Текст книги "Любовь загадочна когда она свежа (СИ)"

Автор книги: Григорий Гутенев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

И лишь визит Ваш деву исцелит!"

Глаз окунув в лесную живописность,

Сказал Шьям Радхе голосом речистым:

14

Жасминноустая! Зимы белее -

Как кунд цветки, рядки Твоих зубов!

Шмели, вкусив пыльцы жасмина, реют

От кунд к скопленьям манговых цветов.

И создают джем-гуд, желая жадно

В свои уста пыльцу их положить.

Кукушкогласая! Твой глас – услада!

Смотри, кукушки стали землю рыть,

В ней косточки от манго раскопали,

Дробят их и, смакуючи, едят.

А там, смотри, кукушек юных пары

На манго пышноцветные летят,

Чтоб славить Врадж с энергией задорной!"

Кишори Друга слушала в восторге.

15

Он продолжал: "На дерево чампака

Любовь сердец душистых снизошла -

Лоз ютхика и мадхави, так жарко

Ее обнявших. А вокруг ствола

Бакулы вьется ниточка жасмина.

Близ них – древес тамаловых кружок,

Мерцая зеленью и темной синью,

Как ожерельем украшает лог;

Пуннага, словно самоцвет, сверкает

В смарагдово-сапфировом кольце.

Кешары, манго ветви воздевают

В честь Враджа в малахитовом венце,

Надетом им по случаю свиданья

С Весной, будящей новь в живых созданьях!

16

Красавица с лицом-луной, жасмин

Играет в паре с деревом пуннага.

Вокруг ашок увился серпантин

Лоз ютхи золотых. Как Шешанага,

Вьет винтовую тропку по стволу

Веселой золотистой ковидары

Лиана кубджа. А кетаки слух

К чампаке обратился лучезарной,

Кто пылко признается ей в любви!

Гвоздичные деревья и бакулы

Связали уголки одежд своих*.

А мадхави нарядно обтянула

Ствол манго мягким свадебным шарфом

Невесты, уходящей в новый дом.

17

Кимшука бесконечный разговор

Длит с розовым кустом – стоячей люстрой.

Изящный лотос, впав в ревнивый спор

С шафраном, побелел в волненьи густо

И стал на изваяние похож.

Застыл живым мечтательным твореньем

Весны, животворящей все и сплошь,

Феерии цветенья и рожденья!

Под кровлей леса благости растут

Полезные деревья атимукта,

Которые прибежище дают

Ловцам освобожденья – тем, кто мудро

За ним приходит в самый лучший лес;

А плотнику льстят крепостью древес.

18

Строитель колесниц идет сюда

За атимуктой. И цветочник также

Спешит сюда, когда встает нужда,

За их цветами и гирлянды вяжет.

Воздвиг в весенней роще Купидон

Кузнечный дом с цветочной наковальней;

Дал кузнецам любви за эталон

Одну стрелу. Наладил колоссальный

По своему объему выход стрел,

Взяв за сырье плоды цветочной нивы

Богини вешней, чей лесной надел

Издревле не скудел и в перспективе

Не оскудеет! Вешний лес отряды

Жужжащей патрулируют эскадры.

19

От цветика до цветика летят,

Проводят тест гурмански-ревизорский,

Жужжаньем объявляют результат,

Мол, этого пыльца, того ли сорта.

Теперь же, Радхарани, посмотри

На ту шмелицу! В амфитеатр цвета

Взглянув, она увидела внутри

Любимого ей друга в пятнах цветня:

"Мой шмель на кучке пыльцевой сидит!"

Она туда влететь хотела было...

Не тут-то было! "На меня глядит

Соперница – черна, изящнокрыла,

Сидящая на стенке амфитеатра.

Она любовью к милому объята!"

20

И расхотелось ей в цветок влетать,

Мысль о мужском коварстве ум пронзила,

Как жало шершня. Обратилась вспять,

Не ведая, что шмель не изменил ей,

Что приняла разлучницей свой вид

В невысохшей с рассвета росной капле.

Так с любящими Купидон шалит,

То в ревность бросит, то диаметрально

К прощенью и влеченью побудит!

О Дева, чье лицо – душистый лотос!

Бананы рады видеть наш визит,

Открыли рты листвы длиннополосой,

В улыбке обнажив ряды зубов -

Плодов, блестящих золотых рожков.

21

Кора – их губы; радостно сочат

Бананы сок, густой как мед дуплистый,

Стволы, как гопи юные, дрожат,

Дрожь эту вызвал смех их золотистый.

А пыльценосец – юный кавалер -

Собрал подружек-пчел в один ансамбль

И взмыл, маня их за собою вверх.

Зажег в них резвый танцевальный пламень

И начал Халлисаку танцевать

В кружочке на листочке средь танцовщиц.

Затем решил одну из них забрать -

Ту, кто ему из всех любимей больше!

И полетел с ней в лотосные джунгли,

Чтоб развлекаться там игрой амурной".

22

Остановился Шьяма, завершив

Описывать весенний лес Подруге.

Они, еще немного побродив

И поиграв, ушли, скрепивши руки.

Им вслед, сквозь окна в лиственной стене

Смотрела жадно девушка Чампака,

Кто любит в безмятежной тишине

Слагать стихи, озвучивать их рагой.

Пошла за Ними, прячась по кустам,

Не в силах глаз отвесть от Их сиянья.

Вдруг подивился девы слух устам,

Когда они, завоевав вниманье

Ушей, зашевелилися спонтанно, -

Видение явилось ей нежданно!

23

"Кадамбы Враджа, ветви наклонив

К земле, зеленой как Весны одежды,

Почтенье этим Паре предложив,

Ликуют золотою пересмешкой

Своих цветов – блестящих диадем;

Шмели, вкруг них носясь, осоловели,

Им дух кадамб напомнил сочный джем,

Яшодой приготовленный умело.

В сей атмосфере – счастья небесах -

Шри Кану наслаждался со Шри Раи

Игрой сгущенной сладости в лесах,

Двухцветный образ Их, красой блистая,

Венцов Луны и Солнца был прекрасней,

Его фонтан Их юмора украсил.

24

Держа Подругу за руку, Гопал

Шагал по рощам, зрелищем сражая.

Их сонм юных сакхи окружал,

Со всех сторон цветами осыпая.

Одна из дев обмахивала Их

Чамарой – серебристым опахалом,

Пока Говинда вел зазноб Своих

В тот лес, который ярко освещала

Большая златокованая сцена,

Золотошвейным стланная ковром.

На деле эта круглая арена

Является священным алтарем,

Что убран лучшим цветом, лунным светом,

Где бал весной свершается заветный.

25

Когда к арене Кану дев привел,

Круг на нее по лестницам поднялся.

Он, встав близ Раи, сыгранно повел

Весенний танец. Вкруг Четы вращался

Круг Их подруг, как мира колесо.

Сплели в круженьи Раи с Кану длани,

И дивное скользящее лассо

Поймало райских жителей вниманье!

И па за па взошли на Эверест

Блаженств от прикасания друг к другу!

Устав плясать, вошли в прохладный лес;

Там начали служить Чете подруги.

Чтоб жар разгоряченных тел унять,

Сандал Им в кожу начали втирать.

26

Вслед мускусом тела Им умастив,

Подруги Их засыпали цветами.

Потом, всех этим очень вдохновив,

Взял флейту Шьям. Сложил кружок губами;

Зашевелились щеки, пальцы бег

Свой повели по череде отверстий...

Спустив кулисы бархатистых век,

Шьям дивной песней уносил в бессмертье!

Улыбки двух луноподобных лиц

И одеянья тел двух осиянных,

Беседы, что ведут Принцесса, Принц

Гокульского пастушеского клана,

Их волосы в цветах и развлеченья

Чампаку наполняют наслажденьем!

27

Прекрасен Врадж как миллионы Лун,

Орбиту в царстве духа очертил он.

В нем философским камнем сложен грунт

И много храмов с дисками на шпилях. *

Их многостеннокупольный ансамбль

Воздвигнут из каменьев самородных.

Струит река Калинди вод бальзам.

К ее волнам летит сонм благородных,

Кристально белоперых лебедей;

Они движеньем окаймляют лотос,

Плывя по аметистовой воде

Колоннами по солнцу или против.

Из пламеня, горящего в ночи,

Ваян цветок – из злата "кирпичи".

28

Сто лепестков имеет сей бутон,

В их средоточьи – сцена золотая,

Она алтарь, который окружен

Восьмерки главных сакхи лепестками.

На них сидят хозяйки лепестков,

Ведомые Лалитой и Вишакхой,

А в центре – трон из злата, жемчугов,

Где восседают Радха с Гопинатхом.

Сгущенные Их сладость и краса

Чампаке в ум, как две звезды влетели:

Лучатся и общаются глаза,

Улыбки с уст слетают то и дело,

Из сердца в сердце речи Их летят, -

Все эти вещи в мир нектар сочат.

29

Желание Чампаки таково:

Пусть театр этих вечных развлечений

В ней воплотит себя как естество

Рекою представлений-откровений".

Излив свои спонтанные стихи,

Она вернула зренье в мир подлунный.

Паучья пряжа меж стволов сухих

Блестела как магический рисунок.

Сквозь белые лесные кружева

Увидела идущую Кастури,

И поспешили с уст ее слова:

"О светоч светлых поэтесс мадхурьи!

Не можешь ли чуть-чуть повременить,

О вешних играх свой рассказ явить?"

30

Вести Кастури согласилась речь,

И, лотосом сложив девичьи ноги,

На пелерине, снятой с юных плеч

Чампаки, села как учитель йоги.

Чампака, сев напротив, рот ушей

Раскрыла во всю ширь его пределов

И принялась вбирать ручей речей

Сказительницы юной и умелой:

"Начну с того, что в день, воспетый мной,

Шри Радха в окружении наперсниц

Оставила светлейший Свой покой

В Джаватском мужнем родовом поместьи

И в лес, не покидаемый весной,

Пошла, осеменяя мир красой!

31

Лишь выйдя за врата, прям пред Собой

Замужнюю увидела Шримати;

Таз с простоквашей был в руках у той, -

Сей символ был весьма благоприятен;

И – сойку с шеей выпившего яд* -

Пернатую предвестницу удачи.

Потом – корову, с ней быка, телят,

Что несомненно было знаком счастья.

А далее олень попался Ей,

Фортуны расположенность сулящий;

Две трясогузки с облачком шмелей,

На крупном лотосном цветке сидящие

Средь озера, что было по пути.

Двуликий цвет себя в Ней обратил.

32

Он мастерски себя преобразил

В лицо Говинды, а в Его зеницы

Подвижных трясогузок превратил,

Шмелей понудил кудрями завиться.

Ряд добрых предзнаменований в Ней

Любовным опьяненьем отразился, -

Как слон стопой нетвердой по весне

Идет среди подруг, и весь забылся

Так средь подруг шагала и Она.

Они свежо, безудержно шутили.

И вскоре изумрудная стена

Агатовым глазам себя открыла.

За ней цвела волшебная страна,

Вовек жила в ней юная Весна.

33

Глазами источая луч тепла,

Что все вокруг любовью согревало,

Кишори в славный вешний лес вошла.

Навстречу Радхе лозы расцветали,

Влюбившись в голос Гостьи, сладость чья

Густа как сладость в голосе кукушки;

Чьи украшенья, в ритм шагам звуча,

Сражают благородным тембром уши,

И превосходят колоритом гуд

Пчел, опьяненных лучшею пыльцою,

И пение чатак, свой долгий зуд*

Всласть утоливших дождевой водою.

Себя раскрывший девам настежь лес

Предстал пред Радхой чудом из чудес.

34

Голубоватым блеском лес сиял,

Тем венчик Шьямы в мыслях вызывал он.

Цвет тилака собой напоминал

Те тилаки, что Кришну украшали.

Напомнили Ей Шьяминых друзей

Арджуны с их эпитетом вишала

(Высокие) – тех самых двух мужей,

Кто в играх с гопи компаньон Гопала.

Деревья халиприи в их цвету

В Ней вызвали поминовенье Рамы,

Как Халиприя славного в свету.

Перо в тюрбане Ей пришло на память,

Когда Ей перья на глаза попали,

Которые павлины разбросали.

35

Гирлянду Ей навеяли Его

Пуннаги, миробалан и чампаки,

Нанизанные с редким мастерством

В гирлянду для Него искусной сакхи.

Коралловое древо над прудом

Сверкало фосфорическим мерцаньем

И тоже память вызвало о Нем,

Об украшеньях вскрыв воспоминанье,

Что наряжают тело Шри Хари -

Сырье для них – коралловое древо.

Тамал, как ворон, черный, подарил

О черном теле память, полном премы.

И гунджа тоже образ породила -

Из гундж плетенье Ей на ум явилось.

35

Увидела кадамбовый навес

И вспомнила об отдыхе Флейтиста;

Когда лучей полуденных отвес

Гнетет, Он любит сесть под ствол тенистый.

Зефир, свистя бамбуковой трубой,

В Ней вызвал образ Мадхавы свирели.

Разводы киновари под стопой -

Узоры киноварные на теле

Возлюбленного в ум Ее вплели.

Моданы в эту пору их расцвета

В Ней пламя жгучих мыслей подожгли,

И понеслась горячая комета

По космосу ума как наважденье, -

Пред Ней предстал Моданмохан в виденьи!

36

В сей миг гудящий пеньем вешний лес,

Парк развлечений лучших из пернатых,

Стал силой премы, житницы чудес,

Блестящим темным телом Гопинатха,

В Ком ввек дуэт игривейший живет,

Неотразимый – красота и юность, -

Подобие крылатых, чей полет

Сластит глаза в чертоге изумрудном.

Что б ни попало Радхе на глаза,

Все према с Кришной связывала тотчас.

Так Купидон, бушуя как гроза,

Ее засыпал градом стрел цветочных.

Раздул в Ней нестерпимой боли жар,

Но противостоял ему нектар!

37

Так сколь же сладок премовый нектар,

Что побеждает боль разлуки ядов,

Что горше, ядовитей чем анчар?!

И в чувствах Радхи жить осталась радость.

Подруги Радхи видели в лесу

Ее деяний, свойств отображенье,

Святую первородную красу;

От премы млели, видя превращенья.

Деревья сахачари, этот лес

Усыпавшие с царским изобильем,

"Оставили" дома своих древес,

В наперсниц Радхи "перевоплотились", -

Как образ сахачари в ум к подругам

Вошли, вкруг Радхи встав сакральным кругом.

38

Архипелаг жасминовых кустов,

Белевший в буйных бирюзовых волнах,

С летающими дугами роев

Шмелей, кружащих близ жасминов вольно, -

Гирляндою жасминовых цветов,

Висящей на Гандхарвике довольно,

Со свитой опьяненных ей роев

Пришли на ум им самопроизвольно.

Цветущие маданакулы им

Напомнили о Радхи настроеньи,

Когда влекома Пассией Своим,

Она ведет сраженье с возбужденьем,

Что будит в Ней стрелок любви Модан,

Опустошая грозный свой колчан.

39

Цветеньем молодили юный лес

Жасмины с золотистыми цветами

Они явились в дев умы как блеск

Жемчужины красы сакраментальной

Богини их судьбы – красы ума -

Особенного качества Шримати, -

Цветения ума, когда с ума

От Кришны сходит, чувствами объята.

Когда предстали девушек глазам

Лакучи хризолитовые своды,

Прохладные, как толстостенный храм,

Цветущие, как вешняя погода,

Тогда зажглись умы их слов игрой,

Грудь Радхи им напомнившей собой.

40

Сушита и лакуча в ней сплелись

С сушитала и куча в каламбуре,

Как будто два влюбленных обнялись,

Попав под мощный натиск стрел Амура.

Два первые из четырех словес -

Знак на лакучи в их расцвете бурном.

Грудь Радхи, что набрала полный вес,

Вторая обозначила фигура.

Все древеса, наполнившие лес,

Объединились в паре сарва дару

И золотой звездой в них вспыхнул блеск,

Лучимый вечной красотою Тары!

Мысль править на Подругу продолжали,

Название сувайя углубляли.

41

Сувайя значит птиц-красавцев сонм,

Облюбовавший вешние пенаты,

А также значит жизненный сезон,

Всей полнотою юности богатый,

В котором Радха пребывает ввек;

Не ведает движения к закату,

Остановив коней горячих бег

В зените, солнце юности Шримати!

И сакхи отмечали, что весь лес

Говинды служит го (коровам лучшим),

Им предлагая все дары древес,

Трав, мхов, кустов, цветов и вод текучих.

Взяв этот наблюдательный сырец,

Дал им продукт их внутренний мудрец.

42

Он указал на жизненный венец -

Не смерть, а наивысшую вершину,

Сдающуюся лучшим из сердец, -

Всех чувств преданье чувствам Шри Говинды -

Чувствительным, гигантским нежным го!

Увидели подруги чувства Раи

В пределе, что на высшей из всех гор,

Помянутой чуть выше наблюдаем!

Кастури, улыбнувшись как Луна,

Чампаке в завершенье говорила:

"Подруга, такова она – весна!

Но если жажду ты не утолила,

О вешних играх хочешь больше знать,

То свитки двух певцов пойдем читать!

#2

Разноцветные потоки весенней амброзии

Глава 1. Весенние розыгрыши

1

Восточный небосклон, сняв капюшон

Ночных видений, ало засветился,

И Шьям, уже прервавший краткий сон,

В нарядного актера облачился.

Созвав Своих коров и взяв друзей,

Пошел он вместе с ними в лес Вриндаван.

Лечить деревья, травы, птиц, зверей

От чувств разлуки, счастье встречи дав им.

А Бату не спешил с друзьями в лес,

Решив в деревне совершить прогулку,

Задумав план – открыть ларец чудес

И птицу счастья выпустить в Гокулу.

Он зашагал по улице тенистой,

Хохочущей игрой цветов душистых.

2

Завидев Бату из своих окон,

Аристократки Враджа (все свекровки)

Навстречу вышли из домов, и он

По просьбе женщин сделал остановку.

Стоял он в центре круга матерей,

Они его приветствовали бурно,

Сказали: "О мудрейший из людей,

Глубок твой разум, пусть и годы юны!

Скажи, науку Вед ты изучал?

Она украсит знания любого!"

Им мягко улыбнувшись, он сказал:

"К чему мне знать ведическое слово?

Не я ль ученый звездочет и сведущ

В Агамах? Так зачем мне эти Веды?

3

Какая польза книги изучать,

Что для ума гурмана... ах невкусны?"

И наводяще стали вопрошать:

"О тур среди астрологов искусных!

Из истин всех что есть твой Абсолют?

Что стало солью всех твоих исканий?"

В его язык вошел шутливый плут:

"О лучшие из женщин Враджа! Знанье

Науки Джьоти, как Луны венец,*

Горит влияньем светлых осияний.

Кто в Джьоти-шастрах истинный мудрец,

О прошлом знает, может предсказанья

О будущем из знаков выводить,

О добром и худом предупредить.

4

Служа полубогам, кто мир несет,

Прославленным в Агамах непреложных,

Ревнитель служб талант приобретет -

Свою судьбу планировать он сможет.

Способен станет вызвать впереди

События, желаемые страстно,

Еще – щитом себя загородить

От ков, им не желаемых, опасных.

Такой астролог, попросту сказать,

Возможной может сделать невозможность;

А неизбежность волен поменять

На невозможность. Разве это сложно?"

Закончив так, смотрел на них серьезно.

Губами заиграли грациозно:

5

"Отлично, наши почести прими!

Бежит миг данный, чтоб спросить о главном.

Вознагражденьем за труды возьми

Плетенку с маслянистым, сладким ладду.

Вопрос наш сокровенен, мы внутри

Своих домов его задать не смеем.

Сомнений наших гидру покори!

Найдется ли на Сварге иль под нею

Один хоть скряга, мыслящий зарыть

От душ просящих вежества брильянты,

Просителей духовных благ лишить?"

Мадхумангал повысил дара планку:

"Коров гурт с полным выменем мне дайте,

Шанс милость Бату взять не упускайте!

6

Я мудрый брахман, изучив пути

Планет, могу сказать я вам наверно

О том, что ждет вас в темном впереди,

О добром и худом. Храню я в сердце

Энергию всезнания вещей!"

Ликующие гопи говорили:

"Из всех богатств – коров? Но будь умней!

Оно для нас пустяк, коль будешь в силах

На наш вопрос ответить, мы дадим

Тебе все то, чего не пожелал бы

Из благ вселенной. Щедро наградим!"

Мадхумангал на это отвечал им:

"Само богатство мне неинтересно,

Его ищу, чтоб обрести известность.

7

Теперь вопрос ваш можете задать!"

На них взирал он зраком благосклонным.

"Тогда позволим мы себе начать.

Мы все суть целомудренные жены

Гокулы и не чувствуем совсем

Каких-нибудь страданий, бед, и все же

Нас гложет зуб проблемы из проблем.

Давно уж разрешить ее не можем.

Невестки наши красотою пусть

Не уступают лотосам цветущим,

Нельзя назвать счастливым их союз:

Со дня их свадеб зажимают уши,

Когда вдруг имена мужей звучат,

Не знающих, что значит женин взгляд.

8

Где во вселенной можно отыскать

Таких вот жен, кому так безотрадно

В компании с мужьями пребывать?

Их гордость выше ледников! Им надо

Выказывать симпатию мужьям?

Проблема-аспид жалит ощутимо.

Коль сможешь ты дымящимся клубам

Из пастей гидры дашь отвод, то имя

Твое мы разнесем по всем местам!"

И, настроенье гопи распознавши,

Стал Бату тихим, как молчанья храм,

Роль медиума в трансе разыгравши.

Была объектом йоги Сарасвати,

Учености и красноречья матерь.

9

Он притворился, будто погружен

В транс, целясь третьим глазом в их проблему,

Что мучила давно сыновних жен,

В свекровках раздувая кобру-тему.

Потратив время на прием простой -

Немую сцену – впал, мол, в размышленья

О теме-гидре, вновь и вновь живой,

Сверкнул зубами Бату на мгновенье

И стал комично роль изображать

Оратора на форуме, шутливо

Сказал: "Пусть Кришне друг я, не видать

Мне счастья – стану ведь Ему противник,

Коль антиподам помощь окажу.

Держите в тайне все, что вам скажу!

10

Итак, секретно то, что расскажу.

Несите же скорей корзину фруктов!

Одно с другим я логикой свяжу

И обнажу природу тайны мутной,

Принудившей всех жен к неуваженью

Мужей". И Бату, чьи любезность, прелесть

Так редки, как бесценные каменья

В главах слонов, – задумался на время*.

Взяв поданный ему с любовью фрукт,

Заговорил: "О гопи, кладезь знаний!

Два импульса для чувств их вижу тут,

Духовный вижу, вижу матерьяльный.

И почему симпатий не питают?

В мужей вливает недостатки Майя!

11

Плохое поведение мужей

Отталкивает девушек со вкусом.

Но это знает каждый из людей!

Тогда зачем нам звездочет искусный?

Зачем вопрос нам к Джьоти обращать

Для разрешенья ноющей проблемы?

Теперь вас попрошу жадней внимать,

Речь поведу о трансцендентной теме.

Йогиня-корифей во Врадже есть -

Ваш недруг – целомудрия твердыни!

У стоп ее прибежища обресть

Львы йоги жаждут, гриву сбрив гордыни.

Благодаря необоримой силе

Любого сделать куклой ей посильно!

12

Вольна йогиня эта, как орех,

Наполовину расколоть шар Солнца!

Ее способность ей дает успех,

Вводить существ в иллюзию способность.

По имени йогиню величать

Шри Йогамайей, это личной силой

Она сумела организовать,

Что сыновья на гопи поженились.

Потом она в среду невежд ввела

Толк об авторитетности союзов

И порчу заклинаньем навела,

Вдув в ваших сыновей дурные вкусы.

Настроила жен супротив мужей,

Для критики дав сотню мелочей.

13

Невесткам вашим с сыновьями жить

Совместно – крайне неблагоприятно.

А посему решила запретить

Мужьям ведунья к женам прикасаться.

Используя мистический свой дар -

Колючим нордом дунув, та йогиня

В них вызвала душевный антижар,

Их чувства к мужу превратила в льдины!

Однако, можно их еще спасти.

Коль вы любовь покажете к невесткам,

Тогда йогиня может снизойти,

Развить к мужьям поможет интерес им.

Я все преподношу вам так, как есть.

Хоть трудно будет, след вам потерпеть.

14

Да, дотерпеть придется до поры,

Поверив в то, что это совершенно

Нормально, что мужья их вне игры,

Касанья к женам лишены мгновений.

Сыны, о сакхи, ваши терпят боль,

Когда они заслышат, что Говинда

Жен манит в лес, где Купидон – король

И увивает дланей серпантином.

Но стает лед, и станут сыновья

Счастливыми, удача их не минет,

Супруги все же их благословят,

Свой кинув взгляд, вуаль с лица откинув.

Уважат, глянув как богиня Лакшми,

В алтарной людям давшая свой даршан.

15

Залитые слов брахмана ручьем,

Затопленные морем беспокойства,

Все ж верили они, что скорым днем

На тайну их вопроса свет прольется.

Заверили: "Вершитель добрых дел!

Своей судьбой ты воплощаешь правду,

И то, о чем твой славный стих пропел,

Не просто детские сужденья. Правда

Скорее в том, что ты большой мудрец,

В сознаньи мост построивший к всезнанью,

Блистает знаньем Джьоти твой венец!

Открой же фолиант своих познаний

В Агамах. Научи, кому из дэвов

Служить, чтоб в немощь обратить мощь девы!"

16

"Йогиню эту можно ублажить,

Хоть в ярости она страшит как Дурга,

Коль жителю небес начать служить,

Кто крайне чист, достиг вершин культуры

И вечно жив, непогрешим в делах,

Чья жизнь льет благочестие обильно!"

Покой себе найдя в его словах,

Они ему признательность дарили,

Жемчужное плетенье. А потом

Прославили его: "Ты, Бату, заводь

С дном качеств-жемчугов! Скажи о нем,

Как имя бога, каковы забавы?

Каким ключом его расположенье

Открыть?" Ответил он с большим почтеньем:

17

"Вкруг вас сияет светозарный нимб,

Речь ваша – воркование влюбленных!

Зовут Кандарпой бога, он любим

Богинями. И на монаршем троне

Он восседает – властелин лесов

Шри Враджи, венценосец рощ любовных.

Цвет тела небожителя таков

Как тучевой в час бури громозвонной

Извечно юно тело и духовно.

Йогиня, кто полубогов способна

Очаровать, ему свои поклоны

Приносит с настроением покорным.

Кандарпа по своей сладчайшей воле

Желанья может дивные исполнить.

18

Лелеемые с давних пор мечты

Пастушек чернооких воплощает,

Коль перебросить вам к нему мосты,

То счастье с вами в ногу зашагает.

Бог упаси вас злиться на него!

Сам Шанкара, могучий Махадэва,

Пусть все применит брани мастерство,

Не защитит вас от Кандарпы гнева.

Сей полубог обычно поглощен

Любовными забавами в никунджах,

В них затерявшись, как слоненок, он

Гуляет, щеголяя статью юной.

Хоть он незрим, все ж может он открыться

Тому, кто в транс способен погрузиться.

19

Кто верности беспримесной алмаз

Ему вручил, проводит поклоненье,

Его узрит в самадхи в должный час!

Но сложно выполнять Ему служенье.

Необходимо точно до минут

Все выполнять согласно ритуалу.

Успех в служеньи этом обретут

Те, чьи дела усердны и похвальны.

О, внемлите с вниманьем вашим всем,

Теперь я расскажу о поклоненьи.

Омойтесь и в тела вотрите крем,

Родящий в воздыхателях влеченье.

Драгими ожерельями украсьте

Вы щиколотки, шеи и запястья.

20

К незрелым мненьям люда слух закрыв,

Вам следует, отбросив все боязни,

Цветы лишь собирать, о всем забыв;

Расставшись с ленью разговоров праздных,

Ум лишь о боге мыслью напоить.

Ум должен быть свободен от обмана,

Тогда ему вы сможете служить

По правилам, положенным в писаньях.

Из рощи в рощу свой ведите путь

И поклоняйтесь юному Кандарпе

Три раза в день: подав цветы вдохнуть,

Куря густой сандал; алтарной лампой

С промасленною лентой освещайте

Да розовую воду предлагайте!

21

В конце, когда обряд свершится сей,

Великий бог приляжет на постели

Из свежих листьев с группою друзей,

Ночь проведет в беседах и веселье.

А сверх того, что выполнит мечты,

Лелеемые вами сокровенно,

Даст власть вам под контроль ваш привести

Любого из живущих во вселенной.

Служите трижды в сутки вы ему:

Пораньше утром, в полдень, ночью темной.

Из разных мантр одну я подниму,

Для поклоненья лучшую из оных.

Коль верите в мои слова вы крепко,

Открою вам секретной мантры текст я".

22

"О гуру! Кто ж из нас без мантры мнит

Такому полубогу поклоняться?

Пусть имя Бату на весь мир гремит!

Открой же мантру, славное лекарство,

Что может этих девушек спасти!"

Кивнул он: "Да, глаголете уместно.

Пусть же владелец совершенств шести

Доволен будет вами. Время, место

Учтя, я посвящаю в мантру вас!"

Он зашептал секретную молитву,

Смысл каковой – такой вот парафраз:

"Тебе себя я предлагаю лично,

Непостижимый бог дубрав амурных,

Ввек пьющий вкусы сладостной мадхурьи!

23

Вам дал я боне фиде ритуал,

Как полубогу леса поклоняться.

Краса его пылает! Час настал,

Теперь пора за дело приниматься.

Ступайте же в пустынный уголок,

Начните службу юному Модану!

Как плодородный водяной поток

Льет влагу на брега, пусть состраданье

Его на вас прольется – как муссон!

Коль соизволит, станете способны

Бед избежать любых, он даст вам зонт,

Укроет от снегов зимы холодной.

Так Йогамайя силу потеряет,

Дубравный бог от чар ее спасает.

24

Идеи, оглашенные сейчас,

Мной были взяты в Джьоти и Агамах.

Коль будете стараться, в должный час

И я вас отблагодарю благами!"

Успешно круг свекровок проведя

Уроком, полным потаенных смыслов,

Глубоких шуток, Бату, уходя,

Удачи пожелал и скрылся быстро.

Они же извлекли из слов бальзам,

Налив его в фиал сердец любовно.

И стали расходиться по домам,

Невесток обучать поклонам новым;

Дев, так похожих на лампады пламя,

Что сами запалят в Кандарпы храме!

25

Свекровь воззвала: "Твердая моя!

Пришла ты из возвышенного рода.

Оспорит кто, что доброта твоя,

Изящный стиль, не уничтожат гордость

Красавиц рая? С тем в тебе нашли

Мои весы ума и тьму пороков,

Что трудно встретить в женщинах Земли.

Один из них – к супругу ты жестока!

Совсем не симпатичен муж тебе.

Такого я не захочу приметить

И в недругах. Поэтому в мольбе

Дни будешь проводить ты, как аскетка.

Мне брахман Бату рассказал о чине,

Блюдя который, ты растопишь льдину.

26

Коль радостно исполнишь чин святой,

В подруги ты возьмешь удачу, верно,

И мужу дашь незыблемый покой,

В себе взрастив супружескую верность.

Должна ты взять обет и день за днем

Гулять в дубравах Враджи неустанно,

Служа Кандарпе чувством и умом,

Вершителю загаданных желаний".

Все жены не поверили ушам

И стали удивленны, недовольны

От подозренья: "Верить ли словам?

Сейчас меня тестирует матрона?

Раскрыла ли моей любви секрет?"

Колеблясь, ум не сыскивал ответ.

27

Пред тем, как им реакцию подать,

Окрасив отклик тем ли, ли этим цветом,

Они хотели больше разузнать,

Чтоб не попасть впросак своим ответом.

Хранили все печати на устах.

Свекровки, покрывая их "пороки",

От глаз селян укрыв в глухих местах,

Давали им "охранные" уроки.

"В ее речах подвоха не видать! -

Невестки выводили. – Так нежданно

Дала мне радость, мир и благодать,

Закапав в уши капли расаяны.

Кусумасава милость проявил,

Великий фестиваль мне подарил!"

28

Полней в них стала красота сиять.

И, чувствуя пространство облегченья,

Спонтанной речью стали отвечать:

"Вас красит, мать, культура поведенья,

Ведь дама, Вы, вриндаванских кровей!

Найдутся ль жены на округлом свете,

Кто игнорировал бы матерей

Своих мужей, поправши их заветы?

Пусть тело станет тощим как скелет,

Отходную певцы исполнят песню,

Держать я все же буду свой обет,

Ходя по рощам Враджи поднебесной!

Жизнь, сиднем сидя дома, мне ли тратить,

Иной судьбы ли можно пожелать мне?

29

Не должно мне другого часа ждать,

Позвольте, мать, начать служить теперь же!

Советы, что изволили Вы дать,

Сладки как песня, что поется сердцем!"

Так дали заверенья матерям,

Что будут выполнять их наставленья,

Бродить, ища Кандарпу по лесам...

Так гопи получили разрешенье

Ходить за цветом в заповедный лес,

Где каждый день они бродили вдоволь,

За что свекровки славили невест,

А не хулили за уход из дома.

От счастья девы были в небесах,

Марут фортуны дул в их паруса!

30

Им было нелегко алмаз скрывать,

Таить внутри неслыханное счастье

В то время, как пред старшими предстать

Им приходилось по делам их частным.

Ведь паланкины их умов несла

Безумная возница – Кришна-према,

Которая влекла их и влекла

Вглубь леса Враджи, за мадхурьи джемом!

Там их Кандарпа время проводил,

Украшенный жемчужным ожерельем,

Галантною улыбкою светил,

Весьма предрасположенный к веселью.

Пастушки, устремленные желаньем,

Его ища, дышали упованьем.

31

Смотрели всюду, чтоб не пропустить...

Влекомые любовью – медом с сотах,

Надеялись, что смогут получить

В награду взор очей, чья форма – лотос...

А в деревнях кумари между тем

Вступить желали с Кришной в развлеченья

Пастушеской любви, но ряд проблем

Не позволял свершиться их стремленьям.

По возрасту они не доросли,

И не было мужей пока у малых,

Поэтому Кандарпе не могли

Служить как протеже Мадхумангала.

Их бледно-розовое лиц свеченье

О чувствах дев давало представленье.

32

"Родительский контроль на них взирал,

Их дни шли часто в играх шаловливых

С ровесницами во дворе. Летал

По небу их ума птенец пугливый

Их робости. Присуща им была

По юношески милая невинность,

Но все ж в саду груди уже взошла

Лоза любви к прекрасному Говинде.

В свой адрес им случалось услыхать:

"Подружка, ты еще ребенок-пташка,

Которой очень нравится играть

В пыли Шри Враджа, не надев рубашку.

Отец-пастух твой, юная подруга,

Еще не ищет для тебя супруга.

33

Но несмотря на то, что так юна,

Сейчас, поскольку слышно воркованье

Певучего Владельца тюрбана,

Влюбленного в соседское мерцанье

Пера, всегда воткнутого в тюрбан,

Гокульским королем любви носимый, -

Волнуешься ты, словно океан,

Когда летит цунами в шторм сильный.

Трепещешь, словно брызги на ветру,

Кружатся очи, будто вал цунами,

Закручиваясь спавшим гребнем в круг!

Сколь скрытной не была б ты, сакхи, с нами,

Как это все ты нам не назови, -

Нам ясно – это знак большой любви".

34

Однажды Кришна, видя как идет

Вишакха-дэви в возрасте кумари,

Сказал издалека: "Она растет!

Зима Вишакхи детства, стаяв в жаре

Всходящего огня светила дня

Весны Вишакхи юности заснула.

И юность, сев на времени коня,

Карету жизни девы потянула.

Сверкает пара лотосов очей,

Расцветших в эту пору как рассветы;

Луна лица – ночной луны светлей -

Сияет ярким трансцендентным светом".

Присущи настроенья всем кумари,

Описанные Рупою манджари.

35

Недавно завершили поклоненье,

Известное, как Катьяяни-врата,

И дал им Гопинатха заверенье,