Текст книги "Истинная вождя нарксов (СИ)"

Автор книги: Харпер Смит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Глава 16. Аиша

Аиша проснулась от ощущения тепла и тяжести. Тяжелая, мускулистая рука лежала у нее на талии, крепко прижимая ее к массивному телу. Макушкой она чувствовала ровное, глубокое дыхание,. Открыв глаза, она увидела узор из шрамов и голубоватых линий на груди мужчины.

Дарахо.

Он спал. Его лицо, обычно такое суровое, было расслабленным, морщины у глаз и губ сгладились. С ним он выглядел… моложе. Почти беззащитным. И невероятно привлекательным.

Все эти твердые мышцы, обтянутые гладкой кожей, так и манили к ним прикоснуться. В отличии от человеческих мужчин у пришельцев не было волос нигде кроме головы. Аише это нравилось. Она очертила пальцами пресс и почувствовала как Дарахо вздрогнул, но не проснулся, только что-то пробурчал во сне и прижал ее крепче.

Память услужливо подкинуло события прошлой ночи. Его вкус во рту. Приятный, сладковатый, мягкий как взбитые сливки. Совсем не похожий на человеческую сперму. А потом…Его лицо между ее бедер. Его жадность и напор.

Та близость, которую они разделили, была более интимной, чем любой секс, который у нее был раньше. И это заставило ее сжаться внутри от страха.

С Марком все было не так, – пронеслось в голове. Они встречались три года. Он был милым, заботливым, их друзья считали идеальной парой. Все было нормально, но вот секс был обыденным. Приятным, но не захватывающим, она никогда с ним не кончала. Даже решила, что с ней просто что-то не так и забила. Сконцентрировалась на другой части отношений.

Марк был милым, веселым, а в первый год даже романтичным. Но она никогда не теряла контроль, как с Дарахо. Никаких безумных желаний, никакой потери контроля.

Раньше Аиша верила, что любовь – это про доверие и стабильность. А потом оказалось, что стабильность – иллюзия, а доверие можно разбить одним сообщением с фотографией.

Боль от его измены была острой, как нож, и шрам который он оставил все еще болел. Она боялась снова доверять. Боялась чувствовать. А теперь… теперь она проснулась в объятиях инопланетного дикаря, к которому ее безумно тянет, так что она набросилась вчера на него, как на десерт.

Это было ненормально. И опасно… Снова к кому-то привязаться, тем более к пришельцу!

“Какая же ты дура, Аиша” – отругала она саму себя.

Она осторожно попыталась выскользнуть из-под руки Дарахо, но его хватка лишь слегка усилилась во сне. Он снова что-то пробормотал, губы коснулись ее темени, и она замерла. Это было так нежно, что она прикрыла глаза и позволила себе насладится моментом.

Когда он наконец проснулся, его янтарные глаза сразу нашли ее.

– Аша, – его голос был низким и хриплым от сна. – Моя нежная к'тари.

Она глубоко вздохнула, собираясь с духом, села.

– Дарахо… мы должны поговорить.

– Говори, – он мягко гладил пальцами ее бедро, смотря в глаза. Она перехватила его ладонь и сжала.

Как же начать? Она говорила медленно, подбирая слова, которые, как она надеялась, имплант донесет до него правильно.

– Ты говоришь… я твоя к'тари. Что это значит?

Он смотрел на нее с легким удивлением, будто спрашивал, как можно не знать, что такое вода или воздух.

– Это значит… одна душа в двух телах. Связь предков. Ты моя, а я твой. Навсегда. Рожать детей, заботиться друг о друге, трахаться.

На последнем слове Аиша почувствовала, как краска заливает его лицо, а вот Дарахо выглядел безмятежно. Словно не спошлил только что. Возможно он воспринимает секс совсем иначе, чем человеческие парни.

«Навсегда». От этого слова у нее похолодело внутри.

– Я не могу быть твоей «навсегда», – выдохнула она. – Мой дом не здесь и я хочу туда вернуться.

У Аиши не было родителей, они погибли в автокатастрофе несколько лет назад. А с другими родственниками она не общалась. Самыми близкими людьми для нее были Лима и Сара. И другие девчонки. Сердце сжалось от тоски.

Его лицо омрачилось.

– Теперь твой дом здесь, – он приложил ладонь к ее груди, – ты чувствуешь это? Ты должна довериться.

– Я не могу! – вырвалось у нее, громче, чем она планировала. Голос задрожал. Она закрыла глаза, пытаясь собраться. Когда снова заговорила, это были обрывки, но она надеялась, что он поймет суть. – У меня был… самец на моей планете. Мы должны были создать союз. Но перед самой церемонией он переспал с другой. Изменил. Разбил мне сердце и доверие. Как я могу снова доверять?

Дарахо слушал, не перебивая. Его взгляд стал пристальным.

– Вы не были к'тари. Если у самца нет к'тари, он может быть с кем хочет, или жить один. Но если связь нашлась… – он прижал ладонь к своей груди, прямо над сердцем, – здесь, внутри, зажигается огонь. Другая самка не нужна. Это как пытаться съесть камень, когда перед тобой спелый фрукт. Я – твой, ты – моя. Ты чувствуешь это, признай Аша.

Он смотрел на нее с такой непоколебимой уверенностью, что ей захотелось отвернуться. Она чувствовала. Это странное сжатие в груди, когда он рядом. Эта тяга, которая сводила с ума. Этот покой в его объятиях, вопреки всем страхам. Но признать это вслух… значит принять. Значит отказаться от Земли, от надежды на возвращение. Значит поверить в сказку про «единственную на всю жизнь», в которую она уже перестала верить.

– Я не знаю, – прошептала она, и это была правда. – Все происходит слишком быстро. Я запуталась. Мне нужно времени.

Дарахо нахмурился и кивнул.

– Как скажешь, так и будет.

Он взял ее в ладони в свои и поцеловал, а затем встал со шкур.

– Я приготовлю еду.

Пока Дарахо, разводил огонь и доставал миски, она смотрела на его спину и повязку, что едва прикрывала бедра. Он отвлекал ее, заставлял забыть обо всем. Аиша отвела взгляд.

– Девочек похитили из-за меня. Я выбрала тот бар. Я настояла на вечеринке. Если бы не я… они были бы сейчас дома, в безопасности. Мы должны их найти.

Дарахо почувствовал боль в ее словах и тут же отреагировал. Его рука легла на ее щеку, заставляя ее встретиться с его взглядом.

– Вина на тех, кто похитил, а не на похищенный. Вы самки, о вас должны заботиться. И я позабочусь. Мои охотники уже ищут и я присоединюсь к ним сегодня.

– Но ты ранен!

– Не волнуйся, нежная моя, я в порядке. Я стал вождем не просто так. Я самый сильный и выносливый охотник племени. – Дарахо выпятил грудь и оскалился, показав клыки. – Тебе повезло!

Аиша прикусила губу, чтобы сдержать улыбку. Взрослый мужчина, а бахвалится как мальчишка. Это было даже мило. И его уверенность была возбуждающей, как и выпуклость под повязкой.

Дарахо перехватил ее взгляд и ухмыльнувшись положил руку на свой пах.

– Нравится мой тах?

– Тах? – Аиша моргнула, Дарахо провел рукой вдоль ствола, – а… ой. – Она растерялась и пролепетала. – Он красивый.

“Красивый? Боже, Аиша, ну как скажешь” – отругала себя девушка, но похоже Дарахо был вполне доволен, он снова отвернулся к огню и занялся готовой, бросив через плечо:

– Если захочешь его, только скажи.

Они ели в молчании, поглядывая друг на друга. Дарахо не пытался ее коснуться, уважая ее решение не торопиться.

И Аиша позволила себе допустить крошечную, пугающую мысль: а что, если эта связь – не выдумка его племени? Что, если это что-то настоящее?

Она еще не была готова в это поверить. Но она перестала так яростно отвергать эту возможность. И для Дарахо, видевшего, как напряжение покидает ее плечи, а взгляд становится чуть менее напуганным, этого небольшого шага было достаточно. Надежда, теплая и упрямая, разгорелась в его груди ярче любого костра. Его к'тари начинала слышать зов. Остальное было делом времени.

Глава 17. Лима

Лима в последний раз посмотрела на лучшую подругу и крикнув девчонкам «За мной!» побежала прочь от корабля. Годы практики на работе гидом в экстремальных турах вел ее вперед. Она подбадривала девочек, а мысли о Аиши отодвинула подальше. Сейчас нужно было спасти остальных, чтобы ее жертва не была напрасной.

Они были посреди джунглей, на чужой планете. Лима понятие не имела какие твари здесь обитают, но с этим они разберутся. Сначала нужно найти укрытие. Она заметила темный скальный выступ на севере – пещеры.

Путь был кошмаром. Лианы хватали за ноги, как живые щупальца, корни под ногами скользили. Саманта пришла в себя, но у нее явно было сотрясение. Они кое-как перевязали рану на ее голове и по очереди несли на спине.

Они шли, пока в легких не осталось воздуха, а ноги не стали ватными, но добрались до пещер, вход в которую был скрыт завесой колючих лиан.

Лима вооружилась длинной палкой смело зашла первой, чтобы проверить не поджидает ли их в темноте какая-нибудь тварь. Там не было ничего кроме грязи и костей мелких животных.

Девушки забились в пещеру и, наконец позволили себе затрястись и заплакать. Все, кроме Сары и Лимы, они прислушивалась к звукам снаружи и тихо переговаривались, обсуждая дальнейшие действия.

Всего их было семь, быстрый опрос позволил выявить навыки и слабые места каждой. Лима – инструктор, Сара – гоу-гоу танцовщица. Обе крепкие и выносливые. Лима сразу взяла на себя роль лидера, а Сара ее помощницы, никто не возражал. Все были слишком уставшими и растерянными, чтобы спорить.

Темнокожие близняшки Тарани и Саманта не успели закончить кулинарный колледж, подрабатывали в кофейни и копили на свою собственную. На земле обе были отзывчивыми и дружелюбными, но сейчас Тарани не могла думать, как помочь остальным. На ее коленях лежала раненая сестра и все свое внимание она отдавала ей.

Пухленькая Кара едва могла дышать, после затяжной прогулки. Она ненавидела спорт. Она прикрыла глаза и попыталась представить, что она дома, завтра с утра проснется от будильника и отправится на работу в офис архитектурной фирмы, где будет помогать своему боссу с мелкими делами.

Самая младшая из Лайла тихо плакала в углу. На земле осталась вся ее большая и дружная семья. Ее пыталась успокоить Оливия, это отвлекало ее от собственных страхов за собственного нерожденного ребенка. Она рассказывала Лайле о ферме, которой владела ее семья. О курицах, лошадях и милом маленьком поросенке, которого так и не смогли пустить на бекон и он жил в доме вместо кота.

Еще две девушки Кейт и Мона держались особняком, и свои профессии назвали неохотно. Кейт работала инструктором по плаванию, а Мона была дизайнером одежды.

Они организовали дежурство, договорившись, что хотя бы одна не должна спать, пока отдыхают остальные. На рассвете Сара вышла из пещеры в поисках еды и воды.

Источник свежей, чистой воды нашелся близко. Им повезло. А вот с едой требовалось быть осторожнее. Лиме пришлось рискнуть она собрала несколько фруктов, похожих на огромные сливы.

Сначала сама пробовала крошечный кусочек, подождала час, когда никаких симптомов отравления не проявилось, попробовала побольше. Убедившись, что еда безопасно, собрала побольше и отнесла девочкам.

Через несколько дней Тарани и Оливия, и так обессиленные стрессом, подхватили лихорадку. Их била дрожь. Ночи в джунглях были холодными а укрываться было нечем. Девушки жались друг к другу.

На четвертый день Лайла, поскользнувшись на мокрых камнях у ручья, упала и с криком вывихнула, а возможно, и сломала руку. Лима стиснув зубы, вправил сустав по памяти, зафиксировала руку импровизированной шиной из веток и ремня от платья Оливии. Лайла стонала, кусая губу до крови, но не плакала.

Отчаяние витало в воздухе пещеры, гуще сырости. Лима старалась ему не поддаваться, но чувствовала, что девочки уже на пределе.

Лима чаще всех рисковала, уходя в поисках еды, разведки местности. Каждый ее выход был игрой со смертью. Несколько раз она едва не столкнулась с хищницами, однажды едва не наступила на огромную змею, слышала рычание из чащи. Но страх за девушек, оставшихся в пещере, был сильнее ее собственного.

Удача должна была когда-то закончиться.

В один из походов, когда Лима осторожно пробиралась к знакомой ягодной поляне, это случилось. Она не услышала его. Он возник перед ней внезапно, будто материализовался из самого леса. Высокий, фиолетовый, с мощным хвостом и горящими в полумраке янтарными глазами и копьем в руке

Один из тех, что напали на корабль. Чудовище!

Она инстинктивно отпрыгнула назад, ее рука потянулась к острой заточке из обломка корабля, которую она носила за поясом. Но он был слишком быстр.

Дикарь метнулся вперед, и мягко перехватил ее запястье. Одним щелчком выбил нож из ее оцепеневших пальцев. Он попытался что-то сказать, она рванулась назад, в другую стороны от пещеры, чтобы не привести его к девочкам.

Ей не удалось пробежать и пяти метров, как его руки – огромные, невероятно сильные схватили ее.

Лима вскрикнула и начала отбиваться, но это было как попытка сдвинуть дерево. Он прижал ее к себе, одной рукой обездвижив ее руки за спиной, другой прикрыв ей рот. Его тело было твердым и обжигающе горячим. От него пахло дымом, потом, кожей и чем-то пряным, древесным. И этот запах, странным образом, не был отвратительным.

Он что-то сказал. Низко, гортанно, прямо у ее уха. Звуки были абсолютно чужими, бессмысленными для нее. Никакой вспышки понимания в голове не произошло – имплант молчал, как и прежде. Но тон был скорее не угрожающим, а… предостерегающим. «Тихо».

Она замерла, ее широко раскрытые глаза смотрели на него, пытаясь прочесть в его чертах хоть какую-то подсказку. Он смотрел в ответ, и в его взгляде не было той хищной ярости, которую она ожидала. Была настороженность, любопытство и… какое-то странное, приглушенное изумление. Его взгляд скользнул по ее лицу, спутанным светлым волосам, порванной одежде, задержался на ее губах.

Он снова что-то произнес. Спросил? Тяжелое, гортанное слово, которое ничего ей не сказало. Вопросительная интонация была ясна. Он огляделся вокруг, его взгляд стал ищущим. Будто он кого-то ждал или искал другую. Потом его внимание снова вернулось к ней.

Пока ее мозг лихорадочно пытался понять его намерения, он уже действовал. Он не стал ее связывать. Просто подхватил на руки, прижал к груди так, что она не могла пошевелиться, и быстрыми, бесшумными шагами понес ее прочь от поляны, вглубь территории.

Лима попыталась вырваться, но его хватка была железной. Она кричала, но звук терялся в его могучей груди. И пока он нес ее, прыгая через бурелом и петляя между деревьями, с ней происходило что-то необъяснимое. Ее паника не утихала, но к ней добавилось другое. Осознание его силы, которая была пугающей, но и… захватывающей. Тепло его тела, проникавшее сквозь тонкую ткань. Ритмичное движение его мышц под кожей. Притягательный мужской запах.

И самое странное – там, глубоко в груди, где-то под ребрами, зародилось крошечное, теплое трепетание. Что-то вроде… отклика. Как струна, которую слегка задели. Это чувство было абсолютно иррациональным и оттого еще более пугающим.

Она зажмурилась, пытаясь выкинуть его из головы. Но когда они выбежали на опушку, и перед ней открылся вид на большую деревню круглых хижин, на фиолетовых людей, которые остановились и смотрели на них, это трепетание никуда не делось. Оно пульсировало тихим, настойчивым эхом, смешиваясь со страхом и ясной, холодной мыслью: игра изменилась. Он унес ее от подруг. Он принес ее сюда. Она не понимала ни слова, но язык тела был универсален: она больше не охотница в джунглях. Она – пленница.

Глава 18. Аиша

Не успели Аиша и Дарахо закончить с завтраком, как снаружи хижины донесся хор одобрительных возгласов. Дарахо насторожился, мгновенно став из расслабленного самца бдительным вождем. Он шагнул к двери и откинул полог.

Аиша выскочила следом за ним, не обратив внимания на предостерегающий рык. На центральной площадке деревни стоял Арак с широкой довольной улыбкой, держа в руках…

– Лима!

Аиша ринулась вперед, обгоняя Дарахо. Слезы облегчения брызнули из глаз. Лима услышала ее крик, прекратила борьбу и обернулась. На ее исхудавшем лице смешались шок, неверие и радость.

– Аиша! Боже, ты жива! – закричала Лима, и ее голос сорвался на рыдание.

Арак, увидев Аишу, осторожно, почти нежно опустил Лиму на ноги, но не отпустил далеко, придерживая за плечо. Она рыкнула на него, вырвалась и бросилась обнимать подругу. Они сцепились в объятиях, трясясь, бормоча бессвязные слова, смеясь и плача одновременно.

– Ты цела, ты тут… что они с тобой сделали? – быстро осматривала ее Лима, ее взгляд задержался на повязке Дарахо и на том, как Аиша инстинктивно прижалась к нему, когда он подошел.

– Со мной все хорошо. Дарахо их вождь. Мне удалось с ним поговорить благодаря имплантанту. – торопливо зашептала Аиша. – Они не причинят тебе вреда. – Где остальные?

Лима медлила.

– Мы должны их забрать сюда.

– Что если это ловушка? Я не могу привести их к девчонкам.

Лима должна была принять решение. Пока Аиша быстро пересказывала события последних дней, пытаясь убедить, что эти фиолетовые люди не опасны… Но люди ли они? Фиолетовая кожа, желтые и оранжевые глаза, клыки, хвосты. Они выглядел устращаюше.

Лима переводила взгляд с Аишу, то на Дарахо, то на Арака, который стоял в двух шагах, не сводя с нее своего пристального взгляда. При этом улыбался, довольный как мартовский кот.

– Лима, пожалуйста, где девочки?

– Они в пещере. Некоторые ранены, больны. Я покажу дорогу, если этот, – Лима указала на Арака, – доведет нас до водопада, откуда он меня утащил.

Аиша кивнула и повернулась к Дарахо, чтобы перевести.

– Дарахо, мои… сестры в пещере, в лесу. Мы должны пойти за ними сейчас. Есть раненные.

Дарахо отдал быстрый приказ. Арак, Ри’акс и еще двое незнакомых Аиши мужчин выстроились с вождем, за спинами копья, на лицах решительность.

– Ты останешься с Торном.

Это прозвучало как приказ, Аиша не успев подумать, выпалила:

– Нет. Я иду с тобой. Они мои сестры и будут бояться. Я должна быть там, чтобы объяснить и успокоить.

– Слушайся меня, к’тари. Оставайся здесь. В джунглях слишком опасно.

– Я иду! – Дарахо угрожающе свел брови, но отступать Аиша была не готова. – Я твоя к’тари, а не рабыня.

– Ладно.

Она сыграла на его слабом месте. Слово «к’тари» заставило его глаза метнуться к Араку, который тут же отвел от них взгляд. Дарахо стиснул зубы. Он был вождь, привыкший, что его слушаются. Но эта хрупкая, бледная тварь бросала ему вызов, и это… будоражило. И бесило.

– Ты будешь рядом со мной. Шаг в сторону – и я закину тебя на плечо и принесу обратно, – прошипел он, наклонившись так, чтобы слышала только она.

– Договорились, – быстро согласилась Аиша, чувствуя странный прилив победы.

Пока они шли к пещере Арак не отставал от Лимы ни на шаг. Его рука то и дело касалась ее спины, чтобы помочь на крутом склоне. Его хвост непроизвольно тянулся в ее сторону,. Когда один из молодых охотников слишком оживленно заговорил с Лимой (пытаясь, видимо, просто понять ее жесты), Арак встал между ними и издал низкое, предупреждающее рычание, от которого у того моментально пропал интерес.

Лима заметила это. Она смотрела на Арака не со страхом, а с любопытством.

– Что с ним? – тихо спросила она Аишу, когда они шли немного позади. – Он ведет себя… странно.

Аиша улыбнулась про себя, но на всякий случай уточнила права ли она в своих подозрениях у Дарахо.

– Арак чувствует Лиму, как ты меня? – Вождь кивнул, выглядя удивленным.

– Это редкость.. Две пары за неделю, такого раньше не бывало. Вы удивительные самки. Вас послали нам сами звезды.

Аиша закатила глаза, но перевела Лиме слово в слово. Та хихикнула.

– Самки? Ну надо же, так меня еще не называли. И что ты уже опробовала… своего самца?

Аиша прижала ладони к горящим щекам, Дарахо хмыкнул, словно поняв о чем они переговариваются.

– Не совсем. Но ты не должна боятся. Они вроде как очень бережно относятся к своим парами. Называют это «к’тари» и верят, что это связь душ навсегда.

Лима подняла бровь. Она оценивающе окинула взглядом широкие плечи Арака, его сосредоточенный профиль, мощные руки, сжимающие древко копья, мягкую полуулыбку.

– Навсегда, говоришь? – ее тон был спокойным, почти деловым. – Ну, учитывая, что домой мы, похоже, не вернемся… Выбор, честно говоря, невелик. А он… внешне ничего. Выше меня, что для меня редкость. И сильный. Тащил меня на руках всю дорогу и даже не запыхался.

Аиша смотрела на подругу с изумлением. Ни тени ее собственной истерики, сомнений, борьбы. Лима всегда была практичной. Она видела ситуацию как задачу на выживание: новая планета, новые правила. Нужно адаптироваться. И если частью адаптации становится огромный фиолетовый воин, который смотрит на тебя как на величайшее сокровище… что ж, можно и рассмотреть вариант.

Смотрелись они странно, но в чем-то гармонично. Лима была самой высокой из них, почти метр девяносто, но Арак все равно возвышался над ней на целую голову. Аиша помнила, что на земле Лима часто сетовала, что сложно найти высокого парня, а ей хочется иногда чувствовать себя маленькой, чтобы о ней заботились.

Через пару часов они вышли к пещере. Вид изможденных, испуганных девушек, которые сначала в ужасе сжались при виде воинов, а потом разрыдались, увидев живых и невредимых Аишу и Лим, был душераздирающим. Аиша бросилась к ним, обнимая, успокаивая, быстро объясняя на двух языках, что эти «фиолетовые» здесь, чтобы помочь.

Ри’акс немедленно принялся за больных. Дарахо организовал переноску раненых. Арак, не отходя от Лимы, помогал ей собирать их скудные пожитки. Его взгляд, однако, постоянно возвращался к ней, полный какого-то одержимого восхищения.

Обратный путь в деревню был медленнее, но прошел без происшествий. Когда частокол и хижины показались впереди, на лицах девушек был уже не чистый ужас, а изможденная надежда и осторожное любопытство.

Аиша шла рядом с Дарахо, его рука лежала у нее на пояснице. Она смотрела на свою лучшую подругу, которая спокойно отвечала на что-то Араку жестами, и на других девушек, которых вели в их новую, странную жизнь.

Она не знала, что их ждет. Но ее племя было теперь в безопасности. И глядя на суровый профиль Дарахо, чувствуя его твердую руку на своей спине, она впервые позволила себе подумать, что, возможно, все не так плохо.