Текст книги "На страже мира (ЛП)"
Автор книги: Илона Эндрюс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)
– Возрастной секвенсер – очень хрупкий прибор. Очень дорогой. У меня есть один, ведь порой люди пытаются продать мне кое-какие вещи, а мне нужно убедиться в их подлинности. Разве можно себе представить, чтобы я продал что-то, что было бы копией? – фыркнул он.
Я так и чувствовала, что дешево мы не отделаемся.
– Мы восхищаемся вашей мудростью, – сказала я.
– И мы рассчитываем на вашу щедрость, – добавил Джордж.
– Щедрость – ужасный порок, – вздохнул Нуан Сее. – Но, конечно, даже я не без греха. – Мы были у него на крючке, и он прекрасно это понимал. Я улыбнулась.
– У вас есть личный интерес в успехе этого саммита. Если война продолжится, то рано или поздно ваш космопорт на Нексусе будет захвачен.
Нуан Сее замахал лапами.
– У нас есть Туран Адин. Даже если Святая Анократия и Сокрушительная Орда объединятся, нам нечего бояться.
Кем или чем был этот Туран Адин?
– И все же, война губительна для бизнеса. Поэтому я окажу вам эту услугу.
Я собралась с духом. Чему быть, того не миновать.
– Но я потребую услугу взамен.
– Назовите ее, – сказал Джордж.
– Не от вас. От Дины.
Естественно.
– Чем я могу помочь великому Нуан Сее?
Нуан Сее ухмыльнулся, показав мне маленькие, острые зубки.
– Я пока не знаю. Но обязательно об этом подумаю. Обычно, я прошу о трех услугах, но из уважения к вашим родителям и нашей дружбе, я решил уступить. Только не рассказывайте об этом никому. Я не хочу потерять лицо.
Неопределенная услуга для Нуан Сее – на такое согласится только чокнутый. Было невозможно предугадать, о чем он мог попросить. Но саммит должен был состояться любой ценой. Мне не оставалось ничего другого, как протянуть руку.
– Идет.
Нуан Сее рассмеялся, обхватил мои пальцы и хорошенько встряхнул.
– Замечательно. Мне так нравится этот земной обычай. Поговорите в стойлах с Нуан Сама. Она эксперт в управлении этим прибором.
Кто бы сомневался. Мы поблагодарили Нуан Сее и вышли.
– Я бы не доверял всему, что они говорят, – заметил Джордж.
– Это относительно. Все возможно, пока идет торг, но как только они заключают сделку, то чтят ее. – И я только что умудрилась вляпаться по самые уши.
Пять минут спустя Хардвир и Нуан Сама отправились на поле к замаскированному космическому кораблю Нуан Сее. Я тем временем забралась в машину Мараиса и вытащила карту памяти из видеорегистратора.
– Глаз. – Я протянула руку. Серебреная сфера размером с лимон выкатилась из нового отверстия в стене и упала мне в руку. Я мягко ее сжала. Шарик щелкнул, открыв слот для карты памяти. Вставив туда карту, я раскрыла ладонь. Сфера вылетела наружу через открытую дверь стойла и скрылась за домом.
– Что вы сказали Хардвиру? – спросил Арланд у Одалона.
Боевой Капеллан вздохнул.
– Я напомнил ему, что клятва инженера также обязывает его при необходимости использовать свои навыки и знания ради всеобщего блага. Я не могу представить себе большего блага, нежели прекращение войны, уносящей жизни, но не дающей взамен ни чести, ни славы, ни земель. Э
о бедствие необходимо остановить любой ценой.
Тихий гудок эхом прокатился по стойлам.
– Маршалу Дома Ворга осталось три минуты. – Я поспешила обратно в гостиную. Вампиры с Джорджем устремились следом за мной. Вся эта беготня выглядела бы комично, не будь поставлены на карту Гертруда Хант и жизни ее гостей.
Я вошла в гостиную. До конца отсчета оставалось пятнадцать секунд, а двое вампиров все так же неподвижно стояли, наблюдая за таймером.
Я надеялась, что он все еще был жив.
Цифры обнулились и, вспыхнув, исчезли. Я растопила стену.
В гостиную ввалился Маршал Дома Ворга. Он был насквозь промокшим, а сквозь дюжины порезов на его костюме сочилась кровь. В правой руке он сжимал топор, а в левой держал метровую голову чудища. Та была бледно-оранжевой, покрытой блестящей чешуей и выглядела, будто зарисовка с античной карты с подписью «Здесь монстры».
С отвращением, Маршал плюхнул голову и полутораметровый обрубок шеи посреди пола, переступил через него, и посмотрел на Джорджа.
– Управление Арбитража довольно, – кивнул Джордж.
Лорд Робарт направился в сторону коридора. Двое вампиров подхватили его броню и последовали за ним, не проронив ни слова.
– Что прикажете делать с головой? – донесся голос Орро с кухни.
Маршал остановился.
– Делайте с ней, что хотите.
Они свернули в коридор, направляясь в покои вампиров.
– Пожалуй, настало время и мне удалится, – произнесла леди Исур. – Арбитр, Хранительница, Маршал, Ваша Милость, прошу меня извинить. Я должна привести себя в надлежащий вид перед церемонией открытия.
– Конечно, – кивнул Джордж.
Арланд поморщился.
– Полагаю, мне тоже лучше уйти. С вашего позволения.
Двое Маршалов удалились.
Орро прошмыгнул из кухни и сцапал голову своими длинными когтями.
– Пожалуйста, только не говори, что собираешься ее готовить, – простонала я.
– Еще как собираюсь, – тряхнул головой он. – Может, тебе напомнить, что у нас ограниченный бюджет?
– А если она ядовитая? – спросил Джек.
– Чушь! – прорычал Орро. – Ясно же, как белый день, что это мореанский водяной дракон.
Он подхватил отрубленную голову под мышку и бодрым шагом отправился на кухню, волоча по полу драконью шею.
– Мне так же следует подготовиться, – сказал Джордж. Они с Джеком вышли из комнаты.
Мои ноги подкосились, и я рухнула в кресло. Чудовище запрыгнула мне на колени.
Калдения посмотрела на меня с противоположного конца комнаты.
– Столько всего интересного, а мирные переговоры еще даже не начались.
Я застонала, закрывая лицо руками.
***
Джордж облачился в мягкие угольно-серые брюки, дополнив их высокими ботинками из темно-серой кожи с голубым оттенком. Его рубашка была бледно-кремовой, а темно-синий жилет был расшит запутанным серебряным узором, слишком сложным, чтобы понять его с первого взгляда. Его длинные золотистые волосы были зачесаны назад и собраны на затылке в хвост. К нему вернулась хромота, и он опять опирался на прогулочную трость, но будучи стоящим в огромном бальном зале, Арбитр выглядел, словно нестареющий принц из какой-то безнадежно романтичной сказки.
Его брат стоял по правую руку от него, облаченный в коричневую кожу. Я не заметила у него оружия, хотя он непременно его где-то спрятал. Его рыжие волосы были слегка взъерошены. В то время как Джордж излучал утонченную элегантность, Джек был совершенно расслаблен, стоя вразвалочку с отсутствующим видом, будто ему не было никакого дела до происходящего и ничто здесь не могло его заинтересовать.
В них не было ничего схожего, но я была совершенно уверенна, что они были братьями. Никогда я еще не видела двух людей, настолько умело притворяющихся своими противоположностями.
Гастон встал справа от Джека. Из них троих, казалось, он один был самим собой – такой себе хмурой неподвижной горой. Я выбрала себе место слева от Джорджа, с краю. Я не была полноправным участником церемонии, но я была принимающей стороной, и членам делегаций следовало знать меня в лицо. Я остановила свой выбор на простом балахоне, заодно превратив метлу в посох, который с легкостью превращался в копье. Не то чтобы оно мне понадобилось, но тут никогда не угадаешь.
Позади нас своей очереди ожидал длинный стол, готовый к обсуждению перемирия главами делегаций. Сейчас подобная перспектива казалась весьма отдаленной, но мирные переговоры были не моей проблемой. Моей проблемой был мир между их участниками.
Я взглянула вверх. На противоположной стене, в тридцати футах над нами, в королевской ложе сидела Калдения. Ее Милость была одета в платье медного цвета с искусной кружевной отделкой и потягивала вино из бокала. Рядом с ней сидела Чудовище. Пока я не узнала получше участников саммита, я хотела держать Калдению подальше от места действия. Ее Милость могла за себя постоять, но на всякий случай я приказала Чудовищу оставаться рядом с ней.
Джордж взглянул на электронные часы над дверью.
– Можем начинать.
Я кивнула и пробормотала:
– Свет.
Яркий свет залил бальный зал.
– Выпустить Святую Анократию.
Двери с левой стороны зала распахнулись, и из них вышел высокий вампир, облаченный в кровавую броню. Огромный даже по меркам вампиров, он нес штандарт Святой Анократии – черные клыки на красном знамени. Он подошел к нам и упер знамя в пол, придерживая его левой рукой. Из скрытых динамиков грянула музыка – эпичный марш, безжалостный, неспешный и неудержимый. По стенам зала заскользили изображения: закованная в броню вампирша, разрывающая на части огромную сороконожку, раз в пять больше нее; двое оскалившихся вампиров, сцепившихся в смертельной схватке; яростно ревущий вампир со штандартом Дома на вершине горы трупов. Прямо народная мелодия Святой Анократии «Мы Смертоносные Подонки». Те же изображения транслировались в покоях Торговцев и отрокаров. Ужасающие кадры шли один за другим. Невероятных размеров цитадель Багряного Собора; бесконечные шеренги вампиров, выстроившихся перед посадкой на корабль; вампирша в ниспадающих одеждах Иерофанта, взбегающая по спине громадного создания и прямо в прыжке рассекающая мечом его шею.
На стене возникло изображение небольшого отряда вампиров в кровавой броне, хладнокровно и методично прорезавших себе путь сквозь ряды освирепевших отрокаров. Орда налетала на них снова и снова, словно буйное море на скалы, и отступала назад, окровавленная и беспомощная. Посыл яснее некуда. Отрокары были необузданными дикарями и даже сотни их не могли сравниться с шестью вампирами.
Прекрасно. Как сорвать переговоры меньше, чем за две минуты. Чем вам не рекорд.
Джордж тихо вздохнул.
Изображения остановились и слились в одну огромную картину, занявшую все три стены: семь планет Святой Анократии. Как только изображение сфокусировались, остальные рыцари-вампиры промаршировали в зал тремя отдельными группами, выстроились подле знаменосца и замерли. На фоне звездного простора космоса возникло три лика, по одному на каждой стене: справа – серьезное лицо Главнокомандующего, вампира средних лет с угольно-черными волосами; умиротворенное женское лицо Иерофанты слева; и пожилой вампир по центру. Его волосы были снежно-белыми, кожа морщинистой, а взгляд пронзительным. Он казался таким же древним, как и космос позади него. Это был Судья, главный в высшем суде Святой Анократии.
Вампиры зарычали в унисон, отчего крохотные волоски у меня на шее встали дыбом.
Делегаты вампиров все как один повернулись и образовали шеренгу по левую сторону бального зала, трое Маршалов и знаменосец встали вблизи нас.
– Мы готовы к отрокарам, – пробормотал Джордж.
– Выпустить Орду, – шепнула я.
Тяжелые двери открылись справа и появились отрокары. Ханум была первой, ее сын шел за ней. За тем три огромных отрокара, каждый больше, чем самый крупный вампир, остальные члены делегации проследовали за ними. Они не шли, а шествовали как громадные хищные кошки, изумрудные, сапфировые и рубиновые отблески играли на их хитиновых доспехах, их парадные килты повязаны узелками на одной стороне.
Пронзительный свист прокатился по большому залу и превратился в дикую мелодию из звуков труб и барабанного боя. Стены вспыхнули снова, теперь сияя бесконечными равнинами Отрока, родной планеты Орды. Группа всадников ехала по желтой траве, восседая на странных лошадях с рыжеватой шерстью, копытами и собачьими головами. Изображение рассыпалось на части и собралось воедино видом на горный ландшафт из утесов и расщелин. Каменистая земля щетинилась стальными копьями, каждое с насаженной на него головой вампира.
Лица рыцарей слева от меня были абсолютно непроницаемы.
Задрожали лужи вампирской крови у оснований металлических копий. Содрогнулась земля. Глухой рев, будто звук далекого водопада, заполнил воздух.
Камера поднялась вверх, показывая мельком долину над головами. Там был океан отрокаров, слишком много, чтобы сосчитать. Орда бежала на полной скорости, завывая, как волки, их шаги сотрясали землю. Они пронеслись мимо камеры, их тела на долю секунды попадали в поле зрения. На экране появился мускулистый отрокар, его лицо перекошено дикой яростью. Он размахивал длинным мечом, мышцы на его предплечье напряглись, он нанёс рубящий удар и изображения пропали, экран почернел.
Окей. Их не зря окрестили Сокрушительной Ордой.
Музыка продолжалась. Изображение на стене превратилось в щит Орды на фоне огня. Ханум отошла в сторону, отрокары расступились, и один из них шагнул вперед. Он был среднего роста и хрупкого телосложения, достаточно мал, чтобы сойти за человека. Его черные волосы были коротко подстрижены. Отрокар скинул свою броню, позволяя ей упасть на пол. Каждый мускул на его торсе выделялся. Он был не мускулистый, как культурист – он был, как будто вырезан с нечеловеческой точностью. Его живот был достаточно жесткий, чтобы сломать копьё, если кто-то им его ударит. Отрокар вытащил два длинных темных клинка из ножен на бедрах.
Ханум захлопала в ладоши в ритм с музыкой, и отрокары последовали примеру своей предводительницы. Мечник по центру начал крутится на месте, разогреваясь. Нам предстояло увидеть все своими глазами.
Другая отрокар принесла корзину, наполненную небольшими фруктами похожими на маленькие зеленые яблоки Ханум. Она выбрала один, и метнула его в мечника. Он увернулся в последнюю секунду, поймав плод на плоскую сторону его левого клинка, подкинул его вправо, а потом обратно с нечеловеческой ловкостью. Отрокары продолжали хлопать. Мечник бросил плод вверх. Его меч сверкнул, и фрукт упал на пол, разрезанный пополам.
– Ничего такого, с чем мы не справимся, – тихо сказал Джек.
Ханум взяла несколько фруктов и передала корзинку налево. Дагоркун тоже взял несколько, и передал корзину дальше. Ханум коротко свистнула и отрокары стали что есть мочи швырять яблоками в мечника. Тот закрутился, будто дервиш в танце, и пол усеял град из иссеченных яблок, ни разу не попавших в цель.
– Он может стать проблемой, – прошептал Джордж. Его губы едва пошевелились. Если бы я не стояла рядом с ним, я бы и не узнала, что он говорит. – Один на один, я могу с ним справиться.
Мечник крутился все быстрее и быстрее, гибко, эластично, сильно. Слабое оранжевое свечение покрыло его лезвия. Они начинали светиться.
Джордж сощурил глаза.
Мечник остановился, подняв мечи, словно крылья птицы, готовившейся взлететь.
Отрокары расступились, пропуская вперед женщину, с чем-то вроде пулемета в руках. О, нет, только не это.
Она приложила орудие к плечу и выстрелила.
Я выстрелила своей магией. Из пола вылетели прозрачные стены, закрывая нас и вампиров.
На мечника обрушился поток пуль. Он завертел лезвиями настолько быстро, что они стали неразличимы для глаза, превратившись в арки оранжевого света. У меня перехватило дыхание. Пистолет щелкнул пустым магазином. Легкое стаккато прокатилось по большому залу – это остатки пуль усеяли собой пол. Мечник остановился. С него градом лился пот, но на его теле не было ни царапины. Пули – каждая рассечена надвое – лежали вокруг него, образовывая подкову.
Невероятно.
Отрокары одобряюще заревели. Ханум широко улыбнулась, подмигнула вампирам и повела своих людей на правую сторону бального зала, выстраиваясь в идентичную линию.
Я выдохнула и позволила полу проглотить пули и разрубленные фрукты.
– Нам понадобится помощь, – угрюмо процедил Джек.
Джордж не ответил.
– Торговцы, пожалуйста.
Я открыла парадные двери. Клану Нуан Сее необходимо было выходить спереди, из-за того что их покои располагались у дальней стены, поэтому я сделала еще один коридор специально для этого. Двери распахнулись, выпуская Куки. Он был одет в ярко-бирюзовый фартук и нес корзину. Зал наполнила быстрая, замысловатая мелодия.
Куки пустился вприпрыжку в ритм с музыкой, словно человеческий ребенок в последний день школы, запуская руку в корзину и разбрасывая вокруг себя пригоршни золота и драгоценностей. Позади него в танце шли четыре лисы в вышитых золотом синих прозрачных вуалях, позвякивая золотыми браслетами и кольцами на лапах и ушах. Затем последовали старшие члены семьи, покачиваясь в такт музыки: три шага вперед, шаг назад, поворот, и все сначала. Один нес блестящую клетку с красивой синей птицей. Второй размахивал драгоценным мечом размером с него самого. Третий крутился волчком, распуская вокруг волны сияющей материи толщиной с паутину.
Куки так и сыпал золотом, прыгая взад-вперед между рядами отрокаров и вампиров. Один из отрокаров потянулся к ярко-красному камешку с грецкий орех, приземлившемуся у его ног. Пожилой воин рядом с ним рыкнул и молодой отрокар тут же отпрянул.
– Взять их золото – значит стать их рабом, – тихо произнес вампир рядом со мной.
Лисы все выходили, каждая демонстрация богатства более нарочитая, чем предыдущая. Далее последовали паланкин с бабушкой Нуан Сее, плывущий по воздуху сам по себе, и, наконец, сам Нуан Сее, сидел, скрестив ноги, на личном паланкине, покрытом в переливающимися шелками, усеянном грудами камней и мягких подушек, показывая свои острые ровные зубы в лучезарной улыбке.
Процессия закончилась, и Торговцы образовали третий ряд, замыкая квадрат. Музыка стихла. Голос Джорджа прозвенел во внезапной тишине.
– Добро пожаловать! Саммит приступает к заседанию.
Он отступил в сторону, элегантным взмахом руки приглашая к столу.
Лидеры трех фракций направились к длинному столу, за ними последовал Джордж с Джеком. Когда все заняли свои места, я подняла прозрачную звуконепроницаемую стену, отделявшую стол и его заседателей от остальных гостей. Они все так же оставались на виду, но от них не доносилось ни единого звука.
Отрокары, вампиры и Торговцы посмотрели на меня в ожидании.
Я подняла руку, пол раскрылся, и в комнату поднялся Орро вместе с тремя огромными накрытыми столами. На каждом столе были расставлены белые тарелки с красиво нарезанными фруктами, корзинки с хлебом, рисом, мясной нарезкой, тарелки с супом и в самом центре изысканный, прозрачный цветок размером с арбуз, собранный из отдельных, тончайших лепестков из бледного мяса.
Суп пах божественно.
– Вечерняя трапеза! – огласил Орро. Сашими из мореанского водяного дракона с фруктами и гарниром!
Глава 6
Первое заседание мирных переговоров заняло три часа. Лидеры трех фракций сидели с каменными лицами за прозрачной стеной, возведенной нами с гостиницей, в то время как их подчиненные разделились на три отдельных группы в большом зале. Торговцы общались между собой, пока отрокары с вампирами продолжали разминать мускулы, слоняться без дела и одаривать друг друга презрительными взглядами. Не было смысла держать их всех в бальном зале, но пока их лидеры пребывали в компании друг друга, никто не собирался уходить, на тот случай, если развяжется драка. Мне нужно было придумать им какое-нибудь развлечение, если саммит мог затянуться на несколько дней.
Мне надо было наблюдать за бальным залом и за конюшней. Починка полицейского крузера шла хорошо, но следить одновременно за обоими местами меня утомило. Мне нужно больше практики. Мой отец мог следить за пятью, шестью местами одновременно. Это было умение, которое приходило с практикой, а я за эти последние несколько месяцев расслабилась. Наконец Ханум стукнула кулаком по столу – что выглядело удивительно комично без единого звука – и Джордж махнул рукой опустить стену.
Я распечатала боковые двери, ведущие в спальни. Отрокары вышли первыми, и дверь в стене растаяла за ними, будто ее никогда там и не было. Следующими уходили Торговцы. Нуан Сее остановился возле меня.
Я кивнула ему.
– Как прошли переговоры, великий Нуан Сее?
– Еще слишком рано, чтобы что-либо сказать.– Он указал на Куки, который начал собирать золото с пола, бережно укладывая его в большой ранец и улыбнулся. – Седьмой сын моей трижды троюродной сестры так старается. Какое прилежание. Истинная кровь всегда проявляет себя в нашей семье.
– Я могу попросить гостиницу собрать золото и драгоценности вместо него, – предложила я.
Нуан Сее отмахнулся своими руками-лапами.
– Черный труд – благо для души. Я выполнял его для своей семьи в его возрасте, так же как и его отец и мать... Это послужит ему хорошим уроком. Когда начинаешь с низов, нет другого пути, кроме как подниматься наверх. Он несет ответственность за сокровища; позвольте ему их собрать.
– Ему понадобится время,– заметила я. – Возможно, мне придется запереть его в зале, пока он все не соберет, для его же безопасности. – Мне не хватало только крошечного лиса, шастающего по гостинице с кучей золота и драгоценностей в мешке.
– Не имею возражений, – Нуан Сее снова замахал лапами. – Держите его взаперти, сколько посчитаете нужным.
Торговцы вышли. Вампиры тоже, все кроме Арланда и Робарта, они оба направились ко мне. Почти сразу они поняли, что идут в одно и то же место. Арланд сердито взглянул на Робарта и ускорился. Маршал дома Ворга также зло посмотрел в ответ и пошел с такой же скоростью что и Арланд, а потом еще быстрее. Арланд еще ускорился, чтобы не отставать. Стоять и смотреть на них, пока они маршируют в доспехах, было все равно, что стоять на железнодорожных путях и смотреть, как на тебя едут два локомотива на полной скорости.
Мне стало интересно, побегут ли они, если дистанция будет достаточно большой.
Я дотронулась до пола прутьями метлы. Я ее превратила в посох в начале церемонии, но приблизительно через час переговоров, позволила ей превратиться обратно в метлу. Последние несколько дней и нехватка сна сыграли свою роль, метла же была удобной и знакомой. Пол слегка растянулся потом еще и еще, поднимаясь под небольшим углом и двигаясь в сторону вампиров, как один из эскалаторов которые возят людей в аэропортах. Только мой эскалатор двигался в противоположную сторону.
Никто из них не заметил, что теперь они поднимались по склону и съезжали назад с каждым шагом. Они все рвались вперед, не приближаясь ни на шаг.
Я закусила губу, чтобы не рассмеяться.
У стены в кулак хихикнул Джек.
Я добавила полу еще скорости. Теперь они уже заметили.
Маршалы удвоили свои усилия и теперь почти бежали. Если я не прекращу это безобразие, они врежутся друг в друга и их кровь будет на моих руках.
– Милорды! Я же не замок. Вам не нужно меня штурмовать.
Оба вампира остановились. Пол тоже остановился. Обычные люди потеряли бы равновесие и, споткнувшись, возможно полетели бы лицом в низ. Оба вампира одновременно прыгнули вверх, как две больше кошки в джунглях и приземлились каждый на своей стороне, того что раньше было движущимся эскалатором. Раздался грохот, когда на пол опустился полный вес доспехов.
Джек зашелся в приступе кашля.
Не смейся, не смейся, не смейся...
Оба вампира устремились ко мне, обратившись в унисон:
– Леди Дина...
Только не это.
Маршалы умолкли и попытались прикончить друг друга силой взгляда.
Я сжала левую руку в кулак. Если я прысну от смеха им в лицо, можно забыть о любом дальнейшем сотрудничестве со Святой Анократией.
– Лорд Робарт, чем я могу вам помочь?
Робарт бросил Арланду ликующий взгляд.
– Я заплатил Арбитру цену за машину.
– Да, заплатили. Спасибо вам, гигантский водяной змей был очень вкусным.
Робарт моргнул, на мгновение сбитый с толку, но тут же спохватился.
– Я получу своего рыцаря обратно?
Рыцарь? Какой еще рыцарь? А, точно. Я совсем забыла про вампира, который почти разрубил полицейскую машину напополам. Я оставила его в подвальной камере почти на целых четыре часа. Я сосредоточилась. Рыцарь был жив и здоров. Он сидел на полу, медитируя. Я легонько подтолкнула пол и почувствовала, как он заскользил, унося на себе рыцаря.
– Вы найдете своего рыцаря в покоях вампиров.
Робарт кивнул и сощурил глаза.
– Если бы вы как следует заботились о своих гостях, которых обещаете чтить и защищать, у вашей гостиницы был бы рейтинг повыше.
Что он сказал? Вот подлец.
– Если бы вы обучили своих рыцарей подчиняться простым приказам, ваш Дом достиг бы куда большего признания на просторах империи.
Робарт стиснул зубы. Будь моя улыбка хоть чуточку слаще, ею можно было бы поливать блинчики и называть ее сиропом.
– Доброй ночи, Маршал. Лорд Арланд, чем я могу вам помочь?
Лорд Робарт развернулся и зашагал в покои вампиров.
Арланд кивнул мне с каменным лицом.
– Я пришел узнать, как идут дела с машиной.
– Конечно. Дайте мне минутку навести здесь порядок.
– Я буду ждать столько, сколько нужно, – сказал Арланд.
Я посмотрела, как Робарт вышел и проследила, чтобы дверь за ним исчезла. Калдения на своем балконе встала, помахала мне рукой и ушла, Чудовище последовала за ней. Мне нужно поговорить с ней завтра, вдруг у нее появились идеи. Остались только Арланд, Куки, Джек и я. Я повернулась к Джеку.
– Тебе что-то нужно?
Он покачал головой.
– Просто проверяю, что все расходятся по своим кроваткам, как порядочные мальчики и девочки. Увидимся с вами утром.
Джек вышел через парадный вход.
Я тихо вздохнула и подошла к Куки, который ползал по полу на коленях.
– Мне придется уйти на пару минут, но я скоро вернусь. Я запру двери, чтобы ты был здесь в безопасности. Но если что-то пойдет не так, сразу зови меня, и
тут же приду.
Куки кивнул и опустил сапфир размером с желейного мишку в свою сумку.
Мы с Арландом пошли обратно в конюшни, опечатав зал вместе с Куки, когда уходили. Чудовище подбежала ко мне и запрыгнула мне на руки, смотря на меня с собачьей любовью. Это самое замечательное в собаках. Неважно, ушла ли ты на день или на час – они абсолютно одинаково радуются твоему возвращению.
Рыцарь-инженер и племянница Нуан Сее о чем-то тихо беседовали. Офицер Мараис все также лежал на брезенте, где мы его и оставили. Его грудь вздымалась и опускалась в размеренном ритме. Легкая улыбка тронула губы... Должно быть, ему снилось что-то забавное. На какой-то момент я позавидовала его сну. Я устала как собака.
Патрульная машина стояла посреди стойл. Выглядела она нетронутой.
Хардвир открыл капот и показал мне двигатель.
– Смотрите.
Я посмотрела. Он выглядел как обычный, немного грязный двигатель.
– Никаких модификаций? – спросил Арланд.
– Никаких, – ответил Хардвир.
Арланд пристально на него посмотрел.
– Вы уверены? Я вас знаю. Вы точно ничего не улучшили? Никоим образом?
– Никаких улучшений. – Хардвир сплюнул в сторону. – Такой же уродливый и ядовитый, каким и попал мне в руки.
Я проверила капот, салон и багажник. Похоже, все было в порядке. Машина выглядела точь-в-точь как до встречи с кровавым топором. Я повернулась к Арланду.
– Не откажете мне в помощи? Мне нужно покинуть гостиницу и поместить офицера Мараиса в машину, а он довольно тяжелый.
Арланд кивнул мне с каменным лицом.
– Почту за честь.
Что-то было не так. Обычно он не был таким мрачным.
– Вам понадобится переодеться.
Он и глазом не моргнул.
– Само собой.
Я вышла и вернулась с парой джинсов, футболкой и спортивными ботинками сорок пятого размера. Арланд поднял густые брови – он носил эту одежду во время своего последнего визита, когда прикидывался человеком. Он взял вещи и отправился переодеваться за машиной. Я повернулась к Хардвиру и племяннице Нуан Сее.
– Пожалуйста, не покидайте стойла.
– Даю вам слово,– кивнул Хардвир. – Мы останемся на месте. Я никогда не был хорошим пловцом. К тому же, я присмотрю за броней Маршала.
– Я также останусь, – отозвалась племянница. – Я слабая и беспомощная, и не хочу быть наказана.
Слабая и беспомощная, конечно. В следующий раз она попытается продать мне прибрежную виллу в Канзасе.
Арланд появился, замаскированный под человека, правда, очень большого. Камуфляж не совсем сработал. Одеть Арланда в одежду с Земли все равно, что надеть заячьи ушки на тигра. Ушки, конечно, миленькие, но тигр все равно страшный. Футболка была натянута на его плечах и слишком сильно обтягивала его руки. Он выглядел как медведь: широкие плечи, мускулистые руки, широкая грудь и плоский, жесткий живот. У него была такая фигура, которая позволяла носить весь вес вампирских доспехов и давала ему возможность махать тяжелым оружием часами без отдыха. Если полузащитник НФЛ на полной скорости врежется в Арланда, то игрок американского футбола просто от него отлетит.
Маршал подхватил офицера, будто рослый мужик был легче ребенка, положил его на заднее сиденье, а сам скользнул в пассажирское кресло спереди. Я завела двигатель, дала задний ход, и мы медленно покатились назад. Стены ускользнули с нашего пути, и когда, мгновение спустя, мы выехали на мою подъездную дорожку, рокот машины разнесся по улице. Я заглушила двигатель и затаила дыхание, прислушиваясь. Успех операции держался на отсутствии свидетелей.
Было десять минут пополуночи, и в районе царила тишина. Я подняла ручник и позволила легкому уклону дорожки сделать остальное. С легким шорохом, полицейская машина скатилась с дорожки, пересекла улицу, и поехала вниз по Камелот Роуд. Я аккуратно повернула руль, подводя ее к тому месту, где парковался Мараис до того, как начался весь сыр-бор, и я воспользовалась магией. У меня была лишь малая толика сил вне гостиницы, но и ее здесь было достаточно.
Воздух рядом с окном водителя начал мерцать, и Око материализовалось прямо из воздуха чуть справа за автомобилем, на его внешней оболочке, только что серебристого цвета, теперь клубилось идеальное отражение дороги. Я ошиблась на три фута.
– Остановить запись, – приказала я. – Стереть десять последних минут. Проекция положения.
Око излучало бледный луч зеленоватого света, который превратился в голографическую проекцию камеры приборной панели. Я медленно припарковала машину на место, пытаясь соответствовать ей. Мне потребовалось три попытки. Офицер Мараис любил парковаться очень близко к обочине. Наконец-то реальная камера приборной панели и голографическая проекция совпали.
– Домой, – сказала я Глазу. Он приземлился мне в руку, и я извлекла карту памяти, вставив ее обратно в бортовую камеру.
Район был еще пустынен. Здорово. Никто не заметил моих ночных маневров. Я вышла из машины и кивнула Арланду. Он вышел из автомобиля, поднял офицера Мараиса и усадил его в кресло водителя. Я пристегнула его ремень, и, дотянувшись через открытое окно, осторожно, держась подальше от зеркал, включила камеру. Мы тихо отошли в сторону, и пошли вглубь микрорайона.
– Что мы делаем? – пробормотал Арланд, его внушительная фигура маячила рядом со мной
– Мы сделаем большой круг и выйдем к гостинице с другой стороны, чтобы не попасть в камеру.
– Не будет ли в записи пробела?
Я отрицательно покачала головой.
– Око зафиксировало более четырех часов видео, а затем превратило его в семь часов отснятого материала, используя случайный алгоритм с фальшивой отметкой времени. Это полностью переписало ваше прибытие. Сейчас реальная камера приборной панели записывает уже поверх этого видео. К тому времени, когда он проснется, последние кадры со случайным алгоритмом будет заменены реальными видео. Когда офицер Мараис будет его смотреть, он будет видеть часы, как сидит перед гостиницей и ничего не происходит.
