Текст книги "Красный Корпус III (СИ)"

Автор книги: Илья Романов

Соавторы: Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Кошмар исчез, будто навеянный мираж, осталась лишь темнота. И один единственный маленький синий огонёк, горящий где-то вдалеке подобно маяку.

И пусть для Кирилла это был лишь сон, а тело и вовсе не было видно из-за окружающей тьмы, но он собрал всю свою решимость и силы, сделав шаг следом за огоньком вдали. Свой первый Шаг на пути обретения поистине стальной веры. Первый Шаг на пути будущего Жреца своего бога…

И в то же мгновение новая информация отразилась на экранах систем мониторинга состояния больного, а через несколько секунд в палату вбежала взволнованная дежурная целительница.

Глава 5

Первые лучи рассвета робко мелькнули на горизонте. Утренний ветерок принёс с собой лёгкую прохладу, словно хотел помочь отпустить эту ночь, сосредоточится на новом дне. Новой жизни.

Я сидел на крыше казармы, куда у каждого живущего в этом здании был свободный вход. Алая Роза лежала на плече, распространяя нежное тепло. Словно уставшая, но довольная бурной ночью любовница она пребывала в самых прекрасных эмоциях. Пожалуй, если бы меч мог мурлыкать, то я вполне мог первые услышать нечто подобное этим утром.

Внизу копошились люди, вернувшиеся с тяжёлой, но необходимой работы. Многим сегодня пришлось обагрить свой меч кровью тварей, а подсчёт погибших будет позже. Главное – Красный Корпус устоял. Исполнил свою задачу, защитил людей и закрыл Разрывы.

Даже мне, с моим опытом и третьей ступенью Пути Тела, пришлось хорошо постараться, но это того стоило.

Взгляд упал на раскрытую ладонь. Лёгкое усилие воли, слабое дрожание воздуха. Между пальцев потекли видимые лишь моим глазам синие нити сконцентрированной энергии.

Первая ступень Пути Разума теперь моя. Пришлось потратить всю накопленную за бои энергию, поучаствовать в закрытии больше четырёх точек Разрывов, почти надорвать ядро, но мне удалось взять эту планку уже сейчас. Не через месяц или больший срок, а уже сейчас.

Безумие – сказали бы мне в прошлой жизни, те, кто понимал больше остальных. Необходимость – ответил бы я, зная цену провала.

Я мог нанести своей душе тяжелейшие раны. Даже душа Бога, если она в человеческом теле, имела ограничения. Нельзя прыгнуть выше головы без рисков.

За Силу всегда нужно платить. У всего есть своя цена и я должен был вступить на Путь Разума позже, подготовленным и после достижения восьмой ступени Пути Тела. Создать хороший фундамент, развить в должной мере энергетические каналы, чтобы пережить нагрузку из-за роста второй ветви Иггдрасиля. Перейти на Путь Стихий, и только потом заняться Разумом.

Магия Разума – самая сложная дисциплина, даже среди богов. Мы живём долго, очень долго, и наш разум должен оставаться острым, дабы не скатиться в безумие. Поэтому, как бы ни была опасна и сложна Магия Разума, нам она необходима. Для выживания и сохранности собственного «Я».

Иногда я даже задумывался, что уделяй мои братья и сёстры больше времени не интригам, веселью и развлечениям, а Разуму, то не поддались бы на посулы Владыки Хаоса.

В любом случае, я должен был сначала заняться Телом и Стихиями, и только потом Разумом.

И весь этот план полетел в бездну. Можно было бы винить в этом Алую Розу, ведь это из-за неё и обнаруженных скачков в ядре я решился на такие риски, чтобы контролировать новое оружие и собственные порывы. Ярость берсерка – это не то топливо, которое должно лечь в основу нашей общей силы. Но разумный, направленный гнев совсем другое. Тем более, что я не собирался идти на поводу её эмоций и своих собственных, но и оставлять ситуацию со скачками без внимания было опасно.

Как бы то ни было, но я не столь глуп, чтобы винить свою партнёршу. Она такая, какая есть. Со своими недостатками и силой. Так к чему тогда всё остальное?

Для Арсенала было шоком, когда он увидел исполнение третьей ступени аркана, сотворённого в доспехе. Что ж, теперь бы он удивился ещё больше, но вряд ли меня и мою группу потащат сегодня или завтра на Разрывы. Нужен отдых и это логично.

«Слово Разума: Длань».

Невидимые потоки энергии подхватили бутылку воды, крышку будто открутили прозрачные пальцы, после чего бутылка оказалась в моей руке, словно её подал услужливый слуга за моей спиной.

«Слово Разума: Барьер».

Легко откинувшись спиной, не боясь упасть, я почувствовал застывшую в воздухе твёрдую поверхность. Рябь в воздухе было отлично видно, как и синеву энергии. Так удобнее.

Да, магия Разума – сложнейшая дисциплина, но и дающая столько, насколько развита твоя фантазия и Понимание Слова.

Именно так, с большой буквы. Понимание мира. Понимание сути вещей. Если взять ту же Длань, то маг Разума должен точно и до мелочей представлять и понимать работу «руки», которую желал воплотить. С Барьером то же самое. Здесь концепции воздуха, концентрация потоков энергии, полный разбор составляющей той фигуры, которую должен принять Барьер. Вот только на первой ступени Пути Разума в бою он почти что бесполезен. Разве что толкнуть противника внезапно получится, но с этим тот же воздушный кулак справится в разы лучше. Но дальше – больше.

Всё ограничивается лишь фантазией и Пониманием мага. А ещё колоссальными объёмами энергии. Магия Разума очень прожорлива, ведь она отличается от Арканов. Это противоположные друг другу направления, которые за время моих странствий в прошлой жизни и в бытие Богом, я смог изучить и совместить в себе. Краеугольный камень моей Силы, а Путь Тела посередине, удерживающий их между собой.

– Теперь тебе придётся быть поспокойней, – погладил я ладонью ножны Алой Розы. Ответом мне было лёгкое недовольство женщины, которую пусть не желали контролировать, но и не позволяли многое. – Нам нужен собранный разум в сражении, а не скачки эмоций, как у подростка.

С этим она спорить точно не могла. Слишком мы увлекались в бою этой ночью, а наши враги были слабы и не представляли угрозы. Но будь на их месте тот же Вестник Хаоса? В сражении с такой тварью нужно контролировать собственный разум и порывы.

Я оттягивал этот момент, пока расслабленно отдыхал на крыше после открытия Пути Разума. Но хватит уже наблюдать за рассветом и людьми внизу. Пора попробовать то, что мне доводилось использовать в прошлой жизни, но не особо нравилось.

Я на секунду прикрыл глаза и настроился.

Вдох-выдох. Вдох-выдох. Повторил ещё несколько раз, чувствуя лёгкое нетерпение Алой Розы и её поддержку. Для неё Магия Разума была в новинку, а любопытство женщины неискоренимо.

«Слово Разума: Отрицание»

Краски мира померкли и словно выцвели. Стали неинтересным полотном, не вызывающим никаких эмоций. Я не видел себя со стороны, но уверен – сейчас моё лицо замерло холодной, безразличной ко всему маской. Гнев, спокойствие, умиротворение, желания, действия… Все померкло, стало обыденным, не стоящим внимания.

Сознание словно разделилось на две грани: рациональность и иррациональность. Два переключателя, решающие всё. Просто Да и просто Нет.

Сидение спиной к Барьеру – иррационально, трата энергии. Нахождение здесь, на крыше – иррационально, пустая трата времени. Пойти заняться собственным развитием, узнать про другие Разрывы, либо отправиться в аренный комплекс и занять один из залов – рационально, необходимо, несколько путей действий.

Это был натуральный холод разума, столь глубокий, что превращал человека в подобие машины. Пугающее состояние, в котором легко потерять себя и утратить собственное «Я».

Да… Магия Разума – сложнейшая дисциплина. Я никогда не перестану повторять эту мантру, которую выучил в прошлой жизни и увидел результат того, к чему может привести легкомысленное отношение к этой Силе.

Но нужно завершить проверку и пойти немного отдохнуть.

Это рационально и ещё один из путей.

Изначальная форма доспеха Алой Розы возникла на теле быстрее обычного. Живой артефакт опасался – иррационально, мы союзники, пока это ведёт к цели. Тёплые отношения – иррационально, бесполезная привязанность, важен лишь результат. Методы не важны.

Я резко встряхнул головой, почувствовав жжение от меча.

– Да… да… понял, – прошептал я одеревенелыми губами. Чувство глубокого Отрицания немного отступило. Мне точно ещё предстоит заново привыкать к этому. – Давай попробуем?

Ответа я не ждал. Если бы только Алая Роза умела общаться не во снах… Это был бы интересный опыт. Но не рациональный. Отвлекающий фактор.

Тц-ц…

Ладно, Талион, соберись. Ты знал, что так будет, считай добавил ещё одну проблему для решения другой, но результат должен того стоить.

Текущее состояние позволило мне полностью разобрать все свои эмоции. Контролировать каждую из них, словно выбирая, какой тумблер переключить и насколько необходимо проявить эмоцию. Хочется гнев? Хорошо, держи. Лень? Без проблем, ленись сколько хочешь. Проблема была лишь в двойственном состоянии, но к нему можно привыкнуть и контролировать.

Я стал медленно разгонять гнев. Эмоция поддалась свободно, легко, будто ждала этого, спрятанная глубоко внутри. В груди стало нарастать тепло, а всё тело бросило в жар. Сердце забилось быстрее, появилось желание сорваться в бой, убить ещё больше тварей Хаоса. Принести им смерть, которую они заслужили!

Энергия внутри ядра начала закипать и наполняться даже в доспехе, искра божественности вспыхнула пожаром. От Алой Розы повеяло невероятной яростью, наша связь обострилась, её и мои эмоции были едины.

– Слишком глубоко, – собственный голос на задворках сознания казался чужеродным, рычащим. – Необходимо держать грань.

Эмоциональный накал, как и реакция тела с адреналином и всем прочим отступили на второй план. Я же полностью сосредоточился на ядре и энергии, которая перестала заполняться, но закипала до сих пор.

Немного убавил – энергии стало меньше. Добавил – стало больше.

Интересный эффект живого артефакта. Никогда ранее такого не видел, но, похоже, это резервы самой Алой Розы. Те крупицы, которые она собирала с убитых тварей себе и теперь делилась со мной.

На ладони появился аркан третьей ступени – Воздушный Таран. Простенький в исполнении, структура его доступна даже новичкам, но хорошая ударная сила.

Мои энергетические каналы «заскрипели» от натуги. Значит, четвертую ступень сейчас не осилю, если не хочу оказаться на больничной койке. Тело банально не выдержит, слишком большая нагрузка из-за использования Магии Разума и Аркана одновременно. Ожидаемо… В любом случае, это уже прогресс и в некоторой степени ускорение на пути восстановления моей Силы. По крайней мере моя эффективность в бою повысилась и это неоспоримый факт. Теперь осталось лишь приспособиться сражаться в подобном состоянии.

– Достаточно… – выдохнул я. Аркан исчез, энергия рассеялась. Следом доспех вернулся в состояние кулона и пропало Отрицание. – Тц-ц… Это тоже было ожидаемо…

Виски прострелила мигрень. Не сильная, но ощутимая. Магия Разума несла большую нагрузку на тело, в особенности на мозг, заставляя его задействовать ранее неиспользуемые «мощности». Практика и постоянное использование Слов Разума решит эту дилемму, как и дальнейшее развитие Пути Тела.

Покончив с экспериментами, я вернулся в свою комнату. И первым делом вновь пошёл в душ, привести мысли в порядок. Было лёгкое чувство апатии из-за Отрицания, но, опять же, нужна практика.

Людей в коридорах казарм было предостаточно. Многие только-только вернулись с боевых миссий и весь их внешний вид кричал, что у некоторых ночь выдалась очень жаркой.

– Костя? – заметил меня Алексей. Целитель из команды Кутузова. Мужчина был бледным и уставшим, но улыбнулся. – Привет!

– Привет, Лёша, – мы пожали друг другу руки. От него исходил запах пота и недавнего боя. Кивнул остальным ребятам из команды Кирилла, появившимся следом. – Парни. Только вернулись?

– Да, девять Разрывов подряд, и очень плотных. Тварей была целая куча, – выдохнул Максим. Только вот сейчас неунывающий весельчак не улыбался. – Многих ребят потеряли…

– Хм, – сурово кивнул немногословный Сергей, соглашаясь.

– Костя, ты не знаешь, как там командир? – скрывая тревогу, спросил Алексей. – Нас не пустили в лазарет к нему. Сказали, что в коме, но может ты знаешь больше…

– Нет, Лёш, – покачал я головой. – Кирилла доставили сразу сюда и это всё, что я знаю.

– Мы слышали, что ты при нападении отличился, да и ночью этой, в отличие от других новобранцев, не спал, – взлохматил волосы Макс, а на мою приподнятую бровь, пояснил: – Да в арсенале уже слухи про тебя ходят, Костя. Как и то, что ты в одиночку Баргана зарубил, а это считай третий класс опасности.

– Ты же знаешь, я ещё не совсем ориентируюсь в классификации тварей Разрывов, – ответил я и сразу понял, что это надо исправлять. – Может и зарубил.

– Обрастаешь репутацией, правильно, – кивнул Лёша. – Ладно, пойдём мы отдыхать. Ещё и башка раскалывается, – поморщился он, помассировал виски. – Перенапрягся немного…

Я без слов сделал шаг ближе и положил ладонь на лоб мужчины, удивив не только его, но и остальных.

«Слово Разума: Омовение».

– Костя, что ты… – запнулся Лёша, но вот прошла секунда и он блаженно зажмурился, а из его груди вырвался облегченный стон. – Ох, хорошо…

– Нифига себе, – взлетели брови Максима. – Это что ты сделал⁈

– Ослабил потоки энергии в голове. Целители при работе часто испытывают мигрени, если надорвутся, – вот только на мне этот способ не сработает, увы. Только терпеть. Даже такая крохотная помощь сказалась на моем самочувствии. Расплата за использование пути Разума в отношении другого существа последовала немедленно и я едва заметно поморщился от разгоняющейся мигрени. – Стало гораздо лучше?

– Ещё спрашиваешь! – на щеках мужчины даже румянец появился, а губы разошлись в благодарной улыбке. – Я как будто выспался!

– Это обманчивое ощущение, – помассировал я виски. – Все равно лучше отдохни, но мигрень ушла и больше не вернется.

– Менталистика, да? – вставил слово Сергей, нахмурив брови. – Мы думали у тебя дар тела и лёгкий уклон в стихии.

Я промолчал и это сказало всё, что нужно. Тем более, что Сергей немного ошибся. Менталистика лишь одна из граней Магии Разума. Ребята у Кирилла были понятливые, не стали больше задавать вопросы и мы, тепло попрощавшись, разошлись в разные стороны. Они позвали меня в Хельхейм на выходных, но я взял время подумать. Скорее всего откажусь, некогда мне по барам ходить.

Если я думал, что мне удастся немного отдохнуть и вырвать несколько часов сна до завтрака, то ошибся. Телефон на тумбочке у кровати буквально разрывался от звонков, а стоило посмотреть на экран, как из груди вырвался усталый вздох.

Восемь пропущенных от матушки. Три от отца. Пять от дяди Жоры. И семнадцать от Вари. Даже Олег позвонил, но один раз. Брат слишком занят, но даже этот один звонок для него уже подвиг.

Выбор, кого успокаивать первым, даже не стоял.

– Костя!!! – раздался в динамике звонкий, обеспокоенный голос. – У тебя всё хорошо! Ты где⁈ Ты в Корпусе⁈ Не ранен⁈ Почему трубку не брал⁈

Варя, как обычно. Вопросы из сестры летели, как из пулемёта, а в голосе слышалась неприкрытая тревога.

– Всё хорошо, Варя, – улыбнулся я и почувствовал, как в груди немного разжалась взведённая до предела пружина. – Я не пострадал. И да, я в Корпусе.

– Фух! – громко выдохнула она в трубку. – Мы тут все испереживались! Информации никакой, только слухи и полнейший бред! По телевизору ничего не показывают! Мама на нервах, отец рвёт и мечет! Я слышала, – сбавила она тон, будто опасаясь подслушивания. – как он говорил про Шуйских! Отец просто в ярости, Костя! Я его таким видела последний раз, когда те дураки попытались Олега похитить! – да, было такое три года назад. Какая-то банда решила заработать на заказе от наших конкурентов. В итоге заработать у них получилось только смертельные проблемы. – Матушка его успокоить пытается, но там ещё и дедушка звонил! Он как узнал, что ты чуть не погиб… ух… Брат, с тобой точно всё хорошо?

– Да, я же сказал. – попытался успокоить её своим тоном. – Варь, мне надо отцу позвонить.

– Вот так всегда, – она точно надулась сейчас, как мышь на крупу. – Никому до меня дела нет!

– И поэтому ты первая, кому я позвонил, – с лёгкой иронией ответил я на это.

Тут сестре крыть было нечем, а ещё я уверен – сейчас она точно улыбнулась. Варе приятно, что первым делом я позвонил именно ей, а не кому-то другому. Подумал про неё и успокоил.

– Ладно, братик, – настроение у неё точно поднялось. – Я рада, что с тобой всё хорошо, но ты не забывай звонить! И ещё, передай дяде Жоре привет, когда увидишь! Мама сказала, что он тоже был очень зол! На Шуйских и на тебя, что трубки не брал! В общем, крепись, Костя! Пока-пока!

Звонок сбросили, а я, перерожденный, но Бог, почувствовал, как по спине пробежала капелька холодного пота. Если отец в ярости – это буря, то дядя Жора – настоящая катастрофа. Поэтому со звонком главе рода Демидовых я решил повременить и набрал другой номер.

– Здравствуй, внук, – сдержанно зазвучал голос генерала, когда он принял вызов. И от этого было ещё опаснее.

– Доброе утро, дядя Жора.

– Доброе-доброе, – радушно поддержал он. – Рад, что ты соизволил позвонить именно сейчас, а не ранее, пока бегал по Разрывам после покушения. – разумеется, он знал больше остальных. Намного больше. – Скажи мне, Костя, ты сейчас где?

– В своей комнате, – был мой ответ. – Хотел обзвонить всех и лечь поспать.

– Ну поспать тебе вряд ли удастся, внучок, – чуть изменилась тональность его голоса. На предвкушающую такую. – А вот отцу и матери позвони. И жди, я уже еду.

Вновь гудки. Я посмотрел на телефон, как на змею в собственной руке, готовую впиться клыками в шею.

Мой тяжёлый вздох, должно быть, было слышно даже за территорией Корпуса.

Дядя Жора едет сюда. И, как я уже понял, катастрофы не избежать…

Глава 6

Территория Красного Корпуса.

Казарма отрядов быстрого реагирования.

Анатолий Романович Медведев, он же Иванов, хотя его конспирация стала для знающих людей уже секретом полишинеля, находился в смятении и раздрае.

Произошедшее на мероприятии у градоначальника Смоленска, князя Шуйского, сильно подкосило парня. Он знал, что твари Хаоса опасны. Что призвание Красного Корпуса сражаться с ними и побеждать, защищая человечество. Вот только эта самая опасность как-то отошла на второй план после прибытия в Корпус.

Да, было непривычно, даже в какой-то мере тяжело. Некоторые преподаватели гоняли новобранцев до седьмого пота, обучали и требовали знаний. В Корпусе было нелегко, но Толя не чувствовал в нём за эти дни… невероятной опасности для жизни, про которую был наслышан.

Больше это место походило скорее на военную академию, нежели на подразделение смертников, где до конца службы доживает только каждый десятый. Даже их групповой выезд на Разрывы или встреча с той ужасной тварью, ранившей одного из бойцов ротмистра Самойловой, когда он с ребятами был в усилении, не создавали такого впечатления. Всё это внушало некую опаску, могло стоить жизни, но не вызывало… ужаса.

Ровно до вчерашнего дня. Когда спокойный, размеренный и приятный во многих отношениях праздник омрачился кровью и трупами. Толя и раньше видел смерть, воспитание отца накладывало свой отпечаток, но такого… такого он не видел никогда.

Прямо на его глазах твари рвали людей на куски. Он слышал, как разрывалась их плоть. Вдыхал запах крови и ужаса, дурманящий разум.

Он мог признаться сам себе, что испугался. Застыл в тот миг, когда одна из тварей чуть не убила Альбину. Не нашёл в себе силы или решимости защитить её. И за это пострадали двое человек. Один из которых теперь в лазарете и в коме, а другой – мёртв.

– Я не должен был медлить, – угрюмо прошептал парень, сидя на кровати в своей комнате. Его мрачный взгляд упёрся в крепко сжатые кулаки, пытаясь в них что-то разглядеть. – Не должен был… Трус… Каким был, таким и остался…

Неприятная правда кольнула сердце болью. Однажды он уже замер вот так. Перед врагом, который отнял у него самое дорогое. И пусть парень понимал, что тогда ему было всего десять лет, это ничего не меняет. Слабый, никчемный, трус…

Как сейчас Анатолий помнил осенний вечер седьмого ноября. Они с матушкой возвращались домой под охраной, как и подобает аристократам. Он хорошо помнил запах кожаного сиденья, аромат в салоне машины и запах духов своей матери. Её улыбку, когда она гладила его по голове, перебирая волосы.

И тот взрыв, что уничтожил головную машину в кортеже. Взрыв, за которым последовала бойня. Вся охрана погибла, водитель их машины умер в числе первых из-за выстрела снайпера.

Её убили у него на глазах. Вытащили из машины за волосы, поставили на колени и пристрелили. Без жалости, без колебаний. Просто потому что таков был приказ. Матушка не молила их о своей жизни, лишь просила не убивать его.

Парень глубоко ушёл в свои воспоминания, крепко сжимая челюсть и кулаки. Он не заметил, как предметы в комнате стали отрываться от поверхностей, воздух задрожал, а из его тела вырвались серебристые потоки энергии. Слабые, но их хватило, чтобы во всём помещении возникло непомерное давление Дара парня.

Тот выстрел снился ему до сих пор. Раз в неделю он переживал этот кошмар. И тот миг, когда ужасающий дар Медведевых пробудился в маленьком, десятилетнем мальчике. Дар, полная сила которого была недоступна его отцу или деду, но принадлежала основателю рода Медведевых. А теперь и ему.

Выстрел сменился рёвом полным боли и отчаяния мальчишки, а на смену ему пришли хруст плоти, скрежет металла, дрожание земли и грохот разрушений. Не выжил никто.

Отцу парня стоило больших усилий сохранить в тайне произошедшее, а затем ещё и создать настолько глубокую легенду для своего сына, чтобы того воспринимали простым артефактором со слабым даром. Толику даже думать было страшно, какова была цена подобного секрета, особенно при поддержке Нулевого Отдела, где тайно работал отец.

И теперь он здесь. В Красном Корпусе. Чудовище в шкуре артефактора для всех, хранившее два секрета. Один из которых знали те кому нужно, а второй – никто, кроме отца и тех, кто помогал ему спрятать информацию.

Кто-то бы мог задаться вопросом: зачем это делать? Для чего прятать свой истинный дар? Не использовать его в полную силу, а скрываться? Ответ прост – страх. В мире существует множество даров, которые не находятся под крепкими запретами, но их обладателей боятся и стараются устранить в первую очередь, если это возможно.

И Толик был одним из таких, ведь его истинный дар, если верить записям основателя рода Медведевых, происходил с самой эпохи Падения Богов и брал своё начало от Лахима – Бога Луны.

«В наших жилах течет кровь Бога, сын. Это наш дар и наше проклятие. Дай мне слово, что не покажешь эту силу, пока не будешь готов! Обещай мне!»

Слова отца, сказанные в тот день, заставили Толика впервые дать магическую клятву. Не через Кровавый Ритуал, а другой, более древний, сохранившийся в его роду с давних времен. Лишь благодаря ей парня отпустили в Красный Корпус, чтобы развить свою силу и перестать скрываться. Чтобы стать сильнее и не допустить повторения того, что случилось с матушкой.

Парень вышел из своих мыслей, угрюмо уставившись на парящий над полом стальной шар. Один из его немногих тренажёров, захваченный из дома и доработанный благодаря артефакторике, которую он любил.

Сила сгустилась. Серебристая энергия обхватила шар, а дар легко откликнулся на желание владельца. Цепочка зачарований вспыхнула от нагрузки. В тишине раздался пронзительный скрип, а затем необычный металл стал сжиматься и деформироваться ещё сильнее под мрачным взглядом такого спокойного и доброго в обычное время парня.

Самобичевание исчезло, на смену ему пришёл гнев. На тварей, что чуть не убили Альбину и ребят. На свою нерешительность и ступор, ведь он мог навредить своим, если бы позвал дар в тот момент.

Густой, жгучий гнев кипел внутри Анатолия, представляющего, что этот кусок металл – голова твари, которая порвала Сергея, закрывшего собой ту, что стала дорога его сердцу.

Случившееся открыло ему глаза, что он до сих пор слаб. И то, что если так и продолжится – ему вновь может не хватить решительности.

Первой мыслью было пойти к куратору и сказать ему. Возможно, Спицын поможет, подскажет, но Толик отбросил эту идею почти сразу. Он не сильно доверял этому мужчине. Как и Арсеналу, за маской весельчака которого прятался лик хладнокровного убийцы.

Тогда к кому? Как ни странно, в Красном Корпусе был человек, которому парень мог бы доверять. Тот, кто узнал его секрет (уже и не такой секрет), но сохранил, хотя мог рассказать всем. Человек, которому Толик мог доверить спину и который среди всей их группы вызывал ощущение безопасности, вкупе с надежностью.

И Толик решился. Он поднялся с кровати, торопливо переоделся и быстро покинул свою комнату, желая найти Костю. В клятве, которую он дал отцу было много условий сокрытия, но одна лазейка всё же осталась и он хотел воспользоваться ей, чтобы найти помощь и стать сильнее.

Пора приоткрыть ещё один секрет робкого и славного парня, в жилах которого текла кровь Бога Луны и который обладал ужасающим Даром Гравитации…

* * *

Территория Красного Корпуса.

Аренный комплекс.

Это было больно – пришла ко мне первая мысль. Это было очень БОЛЬНО – пришла за ней вторая.

Обливаясь потом и тяжело дыша, я опирался руками на колени и сгорбился в три погибели. Всё тело ныло от синяков и ушибов, воздух пропах металлом, резиной и потом. Одежду хоть выжимай, настолько она прилипла к телу.

– И это всё? – хрустел кулаками дядя Жора, широкая и весьма зловещая улыбка которого не погасла с момента нашей сегодняшней встречи. – Как-то слабенько, внучок! – едко заключил он.

Мощная фигура генерала, одетого в военные штаны и обычную майку, внушала уважение. Даже в таком возврасте его тело оставалось гибким, подтянутым и мощным. С высоты своего опыта я мог с уверенностью утверждать – тело дяди Жоры создано для битв.

Мы были одни в этом спортивном зале, куда генерал потащил меня по приезду. Чтобы сбить спесь со слишком самоуверенного мальчишки, это если дословно. Оказалось, он выяснил произошедшее у Шуйского почти сразу, попытался связаться со мной, но связь на время блокировали по всему Смоленску. А когда приехал в Корпус, здесь меня уже не было, уехал на Разрывы. Без группы. Один. И то, что со мной был Арсенал, его не волновало, а скорее почему-то раздражало.

– Готов ко второму раунду? – ощерился он в зловещей улыбке.

Я выдохнул, вскинул кулаки и встал в стойку. Дядя Жора не стал ждать. И пусть он сдерживался, даже с моей Третьей ступенью Пути Тела и опытом сотен боёв, сражаться с ним было… тяжело. Слишком разная весовая категория в данный момент, что он и доказывал, выбивая из моего тела всю дурь.

С неимоверным трудом я смог отвести корпус от пудового кулака. Тот уже успел ранее подарить мне две трещины в рёбрах, боль от которых я терпел. Вот только левый угол на этом ринге точно придётся помыть, свой завтрак я там оставил.

Вслед за одним кулаком, полетел другой, а следом и нога. Дядя Жора перетекал из одного удара в другой. Его стиль боя можно было бы назвать танцем, если бы медведи умели так двигаться и танцевать. Скорее весь стиль генерала напоминал зверя, который вцепился в свою добычу. Поиграть-то он может, если захочет, но вот отпускать не намерен.

– И это вся твоя скорость? Как же ты Баргана замочил тогда, внучок? – его едкий тон начинал постепенно раздражать. – Или без своего меча ты ничего не можешь?

Я резко пошёл на сближение, два чётких удара по корпусу, будто в бетонную стену. Дядя Жора лишь ухмыльнулся моим потугам, грозно прищурившись.

А в следующий момент мне пришлось подпрыгнуть, чтобы хоть немного рассеять импульс мощнейшего удара ногой. Сила была такова, что меня буквально снесло в другую сторону арены, заставив приземлиться на четвереньки и проскользить по настилу.

– Трубки не берёшь, матушке и отцу не звонишь, – цокнул генерал, похрустев шеей. – Слабо мы тебя воспитывали, внучок! Слабо! А я ведь говорил Кристине и Вите, что детей надо не только лелеять, но и розгами по жопе иногда охаживать! Так нет, первая сразу кудахчет, а второй молчит в тряпочку! Хорошо хоть Лёшка старую закалку на себе почувствовавший, иногда тебя наказывал!

Было такое, когда дед брался за так называемое воспитание, а мой уже взрослый разум был категорически против. И дядя Жора иногда участие принимал, но без озвученных розг, которыми сейчас грозился.

– Ты долго говорить будешь или продолжим? – не понравилось мне, как он о матушке и отце заговорил. Пусть и беззлобно, с целью подначить, но слова были сказаны.

Генерал широко усмехнулся и за один шаг, со взрывом воздуха, преодолел разделяющее нас расстояние. Я больше не стал уклоняться от удара, а ринулся на него на пределе сил. В голову не попаду, он слишком быстрый и разница в росте. Значит, опять в торс!

«Слово Разума: Волна»!

Кулак на краткий миг вспыхнул синей энергией. Костяшки пальцев промяли ткань майки и почувствовали под собой стальные мышцы пресса, но главное – я попал!

– Кхе! – выпучил глаза дядя Жора, взгляд его несколько поплыл, а тело повело, но он быстро справился. Даже слишком быстро. – Ишь ты, подлец!

От размашистого удара мне пришлось уходить перекатом и вновь разрывать дистанцию. Генерал помахал головой, будто носорог, которого сильно укачало.

– Удивил, Костя, сильно удивил! – засмеялся он. Довольно и даже радостно. А затем с опасным, хищным прищуром посмотрел мне в глаза. – Менталистика, значит. Кто обучил?

– Это важно? – вскинул я бровь.

– Конечно, – хмыкнул генерал. – Я знаю всех менталистов на службе государя, но подобным приёмом они не владеют. Здесь что-то другое, – задумчиво наклонил он голову, рассматривая меня. – Псионика? Похоже, но из другой оперы. Что ещё можешь?

Вот и всё. Надо было раньше так сделать и сбить ему настрой, но мне и самому хотелось ещё немного выпустить пар, а спарринг с дядей Жорой был неплохой идеей. Теперь же глаза генерала горели интересом и любопытством.

– Немногое, – уклончиво ответил я, но и скрываться больше не собирался. – Пока что.

– Пока что, – повторил он за мной с широкой улыбкой. – Теперь я точно понял, почему Голицына в тебя так вцепилась. И не только она, – чуть помрачнел генерал. – Дар тела, немного стихий и теперь ещё ментал. Другие таланты будут? Магия Вуду, например? Ритуалистика? Спиритизм или шаманизм? – под конец он опять улыбался.

– Очень смешно, – весело фыркнул я и дал ответ: – Только тело, стихии и ментал.

Остальное скорее из разряда просто интереса и немного разбираюсь. Как та же артефакторика, например.

Дядя Жора крепко задумался, взгляд его затуманился и разум пребывал точно где-то не здесь. Я не стал его тревожить, спустился с арены. Раз бой закончен, то можно и отдохнуть. Во всяком случае снять мокрую футболку и попить я успел, пока генерал не отмер.