Текст книги "Красный Корпус IV (СИ)"

Автор книги: Илья Романов

Соавторы: Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Глава 20

Обратно в Москву я не полетел. Распоряжение насчет сборов завернули, их перенесли на неопределенный срок, пока ситуация в столице не стабилизируется.

Но может оно и к лучшему. Я хотел, конечно, провести время с семьей, но опять же был риск, так что лучше пока оставаться в Смоленске. Тем более, что здесь у меня тоже были дела. И довольно много.

Несколько сотрудников Нулевого Отдела и группа Опричников прямо сейчас сопровождали Толика к машинам, на одной из которых он должен будет съездить в Москву и пройти несколько проверок у специалистов. Мы всё же успели и парень перестал уходить в нестабильное состояние, но без официального подтверждения, что он не опасен для окружающих, не обойтись.

– И что теперь делать? – с тревогой в голосе спросила Альбина, которую всё это время успокаивали Маша и Аврора. – Когда он вернётся? И вернётся ли вообще?

– Да куда он денется, – зевнул Перун, почесав затылок. – Всё с ним будет нормально, я сам на такой проверке был, ничего опасного нет.

– Это когда ты успел? – вскинул я бровь.

– В детстве, – скривился Саша от неприятных воспоминаний. – Ещё в школе когда учился, меня пацаны из параллельного класса достали, постоянно издевались, что я ходил в обносках. Отец кроме бутылки жизни не видел, а мать прачкой работала и тянула нас двоих. В общем, – вздохнул он, решив особо не углублятся в свою жизнь, но даже этого хватило, чтобы ребята удивились. Обычно Перун о своей жизни не распространялся. – Я сорвался, пробудил дар и чуть не убил этих придурков. Вот и поехал потом на проверку.

– А мы думали…

– Что я аристократ? – криво усмехнулся Перун. – Нет, Игнат, я простолюдин. Забавно, кстати, было, когда после проверки мне поставили отметку о даре в восемь баллов по шкале Штайцера.

– Восемь⁈ – воскликнула Мария. – А сколько вам было, Александр Александрович?

– Девять лет, – вскинул подбородок Саша.

Про шкалу Штайцера, классификацию силы мага, я знал. Тест по ней проходил каждый маг этого мира, дабы узнать свой потенциал. Восемь баллов это более чем достойно, уровень благородных родов с многовековой историей, а тут простолюдин. Ну, Саша гений, это я уже понял ещё когда впервые показал ему воспоминания Оглафа. Посредственность бы не могла почерпнуть из них столько, сколько взял он.

– И всё же я волнуюсь за него, – Альбина поджала губы и смотрела, как Толика сажали в машину. Тот обернулся к нам и успокаивающе кивнул, мол всё будет хорошо. – Может как-то помочь ему можно? Не знаю только как…

– Я уже позвонил своим знакомым в столице, – сказал Саша. – Они будут держать руку на пульсе и если что отзвонятся.

– Я бы хотел помочь, но не знаю как, – вздохнул Игнат.

– Я тоже… – понурились девушки, хотя Голицына и княжна, но вряд ли что-то могла сделать.

Я призадумался. Вроде бы всё сделал, как нужно. Научил Толика за короткий срок, спасибо его наследию, специальной технике дыхания и контроля. Срываться но не должен, но мало ли, лучше всё же подстраховаться. Только кто? Отец? Мимо, не его епархия, хотя связи должны быть на разных уровнях. Дядя Жора? Как вариант. Ещё раз поторговаться с Нулевым Отделом, чтобы они не усердствовали? Мне есть, что им предложить, но если один раз прокатило, то на второй может возникнуть множество вопросов, на которые отвечать мне не хотелось. Тут и так придётся со Спицыным беседовать скоро.

Почувствовав в кармане униформы вибрацию, машинально засунул пальцы и хотел уже достать телефон. Вот только он был в другом кармане, а в этом лежал кристалл связи с Нефалом.

Что ж, намёк понятен. И правда, это лучший вариант.

– Костя, ты кому звонишь? – спросила Альбина. – Это по поводу Толика, да?

Эх, сильно же её подкосила эта ситуация. Обычно шебутная и весёлая девушка сейчас едва держала себя в руках, сильно нервничая.

– Да, – кивнул я.

Пошли гудки. Монотонные, долгие, а затем раздался спокойный, но доброжелательный голос:

– Костя? Рад, что позвонил. Что-то случилось?

– Здравствуйте ещё раз, Григорий Ефимович, – я тоже добавил в тон доброжелательности. Ребята рядом со мной переглянулись в лёгкой недоумении, они, похоже, подумали, что я отцу звоню. А вот Перун всё сразу понял и выпучил на меня глаза. – Не отвлекаю вас?

– Что ты, что ты, тебе я всегда рад, – старый некромант определённо улыбнулся. – У тебя что-то случилось, Костя?

На заднем фоне послышалось шуршание одежды и Распутин добавил: «Этот саквояж тоже к остальным». Он в поездку собирается, что ли? Уже уезжает из Москвы? Впрочем, не моё дело, куда это граф собрался.

– Да, Григорий Ефимович, случилось кое-что…

Я прекрасно понимал, что просить помощи у старого некроманта в вопросе Толика, это как стрелять из пушки по воробьям. Репутация, статус и связи графа по одним только оговоркам дяди Жоры были на запредельном уровне в Российской Империи. А возможно и не только в ней. Но мне нужно было, чтобы Толик не просто прошёл проверку спокойно и положительно, но и сделал это без каких-либо проблем, если те могли появится. И если для этого придётся заручится поддержкой Распутина, то чёрт с ним.

Ввести графа в курс дела заняло от силы минут пять-десять. Он слушал внимательно, не перебивал и иногда задавал уточняющие вопросы касательно случившегося с Толиком. Распутин и так знал, что в Корпусе что-то произошло, но особо не вникал, ему это просто не нужно было.

– Хорошо, Костя, – под конец произнёс граф, а я услышал на фоне скрип карандаша по бумаге. – Значит, Медведев Анатолий Романович. Сделаю, что смогу, это всё?

– Да, Григорий Ефимович, – показал я ребятам большой палец и те выдохнули в облегчении, даже Перун. Он вообще был напряжен весь разговор. – Благодарю вас за помощь.

– Пустое, Костя, мне это ничего не стоит, – не стал он вешать на меня долг, хотя мог. – Кстати, свяжись с отцом, как будет время. Думаю, вам будет, что обсудить.

А вот сейчас не совсем понял, что он имел ввиду. Что мы должны обсудить?

– Обязательно, – решил я не задавать лишних вопросов и всё узнать у отца. – До свидания, Григорий Ефимович.

– И тебе всего хорошего, Костя. До связи.

Некромант повесил трубку, а ребята уставились на меня с вопросом, кому это я звонил.

– Кто это был? – первой, разумеется, не выдержала Альбина.

– Распутин, – ответил вместо меня Саша.

Аврора и Альбина не поняли о ком речь, а вот Игнат и Маша… у тех эмоции на лицах хорошо было видно. Здоровяк аж весь напрягся и побледнел, а Голицына в шоке посмотрела на меня и хрипло спросила:

– Р-распутин⁈ Граф Распутин?!!

– Да, – убрал я телефон в карман. – Сказал, что поможет с Толиком.

– Да уж, – протянул Перун, покачав головой. – Я думал, меня этот день больше уже ничем не удивит, а оно вон как! Но оно и к лучшему, теперь точно можно не беспокоится.

– Я не знаю, кто это, но он точно поможет? – Альбина переводила взгляд с Саши на меня и обратно.

– Девять из десяти, что Толик к нам вернётся уже завтра, и это максимум, – хмыкнул Перун, успокоив её. – И вообще, Синокина, стыдно не знать награжденного героя Российской Империи.

Девушка глупо моргнула пару раз и отвела взгляд, признавая, что да, стыдно.

– Ладно, нечего тут стоять, – решил я закруглятся, машины уже уехали, а ворота закрылись. – Будем ждать новостей и решать проблемы по мере поступления, если таковые будут. Сейчас же предлагаю пойти в столовую и перекусить.

– А вот это верное решение, – кивнул Перун, подавив зевок. – С обеда ничего не ел.

На этой ноте мы и пошли ужинать, а когда заходили в столовую, над зданиями Корпуса пролетел квадроплан моего рода. Бойцы полетели домой, свою задачу они выполнили.

* * *

Москва.

Особняк рода Демидовых.

Затушив окурок, Демидов Виктор Геннадьевич вытащил из полупустой пачки «Максимовские» ещё одну и щелчком пальцев подкурил. Только благодаря открытому окну, кабинет ещё не утонул в табачном дыме, смешиваясь с запахом дорогого мужского одеколона.

В дверь постучались, отвлекая главу рода от работы, на что он нахмурился. В эти часы его редко кто трогал, даже жена и дети, а слуги и подавно.

– Войдите!

Его жена, красавица и когда-то самая желанная невеста столицы, грациозно зашла в кабинет. Подбородок её был горделиво вздёрнут, осанка прямая, как у королевы, глаза хищно прищурены. Ещё и тёмное платье надела, не к добру это.

– Витя…

Точно не к добру.

– Да, милая? – сделал мужчина вид, что бумаги занимали всё его внимание, но краем глаза посматривал. – Что-то случилось?

– Ты и сам знаешь, что да, – медленно прошла она к его столу, провела по его гладкой поверхности двумя пальцами и зашла ему за спину.

Демидов хотел было уже напрячься, но мягкие ладони жены легли ему на плечи и стали массировать задубевшие от сидячей работы мышцы.

Из груди мужчины вырвался судорожный вздох, документ по поводу поставок Ростовского завода оказался смят.

– Я редко тебя о чём-то прошу, дорогой, – прошептала она, обдав ухо и шею горячим дыханием. – Но сейчас у меня к тебе есть просьба. Очень важная.

Не нравилось ему, когда такие разговоры начинались. Всё было хорошо в его жене, мудрая, прекрасная, невероятная и желанная, но воспитание в семье генерала, где ещё и мать семейства держала всех в ежовых рукавицах, накладывало свой отпечаток.

– И что это за просьба? – тяжко вздохнул он, когда жена забрала только-только подожжёную сигарету и затушила её. Не любила Кристина его дурную привычку и боролась с ней, как могла.

– Я хочу, – проникновенно проговорила она, а в следующий миг острые ногти женщины впились в белоснежную рубашку, а в её голосе появились сталь и холод. – Чтобы Дроздовы пожалели о содеянном. Их выродок мало того, что довёл невинного мальчика до дуэли, так ещё и посмел прилюдно оскорблять нашего сына.

– Милая…

– Я не договорила, – отпустила его женщина, вновь обошла стол и встала прямо перед ним. Вот только теперь в её глазах была столь жгучая ярость, что Виктор понял – Дроздовым конец. Даже без его вмешательства. – Я знаю, что ты захочешь уладить всё это компромиссом, надавишь на Дроздовых и сделаешь всё, как нужно. Но я хочу, Витя, чтобы они пожалели о содеянном. Если глава рода не смог воспитать своего сына, как подобает, то будет страдать весь род!

– Кристина, тут не всё так просто, – спокойно и размеренно заговорил Виктор. – Дроздов занимает пост второго заместителя главы Красного Корпуса в Санкт-Петербурге…

– Я знаю, – отмахнулась графиня. – Тем проще будет их раздавить. Мало того, что на моего сына охоту открыли, так ещё ему вместо визита домой, пришлось срочно возвращаться, чтобы помочь пострадавшему в дуэли другу! Из-за Дроздова!

Мужчина вздохнул и уже думал, как выкручиваться из этой ситуации. Момент с оскорблением Кости слишком тонкий, оставить это просто так Демидовы не могли, но не начинать же войну из-за этого⁈

Кому-то могло бы показаться, что Виктор решил полностью спустить всё на тормозах, но нет, Дроздовы ответят, очень даже ответят. Просто он хотел сделать это без кровопролития, к примеру сейчас на его столе лежала папочка с очень прибыльным мебельным предприятием этого рода. Лишить его их – значит ударить по кошельку и статуса, а для аристократа это сильный удар по репутации. Всё это заняло бы немало времени, но результат гарантирован.

Вот только… Граф смотрел на свою жену, видел её решимость и вспоминал всё то, что произошло с его младшим сыном после того, как он уехал в Корпус. И если с тварями Хаоса он ещё мог смириться, пусть и с тяжёлым сердцем, то вот люди… аристократы…

Кристине Алексеевне не нужно было читать мысли, чтобы понять – её муж согласен. Она хорошо знала вот этот его решительный взгляд, который однажды покорил её сердце. Ей не нужно было, чтобы Дроздовы медленно страдали, она хотела макнуть их головой в выгребную яму за совершенную ошибку. А заодно показать всем и каждому, что будет с теми, кто решит тронуть её детей!

Папочка с одним мебельным предприятием ушла в сторону, а её место заняла папка побольше, где было всё имущество Дроздовых, собранная на этот род информация, их слабые и сильные стороны. Виктор Геннадьевич всегда ценил подготовку к любой ситуации, а СБ рода давно привыкла работать по максимуму, а не спустя рукава, как у многих аристократов.

Второй заместитель главы Красного Корпуса – большая лягушка в их болоте, но ничего, у Демидовых были враги и похуже и где они теперь все?

– Хорошо, дорогая, – сурово проговорил глава рода. – Я исполню твою просьбу.

Улыбнувшись, жена поцеловала его в щёку, оставив след от помады и выпорхнула из кабинета, оставив после себя шлейф духов. А ещё слова о том, что ей вдруг захотелось приготовить его любимый куриный пирог по маминому рецепту. Взятка, как она есть, но Виктор Геннадьевич лишь усмехнулся на такой ход.

– Гриша, – связался граф с начальником СБ рода. – Зайди ко мне, есть для тебя работа.

Глава 21

Я привычно пришёл на завтрак самым первым. Ребята обычно приходили чуть позже, не торопясь выбираться из кроватей. Но сегодняшний день начался иначе.

За нашим столом меня уже ждали.

– Доброе утро, Костя, – с улыбкой поприветствовал меня Толик. Посвежевший, спокойный и в идеально чистой форме Корпуса.

– И тебе, – ответил я своей улыбкой, присел за стол и разложил по подносу большую тарелку овсянки с кусочками фруктов, три вареных яйца, два блинчика с клубничным джемом и протеиновый коктейль. Ах да, ещё чёрный чай. – Когда приехал?

– Ночью доставили на вертолёте, – сделал он глоток чая и зажмурился от удовольствия. – Ох, хорошо!

Я пригляделся к парню и удовлетворенно кивнул. Буйства энергии вокруг него в виде серебристого марева не было, глаза всё же стали тёмно-серыми на постоянной основе, а перестройка организма продолжалась. Уже не так буйно, но она шла полным ходом.

– Как себя чувствуешь? – спросил я его, внимательно наблюдая за реакцией.

– Ты знаешь, прекрасно, – повёл он пальцем и тарелки на его подносе зашевелились сами. Пустая поднялась вверх, а на смену ей пришла тарелка с сырниками в сгущёнке. И всё это было проделано с идеальным контролем. – Ты прав, я стал гораздо сильнее.

– Хорош, – протянул я, а Толик широко, довольно улыбнулся. – Что сказали на проверке?

– Да ничего особенного, – пожал он плечами. – Доставили в Нулевой Отдел, там провели какие-то тесты, замеры, подключили к парочке аппаратов. Изначально хотели подержать у себя, мол опасен и всё такое, – манера речи у него немного изменилась всё же, но не критично. Надо будет дальше ещё посмотреть, насколько сильно стало влияние крови. – Но потом пришли какие-то люди. Тоже в чёрном, как Нулевики, но у них на униформе был череп и цифра шесть. Вот здесь, – похлопал он ладонью по левой стороне груди. – С ними ещё спорить пытались, но прибежал какой-то начальник и быстро разрулил весь вопрос. В итоге меня отпустили, а эти парни доставили сюда на вертушке. Кстати, да, они некроманты. Слабенькие, но некроманты.

– Как ты это понял? – приподнял я бровь.

– Костя, – поморщился Толик. – Я пусть и держу себя в руках, но память крови всё ещё бьет по мозгам. И она же снабжает меня информацией, учит, открывает мир по-новому. Видения прошли, Лахима, – сглотнул он. – Этот старик был чудовищно силён. Просто аномально силён, даже для Бога. А ведь я видел отрывки, где был пантеон. Разумом я понимаю, что невозможно сделать то, что делал он, но память моей крови тому доказательство. Так вот, кровь мне и подсказала, кто пришёл мне помочь с проверкой. Как-то так.

Надо будет Распутина ещё раз поблагодарить. Быстро он подсуетился и решил откликнуться на помощь, послав своих людей. Но не ожидал, что это будут некроманты. Хотя из его истории про слуг… хм, возможно, да.

– Что ещё тебе подсказала кровь?

– То, что все мы занимаемся херней, – откусил он сырник и запил чаем. – Нам нужно ускорятся, поскорее уже закончить с этим КМБ, который нам только мешает, набирать команду и мочить тварей Хаоса. Сила именно там, в Червоточине, среди захваченных миров и полчищ чудовищ. Память крови показала мне, как нужно поглощать и аккумулировать нейтральную энергию с тварей для развития без потерь. Уверен, ты знаешь, что мы при том же закрытии Разрыва теряем больше 70% нейтральной энергии. Банально не можем её правильно вобрать в себя. А ещё я уверен, что ты знаешь, как это делать правильно. И теперь вопрос, – его глаза блеснули серебристым светом. – Насколько это связано с тем, что моя память крови сигнализирует, будто передо мной Талион Орланд, Приносящий Знания и один из Богов Пантеона, а вовсе не Костя Демидов, мой друг из Корпуса.

Я спокойно выдержал его внимательный, тяжёлый взгляд и сделал глоток чая. Похоже, после нашей с ним работы в лазарете по усмирению его двойственного состояния, Толик не только вернул контроль на собой и даром, но и ещё успел всё обдумать. И прийти к определённым выводам.

– Ты ведь уже всё понял, – только и сказал я, спокойно очищая яйцо от скорлупы.

– Должен был догадаться раньше, – хмыкнул он, проведя ладонью по волосам. – Перерождение души? Или ты выбил душу младшего Демидова и занял его место?

Ого, он теперь и такое знает? Сколько же память крови ему открыла. Я думал, что у Толика пусть и есть наследие Лахимы, но урезанный вариант. Слишком много времени прошло, не должна кровь оставаться такой чистой. А тут, похоже, он получил как бы не весь набор.

– Первый вариант, – кивнул я. – Второй запрещён…

– Да, знаю, шестой закон в Золотой Книге Тысяч, – помахал он ладонью перед собой и вздохнул. – У меня в башке ещё до сих пор каша, Костя. Ты же не против, если я буду продолжать так тебя называть? Талион, конечно, крутое имя, пафосное и всё такое, но мне привычнее.

– Не против, – усмехнулся я. – А с вопросами подожди лучше. Я тебе всё расскажу, но позднее. Сначала прими всё, что даёт память крови, а потом уже будем разбираться с остальным.

– Согласен, – поморщился Толик. – Фрагментов памяти уже нет, но меня ещё корёжит. Такое ощущение, будто характер Лахимы наложился на мой. Я вроде и спокоен сейчас, но хочу устроить суету. Пойти в рожу дать кому-нибудь, или Альбину на плечо закинуть и из комнаты пару дней не выходить. Старик… мой предок… был тот ещё сорвиголова. Не мог усидеть на месте и постоянно приключения на свою задницу искал. Что самое смешное, какая-то часть фрагментов памяти связана именно с женщинами! То он с одной, то с другой, то с третьей, а затем и с четвёртой. Кабелина седая, вот кто такой Лахима, – засмеялся он под конец.

Я улыбнулся, прекрасно понимая, о чём речь. Во времена, когда старик был ещё жив, он отчебучивал не по детски.

– Так, я не наелся, – оценил Толик свой пустой поднос, обернулся к раздаче и щёлкнул пальцами. Две тарелки взлетели из общей стопки, а с ними и чистая вилка. Под удивлённые взгляды нескольких человек, кто сейчас завтракал, вилка сама положила ещё сырников и блинчики, а пиалки полили всё это джемом и сгущёнкой. – Всё же плюс есть, вон как теперь могу, можно даже с места не вставать.

– Контроль вырос колоссально, да, – признал я очевидное. – По остальному как у тебя?

– Да по-разному, – повёл он плечом. – Могу жахнуть, как на арене сделал, только пустым останусь сразу же. В целом, я получил многое, но ядро ограничивает. Сила Лахимы слишком прожорлива, нужны какие-то слишком дикие объемы. И это я ещё молчу про энергетические каналы. Раньше я думал, что мне с ними повезло, но теперь понимаю – это далеко не так. Предстоит много раб…

Он прервался быстро подтащил к себе тарелки и указал мне глазами на дверь зала. Я обернулся и увидел ребят.

– Толик.

– Знаю, буду молчать, – сразу понял он о чём речь. – Это твой секрет, а не мой.

Я признательно кивнул, а ребята заметили нас. Улыбки радости появились на их лицах, Альбина так и вовсе расцвела. Они быстро набрали завтрак и поспешили к нам.

– Толик, дорогой! – поставила поднос на стол девушка и прильнула к парню. А тот и рад, вон как улыбается. – Фух… я так переживала! Думала ещё долго тебя не увижу! Я…

Под удивленный свист Игната и улыбки Авроры с Марией, парень поцеловал девушку. Раньше он бы так не смог, а теперь вон что творит. Альбина негромко пискнула, посопротивлялась для виду, а потом расслабилась и ответила, обняв его за шею.

– Во даёт, – покачал головой Волков и получил тычок от Голицыны в бок. – Ау, за что?

– А чтоб не расслаблялся, – клюнула она его в щёку. – Ешь давай!

Тихо буркнув себе под нос что-то про женский произвол, Игнат взялся за завтрак, а остальные сделали вид, что ничего не видят. Я тоже тактично смотрел в стену.

Дальше ребята накинулись на Толика с просьбой рассказать, как прошла его поездка в столицу. Нового он им ничего не сообщил, повторил тоже самое, что и мне. Разумеется, всех сразу же заинтересовали посланные Распутиным некроманты, а ещё Игнат удивился, что реально быстро Толика отпустили, тут Перун не соврал, он вернулся даже раньше суток.

– Костя, какие планы на сегодня? – спросила Аврора, кидая косые взгляды на эту влюбленную парочку, перешёптывающуюся между собой.

– После занятий вы пойдете с Сашей и Ромой тренироваться, – нарезал я список задач. – Темп пока неплох, но нужно ускориться немного. Я поговорю сегодня со Спицыным, он меня в шесть у себя ждать будет, постараюсь выбить нам повышенную норму Разрывов. А вечером у нас ужин.

Они переглянулись между собой. Альбина с Толиком разорвали поцелуй и если первая смущённо уткнулась в тарелку, то второй широко и довольно улыбался, будто котяра, нашедший стратегические запасы сметаны.

– Ужин? В смысле? Мы как бы и так…

– Не здесь, – покачал я головой. – Моя семья приезжает сегодня в Смоленск и какое-то время побудет здесь.

– Оу, – приподняла брови Мария. – Это из-за случившегося в столице?

– В том числе, – пойти бы ещё чая налить, но как-то лень. – Главная тема разговора – наша будущая команда. Нас не отпустят в Москву сейчас, всей группой, но уже нужно готовить почву, чтобы потом не бегать впопыхах. Думаю, желающих помимо нас будет достаточно и я хочу всё сделать заранее. Пусть на сборы я не попал, но Тимирязев обещал поспособствовать разрешению, вот и буду выбивать его. Что касается родителей, они хотят с вами познакомиться. Разрешение я в обед получу, его с утра сделают.

– То есть, – как-то опасливо сглотнула Аврора. – Мы будем ужинать с графом и графиней? Сегодня?!!

– Ещё Варя приедет, это моя сестра, – пояснил я. – А что такое? Чего вы так на меня смотрите?

– Да просто, это же… Ну… Демидовы! Ну то есть…

– Я тоже Демидов и что? – хмыкнул я.

– Ты их сын, а мы чужие люди, – взял слово Игнат. – Вот Аврора правильно переживает. Ты просто, возможно, не совсем понимаешь, Костя, но твой род в Российской Империи это большая величина. На уровне богатых и влиятельных князей.

– И тем тупее был поступок Дроздова, – хищно усмехнулся Толик. – Я больше чем уверен, твой отец теперь стрясёт с Дроздовых знатный куш. Или быть войне.

– Война, вряд ли, – поразмыслив несколько секунд, покачал головой я. – Да, он нанёс оскорбление и мой род ответит, но до кровопролития скорее всего не дойдёт.

– Ты так в этом уверен?

– Хм, – нахмурился я. – В большей степени, да.

Отцу не нужна война. Это издержки, траты, смерть людей и напряжение в стабильности. У нас как бы тоже есть недруги и такой повод укусить они не пустят. А вот наказать Дроздоввх иначе, с помощью связей, обширных возможностей и желательно так, чтобы не осталось даже шанса ударить в ответ, это да, отец так может.

И дело тут отнюдь не в трусости, как могло бы показаться, а в рациональности. Вырезать Дроздовых можно, но они не третьесортный род, у них тоже есть друзья, гвардия, статус и репутация. Когда кровь друг другу пускают какие-нибудь бароны это одно, но если начинают резаться графы и князья, тут уже начинает лихорадить всё государство.

– Блин, – выбила меня из мыслей Маша. – Вот не мог ты вчера сказать, Костя? У меня даже платья нет!

И тут началось…

Такой благоговейный ужас и решимость я не видел у наших девушек даже в сражении с Хаосом. Нас, парней, как-то сразу за бортом оставили и девчата принялись обсуждать, как подобрать платье без выезда в город, какое оно должно быть и… дальше я уже не слушал, слишком много ненужной информации.

– Женщины, – с видом познавшего жизнь мудреца вынес вердикт Толик. Ещё и несуществующую бороду пригладил, как это делал Лахима. И сам себе удивился, зачем это сделал. – А мы в чём пойдём, парни?

– Вот только давай ты не начинай, а? – Игнат ткнул в его сторону вилкой. – В форме пойдём. Форма мужчине всегда к лицу.

– Сказал качок поперёк себя шире, – весело хохотнул Толик. – Тебе уж точно форма идёт.

– А в глаз? – прищурился здоровяк.

– Так, успокойтесь, – хлопнул я ладонью по столу. – За внешний вид можете не переживать, форма одежды любая. Можете хоть в джинсах идти, никто вам ничего не скажет, но лучше так не делать. Матушка промолчит, но запомнит.

– Вот я и говорю, пойдём в форме, – кивнул Игнат и опасливо покосился на щебечущих девчат. – Если нас не заставят нацепить что-нибудь другое.

Я, конечно, предполагал, что так будет, но всё же надеялся на лучшее. Ещё вчера с отцом созвонился и он обрадовал новостью, что они с матушкой и Варей приедут в Смоленск погостить пару дней. Вот только было у меня предчувствие, что отца вынудили.

Меня и Олега нет, я в Корпусе, а он на Урале, вот Виктор и остался один против младшей сестры и матушки. Ещё и похищение с последующим нападением. В общем, сам этот приезд просто из желания повидаться со мной, ну и заодно, раз такое дело, познакомиться с ребятами, да.

– Ещё кое-что, – отобрал я чай у Игната и сделал пару глотков.

– Эй! – возмутился он.

– Как ты можешь пить с бергамотом? – поморщился я и продолжил: – Так вот, помимо родителей ещё дядя Жора будет.

Девушки сразу прекратили шептаться и синхронно повернули головы ко мне. Выглядело это… сюрреалистично.

– Дядя Жора это который генерал Артюшин, Костя? – елейным голосом, но с нотками угрозы, спросила Мария.

– Ну да, – почесал я затылок. – Он тоже приедет.

– Абзац, – хлопнула себя по лбу Альбина и судорожно выдохнула. – Ещё и генерал там будет.

– Да чего вы напряглись? – вскинул бровь Толик. – Вы и так красавицы у нас, вам хоть платье, хоть пижама, блистать будете.

– Вот и иди в пижаме! – припечатала Голицына. – Вы мужчины и вам не понять!

– Да всё-всё, – поднял он руки, признавая капитуляцию. – Не надо на меня волком зыркать.

– Демидов, ну ты… – покачала головой Аврора. – Подставил, конечно.

Я пожал плечами и ничего не ответил. А что им сказать? Что они просто так беспокоятся? Игнат прав, у нас есть парадная форма, можно пойти в ней и всё будет хорошо. Та же матушка и слова не скажет, наоборот ей понравится, но если девчата хотят платья, то пусть идут в платьях.

– Так, девочки, пошли, – командным тоном заявила Голицына и поднялась из-за стола. – До занятий ещё сорок минут!

В едином порыве женская половина нашей группы выбежала из столовой, оставив нас одних.

– Знаешь, Костя, они ведь не простят тебе такую подставу, – хмыкнул Толик. – Мог же ведь предупредить заранее.

– Толя, у меня младшая сестра и матушка могут одно платье часами выбирать, – посмотрел я на него с иронией. – Предупреди я их, они бы всю ночь не спали, а у вас ещё сегодня тренировка. А их маленькую месть я как-нибудь переживу.

– Хм, хитро, – кивнул Игнат. – Но почему ты не сказал нам?

– А что бы изменилось?

– И то верно, – вздохнул здоровяк. – Что-то я не подумал…

– Ты? И не подумал? – наигранно ужаснулся Толик. – Ты же мозг нашей команды, Игнатушка! Говорю тебе, Костя, это всё из-за Машки! Мозг нашего качка стал сбоить с её появлением!

– Нет, ну ты точно в глаз получишь! – потянулся к нему через стол Волков. – Тем более, ты сам не лучше! Вон, постоянно делаешь, что Альбина не попросит!

– Ничего ты не понимаешь, Игнатушка, это ход такой, тактический! – со смехом уклонился парень от широкой ладони, не дав себя сцапать. – Обмани противника, покажи ему, что он почти победил, а потом вырви победу из его рук!

– Это кто такое сказал? – усмехнулся я.

– Да какой-то китаец, – махнул рукой Толик. – Сунь Вынь, или Сунь Цзынь. Вроде бы там так было, но это не точно… Так что, учится тебе ещё и учится, Игнатушка!

– Всё, достал!

Волков выскочил из-за стола и ринулся на Толика, а тот со смехом, под хохот некоторых зрителей свалился со стула и кувырком уклонился. Затем вскочил на ноги и рванул на выход, а Игнат за ним.

Я взял полупустой стакан с чаем, который оставил здоровяк, допил его одним глотком и осмотрел оставленные ребятами подносы.

– И кто это будет всё убирать?