Текст книги "Инженер. Система против монстров 9 (СИ)"

Автор книги: Гриша Гремлинов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Робот двинулся к машине, его сервоприводы едва слышно гудели. И тут случилось неизбежное. Гринпис, которого только недавно привели в порядок, вдруг сфокусировал свой мутный взгляд на клетке.

– Нельзя! – взвизгнул он. – Вы не можете! Это насилие!

Он бросился к роботу, раскинув руки, словно пытался преградить путь машине. Прометей остановился, его сенсоры мигнули, переключаясь на анализ угрозы.

– Гражданин, отойдите с линии следования, – произнёс андроид безэмоционально.

– Отпустите их! – Гринпис трясся, его глаза лихорадочно блестели. – Они живые! Это дети ночи! Вы посадили их в тюрьму! Это против законов природы!

Я шагнул вперёд, перехватывая инициативу. Только истерики дурика-друида нам сейчас не хватало для полного счастья. Как доберёмся до базы, попрошу Олега Петровича прописать ему успокоительные. Желательно такие, чтоб пускал пузыри и пел песенки про маленьких пони.

– Слушай сюда, защитник флоры и фауны, – я говорил тихо, но так, что Гринпис осёкся. – Эти «дети ночи» час назад пытались обглодать твои кости. Если бы не мой робот, ты бы сейчас был не борцом за права животных, а кучкой гуано на полу пожарной станции.

– Они просто хотели есть! – упрямо выкрикнул парень, хотя в его голосе уже не было уверенности. – Это их инстинкт! А вы… вы сажаете их в клетку!

– Могу выпустить прямо сейчас, – холодно отрезал я. – Лично для тебя. Пусть продолжат трапезу.

– Но… это же… тоже жестоко… – захлопал он глазами.

– Это природа, а она жестокая. Ты сам сказал, – усмехнулся я, но потом выдохнул и решил всё же объяснить дурню идею. – Я везу их не на живодёрню. У нас на базе есть девочка. Ей восемь лет. У неё класс «Приручитель». Она строит ферму. Твои мыши будут жить в тепле, получать еду по расписанию и, возможно, даже приносить пользу, а не просто гадить на головы прохожим.

Гринпис замер, переваривая информацию.

– Приручитель? – переспросил он. – Настоящий? Я… я друид, но я не умею приручать навсегда. Только успокаивать или просить о помощи. А она… она может?

– Она с пауком размером с овчарку в обнимку спит, – хмыкнул я. – Так что успокойся. Никто твоих мышей обижать не будет. Более того, если будешь вести себя хорошо, я разрешу тебе помогать Олесе. Может, хоть научишься чему-то полезному.

Гринпис шмыгнул носом, вытирая сопли рукавом разодранной куртки. Его агрессия сдулась, как проколотый шарик.

– Ну… если приручитель… и кормить… – пробормотал он, отходя в сторону. – Только клетку накройте чем-нибудь. У них стресс от света.

– Прометей, накрой клетку брезентом из багажника, – скомандовал я, раздражённо. – И грузи уже.

Робот выполнил команду. Аккуратно поставил клетку в багажник «Ленд Крузера», накрыл её старым брезентом, который там валялся. Мешок с остатками роя отправился на заднее сиденье.

Когда всё было готово, я подошёл к андроиду.

– Ты отлично поработал, друг, – я похлопал по холодной броне. – А сейчас отдохни.

Я активировал инвентарь. Пространство вокруг робота искривилось, пошло рябью и вспыхнуло голубым светом. Массивная фигура растворилась в воздухе. Рейн наблюдала за этим процессом с нескрываемой завистью. У неё на двадцать втором уровне тоже объёмный инвентарь, но у меня гораздо больше и Хранилище фракции в придачу.

– По машинам! – крикнул я. – Двигаемся быстро, дистанция десять метров. Женя, садись ко мне, в «ГАЗели» и так тесно.

Стрелок кивнул и быстро устроился в пассажирском кресле. Борис запрыгнул на водительское место грузовика. Я подошёл к своему «Крузеру», открыл водительскую дверь, плюхнулся на сиденье. Салон встретил меня привычным запахом кожи.

– Очень надеюсь, что этот день всё же закончится, – пробормотал я, поворачивая ключ в замке зажигания.

Женя только хмыкнул. Он вообще немногословный парень. Двигатель отозвался тихим урчанием. В зеркале заднего вида я увидел, как загорелись фары «ГАЗели». Борис мигнул дальним светом. Мол, готовы.

– Поехали, – сказал я.

«Крузер» мягко тронулся с места и перевалился через обломки ворот. Мы выехали на тёмную улицу Красногорска. Город спал мёртвым сном, укрытый одеялом ночи и новой, чужой реальности. Я расслабился, но лишь на секунду.

И тут я почувствовал это.

Сначала это был лёгкий душок. Едва уловимый. Как будто кто-то забыл вынести мусор. Но с каждой секундой амбре становилось всё гуще, насыщеннее и агрессивнее. Запах аммиака, кислятины и чего-то невыразимо мерзкого, органического.

– Лёша, ты чуешь? – уточнил Женя.

Я поморщился, пытаясь не дышать носом. Глянул в зеркало заднего вида. На заднем сиденье лежал холщовый мешок. Он шевелился. И, судя по всему, протекал…

Куча летучих мышей. В стрессе. В тесном мешке.

– Открой окна, что ли, – попросил стрелок. – Мы тут сейчас задохнёмся.

Я нажал кнопку стеклоподъёмника, впуская в салон холодный ночной воздух, но это помогало слабо. Глаза начали слезиться.

– Эй, пассажиры, – сказал я в пустоту, глядя в зеркало на копошащийся мешок. – Я, конечно, понимаю, стресс, перелёт, смена обстановки… Но могли бы и потерпеть до туалета. Вы ж мне всю обивку испоганили, летучие скунсы.

Мешок в ответ лишь виновато пискнул и зашуршал активнее, выпуская новую волну аромата.

– Нужна химчистка, – резюмировал Женя.

– Мда, – вздохнул я, прибавляя газу. – Надеюсь, у Олеси заложен нос.

– У неё Смердюки, она привычная, – философски изрёк стрелок.

Машина ускорялась, разрезая тьму фарами. Мы везли домой странный груз: раненого пироманта, кучку бывших врагов, ставших должниками, и мешок с вонючими летучими мышами.

Обычный вторник после конца света.

Глава 5
Размещение гостей

Ворота базы показались в свете фар – массивные, стальные, с электроприводом. Питание на них подали перед самым ужином. Сразу после того, как избавились от грязевой кучи, которая перекрывала въезд.

Я достал из бардачка брелок системы контроля доступа. Стандартный радиобрелок с динамическим кодом. Нажал кнопку. На приёмнике, смонтированном на стойке ворот, мигнул светодиодный индикатор подтверждения приёма сигнала. Контроллер снял электромеханическую защёлку, и створки ворот начали медленно разъезжаться в стороны.

Добро пожаловать домой.

Я въехал на территорию и припарковал машину возле подсобных помещений. «ГАЗель» Бориса проследовала за мной. Когда двигатель заглох, водительская дверь со скрипом открылась, и из кабины выбрался наш берсерк.

Одновременно распахнулась дверь КПП. На пороге возник дед Василий. В телогрейке, накинутой прямо поверх майки. В криво нахлобученной шапке-ушанке и кирзовых сапогах. С ружьём ТОЗ-63 наперевес и лицом человека, которого подняли с тёплой лежанки ради очередной глупости молодёжи.

Рядом с ним показалась Найда.

Огромная, страшная, с голой шкурой и когтистыми лапами. Собака смотрела на машины прищуренными глазами. Потом учуяла Бориса, узнала и вильнула голым хвостом. Один раз. Сдержанно. Как человек, который рад тебя видеть, но выражать это публично считает ниже своего достоинства.

– Дед Василий, здорово! – гаркнул берсерк, махнув рукой. – Не спится? А мы тут гостей привезли! Целую ораву!

Василий недоверчиво покосился на «ГАЗель», из которой начали вылезать незнакомые люди, и крепче сжал ружьё. Мы с Женей вышли из «Крузера». Я глубоко вдохнул свежий ночной воздух. Казалось, что я только что вынырнул из болота. Потом активировал инвентарь.

Пространство рядом со мной пошло рябью, воздух уплотнился, и во вспышке голубого света материализовался «Страж». Титановая броня, мерцающие синим сенсоры, тяжёлые руки-манипуляторы, на корпусе – подсыхающие следы боя.

Найда среагировала мгновенно. Остатки шерсти встали дыбом, собака оскалилась и издала низкое, утробное рычание.

– Найда, свои, – сказал я.

Собака поколебалась секунду, потом медленно опустила уши. Не успокоилась, но приняла к сведению, совсем как её хозяин. Дед Василий смотрел на робота секунд десять, потом перевёл взгляд на меня.

– Ты его сам сделал, что ли?

– Сам, – отозвался я.

– Из чего? – старик почесал затылок, сдвинув ушанку ещё сильнее.

– Из того, что было.

Василий помолчал. Потом кивнул – коротко, по-военному, выражая сдержанное уважение. Я уже повернулся к роботу:

– Прометей, достань клетку и мешок.

Робот двинулся к «Крузеру». Открыл боковую дверь, заглянул внутрь и вытащил с сиденья холщовый мешок. Взял его двумя пальцами. Буквально двумя пальцами, вытянув руку как можно дальше от корпуса. Мешок медленно вращался в воздухе. Из него доносился тихий писк.

– Создатель, – произнёс ИИ без каких-либо интонаций. – Анализ газовой среды вокруг объекта «Мешок» показывает критическую концентрацию аммиака и метантиола. Рекомендую незамедлительную утилизацию объекта.

– Сначала выгрузим пассажиров, – сказал я, не сдержав усмешки. Робот сейчас выглядел так по-человечески, будто действительно брезговал.

Женя, стоявший рядом, тихо хрюкнул.

– Клетку тоже доставай, – напомнил я.

Робот открыл багажник и извлёк оттуда большую проволочную клетку, в которой копошились и пищали десятки полупрозрачных тварей. Мерцающих, недовольных и явно голодных. Лунные Тени смотрели наружу крошечными красноватыми глазками. Пахла клетка не лучше, чем мешок.

– Что это за нечисть⁈ – выпалил дед Василий, мгновенно вскидывая двустволку и целясь в клетку.

– Спокойно, – остановил я его. – Это трофеи. Летучие мыши. Для Олеси.

Брови старика взлетели вверх. Он опустил ружьё, но лицо его не стало менее хмурым.

– Для девчонки? Летучие мыши? Вы там совсем умом тронулись, ироды? Дите малое, ей куклы нужны, а не нетопыри поганые!

– Вот и я так считаю, – сообщил Варягин, выпрыгнув из кузова. – Но после всех тварей, которых Лёша подарил моей дочери, эти кажутся почти милыми. Только воняют, заразы, почти как те жуки.

Паладин одарил меня укоризненным взглядом, на что я только пожал плечами.

– Тьфу, срамота! – возмутился Василий. – Раньше дети котят таскали, а теперь вот это… Дожили.

Найда обнюхала клетку. Летучие мыши внутри немедленно сбились в дальний угол, заверещав протестным хором. Собака рявкнула разок, коротко и презрительно. Потом вернулась к Василию, явно разделяя его точку зрения.

Старик сплюнул на землю и, вместе с Найдой, скрылся в своей будке, громко хлопнув дверью.

Из кузова «ГАЗели» тем временем доносилась возня и приглушённые команды. Наконец, Борис и Костоправ осторожно вытащили носилки с Горынычем. Олег Петрович и Вера уже стояли рядом.

– В отель, в лазарет! – скомандовал доктор. – Быстро, но без тряски!

Процессия двинулась к главному входу. Следом из кузова выбрались остальные. Рейн, Сильвер, Полкан, Гринпис и Чайка. Водная магичка ошарашенно озиралась.

Я видел, как взгляд Чайки устремился вверх, к угловым башням. Она оценивала наши оборонительные рубежи. Глаза девушки расширились, когда она заметила тяжёлые стволы автоматических турелей.

Гринпис, разумеется, смотрел совсем на другое. Его взгляд упал на куст сирени у дорожки к беседке, тот изрядно пострадал во время стычки с Гладиаторами. Ветки были обуглены до черноты. Лицо парня исказилось от боли, будто это ему, а не растению, причинили урон.

– Бедненький… – прошептал он и бросился к кусту.

Упав на колени, положил руки на почерневшие побеги. Его ладони окутал слабый зелёный свет.

Гринпис активировал навык: «Природное восстановление».

– Ну-ну, хороший мой, – бормотал друид, поглаживая обгоревшие ветви. – Люди такие жестокие… Но я помогу… Я здесь…Сейчас мы тебя подлечим. Ты только не умирай…

Я некоторое время смотрел на это. Потом повернулся к Чайке.

– Он всегда такой?

– С первого дня, – вздохнула девушка. – До этого всего ветеринаром был и природозащитником. Не знаю, может, ему крышу окончательно уже после сорвало. Однажды он полчаса приращивал ветку к рябине.

Ценный кадр. Незаменимый. Специалист по садоводству с пыльцой вместо мозгов. Нашей общине как раз не хватало такого.

– Зачем вы держите его при себе? – прямо спросил я.

Рейн гневно зыркнула на меня, но смолчала, а Чайка ответила:

– На самом деле, он несколько раз спас группу. Он может усмирять мутантов, когда повезёт. И если они ниже его уровнем.

В тот момент, когда носилки с Горынычем скрылись в дверях отеля, с крыльца сорвалась маленькая фигурка. Олеся. В розовой пижаме с зайчиками и наспех накинутой поверх курточке. За ней, смешно подскакивая и задрав полосатый хвост трубой, нёсся Мики. Лемур выглядел заспанным, но решительным.

– Олеся! – тут же рявкнул Варягин. – Стоять! Я же уложил тебя спать два часа назад! Почему ты не в постели⁈

Девочка резко затормозила перед нами, уперев руки в бока.

– Ну, папочка! – рассудительно начала она. – Вы же все так внезапно куда-то уехали! Как я могу уснуть? Мы с Марусей и Пчёлкой вас в холле ждали. У нас там наблюдательный пункт! С печеньками и какао!

– С печеньками… – Варягин потёр переносицу. – Режим, Олеся! И чтоб не вздумала по ночам из отеля вот так выскакивать!

Я сделал в голове пометку: «Найти няньку. Срочно». Случая с Никитой достаточно, если какая-нибудь хрень случится с Олесей… В общем, нужен присмотр. Воспитатель. Постоянный. С нервами как у сапёра.

Взгляд юной приручительницы упал на клетку.

– Ой, а кто это? – выдохнула она, забыв про отца, про какао и про всё на свете. – Вы мне кого-то привезли⁈ Надо с ними познакомиться!

Девочка сделала шаг к роботу, но Варягин тут же перехватил её за плечо.

– Никаких знакомств, – строго сказал он. – Это ночные крысы, и им здесь не место. А тебе место в кровати.

– Но они такие… прозрачные! И крылатые! – с восторгом прошептала Олеся, пытаясь вырваться. – Пап, ну пожалуйста!

Она заворожённо смотрела на пищащих существ в клетке. Мики нервно закрутился у её ног. Потом подошёл к андроиду, с любопытством принюхался к мешку… и тут же отскочил, тряся мордой и громко фыркая. Кажется, даже для мутанта этот аромат оказался слишком ядрёным. Считай готовое биологическое оружие.

– А они кусаются? А что они едят? – начала спрашивать Олеся, забыв про свой бестиарий, в котором наверняка уже появилась статья про этих зверушек. – А можно мне одну погладить?

– Нельзя! – ответил Варягин. – Дочь, это опасные твари! – продолжал он, безуспешно пытаясь увести её.

– Но они же маленькие! – не сдавалась Олеся. – У них первый уровень! Я запросто их всех приручу!

– Олеся, твой папа прав, этим лучше заняться утром, – мягко сказал я. – Они дикие, голодные и… кхм, не очень хорошо пахнут. Сейчас ты пойдёшь спать. А завтра утром, когда мы их помоем, накормим и посадим в красивые домики, ты начнёшь с ними знакомиться. Договорились?

– А где они будут жить? – тут же нашлась Олеся.

– Я найду им место. Утром покажу. А сейчас марш в постель и больше никаких ночных вылазок без разрешения.

Малявка надула губы, но потом всё же кивнула.

– Ла-а-адно. А они до утра не умрут? Им там тесно…

– Прометей о них позаботится, – заверил я.

Варягин с облегчением выдохнул и, взяв дочь за руку, повёл её в отель. Мики последний раз косо посмотрел на мешок и потрусил за хозяйкой.

Я проводил их взглядом и вернулся к насущной проблеме. Куда девать этот пищащий и воняющий биоресурс? Активировал интерфейс фракции. Перед глазами всплыла голографическая схема отеля. Мой палец ткнул в сектор на первом этаже. Он выпирал из основного контура здания в виде отдельной пристройки и находился рядом с бассейном.

Объект: Оранжерея.

Статус: Ремонтные работы завершены.

Отчёт бригадира (Юрий Анатольевич):

1. Все стеклянные панели заменены на сотовый поликарбонат с бронеплёнкой.

2. Установлены УФ-лампы полного спектра и лампы дневного света. Система освещения автоматизирована.

3. Система капельного полива восстановлена и доработана. Интегрирована в общую сеть базы.

4. Растения (образцы, спасённые Ирой) размещены в новых контейнерах.

Объект готов к эксплуатации.

Отлично. Профессор Геннадьев и его команда сработали на совесть. Оранжерея станет хорошим карантинным блоком.

– Прометей, – я повернулся к роботу. – Доставишь груз в оранжерею. Вход через заднюю дверь, не через отель. В оранжерее есть небольшая подсобка. Женя, – я посмотрел на стрелка, – сопроводишь. В Хранилище, в разделе «Оборудование», найдёшь клетки для мелких животных. Материализуешь, рассадишь этих… постояльцев. Достанешь всё для мытья: тазик, зоошампунь, мочалку. Прометей помоет зверьков. Потом возьмёшь пищевые отходы и покормишь.

Женя кивнул.

– Понял.

Я снова повернулся к роботу.

– Прометей, после выполнения задачи заступаешь на ночное дежурство. Патрулирование внутреннего двора по периметру. При контакте с членами фракции идентифицируй себя и сообщай, что находишься на моей службе.

– Команда принята, Создатель.

Робот и Женя, один – возвышаясь над землёй, второй – стараясь держаться от вонючего мешка подальше, направились в обход отеля, к оранжерее.

Я перевёл взгляд на Рейн и сказал:

– Утром все в обязательном порядке на повторное обследование к Олегу Петровичу. Нужно убедиться, что антидот сработал и токсин полностью нейтрализован.

Марина что-то буркнула в ответ, но в этот момент из дверей отеля выскочил сияющий, как начищенный самовар, Борис.

– Ну, командир, всё в ажуре! – доложил он. – Тяжёлого отнесли, Петрович над ним снова колдует!

– Борис, ты у нас теперь специалист по гостеприимству, – начал я, глядя на Рейн и её людей. – Покажи нашим… гостям свободные номера в восточном крыле. Помоги разместиться.

– Будет сделано! – гаркнул берсерк. – Эй, народ! За мной! Сейчас такие хоромы покажу, обалдеете! У нас тут отель пять звёзд! Отведу вас в лучшие номера с видом на… ну, на бронированные ставни. Зато надёжно!

Он развернулся и зашагал к крыльцу, расписывая прелести нашего быта. Марина сухо кивнула товарищам, и те, как стая побитых волков, поплелись за Борисом.

Чайка дёрнула Гринписа за рукав:

– Эй, дачник! Хватит страдать над кустом, пошли. Его уже не спасёшь, не трать ману зря.

Друид шмыгнул носом, виновато погладил обугленную ветку напоследок и поплёлся за остальными.

– Я просто хотел помочь… – поднывал он.

Я остался один посреди тёмного, тихого двора. Ночь была прохладной, но спокойной. Посмотрел на звёздное небо, вздохнул и направился к отелю, чувствуя, как свинцовая усталость наливает мышцы. Всё, чего мне сейчас хотелось – это добраться до кровати и отключиться часов на двенадцать.

* * *

Борис Антонов чувствовал себя на своём месте. Ему нравилось быть полезным, нравилось заботиться о людях, и сейчас, ведя группу измождённых, но ещё пытающихся сохранить гордость бойцов по коридорам отеля, он ощущал прилив вдохновения. Его тяжёлые ботинки отбивали бодрый ритм, а голос, не знающий усталости, заполнял всё пространство.

– … а вот тут у нас тренажёрный зал! – просвещал он. – Штанги, гири, даже беговые дорожки и велотренажёры! Надо к ним генераторы присобачить, чтобы педали крутить и заряжать аккумуляторы. Будете тренироваться и свет вырабатывать! Два в одном! Полезно!

Сильвер, шедший позади, с интересом осматривался. Стены были свежевыкрашены, в потолочных плафонах горели яркие лампочки. Чистота и порядок резко контрастировали с городской разрухой, царившей снаружи.

– Этот корпус… он выглядит новым, – заметил он.

– А то! – гордо обернулся Борис. – Мы его только отремонтировали! Тут дыра в потолке была метра два в диаметре. Голем проломил.

– Голем? – переспросил Полкан.

– Ну да! – с воодушевлением подхватил Борис. – Такая хрень, ребята, вы не поверите! Гора ожившей грязи с кладбища, высотой с пятиэтажку! Из неё кости торчали, черепа! И скелеты лезли, живые! Ну, Лёха это чудо-юдо угомонил. Из гидранта его размыл. Ледяным копьём подморозил. А потом ба-бах! И всё! Голем рассыпался, а Лёха стоит весь в грязи, но довольный! Мы с Мишей помогали, круто было!

– Ни хрена себе… – уважительно присвистнул Полкан. – Серьёзный мужик ваш командир. Железобетонный.

– Не то слово! – подтвердил Борис. – Он хоть и молодой, но стержень у него титановый! Так, вот вам первая комната. Матрасы сейчас притащу. Тут у нас двое поместятся.

Он продолжил свою импровизированную экскурсию, расселяя бойцов Рейн. Последней он привёл к комнате саму Марину. Номер был небольшой: кровать, стенной шкаф, тумбочка, стул. Ничего лишнего, но с санузлом.

– Вот, располагайся! – Борис сделал широкий жест рукой, приглашая красноволосую внутрь. – Вода в кране горячая, помоешься с дорожки!

Марина вошла, провела рукой по спинке кровати. В комнате пахло чистотой. Не было запаха сырости, гнили и крови. Она обернулась. Борис стоял в дверях с улыбкой до ушей.

– А Сокол где? – спросила она тихо, но ядовито. – Вы заперли его в той кладовке, где меня держали?

Борис почесал в затылке. Его лицо выражало искреннее недоумение.

– В той кладовке? Не-е-е, – простодушно ответил он. – Лёха сказал, что хватит с него, ещё заболеет, а нам нужны здоровые работники. Димке уже кладовку побольше дали! С койкой! Окошко там есть, маленькое такое, под потолком. Ну, закрытое ставнями, конечно. И даже ведро выделили нормальное, не ржавое. Так что живёт он сейчас в комфорте, почти как в санатории, только режим строгий.

Марина медленно повернулась. Её лицо стало бледным, а в глазах вспыхнул холодный огонь.

– Очень… великодушно, – процедила она сквозь зубы.

– Ещё бы! – улыбнулся Борис, не уловив и тени сарказма. – Мы ж не звери какие. Ну, ты обустраивайся, Маринка! Если что понадобится, кричи! Я тут рядом буду, в соседнем крыле! Отдыхай! Утром на завтрак приходи, Искра обещала оладьи! С вареньем!

Берсерк помахал ей огромной ладонью, развернулся и, насвистывая какой-то незамысловатый мотивчик, зашагал по коридору, оставив её одну в тихой, чистой комнате, наедине с бессильной, клокочущей яростью.

Она проиграла. Проиграла не в бою, а в чём-то большем. Её мир, построенный на силе, жестокости и недоверии, рассыпался в прах при столкновении с этим… этим абсурдным, но пугающе жизнеспособным муравейником, который они называли своей фракцией.

И хуже всего, что она сейчас находилась внутри этого муравейника. В безопасности. В тепле. И в полной зависимости от человека, которого ещё несколько часов назад презирала больше всего на свете.

– Чёрт… – прошептала она, опустившись на мягкую постель.

Пальцы сами вцепились в волосы.