Текст книги "Искра (СИ)"
Автор книги: Инди Видум
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)
Предыдущий хозяин, уж не знаю, Мазин или кто до него, работу провел качественно – столбы стояли мертво, закопанные очень и очень глубоко. О гнили даже речи не шло, потому что дерево обработали специальным алхимическим составом, препятствующим и гниению, и горению. Бутыль с таким вместе с кисточкой мне всучили там, где я брал дерево, и, похоже, не зря, поэтому в перерывах между земляными работами я пропитывал деревяшки: и те, что окажутся частично под землей, и те, что будут прибиты на них.
Наконец, ломаные столбы были выкопаны, и на их место я принялся устанавливать целые, используя самодельный уровень из бечевки и железки.
Митя нарезал круги вокруг меня, время от времени забегал в курятник, и тогда оттуда раздавались скребущие звуки: задание подмести в курятнике пауку никто не отменял. Я не думал, что из его уборки получится что-то годное, но вдруг?
Столбы встали идеально, я еще утоптал вокруг них землю и принялся прикреплять лаги. Шуруповерт был бы не лишним, как и шурупы, но у меня были лишь гвозди и молоток, так что работа заняла больше времени чем могла бы. А уже потом я принялся прибивать штакетник, открыв калитку, чтобы ненароком не остаться снаружи.
Времени на ремонт забора ушло много, а ведь у меня дальше по плану был ремонт сарая. Если уж его ремонтировать, то может сразу как-то утеплять? Потому что иначе зимой его не прогреешь.
Подумать только, у соседей простаивает прекрасное отапливаемое помещение, а они его отказываются продавать. Стоп. А зачем мне вообще покупать, если я могу взять в аренду? Например, с условием расторжения договора, если найдутся покупатели. Мне не нужна лишняя недвижимость в Дугарске. С арендованной куда проще будет расстаться, чем продавать потом свою.
Идея меня так захватила (а может, я просто не хотел дальше заниматься грубой физической работой), что я не стал дожидаться Валерона, чтобы посоветоваться, отправился в контору сразу. Делопроизводитель моему появлению удивился, но вежливо спросил:
– Что-то еще хотите купить, сударь?
Я еле удержался от встречного вопроса, не считает ли он меня идиотом.
– Не то чтобы купить… Я по поводу соседского кирпичного сарая. Нельзя ли его арендовать на полгода? Все равно простаивает, а так владельцу будет идти доход. А если найдется желающий купить, договор расторгнем.
– Именно на полгода, не дольше?
– Вы же понимаете, что на больший срок смысла арендовать нет? – усмехнулся я в ответ. – Но в договор можно вставить возможность пролонгации при желании. Хотя желания арендовать что-то в зоне, находящейся под тварями, у меня вряд ли будет.
Он кивнул, соглашаясь с моими словами, и спросил:
– Этот сарай вам действительно так нужен?
– Не конкретно этот, – ответил я. – Мне нужно рабочее отапливаемое помещение, потому что у меня дом маленький, а проекты большие. Строить что-то капитальное смысла не вижу, а арендовать что-то рядом очень бы хотел.
Делопроизводитель оглянулся на полки и задумался.
– Есть еще два варианта с кирпичными каретными сараями, близких к вашему дому. Дома там побольше, но вам же сам дом не нужен.
Он расстелил передо мной карту Дугарска и показал расположение и этих участков. Конечно, они были не через забор от моего, но относительно близко.
– Можно запросить всех. Кто-нибудь да согласится, – предложил делопроизводитель.
– Запрашивайте, – обрадовался я.
– Запрос письмом, почтовые расходы за ваш счет.
– Большие расходы?
– Пятьдесят копеек за одно письмо. Так что подумайте, нужно ли это вам.
– Нужно.
Я выложил полтора рубля на стол, пообещал недели через две зайти узнать, нет ли ответа, и успокоенный вернулся домой. Откажут – так откажут, придумаю что-то с моим сараем. Сейчас его главное – перекрыть, так чтобы дождь не попадал, а внутреннюю стену можно не чинить – она не несущая, просто разгораживалось помещение, а теперь рабочая площадь увеличилась, что даже к лучшему, если удастся убрать оттуда остатки курятника.
В сарае я решил стену не разбирать, дыру просто забил снаружи ровным слоем досок, создав как бы дополнительную целую стену, которая стала бы преградой на пути как несильной стихии, так и не особо умелым ворам. Этакая времянка. Но я в Дугарске в любом случае не задержусь до следующего лета, так что если через год развалится – меня это волновать не будет.
Пока я забивал стену, Митя печально кружил во дворе. Когда я заглянул в курятник, выяснил, что подмести ему все-таки немного удалось, а еще удалось сломать веник. Последний восстановлению не подлежал.
Валерон так и не вернулся. Время приближалось к обеденному, готовить категорически не хотелось, и я решил прогуляться до трактира, только в этот раз без паука, потому что дом, даже с отремонтированным забором, все равно нужно было охранять.
Стоило вернуться с едой, как Валерон сразу появился. Не иначе как на вкусные запахи приманивается.
– Долго тебя не было, – заметил я.
– Потому что я тщательно изучаю все помещения, – важно ответил Валерон. – В нежилых могли запрятать не только под полом. Сюда вряд ли кто вернется, если зона не отступит. И нашел я как раз не под полом, а в чулане.
– Это точно астафьевское? – забеспокоился я. – Не хозяев дома?
– Ну да, хозяева все из дома вывезли, а три мешка, в которых недавно копались, оставили, – оскорбился Валерон. – Ты думай, что говоришь. У нас договоренность – чужого не брать, я ее строго придерживаюсь.
В доказательство своих слов он выплюнул три полупустых мешка. ВБыло хорошо заметно, что в них действительно недавно копались, потому что всё содержимое перемешалось, из-за чего его казалось больше, чем было на самом деле. Большая часть содержимого оказалась одеждой и обувью, ношеной и не очень чистой. Ее мы оба единодушно решили не оставлять, потому что хотя она точно была предназначена для походов в зону, но наверняка была снята с жертв астафьевской артели. Эту одежду кто-то мог узнать и задать мне много неприятных вопросов. К тому же одежда для зоны подбиралась под себя, слишком маленькая или слишком большая могла помешать в драке с тварями.
В мешках зелий не оказалось, нашелся лишь одинокий забытый маленький контейнер под элементаль.
– И то хлеб, – обрадованно тявкнул Валерон. – Я уж было решил, что зря сбегал. Ни артефактов, ни зелий, ни контейнеров. Не клад, а издевательство.
Я повертел контейнер со всех сторон, но никаких меток не нашел.
– Похоже, его просто не заметили, когда перебирали.
– Забираем?
– Забираем. Остальное предлагаю вернуть туда, откуда было взято.
Валерон спорить не стал, исчез вместе с мешками, но ненадолго, появился через несколько минут. Это было неудивительно, удивительно, если бы он задержался подольше, потому что мой помощник был уверен: режим питания нарушать нельзя.
Глава 18
После обеда Валерон высыпал на стол все кристаллы, то есть вообще все, даже лапой перемешал, аргументировав свои действия следующим:
– После того как у тебя видящий вырос, ты первые полученные не проверял. И вообще, тебе полезно всматриваться в кристаллы для роста навыка.
И ведь как в воду глядел: к концу просмотра кристаллов видящий шагнул на уровень, и пришлось пересматривать все неопределенные раньше. Обнаружил четвертинку заклинания «Цветочная поляна» и две четвертинки заклинания «Шаг между теней».
В остальном просмотр тоже порадовал. Поскольку я использовал кристалл сразу, если такое заклинание у меня имелось, то Искра стала двадцать второго уровня, Теневая стрела восемнадцатого, Теневой кинжал седьмого, Природная регенерация шестого, а Портальное перемещение третьего. В запасе появились: по еще одному кристаллу с Парением и с третью Теневого плена, один кристалл с Огненной плетью, кристалл с половиной Пиромании и по кристаллу с третями Удушающей тени и Адского паяльника. Последнее заклинание мне упорно казалось больше рабочим, чем атакующим, но проверить этой возможности не было – в трехтомнике заклинаний конкретно это отсутствовало.
Получил я и части алхимических рецептов: теперь для кристалла с полным рецептом Живительный пламень не хватало трети, а для нового рецепта эликсира «Исцеляющая роса» – еще одного кристалла.
По артефакторике нашлись еще одна треть столь нужной мне схемы «Живая печать», две четверти схемы двигателя «Сила элементалей» и четверть схемы «Каменный страж».
По механике: водяной насос – половина схемы, четверть схемы сверлильного станка и три кристалла с половиной схемы «Железного паука», так что я мог поднять схему на еще один уровень.
В этот раз Валерон не кривился, выплюнул готовый кристалл и сразу спросил:
– Что там Митя получит?
Я кристалл изучил и ответил:
– Фугасные железы. Будет стрелять каплями жидкого металла.
– Далеко?
– В схеме этого нет, а проверять в городе не буду.
– Улучшать нужно сразу.
– Я с остальными кристаллами закончу сначала.
Среди больших кристаллов обнаружилась еще одна половина схемы кузнечной наковальни «Радость Сварога», я сразу использовал слияние, а когда Валерон с видом мученика выплюнул кристалл – изучил. Схема оказалась весьма перспективной: при использовании этой наковальни деталь в обязательном порядке получала один случайный навык. Но сделать в ближайшее время я не смогу, потому что хоть схема и артефакторная, но для реализации нужна основа из металла с механизмусов. Для работы с ним мне нужно было кузнечное дело. Это я и поведал с грустью Валерону.
– Выходит, тебе еще и придется все для кузницы закупать? – сообразил он.
– Мне это пришлось бы в любом случае делать, – напомнил я. – Если бы я эту схему не раздобыл.
– Но раздобыл. И теперь нам невыгодно покупать то, что потребуется на один-два раза, – заявил Валерон. – Уверен, что нам подвернется что-то для однократного использования. Может, позаимствовать у кого на время?.. – Я не успел возмутиться, как он продолжил: – Хотя нет, я не утащу, тяжелое там все. А что если договориться с кузнецом?
– Получу «Кузнечное дело» и буду думать, – решил я. – Сейчас смысл суетиться?
– Тогда улучшаешь Митю?
– Завтра, как приеду, потому что, сам понимаешь, оставлять непроверенный механизм на весь день чревато. Если он вдруг разойдется, ты, конечно, можешь в него плюнуть, но так и он сможет плюнуть в тебя.
Перспектива быть заплеванным Валерона не вдохновила, и он нехотя согласился. Но компенсацию затребовал. Ею он посчитал дальнейшее изучение пустующих домов. Я согласился, поскольку от меня требовалась только энергия, и деятельный помощник отправился ее тратить.
А я решил в кои-то веки отдохнуть и взял справочник по артефактным двигателям. Найду ли еще две части схемы двигателя «Сила элементалей» – вопрос, а здесь описаны классические варианты. Есть чему поучиться, есть с чем поспорить, есть что выбрать.
Я налил себе еще одну чашку чая, пододвинул баночку с медом и миску с сушками, чтобы получать от процесса полное удовольствие, и тут меня прервали. Кто-то самым наглым образом нажимал на дверной звонок, в котором я громкость поставил на возможный для меня максимум.
С огорчением отставив парящую ароматным парком чашку, я пошел выяснять, кто же это так срочно хочет меня видеть. Оказалось – Михайлов. Он стоял за калиткой и с отвращением смотрел на Митю, воинственно скрежетавшего лапами, намекая на участь тех, кто полезет через забор.
– Чем обязан вашему визиту? – сухо спросил я.
– Жалоба на вас поступила, сударь, – желчно ответил полицейский. – О натравливании механического чудовища на людей.
– И когда я натравливал?
– Сегодня утром. Заявление у меня есть.
– Сегодня утром мой паук не выходил за пределы участка. В этом можно убедиться, глянув на дорогу – у него очень характерные следы. Так что ваш заявитель врет, а вы ему потворствуете. Надо будет сказать об этом князю, когда он меня в следующий раз пригласит на обед.
Я не был уверен, что Куликовы меня пригласят еще раз, но Михайлову моей уверенности и не надо было: глазки у него испуганно забегали – видать, и без меня там косяков по службе хватало.
– Все равно не положено таких тварей держать в людных местах, сударь, – выдавил он, решив не сдаваться.
– Вы и княжне это же скажете? – удивился я. – Мария Васильевна просила сделать ей такого же, и я успел пообещать. Сообщить ей, что полиция против выполнения ее заказа?
Для полицейского это оказалось ударом ниже пояса. Он посмотрел на меня с искренним возмущением и кисло выдавил:
– Если Мария Васильевна одобряет вашу деятельность, то и полиция ничего против не имеет. Но если ваша тварь, сударь, нападет на жителя города, отвечать будете по закону.
– Моя тварь находится на моей территории, и если она на кого нападет, то отвечать будет этот кто-то за незаконное проникновение, а не я за защиту моего имущества.
Михайлов счел это намеком и побагровел от злости, но сказал всего лишь:
– Я вас предупредил, господин хороший. Вы уж постарайтесь не нарушать, а то мне придется пожаловаться на вас князю. Всего хорошего.
Он развернулся, поэтому «До свидания» пришлось бросать ему в спину. Митя тоже что-то проскрежетал, явно оскорбительного толка. Неужели узнал того, кто пытался проникнуть в дом? Нужно подключать голосовой модуль, только где его взять?
Мысль попробовать подкупить Михайлова я отбросил – не надо потакать чужой продажности. К тому же компенсировать утраченное в результате передислокации астафьевской артели я просто не смогу – не те у меня обороты. Михайлов может деньги взять, но при этом продолжить мне гадить, пусть и не столь явно. И в этом отношении отсутствие соседей сильно играло против меня.
Митя подергал меня за штанину и что-то проскрежетал. Переводчик в лице Валерона отсутствовал, но мне показалось, механический паук предлагал догнать полицейского и решить проблему радикально. Во всяком случае, движения передними лапами он делал характерные. Сразу видно воспитание Валерона. Только вот незадача – до горла Михайлова он не достанет, слишком мелкий, а прыгать не умеет.
– Пока мы эту сволочь трогать не будем, – сообщил я Мите. – Пойдем домой, будем делать твою копию.
Он что-то возмущенно заскрежетал, пришлось пояснить:
– В подарок княжне Марии Васильевне, потому что иначе Михайлов от нас не отвяжется. И ты в любом случае будешь круче – скоро я тебя плеваться научу, будете на пару с Валероном соревноваться.
Митю это успокоило, и он довольно бодро засеменил за мной в дом, где я занялся сбором второго паука, в то время как первый вертелся вокруг стола и вытягивался изо всех сил, силясь разглядеть, что же я там делаю. С одной стороны, я шел уже по проторенному пути, а с другой – металл я мог лишь использовать, так что паук выйдет на Митю не похожим, можно сказать, получит индивидуальную внешность и лапы немного разной длины, потому что использование топорика точности не предполагало. Разница будет некритичной – максимум пара миллиметров, поэтому на функциональности не отразится.
Моя работа была прервана появлением Валерона, который с довольной мордой выплюнул еще два мешка. В одном нашлись артефакты, лучше моих нынешних, но с гербами, поэтому их пришлось там же и оставить. А вот жилетку с подогревом мы решили взять, потому что она было совершенно новой, герба не имела, зато имела ярлык одной из сетей, занимающихся массовым производством товаров для тех, кто ходит в зоны. А потом из мешка достался спальник, и над ним я завис. Он был из тех, что в лавке можно было заказать по каталогу, а значит, изготовлялись они на заказ, и путь каждого можно было проследить. Да, комфорт в таком будет повышенным, но и на вопрос, откуда это, ответа у меня не будет. А вопрос очень даже может возникнуть, пусть владелец спальника погиб раньше, чем я появился в Дугарске.
– А если сказать Козыреву, что при разборе мешков нашел артефакты аристократа? – тявкнул Валерон. – У Верховцева вещи забирать не стали, только артефакты. Вот и останется тебе спальник.
– Все вещи Верховцева не стоят и десятой части этого спальника, – возразил я. – И он новый. Его если и использовали, то один-два раза. Заберут вместе с жилеткой. И еще вещи алхимика перетрясут и что-гибудь заберут на проверку с концами.
– Довод, – расстроенно тявкнул Валерон. – А если сказать, что нашел в зоне?
– Серьезно? – хмыкнул я. – Да там на месте гибели этого типа все носами изрыли. Не помню, чей это герб, но судя по качеству вещей – погибший был не из последней семьи.
– Тем более Козырев замнет, – уверенно сказал Валерон. – Ему не нужно, чтобы обвиняли в халатности.
– Какая халатность? Он сразу и преступление раскроет, и преступника предъявит.
Честно говоря, я в этом сомневался, склоняясь к мысли, что убийство произошло в другом княжестве, а здесь у астафьевской банды находился склад временного хранения для особо приметных вещей, поскольку пустовавших домов было куда больше, чем жилых. И еще здесь был прикормленный Михайлов, который закрывал глаза на многое.
– Довод. Ты мог купить позже с рук, – предложил Валерон.
Эта версия была жизнеспособной, хоть и не без изъяна. Я мог сделать вид, что купил в Гарашихе. Нужно будет походить по местным лавкам с вещами для похода в зону, прицениться, примелькаться.
– Чувствую себя каким-то падальщиком…
– Падальщики – это астафьевская артель. А ты честно отобрал у них добычу, – не согласился Валерон. – Вещь-то стоящая. Она тебе ой как пригодится зимой. Мы там оба с комфортом разместимся. Ты же не думаешь, что в холодном убежище я буду спать на снегу, в то время как ты будешь дрыхнуть в комфорте? Кроме того, в свернутом виде этот спальник занимает мало места, что для нас критично. Предлагаю оставить на зимний поход, а с деминскими будешь ходить с тем, что купил. Я бы и артефакты предложил оставить, но они к владельцу привязаны, а значит, толку для тебя не будет.
– Привязку ты видишь?
– Нет, но они же с гербами, так что она почти наверняка есть по крови, – пояснил Валерон. – Лучше не рисковать.
Остальное в мешках оказалось либо слишком приметное, либо ненужное мне. Нет, если бы я был старьевщиком, сейчас бы от радости танцевал. Но поскольку торговлей бывшими в употреблении вещами я заниматься не собирался, то пришлось их вернуть в мешки. Зелий здесь тоже не нашлось. Как и кристаллов.
Валерон меня уговорил, и спальник я оставил, но и его, и жилетку запихал в самый низ одного из алхимических мешков. Поскольку вещи были артефактными, то на объем особо не повлияли. Да и кто там будет его разглядывать, этот мешок? Идеально было бы держать в Валероне, но у него и без того хватало моих вещей во внутреннем хранилище.
– Это возвращаю и ищу дальше? – спросил Валерон.
– Давай так, – согласился я. – Но недолго. Поужинаем – и спать. Завтра вставать рано.
Для приготовления ужина я использовал добытый Валероном котел, причем заложил в него двойное количество, чтобы еще и на завтрак хватило, потому что утром точно не буду со всем этим возиться – быстро забросаю еду в себя и пойду к Козыреву. Делал я пшенную кашу с мясом, потому что именно эту Валерон не особо любил, а значит, в задумчивости не сожрет все ночью, и мне будет чем перекусить утром.
Закрыв котел, я вернулся к пауку для княжны и плотно им занялся, так что каркас собрал весь, оставалось поставить двигатель. Я склонялся к механическому, потому что для артефактного у меня было не все, но вставал вопрос – не посчитает ли княжна оскорблением, если ее паук будет классом ниже моего. Хотя она моего видела только в процессе сборки, а дальше я мог улучшать в любую сторону. Честно говоря, идея подарка мне вообще не нравилась, потому что он может быть неправильно понят, а сходиться близко с Куликовыми в моих планах не было. Напротив, я предпочел бы держаться от княжеских семей подальше. Всех, не только Куликовых. Но в моем положении это невозможно, о независимости речь вообще не идет.
– Этот слишком хило выглядит, – внезапно тявкнул Валерон прямо над моим ухом.
Это случилось настолько неожиданно, что я вздрогнул и чуть не сломал пристраиваемую деталь.
– Подарок княжне и не должен выглядеть грубым и опасным.
– Ты еще скажи – должен гармонировать с ее вечерним нарядом.
– Скорее с тем, в чем она ходит в зону, – хмыкнул я и повернулся к Валерону, который не торопился разгружаться. – Больше ничего не нашел?
Тот развел лапами. Выглядел он при этом не особо расстроенным.
– Еще много неосмотренных домов осталось, – оптимистично сказал он. – Я их прохожу планомерно, ничего не пропущу. Там и без астафьевских захоронок много чего полезного присмотрел.
– Валерон! – рявкнул я.
– Да помню я, что мы чужого не берем. Но мы же потом вернем. Может быть.
– Нет.
– Если бы хозяевам оставленное было очень нужно, они бы не оставляли. А там очень много есть такого, что и нам пригодилось бы.
– Валерон!
Он сразу сдал на попятную, скорчил обиженную морду и заявил:
– Я ничего не брал. Чисто умозрительно размышляю.
– Мы ищем только астафьевское.
– Так я его и ищу. Я бы еще поискал, но ты говорил об ужине. – Он облизнулся. – На ужин опаздывать некрасиво. Остальные дома продолжу осматривать, когда ты вернешься.
Причина была понятна. Конечно, дом сейчас охранялся Митей, но присмотр требовался и за ним – технология новая, неотработанная. Мало ли что может прийти в железную голову.
Во двор я решил паука не выпускать, чтобы не попасть под провокацию от Михайлова, поэтому особо ценные инструменты и детали перенес из сарая в дом. Делал я это под противный холодный мелкий дождик, который не прекратился и утром.
Пожалуй, зонт бы мне не помешал, но его не было – пришлось обходиться тем, что имелось: плащом, шляпой, галошами и воздушным щитом, который держался до самого дома Козырева и развеялся лишь там. Я поставил новый сразу, но необходимости в этом не было, потому что Козырев уже выезжал со двора. Экипаж у него действительно оказался маленький, двухколесный, но с поднимающимся верхом, по которому капли дождя громко барабанили. Сзади был расположен ящик для груза, но небольшой, так что предупреждение Козырева об умеренности в покупках было понятно.
– Доброе утро, Алексей Фомич, – громко поздоровался я.
– Доброе утро, Петр. Вы точны, как я погляжу. Усаживайтесь – и поедем.
Ворота за экипажем уже закрывались хмурым мужиком из тех, что прислуживали лично Козыреву как в доме, так и при фехтовальной школе. Он вежливо со мной поздоровался, я тоже кивнул в ответ и полез в бричку.
Едва я разместился, как Козырев тронул поводья, и ладная ухоженная лошадка шоколадного цвета начала перебирать копытами. Сначала неторопливо, потом все быстрее и быстрее, а когда мы выехали из города, так вообще разогналась и зарысила с хорошей скоростью. Думаю, телегу Макара Ильича козыревская лошадка сделала бы как стоячую.
– Часа через три будем в Гарашихе. Если, конечно, ничего не случится, – сказал Козырев.
Глава 19
По дороге Козырев говорил мало и больше полунамеками, то есть иной раз невозможно было понять, что там идет вторым, а то и третьим смыслом. При этом ничего меня интересующего он не упомянул.
– Астафьева не нашли? – поинтересовался я невзначай.
– А могли? – хмыкнул он.
– Не исключаю, – пожал я плечами.
В глубину зоны народ ходит, правда не факт, что поймут, что это именно Астафьев, когда увидят.
– Остатки его артели как сквозь землю провалились. В княжестве их нет.
«Да сколько того княжества», – мог бы сказать я, но не сказал. Нужно же щадить чужое самолюбие, да и из слов Козырева следовало, что его не волнует, что будут устраивать выбравшиеся от нас преступники у других. Главное – не у нас, а проблемы соседей – это чужие проблемы. С учетом того, что дружбы у Куликовых с соседями особой не наблюдалось, подход имел право на жизнь. Конечно, общегосударственные конторы были – та же полиция, но и они сильно зависели от правителя конкретной земли.
– Осуждаете? – неправильно понял мое молчание Козырев. – Что ж, молодости свойственна некоторая идеализация.
– Да нет, Алексей Фомич, я прекрасно понимаю, что у княжества сейчас нет возможностей.
– И не говорите, Петр, – вздохнул он. – В прежние времена вы бы не дождались даже одного приглашения на ужин.
– А сейчас последуют другие?
– Увы, Василий Петрович пытается поддерживать видимость благополучия. В Дугарске нынче с дворянами плохо. Княжество фактически агонизирует.
Меня удивила эта откровенность. Скорее всего, она была опять-таки на что-то нацелена. И я не понимал, какой реакции ждет от меня Козырев. Решил сыграть роль молодого восторженного идиота.
– Пока да.
– Пока?
– У меня в нем имущество, – пояснил я. – Значит, князь рано или поздно вернет контроль над землями.
Козырев заразительно расхохотался.
– Мне бы ваш оптимизм, Петр.
– Кстати, если уж вы считаете, что меня пригласят еще раз, насколько прилично будет подарить Марии Васильевне механического паука? Она, конечно, выражала желание обладать чем-то подобным, но не подумает ли княжеская семья, что я имею виды на княжну? Не примут ли это за ухаживание?
– А вы имеете виды? – заинтересовался он.
– Честно говоря, нет. До того как жениться, мужчина обязан встать на ноги. Иметь свой источник дохода. Чтобы не получилось как с моим отцом. Мне очень повезло с отчимом, но взваливать на него и дальше свою жизнь я не собираюсь.
– Предельно откровенно, – хмыкнул Козырев. – Но у вас неплохой потенциал как артефактора. И если вложить в ваше развитие деньги, они окупятся сторицей.
– Пока я разовьюсь, может случиться очень многое, – скептически сказал я. – Не такое уж я хорошее вложение. И не думаю, что княжны нуждаются в покупке мужей.
– Неужто не нравятся? – хмыкнул Козырев.
– Я высказал свое мнение по поводу женитьбы, а не по поводу княжон, Алексей Фомич. Кстати, а не подскажете, где в Гарашихе можно подстричься?
Это было не совсем кстати, но иной темы для перевода разговора я с ходу не придумал. И потом продолжил расспрашивать про магазины, лишь бы не возвращаться к довольно щекотливому разговору. Кто знает, сам ли Козырев выспрашивает или по наводке князя. Хотя последнему я вряд ли так уж интересен в качестве зятя. Он, скорее, найдет кого-нибудь с деньгами и с необходимостью в титуле, поскольку сейчас за Куликовыми ничего нет, кроме титула. И спеси.
Козырев охотно рассказывал, что где можно купить в Гарашихе, а куда соваться не следует.
– Местный рынок я бы вам рекомендовал посетить, Петр, – разливался он соловьем. – Там можно весьма интересные вещи встретить. Как я понял, в средствах вы стеснены?
– Стеснен, – подтвердил я ничуть этого не стесняясь. – Поэтому в моих планах нет покупки еще одного костюма. Лишь осенней и зимней одежды.
И, возможно, зонта. Дождь не утихал, и это точно не последний в этом году.
– С зимней не торопитесь, через месяц выбор будет побольше.
– И цены поднимутся? – предположил я. – Честно говоря, я бы предпочел магазин с хорошими подержаными вещами. Есть такой в Гарашихе?
– Есть, как не быть. Как раз на местном рынке. Там есть отдел и с новыми вещами по невысоким ценам. Я вас рядом высажу. Но основные продажи у них идут как раз с подержаных.
– А заберете где?
– Около ресторации Сафонова на Центральной улице.
– Как она называется?
– Так и называется: «Ресторация Сафонова».
– Нет, я про улицу.
– Тоже так и называется: Центральная, – хмыкнул Козырев. – Не пропустите. От рынка она идет, так что не заблудитесь. Сам я к алхимику. Сколько времени займет, не знаю.
– Это вы с субстанцией из сортира к нему? – понял я.
– С ней, поганой. Наколупали в контейнер. Может, и сможет алхимик определить, что туда вылили. Если, конечно, захочет за это дело браться.
Мы уже подъезжали к Гарашихе, так что задавать вопросы я перестал и начал осматриваться.
Город был оживленным, но казался еще более провинциальным, чем Анниск, хотя размером был сопоставим или даже чуть больше. Лабиринта, разумеется, здесь не было, как и дирижабельной причальной башни. Последняя отсутствовала бы, даже если бы городок был побольше, – близость Зоны очень плохо отражается на летающем транспорте, и хорошо, если он просто медленно спланирует на землю, а не ткнется носом, угробив всех пассажиров. Самой Гарашихе поглощение не грозило, и здесь не было атмосферы постоянной напряженности, характерной для Дугарска. Здесь люди жили, а не выживали. Хотя нельзя сказать, что жили очень уж хорошо. Похоже, правду мне говорили, что местный князь три шкуры дерет с тех, кто живет на его земле.
Козырев, как и обещал, подвез меня к рынку. Хорошо, что распогодилось, и сверху уже ничего не лилось. Плохо, что снизу землю местами развезло до непролазной грязи. Около магазина, к которому меня отправил Козырев, были деревянные мостки. Наверное, для этого города это было признаком респектабельности. Как и большие витринные окна, в которых были выставлены образцы товара. Довольно приличные образцы.
Но туда я не пошел, отправился стричься. Нужное заведение находилось тоже рядом и сейчас пустовало. Скорее всего, из-за погоды, а не из-за убыточности заведения. Оно выглядело преуспевающим.
– Чего изволите, сударь? – тут же подскочил ко мне один из двух парикмахеров.
– Постричься и побриться, – бросил я.
– Проходите, присаживайтесь, сударь, все будет сделано в лучшем виде.
От дополнительных услуг (как-то: брызганье вонючим одеколоном и намазывание головы бриллиантином) я отказался, поэтому все удовольствие обошлось мне в пятьдесят копеек, и из зеркала на меня смотрел вполне приличный молодой человек. Удовлетворенный результатом, я даже гривенник чаевых оставил.
Представив, во что превратится мой костюм при прогулках в грязи, по рынку я решил не ходить. Да, артефакт дома грязь отчистит, но туда еще нужно добраться. Не хотелось бы ехать замурзанным пугалом рядом с аккуратным Козыревым. В конце концов, вряд ли я увижу здесь что-то такое, без чего не смогу обойтись. Разве что пройтись чуть позже, когда немного высохнет грязь? Надежда на это была: солнце пробивалось через тучи.
Я добрался до магазина, радуясь, что почти не испачкал брюки, открыл дверь, отчего звякнул висевший на ней колокольчик, зашел внутрь и осмотрелся.
Там действительно продавалась исключительно господская одежда и аксессуары. Что-то было поновее, что-то было уже прилично поношено. Были и совсем новые вещи, явно никем ранее не использовавшиеся. Магазин оказался довольно большим, и искать здесь что-то самостоятельно можно было долго, что в мои планы не входило.
– Могу ли я вам чем-то помочь, сударь? – подошел ко мне щеголеватый приказчик.
– Мне нужна верхняя одежда на осень. Есть у вас что-то на мою комплекцию? Желательно, не слишком дорогое.
– У нас слишком дорогого нет, сударь, – чуть снисходительно улыбнулся он. – У нас, по большей части, вещи не новые, но хорошие. И могут послужить еще очень и очень долго.
