Текст книги "Максимальный Апгрейд. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Илья Сапунов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 11

Даже самая положительная эмоция при многократном повторении поблекнет. Рутина, в принципе, способна смазать любые яркие впечатления.

Так же, как и сейчас.

Я непрерывно расширял Фиолетовую Лужу, но уже не испытывал такого восторга, как раньше.

Сколько силуэтов уже лопнуло от ударов дубинки? Сто, двести, тысяча? Я время от времени возвращался на дорогу, тратил не больше пяти минут на отдых и снова шёл в бой.

– Тебе обязательно уходить в туман? – спросила Оля. – Если тебе так нужно… Убивай силуэты у дороги, вон их сколько. – Она махнула рукой на плотную толпу.

– В том-то и дело, их тут слишком много. – Я криво улыбнулся.

Честно говоря, некоторое время назад я уже пытался подойти к плотным рядам, терпеливо выстроившимся вдоль обочины, но ослабление от них было настолько сильным, что даже моя прокачанная защита не справлялась.

Может быть, если бы я разбирался в артефакторике, я бы смог довести защитную экипировку до ума, но сейчас, во время Апгрейда, большая часть энергии буквально уходила в песок, заполняя пробелы в знаниях.

Между делом я улучшил ещё несколько камней, чтобы расширить нашу безопасную зону. И, как мне показалось, первые ряды безликих силуэтов даже чуть сдвинулись назад. Я же продолжал свои забеги, чтобы накопить достаточно энергии. Проблема была в том, что я не знал, сколько именно фиолетовой жидкости мне понадобится для Апгрейда. У меня было лишь приблизительное понимание. И, естественно, мне совсем не хотелось, чтобы во время улучшения энергия закончилась в самый ответственный момент.

Так что я продолжал своё методичное истребление в течение нескольких часов. Если переводить на время естественного восстановления, наверное, столько жидкости я смог бы накопить лишь за целый месяц.

И это только то, что нужно для базового улучшения глаз. Интуиция подсказывала, что задуманная мною трансформация была совсем не рядовой.

– Думаю, хватит. – После неизвестно какого по счёту забега я наконец уселся в центре круга.

– О, и что теперь? – Оля уже давным-давно успокоилась. Поначалу она ещё суетилась и с интересом наблюдала за мной, но спустя несколько часов однотипных действий даже её запал иссяк. Теперь она просто сидела в центре безопасного круга, играя в гляделки с безликими фигурами. И учитывая, что у фигур не было ни лица, ни глаз, определить победителя было «немного» затруднительно.

– Сейчас я отдохну. – Я сел по-турецки в центре круга рядом с девушкой. – А потом, самое главное, меня не отвлекай и не трогай. Ясно?

Оля кивнула. Если поначалу она ждала, что их вот-вот должны спасти, то спустя полдня уже смирилась с мыслью, что выбираться им придётся самостоятельно. Если бы Диана и Джонатан могли до них добраться, они бы уже давно были здесь. В конце концов, старый дворецкий был очень мощным Резонатором Пространства. И раз даже он не смог сюда попасть, значит, дело действительно плохо.

Худо-бедно восстановившись, я стал морально готовиться к трансформации. Не знаю, как это будет происходить, но, скорее всего, ощущения будут не из приятных. Трансформация глаз затронет ведь не только их. Это и нервы, и нейроны мозга, которые отвечают за преобразование электрических сигналов в видимую картинку.

Сложно. Слишком сложно. Возможно, я сильно погорячился, когда выбрал именно это улучшение первым. Не окажись мы в такой ситуации, я бы, наверное, начал с чего-нибудь попроще.

Спустя ещё пять минут, окончательно успокоившись, я понял, что откладывать больше нет смысла. Фиолетовой жидкости должно хватить. А в голове уже сформировалось чёткое понимание того, что мне требуется от Апгрейда. Самое главное, как ни странно, это сохранить внешний вид. Я не хочу после улучшения превратиться в какого-то монстра. Иногда Апгрейд слишком буквально выполняет мои пожелания. И с одной стороны это, конечно, хорошо, учитывая, что я получаю ровно то, что запросил, но с другой стороны, недостаток воображения ограничивает потенциальные бонусные фишки, а иногда могут вылезти и неочевидные недостатки.

Как, например, связка бананов, которую я улучшил вчера вечером перед сном. Очень редкий фрукт после Апгрейда получился невероятно вкусным. Но что неожиданно, когда я проснулся утром, оставшиеся на окне бананы испортились. Или скорее очень сильно перезрели. Вроде бы мелочь, но заставляет задуматься. Поэтому каждое улучшение желательно продумывать со всех сторон. Обнаружить недостаток в новых глазах после Апгрейда мне совсем не хочется, и так же не хочется получиться глаза какого-нибудь монстра, поэтому я старался максимально тщательно сформировать образ каждого необходимого аспекта улучшения.

Внешний вид был первым, а вторым был сам функционал. Естественно, я не хотел, чтобы глаза работали постоянно. Ведь если я буду видеть мир в новом спектре непрерывно, то могу и с ума сойти, перегрузив мозг. Так что особое зрение должно работать, только когда я направляю Эйдос себе в глаза. Причем чем больше энергии вливаю, тем мощнее должен получиться эффект. Но всё, естественно, в разумных пределах.

Без поддержки улучшенного ядра лучше не пытаться прыгнуть выше головы. Да и улучшать тело дальше стоит последовательно, одно улучшение за другим. И только когда в организме больше уже будет нечего улучшать, можно пойти по второму кругу. И добавить «мощности» тому же особому зрению. Но мне это пока не грозит.

Я закрыл глаза и потянулся к резервуару.

Апгрейд!

Большая Фиолетовая Лужа стала резко сокращаться, а в мои глаза словно ткнули раскалёнными металлическими спицами. Я изо всех сил сжал кулаки и зубы, чтобы не закричать. Нечего пугать Олю, а то ещё чего доброго запаникует и начнёт приводить меня в чувства. По щекам начнет хлестать, знаю я её методы. А мне сейчас нельзя отвлекаться.

Улучшение, которое обычно занимало не больше секунды, всё тянулось и тянулось. Глаза жгло. Боль достигла мозга, и я практически перестал соображать, что происходит вокруг. Я мог лишь терпеть. И да, я уже несколько раз успел пожалеть, что вообще решился на что-то настолько безумное.

…Чёрт, как же это больно.

Жидкость продолжала утекать. В какой-то момент с непрекращающейся болью я вдруг подумал, что энергии на улучшение может и не хватить. Но когда пруд опустел на восемь десятых, всё неожиданно закончилось, и боль моментально прошла. Я резко открыл глаза… и зрение осталось точно таким же, как и было. Никаких изменений.

И это очень хорошо.

Значит, улучшение не повлияет на повседневную жизнь. А теперь самое интересное. Непонятно зачем, задержав дыхание, я усилием мысли направил к глазам немного Эйдоса. В глазах сразу же защипало. Я несколько раз моргнул, и мир преобразился.

– Ничего себе. – Я не смог сдержать удивления.

– Что такое? – Оля снова ожила. – Твои конспирологические выкрутасы закончились наконец?

– Полагаю, что да.

Я с круглыми глазами огляделся по сторонам. Осознанно воспринимать то, что я вижу, было тяжело, ведь видел я много. Очень много. На обычный трёхмерный мир словно наложилась фантасмагоричная, полная линий и странных геометрических форм картина художника-импрессиониста.

Так вот он какой, мир Духовных Фракталов.

Хорошо, что я подумал об ограничениях заранее. Если бы мне пришлось воспринимать мир в таком виде постоянно, я бы точно с ума сошёл, как пить дать. Слишком уж всё дико. Стоит сконцентрировать взгляд на случайном предмете, как он тут же расцветает безумными красками. И словно цветок разворачивается сложным геометрическим концептом, который я не могу осмыслить.

– Почти закончил. Теперь только привыкать надо.

– Знал бы ты, как тупо это всё выглядит со стороны. – Блондинка хмыкнула. – Ты ходишь туда-сюда, потом хмуришься, пялишься в одну точку, потом снова убегаешь в туман, снова возвращаешься. И вот это вот всё.

Оля махнула рукой на тёмные дорожные камни и натянула футболку: – Ты какое-то зачарование сделал? Вообще не очень похоже. Артефакторы, конечно, многое могут, но как ты из воздуха воду получил, а потом ещё и превратил её в лекарство? Ты же не Резонатор воды. Ты вообще…

Я перебил её поток мыслей:

– Ты уверена, что тебе прямо здесь нужно это обязательно выяснить?

– Ладно. – Она недовольно скривилась. – Но я надеюсь, что ты мне хотя бы что-нибудь расскажешь после того, как мы выберемся. Я думаю, я заслужила право знать, раз уж ты хочешь, чтобы я собственную мать обманывала.

– Договорились. – Я кивнул. – Поговорим, когда окажемся в безопасности. А сейчас мне нужно потренироваться.

– И тренируешься ты, пялясь в пустоту? – девушка улыбнулась, но заметив мой недовольный взгляд, добавила. – Ой, ладно, ладно, всё. Уже и пошутить нельзя. Тренируйся.

А я наконец сосредоточился на деле. Тщательно контролируя количество Эйдоса, направленного к глазам и концентрируя внимание с воображением, я потихоньку привык к своему новому виду зрения. К счастью, визуальное безумие удалось слегка обуздать. В этом, кстати, помогла ещё одна мысленная установка, которую я держал в уме перед улучшением.

Я хотел, чтобы контроль улучшенными глазами работал на уровне инстинктов. Иначе было бы ужасно обидно, если бы после завершения Апгрейда я бы не смог понять, как пользоваться новой способностью.

Ведь люди могут месяцами осваивать новый навык. А уж всё, что касается нервной системы и мозга в целом… После травмы позвоночника можно многие недели заново учиться ходить, даже если до этого ты был профессиональным спортсменом.

К счастью, новое зрение стало буквально частью меня. Организм чувствовал себя хорошо и не испытывал дискомфорта.

На минимальном уровне восприятия психоделическое мельтешение сменилось довольно схематичной картинкой. По оттенкам лёгкой Ауры я мог определять насыщение предмета или живого организма Эйдосом. Если сконцентрируюсь чуть сильнее, передо мной тут же расцветёт мутная и трудноразличимая схема Духовного Фрактала. Как я понял, моих глаз пока недостаточно, чтобы рассмотреть его от и до. А еще мозг не способен обработать такую информацию. Всё же Духовный Фрактал – вещь нематериальная. И растёт, какая неожиданность, не в материальном мире. А воспринимать пространство в четырёх-пяти измерениях я вряд ли в ближайшее время смогу.

Но даже это уже большой плюс. Ведь, насколько я знаю, наблюдать Фракталы без особой продвинутой техники невозможно. Именно поэтому в артефакторике такой высокий порог вхождения. Если ты беден, где взять все эти сложные рабочие инструменты?

Поэтому же, кстати, мой отец так и не смог оправиться после того, как его фракция распалась. Насколько я знаю, он был неплохим артефактором и даже с треснувшим ядром не полностью потерял силу. Был бы у него доступ к его старой мастерской, нам бы, наверное, не пришлось жить так плохо. Но в Надежду-13 ему и маме пришлось переезжать практически с пустыми руками, так что заниматься привычным делом и накопить на поверхностное лечение ядра он так и не смог.

И вот теперь я совершенно непринуждённо научился видеть то, что раньше мог разглядеть лишь навороченный, зачарованный окуляр. Я посмотрел на бесчисленные тени вдоль дороги. В глазах неприятно защипало. Чёрт, тяжеловато и совершенно непонятно.

Да, в одном я убедился точно. Безликие фигуры совершенно точно не люди. Но это было и так ясно.

Но вот что конкретно они из себя представляют? Сложные, путанные энергетические сгустки внутри каждого из них были похожи на клубок перепутанной пряжи, бесформенный, неказистый и очень сложный для восприятия.

Я понял, что если визуальный образ становится слишком «шумным», это значит, что моих глаз не хватает, чтобы правильно разглядеть концепт явления. Может, оно и к лучшему, а то боюсь, моё излишнее любопытство может сыграть со мной злую шутку. Посмотрю на что-то, что окажется значительно выше меня по уровню и сожгу себе мозг от потока информации. Не стоит пытаться объять необъятное. Чувствую, взгляд на какую-нибудь Вуаль Безумия убил бы меня десять тысяч раз подряд.

Я встал и подошёл к туманной завесе. Кажется, понимаю. Долина между холмом и оборванной дорогой преобразилась. Я словно видел сложный лабиринт со множеством петель, тупиков и едва заметных проходов. По спине пробежали мурашки. Кажется, я буквально ходил по краю.

Кто бы ни придумал этот лабиринт, он вряд ли планировал позволять злоумышленникам безопасно возвращаться к исходной точке. Просто так вышло, что со временем или ещё по какой-либо другой причине начальная часть запутанного пространства замкнулась сама в себе, превратившись в петлю. Но если бы мне «повезло» и я случайно нашёл нужный поворот, то я бы смог пройти дальше и окончательно заблудился бы в пространственной ловушке без возможности выбраться обратно.

И да, между холмом и дорогой была вовсе не одна-единственная сотня метров. Даже по прямой это были бы километры. В лабиринте же, не зная карты, можно гулять вечно. И теней, конечно же, в долине было очень много. Правда, я видел их только во внешнем кольце. Что во внутренней мне уже было не видно. Но по идее, попасть туда они тоже так просто не могли. Ведь так?

– Ладно, пойдём. – Я взял Олю за руку, когда понял, что в ближайшее время ничего нового освоить не смогу.

– Что, уже хочешь сказать, теперь ты знаешь, как подняться к холму?

– Пока ещё не знаю. – Я мотнул головой. – Но во всяком случае у меня есть представление.

– Звучит не слишком обнадёживающе.

– Как есть. – Я хмыкнул.

Чтобы не страдать от бесконечных нападок теней, я решил захватить с собой один из тёмных булыжников. Будем надеяться, что сможем без труда найти дорогу. Оля взяла меня за руку, и мы вдвоём снова шагнули в туман. Но на этот раз всё было иначе.

– Что происходит? – Оля с недоумением шла за мной.

Вместо того чтобы идти по прямой, я как сумасшедший дёргал её из стороны в сторону. Мы то полностью останавливались, то резко бежали сначала влево, потом назад, потом снова топтались на месте, крутились, шагали туда-сюда. Со стороны могло даже показаться, что мы топчемся на месте, но на самом деле мы упорно двигались вперёд.

– Так надо, не отвлекай.

Ориентироваться в лабиринте было сложнее, чем я думал. Иногда я ошибался, застревая в какой-нибудь петле, а иногда мог подолгу стоять на одном месте, не понимая, куда же идти дальше. Туманные силуэты, к слову, нам почти перестали попадаться. Видимо, комбинация защитных предметов и тёмного камня привела к тому, что тени в лабиринте не могли нас почувствовать и, следовательно, окружить. О чём я отчасти немного жалел, ведь лишняя энергия мне точно не помешает. Если… Нет. Когда мы выберемся отсюда, неизвестно, где еще я снова смогу получить что-то настолько полезное.

– Мы точно не заблудились? – Спустя где-то два часа непрерывных блужданий девушка стала то и дело поглядывать на меня с беспокойством.

– Всё в порядке. Мы пару раз забрели не туда, из-за чего пришлось потерять где-то полчаса, но сейчас движемся в верном направлении.

– Ясно, тогда…

Однако девушка не успела закончить мысль, как я почувствовал, что пространство вокруг нас слегка вздрагивает.

– Что случилось? – Оля не видела того же, что видел я, но даже в её ограниченном состоянии она смогла заметить, как туман начал хаотично колебаться в воздухе.

– Пока всё в порядке. Просто пространство вокруг слабее, и поэтому… – Я невольно перевёл взгляд на булыжник в руке. – Кажется, я понял, что ты делаешь.

– Ты про камень?

– Ага. – Я кивнул. – Я всё гадал, в чём же его свойства, но, кажется, он не отталкивает эти силуэты, чем бы они ни были. Он просто создаёт зону нестабильного пространства, в котором тени не могут существовать.

– Но почему же тогда они смогли почти вплотную приблизиться к дороге?

– Не знаю. – Я пожал плечами. – Видимо, когда их много, они каким-то образом смогли стабилизировать окружение. А этот камень… – Я слегка подкинул булыжник в руке. – Помощнее будет. И пространственные флуктуации вокруг него так просто не подавить. Вот только впереди пространство ещё нестабильнее, и они…

– Конфликтуют? вроде как? – Оля угадала верно.

– Да. Можно сказать и так. Боюсь, если мы пойдём дальше с этой штукой, может случиться что-нибудь плохое.

– Например? – Оля боязливо покосилась на клубящийся туман вокруг.

– Окажешься в двух местах одновременно. Одна нога здесь, другая там.

Девушка побледнела.

– Не хотелось бы.

– Мне тоже. – Я вздохнул. – Придётся оставить его здесь.

Я не без сожаления бросил булыжник на землю. Честно говоря, я планировал прихватить его с собой, если получится вернуться… Да тьфу ты. Точнее, когда получится вернуться. Всё-таки интересный материал, но, видимо, не судьба.

Мы снова пошли вперёд, но уже без защиты от дорожного камня. И редкие тени, которые всё же как-то умудрились забраться столь далеко, снова стали нас ощущать. К счастью, дубинка в руке по-прежнему оставалась невероятно эффективной…

…Думал я.

Высокая тень под два с половиной метра ростом появилась прямо перед нами. И впервые за всё время блуждания по туману фигура зашевелилась. Бесформенная рука потянулась в сторону Оли. Я вновь почувствовал нарастающую слабость. Недолго думая, я ударил дубинкой тень по руке. Но туманная масса лишь слабо колыхнулась и продолжила движение.

В тот же момент ослепительный луч прошил насквозь грудь высокой тени, и та с противным бульканьем разлетелась на лоскуты тумана.

– Я выстрелила инстинктивно. – Оля неловко отвела взгляд. – Прости.

– Нет, ты всё правильно сделала. – Я вздохнул. – Дубинка на неё почти не подействовала. Давай поторопимся. Не хотелось бы наткнуться на других таких же.

Впервые я почувствовал срочность. Несколько однотипных часов блуждания с одинаковыми врагами и одинаковыми паттернами поведения расслабили меня. Я думал, что лабиринт ничем не сможет нас удивить. Но если здесь бродят такие твари, и если у них даже есть какой-то минимальный зачаток интеллекта…

Я невольно посмотрел на дубинку и сразу же пожалел, что решил её не улучшать.

Но, во-первых, улучшение было очень дорогим. Может быть, пришлось бы выложить столько же, сколько я потратил на улучшение глаз. Ведь дубинка была навороченной. А во вторых, как сказала Оля, в моих руках она сейчас и так показывает лишь часть своих возможностей, ведь мне не хватает Эйдоса для её эффективного использования. Чтобы улучшить такую сложную структуру наобум, потребуется, наверное, условные сотни литров жидкости для улучшения.

Мы перешли на быстрый шаг. Перед нами по-прежнему продолжали появляться тени, но, к счастью, обычные, а не гигантские. Я чувствовал, что мы приближаемся к выходу.

А потом перед нами появилась ещё одна огромная бесформенная фигура.

– Стреляй!

Я не стал пытаться одолеть её в ближнем бою, пока в пистолете есть патроны. Ещё один особенно удачный выстрел снёс гигантской тени половину туловища. Но мы даже не остановились и перешли на бег. Я очень боялся ошибиться и выбрать не тот поворот, но в то же время отчётливо понимал, что у нас осталось всего два патрона. Никто не знает, чем закончится столкновение, если мне придётся броситься на такую тень в рукопашную.

В какой-то момент пространство снова стало стабильнее, но это меня совсем не обрадовало. Ведь вместе с этим увеличилось и количество теней вокруг. Я снова отмахивался от туманных фигур, размахивая дубинкой во все стороны. К счастью, на силуэты обычного размера защитные артефакты действовали очень хорошо.

Но спустя ещё несколько минут перед нами возник очередной гигант. Оля больше не дожидалась подтверждения и сразу же выстрелила в него.

– Последний патрон остался… Мы скоро выберемся?

– Если бы я знал… – Я сжал зубы.

Мы продолжали как припадочные нестись вперёд, хотя повторюсь, движением вперёд это можно было называть лишь условно. И вот случилось то, чего мы оба боялись. Перед нами возник очередной гигант, и Оле пришлось потратить последний пятый выстрел. А я даже не мог остановиться, чтобы рассмотреть пустой пистолет и попробовать как-нибудь восстановить заряды с помощью Апгрейда. Ведь мне приходилось непрерывно отбиваться от напиравших силуэтов поменьше.

– Максим! – Девушка громко закричала.

И мне даже поворачиваться было не нужно, чтобы понять, что происходит. Позади нас появилось ещё две огромные тени. И я, закинув Олю на плечо, изо всех сил рванул вперёд, наплевав на безопасность.

Истощение снова ударило по нам обоим, как будто нашей защиты и не было. Некоторые тени умудрялись задеть меня то плечом, то своей бесформенной конечностью, и в месте касания я ощущал жгучий, просто невыносимый холод. Кажется, позади появилось ещё несколько гигантских теней.

– Максим… – Голос девушки был необычайно слабым.

Я давно уже сжал Ауру практически до предела, оставляя лишь небольшой крохотный кокон, чтобы Оля тоже получила столь необходимое ей усиление.

– Да чтоб вам всем пусто было!

Я не собирался умирать.

Только не сейчас, только не после того, как успел проделать такой путь.

Моя скорость превзошла человеческие пределы. Глаза нещадно болели, и я выбирал развилку за развилкой, не размышляя ни секунды. По бокам от нас появилось ещё две гигантские тени. Кажется, у нас на хвосте сидит уже целый десяток. Если я остановлюсь, это будет практически мгновенная смерть.

Из всех сил, уже почти теряя сознание, я прыгнул вперёд.

…И лабиринт наконец выплюнул нас наружу, оставляя позади туманных преследователей.

Я вывалился на узкую тропинку, уходящую наверх, и, запутавшись в ногах, вместе с Олей, повалился на землю. Но вместо того чтобы потерять сознание, я трясущимися руками вытащил бутылку с лекарственным эликсиром из кармана и, не считаясь с тратами, улучшил жидкость ещё раз. Тоник окрасился в драгоценный сапфировый цвет.

С трудом открутив крышку, я сделал большой глоток и перевернул на спину бессознательную девушку.

– Оля, очнись.

Блондинка не реагировала.

– Мы уже выбрались, не смей мне тут подыхать.

Я торопливо разжал её челюсть пальцами и влил немного жидкости девушке в рот. В то же время в моём животе снова вспыхнуло живительное солнце. Эффект в этот раз ощущался намного сильнее. Холод в конечностях и слабость в теле стали быстро отступать. Моё состояние стабилизировалось, и я всё же не свалился в обморок.

…Но Оля всё ещё не приходила в себя.

Я влил ей в рот ещё немного жидкости.

– Ну давай же, действуй.

И почему среди целой кучи бесполезной информации архива не оказалось навыков оказания первой помощи?

Внезапно Оля дёрнулась всем телом и сильно закашлялась.

– Как же ты меня напугала. – Я приподнял её, развернул на бок и слегка похлопал по спине. – Всё хорошо, всё в порядке. Мы выбрались. Выбрались…

– Выбрались… – Голос девушки был больше похож на комариный писк.

– Вот, выпей ещё. – Я протянул ей бутылку с эликсиром.

Откашлявшись, Оля сделала большой глоток, и через десять секунд буквально на моих глазах стала возвращаться к жизни.

– Это какой-то трэш. – Когда угроза жизни миновала, она завалилась на спину. – Я думала, я реально подохну.

– У меня тоже была такая мыслишка. – Я горько засмеялся.

Я посмотрел на туманную долину, которую мы смогли преодолеть только чудом. С появлением гигантов планы задержаться здесь на какое-то время и бесконтрольно накапливать энергию улучшения улетели в трубу. Хотя в теории я мог, конечно, попытаться улучшить защиту и снова рискнуть, и сунуться назад, но…

Нет. Это ужасная идея.

Ведь с этой стороны нет никакой петли. Залезу в туман и могу не выбраться вовремя, если меня окружат эти гиганты. Мне даже десять браслетов не поможет.

– Значит, мы добрались до холма? – Отдышавшись, Оля нарушила тишину и посмотрела наверх.

– Кажется, да.

Я проследил за её взглядом. Холм был не слишком большим, и каменная тропинка вела вверх ещё где-то на двести метров. Но вот маяк… Как же я заблуждался. Его высота была не тридцать и не сто метров. Возможно, он был намного выше. Но насколько, я не мог сказать точно. Ведь отсюда, снизу, его вершина скрывалась за сильно искривленным пространством.

– Надеюсь, ты прав, и внутри безопасно.

– Честно говоря, я и сам уже не уверен. – Я невесело ухмыльнулся.

– Вот же ж, блин… – Кряхтя, словно столетняя старушка, Оля приподнялась на локтях и села. – У нас ведь нет выбора, да?

– Назад мы точно не полезем. Это смерть. – Я слабо кивнул.

– Надеюсь, Джонатан перебьёт всех придурков, из-за которых мы здесь очутились. – Оля со злостью сжала зубы и погрозила кулаком неведомому недоброжелателю. – Вот выберусь… Кстати, раз здесь тумана нет, это, наверное, всё-таки хороший знак?

– Надеюсь, что хороший. – Я прищурился. – Ладно, давай отдыхать. Соберёмся с силами и наверх. Как говорится, сколько верёвочке ни виться…