцева, последний не отказался, хотя сил столько, как я, не потратил, и мы с ним попивали чай, пока труп осматривали. Ничего интересного не нашли, и Верховцев приказал Стражу опять захватить тело и съесть.

Тот действовал уже не столь торопливо, а переваривать отправился под землю.

– И что теперь будет с телом, Ваше Сиятельство?

– Пойдет на усиление Каменного стража.

– То есть их нужно подкармливать таким образом?

– Нет, жесткой необходимости в этом нет. Они требуют восполнения энергии. Можно их напитывать обычным образом, а можно так. Так они возьмут нужную энергию сами. Когда им потребуется энергия, вы почувствуете.

Так-то Каменные стражи могли аккумулировать энергию из окружающей среды, но это, если они находятся в покое. При активном использовании заправлять придется. А использование будет активным – судя по словам умершего скверника, разрушение реликвии Верховцевых стояло в ближайших планах наших противников. И проворачивать это собирались аккурат во время бала.

– Хоть не уезжай, – раздраженно бросил Верховцев, наверняка тоже об этом подумавший. – Но Лиза знать этого не должна.

– В вашем присутствии, Сергей Андреевич, необходимости нет, мы и без вас справимся.

Выглядел этот тип уверенно, но не обладал впечатляющими навыками, которые необходимы для борьбы с развитыми скверниками. Впрочем, первый раз будут пробовать пробить охрану с кем-нибудь попроще. А Верховцев действительно не обладает выдающимися умениями пусть и хорошо поднялся с нашей первой встречи.

– Сергей, я тебе Живую печать на здание сделаю и добавлю пару стражей, – предложил я. – Толпой они не пойдут, отправят лазутчика, а одного-двух лазутчиков задержать эта система сможет. Подозреваю, что такое попытаются провернуть и с моей реликвией.

Нужно будет Валерона запустить сюда и к нам, чтобы быстренько пробежался на предмет злоумышляющих. Верховцеву, разумеется, об этом я говорить не стал, но для себя необходимость отметил.

В Святославск мы возвращались в том же порядке: сначала Верховцев, потом я. Я отправил его развлекать дам, а сам пошел заниматься… нет, не Каменными стражами и Живой печатью, а украшениями для Наташи на бал. Цвет платья был известен, к нему должна подойти платина с бриллиантами и сапфирами. Последние прекрасно оттенят Наташины глаза.

Работа была прервана телефонным звонком. Звонили из поместья. Звонил заместитель Маренина, оставленный наблюдать там за порядком.

– Петр Аркадьевич, – взволнованно сказал он. – В Озерном Ключе заметили Марию Алексеевну. Она была там проездом и направляется в Камнеград.

Глава 22

Первым чувством была злость. Даже не на княгиню, а на ее охранников, которые явно собирались повторить то, что было сделано при моем деде. Допускать их до реликвии я не собирался. Что касается княгини – не развернется ли она, потеряв охранников? Или поедет по опустевшим местам только с кучером? Или, как вариант, убедится, что дороги еще не совсем проезжие, и развернется? Вариантов было масса. И все они были так себе. Потому что одинокой женщине путешествовать по безлюдным местам нежелательно. Что она противопоставит возможным грабителям? Грозный взгляд и высокомерие?

– Петр Аркадьевич, к вам Павел Денисович Ваганов, – прервал мои эмоциональные размышления Николай Степанович.

– Это кто еще?

– Он сказал, что была договоренность о встрече.

Я потер лоб, пытаясь вспомнить таковую. Никакого Ваганова я не ждал. Может, это какой-то хитрый вариант покушения на меня от великого князя? Но уж больно хитрый, поэтому я решил принять и посмотреть на человека, который утверждал о договоренности.

В кабинет вошел довольно молодой персонаж. Его я точно раньше никогда не видел, пусть он мне кого-то и смутно напоминал. Магии в нем не было. Клятв не было. Закладок – тоже. Значит, действует не под принуждением. За деньги или из иных побуждений? Идейный? Решив, что последнее – самое страшное, я на всякий случай подготовился отражать атаку.

– Здравствуйте, Ваше Сиятельство, – уважительно приветствовал он. – Отец сказал, что вы можете рассмотреть мою кандидатуру. Вот мои документы.

Он сделал шаг к столу, положил передо мной папку, которую держал в руках, и опять отошел, выжидающе на меня смотря. Волновался он сильно, аж руки подрагивали. А я успокоился еще до того, как открыл папку – вспомнил, что был у меня разговор с главным беляевским бухгалтером о сыне. Этак недолго и параноиком стать, если видеть в каждом визитере убийцу. Хотя, конечно, лучше быть живым параноиком, чем всем доверяющим трупом.

Документов в папке оказалось не так много: диплом, отзыв о практике и еще несколько отзывов от преподавателей. Если судить по ним, юноша был умным, исполнительным, но при этом сообразительным и деятельным.

– Садитесь же, Павел Денисович, – спохватился я.

– Можно просто Павел, – ответил он, присаживаясь на самый краешек стула.

– Ко мне можно обращаться Петр Аркадьевич, – сказал я. – И должен предупредить сразу: если возьму вас на работу, то только под клятву.

– Я согласен, – ответил он. – Я знаю, что это обычная практика в княжеских семьях. Вы не пожалеете, что меня возьмете, я правда хороший специалист.

– Лучше брата? – усмехнулся я.

– Не мне судить, – ответил он, не желая самоутверждаться за счет родственника. – Считаю, что любые слова ничего не стоят по сравнению с делами.

– Вы понимаете, что вам придется переехать в Камнеград, который нынче довольно безлюден? Пока мои финансовые службы базируются в поместье рядом с Озерным Ключом, но уже этой зимой все будут в столице княжества. Условия там первый год будут спартанские.

– Не всё же время им быть таковыми, – возразил он. – Начнет княжество процветать – условия изменятся.

Его оптимизм мне импонировал. Отзывы по практике (между прочим, в Святославске) казались обнадеживающими. А еще у него был опыт работы у Беляева, то есть он имел представление о работе с большими объемами данных, к чему рано или поздно мы придем.

– Хорошо, я вас беру, – решил я. – Но предупреждаю: будете ли вы возглавлять этот департамент, у меня зависит от того, как вы себя покажете.

Он просиял и выразил уверенность, что покажет себя наилучшим образом. Ни о каком испытательном сроке с учетом клятвы речи, разумеется, не шло. Он горел желанием приступить к работе немедленно, но я дал ему неделю на сборы, после чего он должен был прийти сюда, и я его переправлю до поместья, где он снимет часть нагрузки с Аниканова, и последний наконец вплотную займется княжеским банком.

Расстались мы вполне довольными результатами встречи. Не знаю, насколько он будет хорош и заменит ли энтузиазм опыт, но пока он мне нравился. Чувствовалось, что работу свою он любит, что-то в ней понимает и умеет применять свои знания. А если чего не умеет – научится за то время, пока княжество будет подниматься.

Разумеется, если ему дадут это сделать. Мысли о княгине, точнее – ее охранниках, вернулись сразу. Появились идеи, но реализовать их без Валерона будет невозможно, а сам он пока отсутствовал.

После ужина я занялся уже изготовлением Каменных стражей – для ювелирного дела требуется куда больше точности, а к вечеру я начинал чувствовать себя уставшим. Сделал я двух стражей – этого вполне хватит, чтобы перекрыть весь периметр вокруг дома, а слишком баловать Верховцева тоже не надо. Необходимый минимум – и только.

Живой печатью я заниматься не стал до появления Валерона и Мити, перебирал кристаллы в надежде всё-таки найти Воздействие на разум – Божественный взор придется искать в других контейнерах, в этом все большие кристаллы были уже осмотрены.

– Что-то зреет! – возбужденно тявкнул Валерон.

– Никто ничего не говорит прямо, – согласился с ним Митя, – но явно выполняются предыдущие договоренности. Создается впечатление, что ожидают нового прорыва зоны.

– Ожидают, – признал я. – У Верховцевых выявлены двое с заданием уничтожить реликвию. А может быть, еще кто-то, кому в нужный момент внушат до нее добраться и подорвать.

– А у нас? – вытянулся в струнку Валерон. – У нас же было всё вычищено. Нужна новая проверка.

– А у нас через Озерный Ключ проехала княгиня Воронова в сопровождении двух охранников.

– Старая грымза! – возмущенно тявкнул Валерон. – И чего ей у Куликовых не сиделось? У них же тоже наверняка будут взрывать. Может, и не вывели бы в этот раз.

– Добрый ты…

– Поневоле таким станешь, – проворчал он. – Ее же убивать нельзя? А она творит что хочет. Этих рядом с ней нужно убрать, может, и повернет обратно.

– Может, и повернет, – с некоторым сомнением сказал я.

– Только не говори, что за ней придется присмотреть, чтобы ничего не случилось! – возмутился Валерон.

– Придется, иначе это может восприняться как попытка убийства.

– Ерунда. Она маг – справится сама. А тебя сегодня опять придут убивать. Я здесь нужнее, – возразил Валерон.

– Может, тех, кто придет, – превентивно? – предложил я. – Чтобы о них более не переживать.

– Не получится, – сказал Митя. Причем в его механическом голосе мне послышался оттенок сожаления. – На курьера к ним паучка не хватило. Мы не знаем, кто придет и какой силы.

– Вряд ли уровня великого князя, – предположил я. – Иначе это будет слишком заметно.

– Но будут посильнее, чем в прошлый раз. Обсуждение было, – сообщил Митя.

– На реликвию Беляевых уйдут, – ответил я. – Или домовому в Камнеграде.

Особой разницы не было: эти скверники не самые сильные представители Скверны. Можно сказать, обычные низовые исполнители. Устранение таких не слишком ослабит одну сторону и не слишком усилит вторую, если их использовать при активации реликвии.

– Для этого я должен их в контейнер запихать, – намекнул Валерон. – Может, ну ее, эту Воронову? Пусть сама добирается?

– Нет, за ней нужно присмотреть, – решил я.

– Она же точно в Камнеград двинет, – недовольно сказал Валерон. – А у меня операция с паучками в полном разгаре.

Конечно, появление княгини было ужасно несвоевременно, но ее смерть могла принести куда больше проблем, чем неприсмотренные скверники. Последние успешно работали без присмотра уже столько лет, и ничего – как-то выживали.

– Придется временно свернуть, – решил я. – Княгиня завязана на безопасность конкретно нашего княжества. Не удержим – получим слишком много проблем.

– Может, ее тоже в контейнер? Стазисный, – предложил Валерон. – И вытряхнуть где-нибудь у ее дома. Кучер нас уже не волнует. Пусть сам выбирается и поднимает кипиш по пропаже хозяйки. Его и не тронут, скорее всего. Разве что экипаж пограбят.

И он уставился на меня с честным видом, не оставляющим сомнений в том, кем будет пограблен экипаж. Криминальным личностям, если таковые вдруг у меня в княжестве завелись, брать будет уже нечего, кроме разве что самого экипажа.

– Хорошее предложение, – поддержал Митя. – Княгиня решит, что княжество ее не принимает. Особенно если это будет не единственный случай, а постоянный. Она даже не поймет, что случилось.

Идея была неплохой. Я крутил ее и так и сяк – недостатков не видел. Разве что только княгиня оказывалась в Святославске и могла опять припереться ко мне. Но я могу ее просто не принять – от дома ей отказано, решения я не менял. А вот в Камнеграде Маренин, который ей очень долго подчинялся, может не вспомнить о моем запрете. Как-никак не столь давно она имела полное право отдавать ему распоряжения.

– А ты сможешь засунуть ее в контейнер, не глотая? – спросил я Валерона. – Боюсь, пребывания в тебе она не перенесет: и Скверны нет, и магия не самая сильная.

– Легко. Натренировался на скверниках, – радостно отчитался Валерон. – То есть одобряешь? Мне нужен будет Птос, иначе я их долго буду искать. У него скорость выше. И вообще, я уставший после всех сегодняшних пробежек.

– Одобряю, – вздохнул я. – А куда деваться? Самый приличный вариант получается. Только с вещами ее лучше выставлять.

– Я не грузчик, – отрезал Валерон. – У нее есть кучер – пусть работает и доставляет вещи обратно к хозяйке. Не просто так же ему деньги получать?

– Но чтобы у нас ее вещей не было, – предупредил я. – И перед отбытием оставь мне новый контейнер с кристаллами – в старом ничего интересного нет.

Валерон неохотно выплюнул контейнер. Просмотренный я в него отправлять не стал – там оставалось не так много, после просмотра второго один контейнер точно освободится. Честно говоря, на кристаллы я уже поглядывал с ненавистью, потому что эта нужная работа вступала в противоречие с моей личностью.

Но необходимость… Поэтому после того, как я отправил Птоса с Валероном, я опять залез в кристаллы, просматривая их в поисках нужных мне навыков и используя навыки, которые у меня уже есть.

Среди больших неожиданно нашлись новые варианты защитных артефактов, собирающихся уже из семи кристаллов: «Большая Крепость Велеса» – два кристалла и «Большой Оберег Велеса» – три кристалла. К сожалению, собрать ни один по техническим причинам не получилось бы, и самое обидное, что я не помнил, откуда конкретно этот контейнер – а ведь в том месте такие кристаллы еще наверняка есть. Нужно будет просмотреть еще пару контейнеров, акцентируясь только на больших.

В этом же контейнере нашелся кристалл с Божественным взором, и я, окрыленный этим, просматривал мелкие кристаллы уже до самого сна. Воздействия на разум не нашел, зато нашел Убедительность. Этот кристалл я использовал сам – я не понимал, можно ли от такого навыка защититься, и не хотел давать оружие в руки пусть и дружественного, но другого князя.

Валерон не возвращался, и я, попросив Хикари будить меня сразу, как кто-то появится на нашей территории, отправился спать. Разбудила она меня даже чуть раньше, сообщив, что у нашей ограды собирается отряд сразу в десяток человек. Я тихо встал, стараясь не потревожить Наташу, вышел в коридор, а уже потом спросил Хикари:

– Сможешь их придавить всех?

– Зависит от того, насколько они сильны. Пока они не на контролируемой мной территории, точно не скажу. Придавить постараюсь. Энергию из них могу отбирать до нуля?

– Можешь.

– Спасибо, добрый господин, – обрадованно прозвенела она, как будто я разрешил это делать исключительно из доброты душевной.

Я вспомнил о гостях. Нехорошо получится, если их разбудят звуки магической драки. Верховцев полезет в драку, а его супруга может перепугаться. А потом рассказать родителям, участие которых в делах скверников я так и не выяснил. Надо ли мне это? Однозначно нет.

– Сможешь сделать так, чтобы звуки не доносились в дом?

– Могу, добрый господин. А еще могу всех усыпить.

– Усыпляй, – обрадовался я.

– Полезли, – сообщила Хикари.

Я заторопился на улицу, прикидывая, что делать, если Хикари не сможет охватить сразу всех. Использовал я на себя Незаметность, поэтому вломившихся ко мне увидел раньше, чем они смогли меня почувствовать. Скверна оказалась у всех, но ни у кого не было навыков, превышающих сотый уровень. Правда, и ниже пятидесятого уровня на основных навыках тоже не было. Клятва верности у всех была опять же не великому князю, а Долгину – нужно будет пообщаться с этим человеком в ближайшее время, узнать, с чего вдруг он настолько на меня ополчился.

Хикари удалось прижать почти всех, но те двое, на кого ей сил не хватило, очень быстро добрались до зоны контроля Каменными стражами и сразу оказались в плену.

Надо признать, что им повезло: остальных Хикари медленно высасывала, лишая всех типов энергии. Смотрелось это жутковато: только что был полный сил и здоровья человек – и вот уже он бледнеет, худеет и падает, не в силах удержаться на ногах. Смотрел я на это недолго, направился к тем, кого задержали Каменные стражи.

– О, к интересному как раз вернулись, – раздался радостный тявк Валерона. – У Птоса оказался выход к особняку Вороновых.

Информация была интересной: выходит, княжич общался с кем-то, кто жил в этом особняке. Расспрашивать я не стал: пока ни один скверник не стал трупом, а значит, любой из них мог удрать и рассказать, что я общаюсь с собакой. Пока я быстро убрал Птоса на случай, если кто-то из тех, кто пожаловал ко мне сегодня в гости, сможет его опознать. Конечно, Птос находился в невидимости, но почувствовать его всё равно можно было.

– Хикари говорит, что ей сил не хватает всех удержать, – забеспокоился Валерон. – Давай я их в контейнер запихаю?

– Давай, – согласился я. – Можно и из Стражей забрать.

Допрашивать лучше потом, не наспех, тщательно обдумывая всё, что нужно спросить и как это сделать, чтобы человек не успел умереть до того, как расскажет хоть что-то.

Валерон понял меня правильно, и вскоре больше ничего не напоминало о том, что к нам кто-то пытался забраться. Разочарованы были разве что Стражи, и тем Валерон пообещал, что их непременно чем-то подкормят. Не знаю, поняли они или нет, но под землю ушли.

– Что там с княгиней?

– С трудом догнали. Если бы не Птос, она бы приехала в Камнеград раньше, чем я до нее добрался. Лошадки у нее нынче из измененных. Но успели. Княгиня доставлена первым классом прямо к дому, – бодро отчитался Валерон. – Она, правда, спала, когда я ее в контейнер отправлял, а когда выбрасывал, проснулась и была очень расстроена фактом побудки. Думаю, все соседи в курсе того, что она вернулась и знает множество крепких выражений. Ее охранников я запихал в стазисный контейнер. Их вещи собрал. И саквояж княгини – от него несет чем-то очень и очень нехорошим. Я помню, что обещал ее вещи не брать, но это не просто так несет, а сильной Скверной от артефакта. В себе отдельно я его тащить не собирался.

– Ехали взрывать реликвию?

– Скорее всего.

– Точно в вещах княгини?

– Могли и подсунуть, конечно, – сказал Валерон. – Но вряд ли. Это как раз саквояж с ее личными вещами. То есть она в него несколько раз за день залезает. Не могла же она ничего не замечать. Оно действительно сильно фонит на магическом фоне. У меня аж внутри чешется.

– А если в контейнер?

– В отдельный нужно, – ответил Валерон. – Во избежание взаимодействия с чем-то и срабатывания. У себя внутри я отделяю, а в контейнере такой возможности нет.

– У меня как раз один из-под кристаллов освободился, – предложил я. – Пойдем, туда отправишь. А утром уже будем думать, что с этим богатством делать.

Глава 23

Утром мы как ни в чем не бывало отправились на занятия, хотя у меня аж свербело внутри, так хотелось поговорить с охранниками княгини. Не верилось, что она могла по своему желанию отправиться взрывать реликвию. Разве что ее убедили, что владение мной реликвией – постоянный укор Антоше? Судя по наличию у одного из ее охранников воздействия на разум – не исключен и такой вариант. Или же ее сыграли втемную, заявив, что достали редкий артефакт для укрепления реликвии.

Валерон, немного покемарив, отправился с утра развозить паучков на новую смену и собирать тех, кто уже свое отработал и нуждался в зарядке накопителя. После этого он опять собирался дрыхнуть. Разумеется, до того времени, как мы отправимся в поместье. Но туда мы доберемся только после Верх-Ирети, где должны были забрать уже готовые наряды на бал. Нет, я прекрасно понимал важность допроса как напавших на меня ночью скверников, так и охранников княгини, но для стороннего наблюдателя мои передвижения должны показывать, что думаю я всего лишь о близящемся бале. Поэтому вид имел скучающий и невозмутимый, несмотря на таращившегося на меня все занятия Надежкина, который даже имел наглость отметить, что я выгляжу невыспавшимся. Мол, не случилось ли чего ночью. Я удивленно спросил, что могло такого случится в Святославске, о котором говорят, что это самый охраняемый город в стране. После этого Надежкин с вопросами больше не приставал.

После занятий я дождался Наташи (у Прохорова сегодня занятий больше, ему придется добираться самому), и мы поехали домой, чтобы оттуда сразу отправиться в Верх-Иреть. Но не получилось. Вернувшись с занятий, я неожиданно получил письмо от княгини Вороновой.

'Петр, не буду желать тебе здравия по вполне понятной причине твоего отвратительного отношения к родственникам и нежелании им помогать даже в самой малости.

Тем не менее я не лишена родственных чувств и считаю своим долгом предупредить тебя о появлении в вороновском княжестве пространственной аномалии. Я не знаю, где она точно расположена, поскольку спала, когда состоялся перенос.

Вместе со мной были мои люди, которые со мной не перенеслись. И ты должен их найти и оказать помощь. Это меньшее, что ты можешь сделать за переданную тебе информацию'.

Честно говоря, я почему-то был уверен, что она затребует с меня если не особняк, то вещи, которые считает своими. Но этого не было даже в приписке. Возможно, просто не хочет наводить меня на мысль, что собирается занять этот дом без всяких предупреждений. Зря она на это настроилась: постоянные пространственные аномалии ей гарантированы. Надеюсь, поймет, что княжество ее не принимает и не станет переть буром.

Памятуя, что за мной следят, я позвонил в поместье и дальше разговаривал с заместителем Маренина:

– Вы мне вчера сообщали, что в Озерном Ключе видели княгиню Воронову. Сегодня она прислала мне сообщение о какой-то пространственной аномалии, перенесшей ее в Святославск. Утверждает, что где-то там – точного места она не знает – остались ее спутники. Организуйте поиски, что ли. Желательно хотя бы найти место, где она пропала.

– Будет сделано, Петр Аркадьевич, – радостно ответили мне.

Радость была явно оттого, что княгиня до Камнеграда не добралась. И вряд ли теперь доберется в ближайшее время, поскольку ни один возчик не возьмется за ее доставку без дополнительной охраны. А где эту охрану взять княгине, если оба ее охранника пропали в пространственной аномалии?

В ответном письме я поблагодарил за предоставленную информацию, хотя указал, что до нее на такое никто не жаловался и люди не пропадали. Также сообщил, что люди на поиски ее экипажа отправлены. Писать не хотелось, но эта дама отсутствие ответа поставит мне в вину и не преминет о моей невоспитанности сообщить всем своим приятельницам, коих у нее осталось много.

В Верх-Ирети мы с Наташей не задержались. И у нее, и у меня это была последняя примерка, недочетов мастера не нашли и выдали нам нашу одежду, получив за это приличную сумму – кроме обычных расценок, весьма недешевых для такого уровня, была еще и надбавка за скорость.

Комплект украшений для супруги я не доделал, но пришлось отбывать в Камнеград, потому что нужно было допросить как охранников княгини, так и нападавших ночью на мой особняк. Валерон так и не появился. Митя сказал, что он обследует дома пришедших к нам ночью скверников. Компенсация, чтоб ее…

Остатки энергии с этих скверников я предложил забрать домовому – ему было необходимо для развития ее много. Хикари уже хапнула достаточно вчера, поэтому возвращать их или хранить не стану – к тому времени, как она усвоит полученную энергию и пустит ее на усиление, к нам полезут новые.

Первыми я опросил нападавших, начиная с самых слабых и заканчивая тех, кого выковыривали уже из каменных стражей. Слабые не знали вообще ничего. Хотя среди них были с весьма интересными навыками по вскрытию замков или охранных систем – можно сказать, лишил скверников хороших узких специалистов. Ломались они сразу, как понимали, что теряют энергию со страшной силой (что было заслугой домового, а не каменных стражей), и начинали торопливо говорить, стараясь выложить все, что знали. К сожалению, не знали они ничего, кроме разве что задачи. Задача оказалась расширенной. В этот раз должны были убить не только меня, но и Верховцева. Предыдущим задание оставляли лишь в отношении меня, остальные могли погибнуть только случайно. У группы имелся план дома с указанием нашей спальни и гостевой, где остановились Верховцевы. Так что Сергею, можно сказать, повезло, что он воспользовался моим предложением, а не остановился в гостинице, где до него куда легче добраться.

Маренин, подошедший почти с самого начала, после кончины каждого скверника предлагал новые варианты вопросов, которые могли дать что-то новое без преждевременной смерти допрашиваемого. Но как этих ни выжимали, нового они ничего не сказали.

Вся надежда была на тех, кто посильнее, одним из которых был командир группы. Но от них я ничего нового не узнал. Что против нас имел Долгин, они затруднялись ответить. Оба сказали, что получили приказ, к которому объяснений не прилагалось. Это не было чем-то удивительным: при всей своей силе они продолжали оставаться обычными исполнителями. Умерли они на вопросах о месте изготовления артефактов для взрыва реликвий, хотя я заходил очень и очень издалека. Нет, конечно, было понятно, что этим занимаются в княжестве Молчановского, но хотелось бы получить и дополнительные зацепки. Потому что лавочку эту пора закрывать, для чего нужно выявить всех причастных.

– Мало информации, – сказал Маренин.

– Много ее только у того, кто отправил. Но у нас еще охранники княгини.

– Вороновой?

– Думаете, стоит допрашивать охранников всех княгинь? – усмехнулся я. – Нет, так-то, разумеется, стоит. Но в данном случае именно княгиня Воронова сюда рвалась с артефактом в саквояже. Кажется, на нашу реликвию планировали покушение.

– Мария Алексеевна? На реликвию Вороновых? – вытаращился он на меня.

– Вот сейчас и узнаем.

– Да с них тоже ничего не узнаем, – пессимистично сказал Маренин. – Они же все под клятвой. Под клятвой ничего полезного не скажут.

Я почувствовал себя идиотом. Имея навык по сниманию клятвы, я бездарно угробил толпу скверников. Но ничего, у меня еще есть два охранника княгини на них и обкатаю и навык, и правильный допрос. Но теперь я решил подстраховаться.

– Георгий Евгеньевич, мне нужна Даньшина.

Ждать пришлось недолго, подошла она сразу и обеспокоенно спросила:

– Что-то случилось, Петр Аркадьевич?

– Нужна ваша помощь, Екатерина Прохоровна. Хочу использовать один навык, который в прошлый раз человека убил.

Я решил сначала снять клятву, а потом допрашивать. Даже если убьет сразу – невелика потеря, всё равно пленники не расскажут ничего, чего бы я не знал.

– То есть вы хотите, чтобы я сразу занялась реанимацией?

– Именно так, Екатерина Прохоровна. По возможности еще хорошо было бы убрать болевые ощущения.

Первым делом я решил допросить менталиста. До начала допроса я его просветил Божественным взором и выяснил, что клятва у него великому князю. Как, впрочем, я и подозревал. Орал он всё время, что я тянул из него клятву, хотя Даньшина и пыталась снять боль. Но, похоже, эта боль никакого отношения к физической не имела. Поскольку я заподозрил, что прошлый раз одной из причин неудачи была моя торопливость, вытаскивал я медленно и осторожно, раскачивая укоренившуюся клятву. Именно укоренившуюся: на магическом плане клятва выглядела как уродливое растение, пустившее корни чуть ли не по всему телу. И казалось, потяни я сильнее – и корень оборвется, а потом опять прорастет в нечто полноценное.

Сомлел менталист сразу, как я вытащил клятву. Я спокойно проверил результат: навык не показывал наличие клятвы или ее остатков, само магическое проявление клятвы сразу после вытаскивания почернело, ссохлось и рассыпалось истаявшими хлопьями.

– Кажется, получилось, – сказал я и удивился своему хриплому голосу.

– Вы аж осунулись, Петр Аркадьевич, – сказала Даньшина. – С этим типом всё в порядке, просто в обмороке, а вот вам нужно восстановление, перенапряглись.

Я и сам чувствовал, что нужен небольшой отдых. Возможно, даже большой – но большого я себе позволить не мог. Поэтому оставил менталиста под наблюдением Птоса, а сам пошел пить чай. К чаю мне выдали отличные пироги с мясом, поэтому я просидел чуть больше, чем собирался, и вставал из-за стола с большой неохотой.

Скверник уже очнулся. Судя по его недоумевающему виду, он чувствовал, что с ним что-то сделали, но не понимал, что.

Для начала я с ним просто поговорил, давя навыками убедительности и воздействия на разум.

– Представьтесь.

– Николай Петрович Поварков, – охотно ответил он. – Охранник княгини Вороновой.

– Боюсь, право на титул она потеряла давно. Даже когда еще не стала вдовствующей. Вы тоже вряд ли можете считаться ее охранником с клятвой великому князю. Мария Алексеевна сама захотела взорвать реликвию или вы ей помогли принять решение? – всё тем же доброжелательным тоном спросил я.

– Немного помог, – охотно ответил этот менталист. – Но воздействие минимальное. Старуха вас ненавидит, Петр Аркадьевич. Всего-навсего пришлось убедить, что ваше княжение унизительно для Антона Павловича – и она уже согласна на все. Если мозги постоянно править – они нормально работать не будут.

– Прошлый раз тоже вы помогли?

– Нет, там другая команда работала. Марию Алексеевну мы только начали обрабатывать, не успели бы, она тогда практически артефакты не снимала.

– И зачем такая срочность? Не проще было бы хотя бы попытаться восстановить со мной отношения? Ее же могли и не впустить в особняк.

– Восстанавливать долго, времени нет. Рассчитывали на мои умения. Нужно, чтобы с остальными вместе это случилось. Сроки-с.

– То есть вы планируете еще несколько реликвий взорвать?

– Мы ничего не планируем, мы только исполняем. Под клятвой повилять не слишком выходит.

– А виляли бы? – заинтересовался я.

– Мы и без того виляли как могли. Думаете, нам нравилось то, что мы делали? Черта с два! – эмоционально сказал он и с удивлением прислушался к себе: почему не давала знать о себе клятва. Потом решил, что ничего не теряет, и продолжил: – Мы же понимали, что всё это приведет к тому, что землю захватят твари. Это сейчас мы уже твари беспринципные, а поначалу, что я, что Захар о самоубийстве задумывались.