Текст книги "Красный Корпус IV (СИ)"

Автор книги: Илья Романов

Соавторы: Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 22

В самом сердце Корпуса, в его Смоленском штабе, жизнь как обычно била ключом. На меня никто не обращал внимания, занимаясь своими делами и куда-то спеша, а дежурный на первом этаже просто отметил в журнале время посещения и всё.

Поднявшись на нужный этаж, прошёл по практически пустому коридору. Один раз девушка с папками в руках выбежала из одного кабинета, мазнула по мне взглядом и забежала в другой, хлопнув дверью.

Я подошёл к двери без таблички и вежливо постучал, ожидая ответ.

– Входи, Костя! – раздался приглушенный голос Спицына.

– Здравствуйте, Евгений Евгеньевич, – поприветствовал я куратора. Тот зарылся в бумаги, хлебал, судя по запаху, кофе и был каким-то слишком взъерошенным.

– Здравствуй, – машинально кивнул он и махнул кружкой в сторону одного из кресел, расплескав несколько капель напитка. – Тц-ц, зараза! Садись, Костя, не стой над душой!

Я молча занял кресло и стал ждать, пока он освободится. В помещении, помимо кофе, витал запах дезодоранта, а на диване возле стены лежали подушка и плед.

– Вы здесь ночуете? – поинтересовался я. У него ведь есть комната в казарме.

– Иногда, – сухо ответил Спицын, заполняя документы и вбивая данные в компьютер. – Давняя привычка.

Следующие десять минут он продолжал работу, а я поглядывал на часы. Через сорок минут должны прибыть машины, чтобы забрать нас с ребятами. Девушки всё ещё наводили хаос в своих комнатах, готовясь к неизбежному. Они каким-то образом всё же смогли заказать платья, провести примерку здесь же, в Корпусе, в отдельной комнате внутри КПП, куда их доставили. Мне всё это Толик рассказал, которого вместе с Игнатом заставили после занятий и тренировки присутствовать в виде жюри. Не повезло им, наверное…

– Кгхм… – кашлянул в кулак Спицын. – Спасибо, что подождал. Ты ведь пришёл по поводу Разрывов и разрешения от Тимирязева?

– Да, – кивнул я.

– В график по Разрывам я добавил твою группу. Будет на два выезда в неделю больше. Разрешение от Тимирязева тоже готово, оно уже в работе, – обрадовал куратор меня. – Со сборами, конечно, не вышло, но ты тут не при чём, если только косвенно, – хмыкнул он, отслеживая мою реакцию, но ничего не увидел. – В общем, полковник дал добро. Команда у тебя будет, можешь потихоньку продолжать подготовку.

Разумеется, он в курсе, что я уже начал заниматься этим вопросом. Не удивил.

– Благодарю, это хорошие новости, – признательно кивнул я. – Ещё я хотел с вами поговорить по поводу Толика и его проверки. Вам известны результаты?

– Хочешь ознакомиться? – приподнял он бровь, вытащил один лист из стопки и протянул мне. – Вот, держи.

Пришлось вставать, но это мелочи. А вот текст на документе был интересным. Ничего такого, что вызвало бы удивление или недоумение, но кое-что привлекло взгляд.

– Значит, ему хотели поставить диагноз простого типа шизофрении, – усмехнулся я. – Бред.

– Бред, – не стал со мной спорить Спицын и с улыбкой сказал: – Целители сначала не поняли в чём дело, а потом до них дошло. Не каждый день им приходилось сталкиваться с Памятью Крови, даже в Нулевом Отделе. И меня очень интересует, Костя, как ты смог стабилизировать Анатолия. Не поделишься секретом?

– Это не секрет, – пожал я плечами, возвращая документ на стол. – Дыхательная гимнастика и поверхностный тип медитации.

– Для восстановления энергетических коллебаний внутри ядра, – улыбка Спицына стала чуть шире. – Необычный способ. Я бы даже сказал – древний. Откуда он тебе известен?

– Вычитал.

– В библиотеке рода? – с усмешкой в голосе спросил он, показав прекрасную осведомленность о моей проверке менталом на почве Магии Крови.

– Именно там, – не дрогнул на моем лице ни один мускул. – Хотите ознакомиться? Могу попросить отца, вам сделают копию, эта книга находится в общей секции, доступной гостям.

– Пожалуй, не нужно, – внимательно посмотрел он мне в глаза. – Ладно, не беспокойся, никто тебя допрашивать не собирается. Возможно, медитация и помогла Медведеву, но мы оба с тобой знаем, что это не всё.

И откуда тебе это известно, ты мне, разумеется, не скажешь.

Занимательная у нас со Спицыным партия в эту игру в загадки получается. Сколько она уже длится? У него и у меня куча секретов, но мы делаем вид, что открыты друг перед другом, лишь иногда намёками перебрасываемся. Мол я знаю, что ты знаешь, что я знаю, но мы будем молчать. Забавный бред, но давить на него я не собирался.

Хочется ему играть и тянуть непонятную интригу, пусть тянет. Я уже и так стал догадываться, что за этим человеком, да и всей его командой, стоит отнюдь не Нулевой Отдел, как мне думалось ранее. Возможно, лишь император, но сомневаюсь, что напрямую. Но больше всего на ум приходит другая структура. Вот только кто именно – это и есть вся интрига и игра.

– Раз с основными вопросами закончили, то я бы хотел с тобой ещё раз поговорить по поводу меча и доспеха, – решился Спицын на очередной круг. Какой уже по счёту? Пятый?

– И я вам ещё раз повторю, Розали останется со мной, – спокойно ответил я, но добавил в голос металла.

Мужчина поджал губы, буравил меня своим фирменным мрачным взглядом.

– Костя, – выдохнул он тяжело и провёл ладонью по лицу. – Ты ведь должен понимать, меч и доспех тебе не принадлежат. Это артефакты государства, выданные тебе во временное пользование. То, что артефакты ранее пришли в негодность, а теперь восстановились, необходимо проверить. Это не нормально, не должно быть так. Их создатель очень настойчиво, повторюсь, очень настойчиво, требует их вернуть. Тебе предоставят дру…

– Нет, – ледяным тоном произнёс я, перебив его.

– Послушай, – начал он разговаривать со мной, как с маленьким ребёнком, думая, что тот упёрся из вредности, как и ранее. Конечно, таковым Спицын меня не считал, но перед его глазами, как не посмотри, сидел восемнадцатилетний пацан. – Её все равно заберут у тебя. Я просто пытаюсь с тобой договорится, Костя. По мирному.

– Заберут? – внутри меня начал постепенно бурлить гнев. Меч на моих коленях стал отдавать тепло, будто стараясь успокоить. Не в этот раз, Розали. Раз он хочет откровение, то я дам его. И ему, и тем, кто стоит за ним. – Я не враг вам, Евгений Евгеньевич. И я не враг вашей организации, какой бы она ни была…

Он аж расслабился от облегчения. Но слишком поторопился.

– … Но я не отдам Розали. Ни вам, ни кому-либо другому. Она – моя, – припечатал я, а в воздухе вспыхнули небольшие синие огни.

Я не кидался угрозами, не стал пафосно кричать, мол мне на вас плевать. В этом не было нужды, пустая бравада, на которую, действительно, способен только ребёнок. Нет, вместо этого я смотрел Спицыну в глаза, постепенно распалял в себе гнев и давал волю внутреннему пламени.

Внешний вид тоже сказал о многом. Непроницаемое, будто восковая маска лицо. Расправленные плечи, напряжённое тело. И холодный, безразличный ко всему взгляд, какой можно встретить у убийц Нулевого Отдела.

Да… не было угроз, не было слов. Но Спицын понял, что в этот раз перегнул палку и если он и его организация всё же решатся на крайние меры, то… а вот тут вариантов много, но я сделаю всё, чтобы он и его союзники захлебнулись в крови. Я ради Розали пошёл в рейд, рискнул жизнью, нашёл собственный алтарь, перекроил её душу, заслужив высшее доверие. И теперь мне предлагают предать её? Просто отдать её, чтобы кто-то покопался в её душе из любопытства⁈ И кто? Люди⁈ Смертные⁈

Если Спицын и испугался того, что увидел в моих глазах, то постарался этого не показать. Лишь капля пота скатилась по его виску, но не более. Он оставался всё таким же спокойным, собранным.

Тепло от меча стало сильнее, Розали уже на эмоциональном плане стучалась ко мне, пытаясь унять гнев, но безрезультатно. Ей почему-то не хотелось, чтобы я враждовал со Спицыным и его организацией. Но мне плевать. Они хотят забрать моё, а я не привык уступать, как в прошлой жизни, так не привык и в этой.

Аура стала усиливаться, расходясь синим маревом от моего тела. Стекла кабинета задрожали, мебель тоже. Пустая кружка на столе затанцевала, грозясь упасть на пол.

Мы продолжали смотреть другу другу к глаза. Молча, не двигаясь. А потом куратор посмотрел на меч у меня на коленях и я увидел молниеносную активацию какого-то аркана. Всё произошло настолько быстро, что только направленность заклинания разобрал. А ещё подумал о том, что Евгений Евгеньевич впервые при мне использовал свой дар.

– Хорошо, – прикрыл Спицын глаза на несколько секунд и, открыв их, улыбнулся уголками губ. – Можешь успокоится, я тебя понял, Костя. Этот вопрос окончательно закрыт, больше мы к нему не вернёмся.

Я встал и направился на выход из кабинета, постепенно успокаиваясь отпуская разбушевавшуюся энергию в ядре. Не прощаясь, молча, покинул кабинет и пошёл в сторону лестницы на выход.

Раздражение. Пожалуй, впервые Спицын настолько меня разозлил. И пусть мой поступок кажется эгоистичным, ведь по закону Розали мне и правда не принадлежала, но я был готов к диалогу. К возможному торгу за неё, так было бы правильно. Я готов был предложить свои знания, навыки, опыт. Но не к попытке поставить меня в положение поддчиненного и просто приказать отдать Розали.

Пусть теперь думают. А если всё же его организация решится на радикальные меры… Что ж, я не люблю убивать людей, но умею это делать не хуже, чем сражаюсь с Хаосом.

* * *

Дверь за младшим Демидовым закрылась, оставив после себя ощущение прошедшей в опасной близости бури. Евгений Евгеньевич выдохнул, отгоняя напряжение и устало откинулся в кресле.

Разговор пошёл не по плану. На мальчишку приказали надавить чуть сильнее, посмотреть на его реакцию и сделать определенные выводы. Вот только ни Магистр Ордена, ни остальные члены Ордена не подумали, что давление, вместо возможности загнать парня в ловушку и предложить ему разумную альтернативу, приблизить таким образом к Ордену, вызовет абсолютно иной эффект.

Было, конечно, известно, что он сильно прикипел к ней, но это не отношения одушевленного артефакта и его владельца, а нечто более глубинное.

А ведь Спицын предупреждал их. Говорил, что Демидова не стоит пытаться прогнуть, не тот у парня характер.

И что в итоге?

А то, что теперь лояльность парня под большим вопросом. Спицын хорошо расшифровал его взгляд. Очень знакомый взгляд, какой он видел у людей, для которых отобрать чужую жизнь также легко, как выпить чашку кофе.

– Докладывай, – раздался сухой голос в динамике, стоило выйти на связь с начальством.

– Он отказал, – как-то даже меланхолично произнёс Спицын.

– Вот как… – если собеседник и удивился, то это было почти незаметно. – Угрожал?

– Нет, – усмехнулся мужчина. – Поставил перед фактом. Без слов, но его дар сказал всё за него. Я взял показатели Демидова и его оружия.

– Значит, догадываясь о том, что ты не один, он всё равно готов пойти на конфронтацию ради неё? Любопытный юноша…

– Я уже докладывал и повторюсь: у них особая связь, – ответил Евгений Евгеньевич. Разговор с Демидовым мог закончиться десятком разных сценариев, но к каждому из них куратор был готов. Мальчик отрастил клыки, но пока ещё не вошёл в полную силу. – Вы правильно сделали, что дали разрешение уладить конфликт миром.

– Орден рассчитывал на другой исход, – задумался собеседник. – Если бы мальчишка был нам обязан, начал просить, было бы проще его привязать.

Спицын поморщился. Не любил он интриги, особенно внутри Ордена, цель и смысл которого сражаться с Хаосом. Но начальство, порой, прибегало к ним. Совсем уж подлостей Орден не творил, но в некоторой степени направить в нужное русло, подтолкнуть к верному выбору… это да, этим начальство пользовалось.

– Какие будут следующие приказы?

– Продолжай работать с ним, – спустя несколько секунд ответил собеседник. – При случае принеси извинения, формальные, только намёком. Пусть успокоится. Его реакция пусть и была прогнозируема тобой, но всё же необычна. Его связь с ней заинтересовала Магистра, как и новые её способности. Постарайся выяснить, как именно мальчишка восстановил артефакт. С общим отчётом уже ознакомились, но нужны детали. И начни ему уже рассказывать об ордене! Используй того же Эссерхофа для этого.

– Понял, сделаю, – подавил ещё один вздох Спицын.

Связь прервалась, в кабинете воцарилась тишина, а мужчина смотрел в стену и думал, как теперь исправить ошибку, на которую его толкнул Орден. И желательно исправить так, чтобы не сделать ещё хуже.

В памяти Евгения Евгеньевича надолго теперь осталось ощущение от взгляда Демидова. И его глаза, внутри которых будто бы разгоралось пламя.

Вот только против кого это пламя обратится. Против Ордена или на его благо?

* * *

Родители не стали заселяться в отель, а арендовали на несколько дней большой особняк в черте города. В квартале, неподалёку от Шуйского, где селились в основном богатые аристократы или простолюдины, способные приобрести недвижимость в этом месте. Правда последних было меньше всего и чаще они как раз на аристократов и работали.

Машины заехали на обширную территорию, плавно объехали неработающий в это время года фонтан и остановились возле входа. Я первым вышел из машины, вдохнул полной грудью свежий, осенний воздух, и осмотрелся.

А неплохо, эдакий классический каменный особняк в средневековом стиле. Три этажа, мансардная черепичная крыша, Даже башня есть, небольшая, с раздвижной крышей-куполом. Похоже, владелец любитель посмотреть на звёзды, а может это такая изюминка для гостей.

Ребята вышли вслед за мной, осматриваясь по сторонам с любопытством, а гвардейцы, присланные за нами в качестве сопровождения, рассредоточились по территории и замерли в ожидании. Помимо них по территории ходили патрули, несколько бойцов дежурили у главной двери в особняк.

Слишком большая перестраховка, но так даже лучше. Мало ли, в столице же нашлись желающие повоевать и их не смутило, что выжить после этого шансов у них не было никаких.

– Как я выгляжу? Платье не помялось? – спросил Альбина у Толика, скрывая беспокойство.

– Ты прекрасна, дорогая, – улыбнулся парень и был абсолютно прав. Ей очень хорошо шло это кремовое, довольно строгое платье.

Остальные девушки тоже выделялись. Аврора была в чёрном, приталенном платье с вырезом на спине. Оно ей очень хорошо подходило, подчеркивая фигуру. Мария не изменила себе и выбрала воздушное белое, в цвет волосам. На каждой хватало украшений, но самый минимум, а ещё они точно принадлежали Голицыной. Было видно определённый стиль и вкус.

Княжна вцепилась в руку Игната, скрывая напряжение и улыбнулась мне, а Аврора пристроилась рядом с ними.

Нас уже встречали. Дверь открылась и наружу вышли матушка с отцом. Ан, нет, Варя тоже здесь. Вон, из-за плеча отца выглянула, оценила парадную форму и широко мне улыбнулась, показав большой палец.

Егоза мелкая…

– Отец, матушка, – поднялся я первым по лестнице и встал перед ними. – Здравствуйте.

– Сын, – кивнул мне отец, а матушка обозначила улыбку. На людях приходилось соответствовать этикету без привычного поведения внутри семьи.

– Позвольте представить вам моих друзей, – указал я рукой на ребят. – Волков Игнат со своей спутницей Голицыной Марией. Рядом с ними Михеева Аврора. А это Иванов Анатолий и Синокина Альбина.

Пусть этикет и требовался, но я решил упростить, дабы сразу расслабить обстановку. Обычно требовалось обозначить каждого, сказать пару слов, припомнить титулы и прочее, но так будет только хуже. Ребята и так на нервах, даже княжна, хотя ей-то привычно должно быть. Как и Толику с Игнатом.

– Ваши светлости, – присели девушки в реверансе, а парни обозначили короткий поклон.

– Рад с вами познакомиться, дети, – ещё один кивок отца и внимательный взгляд. Самому представляться или представлять матушку с Варей он не стал, разумно рассудил, что я уже просветил ребят. – Константин многое рассказывал о вас.

– И только хорошее, что нас радует, – взяла слово матушка, оценивающим взглядом рассматривая ребят. Сестра тоже проявлялся интерес. – Вы, должно быть, голодны? Пройдёмте в дом, ужин практически готов.

Родители не стали нас ждать и двинулись сразу в обеденный зал, если я правильно понял по запаху. Слуги в прихожей забрали у девушек тёплые меховые накидки, а сестра сразу же подскочила ко мне и обняла.

– Костя!!! – очень тихо визжала она. Звучит бредово, но выглядело это именно так.

– Варя, ну ты как всегда, – с улыбкой приобнял я сестру. – Сколько тебя не воспитывай, а всё без толку.

– Ой, не нуди, это же друзья твои, а не непонятно кто! – большими глазами посмотрела она на Игната. – Вот это ты здоровый! Много ешь, наверное?

– Да не особо, – смущённо буркнул Игнат от такого внимания под улыбки ребят. Что-что, а Варя умела разрядить обстановку.

– Очень красивые платья, девочки, – переключилась мелкая на девушек. – Вам очень идёт!

– У тебя тоже красивое, – включилась в беседу Голицына, сразу уловив, что с Варей можно попроще. – Итальянская коллекция Францески Бецуни?

– Она самая! – Варя аж засияла, а глаза её блеснули. Всё, Голицына определённо заработала несколько баллов в её глазах. – Новая, осенняя коллекция!

– Так, вот давайте вы о моде потом поговорите, – решил я сразу пресечь эту тему, а то мы тут застрянем. – Пошли в обеденный зал, не будем заставлять родителей ждать.

Сестра надулась, но спорить не стала. Мигом взяла меня под руку и с улыбкой, плывущей походкой, двинулась рядом.

– Кгхм, что-то я волнуюсь, – прогудел Игнат, а девушки предпочли отмолчаться. Нервничают.

– Да не беспокойтесь, всё нормально будет, – обернулась к ним Варя. – Папа вас уже принял, а матушка не укусит.

– Не сильно ты обнадежила, – хмыкнул Толик. Он был самым расслабленным из всех. Скорее всего опять влияние крови Лахимы. Сколько у старика было таких ужинов, не сосчитать. А следующие слова только подтвердили догадку: – Главное, голодным не уйти.

– Тебе лишь бы пожрать, – шикнула на него Альбина. – Веди себя пристойно, Толик.

– Да я само олицетворение манер, дорогая! – махнул рукой парень. – Вот увидишь, я знаю какой вилкой нужно есть суп.

– Может, ты хотел сказать ложкой? – спросила Варя со смешком.

– Да нет, я все правильно сказал, – невозмутимо ответил Толик, вызвав ещё больше смеха у мелкой.

– Брат, а он забавный, – улыбнулась сестра. – Чует моё сердце, этот ужин пройдёт очень интересно!

Глава 23

Кивком поблагодарив Варю, подавшую мне пиалу с соусом, я обвёл взглядом сидящих за столом.

В обеденном зале стояла абсолютная тишина, было слышно лишь звук столовых приборов. Все ребята за исключением Альбины знали, за какую ложку и вилку браться при том или ином блюде, проблемы возникли только у неё. Но никто не поставил ей этого в упрёк. Наоборот, при каждом блюде слуга нагибался к уху девушки и рекомендовал взять нужный прибор.

Я встретился взглядом с матушкой и признательно кивнул ей. Позаботилась она об этом вопросе, за что я ей благодарен. В ответ она приподняла уголки губ и на секунду прикрыла глаза.

Блюда сменяли друг друга, но тематика их оставалась. Сегодня, похоже, день морепродуктов и Французской кухни. Не самый мой любимый вариант, но ребятам нравилось. Таких довольных лиц в столовой Корпуса у них не наблюдалось, что не могло не радовать.

Всё же хорошая была идея взять их с собой и познакомить с родителями. Постоянные тренировки, учёба и стресс нужно разбавлять отдыхом, но простые прогулки по Смоленску в увольнительную уже наскучили. А тут такое событие, пусть и неожиданное для них.

Лишь когда слуги забрали последние грязные тарелки, поставили на стол чай с десертом в виде кусочков бисквитного торта, отец взял первое слово:

– Анатолий, слышал у тебя недавно произошёл инцидент с собственным даром во время дуэли. Вроде бы тебя доставили в Москву для проведения проверок?

Он, разумеется, знал обо всём, но решил начать разговор с последних новостей, гуляющих по городу. И да, слухи про дуэль Толика добрались до улиц Смоленска, в том же баре «Хельхейм» эту тему иногда поднимали по словам Саши.

– Да, ваше сиятельство, – расслабленно кивнул парень, будто всё сказанное с ним происходит регулярно, а не является чем-то необычным. – Сорвался в бою, эмоции.

– Прекрасно тебя понимаю, – обозначил улыбку отец. – После занятий Олега, старшего брата Константина и Варвары, приходилось в своё время перестраивать родовой полигон три раза.

– Он не особо любил сдерживаться, – дополнил я за ним, сделав глоток чая. – В нём проснулся сильный дар, а огонь не зря называют стихией разрушения.

– Верно, – довольно заключил отец и вновь посмотрел на Толика. – В любом случае, я рад, что сейчас у тебя всё нормально. Но если вдруг тебе понадобится не сдерживать свою силу и хорошо позаниматься после окончания КМБ в Корпусе, то полигон Демидовых в Москве примет тебя.

– Благодарю, ваше сиятельство, – признательно наклонил Толик голову. – У моего рода тоже такой имеется, но не буду оскорблять вас отказом, мало ли как жизнь повернётся.

– Смотришь в будущее, – кивнул отец. – Это хорошо, правильно. Альбина, – переключился он на девушку, отчего та вздрогнула, но увидев мою успокаивающую улыбку, немного расслабилась. – У твоей семьи же автомастерская в Москве?

– Да, ваше сиятельство, – сглотнула девушка, не совсем понимая, к чему такой интерес. – Папа и брат занимаются ремонтом машин, а мама там же, бухгалтерией.

По кивку отца, один из слуг подошёл к столу и положил перед Альбиной синюю папку с гербом Демидовых.

– Открой, дитя, – проговорила матушка доброжелательно.

Под любопытными взглядами ребят и Вари, Альбина заглянула в папку, прочитала пару строк, и обомлела. Шок, неверие, непонимание, а ещё щепотка страха. Всё это было видно на её лице.

– Это… это же… – не могла она подобрать слов.

– Благодарность Демидовых, – улыбнулся отец и посмотрел на меня. – Мой сын, Константин, тяжело сходится с людьми. И особенно редко приближает их к себе, особенно защищая чьи-то интересы, помимо своих и рода. Мы с супругой, – взял он матушку за руку. – Рады, что у него появилась такая подруга и боевой товарищ. И мы не могли пройти мимо, узнав о ситуации с твоей семьей.

О чём конкретно речь, никто из остальных ребят не понял. Толик так вообще напрягся и глаза его почти незаметно сверкнули серебристым светом. Я же прекрасно был осведомлен, сам попросил отца проверить, нужна ли помощь семье Альбины.

Они простолюдины и пусть их защищал закон Российской Империи, ситуации бывают разные. И мне хотелось, чтобы пока Альбина сражалась рядом с нами, плечом к плечу, с её родными всё было хорошо. Крепкий тыл – залог победы, а именно Альбина в этом плане была слабым звеном в нашей команде.

В чём же суть подарка? В протекции Демидовых. Не слишком частое событие, если так подумать. Отец признавал Альбину другом рода, а это давало преференции не только ей, но и остальной её семье. Та же возможность обратиться за помощью, прикрыться именем Демидовых при возможном конфликте с другими аристократами. Про возможных бандитов, промышляющих работой с бизнесменами без покровителя и титула, и вовсе не говорю. Если такие заявятся к Синокиным, то хватит одного звонка и гвардия рода объяснит идиотам, где они не правы.

Конкретно с семьей Альбины это и произошло. Её отец платил за так называемую «крышу» большую часть дохода. Теперь этот вопрос решился, а вскоре над дверью мастерской будет висеть герб Демидовых.

– Спасибо, ваши светлости, – шмыгнула носом девушка, стараясь не заплакать. – Спасибо большое…

С Толиком придётся определенно поговорить. Он, судя по его виду, не знал об этой ситуации, а его кровь… Парень мог натворить дел, так что лучше обсудить это с ним позже.

И это заметил не только я, но и остальные. Отец уже хотел было что-то сказать, но Толик вдруг расслабился, выдохнул, признательно кивнул моим родителям и улыбнулся мне. Взял себя в руки, молодец.

Дальше Виктор парой слов перекинулся с Игнатом и Голицыной. Просто обозначение интереса к жизни их родов, вспоминая те или иные заслуги предков, приёмы и встречи. Матушка добавила от себя, что знакома с матерью Волкова и высказала несколько приятных комплиментов в её адрес, отчего парень гордо расправил плечи.

Не обошли вниманием и Аврору, но с её родом пересечений у Демидовых не было никаких. Они жили во Владивостоке, там мы дел не вели, но без приятных слов девушка тоже не осталась. Её похвалили на поприще целителя, сказав, что Аврору ждёт хорошее будущее, если вдруг она когда-нибудь решит уйти из Корпуса. Целитель, особенно с опытом работы в поле, ценный сотрудник. В тот же военный госпиталь её заберут с руками и ногами.

– Всех похвалили, а тебя, брат, забыли, – со смешком шепнула мне Варя, пока ребята приходили в себя после шквала внимания.

Они думали, что всё будет хуже, но не были готовы к такому. Впрочем, родители ничего особо и не сделали или не сказали. Обычная вежливость, как и подобает хозяевам дома и родителям их друга. В другой ситуации они бы и вели себя по-другому, а тут решили показать доброжелательность.

– Не только про меня, – слабенько ущипнул я сестру за бочок, отчего она пискнула. – Не понял, это что такое? Кто-то налегает на сладенькое?

– Дурак! – хлопнула меня мелкая ладошкой по плечу, обиженно надувшись. – Тебе показалось! У меня вообще-то идеальная фигура!

– Но на сладенькое ты налегаешь, – констатировал я факт, а Варя отвела взгляд. – Надо будет Фёдору Евгеньевичу сказать, чтобы погонял тебя, а то ты после моего уезда из дома слишком расслабилась. На тренировки небось вообще не ходишь.

– Хожу, но не часто, – буркнула она. – У меня растущий молодой организм, мне надо много кушать и много спать!

– Ну-ну, рассказывай, – усмехнулся я, прислушиваясь в пол-уха к разговору родителей и ребят. – Олег не звонил?

– Звонил, спрашивал о тебе, – отломила она кусочек тортика ложкой, посмотрела на него и со вздохом отложила. – До него дошли слухи о случившемся в столице. Переживает за тебя.

Как-то у нас со старшим братом не получалось поговорить. И уже больше месяца. То он весь в делах, готовится к свадьбе и носится по делам рода, то я занят и при ответном звонке попадаю на его помощников. Не дело это, конечно, но у меня сейчас не было возможности полететь на Урал, а у него в Москву.

Это получается только, когда КМБ закончится и состоится свадьба, мы с ним встретимся. А ведь сколько прошло? Три месяца? Где-то так, да. Быстро время летит, однако.

– Вы с матушкой когда полетите помогать со свадьбой?

– Через две недели, – ответила Варя, продолжая буравить торт тяжёлым взглядом, будто тот сейчас убежит. – Там в основном уже всё готово, но ты же знаешь маму, она половину забракует и устроит свои порядки. Старший сын, наследник, женится. Событие века.

– Это точно, – хмыкнул я, представив, какой там хаос начнётся.

Один из слуг вдруг подошёл к отцу и что-то зашептал ему на ухо. Тот кивнул ему, улыбнулся и произнёс:

– Проводите его сюда.

Слуга поклонился и ушёл, а спустя несколько минут двери зала распахнулись и в помещение зашёл дядя Жора. С сияющей улыбкой до ушей, в военном кителе с наградами и таким позитивным настроением, что едва ли не светился.

– Приветствую всех! – доброжелательно гаркнул он, обведя нашу компанию взглядом. – Прошу прощения за опоздание! Служба!

– Проходи, генерал, – указал отец рукой на свободный стул рядом с Варей. – Присаживайся.

Коротко кивнув, дядя Жора занял место и задорно подмигнул нам с сестрой. Слуги сразу же организовали ему тарелку для мытья рук с лимонной водой, а следом и подали парочку блюд.

– Что я пропустил? О чём болтали?

Матушка с улыбкой покачала головой на такую непосредственность, отец отчётливо хмыкнул, а ребята смотрели на дядю Жору и стеснялись. В основном девушки и Игнат, а вот Толик, наоборот, оценивал, как бойца. Опять же, похоже, влияние крови Лахимы. Раньше бы он точно постарался не пересекаться с генералом взглядами, потому что с непривычки дядя Жора… давил? Да, это подходящее слово.

– Как раз собирались поговорить про команду, которую хочет организовать Константин, – ответил ему отец.

– О-о-о, это я вовремя! —кивнул дядя Жора, попробовал суп из морепродуктов и зажмурил глаза. – Ох, Кристина, чувствую твою руку в этом кулинарном шедевре!

– Это как ты определил? – глаза матушки смеялись, а комплимент явно пришёлся по душе.

– Потому что, приготовлено с любовью! – важно заявил генерал, подняв указательный палец вверх. – Твою готовку я узнаю где угодно! Эх, повезло тебе, Виктор! Такая хозяйка и жена!

– Льстец, – улыбнулась она, а отец усмехнулся. – Вон, гренки попробуй тоже. С чесноком, как ты любишь.

– Это я завсегда! – не стал дядя Жора отказываться. – А вы чего притихли, молодёжь? Ты же ведь Волков, да? Сынок Всеволода? Смотрю лицо знакомое! Как там папка?

– Кгхм, всё хорошо, ваше высокопревосходительство, – запершило в горле у парня. – Сейчас на Кавказе, прикомандирован к Двадцатой Пехотной Дивизии.

– Вот как? – вскинул бровь генерал и задумался. – А он разве не в Преображенском Лейб-Гвардии Полку был?

– Это вы про деда, ваше высокопревосходительство, – с улыбкой поправил его Игнат. – Он служит в Преображенском.

– Хм… Ну и хорошо! – кивнул дядя Жора. – Молодцы у тебя предки! Сильный род! На таких наша империя и держится!

– Благодарю, ваше высокопревосходительство! – Игнат засиял, как начищенный самовар. Похвала от генерала для него многого стоила. – Не посрамим!

Отец всё же дал дядя Жоре перекинутся парой слов с ребятами и узнать их получше. И только потом обсуждение свелось к насущному вопросу по команде.

– А чего тут думать? – хмыкнул генерал, которому слуги принесли две стопки водки. Разумеется, с разрешения матушки. А вот отцу не налили, и он тяжко вздохнул. – На той стороне организовать место дислокации нужно согласовать с Тимирязевым, это я сделаю, он не откажет. Никитич хоть и упёртый, но подскажет, как лучше. А на этой стороне, – чуть задумался он. – Я бы лучше предложим вам, ребятки, у меня на базе поселиться. Мы в Смоленске точно на ближайший год засели. Организуем вам место для проживания, тренировочные полигоны, со снабжением тоже не беда, по воздуху на базу легче всё нужное доставить. Бывшая авиационная база же.

– Вот только база находится далековато от города, – задумчиво прокомментировал я. – Но как вариант. Проблема в том, что нас будет больше, а незнакомые на военном объекте…

– Вот заодно и проверим их, – кивнул дядя Жора, а ребята и родители внимательно слушали нас. – Тем более, большая их часть, скорее всего, живёт на той стороне, верно?

– Пока не знаю, – покачал я головой. – Список людей у меня есть, часть из них предоставил Нулевой Отдел в лице Корнеева, а кого-то посоветовал Александр Александрович, наш преподаватель по тактике малых групп. Он же член команды, позывной Перун.