Текст книги "Наука в настольных играх. Учеба и развлечение в Англии Нового времени"
Автор книги: Георгий Шпак
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
Ил. 14. Геометрические карты Джозефа Моксона (1697)
После его смерти в 1691 году его дело продолжил сын, издатель и гравировальщик Джеймс Моксон. В 1697 году Джеймс издал трактат «Использование геометрических игральных карт или описание механических сил. Переведено с личной копии рукописи монсеньора Декарта»[221]221
Descartes R. The Use of the Geometrical Playing-Cards, as Also A Discourse of the Mechanick Powers / Ed. by Moxon Joseph. London: Printed and sold by J. Moxon, 1697. 85 p.
[Закрыть]. Остается загадкой, действительно ли этот карточный набор был составлен Рене Декартом или был выгравирован позднее. Возможно, таким образом Дж. Моксон обыграл фамилию французского философа. В трактат были включены переводы писем Декарта к Марену Мерсенну и Роббераля к Ферма. Не ясно, сам ли Джеймс участвовал в его составлении или опубликовал подготовленные отцом материалы.
Буклет напоминает инструкцию, сопровождающую «Кулинарные карты». Читатель узнает о значениях геометрических фигур, может попрактиковаться в решении задач и узнать о свойствах рычага и иных устройств. Правильные ответы, а также изображения фигур и устройств приведены на картах, и читатель в любое время мог с ними свериться. Геометрические изображения на картах, очевидно, были созданы позже, так как отсылки к ним включены в переводы писем. Например, в письме к Марену Мерсенну после сообщения о влиянии блоков на силу тяжести следует пометка «Здесь заканчивается двойка треф».
Не меньшим спросом пользовались и «математические» игры, хотя понимание математики отличалось от современного. Уже в заголовке первого в Англии словаря математических терминов «Простая математика…» (1679), опубликованного Джозефом Моксоном, отмечено, что в нем перечислены «трудные понятия из арифметики, геометрии, астрономии, астрологии и других математических наук»[222]222
Moxon J. Mathematicks made easy…
[Закрыть]. Сам словарь создавался с целью прояснения сложных терминов для начинающих и был «адаптирован к самым скромным способностям»[223]223
Ibid.
[Закрыть]. Термин «математика», согласно словарю, происходит от греческого Mathesis и означает учение (learning) или дисциплина (discipline), «древние, включая сюда только те науки, которые основаны на достоверности и демонстрации, называли их математикой»[224]224
Ibid. P. 83.
[Закрыть]. К этому понятию относятся как дисциплины квадривиума – геометрия, арифметика, астрономия и музыка, так и другие отрасли знания: «космография, гидрография, оптика, астрология, навигация, архитектура и т. д.»[225]225
Ibid. P. 84.
[Закрыть]. Более подробные сведения автор предлагает искать в предисловии Джона Ди к переводу «Начал» Евклида, опубликованному еще в 1570 году. Учебные пособия по арифметике публиковались и раньше, к примеру «Простая арифметика» 1630 года[226]226
Wingate Ed. Arithmetique made easie… London: by Edm. Wingate, 1630. 484 p.
[Закрыть] или популярные книги Роберта Рекорда середины XVI века[227]227
См.: Шпак Г. В. Дорога к замку знаний: популяризация научной мысли в Англии середины XVI века // Преподаватель XXI век. 2024. № 4. Ч. 2. С. 283–296.
[Закрыть]. Математический словарь Моксона продолжал эту традицию, но фактически являлся первым отдельным сводом научных терминов на английском языке.
Второе издание «Простой математики» было опубликовано уже после смерти отца Джеймсом Моксоном в 1692 году и включало дополнительное введение «О математике в целом». Любопытно, что здесь определение из прошлого издания изменено. Математика характеризуется как пифагорейская наука, цель которой «не только изучать и понимать, но и способствовать воспоминанию о знании вещей, которые запечатлены в уме», то есть это учение (a Doctrine), «знание которого приводит нас к воспоминанию о принципах, запечатленных в нашем уме»[228]228
Moxon J. Mathematicks made easy… London: Printed for J. Moxon, 1692. https://archive.org/details/bim_early-english-books-1641-1700_mathematicks-made-easie_moxon-joseph_1692.
[Закрыть].
Третье, дополненное издание словаря было опубликовано в 1700 году изготовителем «математических» инструментов и «инженером Его Величества» Томасом Таттелом. В конце книги приведена реклама его изделий, где, помимо глобусов и астрономических календарей, указаны математические игральные карты, «содержащие инструменты, используемые в навигации, геодезии, счислении, измерении, фортификации и т. д., полезные для знати и джентри, а также инженеров, мореплавателей, измерителей, садовников, строителей, корабелов, каменщиков, каменотесов и всех ремесленников (artists)»[229]229
Moxon J. Mathematicks made easy… London: Printed for J. Moxon, 1700. https://archive.org/details/bim_early-english-books-1641-1700_mathematicks-made-easie-_moxon-joseph_1700/page/n239/mode/2up.
[Закрыть]. Колода стоила двенадцать пенсов (один шиллинг) и давала возможность играть «в любую известную карточную игру»[230]230
Moxon J. Mathematicks made easy… London: Printed for J. Moxon, 1700. https://archive.org/details/bim_early-english-books-1641-1700_mathematicks-made-easie-_moxon-joseph_1700/page/n239/mode/2up.
[Закрыть].
Ил. 15. Фрагменты «Математической колоды» Томаса Таттела (ок. 1701)
Колода Таттела выполняла сразу несколько задач. Она не только служила для развлечения и обучения, но и являлась рекламой, ненавязчиво предлагающей игрокам различные инструменты. Таким образом, покупатели сами платили за рекламный каталог и разглядывали его из собственного интереса. Колода Таттела – пример раннего продакт-плейсмента, где художественные гравюры изображали в образовательных целях различные устройства, но скрыто продвигали магазинчик Томаса Таттела и его товары. В колоде Т. Таттела карта короля треф включала рекламу различных устройств, глобусов, карт, планов и пр., которые можно было приобрести в King's Arms and Globes на Чаринг-Кросс и напротив Королевской биржи в Корнхилле. Автором колоды был указан «изготовитель математических инструментов Его Королевского Величества» Томас Таттел. Изображения для колоды гравировал Джон Сэвидж, предположительно по рисункам Франсуа Буара[231]231
Chatto W. Facts and speculations… P. 153.
[Закрыть]. Впоследствии Дж. Лентхолл переиздал колоду Таттела, заменив карту с рекламой его магазинчика на карту «Строительство» и сделав акцент на образовательном значении колоды.
Помимо математико-геометрических справочников и переизданий различных работ отца, Джеймс Моксон издавал карты и атласы, а также географические игральные карты, которые также впоследствии были переизданы Дж. Лентхоллом.
Географические карточные колоды, позволяющие узнать о геополитическом устройстве мира, в 1670-х годах были особенно популярны. За образец первые английские издатели взяли работу французского картографа Пьера Дюваля «Географические таблицы, представленные в виде карточной игры» (1651)[232]232
Duval P. Les Tables de Géographie réduites en vu Jeu de Cartes. Paris: Chez l'Auteur, 1651. https://gallica.bnf.fr/ark:/12148/btv1b10525454r/f1.item.
[Закрыть]. Примерно в 1676 году издатель Томас Пул совместно с продавцом Генри Бромом, а также картограф Джон Селлер выпустили свои версии французской карточной игры, внеся необходимые коррективы.
Место французского короля червей торжественно занял Карл II, а сама Франция была помещена на восьмерку в виде «восьми суверенных территорий Франции». Тройку же червей, где во французской колоде располагались «Британские острова», заняла «Московия», – низкая стоимость карты говорит о преднамеренном занижении статуса страны. Изменения были сделаны и в медальонах с портретами правителей. Вместо французского короля Фарамонда был помещен портрет Карла II работы Фредерика Хендрика ван Хоува.
Содержание колод Брома и Селлера практически полностью повторяло французскую версию, однако был и ряд отличий. Одна из карт колоды Генри Брома включала пояснение, сообщающее, что их устройство «настолько простое и понятное, что их можно использовать во всех английских карточных играх» и что масти присвоены четырем регионам «не без некоторого смысла или аналогии»[233]233
Geographical cards made and sold for Henry Brome at ye Gun in St. Pauls Church-yard. London, 1676. https://quod.lib.umich.edu/cgi/t/text/text-idx?c=eebo2;idno=B23440. 0001.001.
[Закрыть]. Какая именно подразумевалась аналогия, остается без пояснения, но, видимо, соотнесение червей (heart – сердце) и Европы, бубен (diamond – алмаз) и Азии, треф (club – дубинка) и Америки, пик (spade – лопата) и Африки кажется автору очевидным. Черви считались наиболее ценной мастью, а трефы – самой низкой, таким образом, на противоположных полюсах располагались христианские народы Европы и нецивилизованные американские племена. Богатство Азии было выражено мастью бубен, а подневольный статус Африки – мастью пик. Цена колоды, указанная на карте, составляла один шиллинг. В дальнейшем колоду Брома также переиздаст Джон Лентхолл[234]234
Lenthall J. Geographical Cards, c. 1745–54. https://card-collection.makersofplayingcards.org/Cardhtml/W0222.html (дата обращения 15.12.2023).
[Закрыть].
Не сильно отличалась по структуре и географическая игра Джона Селлера, который с 1671 года совместно с Джозефом Моксоном занимал должность королевского гидрографа. Описания на картах колоды Селлера, изданной около 1675 года, как и сведения в колоде Томаса Пула и Генри Брома, представляют собой списки с названиями королевств и относящихся к ним территорий. Более детальные сведения приведены на картах тузов, обозначающих четыре континента. Помимо информации о географическом положении, игрок узнавал, что Европа отличается плодородными почвами, развитой торговлей, науками и искусствами: «Здесь обитают белокожие потомки Иафета, исповедующие христианство и говорящие на трех языках – латинском, тевтонском и славянском»[235]235
Seller J. A Book of Geography, shewing
[Закрыть]
Ил. 16. Географические карты Джона Селлера (ок. 1675)
Ил. 17. Изображение «народов» из «Географической колоды» Генри Уинстенли (ок. 1676)
Совершенно иной по устройству была географическая колода английского живописца и изобретателя Генри Уинстенли, изданная им на рубеже 1675–1676 годов. За время своего гранд-тура по Европе в 1669–1774 годах Уинстенли подготовил гравюры с изображением столичных городов и костюмов местных жителей. В заголовке игры он отметил, что, помимо изображений столиц и людей, им были включены сведения о территориальном устройстве, правительстве, торговле и религии, а также, насколько позволял ограниченный объем, исторические замечания. Колода карт была посвящена эсквайру Джеймсу Герберту «не для его совершенствования, а как часть его исследований, от которого, должен признать, я получил большую часть сведений для составления этих карт»[236]236
«Travelling Cards» also «Winstanley Geographical» and Lenthall II, London c. 1715. https://card-collection.makersofplayingcards.org/Cardhtml/W0223.html.
[Закрыть].
Уинстенли предполагает, что колода может применяться для обучения молодежи, и рекомендует следующий способ игры: «Чтобы сделать их полезными для заинтересованного юношества (a youth), я бы давал их по одной, чтобы этим путем последовательно запоминать их»[237]237
Ibid.
[Закрыть]. В то же время он признает, что у покупателей карт могут быть свои предпочтения: «Я подчиняюсь вашему пути их использования, желая единственно, чтобы они не были отвергнуты»[238]238
Ibid.
[Закрыть].
Карты содержали информацию о территориальном устройстве и принадлежности регионов, а также краткие сведения о местной религии. Однако имелся и ряд оригинальных замечаний. Например, описывая Австралию, автор отсылает к опубликованной в 1675 году на английском языке «Истории Севарамбов» – утопическому произведению о группе моряков, выживших после кораблекрушения у берегов Terra Australis. Про Египет игрок узнает, что там расположены невероятные пирамиды, обелиски и лабиринты, в которые невозможно поверить, не увидев их лично, как колоссы Мемнона или Александрийский маяк, – «отсюда пришло знание арифметики, астрономии и медицины, поэтому эту землю называют матерью искусств»[239]239
Ibid.
[Закрыть], а обитатели юго-восточной части Индии поклоняются идолам и «погребают» своих покойников в собственных желудках, поедая их.
Менее очевидным смысловым наполнением игры являлась «стоимость» карты, отражающая представление автора о значимости региона. Так, Англия, Иерусалим, Танжер и Джеймстаун представлены королями, а Константинополь, Самарканд, Нубия и австралийский Уитсбург – двойками. Королевой червей выступали немецкие союзники Англии, враждебные Англии итальянские католики были представлены в виде валета-плута, а Франция была понижена до десятки, что отлично свидетельствует об идеологической составляющей карточной игры. Московия и Турция, являясь, согласно картам Птолемея, частью Европы, получили честь быть изображенными на масти червей, но в самом низком статусе тройки и двойки. Однако особенность карточной колоды такова, что в некоторых случаях козырная червовая двойка Турция может оказаться сильнее карт других мастей, но не сможет превзойти червовую тройку Московию.
Четыре карты континентов демонстрируют превосходство Европы, выделявшейся не только высоким развитием наук и искусств, но и христианской верой, «тогда как остальной мир по большей части не знает истинного божества», но христианские колонии должны в конечном итоге распространить свет истинной веры на Африку, в которой обитает «большинство монстров и множество необычных зверей»[240]240
«Travelling Cards» also «Winstanley Geographical» and Lenthall II…
[Закрыть], Азию, являющуюся родиной пророков и местом, где располагался Эдем, однако утратившую былое величие: «Теперь она несчастлива, поскольку подчиняется магометанам, евреям и неверным больше, чем христианам»[241]241
Ibid.
[Закрыть], и Новый Свет (New World), уже подчиненный европейцами. Однако, несмотря на торжество христианства, Уинстенли задается вопросом о горькой судьбе народов, не успевших приобщиться к истинной вере, ведь в Новом Свете «располагались две великие империи – Мексика и Перу, чья слава и величие, если задуматься, заставят нас сокрушаться из-за их невежества в отношении истинного божества и их падения под тиранией испанцев, уничтоживших многие их миллионы»[242]242
Ibid.
[Закрыть].
Как и многие колоды последней трети XVII века, колода Г. Уинстенли дошла до нас в издании Джона Лентхолла (1683–1762), скупающего гравировальные пластины у авторов, но не разработавшего ни одной собственной[243]243
Beresiner Y. A Fine Hand… P. 19.
[Закрыть]. Цены на карты на протяжении последней трети XVI – первой половины XVII века практически не менялись. Из рекламы товаров Джеймса Моксона 1693 года мы узнаем, что игральные карты по астрономии можно было купить за полшиллинга (шесть пенсов), а более качественные за шиллинг, цветная колода стоила два шиллинга, а «изящно раскрашенные с золочеными звездами» – пять. Также различалась и цена географических игральных карт. Простые стоили шиллинг, цветные с позолотой – пять[244]244
Moxon J. The Genteel house-keepers pastime…
[Закрыть]. В «Краткой характеристике всего военного искусства», опубликованной в 1692 году, была указана такая же цена[245]245
Moxon J. An epitome of the whole art of war In two parts. London: Printed for J. Moxon, at the sign of Atlas in Warwick-Lane, 1692. https://quod.lib.umich.edu/e/eebo/A51540.0001.001/1:4.1?rgn=div2;view=fulltext.
[Закрыть]. Спустя двадцать лет колоды Дж. Лентхолла продавались по той же цене, – стоимость большинства колод в рекламе 1718 года составляла два шиллинга.
В опубликованной годом ранее газете The St. James's evening post содержалась реклама двадцати карточных игр Лентхолла[246]246
The St. James's evening post (Dec. 28 to 31, 1717).
[Закрыть], где большинство колод имели ту же стоимость – два шиллинга.
Из рекламы 1718 года можно было узнать о продаже Дж. Лентхоллом игральных карт на разнообразные темы «для совершенствования джентльменов, леди и пр. в науках и искусствах»[247]247
Adverts and related documents 1684–1877…
[Закрыть]. Помимо уже ставших традиционными образовательных карточных игр, где сведения распределены по картам в соответствии с их «стоимостью», Лентхолл начинает выпускать колоды, которые можно отнести к жанру пазлов. К примеру, взяв за основу географическую карту Англии Дж. Моксона, он делит ее на пятьдесят две части, превращая одновременно и в карточную игру, и в разборную головоломку.
Историки до сих пор не дали окончательный ответ на вопрос, кто первым изобрел игры в виде пазлов, но очевидно, что идея разрезания рисунка или картины на части была известна в Англии уже в самом начале XVIII века. Одна из карт тузов с дополнительной информацией предлагала такой вариант использования «Географических карт Англии»: сначала требовалось отложить в сторону тузы, затем выложить первую линию от двойки пик до девятки пик, затем следующий ряд от десятки пик до пятерки треф и т. д. «Когда все будет исполнено, получится полная карта Англии с частями Шотландии и Ирландии и прилегающими частями Франции и Фландрии»[248]248
Lenthall J. Geographical Cards of England, with part of Scotland… c. 1712–1717. https://www.dominicwinter.co.uk/Auction/Lot/121-lenthall-john-publisher-geographical-cards-of-england-with-part-of-scotland-c1712-1717/?lot=379738&sd=1.
[Закрыть].
Схожим образом была представлена гравюра Уильяма Фейторна «Зимняя ярмарка», изображающая морозный день на Темзе в феврале 1684 года. Одна из версий гравюры 1684 года уже была разделена на тридцать две части и включала алфавитный указатель с пояснением основных событий и сцен[249]249
The Thames Frost Fair, 1683. https://npgshop.org.uk/products/the-thames-frost-fair-1683-npg-d22983-print.
[Закрыть]. Дж. Лентхолл в публикации 1716 года внес ряд изменений, добавил знаки мастей, чтобы была возможность играть в карточные игры, обновил посвящение королю и включил четыре карты с инструкциями, структура которых в точности повторяла пояснения к географической игре[250]250
View of the River Thames during the 1683–84 frost fair. 1716. https://www.londonpicturearchive.org.uk/view-item?i=25673&WINID=1733672293937.
[Закрыть].
В рекламном объявлении типографии Дж. Лентхолла 1717 года указан двадцать один набор игральных карт. Упоминается и колода для детей, «способная в кратчайшие сроки обучить их чтению»[251]251
Adverts and related documents 1684–1877…
[Закрыть]. Помимо знания английского языка, актуальным оставалось и изучение латыни. На заглавной карте «Латинской колоды» отмечено, что за основу была взята грамматика Уильяма Лили. Четыре масти формировали структуру колоды и делили ее на синтаксис (черви), этимологию (крести), орфографию (пики) и просодию (бубны). Есть здесь и колода, изображающая различных животных. Заглавная карта сообщает, что игра должна была обучить любознательных юношей и девушек (young gentlemen and ladys) названиям различных зверей и птиц. Крести и пики изображали животных, бубны и черви – птиц[252]252
Playing cards illustrating various birds and animals. https://www.britishmuseum.org/collection/object/P_1982-U-4628.
[Закрыть].
Подобное назначение имела и арифметическая колода У. Уортера, упоминаемая в рекламных афишах до 1723 года. Она была задумана наставником Лентхолла торговцем Уильямом Уортером[253]253
Лондонский издатель Уильям Уортер продавал игральные карты в магазинчике на Флит-стрит с 1670-х примерно до 1709 года. Затем дело перешло к его ученику Джону Лентхоллу.
[Закрыть], к которому тот поступил на службу в 1699 году в возрасте шестнадцати лет[254]254
Darbyshire N. Arithmetical Cards – of Sturt, Warter & Lenthall. https://www.gamesboard.org.uk/articles/Arithmetical_Playing_Cards_Neil_Darbyshire_Jan2021.pdf.
[Закрыть]. Каждая масть отвечала за определенный набор арифметических действий. На червах изображались действия умножения и деления, на бубнах – сложения и вычитания, на пиках – различные приемы сокращения дробей, на трефах – меры измерения (сыпучих тел, денег, жидкостей и пр.)[255]255
Pack of arithmetic cards. https://www.museumscollections.norfolk.gov.uk/collections-object-page?id=NWHCM%20:%201956.191.
[Закрыть].
Заглавная карта колоды сообщала, что основные правила общей (vulgar) арифметики излагались в виде практических задач. Предполагалось, что за полтора шиллинга любой получит возможность освоить азы арифметики, так как карты должны были быть понятны даже «человеку самых скромных способностей» (a person of meanest capasity), причем подобный способ обучения обозначался как уникальный и никогда прежде не применяемый. Афоризм Горация, приведенный на заглавной карте, дает ключ к пониманию того, почему образовательные карточные игры в этот период становятся столь популярны: «Omne tulit punctum, qui miscuit utile dulci», что значит: «Всякого одобрения достоин тот, кто соединил полезное с приятным»[256]256
Ibid.
[Закрыть]. Совмещение серьезных образовательных практик с развлекательным форматом встречается в этот период в самых разных жанрах – фантастических путешествиях, стихах, пьесах и пр.
Ил. 18. Арифметические карты Уильяма Уортера (ок. 1707)
Характерным является монументальный компилятивный труд Ричарда Блума «Досуг джентльмена», опубликованный в 1686 году. Это своеобразная энциклопедия, в которой собраны как переводы французских авторов, так и заметки англичан о том, что подобает знать джентльмену. Первая часть касается разнообразных наук и ремесел. Необходимость познания наук для джентльменов объясняется тем, что «в познании люди стремятся к высотам добродетели и мудрости и, что еще важнее, к пониманию божественных творений, учение делает их достойными благосклонности королей и принцев, а литература не только прославляет и делает достойными похвалы при жизни, но и сохраняет славу о них для потомков»[257]257
Bloom R. The gentlemens recreation… London: by S. Rotcroft, 1686. https://archive.org/details/bim_early-english-books-1641-1700_the-gentlemens-recreatio_blome-richard_1686/mode/2up?q=cards.
[Закрыть].
Вторая часть энциклопедии была посвящена более типичным для знати занятиям – охоте, рыбалке, петушиным боям и пр., но именно сочетание под одной обложкой сведений о натуральной философии, математических науках, истории, конной езде, подборе охотничьих псов и советов по приготовлению добычи кажется не просто символичным, а закономерным. Неспроста многие авторы образовательных карточных игр находились на различных королевских службах. В сочетании познания и развлечения мог видеться некий идеал утонченности джентльмена, а визуальная составляющая карт отражала тенденцию к созданию «популярных» форм репрезентации знания. Не случайно энциклопедия Блума содержит двадцать пять высококачественных инфографик, не считая десятков иных иллюстраций.
Характерна и сама карьера Ричарда Блума, начинавшего как геральдический художник и даже выпустившего в 1675 году колоду геральдических игральных карт[258]258
Playing-cards, illustrating heraldry. C. 1675. https://www.britishmuseum.org/collection/object/P_1896-0501-929-1-52.
[Закрыть]. Возможно, именно оформление геральдических эмблем дало ему возможность обзавестись влиятельными покровителями и публиковать свои книги с патентом, гарантировавшим защиту его трудов. Помимо уже названной энциклопедии, он выпускал различные карты и атласы, а также в 1688 году перевод с французского истории Ветхого и Нового Заветов, оформленного большим количеством иллюстраций и географических карт[259]259
The history of the Old and New Testament, extracted out of Sacred Scripture, from the holy fathers, and other ecclesiastical writers / Ed. by Richard Bloom. London: for the R. Blome, 1705. https://archive.org/details/bim_eighteenth-century_the-history-of-the-old-a_1705.
[Закрыть]. Обращаясь к читателю, в «Досуге джентльмена» он сообщает: «Я не сомневаюсь, что знать и джентри (Nobility and Gentry) извлекут пользу из этой работы, поскольку благодаря ей они будут обеспечены тем, что считается достаточным для истинного познания, основанного на ясном и доступном методе (pure and clear Method), и освобождены от хлопот и забот по собиранию воедино множества томов, которые, возможно из-за путаницы во мнениях, методе или по какой-либо другой причине, не принесут им никакой пользы»[260]260
Bloom R. The gentlemens recreation…
[Закрыть].
Табл. IV. Описание инструментов из «Математической колоды» Т. Таттела (1701)
Табл. IV. Описание инструментов из «Математической колоды» Т. Таттела (1701) (окончание)
Однако расцвет производства образовательных карточных колод к второй трети XVIII века сходит на нет. Причин этому может быть несколько. Это и изменение восприятия научного знания как привилегии джентльмена, и ограничения, накладываемые законодательством на производителей игральных карт, и возникновение новых игровых форм репрезентации знания.
До 1711 года карточные колоды облагались гербовым сбором в размере шести пенсов. С 1711 года издатели карт должны были под страхом штрафа в пятьдесят фунтов сообщать точное место производства и регулярно оплачивать комиссарам возросшие пошлины за карты и кости под страхом еще больших штрафов[261]261
Tosney N. B. Gaming in England… P. 63.
[Закрыть]. В результате «Почтенная компания производителей игральных карт» утратила значительную часть своего влияния. Раньше пошлины короне шли от нее напрямую, теперь же основную функцию сбора пошлин стали выполнять правительственные чиновники. Это привело к сокращению общего производства игральных карт с почти миллиона пачек в год в конце XVII века до 400 000[262]262
Ibid. P. 75.
[Закрыть].
Не менее значимым является сдвиг в восприятии игр как инструмента просвещения людей «самых средних способностей» к учебному пособию для юношества. В XVIII веке будет разработано большое количество новых образовательных средств, однако карточные колоды, за редким исключением, так и останутся инструментом азартной игры и средством проведения досуга.
