Текст книги "Любовь загадочна когда она свежа (СИ)"

Автор книги: Григорий Гутенев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

Сквозь загражденье как-то смог пробраться.

Желая слаще наслаждаться, лук

Танцующих бровей, Он натянул вдруг

И выпустил особую стрелу,

Магический Свой взор на них метнувши.

Так самрасвапаной попал в них Он,

Стрелой, будящей беспробудный сон.

20

Планетой закружилась голова,

Почувствовали девушки сонливость,

В глазах моргала вялая сова,

Зевота и усталость навалились.

Попадав наземь, гопи стали спать,

На груди положивши подбородки.

И Чандравали, видя, что не встать

Ее бойцам, к сраженью непригодным,

В бой ринулась отважно, показав

Недюжинную старшей гопи силу.

Прицелилась, и в грудь Хари попав,

Маханьем век и взглядами пронзила.

Миров Очарователя пыталась

Зачаровать, все ближе подступала.

21

И заключила мудрой на замок,

Свив на спине узлом свои ладони,

Она Мукунду, прислонив висок

К Его груди, прохладной и просторной.

Чуть позже отозвавший чары Шьям

Оставил трансцендентное объятье

И подошел к "ожившим" дев рядам,

Штурм начал вновь, азартностью объятый!

Шьям целовал их, ожерелья рвал

С их хрупких шей, и разлетались бусы

И живо чоли девиц раскрывал,

Слона напоминал, который грузно

По лотосным плантациям шагал,

Трубил и под стопой цветы сминал.

22

Сраженья поле округляло глаз:

Туман от порошков его окутал,

Земля багряной стала, словно Марс,

И сакхи также. С тел девичьих густо

Стекала разноцветная вода

И мускусные капельки точились.

Преобладали красные цвета

В возникшей жиже. Поле Холи сильно

Напоминало кровь слона собой,

Гневливым львом растерзанного жадно,

Где мускусные крапины, как рой

Шмелей, вдыхавших запах крови страстно.

Пичкари в лужах тут и там лежали,

Слоновьи зубы, кость напоминали.

23

Дев пораженье Бату привело

В восторг, воздел он руки и спонтанно

Пустился в пляс, смеясь, крутясь юлой,

Скандируя: "Виват Моданмохану!

Всю жизнь мою я не был никогда

Столь счастлив, как теперь, Муралидхара!

Иного ль можно было ждать плода

От дерзких действий жен неблагодарных?

Отважились на то, чтоб притеснять

И оскорблять, на жизнь покушаясь,

Того, кто давний друг Твой, Гопинатх!

Что за картина рощу украшает!

Уж их монисто не отягощают,

Каменья, жемчуга в грязи сверкают!

24

Лоскутья сари, лица, власы, грудь

Покрыты краской. Так им задираться!

Фрукт красочных заслуг! Однако, Друг,

Нам лучше бы сейчас подстраховаться.

Ведь эти гопи плутовски хитры,

Ужель гигантский труд им околпачить

Под Брахмой умещенные миры?

Сильны они не слабо, и тем паче

Коль им всю мощь в тугой кулак собрать

Под флагом главной Махаратхи Радхи,

Они ведь смогут нас поколебать,

Бесстрашно навалившись всею ратью.

Гнев управляет ими по природе,

Враждебность к нам в них кровь себе находит!

25

Поэтому от них реально ждать,

Что нам изрядно помотают нервы.

Как следствие, нам следует бежать,

Пока не грянул грозно гром их гнева!"

"Болтливость Бату! Есть ли что-нибудь

Естественней на этом белом свете?

Влиянию широких амплитуд

Подвержен флюгер-ум его. Род действий

Двояк, и ратха сей в один момент

Как смелый ратник наступает дерзко,

Спустя минуту, ветер перемен

Ум Бату поворачивает резко.

Будь добр, Кришна, и его утешь,

В нем потуши панический мятеж!"

26

Друзей прослушав, Кришна убеждал:

"Ты робость, брат, оставь, как скарб ненужный,

Но лучше дай мне знать, кто напугал

Тебя. Но почему ты малодушен

В присутствии Моем, о славный друг?"

Почувствовав отвагу, мир душевный,

Кусумасава вновь повел игру.

Вперед, как тигр бенгальский прыгнул первым,

На рощу мадхави направил длань

И зазвенел: "Туда, туда, о братья!"

Махнул рукою старт – как ураган

Помчались гопы в лес, в котором Радха

С Лалитой и подругами играла,

Цветы для поклоненья собирала.

27

Ватага гопов не смогла застать

Врасплох пастушек, девушки в атаку

Пошли, сумев Ачьюту забросать

Стрел градом – тучей взглядов метких, кратких.

Шьям устоял и натянул Свой лук

Носителя любви – танцора взора -

И, выпустив в грудь Радхике стрелу,

Разнес Ее стыдливости заборы!

Казалось, Солнце Он освободил

Из пасти Раху, демона затменья,

И венчик Тары вспышку породил,

Янтарно озаряя направленья!

Сил полная, Шримати защищалась

Стрелой в сутане смоляной каджалы.

28

Помазал яд каджалы Радхин взгляд,

С каймы вокруг очей в него проникнув.

Гандхарвика, усилив сей снаряд

Своею покоряющей улыбкой,

Его метнула Гопинатху в грудь!

И, видя Кришну в поединке павшим

От этого оружья, стал тонуть

В экстазе Бату, головой вращавший.

Кистями потрясая, заверял:

"Друг дорогой, пока с Тобою я,

Не падай духом, знай, Ты не пропал,

Рука моя – вовек с Тобой в боях!

Бери же этот шар и в гопи бухни!

Свернет и Гирираджа тот, кто друг мне!".

29

Гандхарви, утомленная хотя

От битвы, перевоплотилась в пламя

Энтузиазмом – костровым. Цветя

Глазами, как Дол Цвета в Гималаях,*

Затеяла бровями перепляс,

Подобный танцу лебедя с Кайласа!

Ее победу славил звонкий глас

Бубенчиков златых с Ее прекрасных

Лодыжек в миг, когда Она взяла

Гранатовую бомбу и в грудь Шьяме

Метнула, чем транс Кришны прервала!

А Он, нектар желая дать друзьям всем,

Подругам; вышел из оцепененья

И начал делать быстрые движенья!

30

Гранатовую бомбу Он схватил

И бросился на Радху! Был похож Он

На льва, в ком зарычал, алея, пыл,

Поскольку сон его был потревожен.

Но смелая Лалита, перед Ним

Встав грудь к груди, атаку преградила:

"О Бог святых эстетов! Объясни,

Что за Шалунья грудь Тебе пронзила

Синдурой, превративши грудь в рубин?

На самом деле обстоит не так все.

Ошибся Ты, о Враджи Властелин!

В Тебя ведь Сакхи не бросала краской!

Свою любовь преподнесла Она,

Которою давно Она больна!

31

Гопал, Ты знаешь, как Ее зовут?

Нет? Если все обиняки отбросим,

Извлечь мы сможем суть: вовек влекут

Тебя цветок Ее красы и свойства.

Само собой Ты захмелел, Хари!

Увы, не помнишь, что сейчас не время

Быть в опьяненьи. Трезво рассмотри

Все Сам, быстрей оленя мчишь зачем Ты

За Ней, хотя за Ней вины и нет?"

Но духом Холи схваченный Влюбленный,

Пройдя Лалиту и двух дев пикет,

На Радху побежал, махая бомбой!

Волхвица Радха, улыбнувшись мягко,

Сверкнула щедрым взором в Шьяма-сакхи.

32

Потом Кишори, в круг подруг войдя,

Там спряталась. А Шьям разгоряченный,

Немедля к Шьяма-сакхи подойдя,

Обвил в кольцо и, растирая бомбу,

Лоб, кудри, щеки, грудь ей расцветил.

Считая, что сей жест неправомочен,

Бакула, преисполненная сил,

К порядку призвала, волнуясь очень:

"О Шьям! Тот остроумнейший боец,

Кто грудь Тебе синдурой... ах изранил,

Звенит сребром насмешки, а венец

Лица бойца тмит лунное сиянье!

Ты ж словно этого не замечаешь

И без вины подругу притесняешь!

33

Увещеванью девы вняв, Гопал

Оставил Шьяма-сакхи. К Радхарани

Приблизился, Его переполнял

Ручей бегущих к Радхике желаний.

"О Дева, силой гордая Своей!

Возьми-ка бомбы в той большой корзине

И докажи, что Ты Меня сильней!

Бросай в Меня их градом беспрерывным!"

Он мягко улыбался, счастлив был

Присутствием Ее. Вращая оком,

По солнцу Радхарани обходил, -

Мнил явно тайный план Лотосоокий!

Взывала Радха: "Кришну окружайте

И бомбами своими сокрушайте!"

34

Кукушек полк марш грянул боевой -

Так громко, сладко все заворковали!

Их крики: "Окружай! Рази Его!"

Призывно, громогласно раздавались.

Победа над Эстетом сладких чувств

Была совсем близка святым эстеткам,

Но лунный лик от краски отряхнув,

Игривый Нанды Сын удар ответный

Нанес, засыпав гопи порошком.

Они же пыльцевым дождем отбились.

Он, оснастившись золотым шприцом,

Прицелился в них и струей обильной

Тела до нитки промочил водой,

Богатою сандалом, кункумой.

35

Так Кришна штурм гопи отразил

Своей контратакой искрометной.

Панический синдром не поразил

Дев устремленных. На совет короткий

Они собрались. А потом, ряды

Своей искусно перестроив рати,

Набрали полные шприцы воды

И кинулись все вместе в новый натиск!..

Так красящая в преданность вода

Любимого народом Враджи Холи

Боязни краску смыла без следа

С зеркал умом подруг Хари веселых.

Но тут к ним подкрепленье подошло,

И утро в них бодрящее вошло.

36

Спонтанная привязанность была

Их кормчим, их сердца разволновались.

Их мудро хитроумная петля

Мукунду в окружение поймала.

Как тучу ясные лучи Луны

Укрыли флеровой вуалью света.

Матанги звонко пела песнь весны,

Свивал ей ткань гармонии оркестр.

Браслеты девиц издавали звук,

На воркованье голубя похожий,

Кто, захмелевший, в поисках подруг,

Поет им мадригал, летя по рощам.

Вверх гопи стебли гибких рук подняли

Нет, не сдавались, снова наступали.

37

Но, не сопротивляясь в этот раз,

Шьям притворился, что на издыханьи

Сил Он сейчас. Закрыв бутоны глаз,

Он начал восстанавливать дыханье.

Исполнив пранаяму, отдыхал,

Зевал. Но гопи не зевали! Крали

Амурный Гопинатхи арсенал:

Лук, стрелы из цветов, свирель, пичкари.

Одна из дев хотела даже снять

С Йогиндры украшения, но взглядом,

Бровями Радха ей дала понять,

Что брать ей украшения не надо.

Нет, не хотела Мать смиренья,

Чтоб Кришна был унижен пораженьем.

38

Взяв кончик сари правою рукой,

Лик Друга мягко обтирала Радха

От пота, удаляла красок слой, -

Как после боя нежная солдатка

Супругу служит – этот вкус пила.

Затем, взяв бетель у Своей служанки,

Вихрь радости с трудом сдержать смогла,

Чтоб смочь вложить орешек в губы Кану.

Потом Она движением бровей

Подруге Шьяма-сакхи показала,

Что должный час пришел, и можно ей

Обмахивать Говинду опахалом.

Близ в эйфории Бату танцевал,

Капелле дев Матанги подпевал.

39

"Субал, друзья! – в экстазе ликовал. -

Мы выиграли, мы все же победили!

Скалу гордыни Радхи наш Гопал

Днесь сокрушил, и Радха проявила

Служанки настроенье, смирный дух,

Служа Ему на финише спонтанно!

Глазам забавней сцену я найду ль?

Пусть изнурен сейчас Гопал от брани,

Сияет все ж, победный это лоск!

Ах, как Ему идет сиянье это!

Но разве Он их не закрасить мог,

Коль лично я даю Ему советы?

Кто изберет себе визирем Бату,

Легко придет к благому результату!"

40

И Бату вновь пустился танцевать,

Друзья и гопи в такт рукоплескали,

Смеялись, глаз не в силах оторвать

От масок, что вид лица его меняли.

Отметив в чувствах радостный подъем,

Довольство, Радха Бату одарила

Жемчужной ниткой и зениц теплом.

И Вринда с ванадэви веселились,

Ловя глазами сладостный обмен

Любовным чувством меж Хари и сакхи.

И ощущали все покой от сцен,

Что Холи преподнес им как подарки.

Весенний завершая карнавал,

Сапфирный Шьям на флейте заиграл.

117

Играя на ходу, Гопал пошел

С друзьями. Скоро в рощицу вступили,

Гудящую восторгом пьяных пчел;

Вне женских глаз они раскрепостились,

Серьезность потеряв, в траву упав,

Смеясь, катясь шарами по поляне.

А Радхика, награды щедро дав

Матанги и пришедшим с ней талантам,

Простилась с ними... Несколько поздней

Шримати и подруги отдыхали

В шатрах тенистых манго, все смешней

Текла беседа их о Фестивале.

А вслед за этим Королева игр

С подругами вкушала царский пир.

#3

Роман «Любовь загадочна, когда свежа»

(По Видагдха-мадхаве Рупы Госвами.)

Пролог

1

"Пришла весна, и полная Луна

Шри Кришну, полного в Себе, все ж новым

Влеченьем напоила, и без сна

Ночь провести собрался Он, чтоб снова

Свиданье Двух могло произойти,

Усилившее бы очарованье

Их игр, которым равных не найти!"

Так спел Шри Рупы голос музыкальный.

В ответ ей некий голос возвестил:

"Сковался план в моем идейном лоне.

Шри Радху собираюсь привести

К Шри Кришне, высшей из живых Персоне!

О королева театра! Как расценишь

Мою затею, примешь украшеньем?

2

Мои слова – роскошнейший букет -

Наденешь ли на уши как сережки?

Прошу, коль слышишь, дай мне свой ответ!"

Прошла немного Рупа по дорожке;

К беседке лозовласой подойдя,

Раздвинула листву, и в изумленьи

Воскликнула: "Радхе! Вот это да!

Возможно ль Паурнамаси появленье

Здесь в роще да в компании друзей?!

Одета в красноватые одежды;

Не уступает роскошью своей

Супруге Брахмы; черпает безбрежно

У мудреца Шри Нарады цвет знаний;

Беловолосая мать Сандипани!"

3

Позднее Паурнамаси по тропе

Шагая в паре с внучкой Нандимукхи,

Делилась: "Рупа, славный стих пропев,

Великолепно усладила слух мне!"

Спросила Нанди: "О святая мать!

Ты говоришь без преувеличенья?"

"Зачем мне, право, дочь, с тобой играть?

Баньян моей удачи, к сожаленью,

Засох с корнями. Как теперь родить

Сей джинн способным станет плод с нектаром,

Что даровал мне б случай – послужить

Неотразимой гармоничной Паре?!

Как стать способной организовать

Им встречу; что от древа ожидать?"

4

"Коль жаждешь, мать, встреч Радхи с Гопинатхой,

Зачем так разрешала делу течь,

Что оставляла Радхика пенаты

Гокулы, что удобны для Их встреч?

Таилась почему Она в секрете

В святой деревне мудреца Сантану?"

"Поскольку из Матхуры дует ветер

От нечестивых царских притязаний".

"О мать, но как царь Камса смог узнать

О красоте Кишори ароматной?"

"А что за труд – об этом услыхать?

Коль мускусный экстракт скрыть аккуратно,

Ведь все равно пары его сочат

Пикантный благовонный аромат!

5

Поверь, как мускус мы пытались скрыть

Ларец духовных качеств Радхарани

Да тщились эту славу утаить!

Как перебарабанить барабаны,

Кричащие по миру в унисон

Такую мантру: "Радха – цвет красавиц!"

Я думаю, какой-нибудь шпион

Мог Камсе нашу Радхику представить!"

"О мать, на днях мне вышло услыхать,

Что нянечка Яшоды, мать Мукхара,

Решила свадьбу давеча сыграть

Неподходящей, скажем мягко, пары:

Своей любимой внучки Радхарани

И отпрыска Джатилы – Абхиманью.

6

Невестку в мужний дом свезла она

Вручила руку девы Абхиманью!

О мать, ты остаешься холодна,

А Радхика сейчас в огне страданья!

Не в состояньи, Чистая, терпеть

Любых мужчин касанья кроме Шьямы!"

"О дщерь, зачем за этим мне смотреть?"

"Какими, мать, ты говоришь словами?"

Смеялась Паурнамаси: "Этот брак

Меж Радхарани и Джатилы сыном -

Лишь трюк. Он дут, он пух, он дым, он прах!

Уловка Йогамайи, шарик мыльный,

Чтоб Камсу в заблуждение ввести,

Развратный взгляд от Радхи отвести.

6

Явь такова, что Радха и подруги

Во все века – любовницы Его:

Танцуют ночью с Гопинатхой в круге,

Как удержать мужьям их от того?"

"Теперь вернулась Радхика в Гокулу, -

Журчала Нандимукхи, веселясь. -

И мир душевный ты себе вернула

От тли, точащей ум освободясь".

"Да, верно, дочь, в связи с царем Матхуры

Я треволненьем боле не больна.

Но рок! Своей ревнивою натурой

Муж Радхи начал допекать меня!"

"Какой резон волнениям твоим?"

"Ревнивец подчинен ушам своим!

7

Прознав, что обожает Черный Шмель*

Вкушать пыльцу в лианах гопи юных,

Упал Джатилы сын в ревнивый хмель.

В горячности решил он безрассудно,

Что прочь от глаз Мукунды увезет

Супругу, золотой цветок, в Матхуру".

"Ужели Йогамайя не спасет

Ганхарвику от мужа-самодура?"

"О Нанди, независима она,

Богиня, на кого ты уповаешь,

И, кажется, богиня холодна.

Ты знаешь, кто богиню понимает?"

"Ну, хорошо. А может путь другой

Есть, чтоб переменить его настрой?

8

Чтоб Радхику Он вдаль не увозил,

Что нам в противовес ему исполнить?"

"Дочь, не тревожься, хватит моих сил.

Достаточно лишь пару слов промолвить.

Продуманной моей фигуры мед

Из Абхиманью вырвет план как жало!"

"Но мать! Здесь наблюдения ведет

За жителями Говардхана-мала, -

Филеру это Камса приказал!

Но почему же царский соглядатай

Не злится на Говинду, хоть Гопал

С его женой встречается приватно -

Прекрасной Чандравали, – знаешь, мать?

Шри Паурнамаси стала отвечать:

9

"Сказать ли нет? Надменен этот муж,

И он серьезно не воспринимает

Приказ царя, не следует ему".

Вновь вопрошала Нанди Йогамайю:

"О мать, скажи, как в первый раз прошло

Свиданье Чандравали и Гопала?"

"Чтоб это описать, не хватит слов!

Любовь они друг к другу показали

Бездонной глубины. Излишне стало

В тот день игру устраивать для них.

Само собой все организовалось!"

"Пожалуйста, учитель, объясни,

Как ты развила дар большой любви?

Поведай откровения свои!

10

И как смогла понять ты, что объект

Твоей любви и поклоненья – Кришна -

Рожденье принял, словно человек?

Как ты из града Уджаини вышла

И прибыла в Гокулу в первый раз?"

"Реальным это стало, дочь, поскольку

Мне данный гуру Нарадой наказ

Смогла я, как положено, исполнить".

"А славный сын твой Сандипани Муни,

Заслуженный великий гуру, знает,

Что ты в Гокуле?" "Знает. Бату юный,

Сын моего, меня сопровождает;

В устройстве сладких игр мне помочь

Он жаждет, о, возлюбленная дочь!"

11

"Добра ты, как желания лоза,

К нему! Дала ему дар бесподобный -

Дружить с Хари, кто Нандины глаза

Живит своей красой луноподобной".

"Включайся! Радха – все в моей судьбе!

И настоящее мое богатство,

И будущее! Почему б тебе

Развить Ее любовь не попытаться,

Для дела приложивши блестки дум?"

Сказала Нанди, полная веселья:

"Но Радхика уже теряет ум,

Говинду обожая беспредельно!"

"О! Как ты, Нанди, в данном убедилась?"

"Всегда одно – когда б не говорилось!

12

Когда бы не вершился разговор,

В котором было б слышно Имя Вишну,

Едва услышит Радхика его,

Как ветры премы всю ее колышут!*

Нередко воле Радхи вопреки

У ней на коже, от восторга влажной,

Встают от чувства к Кришне волоски,

Пусть даже и находится при старших".

"Такое поведение вполне

Естественно, так как... нет, не под силу

При всем стараньи будет молвить мне,

Сколь есть нектара в двух слогах всесильных,

И, кажется, когда "Криш-на" слыхать,

Что Имя начинает танцевать!

13

Да, факт, в тот час, когда у нас в устах

Танцует Имя, мы тогда желаем

Уст много приобресть. Когда в ушах

Является, о новом мы мечтаем -

Владеть великим множеством ушей!

Когда же Имя пляшет в нашем сердце,

Оно ума становится сильней,

Все чувства так становятся инертны".*

"Еще одно, Она день ото дня

В компании Лалиты и Вишакхи

Служила Сурье, кузнецу огня.

Другое же крыло прекрасных сакхи,

Чей неизменный лидер Чандравали,

Богине Дурге пуджу совершало.

14

О мать, посмела я предположить,

Что улыбнулись девам полубоги,

Изволили дождь милости пролить,

Поэтому так редкостна любовь их!"

"Так! Ведь когда гокульские пастушки,

Чьи брови краше, чем Амура лук,

Прогуливались по лесным опушкам,

Сбирая цвет для двух сакральных служб

Полубогам на девственных полянах,

Они нашли ответ своей мольбе -

Моданмохана встретили нежданно -

Любовь к Нему проснулась в их судьбе!"

"В них возжигает вдохновенья пламя

Спонтанная любовь Шримати к Шьяме!

15

Любовь Ее летящая творит

Их добрую удачу". "Несомненно!

Чу! Сбор нам горн времени трубит,

Зовя к устройству грандиозной сцены!

Найди Вишакху, дочь, и мой наказ

Ей передай – нарисовать Говинду.

Она ведь бог портрета, передаст

Все вкусы Радхе чрез свою картину".

"Конечно, я исполню твой приказ", -

С готовностью сказала ученица.

"А я воспользуюсь на этот раз

Предлогом, что позволит углубиться

С наполненной конфетами корзиной,

Мол, для кого-то, в леса середину".

16

Хочу я эстетично насладить

Два уха Шри Хари двумя слогами

"Ра-дха". Нельзя их сладость оценить

Умом, тем паче описать речами!"

"Глазами, мать, – открыла Нанди, – я

Сейчас узрела, как Гопал с друзьями,

Прославившими сладкие края,

Чьи вожаки – Субал, Шридама, Рама;

Никак не может из дому уйти,

Ласкаемый родителями нежно.

Его глаза вольны с ума свести,

Вогнали в краску лотос белоснежный.

Под солнцем платья юного Флейтиста

В снег выцвел цвет шафрана золотистый.

17

Цветочные Говинды украшенья,

Плетенные со вкусом, превосходят

За модой гнаться самое стремленье,

А прелесть тела Кришны сплин наводит

На город, вымощенный изумрудом!" "Прекрасно! Времени, однако, нет уж.

Иди к ней. Пусть напишет Шьямасундру.

Я в рощу понесу свои конфеты..."

Отправились пастушки по тропинкам,

Объединившись следствием конечным -

В ход запустить две разные причины,

Чья цель едина – построенье встречи

Меж златокожей лучезарной Феей

И синекожим Музыкантом с флейтой.

Глава 1

1

Во Врадже есть деревня Нандаграм,

Покрывшая собою холм Рудры*,

На чьей вершине золотится храм,

Где Богу курит смолы Нанда мудрый.

Под ним дворцовый светится ансамбль,

Живут в нем мать Яшода, мать Рохини,

Сам Нанда, сыновья их – Кришна, Рам

И знатная родня трех славных линий.

Все на крыльце стояли утром тем.

Сапфирный Шьямасундра, полный счастья,

Смотрел перед Собой, любуясь всем,

И красочно описывал ландшафты:

"Те тучные коровы там в долине

Белеют, как тибетские вершины!

2

Мне видится, что Ганга в них вошла,

Придя во Врадж с небес, приняв рожденье,

Чтоб здесь пастись в их благостных телах,

Благой Ямуне оказать служенье,

Несущей в мир любовь за валом вал, -

Мечтая дать Калинди наслажденье".

Царь Нанда молвил: "Их Ты прославлял

Заслуженно. Теперь же наше зренье

Насытим, Сын, мы зрелищем иным.

На пастбища за нашею спиною

Оглянемся и взоры напоим.

Поля богаты сочною травою!"

И Нанда повернулся, поднял руку

И сделал жест, рисуя полукруг ей:

3

"От Говардхана и до Кали-гхата

Все пастбища – Твои, о Сын мой, Шьяма!

Они, похоже, так же необъятны,

Как океан! Их окружают замки,

Украшенные шпилями из злата,

Резьбой слоновокостной, флигелями..."

Царь обнял Кришну. Кришна, взявши стадо,

Отправился пасти коров с друзьями.

Пройдя немного, Шьяма обернулся,

Речь к Бату обратил, встав на дороге:

"Они мечтают, чтобы я вернулся.

Я полагаю, это ненадолго.

Порадовать хочу отца и мать!"

И Кришна с Бату поспешили вспять.

4

Яшода Сына нежно обняла,

Любовно укоряя, говорила:

"Как долго Я вчера тебя ждала!

Ты вовремя домой не возвратился,

И жаркий пир во льдах тоски простыл!"

Гопал молчал, и приоткрыл рот Бату.

Шьям друга нежным взглядом наградил.

Ей Бату говорил: "Яшода-мата!

Царица Враджи! Я даю обет,

Что обо всех коровах позабочусь!

И в сущности, кха-кха... различий нет...

А в лес идет Ваш Сын, поскольку очень

Очаровательную красоту

Он ценит шаловливейших пасту..."

5

"Вот умник! – думал горячо Гопал. -

Мои забавы с гопи разглашает!

Что предпринять Мне, чтоб Мадхумангал

Уста сковал?" И Шьям, ему мигая,

Нахмурил бровь, речь друга оборвав.

"О Друг, зачем контроль над речью Бату

Ведешь, пока я нахожу слова,

Что слушает Твоя святая матерь?"

"Увы, судьба ко Мне неблагосклонна!

Такой вот опрометчивый поступок

Мне пурпуром смущенья ум наполнил.

В порядке ль щеки? Глупо, глупо, глупо!"

"О мать, – тот речь свою возобновил, -

Продолжу то, что не договорил!

6

В великой спешке Кришна в лес идет,

Так как играть Он жаждет с пастушками.

Друзьями! Вкус игры Его влечет!"

Говинда, веселясь воскликнул: "Мама!

Другой ли мог Я умысел иметь?"

"Мой Бату дорогой, сказать по правде,

Лалита мне открыла, – дескать, есть

Немало прецендентов: эти парни

Проказой юных гопи волновали".

Спросил царь Нанда: "Славная супруга!

Есть девушки ль, которые бы стали

Достойны, чтобы взял Гопал их руку?"

"О муж благочестивый! Он же Мальчик,

Пить молоко приученный в гошале.

7

Годится ль этот возраст для того,

Чтоб Кришну поженить, ведь Он Ребенок!

Мы к свадьбе не готовили Его!"

Шепнул тут Бату: "Крохотный Мальчонка,

Учен Ты одному – пить молоко!

Но сонмы юных девиц пьют бездонно

Мед уст Твоих. Он мчит их высоко

На быстрых крыльях птиц сердец влюбленных!"

Говинда улыбнулся широко.

Шри Нанда говорил Ему: "Ребенок!

Мукунда, посмотри, как молоко

Мать проливает из груди любовно!

Само течет легко, когда она

Пьет лик Твой, ясный как сама Луна.

8

Твой лик струит тончайший аромат,

Подобный духу лотосной поляны!

Яшода – чувств к Тебе цветущий сад, -

Одежды омочает постоянно

Горячим ливнем слез из двух пиал

И ливнем молока из двух кувшинов!"

Обняв Хари, в экстаз царь Нанда впал.

В себя пришел. Продолжил: "О Говинда!

Большая радость, что приходит к Нанде,

Когда Тебя касается он дланью,

Несет ему живящую прохладу,

Что на турнире средь вещей прохладных

Перестудила лотос и наладу,

Свет лунный, камфару, сандал и мяту.

9

Просяще Кришна молвил: "О отец!

Ночь пролетела, голодны коровы.

Они пойти желают, наконец,

Стоят, не в силах проронить и слова.

Отец, вернись, пожалуйста, домой!"

Промолвил Нанда: "Сделаем все ладно

Тому, как хочет Сын наш дорогой!"

Чета, не в силах оборвать оглядку,

Пошла домой. Гопал, догнавши стадо,

Исполнен поэтичного сознанья,

Пропел: "Столь густо льющаяся сладость

Из юного, хмельного цвета манго,

Вновь принялась рои шмелей манить,

Не устающих пить его и пить!

10

А этот лес трепещет на ветру,

Слетевшему сюда с холмов Малайя,

Где он служил душистому ковру

Сандаловых деревьев. Лес питает

Меня экстазом дивной высоты!"

Дополнил Баларама: "Здесь, Шридама,

Растут деревья, лозы и цветы,

Чье естество духовно. Лозы-дамы

Бутонами влекут к себе шмелей,

Их духами пьянящихся, гудящих

Бодрящим тембром песню из песней,

Поящую нас радостью звенящей.

Их песни даже сладостнее гимнов

Великих Вед!" Вновь слово взял Говинда:

11

"Войдя под хризолитовый навес

С тобой, Мадхумангал, и пастушками,

Желаю Я, чтоб этот вешний лес

С цикадами, пернатыми, зверями,

Другими существами, мед вкушал,

Сочащийся из сотов улья флейты!"

Поднес к губам Он флейту, заиграл,

И звук-павлин помчал умы в бессмертье!

Вновь Рама рек: "Живые существа

И неодушевленные объекты

Испытывают смену естества, -

Гопал творит Своей игрою это.

И цепенеют, каменеют воды,

Трясутся гротов своды – горы ходят!"

12

"Как здорово тут! – Бату говорил. -

Коровы от нектара опьянели,

Которым их звук флейты угостил.

В конце концов они остолбенели

Под сладостным ананды колпаком!

Опомнились все ж. Стланик поливают

Из вымени струящим молоком".

Здесь Бату сделал паузу, толкая

В плечо легонько Друга своего;

Речь к флейте обратил: "Друг несравненный!

Хотя невысоко твое родство, -

Ты лишь бамбук, но горд как пуп вселенной!

Наверно, это оттого, мой друг,

Что ты творишь такой пьянящий звук!

13

На самом деле, не творишь ты звук,

Ведь ты лишь инструмент обыкновенный!"

С небес донесся голос наяву:

"Песнь флейты Шьямасундры туч движенье

Парализует, а еще она

Гандхарвов удивленьем поражает.

Свирели этой в том еще вина,

Что размышлять о Брахмане мешает

Святейшим как Кумары, мудрецам, -

Медитативный транс их прерывает.

И четырем родителя умам*

Загадку нерешимую бросает,

Вдувает в царский Бали ум волненье,

Хоть тот стал асом сосредоточенья.

14

Вибрация свирели вызывает

Ананду у Ананты. Улыбаясь,

Вращаться он на месте начинает!

Вибрация легко собой пронзает

Вселенские границы – семь покрытий.

Так тембр, который флейта расточает,

Покоясь у губ Кришны приоткрытых,

Волшебные явленья сотворяет!"

И Рама внутренним ушам сказал,

Вздев в небеса глаза: "Как это вышло,

Что Нарада звук флейты прославлял,

Бряцал на вине, в облаке укрывшись?"

Другой вдруг громыхнул над ними звук,

Мадхумангала бросил в дрожь испуг.

15

Воскликнул Бату, глядя в небосвод:

"На помощь! Убегаем! Убегаем!"

"Безумный этот парень дичь несет!

И что за жупел, друг, тебя пугает?" -

Спросил Шридама. "Посмотри туда!

О волопас без глаз! Так ты не видишь?

То якша иль ракшас пришел сюда,

На лебеде небесной крови сидя?

Его сопровождает голый дух,

На ком сплетенье змей висит гирляндой!"

Дрожа, вновь глянул вверх, тревожил слух:

"Упырь завис престранный с ними рядом,

Чья кожа – вся в зеницах, с ним орда,

Тьма демонов висит в ее рядах!

16

Я полагаю, стали все они

Охвостьем злонамеренного Камсы".

Он к Другу подошел, и встал за Ним.

Меж тем внутри себя дивился Хамса:

"Как вышло так, что контролеры света

Со всех его сторон, услышав флейту,

Оставив впопыхах свои планеты,

Манясь игрой, слетелись в это место,

В кудрявых облаках расположившись?"

Мадхумангал же глубоко вздохнул:

"Ах, эти демонишки, устрашившись,

Оцепенели, флейтой Шьям вдохнул

Волненье в них и ужас необъятный,

Лишь потому храню дыханье как-то!"

17

На небо кулаком он замахал

И в грозной, гордой позе встал надменно.

"Коварные злодеи! – закричал. -

О ждите, ждите! Я проклятье верно

На ваши черепа теперь пошлю

Иль с пылью Враджи градом стрел смешаю!

Плешивые макушки раздроблю,

И что еще я сделаю – не знаю!"

Он начал прыгать, посохом махать.

Сказал с улыбкой Баладэв счастливый:

"Зачем ты так? Не можешь распознать

Двух личностей великих: Брахму, Шиву?

Левее них стоит царь рая Индра,

За чьей спиной – полубогов дружина".

18

"Да, это так, льют свет твои уста! -

Мадхумангал вздох облегченья сделал. -

Всевидящим слыву я неспроста -

Кто все они, я знал да между делом,

Друзья мои, разыгрывал я вас,

И вы, поверив, что они злодеи

В животный впали страх, бежать тотчас

Задумали, спасая ваши шеи".

Гопал, смеясь, сказал: "Поправший страх!

Друг жителей небес! Я полагаю,

Ты видишь сто ворон в чужих глазах,

А мухи, друг, в своих не замечаешь.

В других свое ты видишь отраженье,

Мнишь праздно, что они несовершенны!"

19

Вновь флейтный голос полился медами.

И Рама закричал: "Смотрите, други,

Как Брахма всеми восемью ушами

Вбирает вкусы Шьяминой подруги!

Он самообладанье потерял;

Упав в экстазе лебедю на спину,

Катается, глазами завращал!"

Вновь голос пал с небес в наряде вины:

"Уста Хари – взошедшая Луна,

Сочат, как свет, свирели звук премудрый.

Вздымается вибрацией волна

В блаженства Маносароваре Рудры,

Вал, озера брега перехлестнувший,

Кайлас, с его вершиной захлестнувший!

20

Узрите, подивитесь, как сейчас,

Услышав звук свирели запредельный,

Царь рая Индра чувствует экстаз

И проливает слезный дождь на землю!

Поэтому Шри Враджа походить

Теперь на королевство Индры стала!"

"Одно не устает Мой ум твердить:

Игр не водить пред лицем этих старших.

Так что пройду немного Я вперед".

И Шьям с друзьями, этот лес оставив,

Пошел, куда тропинка приведет.

Они, наизволок взойдя на холм, встали

У грота. Кришна восхищаться стал:

"Как здесь душисто, друг Мадхумангал!

21

Творящею весеннею порою

Лес Враджи целомудренно сверкает

Очаровательною красотою,

Многообразно чувства насыщает.

А труппы пчел, танцуя над землею,

Звенят трубою. Ветер освежает

Прохладой воздух, шепчется с лозою,

Ее на парный танец приглашая!

Жасминный куст рождает аромат,

Зовущий к развлечениям в беседках.

А соком пересыщенный гранат

Льет сладкий пурпур, как властитель щедрый!"

Но Бату усомнился: "Как могу я

Здесь быть блаженным, если весь дрожу я?

22

Лес, Друг, мне ужас лишь один приносит,

А счастлив я, когда прасад дымится,

Лежащий на банановых подносах,

Гокульской приготовленный царицей.

Вот яства, что готовит мать Яшода,

Все чувства, несомненно, услаждают!"

Говинда предложил: "О друг голодный!

Ужель во Врадже не произрастают

Лианы стародавние? Они

Ведь дать вольны, чего б не захотел ты!"

Кивая, Бату согласился с Ним:

"Все знают, что Ты честен беспредельно,

Так я сейчас эксперимент поставлю

И выясню, болтают или славят".

23

Сложил друг Кришны у груди ладони,

Молитвенно промолвил: "Лозы! Слезно

Молю мое желание исполнить, -

Сегодня Друг мой очень уж голодный!

Пожалуйста, побольше дайте ладду:

Душистых, сочных, маслянистых, сладких".

Вдруг Паурнамаси появилась рядом

С корзинкою в руках, где были сласти.

Уста плясали: "Луноликий Кришна!

Гурманы эти ладду обожают!

Хочу я сильно, чтобы Ты их принял!"

Сказал довольно Рама, улыбаясь:

"Да без ста нет! Небесна эта манна,

Нам ссыпанная вековой лианой!"

24

"Да, Рама, милость гопи пожилой той, -

Дала ответ, – известна повсеместно".

"Почтенная, глаголешь о какой ты?" -