Текст книги "Гонец. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Глава 14

Мы подходим к дверям конюшни первыми. Мастера Сержа еще не видно, зато прямо у входа кто-то из обслуги оставил приоткрытый джутовый мешок. Внутри вперемешку лежат кормовые овощи и яблоки. Я подхожу, выбираю яблоко поцелее и отправляю его в карман льняных штанов.

– Ты чего воруешь, Вальд? – тут же шипит Линария, озираясь по сторонам. – И главное, даже не стесняешься ни капли.

– Своих не стесняются, Лина, – философски замечаю.

– А ведь Лёня дело говорит. Раз мы опять пропускаем нормальный обед, надо хоть как-то в дороге перекусить, – оживляется Дима.

– Вообще-то, я взял для лошадок, – поясняю. – Неплохо бы с ними подружиться.

– А я что, не человек, как ваши лошади, – бурчит Дима, вытягивает из мешка самую толстую морковку и прячет за пазуху.

Кира несколько секунд борется с совестью, но затем, виновато оглянувшись на Лину, делает точно так же.

– Я понимаю, командир, – оправдывается Кира, покраснев под обличающим взглядом блондинки. – Но Лёня часто оказывается прав.

– Ну и пеняйте на себя, когда поймают, – Линария демонстративно отворачивается.

Тимур, Гворк, Керн, Пик и Патер тут же расхватывают по лакомству, рассовывая их по карманам. Рита же, помешкав, поддерживает Лину.

В дверях бесшумно появляется Серж. Наставник оглядывает наш выстроившийся десяток, задерживает взгляд на подозрительно оттопыренных карманах, но ничего не говорит.

– Почему стоим без ножей? – сухо бросает он.

– Не было приказа получать оружие, мастер, – отзывается Линария, вытягиваясь по стойке смирно.

– Отныне запомните правило: выход за стены замка – всегда с оружием. Без исключений.

– Значит, топор я тоже могу прихватить со склада? – радуюсь я. А то пылится там, как неприкаянный.

– Твой топор останется лежать на хранении до тех пор, пока ты не получишь ранг Бегуна… – Серж вдруг осекается на полуслове. Вспомнил, что мне осталось-то всего два дня до мнимой кончины.

– Ранг Бегуна то, ранг Бегуна сё… – картинно возмущаюсь я, пользуясь его заминкой. – Мастер, может, вы мне еще бандитов и Слепых Гончих запретите убивать без нужного ранга? А то ведь для Новиков это вроде как невозможно. Нарушение устава получается.

– Вальд, – тихо одергивает меня Лина, но я все равно негодующе надуваю щеки, благо они у меня большие и видны даже издалека.

– Новик Леон, свои петиции будешь подавать мне наедине, – Серж теряет терпение. – Поднимите руки: кто умеет ездить верхом?

Руки вскидываем я, Линария, Кира, Тимур и Рита. Ровно половина.

– Вы пятеро сейчас идете на склад за ножами, – Серж кивает на нас. – Остальные отправляются на хозработы. До Конного двора сегодня поедем верхом, нянчиться с пешими я не намерен.

Гворк, Керн, Пик и Патер тяжело вздыхают и грустно плетутся в сторону подсобных помещений. А вот Дима шагает с ними вполне бодро:

– Зато обед не пропустим, – утешает он парней, уже похрустывая украденной морковкой.

Мы впятером с девчонками и Тимуром срываемся с места и бежим к складу вооружения. Ну, вернее, это ребята бегут трусцой. Я же иду спортивным шагом. Полторы капли мяквы жгут внутренности, но ради прокачки [Сопротивления токсинам] дозы приходится повышать. Ничего, потерплю.

Опоясавшись охотничьими ножами, мы топаем обратно. Ну, вернее, это я топаю. Остальные, рванув как обычно, подождали меня у входа, и внутрь конюшни мы заходим все вместе. Мастер Серж велит седлать лошадей.

– И стоило вам нестись, раз всё равно меня ждете? – хмыкаю я, перехватывая тяжелое кожаное седло и помогая Линарии закинуть его на спину ее лошади.

– Это ты должен бегать, а не мы тебя ждать, Вальд, – бурчит блондинка, подтягивая подпругу.

– От того, что я кому-то что-то должен, объективная реальность не изменится.

Линария пристально вглядывается в мое лицо. Моя нездоровая бледнота и испарина не оставляют ей догадок.

– Боги! Ты что, опять травился? – яростно шепчет она, подавшись ко мне. – Ты вообще эту поездку переживешь?

– Ну как же я вас брошу? – отшучиваюсь. Отпускаю ремни ее седла и иду к своей кобыле, белой в яблоках, которую еще предстоит оседлать.

Мастер Серж со своим огромным вороным жеребцом справляется играючи. Закончив первым, он молча ждет нас. Понимая, что практического опыта у нас пока мало, наставник не ругается, а делает короткие дельные замечания: Тимуру указывает на перекрученный повод, а Кире велит проверить, не закусила ли лошадь удила.

– За мной, – наконец командует он. Мы выводим лошадей во двор, вскакиваем в седла и выезжаем за наставником.

Навстречу как раз уныло бредет третья группа Новиков из нашего потока, в которой идет памятная вчера шатенка. Ребята провожают завистливыми взглядами даже меня – толстого Гонца, который умудрился не только не стать посмешищем, но и выбил для своей группы такие преференции, как лесное ориентирование и сегодняшняя поездка верхом.

– Смотрите, жирдяй на коне! – все же вякает кто-то из задних рядов.

Но ему тут же отвешивают подзатыльник и злобно вдалбливают:

– Заткнись, кретин! Если бы этот «жирдяй» сейчас был у нас, это мы бы ехали с мастером Сержем, а не шли дерьмо месить!

Можно было бы самодовольно приосаниться в седле, вон как Тимур, который еще улыбки девчонкам шлет, но мне плевать на детские пересуды. Сейчас мой мозг раздумывает, как проехаться верхом, не убив отравленные ядом мышцы.

Выехав за ворота, Серж сразу переходит на рысь, периодически оглядываясь на наш строй. Убедившись, что мы держимся уверенно, всё же лошадки смирные, он переводит отряд в галоп. Меня это только радует. Раз он позволяет галоп с самого старта, значит, Конный двор находится недалеко от замка. Будь до него больше двадцати километров, мастер Серж обязательно поберег бы дыхалку наших гривастых.

Через полчаса пути впереди вырастает приземистый деревянный острог. Рядом с ним раскинулся высокий забор из почерневших бревен, огораживающий огромный пустырь или леваду. Когда спускаемся с холма, видно, что за оградой пасутся табуны.

К самому острогу мы не едем – сворачиваем сразу к массивным воротам левады. Туда же со стороны пустоши неспешно подтягивается всадница на двугорбом верблюде. Девушка одета в практичный кожаный костюм, облегающий фигуру словно вторая кожа. Я бы сказал, что она восточной наружности, но понятия не имею, как выглядят люди на местном Востоке.

– Мастер Серж! – наездница, не слезая с верблюда, отвешивает вежливый поклон, сидя между двух высоких горбов. – Большая честь встретить вас и ваших отличившихся послушников.

– Хитра, не стоит захваливать Новиков. То, что они здесь – уже достаточная для них награда, – спокойно отзывается Серж. – На время смотрин передаю руководство тебе.

– Благодарю! – она расцветает, ослепительно улыбаясь. Серж же в ответ разве что не зевает от скуки – для него это явно рутина.

Девушка переводит взгляд на наш строй:

– Будем знакомы. Я – Вестник Хитра, смотрительница…

Ее фразу прерывает мощный, вибрирующий рев, доносящийся из-за стен острога. Лошади под нами испуганно прядают ушами. Хитра как ни в чем не бывало продолжает:

– … Конного двора.

Вестник – это третий снизу ранг в иерархии Гильдии. Девушка определенно сильна и опасна.

– Это рычал наш ездовой медведь Винни, – поясняет она с улыбкой. – Содержим косолапика, пока не прибудет его Гонец для окончательного Приручения.

– Медведь, уважаемая сестра? – уж как я могу не спросить-то. – Значит, у вас тут не только лошади и… верблюды?

Я кошусь на мохнатую махину под ней. Горбатый невозмутимо пережевывает удила и на фоне наших скромных кобыл выглядит как настоящий танк.

– Наш Конный двор готовит самых разных скакунов, – Хитра многозначительно подмигивает мне. – Главное, чтобы у Гонцов хватило сил и храбрости ими управлять. Но сегодня вы будете общаться только с обитателями левады.

Хитра направляет своего верблюда к воротам левады и с силой толкает створку. Она оказывается не заперта. Мы гуськом въезжаем внутрь следом за мастером Сержем и останавливаемся.

Совсем рядом пасется табун. Никакого сходства с нашими спокойными кобылками – это коренастые, лохматые лошади с крупными, тяжелыми головами. Зато их копыта сверкают как темный металл, намекая, что подковы этим качкам без надобности.

Слева доносится разочарованный вздох Тимура.

– Лошади…

Зная его, предположу, что парень уже раскатал губу на ездового медведя. Да только Гонцов много, и элитный магический зверь положен далеко не каждому.

– Совсем не статные красавцы, сестра, – замечаю я, разглядывая животных.

Хитра звонко смеется:

– Внешность бывает обманчива, брат Новик. С недавних пор племена кочевников из-за Периметра пригоняют в Гильдию полудиких трехлеток, выросших на вольном выпасе. Скоро каждый третий Гонец будет ездить на таких. Да, они несимпатичные, но это те лошади, которые выживают там, где дохнут элитные породистые скакуны. У них сумасшедшая выносливость.

В стороне от нас несколько животных злобно толкаются из-за тюков с лучшим сеном, переброшенных через забор. Лязгают зубы, мелькают копыта.

– Этот табун пригнали всего пару недель назад, – поясняет смотрительница. – Они еще диковатые.

«Диковатые» – это очень мягко сказано. Они там натурально бьются за сено, вырывая зубами друг другу клоки шерсти. Я понятия не имею, как к такой твари вообще подойти без риска пробитого черепа. Линария рядом со мной тоже поджимает губы, явно озадаченная той же мыслью.

– Сегодня перед вами не стоит задача приручать зверей, Новики, – рубит Серж. – Более того, на данном этапе развития вам это даже не нужно.

– Мастер, – подаю я голос. – Как это не нужно? Ведь пассивный навык «Приручение ездового зверя» способствует форсированному достижению Гонцом второго ранга.

Серж поворачивается.

– Ты заблуждаешься, Новик. Нет такого пассивного навыка. Овладение активным навыком «Приручение» само по себе означает, что ты уже достиг второго ранга, – ровным тоном чеканит мастер. – И с твоими четырьмя мана-каналами развить активный навык физически невозможно.

Над участком левады повисает тишина. Ребята в шоке поворачиваются ко мне.

– Четырьмя⁈ – бледнеет Кира.

– Всё уже настолько плохо⁈ – выдыхает Тимур. – Два дня назад же было около пятнадцати, по словам Симона!

– Леон?.. – голос Риты дрожит, а Линария просто молчит, опустив голову.

А я застыл совершенно по другому поводу. Активный⁈ Приручение – это, мать его, активный навык⁈ Гребаная книжка, почему же в тебе об этом не было ни единого слова⁈ Когда я выживу, я найду автора этого дерьма и аргументированно обменяюсь с ним мнениями. При помощи хука справа!

– А вы не могли сказать об этом раньше? – я исподлобья, волком смотрю на Сержа.

Хитра рядом удивленно хлопает глазами. Так дерзить Стражу Пути – то еще кощунство, за которое можно отхватить плетей. Но мне сейчас плевать. – Зачем мы вообще сюда тащились?

Серж мрачнеет.

– Ты борешься, и это достойно похвалы, Новик. Кроме того, ты заслужил побывать здесь тем, что не единожды спас свою группу от смерти.

Да пошел ты в баню! Ребенка он умирающего пожалел, видите ли! Привел перед смертью на лошадок посмотреть, как в зоопарк!

Злость на дегенератов-мастеров вытесняет слабость от яда. Стиснув челюсти, я отбрасываю поводья и спрыгиваю с седла в грязь левады.

– Новик Леон! – в голосе Сержа лязгает предупреждающая сталь.

– Раз уж я здесь, мастер, то принесу пользу. Себе и Гильдии, – бросаю я.

И, развернувшись, шагаю прямо к беснующемуся табуну.

– Лёня, куда ты⁈ – испуганно зовет меня Кира.

– Дружище, стой! – вторит Тимур.

Но я отошел уже слишком далеко, чтобы отвечать, не срываясь на крик. Да и оборачиваться нет ни малейшего желания.

– Мастер Серж, эти степняки не объезжены и опасны! – предупреждает Хитра за спиной.

– Я вижу, – невозмутимо отзывается Серж.

Я приближаюсь к краю табуна. Встаю вполоборота к своим, поэтому краем глаза замечаю, как нервно переминаются в седлах мои ребята.

– С вашего позволения, мастер, мы поможем ему! – вдруг не выдерживает Линария. Она отбрасывает поводья, собираясь спешиться.

– А я не даю тебе никакого позволения, Новик Линария, – голос Сержа примораживает блондинку к седлу. Он даже не смотрит на нее, не отрывая взгляда от меня. – Никто больше не сдвинется с места. Это приказ.

Лина застывает. А я мысленно хмыкаю. Негласное разрешение на самоубийство получено. Серж и так считает меня ходячим мертвецом. Видимо, рассудил прагматично: если прямо сейчас дикая лошадь проломит мне грудину копытом, это будет куда милосерднее, чем долгая и мучительная агония от истощения мана-каналов.

Что ж. Как писал Алан Маршалл: «Лошадь – как человек». От себя я бы добавил: как дети. Наблюдать за этой дикой левадой – всё равно что дежурить на перемене в школе для трудных подростков. Везде кучкуются свои «банды», а местная иерархия выстраивается исключительно через тычки и зубы.

В углу левады разворачивается классическая травля. Двое здоровых жеребцов зажали у забора мелкого, лохматого конька мышастой масти. Оттеснили от сена и теперь планомерно избивают. Один с хрустом вырывает зубами клок шерсти из его шеи, второй тяжело бьет копытом в бок. Конек даже не сопротивляется – лишь жалобно всхрапывает и сжимается, покорно принимая удары.

Всю картину передо мной перекрывает вспыхнувшее системное уведомление:

ПУТЬ: ГОНЕЦ – Стадия 1 «Первый шаг»

Каналы: 3↓ (Зафиксировано снижение)

Прогресс до стадии 2: 65%

И, по сути, эти цифры решают всё. Да, активка «Приручение» мне с тремя каналами уже не светит. Но остается план «Б». Если прямо сейчас, будучи накачанным отравой, я смогу укротить дикого зверя, Система наверняка отсыпет мне Прогресса и усилит [Сопротивление токсинам]. Раскачаю пассивку – смогу принимать более сильные дозы мяквы. А там, глядишь, заставлю мана-каналы укрепляться, да как запущу активку всем на зависть!

Оглядевшись, я подбираю из грязи увесистую деревяшку, отломанную от ограды, и шагаю к трем лошадям. Иду ровно, расправив плечи. Когда один из агрессивных жеребцов снова замахивается копытом на мышастого, я с размаху впечатываю деревяшку в дубовый столб.

Громкий треск. Кони вздрагивают и оборачиваются.

– А ну, пошли вон отсюда! – рявкаю я своим самым страшным, отработанным за двадцать лет учительским тоном. Делаю шаг вперед и снова бью доской по забору.

Жеребцы шарахаются. Лошади – животные-жертвы. Они не понимают слов, но идеально считывают язык тела и уверенность. А во мне сейчас нет ни капли страха. Чего мне бояться? Моя жизнь висит на трех истончившихся нитках, и свой путь дальше я буду выгрызать зубами.

– Пошли нахрен, я сказал! – с грохотом бью еще раз.

Они нервно фыркают, рыча, прижимают уши и отступают, давая мне пространство. Я тут же вклиниваюсь, загораживая дорогу мышастому коньку.

Изгой вздрагивает, затравленно косясь на меня. Он ждет, что теперь бить его будет двуногий. Но я отбрасываю доску в сторону. Опускаю глаза, сутулюсь, всем видом показывая, что угроза миновала, и достаю из кармана яблоко.

На раскрытой ладони протягиваю угощение коньку.

– Иди сюда, парень. Кушай, – говорю уже совсем другим, мягким голосом.

Я не делаю к нему ни шагу. Проходит секунда. Он осторожно тянется ко мне сам, шумно втягивая воздух бархатными ноздрями. А затем теплые губы касаются моей руки, и шершавый язык аккуратно забирает яблоко.

Яблоко исчезает, но я не убираю руку. Плавно, без резких движений, я перемещаю ладонь на его шею – на то место, откуда другой жеребец вырвал клок шерсти. Начинаю с нажимом чесать жесткую шкуру. «Я защитил тебя, а теперь я за тобой ухаживаю».

Конек прикрывает глаза и расслабляет шею. Контакт установлен.

Но запрыгнуть на него с земли я физически не смогу. Тело слабое, да еще подтравленное. К тому же нет ни уздечки, ни седла.

Я делаю полшага назад, к самому забору. Конек послушно переступает копытами следом, прижимаясь боком к жердям. То, что нужно. Кряхтя от напряжения, я цепляюсь за бревна и забираюсь на нижнюю перекладину ограды. Теперь я выше его спины.

Конек нервно косится на меня лиловым глазом. Дикие лошади ненавидят, когда хищник оказывается сверху.

– Тихо, Мышонок. Свои, – шепчу я.

Я не запрыгиваю. Сначала наваливаюсь грудью на его теплую спину, давая привыкнуть к моему весу. Он вздрагивает, уши нервно дергаются. Секунда напряжения… но он не скидывает меня. Мягко перекидываю ногу и сажусь прямо на жесткую шерсть, обеими руками вцепившись в густую гриву.

Усевшись, я небрежно машу рукой ребятам и Сержу. Они смотрят на меня во все глаза. Тимур показывает большой палец.

В этот момент перед лицом разворачивается полупрозрачное окно:

🔓 [СКРЫТОЕ УСЛОВИЕ ВЫПОЛНЕНО: В СОСТОЯНИИ ИНТОКСИКАЦИИ…]

🧬 [АДАПТАЦИЯ АКТИВНОГО НАВЫКА…]

❌ [СБОЙ: НЕДОСТАТОЧНО УКРЕПЛЕНЫ КАНАЛЫ]

Эх, не вышло. Впрочем, на получение активки я всерьез и не рассчитывал. Моя нынешняя цель – проценты прогресса и устойчивость к ядам. Я ведь не в дешевой книжке жанра ЛитРПГ, где герою всё валится с неба. Это реальная жизнь с настоящей маной и Системой. Понимаешь механику – делаешь результат, без вариантов.

Конек подо мной неуверенно переступает копытами. Пока он просто шагает вперед, а я соображаю, как управлять им без поводьев, зажимая бока коленями.

Мы как раз успеваем приблизиться к нашей застывшей группе, когда со стороны деревянного острога доносится рев. Да такой, что все лошади в леваде в ужасе поджимают уши и начинают пятиться. Звук не смолкает, вибрируя прямо в костях.

– На ездового мишку как-то не похоже, – сглатывает Кира.

– Это не мишка… – Хитра поджимает губы. Со стороны острога скачет на лошади перепуганный мужчина: – Двогр! Что у вас случилось⁈

– ОН ПРОСНУЛСЯ! – доносится искаженный паникой голос.

Хитра бледнеет так, что ее лицо становится пепельным.

– Столько лет прошло… Этого не может быть!

Вместо ответа со стороны острога раздается чудовищный грохот рушащихся бревен.

* * *

Подземные ярусы, Конный двор Гильдии Гонцов

Древний Красный Виверн заворочался в своей камере в глубоком подвале. Сквозь вековой сон он почуял ЕЁ – мощнейшую Пульсацию маны. Самое изысканное лакомство, которое ему когда-либо доводилось пробовать, прямой путь к невероятной силе. Источник был настолько велик, что его мана-след достиг глубин, где томился Красный.

Это был взрослый, полноценный Пульсирующий. Невиданная редкость в эти темные времена!

Стряхивая остатки спячки, Красный издал торжествующий, клокочущий рык и единым рывком разорвал стальные кандалы. Люди, многие годы назад надевшие их на спящего зверя, совершили фатальную ошибку, доверившись жалкому железу.

Красный в щепки разнес клетку, смял ничтожных людишек в коридоре и вихрем пронесся вверх по лестничной шахте. Проломив бревенчатую стену острога, Красный взмыл в небо над левадой. Магический нюх мгновенно указал на цель. Сложив крылья в крутом пике, он устремился к одному из всадников за забором.

* * *

– Мышонок! Гони! – ору я, глядя на огромную красную тварь – то ли виверну, то ли дракона – которая камнем падает с неба прямо на нас.

С того момента, как она разворошила острог да взмыла в небо, прошли считанные минуты. И сейчас эта крылатая туша совершенно точно летит по мою душу.

Я хлопаю конька ладонями по шее и сжимаю его бока коленями, но дважды просить не приходится. Инстинкты уже взяли свое. Мышонок срывается с места, вливаясь в обезумевший табун степных лошадей, хаотично мечущихся по леваде.

Обернувшись на скаку, я успеваю заметить виртуозный кульбит: мастер Серж вскакивает ногами прямо на седло своего жеребца и швыряет в небо какой-то сгусток. Виверну накрывает ревущим облаком огня. Но зверю глубоко плевать! Тварь выныривает из пламени, даже не сбавив скорости, и продолжает пикировать в мою сторону. Огнеупорная, твою мать!

– Вперед, вперед! – кричу я, намертво вцепившись в гриву. Понимает меня конек или нет, но орать необходимо – так реально легче соображать.

Расклад дрянь. На открытом пространстве выпаса красная тварь догонит нас со стопроцентной вероятностью, мы тут как на ладони. Спасение маячит только справа – густой лес, начинающийся сразу за высоким забором.

– Мышонок! Сворачивай! – я всем весом подаюсь вправо, пытаясь направить его ногами.

И степная лошадка словно читает мои мысли. Он закладывает крутой вираж и несется вплотную вдоль деревянной ограды. Теперь мне предстоит повторить акробатический трюк Сержа. С одним небольшим нюансом: на полном скаку, с подтравленным ядом телом и без седла!

Но останавливать конька нельзя – тварь просто сожрет его вместе со мной. Сцепив зубы, я подтягиваю ноги и, судорожно держась за жесткую гриву, пытаюсь встать на его спине. Почувствовав возню, Мышонок тревожно притормаживает, но, к счастью, не останавливается полностью.

Толчок! Ноги в последний момент подкашиваются, но я всё же успеваю отпрыгнуть.

Влетаю животом на верхнее бревно забора, вышибая из легких воздух, и кубарем переваливаюсь на ту сторону ограды.

– Мышонок! Беги! – хриплю я напоследок, с трудом поднимаясь из грязи. И сам подаю ему отличный пример, со всех ног ломанувшись в спасительные заросли.

Оглушительный рев раздается прямо над головой. Красное драконище и правда следует за мной! Чем я ей так приглянулся? Я же не Осел из «Шрэка»!

Врубаясь в густой подлесок, я внезапно понимаю: Пульсация. Ну конечно. Кого-то из зверей моя поломанная мана выбешивает, кого-то вырубает, а вот этого переростка-змеюку она привлекает, как валерьянка.

Позади раздается треск ломающихся стволов. Тварь снизилась и прорубает себе просеку, идя точно по моему магическому следу. То, что она меня настигнет – лишь вопрос нескольких минут.

– «Эхо чужого Пути»! Сиб Ногрес!

⚙️ [СИНХРОНИЗАЦИЯ С ОБЪЕКТОМ: СИБ НОГРЕС]

🧬 [АДАПТАЦИЯ ПАССИВНОГО НАВЫКА…]

✨ [ПОЛУЧЕНО: «ОТТИСК ТЯЖЕЛОЙ СТОПЫ»]

Черт! Почему опять «Оттиск»!

Я несусь сквозь заросли, на ходу сдирая с себя кофту. Пассивные навыки выносливости помогают держать ровный ритм и не задыхаться, как загнанный заяц, но долго я так не протяну.

Мне нужна любая преграда, хотя бы временная. Виверна размером со слона, но лес тут не парковая зона – здесь водятся Слепые Гончие и Стальные Волки. Вот бы их сейчас встретить да подружить с красной змеюкой.

Я забираю как можно глубже в чащу, специально выбирая места поуже, где деревья растут вплотную. Пусть тварь либо тратит время на обход, либо продирается силой. Но грохот сзади всё равно неумолимо нарастает.

«Визуальная селекция» блекло подсвечивает мне крепкие палки под ногами, пригодные для драки. Очень смешно. Система и сама понимает, что отбиваться дрыном от дракона – затея для идиотов.

Я бы точно пробежал мимо, но вдруг периферийное зрение выхватывает яркую желтую метку:

⚠️ [Обитаемая берлога. Ни в коем случае не использовать как укрытие!]

В корнях поваленного дуба зияет черная дыра размером с хорошую телегу. Вовремя! О нет, прятаться я там не собираюсь, конечно. Уж не настолько сильно мне в голову вдарил адреналин. Лучше использую находку как ловушку.

Подскакиваю к провалу – внутри тихо. Выхватываю нож. Рву зубами рукав от снятой кофты, а лезвием без колебаний глубоко полосую себе ладонь. Обильно поливаю ткань кровью, комкаю кофту и швыряю её глубоко в черную пасть берлоги.

Тут же срываюсь с места, на бегу торопливо перематывая порез оторванным рукавом.

Должно сработать! Согласно книгам в библиотеке кровь сохраняет след маны очень долго. А значит, остатки маны в ней всё еще ярко пульсируют. Если я уйду достаточно далеко, пропитанная кровью кофта затмит для виверны мой собственный след, сработав как сигнальная ракета.

Очень скоро яростный рев виверны за моей спиной сливается с еще одним – более низким, глухим и полным первобытной ярости. Словно два огромных хищника насмерть схлестнулись у берлоги и теперь с упоением рвут друг друга на части. Я криво усмехаюсь, вытирая рукой холодный пот с лица. Значит, местный «Винни-Пух» всё-таки был дома и оказался крайне не рад незваному крылатому гостю.

Я пытаюсь бежать дальше, но шаг быстро переходит в тяжелое, спотыкающееся топанье. Тратить остатки сил больше нет смысла – грохота погони не слышно, а вторую такую ловушку я всё равно не найду. Авось пронесло. Ноги окончательно подкашиваются. Я оседаю на мягкое хвойное полотно у ближайшего дерева, облокачиваюсь на шершавый ствол и пытаюсь восстановить сбитое дыхание.

В этот момент перед глазами разворачивается масштабное системное окно:

⚙️ [Нестандартная ситуация: Требуется оценка…]

⚙️ [Выработка нового условия скрытой награды: Выполнено!]

Отчет: Находясь в состоянии средней интоксикации, вы успешно сбили со следа Древнего Красного Виверна и нанесли ему урон, использовав ловушку с территориальным Косожут-медведем. Виверн отказался от погони и отступил для восстановления.

Компенсация: Отсутствие активного задания Гонца компенсируется устранением скрытой угрозы: выйдя из спячки весной, Косожут-медведь нанес бы урон табуну Гильдии.

🔓 Разблокирован пассивный навык:[Толерантность к ядам] Описание: Ваш организм экстремально адаптируется к стрессовым нагрузкам. Повышена базовая устойчивость к органическим ядам на 30%.

⚠️ Предупреждение: Высокие концентрации токсинов по-прежнему несут смертельную угрозу.

Я прикрываю глаза. Ну как бы то ни было, план «Б» сработал-таки.

🔒 Обнаружена скрытая предрасположенность к навыку:[Теневая мана]

Описание: Система зафиксировала успешный обман магических сенсоров высокоуровневого хищника (Древний Красный Виверн).

Статус: ⚠️ ЗАБЛОКИРОВАНО. Текущего уровня развития ваших мана-каналов недостаточно для усвоения навыка.

Условие разблокировки: Достижение Стадии 2 на Пути Гонца.

Будущий эффект: Ваш пассивный магический фон (Пульсация) больше не будет распространяться хаотично. Вы получите базовую способность инстинктивно приглушать свой мана-след во время движения, что снизит радиус обнаружения монстрами на 15%.

Отложенный платеж. Система готова платить за нестандартные ходы, но законы физики этого мира она ради меня ломать не собирается. Заслужил – молодец. А теперь выживи и докачайся до второй стадии, чтобы забрать награду.

Внезапно я чувствую, как кто-то обсасывает мои пальцы, опущенные на мох. Резко отдергиваю руку, вскидываю глаза….и озадаченно моргаю.

– Ну здравствуй, сохатый.

* * *

Лес возле Конного двора

– Благодарю, что приняли командование на себя, мастер Серж, – негромко произносит Хитра, шагая рядом с наставником.

– Не стоит, – Серж ведет пеший отряд из бойцов острога.

За ними след в след идет группа Линарии. Рита и Кира до сих пор поглядывают на своего командира с нескрываемым удивлением. Линария и сама не до конца понимает, как у нее хватило духу настоять на своем. Когда Серж хотел отправить Новиков в острог ждать конца спасительной операции, она уперлась: Вальд – их товарищ. Наставник тогда смерил ее тяжелым взглядом, но неожиданно промолчал и кивком разрешил идти следом.

– Почему Красный вдруг проснулся? – нарушает тишину Серж. – Древний спал десятилетиями.

– Без понятия, мастер, – качает головой смотрительница.

– Возможно, всё дело в Пульсации Вальда? – тихо предполагает Линария за спиной мастера.

– Скорее всего, – кивает Серж.

– Смотрите! – вдруг вскрикивает Кира, указывая в небо.

В просвете между кронами мелькает силуэт Красного Виверна. Тварь улетает прочь, двигаясь дергано и тяжело заваливаясь на одно крыло.

– Раз он улетел, значит, добился своего, – мрачно констатирует Серж.

У Линарии обрывается сердце. Кира бледнеет как полотно, но тут вперед шагает Рита. Ее карие глаза яростно блестят:

– При всем моем уважении, мастер, мы еще не видели трупа Леона, а уже хороните!

– Точно-точно! – горячо поддерживает Тимур.

– Хм. Ваша правда, Новики, – Серж кивает Хитре.

Смотрительница ведет отряд по ломаным веткам и примятой траве.

Вскоре они выходят на поляну. Земля здесь буквально взрыта когтями, а посреди развороченной берлоги лежит растерзанная туша гигантского медведя.

– Косожут⁈ Так близко к Конному двору⁈ – ахает Хитра. – Весной наши лошади были бы под смертельной угрозой!

– Верно. Но остается загадкой, как столь разные хищники вообще схлестнулись. – Серж подходит к краю ямы. – У Косожутов сейчас сезон глухой спячки.

Он приседает на корточки и поднимает из перевороченной земли форменную кофту, пропитанную кровью.

– Мальчишка с перепугу забился в берлогу и стал обедом для медведя! – брезгливо хмыкает кто-то из бойцов Конного двора.

– Лёня никогда бы так не сделал! Он умный! – неожиданно зло огрызается Кира, сжимая кулаки. – Он умнее всех нас вместе взятых!

– Это правда! – поддерживает Рита.

Линария решительно кивает:

– Мастер, заметьте: кофта здесь, но тела Вальда нет.

Серж задумчиво оглядывает поле боя и невесело усмехается.

– Похоже, Новик Леон проявил хитрость. Он закинул окровавленную одежду в берлогу Косожута, чтобы заманить Красного. А тот, получив от медведя серьезный отпор, уже не смог продолжать охоту.

– Узнаю нашего Лёню! – сияет Тимур.

– Согласна! Похоже на него, – Рита улыбается.

А Серж лишь тяжело вздыхает, потирая переносицу:

– Выходит, теперь он еще и спас табун Гильдии от Косожута.

– И что в этом плохого? – не понимает Хитра.

– То, что этот Новик заслужил награду. Опять. – Серж вдруг замирает, прислушиваясь к лесу, и кивает в сторону чащи: – Он там. Пойдемте. Лекарь, готовьте зелья.

Отряд двигается вглубь леса. У Линарии бешено колотится сердце. Вдруг Вальд тяжело ранен? Она только сегодня узнала, что у него осталось всего четыре мана-канала. А сейчас он пережил охоту огромного виверна, чудом стравив его с медведем! Девушка мысленно приказывает себе быть готовой к самому худшему: к лужам крови, к переломанному, стонущему телу.

Они раздвигают плотные заросли. Линария готовится содрогнуться, но видит то, к чему суровая жизнь Гонца ее точно не готовила.

Живой и невредимый Леон сидит под деревом и меланхолично чешет за ухом прибившемуся к нему лосенку.