Текст книги "Газлайтер. Том 38 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

И если датчане надеялись, что я выдам племянницу за их принца, то они просчитались.

Владислав задумывается:

– Ваше Величество, может стоит подготовить более глубокую аналитику по датскому направлению? Чтобы понимать, что именно они пытаются провернуть?

– Стоит, – кивает Борис. – Очень даже стоит. Но Виллем все равно будет лапу сосать.

Глава 8

Граница Тавиринии и Мохорогии, Боевой материк

Пещера была узкой, низкой и пахла мокрой шерстью – типичное жилище мохорогов. Булграмм отметил про себя, что они будто специально выкапывают такие норы, чтобы любой гость чувствовал себя на грани могилы. Ему это подходило: в горах любой тавр чувствовал себя уверенно.

Великогорыч сел на каменную глыбу, каменный доспех развеялся, открыв бородатое лицо в тени рогов. Мавра встала справа, сжимая булаву так, будто ждёт сигнала размозжить нерадивому переговорщику голову. Вождь мохорогов Мех устроился напротив – лохматый, злой, с рогами, похожими на выкорчеванные корни. За ним встал его лучший воин племени. Таков договор: больше одного взять с собой переговорщикам нельзя.

Мех щурился, буркнул хрипло:

– Не понял, зачем мы собрались. Твой конунг всё равно не явился.

Булграмм хмыкнул в бороду:

– Мал ты ещё, чтобы с конунгом нашим общаться. Тебе по горло хватит и воеводы.

– Ррр… ну и что ты предложишь?

– Я не сторонник переговоров. Но наш конунг велел сначала говорить, а уже потом бить. Он учит нас быть цивилизованными с теми, кто ещё не перешёл черту. А вы ещё не зашли за нашу границу. Только собираетесь.

Мех фыркнул, как бык на морозе:

– Вы, рогатые, поклоняетесь Безрогому. Ниже пасть в моих глазах невозможно.

Булграмм бросил взгляд на Мавру. Та едва заметно покачала булавой, давая понять, что комментарии про их конунга ей не понравились.

– Прикуси язык, – сказал Булграмм ровно. – У конунга есть рога. Просто не всегда видны. И не в рогах счастье. Ты считаешь конунга Данилу слабым, но вот карта.

Он кивнул Мавре, и та свободной рукой вытянула из сумки на плече бумажную карту и положила её на камень перед ними.

Мех наклонился, понюхал, нахмурился:

– Это что? Это не похоже на Боевой материк.

– Ты не умеешь читать, – терпеливо пояснил Булграмм. – Поэтому тебе показываем такую карту. Это мир Сумрак. Теперь он под нашим конунгом.

Мех дёрнул ухом:

– Целый мир?

– Ага.

– Может, там слабые жители…

– Какая разница? Там размещалась Организация, создатели нас и Боевого материка. И конунг забрал их мир.

Мех раскрыл рот, потом закрыл. Потом снова раскрыл. Лицо его вытянулось. Наконец, с трудом выдавил:

– Забрал у богов из Организации?

– Ты глухой? – хмуро уточнил Булграмм.

Вождь мохорогов задумался, вымучил движение головой:

– Я… отступаю. Живите в своих горах и долинах, тавры.

Булграмм поднял ладонь:

– Не спеши, мохнатый. Конунг велел сначала говорить. Но точно не с теми, кто устраивает ловушки…

И ровно в этот момент справа за стеной, там, где был скрытый туннель, раздался глухой грохот. Камень дрогнул, с потолка посыпалась пыль.

Мех вздрогнул, а Булграмм уже снял с пояса связь-артефакт, поднёс к уху и коротко выслушал доклад:

– Устранены? Хорошо.

Мех смотрел на Великогорыча ни жив ни мёртв.

– Как ты понял, что там спрятались мои воины, воевода? – выдавил он.

Булграмм ответил равнодушно:

– У нас есть сканеры конунга.

А ещё конунг вручил таврам второй Дар Вибрации, о котором Булграмм, как о военной тайне, разумеется, умолчал. Тавры чувствуют пустоты в скалах и различают, кто по камням ходит. И Великогорыч чувствовал в туннеле шестеро мохорогов: двое с копьями, один с сетью. Все уже мертвы.

Мавра, потрясая булавой, прорычала на Меха и на его воина, который уже вскинул топор:

– Подлый обманщик…

– Средний воевода, тише, – сказал Булграмм и протянул ей руку.

Остывшая Мавра вложила в его ладонь кожаный свиток – с рисунками, чтобы Мех всё понял без слов.

Булграмм развернул свиток:

– Ты читать не умеешь – значит, смотри. Вот мешки зерна. Вот шкуры. Вот мясо. Вот ножи. Это вы нам даёте. А это – туалетная бумага и прочая утварь – мы вам взамен отдаём. Конунг сказал с вами торговать. Но раз вы не умеете честно вести переговоры, то ещё выплатите нам контрибуцию – тоже мясом.

Мех уставился на свиток и, вылупив глаза, ткнул когтем в один рисунок:

– Эти двое похожи на тавра и мохорога.

– Да, это специально для тебя объясняющий ситуацию рисунок. Эти двое – ты и я, Мех.

– Почему я в такой странной позе согнут перед тобой?

Булграмм пояснил спокойным басом:

– Это называется: я тебе поставил условия.

Мех замолчал угрюмо.

Булграмм продолжил:

– С этого дня с вами ведётся торговля. И в рамках торгового соглашения конунг Данила будет через нас учить вас жить цивилизованно.

Мех сглотнул – громко, хрипло.

– То есть мы не воюем?

– Нет, – сказал Булграмм. – Потому что если бы мы воевали, ты бы уже лежал на полу этой пещеры.

– Хорошо, – буркнул Мех.

Булграмм мельком усмехнулся, но борода скрыла. Почти умный мохорог. Почти.

* * *

Багровый Властелин хмурится недовольно:

– Да мы сами не рады, Данила, – он покосился на возбужденного Данилу и поправился: – Половина нас.

Стены шатров шумят под ветром. Я оглядываюсь по сторонам, убеждаясь, что вокруг уже начинают коситься не только мои жёны, но и дроу-солдаты вокруг. Лишних ушей здесь точно хватит, так что киваю на свой шатёр и говорю:

– Давайте лучше наедине поговорим. Идите в шатёр.

Света и остальные жёны инстинктивно тормозят у входа, остаются снаружи, и я сам закрываю полог. Разворачиваюсь к этим двоим и сразу перехожу в наступление:

– А что за миссия вообще? Про что вы говорили? Зачем перестраивать мироздание? Оно и так нормальное вполне, как по мне.

Диана смотрит на меня так, как будто это очевидно, и спокойно отвечает:

– У полубога должна быть миссия.

Багровый бурчит себе под нос:

– Но мы свою выполнили.

Диана тут же вскидывается и возражает резко, будто он сказал полную ерунду:

– Нет. Раз Данила пробудился – мы должны ему помогать. Это наша новая миссия!

Я морщусь. Отлично, вот этого мне не хватало. Нянек-полубогов, которые сами как взбалмошные дети.

– Да что за миссия у вас была вообще? – уточняю я, потому что нервы уже наматываются на кулак. Не нравится мне возбуждение и активность Дианы. Сидела она себе тысячелетия на Темискире в полном спокойствии, а сейчас вдруг раскраснелась, зелёные волосы разметались, пышная грудь вздымается.

Диана отвечает тихо, будто признаётся в чём-то интимном:

– Ну, мы как бы создали мироздание.

Багровый на это только криво усмехается, причём с такой горечью, будто мироздание оказалось бракованным:

– Не уверен, что оно того стоило.

– То есть прямо всё мироздание? – вскидываю брови. – Все миры?

Диана опускает взгляд, впервые выглядит не боевой, а растерянной:

– На самом деле мы сами не помним. Думаешь, я от хорошей жизни растила Световое Дерево тысячелетиями, не вылезая с острова? А он, – она кивает на Багрового, – думаешь, просто так постоянно пьёт и по бабам ходит?

Багровый вздыхает и садится на стул, будто на него свалили мешок муки:

– В чём-то она права, кроме того, что я постоянно хожу по бабам, конечно. Мы пытаемся заглушить боль. Раньше мы были богами. У нас были и братья, и сёстры. Но время их забрало. А ещё мы потеряли не только божественные силы, но и память.

Мои перепончатые пальцы! Просто прекрасно. Час от часу не легче. Связался, блин, с полубогами с амнезией, которые думают, что создали всё мироздание, но это не точно, потому что они сами уже не помнят.

Опираюсь руками в складной стол и, не удержавшись, бросаю:

– А к психологу… вернее, к телепату, не пробовали обращаться?

Багровый смотрит на меня пустым взглядом и хмыкает:

– У нас в головах чистый лист. Он увеличивается. Никакой телепат не вылечит пустоту.

Я прищуриваюсь – цирк космического масштаба. У них даже программа на самоликвидацию прописана, да только длится она тысячелетия.

– То есть вы не помните суть своей прошлой миссии?

Диана кивает:

– Только что она была – помним. И что у нас был Создатель.

Я сразу цепляюсь:

– А как выглядит этот Создатель?

Диана пожимает плечами, будто говорит «кто его знает»:

– Мы его ни разу не видели.

Я качаю головой. Прекрасно. Создатель есть, но его никто не видел.

– А ваша миссия тогда откуда взялась?

– Мы с ней родились… – Багровый.

Диана неуверенно кивает:

– Ну… да. Всегда её знали… пока не выполнили и не забыли.

Я развожу руками, потому что логика уровня «лопата против бронетехники»:

– Ну значит, и я знаю свою миссию, – вдруг приходит ко мне идея, и я усмехаюсь довольно. – Значит, я должен сделать свой род очень сильным и богатым, а вы будете мне помогать. Идёт?

Багровый прищуривается подозрительно:

– Ты нас разводишь.

Я отвечаю спокойно, глядя прямо ему в глаза:

– Ну вы сами уж определитесь: полубог я с миссией или это я вас развожу.

Багровый с Дианой переглядываются. И теперь мне ясно, что именно оба испытывают – надежду, перемешанную с растерянностью. Похоже, они действительно не понимают, что им теперь делать, как себя вести и чего от меня ждать. И, кажется, только сейчас до них дошло, что они несут какую-то бессвязную чушь, но при этом отчаянно хотят верить, что у них снова появилась цель – помогать мне с моей «миссией». Что они всё ещё нужны своему Создателю, а не просто отслуживший инструмент, забытый временем.

А я ведь тоже не в восторге. Да, мне бы, конечно, было удобно припахать этих двоих, использовать полубогов под свои задачи, под завоевательные планы, под любые нужды рода, да хоть сдерживать того же Древнего Кузнеца (хотя, наверное, и его можно переманить на свою сторону этой чушью про то, что я полубог). Мощь у них и сейчас ого-го, даже если ослабла. Но тут другая проблема: ведь они обидятся, когда поймут, что их использовали. И могут начать мстить – а мстительные полубоги мне не нужны. Да и не такая я бездушная скотина, чтобы наживаться на их слабостях ради выгоды. Багровый и Диана мне ничего плохого не сделали.

Диана, видимо, осознала, что поспешила с выводами:

– Ты прав, король Данила, мы зря накинулись на тебя. Но если у тебя случится озарение миссии – это может быть что угодно, – мы готовы помочь.

– Создатель через озарение работал с вами? – уточняю я.

Диана смотрит на меня беспомощно и пожимает плечами. Ну да, не помнит же она.

Багровый Властелин вздыхает тяжело:

– Эх, только этого дерьма ещё не хватало.

– Пожалуй, мы пойдём, король Данила, – Диана неожиданно смотрит на своего мужа не с презрением и не со злостью, а с сочувствием. Видно, что сейчас они в одной лодке. – Удачи тебе вернуться домой. Если что – мы на связи. Я точно.

Они выходят из шатра, оба в каком-то странном задумчивом ступоре.

Полог едва опускается, как Света заходит:

– Ну что они хотели?

Я бурчу:

– Говорят, что мне должен прислать озарение их Создатель, которого они сами никогда не видели. Конспирология какая-то.

* * *

Лагерь дроу, Темискира

Багровый Властелин заходит в свой шатёр, тяжело опуская за спиной полог. Полубог проходит несколько шагов и буквально падает на складной стул, который тихо скрипит под ним. Одна и та же мысль не даёт ему покоя. Он протяжно вздыхает:

– Ещё один полубог спустя столько тысячелетий⁈ Ну бред же! Диана выдаёт желаемое за действительное, вот уж точно.

Диана всегда любила перегибать, она слишком доверчива и мнительна. Но сейчас Багровый поймал себя на том, что даже не смог ей возразить, хотя понимал: полная чушь. И именно это раздражало его ещё сильнее.

Он достаёт из ящика под столом бутылку вина, привычным движением откупоривает её и наливает в походную кружку почти до краёв. Вино пахнет знакомо, обещая мягкое забытьё, спокойствие и тот самый провал, в котором можно хоть ненадолго перестать думать.

Он подносит кружку к губам… и внезапно замирает. Рука зависает, будто кто-то сжал мышцы и не даёт сделать последний глоток. Несколько секунд Багровый просто сидит так, не веря себе. Он пьёт всегда. Пьёт регулярно. Пьёт много – уже несколько тысячелетий так точно. И вдруг – не хочется.

И сам он не понимает, почему. Никакого объяснения. А он не привык сталкиваться с тем, что нельзя разложить хотя бы грубо, цинично и по полочкам.

Может быть, потому что впервые за очень, очень долгое время его жизнь снова обрела какой-то смысл. Слабенький, глупый, нереальный, выдуманный, но всё же – смысл. Чувство, что что-то действительно может измениться. Что он обречено катиться по тому же кругу потерь, пустоты и боли.

И всё это – из-за странной, непрошенной надежды. Надежды, которая звучит внутри упрямо:

что король Данила действительно полубог,

и что, возможно, правда стоит помогать этому сорванцу и наглецу, который умудряется дерзить тем, кто старше его на эпохи, но почему-то до сих пор носит голову на плечах.

И Багровый неожиданно, почти с досадой признаёт сам себе:

– Проклятье! А ведь я действительно хочу, чтобы Диана не ошиблась насчёт Филинова!

* * *

Я собираю всех лордов-дроу в шатре для:

– В общем, у нас новый план наступления. Воевать с дампирами будете только на Западных островах.

– А другие территории, Ваше Величество? – тут же подаёт голос алчный Питон, который как и все лорды облизывается на все дампирские земли.

– На другие территории пока не лезем, – отвечаю спокойно. – Граница ваших действий – Западные острова.

– А можно узнать более детально ваш план, Ваше Величество? – сразу же подхватывают другие лорды.

– Нет, – отрезаю без тени сомнения. – Это королевская тайна. Враг не должен узнать наши хитрые манёвры. Чем меньше лордов в курсе, тем лучше. Поэтому всецело доверяйте лорду-протектору Аусту, – киваю на некромага, и тот в ответ хмуро кланяется. – Каждый, кто нарушит план, будет наказан.

Лорды, конечно, расстроились, но кто их спрашивает? Я точно нет.

После совещания вылавливаю Феанора, который и сам держится поблизости, видимо ожидая указаний:

– Ты тут остаёшься?

Феанор расправляет плечи, грудь колесом:

– Конечно. Я захвачу мир дампиров, и моё королевство станет самым большим в мироздании, Филинов.

Я только киваю. Альв с рубиновой клешнёй неисправим. Ну что ж, флаг ему в руки.

Раздав всем указания, я сажусь на катер с магической тягой, жёны рассаживаются вокруг. Красивая сидит рядом, Змейка упирается когтями, чтобы не скользить. Золотого и Пса позже переправят. Пусть багровые земли пока побудут на Темискире, так надежнее.

Мы отрываемся от пристани и идём на остров Москин. Море шумит, катер подпрыгивает, Змейка ругается своим «фака» каждые двадцать секунд. По прибытии мы переходим в портальную пещеру, активируем переход – и за пару секунд оказываемся в мире Сумрак.

Нас встречает плац – ровная тёмная площадка из гладких каменных плит. Холодный воздух, фиолетовый отсвет рун по краям.

На плацу стоит парадная шеренга дроу: ровно, неподвижно, словно статуи. Чёрные доспехи, одинаковые позы, одинаково строгие лица.

Из строя выходит Лорд Угля. Его шаг резкий, отточенный, голос – сухой и уверенный:

– Ваше Величество, приветствую в вашем новом мире. Гарнизон контролирует территорию полностью. Солдаты, слава королю Даниле!

Шеренга, идеально синхронно, взрывается мощным хором:

– Слава королю Даниле!

Я киваю, но тут же морщусь: с дальнего края долины что-то хлопает. За косогорами не разглядеть.

– А что за выстрелы разносятся? – спрашиваю я, потому что это не звучит как обычная тренировка.

Лорд Угля отвечает без малейшего смущения:

– Да погранотряд прогоняет местных хумуров. Они что-то много себе позволяют, ходят рядом по тропам горным. Не извольте беспокоиться – они безобидные.

Я поднимаю бровь:

– Безобидные? Тогда почему вы в них стреляете, а не договариваетесь?

Лорд Угля отвечает честно, даже слишком честно:

– А зачем? Хумуры просто противные. Мы избавим вас от того, чтобы видеть их.

Я переспрашиваю, потому что мозг отказывается это принять:

– В смысле – противные?

Он пожимает плечами, будто это всё объясняет:

– Они серокожие.

Мои спутницы переглядываются недоуменно. Я смотрю на Лорда Угля очень долго, с той самой паузой, когда у человека есть шанс осознать собственную тупость.

– Так вы тоже серокожие, лорд, – напоминаю.

Лорд Угля мнётся, пытается что-то сформулировать, открыть рот – но выходит только невнятное:

– Ну… они…

Я раздражённо перебиваю, потому что мне не нужны здесь дроу с расовыми предпочтениями:

– У хумуров тут есть рядом поселение?

Лорд сразу отвечает, уже собраннее:

– Да. Есть. Большая густонаселенная провинция, правит старейшина.

– Вот его ко мне в гости и пригласите. Вежливо.

А заодно мысленно отмечаю, что, похоже, мне придётся повторно проводить воспитательную работу с моими лордами-дроу.

Поворачиваюсь к жёнам и говорю:

– Похоже, придётся задержаться.

Жёны переглядываются: Светка пожимает плечами, Настя и Маша кивают. Красивая занята умыванием, Змейка шипит своё «фака», будто ей уже всё понятно.

Через некоторое время мы вместе с женами выходим навстречу прибывшему старейшине. Переговоры проходят в небольшой комфортной пристройке, и тут даже есть самовар на магической подпитке.

И вот он перед нами. Худой мужичок, ниже среднего роста, уши висят, как две грустные тряпки. Кожа серая, взгляд тревожный, словно он не уверен, что зря вообще проснулся сегодня утром. И выглядит он действительно как пародия на дроу – будто кто-то взял модель и упростил её до уровня дешёвой анимации.

Настя сразу заваривает хумуру горячий чай. Маша тут же подаёт хлеб с маслом. Ну а Света… перекидывает ногу на ногу. Хумур – явно не привыкший к такому вниманию – осторожно, почти трясущимися пальцами принимает чашку и пьёт. Он сидит, длинные уши дрожат, глаза бегают по столу, как будто ищет ловушки.

– Здравствуйте, король Данила.

– Здравствуйте, старейшина Кун, – и поворачиваюсь к блондинке: – Светлана, позови, пожалуйста, лорда Херассаэ сюда.

Светка моргает, смотрит на меня так, будто я произнёс имя какого-то древнего демона:

– Это кто такой, мой король?

Я вздыхаю:

– Лорд Угля.

Света уходит и через минуту возвращается и приводит лорда. А лорд Угля уже бледный, как стакан молока. Понятно почему: Светка что-то ему явно сказанула.

Я поворачиваюсь к хумуру, который всё ещё держит кружку двумя руками, будто это священный артефакт:

– Старейшина Кун, вы можете, если что, мне всё рассказывать. Если вас притесняют, если тут творится что-то, что не должно твориться – говорите.

Хумур мнётся, хлюпает ушами, потом тихо, осторожно, будто проверяет, не шучу ли я, отвечает:

– Дроу прогоняют с наших троп.

Я киваю. Как и ожидал. Протягиваю ему небольшой связь-артефакт – кругляшок, который удобно держать, и он почти сразу теплеет в его ладонях:

– Это недопустимо, старейшина Кун. Вот связь-артефакт. Он уже настроен на нужный канал. Если что – жалуйтесь моим помощницам. Они будут фиксировать любые нарушения.

И слегка повышаю голос, чтобы лорд Угля слышал каждое слово:

– И принимать меры согласно новым законам Багровой Земли. Никакого преследования по расовым признакам быть не должно.

Лорд Угля опускает голову.

Старейшина держит связь-артефакт двумя руками – как реликвию, как семейный талисман. Видно, что он не ожидал ничего подобного от «страшного завоевателя».

Старичок-хумур, обрадованный до дрожи в коленях, кланяется так низко, что кажется, что сейчас упадёт лбом на пол. Прижимает связь-артефакт к груди и уходит быстро, практически вприпрыжку, как ребёнок, которому подарили сокровище.

Лорд Угля после извинений уходит. Светка задумчиво роняет, глядя ему вслед:

– Слушай, Даня, а может, твоя миссия, о которой Диана говорила, – это сделать дроу нормальными?

Маша с Настей смеются, а я уже думаю о дальнейшей точке нашего маршрута. Здесь пока закончили. Пора в Багровый дворец.

* * *

«Лубянка», Москва

Владислав Владимирович стоит у окна своего кабинета, пытаясь на секунду отвлечься от бесконечной бумажной волокиты. В этот момент дверь открывается, и дежурный связист появляется почти бегом. Тот стоит бледный, будто из подвала вылез, и протягивает папку, держа её обеими руками.

– Владислав Владимирович, донесение. Астральные карманы открываются уже на востоке столицы.

Красный Влад чертыхнулся. Совсем недавно Астральные карманы вышли за территорию поместья Филиновых, и, попадая в кусок Астрала, люди вырубались, и не всегда их удавалось привести в чувства.

Но самое неприятное – один Карман также открылся в шведском посольстве.

Владислав медленно снимает очки, кладёт на стол, смотрит на связиста прямо, без смягчения.

– Что с дочерью посла? – коротко спрашивает начальник Охранки, потому что по лицу связиста уже видно: хороших новостей там нет.

Связист сглатывает.

– Дочка посла все еще в телепатическом анабиозе. Телепаты-экспедиторы бессильны.

Этого достаточно, чтобы Владислав мгновенно отбросил все дела, развернулся и пошёл по коридору. Коридор кажется длиннее обычного, но он идёт без остановок.

Дело в том, что пока нигде, в том числе в шведском посольстве, не знают об Астральных карманах. Поэтому посол не в курсе, что стало причиной болезни его дочери, а помощь Охранки воспринял как просто дружественное плечо Русского Царства. А потому надо торопиться с лечением, чтобы так никто и не узнал

Подходит к кабинету, где уже собрались нужные люди. Открывает дверь, и первым делом видит телепата, который вытирает пот со лба дрожащей рукой. У того вид такой, будто он пытался нырять головой в кипяток.

– Что с заданием в посольстве? Почему тянется лечение?

– Мы не можем помочь пациентке, Ваше Высочество, – признаётся телепат со вздохом.

Владислав хмурится:

– Почему?

Телепат отводит взгляд, сжимает пальцы.

– Н-ничего не получается. Кажется, ее захватил Демон. И держит очень крепко. Астральный карман исчез, а все равно держит на поводке. Мы пытались погнаться за ним, но он уходит глубже в Астрал и там его уже не найти.

Владислав Владимирович застывает.

– Это ведь Астральные карманы Филиновых, – тихо говорит он. – Нужен Данила. Срочно.