Текст книги "Там леший бродит 2 (СИ)"

Автор книги: Игорь Конычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

17. Подземный мир

Избушка попыталась схватить меня огромной куриной лапой с ярко выраженными когтями, два из которых оказались сломаны. Но я в прыжке перекинулся в белку, разминувшись с лапой, а потом вновь стал большим волком, добежал до края относительно твёрдой земли и прыгнул так далеко, как только мог.

За моей спиной сомкнулись грязные когти куриной лапы. Избушка не удержалась и рухнула в жижу. Вязкие брызги попали на мою шерсть и тут же зашипели, причиняя боль. Но я не обратил на неё внимания, неотрывно глядя на приближающуюся Ягишну. К этому моменту она достигла пика своего прыжка, но всё ещё находилась далеко от берега. На лету обратившись человеком, я схватил женщину. Моей энергии хватило, чтобы мы оба перелетели через жижу и покатились по грязи берега. Позади черная субстанция засасывала в себя избушку, словно трясина.

– Ты как? – спросил я Ягишну, стоило нам остановиться. Женщина лежала на мне и тяжело дышала, её сердце колотилось гулко и часто.

– Пока не знаю, – с трудом произнесла она. – Надо…

Неведомая сила сдёрнула с меня колдунью и потащила обратно к чёрной жиже, из которой медленно поднимался словно облитый нефтью человеческий силуэт. Ягишна кричала и цеплялась пальцами за траву, оставляя в грязи глубокие борозды. Я схватил её за руки, но это никак не помогло, и теперь в жижу тащило уже нас обоих.

– Держись, как можешь, – велел я спутнице, а сам обратился рысью и перескочил через неё, чтобы острыми когтями рассечь чёрные гнилые корни, обвившие щиколотки Ягишны. Они выглядели точно так же, как вызванные скверной.

Когда отсечённые концы склизких жгутов конвульсивно задергались, разбрызгивая зловонный ихор, чёрный силуэт издал пронзительный вой. Он плетью ударил по ушам и в один миг растворил в себе абсолютно каждый звук. Кругом воцарилась звенящая тишина.

Освободившаяся Ягишна трясущимися рукам сбросила с ног остатки отростков и спиной вперёд поползла как можно дальше от медленно рассыпающейся пирамиды из черепов, из которой в небо ударил столп тёмно-зелёного огня. На его фоне стояла чёрная фигура. Вытянув руки, она вдруг двинулась на нас, дергаясь и смещаясь, словно изображение на старой плёнке.

– Отдай! Отдай! Отдай! – повторяла она, стуча бурыми, будто ржавыми, зубами. Голос тени оказался скрипящим и старушечьим. Нотки безумия переплетались в нём с истерией. – Моё! Я! Моё! Моё!

Мне сразу бросилось в глаза, что существо направляется к Ягишне. Меня оно игнорировало и тянуло костлявые руки к замершей без движения женщине. Я принял человеческий облик и посмотрел на спутницу.

– Твоя знакомая?

Ягишна замотала головой. В кои-то веки ей было не до шуток. Вот только это меня абсолютно не радовало. Колдунья была до смерти перепугана. В её тёмных глазах застыл суеверный ужас, губы дрожали, а тело словно свело судорогой.

Продолжая дергаться, подобно плохой анимации, тень из зловонной жижи двигалась к Ягишне, шлёпая босыми ногами. Точнее одной ногой. Вторая, негнущаяся и прямая, как палка, касалась земли беззвучно и не оставляла следов. Тем не менее, старуха, если это была она, вполне уверенно опиралась на подобную конечность.

– Назад! – я встал между Ягишной и непонятной сущностью, но та не замедлила шага, словно намеревалась пройти сквозь меня.

– Беги, – едва слышно прошептала Ягишна.

Но бежать я не собирался. В том, что нам угрожает смертельная опасность, у меня не возникало никаких сомнений. Бежать и бросить спутницу я не мог. Получается, меня загнали в угол, а дикий зверь в этом случае всегда сражается до конца.

– Я тебя предупреждал, – глухо прорычал я, меняя облик на медвежий.

Первый же удар когтистой лапой сорвал залитую чёрной жижей голову с узких дергающихся плеч. Вторая атака была уже лишней, но я совершил её по инерции и отправил изувеченное тело обратно в ту вонючую жижу, из которой оно вылезло.

– Сработало? – с надеждой спросила Ягишна.

Я прислушался и с сожалением покачал головой.

– Если бы…

– Не мешай! – раздался всё тот же дребезжащий голос, в этот раз приглушённый будто толщей воды. – Не то пожалеешь!

Ответом на эти слова стал грозный медвежий рёв.

В тот же миг отвратная жижа пошла пузырями, разлилась пуще прежнего, и из неё выступили сразу три одинаковых фигуры. Все они двигались синхронно и дергано, одновременно направляясь в мою сторону. Ничего хорошего это не предвещало, поэтому я вновь решил действовать на упреждение.

Вот только тени, как я их назвал, уже оказались к этому готовы.

Стоило мне податься вперёд, как они пошли рябью и сместились, таким образом рассредоточившись и попытавшись взять меня в клещи.

– Берегись! – крикнула Ягишна.

Но я и сам почувствовал нечто схожее, что ощущал, когда колдунья творила свою ворожбу. Звериное естество уловило колебания воздуха и что-то противоестественное. И, когда на смену рвущемуся в бой медведю пришел орёл, в землю под моими крыльям тут же ударило три чёрных луча, оставив в ней дымящуюся воронку.

Не успели тени понять, что промахнулись, как одна из них оказалась смята медвежьей тушей, рухнувшей с неба. Под моими лапами отчётливо хрустнули кости и лопнули внутренние органы. Изувеченное, покрытое чёрной жижей тело дернулось и затихло. Я легко подхватил его и швырнул навстречу новому лучу. Колдовство разрезало тень, словно нож масло, и ударило туда, где миг назад стоял я. Но теперь уже ловкая рысь подскочила ко второй тени и полоснула её когтями по горлу. Захрипев, тень упала на колени. Последний противник попытался разорвать дистанцию, но кабаньи клыки разворотили ему бедро и уронили на землю, где тяжёлые копыта завершили начатое.

Орлом я переместился к Ягишне, принял человеческий облик и рывком поставил её на ноги. Женщина продолжала дрожать и смотреть на растекающуюся чёрную лужу.

– Они идут, – сказала она.

– Знаю, – спокойно ответил я, слыша, как за спиной вновь начинают шевелиться обезображенные тела. – Беги. Я буду сдерживать их, сколько смогу.

– Но… – Ягишна не договорила.

Земля под нашими ногами задрожала, а потом разверзлась, и мы оба полетели во тьму. Обратившись огромным орлом, я схватил колдунью за руку и попытался набрать высоту, но сверху навалилось сразу четыре тени. Они облепили меня, лишая возможности двигаться, и стремительный полёт в неизвестность продолжился.

Падая, я видел, как земля с всё тем же тошнотворно-бурым свечением сходится над головой. Одна из теней соскользнула и мигом позже повисла на плечах Ягишны. Мощный рывок, и женщина с визгом отцепилась от меня. Но это оказалось к лучшему – наш с тенями клубок ударился о каменный выступ, отчего оказавшееся между мной и твердой поверхностью чёрное тело с хрустом согнулось пополам и обмякло. Отрастив когти, я разделался с двумя оставшимися и высвободился, расправив крылья.

Пока разлом окончательно не закрылся, у меня был шанс успеть вылететь наружу. Но на раздумья времени не было. Бросив мимолётный взгляд вниз, я встретился глазами с Ягишной. Одними губами она произнесла:

– Лети.

Не колеблясь, я сложил крылья и камнем бросился вниз.

Обнажив ржавые зубы, тень уже намеревалась впиться ими в горло Ягишны, когда мои когти вцепились в покрытую чёрной жижей голову и вошли в пустые глазницы. В тот же миг лапы хищной птицы стали медвежьими, и череп тени лопнул, словно перезрелый плод. Отбросив безвольное туловище в сторону, я схватил Ягишну, прижал к себе и развернул так, чтобы при падении она ударилась о мою грудь.

Теперь оставалось надеяться, что медвежья шкура и мышцы выдержат.

Земля над головой окончательно сомкнулась, и мы погрузились в темноту. Или же она наступила от удара о камни…

– Яр, Яр, ты как? – шептала Ягишна, трогая моё лицо дрожащими пальцами.

– Жить буду, – ещё не открыв глаза, я сообразил, что ненадолго лишился сознания, приняв в это время человеческий облик. Всё тело болело, но слушалось. Значит, ничего не сломано.

– А ты? – в горле першило, поэтому в конце фразы с моих губ сорвался хриплый кашель.

– Жива, – голос женщины стал ласковым и нежным, – благодаря тебе.

– Это хорошо, – отстранив спутницу, я сел и ощупал затылок. Пальцы коснулись чего-то тёплого и влажного. Затылок я рассёк прилично, но рана стремительно затягивалась.

Ягишна села рядом и тихо спросила:

– Почему ты не улетел?

– Потому что своих не бросаю, – ответил я, поднимаясь на ноги.

Кругом царила такая темень, что хоть глаз коли. Человек бы точно ничего не увидел. Благо, я больше не был человеком и смог осмотреться. Мы оказались в каменном тоннеле примерно три на три метра. Куда бы он ни вёл, идти можно было только вперёд, так как противоположный конец завалило камнями. Тени куда-то исчезли. Может, не успели упасть до того, как земля сошлась?

Прислушавшись, я не уловил абсолютно никаких звуков, кроме биения наших со спутницей сердец и дыхания. Втянув ноздрями спёртый воздух, я поморщился – пахло в этой пещере так же, как и в Чёрном лесу, так что у меня не было ни малейших сомнений в том, где именно мы оказались.

– Зря ты это, – вздохнула Ягишна и тоже поднялась. В темноте она если и видела, то плохо, поэтому быстро нашарила мой рукав и вцепилась в него, как утопающий в спасательный круг.

– Предпочла бы помереть в одиночестве? – криво усмехнулся я.

Ягишна вздохнула и толкнула меня кулачком в бок.

– Хотела, как в поговорке, чтобы двум смертям не бывать, а одной не миновать.

– Так получилось-то лучше, – неумело успокоил я женщину. – Мы оба живы. По крайней мере, пока.

– Вот именно, – судя по тону, колдунья пусть и немного, но приободрилась. – Уже понял, где мы?

– В Подземном мире.

– В нём, родимом, – судя по звуку, Ягишна сплюнула под ноги. – Век бы его не видеть.

– Так ты его всё же видишь? Даже в такой темноте?

– Нет, но от этого не легче. – Смешок колдуньи прозвучал в этом месте чем-то чужеродным. – Что будем делать?

– Идти, – я первым пошёл вперёд, увлекая спутницу за собой. Мои чувства лучше работали в зверином облике, но он мне не дался. Только голова заболела.

– Идти? Куда глаза глядят? Твои, – уточнила Ягишна. – Мои-то почти ничего не различают.

– У нас лишь один путь.

– Тебе виднее, – снова хихикнула Ягишна, видимо, от нервного напряжения. Впрочем, забавлялась она недолго. – В третий раз уже не так смешно, – поделилась колдунья, осторожно ступая по гладкому камню.

– Правда? – делано удивился я, стремясь отвлечь её ещё немного. – А чего тебе тогда пошлости не надоели?

– Сама не знаю, – призналась спутница. – Иногда что-то говорю и не понимаю, почему. Во мне словно несколько других людей… – она поёжилась, – или нелюдей.

– Зато не скучно, да?

– Лучше уж пусть скучно, – вытянув руку в сторону, Ягишна попробовала достать до левой стены, но не смогла. Тогда она посильнее потопала ногой. – Твёрдо, – поделилась ощущениями колдунья. – Ты кротом не пророешь?

– Нет, – тут же ответил я, не желая раскрывать Ягишне правду о том, что со мной сейчас происходило. Незачем её ещё сильнее волноваться.

Очередной удручённый вздох колдуньи слабым эхо унёсся по тоннелю в неизвестность.

– Жаль.

– Мы долго падали, – поделился я наблюдением. – Даже если бы у меня получилось, то рыть пришлось бы слишком долго. Да и ты бы не смогла выбраться. А без тебя я отсюда не уйду.

Ягишна немного помолчала, а потом прижалась ко мне плечом.

– Спасибо, – шепнула она.

Некоторое время мы шли молча, но потом я задал вопрос, который должен был задать:

– Эти тени из чёрного озера – они тебе знакомы?

Судя по предшествующей ответу паузе, тема была для Ягишны неприятной.

– И да, и нет, – наконец произнесла она. – Что-то внутри меня вроде как их признало, но у меня не получилось понять, кто они. Хотя на миг… – голос женщины дрогнул и стих.

В этот раз я не произнёс ни слова, дожидаясь, когда она найдёт в себе силы продолжить сама. Так и случилось.

– На миг мне показалось, что я смотрю в зеркало, – выдохнула Ягишна. – Не знаю, как объяснить.

– Тогда и не надо, – успокоил её я. – Разберёмся, когда выберемся отсюда.

– Говоришь так, будто это проще простого, – в этот раз и улыбка, и слова моей спутницы оказались горькими.

– Поживём – увидим, – куда более оптимистично отозвался я.

– Поживём, – эхом повторила Ягишна, будто сама в это не верила.

Мы пошли дальше. Тоннель то расширялся, то сужался так, что нам приходилось идти друг за другом. Ягишна продолжала крепко держаться за мой рукав и не отставала ни на шаг. Сердце её билось тревожно и часто. Дыхание было негромким, затаённым. Колдунья боялась, но старалась это скрывать. Я же решил подыграть ей.

Вскоре тишину нарушило едва уловимое журчание и шелест волн. Запах тлена усилился, но теперь к нему примешался ещё и тяжёлый металлический аромат свежей человеческой крови.

– Пучай-река, – произнёс я, уверенный в своей правоте.

– Река, что разделяет два мира, – поддержала Ягишна. – Ты её видишь?

– Слышу и чувствую.

Женщина прислушалась, но лишь пожала плечами.

– Ничего не ощущаю.

– Это пока, – путь у нас по-прежнему оставался один, так что рано или поздно, но колдунья тоже почувствует гнетущее присутствие сверхъестественной реки, волны которой будто бы уносили людские души в тёмную неизвестность.

Как я и думал, вскоре наш тоннель вышел в другой, куда выше и шире. По его дну и текла Пучай-река. Сердце Ягишны забилось быстрее. Но винить её было нельзя, ведь даже мне стало не по себе. Ощущение чего-то недоброго, вечного и неизбежного разом вытащило из тела всё тепло, оставив на его месте лишь могильный хлад. Когда я смотрел на эту реку через разлом в земле на месте Чёрного леса, ощущения были не такими яркими. Сейчас же всё обстояло иначе. Зверь внутри меня хотел лишь одного – сбежать и забиться в самый дальний угол. Наверное, именно это чувствовал старый Валдай…

– Гиблое место, – даже не видя всей картины из-за кромешного мрака, Ягишна безошибочно поняла, где находится. – Нам надо бежать.

Я промолчал, глядя на тёмные воды. И пусть колдунья не могла отследить направление моего взгляда, она всё же встала ко мне вплотную, нащупала бороду и резко дёрнула за нее, добиваясь того, чтобы я отвернулся.

– Не смотри в Пучай-реку, – зловеще зашептала Ягишна. – Сам не заметишь, как войдешь в неё, а обратно уже не воротишься!

– Купаться вроде не планировал, – я вытащил бороду из пальцев колдуньи. – И смотрю я с иной целью.

– Хорошо если так, – кивнула женщина, но на всякий случай вцепилась в мою руку сильнее. – А зачем смотришь? – спохватилась она, спустя мгновение.

– Пытаюсь вспомнить направление, – пробормотал я, оживляя в памяти увиденное через разлом на месте Чёрного леса.

– Я плыла по течению, – неуверенно произнесла Ягишна. – Не помню, сколько и куда, но меня несла ледяная вода.

– Нам в другую сторону, – уверенно заявил я.

– Почему? – тут же спросила Ягишна, но всё же пошла за мной вдоль берега.

– Когда я видел реку недалеко от своих владений, она текла в их сторону. С севера на юг. – Пояснил я. – В Подземный мир мы попали в южных степях. Значит, север будет против течения.

– Здесь всё не так, – замотала головой колдунья. – Нет дня, лишь ночь, нет ветра, лишь смрадное дыхание мертвецов…

– Зачем мертвецам дышать? – вставил я свои пять копеек.

– Не перебивай, – серьезно потребовала Ягишна и продолжила. – Даже времени тут нет: подумаешь, что прошёл день, а в обычном мире уже год минул, и не угадаешь, вперёд, али назад. Вот и Пучай-реке всё равно, в какую сторону проклятые воды гнать.

Я внимательно выслушал слова спутницы, но остался при своём мнении:

– Идём против течения.

– Как знаешь, – колдунья не стала противиться моему решению и покорно пошла за мной, ступая за мной след в след. Её ногти впивались в мою руку до крови, но женщина не отдавала себе отчета в том, что делает. Страх заставлял всё её естество непрерывно содрогаться от ужаса, а каждый вздох казался Ягишне последним.

И я хорошо её понимал…

18. Там за черной рекой

Хотел бы я знать, сколько именно мы двигались против течения реки, но совершенно потерял счёт времени. Да и шли мы не всегда против течения, ведь Пучай-река несколько раз меняла своё направление, словно издеваясь над нами. На тёмной поверхности то и дело появлялись силуэты, подобные теням, что напали на нас с Ягишной на поверхности. Они поворачивали безглазые головы в нашу сторону, шептали проклятья и вновь скрывались под мутной водой.

Поначалу моя спутница очень остро реагировала на каждую залитую дёгтем уродливую рожу, но потом, как и я, попривыкла. Хотя шагала Ягишна всё равно неуверенно. Пусть она и не жаловалась, но силы женщины были на исходе. Вдали от питавшего меня леса я тоже устал, вот только останавливаться не собирался.

Для экономии сил можно было обратиться волком. Этот зверь являлся настоящим хищником-марафонцем и мог за ночь пройти расстояние около восьми десятков километров. Да и волчье чутьё в текущей ситуации лишним бы не стало. Вот только имелась одна загвоздка – я уже несколько раз пробовал изменить форму, но не добился ничего, кроме головной боли и тошноты. Подземный мир не только угнетал мою психику. Он весьма успешно подавлял сверхъестественные силы. Благо Ягишна пока ни о чём не догадывалась. Ей сейчас ни к чему ещё один источник стресса.

– Как думаешь, – нарушила тишину колдунья, – что нас ждёт впереди?

Я пожал плечами.

– Надеюсь, горячий сбитень и свежий воздух.

– Хорошо бы, – мечтательно прошептала Ягишна. – Я бы ещё хотела искупаться.

– Вода уже холодная.

– Плевать, – женщина тряхнула головой. – Всё лучше, чем эта жижа, – он подошла к берегу и плюнула вниз.

В тот же миг из Пучай-реки появилось с дюжину скрюченных рук, путающихся ухватить колдунью за подол, но та успела вовремя отскочить.

– Вот вам неймется! – огрызнулась колдунья. – Чего вы от нас хотите⁈ Я… – Ягишна не договорила, так как моя рука легла ей на плечо.

– Спокойнее, – произнёс я, отводя тяжело задышавшую спутницу от берега. – Они хотят вывести тебя из себя.

– И у них получается, – пусть всё ещё зло, но уже тише сказала колдунья, пятясь назад. – Хотя, я и не уверена, что когда-то была в себе. – Она шумно выдохнула. – По крайней мере, если так и было, то эти воспоминания от меня сокрыты.

Впрочем, спокойствие Ягишны оказалось мимолётным.

– И даже это проклятое место не помогает вспомнить! – крикнула она, резким пинком отправляя в чёрную воду лежавший рядом камешек.

Стоило женщине это сделать, как она тут же зашипела и запрыгала на одной ноге, пытаясь унять боль в ушибленной босой ноге. В воздухе запахло свежей кровью. И это наверняка учуял не только я.

Пучай-река вновь изменила направление, и теперь неслась по ходу нашего движения.

– Зараза, – сквозь зубы причитала колдунья. – Вот ведь! Эй! – возмущённо вскрикнула она, когда я подхватил её на руки и припустил вперёд. – Я не то, чтобы против, но могу и сама идти.

– Насколько быстро? – спросил я, прибавляя шаг, так как видел то, чего не видела спутница.

– А насколько надо? – она уловила напряжение в моём голосе.

– Чем быстрее, тем лучше, – я перешёл на бег, стремясь уйти как можно дальше от того места, где из мутной жижи начали выходить тёмные, подволакивающие ноги силуэты.

– Опять они⁈ – Ягишна услышала тихие всплески и шлепки босых ступней по камню.

– Соскучились, наверное, – я хотел добавить кое-что ещё, но живо прикусил язык, вспомнив о необходимости не сбивать дыхание. Становление почти обычным человеком мне не слишком-то понравилось. Благо спутница на руках была весьма хрупкого телосложения и позволяла двигаться довольно быстро.

Вот только имелись и откровенно плохие новости: уродливые тени выбирались из реки не только за нашими спинами, но и впереди. Зрение, которое всё ещё оставалось нечеловеческим, позволяло мне видеть весьма мрачные перспективы.

Одна из теней пыталась вылезти на крутой берег в опасной близости от нас, отчего получила ногой в челюсть и свалилась обратно в реку. Вторая успела полоснуть меня когтями по бедру, прежде чем свалилась навзничь от удара коленом в висок. Этот маневр едва не стоил мне слишком дорого – я чуть не поскользнулся на влажном камне.

– Всё плохо? – спросила крепко державшаяся за мою шею Ягишна.

– Ага, – моё дыхание учащалось, в то время как теней на берегу становилось всё больше.

– С тобой что-то не так? – колдунья начала что-то подозревать.

– Как и со всеми тут, – я лихорадочно шарил взглядом по голым стенам в поисках иного пути. Но, насколько хватало глаз, неровная стена оставалась сплошной, что на одном, что на другом берегу.

Путь мне заступило две тени.

– Отдай! – прохрипела одна.

– Моё! – рявкнула другая.

Я метнулся в одну сторону, потом в другую и, запутав существ, проскользнул между ними. Но далеко убежать так и не успел. Упругие жгуты оплели ноги, и мы с Ягишной полетели прямиком в Пучай-реку. За миг до погружения в чёрную жижу, колдунья прижалась ко мне всем телом. Я крепко обнял её и задержал дыхание и…

…воды подземной реки сомкнулись над нашими головами, погружая в непроглядный мрак.

В один миг всё моё тело словно пронзили острейшие ледяные иглы. Конечности свело судорогой. Кожу обожгло лютым хладом, а из нутра будто разом вырвали всякое тепло. Не в силах пошевелиться, я осознал, что иду на дно. Но тут кто-то вцепился в мой плащ и потянул наверх. Подключив всё своё самообладание и волю вкупе с остатками стремительно тающего во тьме сознания, я смог-таки начать двигать руками и ногами, пытаясь совладать с давящей со всех сторон толщей чёрной воды.

Единственное тепло, которое я сейчас ощущал – это острое жжение в легких от недостатка кислорода. Каждое, даже самое незначительное движение давалось с трудом. Но я не сдавался и боролся изо всех сил. Голова на миг будто упёрлась в плёнку или же гигантский мыльный пузырь, который с глухим звуком лопнул, и в моё сознание вихрем ворвались звуки: всплески, гомон, многоголосый плач, металлический скрежет, истеричный смех и, самое главное, надсадное хриплое дыхание. Вот только не моё, а того, кто вытащил меня на скользкий берег.

Согнувшись пополам, я попытался судорожно вдохнуть, но ничего не вышло. Тело не слушалось. Расфокусированным взглядом я видел склонившуюся надо мной безобразную седую старуху. Но, стоило моргнуть, как на её месте оказалось бледное лицо Ягишны. Чёрные волосы липли к бледной коже, а льющиеся из глаз колдуньи слёзы капали мне на лицо.

– Дыши! Дыши! – умоляла она, ритмично давя ладонями на мою грудь. Прервавшись, она припала губами к моим губам, выдыхая воздух, после чего отстранилась и продолжила давить на грудь. – Давай же! Не бросай меня здесь, слышишь⁈ – колдунья снова коснулась моих губ своими.

Не успела Ягишна закончить, как я повернулся на бок и закашлялся, выплёвывая чёрную жижу. Вместе с каждой её каплей уходил и пронизывающий тело холод, а сознание, пусть и медленно, но прояснялось.

– Живой! – Ягишна подалась вперëд и стиснула меня в крепких объятиях.

Голоса вокруг нас зазвучали расстроено и даже сердито. Перед моими глазами пока что всё расплывалось, так что рассмотреть гомонящих не представлялось возможным. Но голоса их звучали неестественно и надрывно. Некоторые и вовсе походили на звуки, как если бы кто-то с силой водил ножом по тарелке.

– Твоими стараниями, – сдавленно подтвердил я. – Но если продолжишь в том же духе, то получится, что старалась ты зря…

– Прости, – женщина поспешно отстранилась и оглядела меня с ног до головы. – Как ты?

Прежде чем ответить, я прислушался к своим ощущениям. Вроде бы меня почти ничего не беспокоило. Кроме сложившейся ситуации, естественно.

– Бывало и получше. Но и хуже тоже бывало. А ты как?

– В порядке, – неуверенно ответила Ягишна и посмотрела на свои руки. Она пошевелила пальцами и хотела сказать что-то еще, но так и не решилась.

Тогда заговорил я:

– Сердечно-лëгочная реанимация входит в умения лесной колдуньи?

– Чего? – Ягишна не понимающе захлопала длинными ресницами.

– СЛР – то, что ты делала, когда приводила меня в чувства, – пояснил я, вспоминая былую жизнь. – Откуда ты знала, как поступить?

– А я и не знала, – Ягишна развела руками. – Точнее знала, наверное, но не понимала, что делаю. Как только в чëрной реке оказалась, меня будто подменили, а потом ещë раз и ещë. До сих пор сама я не своя.

– Любопытно, – пробормотал я, внимательно разглядывая колдунью – внешне она никак не изменилась, разве что взгляд стал рассеяннее.

– Давай любопытствовать станем, когда выберемся, – предложила Ягишна и затравленно огляделась. – Если, конечно, вообще выберемся, – мрачно добавила она.

Эти слова неизвестные встретили зловещим хохотом. Я сел, потёр глаза и, проморгавшись, наконец огляделся. Мы со спутницей оказались в большой пещере. Справа лежала Пучай-река, чьи воды будто застыли. Сейчас они напоминали мне ту субстанцию, что разлилась на поверхности вокруг пирамиды из черепов.

Но сейчас это волновало меня меньше всего. Виной тому была остальная пещера, доверху забитая ржавыми клетками. Внутри тесных, усеянных шипами клетей томились измождённые, больше похожие на обтянутые кожей скелеты люди. Голоса, что я слышал, принадлежали им. Кто-то рыдал, кто-то смеялся, кто-то бестолково раскачивался из стороны в сторону, а кто-то ревел и скалился. Но всех пленников объединяла одна общая черта – лихорадочный и абсолютно безумный взгляд, который был направлен на медленно летающие туда-сюда зелëные огни.

– Меня держали в похожем месте, – затаëнным шепотом поделилась Ягишна, глядевшая на узников со смесью сострадания и отвращения. Она обняла себя за плечи и зябко поёжилась.

Я кивнул и огляделся вновь, пытаясь понять, как мы сюда попали.

– Нас принесло течением? – мой взгляд замер на поверхности стоячей и зловонной воды. – Но как?

– Пучай-река, – ответила Ягишна таким тоном, будто это всё объясняло.

Мне стало интересно, что случится, если войти в чёрную реку вновь. Но проверять это на собственном опыте было совершенно неразумно. По-правде сказать, от одного взгляда на неё, мне становилось не по себе, а уж когда мутная поверхность пошла рябью и из неё стали появляться головы теней, разглядывать Пучай-реку перехотелось вовсе.

– Уходим, – отрывисто бросил я, поднимаясь на ноги.

Ягишна проследила мой взгляд, благо зелёные огни давали достаточно света, и вздрогнула. Спорить она не стала, лишь предложила:

– Может, обернешься лосем? Так будет быстрее.

– Не хочу тебя огорчать, но ничего не выйдет, – я взял спутницу за руку и потащил за собой. – Как только мы оказались в Подземном мире, моя сила почти пропала.

Колдунья застыла, как вкопанная.

– А раньше сказать не мог⁈

– Что бы это изменило?

Я дернул возмущенную колдунью за руку и поволок за собой между стоящих на полу клеток. Их обитатели тянули к нам тонкие бессильные руки, но пальцы с обломанными или обгрызенными ногтями едва касались одежды. В спину нам летели бесконечные мольбы и страшные проклятья.

– Им не помочь, – скорее самой себе, нежели мне, сказала Ягишна. – И никто из вас не заслуживает помощи! – неожиданно крикнула она, оборачиваясь. – Все вы! Все вы совершили нечто страшное настолько, что оказались здесь! Каждый из вас заслужил свою участь и… и я… – словно выбившись из сил, колдунья опустилась на колени и спрятала лицо в спутанных волосах, которые тот час начали менять чёрный цвет на белый. Плечи Ягишны затряслись, но вскоре жалобные всхлипы стали зубовным скрежетом, причем скрежетало будто бы железо.

– Эй, – я протянул руку, чтобы коснуться спутницы, но та наотмашь ударила по ней тыльной стороной ладони.

– Уходи, – едва слышно прошептала Ягишна дребезжащим старушечьим голосом. – Моё место здесь. Среди таких, как я.

– Наша! Моя! – тут же заголосили выбравшиеся из Пучай-реки тени. Их было больше двух десятков, и все выглядели одинаково.

– Заниматься самоуничижением будешь потом. Пошли, – я схватил женщину за плечи и рывком поставил на ноги.

Она подняла голову. На безобразном дряблом лице с бельмами вместо глаз застыло выражение глубокой скорби. Катящиеся по щекам слезы терялись в глубоких бороздах морщин, острый бородавчатый подбородок дрожал. Искривлённые в гримасе губы чуть приподнялись, обнажая ржавые зубы.

– Я не та, кто тебе нужен, – произнесла старуха, сдерживая рыдания. – Уходи.

– Вместе пришли, вместе и уйдем, – я поднял руку, коснулся её лица и смахнул одну из десятков слезинок.

Ягишна застыла. Бельмо на её одном её глазу исчезло, вернув тому цвет и сияние молодости.

– Но… – колдунья посмотрела на свои морщинистые ладони, кожа на которых вновь разглаживалась. – Что со мной происходит?

– Не знаю, – признался я, вновь увлекая её за собой. – Но обещаю, мы во всём разберёмся, но не здесь и не сейчас. Пойдём со мной.

– Стой! Замри! Окостеней! – завопили тени, заламывая руки. – Не сбежишь! Наша! Моя!

– Да заткнитесь вы наконец! – воскликнула Ягишна. Резко развернувшись, она рубанула рукой воздух, словно отмахиваясь от надоедливых насекомых.

Сорвавшийся с пальцев колдуньи сверкающий полумесяц с шипением полетел вперёд, одинаково легко рассекая воздух, металлические прутья клеток, плоть и кости пленников и замершие на месте тени. Трое из наших преследовательниц буквально сгорели изнутри белым пламенем и исчезли без следа. Остальные замерли.

– Как это я?.. – Ягишна ошарашено поглядела на свою руку.

– Как-то, – я был поражён не меньше спутницы. – А повторить сумеешь?

– Не думаю, – на всякий случай Ягишна ещё два раза взмахнула рукой, но ничего не произошло.

В тот же миг летающие зелёные огни замерли, а оставшиеся в живых пленники заголосили наперебой. Каждый орал что-то своё, но в беспорядочных воплях я выделил одну нередко повторяющуюся фразу: «Он идёт». Тени запрокинули головы и послали к высокому потолку пронзительный вой. Сверху тут же посыпались огромные ониксовые наросты-сталактиты. Всё кругом затряслось и загудело.

– Ходу! Ходу! – крикнул я Ягишне, но та и без моих слов сорвалась с места, побежав куда глаза глядят.

Поначалу я хотел двигаться за спутницей, но потом почувствовал нечто знакомое. Едва уловимый ветерок коснулся моей щеки и растаял в затхлом воздухе Подземного мира.

– Сюда! – догнав Ягишну, я указал ей путь в узкий тоннель между скоплением клеток.

– А если там тупик? – взгляд колдуньи лихорадочно бегал по сводам пещеры.

– Доверься мне.

Вместо ответа Ягишна коротко кивнула, и, спустя миг, мы уже неслись со всех ног по узкому коридору. За нашими спинами нарастал гул, больше похожий на траурный вой сотен глоток, в котором явственно слышались приближающиеся шаги. Но это был не звук босых ног по холодному камню, а звон латных сапог. Ни я, ни моя спутница не горели желанием узнавать, кто ещё выступил по наши души, поэтому мы прибавили хода.

Тоннель трижды вернул, а потом раздвоился. На бегу я втянул ноздрями воздух и крикнул: