Текст книги "Максимальный Апгрейд. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Илья Сапунов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Что подумают монстры, когда на их давным-давно завоёванную территорию вновь сунутся люди? Куда они обратят свой взгляд?

Из другого секретного отчёта я узнал, что идеи встревоженного за судьбу цивилизации профессора давным-давно не новость в корпоративных кругах. Все прекрасно знают о том, как реагируют Лорды на рейды людей. Но именно поэтому, как оказалось, наземные крепости и строят на отшибе. Опять-таки, допустимые потери, чтоб их. Даже если однажды местные Лорды решат, что с них хватит, и захотят уничтожить оплот людей, их ярость падёт лишь на ближайшие к наземным крепостям города.

А о Надежде-1 ходит немало тревожных слухов.

Говорят, в городе теперь обитает целое гнездо Искажённых Ужасов. Если снова откопать старые туннели и проложить маршрут к этому городу, кто знает, что из него полезет. Уже неважно будет, отобьют ли сам город или нет, ведь помимо Надежды-1 в окружающих её туннелях обитает не меньше нечисти. Куда она денется?

…Разумеется, отправится захватывать новый ареал обитания.

А если в Первой Надежде есть какой-нибудь Искажённый Лорд? Не факт, что объединённая экспедиция пойдёт на большие жертвы, чтобы уничтожить его. Есть риск, что кампанию быстренько свернут и корпораты отступят, раструбив при этом всему миру, что цель выполнена. А Искажённые Лорды, хоть и сошли с ума, всё ещё чрезвычайно умны.

Избежит ли Надежда-13 гнева такого существа?

Наконец, вишенкой на торте для меня стал последний отчёт, который развеял ещё одну тайну. Узнав об Эгосе, я никак не мог понять почему корпорации допускают столь массовую гибель людей. Ведь даже если власть имущие не слишком считаются с жизнями простых людей, разве им невыгодно оставлять их в живых, чтобы те и дальше генерировали силу веры?

Как оказалось, математика опровергала и это утверждение.

Эгос – это не совсем сила веры. Скорее, это чистая эмоция, материализованная идея, у которой есть конкретный источник и конкретная цель. Глубокое восхищение генерирует Эгос, но и глубокая ненависть – тоже. И зачастую негативные эмоции в некоторых случаях могут выдавать даже больший КПД. Гибель города принесёт убытки на дистанции, но в краткосрочной перспективе она очень даже выгодна.

…По сути, таким образом корпорации практикуют современный и извращенный вид массового жертвоприношения.

Кратковременный всплеск эмоций во время гибели целого города настолько же эффективен, как и целое десятилетие его спокойного развития.

Стоит ли оно того?

На первый взгляд – нет, ведь город может генерировать Эгос десятилетиями. Зачем убивать курицу, которая исправно несёт тебе золотые яйца?

Вот только, к сожалению, когда речь заходит о социуме, в силу вступают и другие факторы. Гибель города сказывается не только на его жителях. Жители других городов, узнав о катастрофе, тоже начинают генерировать больше Эгоса. Пропагандистская машина раскручивается с удвоенной силой, личные армии корпораций пополняются перспективными новобранцами, а благодарные резиденты далёких от опасности мегаполисов ещё активнее молятся вездесущим корпоративным «идолам». Итоговая выгода от такой жертвы становится просто ошеломляющей.

Конечно, корпорации не станут массово сдавать города, ведь это разрушит экономику. Да и добиться можно прямо противоположного эффекта: люди подумают, что корпораты слишком слабы, раз теряют один город за другим. Поэтому такая трагедия не должна случаться часто. Но время от времени в разных регионах Анклава местные лидеры всё же забывают о вражде и объединяются, чтобы «пристрелить старую собаку». И другие компании, даже если у них в этом городе есть свои активы, ничего не могут им противопоставить.

Таковы негласные правила.

Так, например, будет с «Вектор-Сервисом» или с тем же «Филатов-Строительством». Филатовы крайне неудачно влезли на чужую территорию, и, видимо, Олины дядюшки сейчас вдвойне бесятся, осознавая, что могут потерять свои ценные активы. Другой же явной жертвой очевидно выступает «Гелиос». Анклав, хоть формально и состоит из так называемых свободных городов, на деле поделён на негласные регионы. Как правило, схема работает следующим образом: один город Второй линии контролирует несколько городов Первой. Но не все корпорации, как Семь Столпов, могут единолично управлять целым городом во Второй линии. Поэтому некоторые из них объединяются, образуя шаткие альянсы, чтобы удержать влияние и не допустить вторжения конкурентов на собственные рынки.

Эти десять корпораций из списка, по сути, и контролировали регион, в котором находилась Надежда-13. В этих краях их слово было практически непреложным законом. Кто сможет воспротивиться решению местных гегемонов, если они решили избавиться от невыгодного актива?

Так или иначе, судьба Надежды-13 предопределена.

Жителей Нижнего города, скорее всего, вынудят переехать, а жителям Верхнего города повезёт, если они хотя бы скорое вторжение монстров смогут пережить.

Да, бесспорно, такие жестокие решения никогда не бывают спонтанными. Ведь убытки от потери целого города всё равно будут огромными. Но когда статистика и отчеты аналитиков начинают вырисовывать нужные цифры, корпорации без особых сожалений вырезают больной орган.

В случае Надежды-13 последней соломинкой, переломившей спину верблюду, стал сам «Гелиос». Тот факт, что компания использовала Надежду-13 в качестве своего временного штаба, стал решающим фактором, из-за которого голосование по судьбе города закончилось так, как закончилось. Ведь именно «Гелиос» наступал этой десятке на пятки, давил на больные мозоли своим стремительным ростом. Если рост корпорации Дианы замедлится, это будет им на руку.

Но я не мог винить блондинку, хотя мне и хотелось найти хоть какую-то цель для своего гнева. То, что я узнал этим вечером, кардинально перевернуло моё отношение к корпорациям. И если раньше я считал их просто жадными, но относительно равнодушными машинами по зарабатыванию денег, то теперь…

Что же касается того, почему я вообще получил доступ к этой шокирующей информации, так это потому, что Диана и её дочь были вынуждены принимать активное участие в этом фарсе. Как бы корпоратка ни пыталась вести независимую игру, до реального Восьмого Столпа ей было ещё далеко. И вражда враждой, но если местные корольки решат, наплевав на все правила, уничтожить «Гелиос» грубой силой, тот не выстоит. Поэтому Диана должна была играть по их правилам.

А это значит, что пока она часть местной группировки, Оля тоже будет светить лицом. Отряд «Гелиоса» так же будет участвовать в сдерживании прилива, и Оля будет им руководить как наследница. А значит, я в свою очередь буду её прикрывать и должен сделать всё для того, чтобы она выжила. Ведь в пылу сражения случиться может всякое. А врагов у компании хватает. Та же основная ветвь Филатовых, к примеру.

А когда с вторжением будет покончено, Оля и её отряд в числе экспедиционных сил отправятся штурмовать Надежду-1. И, конечно же, я тоже отправлюсь вместе с ней, чтобы защитить от верной смерти молодую девушку, которая всего лишь хотела петь песни.

…Этой ночью я так и не смог заснуть.

Я не беспокоился о жизни семьи – уверен, что у Дианы всё схвачено. Если город действительно падёт, она перевезёт своих людей в безопасное место. Но смогу ли я спокойно наблюдать за неизбежной катастрофой, прекрасно осознавая, что этого можно было избежать?

Утром мне всё же удалось провалиться в сон на пару часов. Но после я проснулся по будильнику и продолжил новый день в привычном ритме: прием биодобавок, тренировка…

Джонатан видел моё состояние и прекрасно понимал, почему я настолько не в духе. Поэтому старик ничего не говорил. Лишь молча перемести меня домой, после короткого, но очень интенсивно спарринга, от которого мне, к слову, немного полегчало.

…Удалось частично выплеснуть эмоции.

Для вечернего мероприятия ко мне в дом прислали роскошный черный смокинг, идеально подогнанный по фигуре. И, возможно, ещё пару дней назад я бы отнёсся к костюму с интересом, но сейчас у меня не было настроения восторгаться качеством одежды. Да, возможно, он стоит дороже, чем вся компенсация, которую я получил от «Вектор-Сервиса», но что с того?

Однако ближе к вечеру мне всё же удалось взять себя в руки, и глубокая хандра с апатией отступили. Я внезапно подумал, что гибель Надежды-13 ещё не высечена в камне. Да, её уже списали со счетов, но это не значит, что компании будут целенаправленно разрушать город. В конце концов, во главе угла всегда остаётся прибыль. Если город выстоит, он продолжит существовать. И даже кампания по освобождению Надежды-1 – не обязательный приговор.

Разве я не привык в последние дни к непрерывным чудесам? В будущем мне нужно будет сотворить ещё одно. Всего-то: не допустить гибели Оли и поспособствовать уничтожению всех искажённых монстров в Надежде-1.

Легкотня.

А, ну да, ещё обязательно нужно отметелить этих ублюдочных наследников. Раз я пока не могу добраться до главных виновников, то можно хотя бы отыграться на их детишках. Всё равно «Гелиос» с этими компаниями на ножах. Раз уж Диана прикрывается мной как щитом для дочери, я тоже могу прикрыться «Гелиосом» для своей маленькой личной вендетты. Если экспедиция в Надежду-1 состоится, нужно будет придумать что-нибудь, чтобы назад вернулись не все.

С этими мыслями я надел свой костюм, привел себя в порядок и отправился встречать Олю. Как и ожидалось, девушка была в очень скверном расположении духа. Но, увидев меня, она всё же слегка кивнула:

– Привет. Вижу, тебе тоже приходится участвовать в этом цирке.

Оля была одета в роскошное серебристое вечернее платье и, несмотря на скверное настроение, выглядела всё так же потрясающе.

К парадному входу подкатил представительский автомобиль чёрного цвета. Так как я так и не удосужился почитать про современные элитные марки, я не знал, как называлась эта машина, но её внешний вид прямо-таки кричал о сумасшедшей цене.

Когда незнакомый водитель открыл для нас заднюю дверь, я с удивлением спросил:

– А где Джонатан? И разве твоя мама не должна тоже присутствовать на вечере?

– Они поедут отдельно. Так надо, – отозвалась девушка. – Сначала прибывает молодёжь, а старшие собираются позже.

– Ясно.

Без лишних предисловий автомобиль отправился в путь. Глядя на хмурую девушку, я почувствовал, как узел в моём сердце окончательно развязался.

Да, действительно.

В этой безвыходной ситуации я на самом деле не один. Диана ни за что не допустит, чтобы её дочь пострадала. И «Гелиос» так просто не сдастся и не откажется от Надежды-13. Вне зависимости от мотивов руководства, компания будет бороться за свои активы. А с её поддержкой ещё не всё потеряно.

– Что-то ты совсем нос повесила, – я первым нарушил неловкое молчание.

– А ты что, за эти дни успел диплом психолога получить? – фыркнула Оля.

– Вовсе нет, – я улыбнулся. – Просто, знаешь, мне казалось, что хандрить – это не в твоём характере.

– Много ты знаешь о моём характере, – девушка бросила на меня косой раздражённый взгляд. – Мы знакомы всего несколько дней.

– Это правда, – я кивнул. – Несколько дней. Но мне всё же кажется, что я знаю тебя чуть лучше. Я ведь послушал твои песни.

– И что с того?

– Ну, некоторые из них кое-что говорят о тебе. Мне вот особенно запомнилась одна из прошлого альбома.

– Да? И какая же?

Хотя Оля и пыталась казаться равнодушной, я всё же верно рассудил: разговоры о её творчестве быстро пробуждали интерес.

– Про синего кита.

– Она тебе действительно понравилась? – Девушка посмотрела на меня немного нерешительно. – Вообще-то людям она не слишком зашла.

– Да мне как-то всё равно, зашла или нет. Мне кажется, ты её от души пела.

– Тебе всё равно, а мне нет. Если песни не слушают, какой смысл их писать?

И хотя девушка по-прежнему пыталась казаться сердитой, первоначальный лёд в её голосе начал таять.

– Не знаю, но, мне кажется, смысл есть всегда. Разве ты не пишешь песни не только для людей, но и для себя? Послушаем?

– Что, прямо сейчас? – Оля с недоумением посмотрела на меня.

– Ну да, почему нет? Всё равно до центра ещё ехать и ехать.

– Ты предлагаешь мне слушать собственную песню? – Оля уставилась прямо на меня. – Ты хоть представляешь, сколько раз я её за всё это время слышала?

– Ну ничего, от ещё одного раза от тебя не убудет. Да и я с удовольствием послушаю. Что, не хочешь порадовать поклонника?

– Ну, раз уж ты настаиваешь…

Оля хмыкнула, но невольно улыбнулась, сама того не замечая. Небрежно коснувшись экрана, расположенного в спинке сиденья перед ней, она нашла нужную песню и нажала «плей».

Из динамиков тут же полился мелодичный проигрыш, а затем по салону разнёсся её чистый голос:

Плыл по небу синий кит

Облака сминая

Он не знал, что для китов

Дом – лишь гладь морская

Над китом смеялись все

Звали вниз спуститься

Ну дела! – кричали – Кит!

Ты совсем не птица!

…Сразу за первым куплетом последовал энергичный припев:

Синий кит вперед летит!

И где-то впереди

Много встретишь чудаков

Ты на своем пути!

Синий кит вперед летит!

Знает он секрет

В погоне за мечтой

Забудь про слово нет!

…После припева пошло бодрое музыкальное соло на флейте, и я заметил, что хмурые брови Оли сами по себе разглаживаются. А когда в салоне зазвучал второй куплет, девушка и вовсе прикрыла глаза, тихо подпевая:

Кит не слушал никого

Плыл себе степенно

Отдаляясь от земли

Медленно но верно…

Думал кит зачем мне вниз?

Мне и так прекрасно.

Солнце, небо, облака,

ночью месяц ясный…'

…Снова раздался бодрый припев, и Оля стала подпевать уже смелее:

Синий кит вперед летит!

И где-то впереди

Много встретишь чудаков

Ты на своем пути!

Синий кит вперед летит!

Знает он секрет

В погоне за мечтой

Забудь про слово нет!

…После него последовал еще один куплет и Оля уже пела в голос:

Крикнул Аист «Что за чушь!»

Смотрит взглядом сложным

«По науке» говорит

"Это невозможно!

Кит ответил: Что с того?

Если не пытаться

Даже аист не поймет

в небо как подняться!

…После куплета пошел еще один музыкальные проигрыш, во время которого Оля начала во всю покачивать в такт музыке головой. Но затем она резко открыла глаза и посмотрела на меня:

– Подпевай!

…И я, ощущая как на душе становится легче, тоже запел вместе с ней:

Синий кит вперед летит!

И где-то впереди

Много встретишь чудаков

Ты на своем пути!

Синий кит вперед летит!

Знает он секрет

В погоне за мечтой

Забудь про слово нет!

…С последним музыкальным проигрышем песня закончилась и мои губы невольно растянулись в широкой улыбке. Действительно. Пусть другие говорят «нет». А уж я точно сдаваться не собираюсь. Мы еще поборемся.

* * *

Прим. Автора: ссылка на «Синий Кит» в исполнении ИИ:

https://suno.com/s/yK0RoZbo1wjlo7e4

Глава 18

Не знаю, если честно, что конкретно я ожидал, но подъехали мы в итоге к дорогому пятизвёздочному отелю.

– Разве ты не говорила, что приём устраивают в мэрии? – высунувшись из окна, я с недоумением покосился на Олю.

– Ну а это городская собственность. Отель администрации принадлежит. Специально для таких случаев и построен, чтобы важные гости могли остановиться.

– Понятно.

Я кивнул, хотя на самом деле мало что понял. Условности этого «высшего» света порой вводили меня в конкретный ступор. Решил не забивать себе этим голову и осмотрелся.

От моего взгляда не укрылось то, что вокруг здания крутилась целая куча людей в костюмах. Судя по всему, из охраны. Наверное, необходимость обеспечить безопасность такому количеству «випов» – это сущий кошмар.

И вообще, мне вдруг стало интересно, как администрация должна реагировать на то, что по решению группы корпоратов их город может быть уничтожен. Вряд ли чиновничий аппарат этому обрадуется.

Ведь скажем так, политическая система в Анклаве была довольно специфической. Хотя формально в Союзе Городов и существовала центральная администрация, её власть была ближе к номинальной. А на местах полномочий у чиновников порой было ещё меньше. Правда был один парадокс. Если госслужащий пойдёт на поклон к большим шишкам из бизнеса, он сможет получить немного больше свободы, и ему будут втыкать гораздо меньше палок в колёса. Вот только у такого решения будут и другие далекоидущие последствия.

Всё потому, что политики и корпораты друг друга не слишком любили. И если какого-нибудь местного лидера уличат в конкретных связях с корпорациями, его дальнейший карьерный рост будет под большим вопросом. Ведь администрация Анклава тоже была своеобразной «корпорацией», постепенно, помаленьку отвоёвывая себе всё больше и больше влияния. И хотя до прямого столкновения с капиталом им было ещё далеко, некоторые локальные решения они всё чаще проталкивали самостоятельно. Конечно, корпорациям, растущая власть чиновников не нравилась.

Ну и да, в вопросе, когда на кону стоит аж уничтожение целого города, стороны вряд ли смогут договориться.

…Так что вот и ещё один невольный союзник.

Автомобиль остановился, и мы вышли к парадному входу. Затем медленно и неторопливо прошли в роскошный холл отеля. У входа Олю сразу же окружило несколько сотрудников и сотрудниц, которые с широкими подобострастными улыбками начали со всех сторон обхаживать девушку и спрашивать о её пожеланиях. А после, когда убедились, что ей ничего не нужно, попросили следовать за ними. На меня, что логично, никто внимания не обращал. Впрочем, я этому был только рад.

Зал для торжественных мероприятий был здесь же, на первом этаже, поэтому нам не пришлось далеко идти. Между делом я активировал духовное зрение и огляделся. Правда, от обилия всевозможных геометрических узоров у меня тут же закружилась голова. Кажется, защита в этом месте на высшем уровне. Артефакты были повсюду: в стенах, в лампах, под полом. Наверное, задумай организаторы что-нибудь недоброе – никому из присутствующих не поздоровится. И если даже в отеле под управлением местной организации такая защита, боюсь представить, как же защищены «крепости» корпоратов во второй линии или столичные резиденции Семи Столпов.

На заметку: когда вернёмся, надо будет посмотреть на то, как со стороны выглядит хозяйский особняк. Судя по всему, там тоже должно быть повсюду напичкана целая куча защитных артефактов.

Зал для торжественных мероприятий ожидаемо поражал размахом. Опять же, мне трудно было судить, ведь ещё совсем недавно я и на пушечный выстрел не мог подойти к подобным местам. Но даже беглого осмотра и моего непрофессионального взгляда было достаточно, чтобы понять, что в обстановку зала было вложено немало денег.

Огромное количество светильников заполняло пространство мягким ненавязчивым светом. При этом ни один из светильников не слепил глаза и не привлекал лишнего внимания. Потолочные софиты и прожекторы давали ровно столько света, чтобы зал казался максимально сочным и объёмным.

Второй важной деталью были звуки. В зале были высокие, около восьми метров, потолки и полно людей, но ни эха, ни, наоборот, излишней глухости голосов в зале я не слышал. Скрытые в стенах гасители звука работали так тонко, что я даже сначала и не понял, в чём дело, и лишь потом осознал, что я прекрасно различаю и лёгкую расслабляющую фоновую музыку, и звон бокалов, и голоса людей, заполнявших зал. При этом всё это многообразие не сливалось в какую-то неудобоваримую какофонию.

Всё остальное, ожидаемо, тоже было на высоте: приятный запах какого-то лёгкого парфюма, комфортная температура, фуршетные столы у одной из стен, аккуратные столики у другой, выделенная светом зона для танцев и небольшая сцена с экраном на всю стену. Опять же, не знаю, чего я ожидал, но наше появление, к счастью, никто не объявлял, поэтому мы вошли в банкетный зал без лишнего шума. И всё же почти сразу на нас сосредоточились сразу десятки внимательных взглядов. Участники недавней гонки присутствовали в зале чуть ли не в полном составе, но хватало и других незнакомых лиц. Зал был под завязку забит молодёжью в дорогих костюмах и вечерних платьях.

Однако атмосфера в помещении царила своеобразная. Не знаю, как правильно описать, но среди этих надменных взглядов и высоко задранных подбородков я не ощущал лёгкости или чего-то вроде энергии молодости. Наоборот, повсюду царила какая-то мрачная торжественность. И хотя большинство молодых людей то и дело шутило и о чём-то оживлённо переговаривалось друг с другом, в их глазах не было той же расслабленности.

Впрочем, это понятно. Хотя формально десять корпораций и сотрудничают, сила собранного Эгоса хоть и эфемерная, но вполне конечная. Может так сложиться, что в будущей защите города взгляд объективов сможет украсть кто-то один. Как и все сливки от внимания общественности. Поэтому вряд ли между этими людьми может существовать настоящая дружба. Как говорится, не существует вечных союзов, только вечные интересы.

Пока мы с Олей под руку спокойно шли по залу, я успел заметить, что некоторые знакомые лица из тех, что присутствовали на гонке, даже спустя все эти дни по-прежнему выглядят неважно.

Участников объединяла общая бледность. Как ни крути, но, видимо, компенсировать ослабление арены в Зеркальном Кубе для большинства не так-то просто, даже если твои родители и владеют внушительным банковским счётом с кучей нулей. Но помимо пострадавших я успел заметить и очевидных победителей.

Первой на глаза попалась рыжеволосая Леона, которая, к слову, нас тоже заметила, и с бокалом шампанского неторопливо направлялась в нашу сторону в сопровождении группы молодых парней и девушек. И выглядела она более чем свежо. Судя по всему, она точно оказалась в тройке победителей.

Две девушки отчетливо видели друг друга, но ни одна из них не ускорила шаг. Обе неспешно двигались в своем темпе.

Я же в очередной раз поразился, как быстро Оля умеет переключаться. Переход от расслабленной девчонки, напевавшей песни в дороге, к бизнес-львице был очень выразительным.

– Сидни, детка, ты наконец-то здесь.

Когда расстояние между девушками сократилось до метра, они обе одновременно остановились. Леона с яркой улыбкой поздоровалась первой. Оля равнодушно кивнула.

– Шампанское? – Леона слегка качнула своим бокалом.

– Нет настроения, – блондинка посмотрела на официанта с подносом, следовавшего за рыжей по пятам. – А ты бы завязывала, иначе рано или поздно станешь алкоголичкой.

– Ты же меня знаешь. – Леона, казалось, пропустила шпильку Оли мимо ушей. – Моё чувство вкуса – это одновременно и дар, и проклятие. Малейшее несовершенство, и я сразу это почувствую. А местные бренды – это… – Она пренебрежительно скривилась.

– Да я помню, помои. Так и оставалась бы внизу. Зачем сюда тащиться? – Оля фыркнула.

– И отказаться от встречи с моей любимой подругой? – Леона сладко улыбнулась. – Ну уж нет, милая. Ты от меня так просто не отделаешься. Да и если помнишь, я же говорила про семейные дела. Теперь-то ты в курсе? – рыжая заговорщически подмигнула. – А ты, кстати, хорошо выглядишь.

– Что, расстроилась? Что я не попала в вашу жалкую ловушку? – Оля кинула презрительный взгляд на банкетный зал. – Такие могущественные и богатые Резонаторы устроили целый заговор против одной меня.

– Ну что ты, милая, – Леона легонько рассмеялась и мне показалось, что её смех был похож на нежный переливающийся звук серебряных колокольчиков. – Ты же знаешь, я бы ни за что не позволила тебе пострадать.

– Какая же ты отвратительная! – Но блондинка внезапно вспылила. – Всегда, сколько тебя помню, твердила, что ты ненавидишь лицемеров. Но в итоге стала самой большой лицемеркой из всех.

И почти сразу же после вспышки гнева Оля тут же взяла себя в руки и, потеряв интерес к разговору, потянула меня за рукав.

– Ещё увидимся, Оленька, – Леона спокойно помахала нам вслед рукой и направилась в противоположную сторону.

– У вас необычные отношения, – я заговорил не сразу, лишь когда мы нашли укромный уголок в глубине зала, подальше от любопытных ушей.

– Это долгая история. Может, и расскажу потом как-нибудь поподробнее, но сейчас особого настроения нет. Скажу только, что раньше мы были настоящими подругами, но потом она попыталась меня убить.

– Это… Звучит не очень. – Я невольно покосился на рыжеволосую девушку вдалеке. – Как же до этого дошло?

– В бизнесе нет места личным чувствам, – Оля пожала плечами. – Против приказов семьи никто из этих мелких ублюдков не пойдёт. А значит, как бы они ни улыбались тебе в лицо, если так того будут требовать обстоятельства, любой из них без сомнений воткнёт тебе нож в спину.

– И с чего твоя мама решила, что тебе нужна поддержка? По-моему, ты и сама неплохо разбираешься. – я невольно покачал головой.

– Мама не хочет допустить даже малейшей неопределенности, – блондинка вздохнула. – Но я её понимаю. Когда я вижу ту же Леону, мне трудно вести себя рационально. Совершенная сучка…

– Не понял?

– Это её дар. Дар Резонанса. Совершенство.

– Что за странный дар такой? Никогда не слышал.

– Об этом даре никто никогда раньше не слышал. Она одна такая уникальная.

– И в чём же проявляется этот дар?

– Попробуй догадаться из названия, – Оля хмыкнула.

– Ты хочешь, чтобы я гадал? – я с раздражением закатил глаза.

– Я же говорю – совершенство. Она совершенная. Любой навык, который она захочет освоить, в короткие сроки будет ею освоен. Её дар Резонанса – как если бы у тебя был талант во всём. Вот вообще во всём.

– Не может же быть, что это настолько преувеличено как ты говоришь? – я немного нерешительно еще раз украдкой посмотрел на Леону.

– Не может быть? В восемь лет она со скуки выучила тридцать языков. Хотя в наше время большинство из них уже мертвые. В десять в совершенстве освоила все классические музыкальные инструменты. К тринадцати получила статус мастера в десятке видов боевых искусств. И поёт она лучше меня. – С каждым словом Оля хмурилась всё сильнее.

– … Когда же она своё ядро тогда пробудила?

– В пять лет. – Блондинка равнодушно посмотрела на меня. – Что, восхищён?

– Было бы глупо сказать, что это не производит впечатления. – Но я не стал отрицать. – Но почему же она тогда до сих пор осталась на ранге F?

– А вот это… – Оля мстительно ухмыльнулась. – Недостаток того, что ты такой один-единственный в мире. Никто не знает, как ей прорваться на новый уровень.

– Подожди, – я мотнул головой. – Разве повышение уровня до ранга C – это не процесс накопления? У всех ведь так?

– У всех, да не у всех. Есть и вот такие уникумы, – Оля без особого интереса взяла со стола с закусками небольшую тарталетку с какой-то необычной начинкой и отправила её в рот. – Так что в итоге мисс Совершенство может сколько угодно оттачивать навыки простых людей, но без повышения силы место главы семьи ей не видать как своих ушей. Даже её младший брат уже прорвался на ранг D, а она по-прежнему остаётся на начальном.

– А ты тогда почему до сих пор не прорвалась? – я не мог не спросить.

– А что в этом такого⁈ – девушка тут же вспылила. – Я развиваюсь в нормальном человеческом темпе! Я же не мисс Совершенство!

– Да я просто спросил… Не нужно так остро реагировать.

Оля недовольно фыркнула:

– На моем месте любой бы так реагировал. Пока мама ещё не окончательно разругалась с десяткой, мы общались намного теснее, и меня часто сравнивали с Леоной. Естественно, в негативном ключе. Ведь она умела всё, а я не умела ничего. «Посмотрите, как Леона прекрасно разбирается в бизнесе. Посмотрите, как она великолепно играет на скрипке. А вы слышали, какая у неё прекрасная латынь?» Да кому вообще какое дело до тупого давно забытого мертвого языка⁈

Оля разошлась не на шутку, хотя всё же сдерживала голос, чтобы нас не было слышно.

– Да уж, такая способность звучит немного безумно. Боюсь представить, что она сможет, если прорвётся на следующий уровень, – я покачал головой.

– На самом деле у совершенства есть и свои недостатки, – внезапно голос Оли стал тише. – Например, она легко различает ложь, читает людей по лицам и движениям тела, по интонации, по голосу. Как бы ты ни пытался скрыть от неё правду, она поймёт, что ты врёшь.

– Разве это плохо?

– А ты сам подумай, хорошо это или нет, когда абсолютно все кто тебя окружает хочет тебя обмануть или использовать. И даже родители.

– Гм…

Я если честно не знал, как лучше это прокомментировать. Оля выглядела странно в данный момент. Было непонятно, то ли она искренне ненавидит рыжеволосую, то переживает о бывшей подруге.

– А ещё у неё совершенный вкус.

– Что это значит?

– То и значит… Ты думаешь, почему она свою амброзию постоянно хлещет? Раз она уже даже наверх её с собой притащила, значит, дела совсем плохи.

– Да ты можешь объяснить поконкретнее?

– Когда она говорит, что что-то на вкус как помои, это не выражение, это правда. – блондинка ответила не сразу. – Она совершенна и видит недостатки в других. В людях и в вещах. То есть еда для неё – это не процесс наслаждения, а постоянное мучение, ведь она чувствует не вкус, а недостатки. Например, если соли в блюде на несколько миллиграммов меньше, чем должно быть, или если овощи в процессе роста недополучили питательных веществ. Любой недостаток, даже самый крошечный, и вкус для неё безнадёжно испорчен. Амброзия, её личный бренд, очень сложный в производстве, но, как она говорит, лишённый недостатков. Хотя я пробовала и не совсем поняла, что к чему. Вкуса не почувствовала.

– Оказывается, ты так много о ней знаешь… – я осторожно заметил, – вы были настолько близки?

– Да, были. Ладно, не хочу больше о ней говорить и портить себе настроение.

Я вздохнул. Для человека, который сказал, что не в настроении делиться подробностями она и так открыла слишком много. Между нами на некоторое время повисла неловкая тишина. И я продолжил наблюдать за залом.

Если честно, мне было совсем не понятно, что происходит на этом вечере. Компании молодых людей постоянно курсировали по залу, о чём-то общались, шутили, смеялись, а потом расходились и перемешивались в другие группы.

Когда я спросил Олю о происходящем, блондинка с пренебрежением махнула рукой:

– А как, по-твоему, заключаются альянсы? Таким вот способом и заключаются. Им же скоро сражаться бок о бок.

– А ничего, что совсем недавно их сильно подставили?

Я с удивлением заметил, как несколько бледных парней, знакомых мне по гонке, подошли к пышущему здоровьем парню, так же принимавшему участие в злополучном заезде. Видимо, он тоже один из победителей, помимо Леоны.

– А какой у них выбор? Так всегда было и будет – маленькие компании на подсосе у крупных, даже если им это и не нравится. Что-то не устраивает? Так никто не держит, на их место десяток других придёт.

– Сурово, – я покачал головой. – И даже как-то жалко, что ли. Так унижаться перед тем, кто тебя ни в грош не ставит.

К Оле тоже время от времени подходили, но заметно реже. В отличие от других центров внимания в зале, большинство присутствующих, старалось обходить Олю стороной.