Текст книги "Путешествие вокруг света"
Автор книги: Георг Форстер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 57 страниц)
На следующее утро мы принялись за изучение внутренних областей острова и занимались этим весь день. В 5 часов утра мы пошли вверх по ручью, который вел нас от берега в горы. В час пополудни мы достигли каштанового леса неподалеку от самой высокой вершины этого острова, примерно в 6 английских милях от имения господина Лафнана.
Воздух здесь был заметно прохладнее. Чтобы вернуться как можно более коротким путем, мы наняли негра, который через полтора часа привел нас к нашему доброму хозяину.
На другой день мы стали готовиться к отплытию. Растроганный, покидал я эту дивную страну и благородных друзей, способных ценить, чувствовать и получать удовольствие от радости ближнего. Еще и сейчас сердце мое полно чувством благодарности и уважения, которое в ту пору сделало для меня таким нелегким прощание; поистине удовольствием было обнаружить хотя бы за пределами страны то британское гостеприимство, следов которого в самой Англии не нашел Смоллетт [66]66
См. его «Хэмфри Клинкер» и другие сочинения.– примеч. Форстера
Смоллетт, Тобайас Дясордж (1721 —1771)—английский писатель. «Путешествие Хэмфри Клинкера» (1771)—его последний роман, выделяющийся в творческом наследии писателя богатым арсеналом комических средств, демократическим пафосом и психологическим мастерством в обрисовке характеров.
[Закрыть] ,
Прежде нежели совсем покинуть этот остров, я хотел бы привести сведения, которые имел возможность собрать там; надеюсь, они будут интересны моим читателям, ибо по большей части записаны от сведущих англичан, долгое время там проживших. Я, разумеется, допускаю, что кому-то из моих читателей сведения о Мадере покажутся излишними; по если они не найдут их у множества путешественников, которые обошли на своих кораблях весь свет, а это в данном случае, видимо, так, то я не нуждаюсь в дальнейших оправданиях. Слишком легко не заметить вещей, лежащих перед самой дверью, интересуясь прежде всего «открытиями», которые кажутся более важными, когда они касаются стран отдаленных.
Остров Мадера имеет около 55 английских миль в длину и 10 миль в ширину. Его открыл Жуан Гонсалес Зарку 2 июля 1419 г.; легендарный же рассказ, будто он был найден неким англичанином Мекином, исторически ни на чем не основан [67]67
Не исключено, что Мадейра была открыта финикийцами или карфагенянами еще в античные времена. Но подлинное открытие этого архипелага произошло в 1419 г., когда португальский мореплаватель Жуан Гонсалвиш Зарку обнаружил небольшой о-в Порту-Санту, а в следующем году он же открыл сам о-в Мадейра.
[Закрыть].
Остров делится на две капитании, которые называются по находящимся в них городам Фушнал и Машину. В первой капитании есть две судебные палаты (Judicatura),одна из них в Фуншале, другая в Кальетте, небольшом городке, область которого называется графством и принадлежит семейству Кастельо Мельор. Во второй тоже есть два суда, один в Машику и один в Сан-Винсенте.
Фушнал, единственный город (cidade)на этом острове, расположен на его южном побережье под 32°33'34" северной широты и 17°12'7" западной долготы по Гринвичу. Кроме этого города здесь еще семь поселков, или вилл (villas).Четыре из них – Кальетта, Камара ду Лобос, Рибейра Браба и Понта ду Сол – относятся к капитании Фушнал, разделенной на двадцать шесть церковных приходов, три других – Машику, Сан-Винсенте и Санта-Крус – относятся к капитании Машико, в которой семнадцать церковных приходов.
Губернатор является главой всех гражданских и военных учреждений на этом острове, равно как и на островах Порто-Санто [Порту-Санту], Сальважес [Селважен] и Дезерта. Когда я находился на Мадере, эту должность исполнял дон Жуан Антониу ду Сан Перейра. Он слыл человеком знающим и рассудительным, но притом весьма сдержанным и до крайности осторожным.
Департамент юстиции подчиняется коррегидору, к которому направляются апелляции из всех низших судебных инстанций. Король, сам назначающий на эту должность и лишающий ее, обычно направляет для нее людей из Лиссабона. Каждая судебная палата (Judicatura)состоит из сената, члены которого выбирают своим председателем одного из судей ( Juiz).В Фуншале его называют Juiz da Fora,и в отсутствие коррегидора или в случае его смерти он считается его представителем. Иностранные купцы избирают своего собственного судью, провидора, который одновременно собирает королевские пошлины и доходы. Они в целом составляют примерно 120 тысяч фунтов стерлингов и по большей части расходуются на жалованье королевским чиновникам и войскам, а также на содержание общественных зданий. Складываются они из десятины с урожая, которая принадлежит королю как гроссмейстеру ордена Христа [68]68
Орден Христа – духовный рыцарский орден в Португалии, основанный в 1318 г. В 1550 г. папа римский передал руководство орденом португальской короне, и с тех пор его гроссмейстерами стали португальские короли.
[Закрыть], далее, из десятипроцентного налога со всех поступающих товаров, за исключением только продовольствия, и, наконец, из налога в одиннадцать процентов на все вывозимые товары. На острове есть лишь единственная рота регулярных войск численностью в сто человек; зато милиция насчитывает три тысячи человек и разделена на роты, каждая из которых имеет капитана, лейтенанта и прапорщика. Ни офицеры, ни рядовые в этой милиции не получают жалованья, но, поскольку принадлежность к ней дает известное положение, каждый туда стремится. Ежегодно устраиваются сборы, и в течение месяца проводятся учения. Все военные подчиняются Sejante Моr,а два Capitanos du Salнесут адъютантскую службу при губернаторе.
Число священнослужителей на этом острове достигает 1200, многие из них используются в качестве домашних учителей. После изгнания иезуитов здесь нет официальных орденских школ, кроме единственной семинарии, где оплачиваемый королем священник преподает десятку студентов. Эти студенты поверх обычного черного студенческого платья носят красный плащ. Однако тому, кто хочет быть посвящен в сан, необходимо пройти обучение в недавно созданном университете Коимбры, в Португалии. На Мадере существует также капитул, подчиняющийся епископу, чьи доходы превосходят губернаторские, поскольку он получает 110 пип вина и 40 муи пшеницы, муи составляет 24 английских бушеля [69]69
П и п а – старинная мера жидкостей в испанских и португальских колониях. В XVIII в. ее величина колебалась в пределах 430—550 л, а для мадейрского вина равнялась 490,71 л.
М у и (правильно м о й о) – старинная португальская мера сыпучих тел, составлявшая ок. 830 л.
Бушель – английская мера сыпучих тел, равная в XVIII в. 35,24 л.
[Закрыть]. В пересчете на деньги это обычно приносит ему около 3 тысяч фунтов стерлингов в год. В четырех монастырях, один из которых находится в Фуншале, живут также 60—70 францисканцев. Около 300 монашенок распределены по четырем монастырям, принадлежащим к орденам Мерси, Санта-Клары, Инкарнасау и Бон Жезус. Монашенки последнего ордена имеют право покидать монастырь и выходить замуж.
В 1768 году общее число жителей в сорока трех церковных приходах Мадеры составляло 63 913 человек, из них 31341 мужского и 32 572 женского пола. В одном лишь этом году умерло 5243 человека, родилось же всего 2198 детей, то есть смертей на 3045 больше, чем рождений. Вполне вероятно, что это было связано с какой-то эпидемией, ибо иначе остров давно стал бы необитаемым, тогда как климат его превосходный, погода по большей части мягкая, а жара в более высоких местах даже летом бывает весьма умеренная, так что люди богатые проводят там свой летний отдых. Зимой горы здесь по многу дней бывают покрыты снегом, в местах же более низменных он держится не дольше одного-двух дней. Впрочем, на достоверность наших сведений о рождениях и смертях можно положиться, так как мы имели возможность получить через секретаря губернатора выписку из церковных книг.
Люди из простонародья темнокожи и хорошо сложены; правда, у них большие ступни, что, возможно, связано с хождением по крутым и каменистым горным дорогам. Лица удлиненные, глаза темные, волосы черные и от природы кудрявые, у некоторых даже по овечьи курчавые, что, вероятно, объясняется смешением с неграми. В общем они выглядят неуклюжими, но не вызывают отвращения. Женщины безобразны, они лишены того нежного цвета кожи, который наряду с изящной хорошенькой фигурой обеспечивает нашим северянкам преимущество перед другими женщинами. На Мадере женщины малорослы, широки в костях, это относится и к лицу, но особенно, к ногам. В их манере одеваться и вести себя также нет особой приятности; что же до цвета кожи, то они очень смуглы. Впрочем, хорошие пропорции, красивая форма рук и большие живые глаза в какой-то мере компенсируют эти недостатки. Рабочий люд летом носит полотняные матросские штаны, грубые рубахи, большие шляпы и сапоги. Некоторые имеют короткий суконный камзол и длинный плащ, его они иногда перекидывают через руку. Женщины носят юбки и короткий узкий корсаж; наряд этот хоть и прост, но некоторым очень к лицу. Носят они также короткую широкую накидку, голова же остается совершенно непокрытой, и незамужние женщины укладывают волосы на макушке в узел.
Живут здесь плохо и на редкость скудно, питаются по большей части хлебом с луком или другими овощами, изредка мясом. При всем том потрохами и прочими мясными отходами здешние жители пренебрегают, «глотателями кишок» называются у них самые последние нищие. Пьют они обычно воду или же плохонький напиток, приготовляемый из винограда и воды; перебродив, он становится слегка острым и кислым, однако его нельзя долго хранить. Само же вино, которое принесло острову такую славу и которое делается их же руками, им редко перепадает. Главное их занятие – виноградарство, а поскольку виноградники большую часть года не требуют ухода, люди могут вволю предаваться праздности, которая так естественна в странах теплых и плодородных. Португальское правительство, похоже, до сих пор не придумало, как с этим бороться; правда, недавно издан приказ, требующий сажать маслины там, где земля слишком суха и не подходит для виноградников, однако никто не позаботился для начала как-то поддержать земледельцев или пообещать вознаграждение, которое поощрило бы их охотнее взяться за новое дело.
Виноградники сдаются в аренду и всегда только на один год. Арендаторы получают четыре десятых урожая, еще четыре десятых идут землевладельцу, одна десятая – королю и одна – духовенству. Столь малая доля и чувство, что ты просто работаешь на других, конечно, обескураживают и лишают людей надежды. Однако, несмотря ни на что, они веселы и довольны, за работой поют, а вечерами собираются, чтобы потанцевать под монотонные звуки гитары.
Городские жители видом еще безобразнее сельских. К тому же нередко они бледны и худы. Мужчины ходят во французском, преимущественно черном платье, однако обычно одежда бывает не по мерке и кажется вышедшей из моды еще полсотни лет тому назад. Дамы сложения более нежного и приятного, однако ревность, от рождения присущая здешним мужчинам, вынуждает их жить замкнуто и лишает радостей, какие даны даже более бедным деревенским женщинам. Люди знатные образуют нечто вроде аристократии, однако они до того гордятся своими предками, что поневоле держатся замкнуто, невежественно и до смешного чопорно. Земельные владения принадлежат нескольким старым семействам, живущим в Фуншале и других здешних городах.
Мадера представляет собой одну большую гору, которая поднимается со всех сторон к середине острова; на ее вершине есть углубление, называемое местными жителями Valи поросшее, по их словам, мягкой вечнозеленой травой. Камни, которые мы имели возможность изучить, по-видимому, все побывали в огне, они были ноздреватые, черного цвета, словом – это в основном лава. Многие камни напоминали породу, которую горняки в Дербишире называют dunstone.Почва по всему острову состоит из туфа, смешанного с глиной и песком, такую же почву мы встретили потом на острове Вознесения. Все это дает мне право заключить, что эти лавы и охры выброшены вулканом и что вышеупомянутое углубление на вершине горы было когда-то кратером, то есть отверстием. Правда, при первом взгляде на Мадеру я был другого мнения; лишь черная скала Лу-Рок или скалы, на которых стоит крепость Сан-Жуанну, равно как свойства почвы и камней, наконец, расположение упомянутого углубления убедили меня, что все это прошло через огонь.
Остров расчленяют несколько ручьев, устремляющихся сверху по глубоким ущельям; равнин же, которые якобы видели путешествовавшие до нас [70]70
См. у Хауксуорта в «Истории английских морских путешествий вокруг света».
См. об этом издании примеч. 11 .
[Закрыть], мы здесь нигде не, нашли. Кое-где в руслах можно видеть скопления больших и, малых камней, принесенных сюда сверху потоками воды, главным образом зимой, в пору сильных дождей. Для блага виноделия вода с помощью плотин и каналов направляется к виноградникам, дабы хозяева в определенное время могли ею пользоваться. Некоторые имеют воду круглый год, другие три раза в неделю, а иные два или даже всего только один раз. Так как в столь жарком климате ни один виноградник не может обойтись без орошения, они требуют больших затрат и устраиваются по возможности там, где можно иметь воду круглый год.
Если в горах попадается хотя бы клочок ровной земли, который можно приспособить для земледелия, на нем сажают съедобные коренья ( Arum esculentum Linn.) [71]71
Имеется в виду таро (Colocasia esculenta)– тропическое растение семейства ароидных, крахмалистые клубни которого употребляются в пищу.
[Закрыть] и для сохранения влаги окучивают их землей, ибо это растение лучше всего развивается на влажных почвах. Листья идут на корм свиньям, корнями же охотно лакомятся сами местные жители. Для той же цели сажают сладкий картофель ( Convolvulus batatas) [72]72
Батат, пли сладкий картофель (Ipomoea batatas),– тропическое растение семейства вьюнковых. В пищу идут его клубни, имеющие сладковатый вкус.
[Закрыть], который наряду с каштанами составляет основу их питания. Большие каштановые леса растут в горах, где нет виноградников. Сеют также пшеницу и ячмень, преимущественно там, где лозы уже состарились или где их только собираются сажать. Однако всего урожая зерновых едва хватает на три месяца, так что жителям приходится ввозить продовольствие, особенно североамериканское зерно. Ежегодно они получают его в больших количествах в обмен на вино. Причина плохих урожаев отчасти в недостатке удобрений, отчасти в лености здешнего народа; но даже если бы земледелие здесь велось наилучшим образом, зерна, по-видимому, все равно бы не хватало.
Гумна здесь круглые, их устраивают на самом краю поля, где для этого очищают и утаптывают землю. Снопы кладут по кругу, и пара волов волочит по ним четырехугольную доску, усаженную снизу острыми кремнями. Чтобы доска была тяжелее, погонщик сам на нее становится. Солома, таким образом, превращается в сечку, а зерно выбивается из колосьев.
Самая важная статья дохода на Мадере – вино, которым и знаменит этот остров. Виноградники разбивают всюду, где только позволяют место, почва и вода. В каждом устраивается один или несколько проходов шириной от 3 до 6 футов. По обеим сторонам проходов идут стенки высотой в 2 фута. Сверху эти проходы перекрыты решетчатым сводом высотой в 7 футов, а вдоль них на одинаковом расстоянии друг от друга стоят столбы, на которых крепятся решетки из бамбука. Эти решетки покрывают весь участок по обеим сторонам крытого прохода на высоте примерно 2 футов от земли. Таким образом они дают опору побегам, а у работников остается место, чтобы выпалывать сорняки между лозами. При сборе винограда они ползают под решеткой, срезают гроздья и собирают их в корзины. Я видел здесь гроздья весом более 6 фунтов. Такой способ содержать почву чистой от сорняков, сохранять в ней влагу, а самим гроздьям обеспечивать достаточно тени и придает вину Мадеры те превосходные вкусовые свойства, которыми оно славится. Однако он связан с необходимостью занимать часть земли под посадки бамбука, без которого нельзя соорудить решетки. Если какой-то виноградник не удается обеспечить бамбуком, он не может быть как следует оборудован и потому становится непригоден для пользования.
Вино бывает разного качества и цены. Лучшее получается из того сорта винограда, что был доставлен сюда из Кандии [остров Крит] по повелению дона Генриха, инфанта Португалии [73]73
Речь идет о португальском принце Генрихе (1394—1460) – организаторе морских экспедиций к островам центральной части Атлантического океана и берегам Африки.
[Закрыть]. Называется оно «Мальвазия Мадеры». Пипу здесь на месте продают не дешевле чем за 40—42 фунта стерлингов. Это вкусное сладкое вино, но его мало. Следующий сорт – сухое виноградное вино, какое привозится в Лондон; пипа его стоит 30—31 фунт. Сорта похуже, которые поставляют для Ост– и Вест-Индии, а также для Северной Америки, стоят в зависимости от качества 28—30 фунтов стерлингов. Ежегодно здесь получают около 30 тысяч пип, в каждой по 110 галлонов [74]74
Галлон – английская мера жидкостей, которая в XVIII в. равнялась 3,79 л.
[Закрыть]. 30 тысяч пип лучших сортов идет на вывоз, остальное вино частью потребляется на самом острове, частью перегоняется для изготовления водки, которую отправляют в Бразилию, частью идет на производство винного уксуса.
Виноградники окружены либо каменными оградами, либо живыми изгородями из гранатов, миртов, ежевики и дикой розы. В садах выращивают персики, абрикосы, айву, яблоки, груши, грецкий орех, каштаны и другие европейские плоды, а иногда и такие тропические растения, как бананы, гуайявы [75]75
Гуайява (Psidium guajava)—вечнозеленое дерево семейства миртовых, возделываемое во многих тропических странах. Плоды отличаются приятным вкусом и высокой питательностью.
[Закрыть]и ананасы.
Домашние животные на Мадере те же, что и в Европе, правда, бараны и быки тут невелики, но мясо их весьма вкусно. Лошади тоже низкорослые, но крепкие. Они легко взбираются по самым крутым горным тропам, поскольку других дорог здесь нет. Колесных повозок тут вовсе не знают, но в городе можно увидеть нечто вроде полозьев или саней из двух соединенных поперечинами брусьев, которые спереди образуют острый угол; в них запрягают волов и возят так бочки с вином или другие тяжелые грузы.
Здесь больше разнообразных диких птиц, чем другой дичи, единственным представителем которой можно считать лишь кролика. Видели мы прежде всего ястребов (Falco nisus),много ворон (Corvus coronе),сорок ( Corvus pica),лесных и полевых жаворонков (Alauda arvensis et arborea),скворцов (Sturnus vulgaris),овсянок (Emberiza citrinella),обычных и горных воробьев (Fringilla domestica et montana),желтых трясогузок и малиновок ( Motacilla flava et rubecula),а также диких голубей, разновидность которых не смогли определить. Попадались нам также домашние и береговые ласточки ( Hirundo rustica et apus),a no словам некоторых господ из английской фактории, они видели здесь и ласточек деревенских ( Hirundo urbica).Ласточки остаются тут на всю зиму, их бывает не видно лишь в редкие холодные дни, когда они прячутся в расщелинах скал, но с первым же теплом они появляются снова. Красноногая куропатка ( Tetrao rufus)держится во внутренних частях острова, видимо потому, что там ей спокойнее, нежели в других местах. У господина Лафнана в клетке я видел красноклювого воробья (Loxia astrild),зяблика, щегла, сарыча и канарейку (Fringilla coelebs, Carduelis, Butyracea canaria);все они были пойманы на острове. Домашняя птица – индюки, гуси, утки, куры – здесь редкость, должно быть, из-за недостатка зерна.
Змей на острове вовсе нет, зато все дома, виноградники и сады кишат ящерицами. Монахи в одном здешнем монастыре жаловались, что эти ящерицы причиняют большой вред садам; чтобы от них избавиться, они закапывают в землю большой латунный котел, куда эти животные, всюду шныряющие в поисках пищи, попадают сотнями и гибнут, не умея выкарабкаться по гладкому металлу.
Море вдоль побережья Мадеры и соседних островов Сальважес и Дезерта не бедно рыбой, но ее не хватает для соблюдения постов, поэтому селедку привозят английские суда из Готенбурга [Гетеборг], а соленую и вяленую треску – из Нью-Йорка и других мест Америки.
Насекомых мы видели мало, хотя, останься мы тут подольше, возможно, встретили бы еще. Все они были известны и разнообразием не отличались. По этому поводу я хотел бы сделать замечание, которое относится ко всем островам, где мы побывали в ходе нашего путешествия. Четвероногих животных, амфибий и насекомых на островах, лежащих далеко от материка, бывает немного; первых можно здесь увидеть лишь в том случае, если они завезены сюда человеком. Напротив, рыбы и птицы, способные найти сюда путь без посторонней помощи, по воздуху и по воде, встречаются чаще и отличаются большим разнообразием. Крупные же материки богаты вышеназванными видами животных, равно как и птицами и рыбами, которые, как уже было сказано, распространены повсюду. Так, в Африке мы за несколько недель смогли встретить множество самых разнообразных видов четвероногих животных, амфибий и насекомых, тогда как в других местах из числа таковых нам не попалось ничего нового.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Плавание от Мадеры к островам Зеленого Мыса и оттуда к мысу Доброй Надежды
Поздно вечером 1 августа мы и «Адвенчер» снова подняли паруса. Северо-восточный ветер настолько благоприятствовал нашему плаванию, что уже утром четвертого мы увидели остров Пальма. Согласно нашим астрономическим вычислениям, он лежит под 28°38' северной широты и 17°58' западной долготы и является одним из островов, которые древним были известны под названием Счастливых (Insulae fortunatae); один из них уже тогда назывался Канария [76]76
Вероятно, древним были известны не только Канарские острова, но и Мадера [Мадейра] и Порто-Санто [Порту-Санту]; если это так, то можно понять, почему они по-разному оценивали число этих островов (Plin. Hist. Nat. VI, 37). Описания древних согласуются также с более поздними. Vossius ad Melam, cap. X, 20: «Ex iis-dem quoque insulis» et. с d. i.. С этих же островов в Рим доставлялась киноварь; еще и сейчас там встречается дерево, дающее киноварь. Его называют «драконья кровь». Известно также свидетельство Плиния (VI, 36), что Юба, король Мавритании, получал с этих островов, расположенных напротив земли автололиев, пурпур. – примеч. Форстера
Имеется в виду сочинение римского географа I в. н. э. Помпония Мелы «De Chorographia», изданное в 1658 г. в Гааге немецким филологом и путешественником И. Фоссом. В этом примечании Форстер дважды ссылается также на многотомный труд выдающегося римского ученого, писателя и государственного деятеля I в. н. з. Гая Плиния Секунда «Естественная история» – своеобразную энциклопедию естественнонаучных знаний античности.
[Закрыть]. В Европе про них забыли до конца четырнадцатого столетия, когда вновь пробудился дух мореплавания и открытий. В ту пору они были заново открыты искателями приключений, а бискайские мореплаватели высадились на острове Лансароте и вывезли с него сто семьдесят жителей. Луис де ла Серда, испанский дворянин королевской крови из Кастилии, получил с помощью папской буллы права собственности на сии острова и в 1344 году, еще не вступив по-настоящему во владение этими землями, принял титул принца Счастливых островов. Затем в 1402 году сюда прибыл барон Жан де Бетанкур из Нормандии. Он объявил Канарские острова своей собственностью, а себя самого – их королем. Однако его внук уступил все права на них дону Генриху, португальскому инфанту, пока наконец они не перешли к Испании, которая владеет ими и сейчас.
На другой день в 5 часов утра мы прошли остров Ферро, примечательный тем, что некоторые географы провели начальный меридиан через его западную оконечность [77]77
В различные времена и у разных народов за начальный меридиан (0°) принимались различные меридианы. Известный греческий математик, физик и астроном Клавдий Птолемей, живший в Александрии во II в. н. э., проводил его через Счастливый (один из Канарских островов), считая этот остров самой западной оконечностью света. Чтобы не нарушать счисления, предложенного Птолемеем, конгресс географов, собравшийся в Париже в 1634 г., предложил считать начальным меридианом тот, который проходит через о-в Ферро. Английские мореплаватели XVIII в., включая Дж. Кука, исходили из того, что начальный меридиан проходит через обсерваторию в Гринвиче. Это счисление стало общепризнанным в 1884 г. по международному соглашению.
[Закрыть]. Согласно астрономическим наблюдениям, произведенным капитаном Куком, западная оконечность острова расположена под 27°42' северной широты и 18°9' западной долготы.
В день, когда корабль находился примерно под 27° северной широты, мы видели множество летучих рыб, которые выпрыгивали над водой, преследуемые бонитами и дорадами [78]78
Б о н и т о, или малый тунец (Katsuwonus pelamis),– промысловая рыба семейства тунцовых отряда окунеобразных.
Д о р а д а – очевидно, имеется в виду корифена, или макрель золотая (Соrурhaena hippurus),промысловая рыба семейства корифеновых, или дорадовых, семейства окунеобразных.
[Закрыть]. Они летали в разные стороны, а не только против ветра, как, видимо, полагал Кальм [79]79
Кальм, Пер (1716—1779) – шведский натуралист, ученик Линнея. На средства Шведской академии наук совершил путешествие в Северную Америку в 1748—1751 гг. Трехтомное описание его путешествия появилось на шведском языке в 1753—1761 гг. и тогда же было переведено на немецкий.
[Закрыть]. Кроме того, они могли лететь не только по прямой, но и по кривой линии. Если на их пути вставал гребень волны, они проходили его насквозь и продолжали полет по другую его сторону. С этого дня и до тех пор, покуда мы не покинули жарких областей (Zona torrida),мы почти ежедневно могли наблюдать игру несметного множества этих рыб. Некоторые, залетев, на свою беду, слишком далеко или слишком высоко и потеряв силы, попадали на палубу. При той однообразной жизни, какую мы вели, плывя между тропиками, когда погода, ветер и море благоприятствовали нам, всякая мелочь давала повод для размышлений, и, наблюдая, скажем, как красивые морские рыбы, бониты и дорады, охотятся за меньшими, летучими рыбами, как те, покинув привычную стихию, ищут спасения в воздухе, мы поневоле задумывались о человеке. Ведь разве найдется царство, которое не напоминало бы бурного океана, где те, кто побольше, горделиво блистая своим величием, не преследовали бы малых и беззащитных? И когда несчастные беглецы и в воздухе встречали новых врагов, становясь добычей птиц [80]80
Эти хищные птицы – олуша (Pelecanus piscator), фрегат (Pelecanus aquilis)и красноклювый фаэтон (Phaeton aethcreus).
[Закрыть], сравнение можно было продолжить.
8-го морская волна приобрела беловатый оттенок. Поскольку такая перемена цвета часто предвещает мель или скалы, мы ради предосторожности опустили лот, но на пятидесяти саженях не нашли дна. Вечером миновали тропик Рака. Тем временем наши книги и приборы покрылись плесенью, а железо и сталь на открытом воздухе стали ржаветь. Поэтому капитан Кук приказал тщательно окурить судно порохом и винным уксусом. Должно быть, воздух здесь содержал частицы соли, ибо простая сырость или туман не могли бы произвести подобного воздействия [81]81
Это весьма проницательно установил господин Эллис во время своего путешествия в Гудзонов залив .
См.: Н. Ellis. A Voyage to Hudson Bay, the Dobbs Galley and California in 1746-47. L., 1748.
[Закрыть]. Как тяжелые частицы соли, растворяясь в тумане, могли подняться в воздух, пусть выясняют философы. Особенно интересно было бы узнать, не связано ли упомянутое явление с тем, что в море ежедневно гниет множество живых существ, выделяя летучую щелочь? Сильная жара между тропиками, видимо, делает летучей морскую соляную кислоту, которая содержится в соленой воде, так же как и в поваренной соли. Было, например, замечено, что, если ткань, смоченную в щелочном растворе, повесить над обычным солончаком, на ней скоро появятся кристаллы соли, получившейся из этой щелочи и соляной кислоты. Отсюда, видимо, следует, что морская соляная кислота в жарком климате становится летучей и, находясь в испарениях воздуха, воздействует на железо и сталь. Для человека же, который весьма страдает здесь от жары, это должно быть очень полезно, поскольку такие испарения укрепляют легкие и слегка стягивают кожу, предотвращая слишком сильную потерю жидкости.
Среди предупреждающих и лечебных средств против морской цинги, которые мы взяли с собой из Англии, была сгущенная пивная эссенция [82]82
Пивное сусло, или маиш, выпаривается до тех пор, пока напиток не приобретает консистенцию сиропа; это и называется пивной или сусельной эссенцией. – примеч. Форстера
[Закрыть]. У нас на борту имелось несколько бочек. Но еще прежде чем мы покинули Мадеру, в них началось брожение. Теперь эссенция стала взрывать бочки и вытекать. Капитан надеялся поправить дело и приказал вынести их из нижних, жарких помещений на палубу, где было прохладнее. Однако свежий воздух усилил брожение настолько, что из бочек вышибло днища; при этом раздавался каждый раз звук, будто стреляли из ружья, а перед этим обычно выходил дымок или пар. По совету моего отца эссенция, забродившая в одной из бочек, была перелита в другую, которую перед этим тщательно окурили серой. На несколько дней брожение утихло, но затем возобновилось, причем главным образом в бочках, стоявших на свежем воздухе. Некоторые же, лежавшие в глубине, среди камней балласта, держались лучше, во всяком случае не взрывались. Вероятно, процессу брожения в них помешала примесь водки двойной перегонки. Впрочем, пиво, которое получалось из такого сусла, если его просто разбавить теплой водой, было очень хорошим и пригодным для питья, хотя из-за выпаривания у него был немного пригорелый привкус.
11 августа показался Бонависта [Боавишта], один из островов Зеленого Мыса; а когда на другое утро погода после ливня прояснилась, мы увидели и остров Сантьяго [Сантьягу] и в три часа пополудни бросили якорь в бухте Порто-Прайя [Прая], «расположенной на южной стороне острова под 14°53'30" северной широты и под 23°30' западной долготы».
На другой день утром мы сошли на берег и нанесли визит коменданту форта дону Хосе де Силве, радушному человеку, который немного говорил по-французски. Он представил нас генерал-губернатору островов Зеленого Мыса по имени Жуакин Салама Салданья де Лобос. Обычно он живет в Сантьяго, главном городе этого острова, но из-за болезни, о коей свидетельствовала бледность его лица, уже два месяца как находился здесь, поскольку воздух в этих местах считается более здоровым. Жил он в комнатах коменданта, который посему принужден был довольствоваться жалкой хижиной. От него мы получили некоторые сведения об этих островах.
Антонио Нолли, вероятно тот самый, кого другие зовут также Антониотто, генуэзец, находившийся на службе у португальского инфанта дона Генриха, открыл в
1449 году некоторые из этих островов и 1 мая высадился на тот, который, в честь дня открытия, получил название Майо [Маю]. Тогда же был обнаружен и остров Сантьяго. В 1460 году сюда послали еще одну экспедицию, чтобы взять эти острова во владение, устроить там колонию и по-настоящему обосноваться. Тогда же были открыты и остальные острова. Сантьяго – самый крупный из них, длиной около семнадцати лиг [83]83
Л и г а ( л ь ё) – старинная мера длины, равная в большинстве западноевропейских государств 3 милям. В Португалии лига соответствовала 2 милям, но миля в этой стране была больше обычной и составляла 2065,7 м.
[Закрыть]. Главный город того же названия находится в глубине острова; он является резиденцией епископа, в епархию которого входят все острова Зеленого Мыса. Эти острова разделены на одиннадцать церковных приходов, в самом населенном из них примерно 4 тысячи домов, так что густонаселенными их в целом не назовешь.
Залив Порто-Прайя лежит под крутой скалой, на которую мы поднялись по извилистой тропе. Укрепления со стороны моря представляют собой старые полуразрушенные стены, а со стороны суши – это просто каменная насыпь высотой едва вполовину человеческого роста. Близ порта стоит довольно импозантное здание лиссабонской купеческой компании, которой принадлежит монополия на торговлю с этими островами и которая держит тут агента. Поскольку мы хотели закупить здесь свежее продовольствие, губернатор рекомендовал нам этого агента; тот оказался, однако, господином весьма нерасторопным и, пообещав нам все, что мы запросили, ничего в конце концов не доставил, кроме единственного тощего быка. Вышеназванная компания угнетает бедных здешних жителей и продает им самые плохие товары по неслыханным ценам.
Жителей на Сантьяго мало. Они среднего роста, безобразны и почти все черные, у них курчавые волосы и толстые губы – словом, видом они напоминают самых уродливых негров. Каноник господин Паув цу Ксантен (Pauw zu Xanten) [84]84
[Pauw zu Xanten]. Rechershes philosophiques sur les Americains. Vol. 1, p. 186 .
Паув цу Ксантен, Корнелий де (1739—1799) —голландский этнограф. Его книга, упоминаемая Форстером, была опубликована в Берлине в 1768 г.
[Закрыть], по-видимому, считает их потомками первых португальских колонистов, которые на протяжении девяти поколений, то есть примерно за триста лет, приобрели нынешний черный цвет кожи (сейчас он даже гораздо темнее, чем в его времена). Но повинен ли в этом лишь жаркий здешний климат, как полагают он и аббат де Мане [85]85
[Manet]. Nouvelle histoire de l'Afrique françoise. P., 1767, vol. 2, p. 224.– примеч. Форстера
[Закрыть], или же скорее браки с черными жителями близлежащего африканского побережья, об этом я судить не берусь, хотя граф Бюффон [86]86
Hist. nat. Vol. 6, p. 260. – примеч. Форстера
Бюффон, Жорж Луи Леклерк де (1707—1788) – известный французский естествоиспытатель, директор Ботанического сада в Париже. Форстер ссылается здесь на его основной труд «Histoire naturelle generate et particuiiere», опубликованный в 36 томах в 1749—1788 гг.
[Закрыть]прямо указывает, что «цвет кожи у человека зависит преимущественно от климата». Как бы там ни было, белых среди жителей сейчас очень мало, мы видели, по-моему, не более пяти-шести, считая губернатора, коменданта и торгового агента. На некоторых из этих островов даже чиновники и священники черные [87]87
Форстер осторожно высказал правильную мысль, что темный цвет кожи обитателей островов Зеленого Мыса объясняется не «жарким здешним климатом», а смешением потомков португальских колонистов с «черными жителями близлежащего африканского побережья». Действительно, большинство местного населения составляли негры и метисы.
[Закрыть]. Люди познатнее ходят в старом, ношеном европейском платье, которое они приобрели еще до появления монопольного торгового общества. Прочие довольствуются отдельными предметами европейской одежды – одной рубахой, камзолом, штанами или шляпой – и кажутся вполне довольными своим нарядом, какой он ни есть. Женщины безобразны, на плечах у них лишь кусок полосатой хлопковой ткани, доходящей спереди и сзади до колен; дети же вплоть до совершеннолетия ходят совсем нагишом.
Деспотизм губернатора, руководство суеверных и слепых священнослужителей, а также невнимание со стороны португальского правительства привели к тому, что народ здесь поистине живет едва ли не в более бедственных условиях, чем даже черные африканские племена; в таких условиях трудно умножать богатство страны. Конечно, жители теплых стран вообще склонны к лености, но, когда они заранее знают, что все попытки улучшить свое положение принесут им лишь еще больше мук и несчастий, они становятся тем более ленивыми, равнодушными к любому усилию, угрюмыми, апатичными и охотно прибегают к нищенству как к единственному средству, которое может защитить их от алчной хватки жестоких господ. Да и к чему им трудиться, отказываясь от покоя и сна, сей единственной отрады в их тяготах, если они знают, что плоды их трудов пойдут не им, а лишь умножат богатство других?
Человек, не видящий впереди ничего хорошего, потерявший даже надежду на счастье, конечно, не склонен жениться. Когда столь трудно обеспечить себя хотя бы самым малым, лучше не взваливать на свои плечи еще и заботы о доме и семье. К тому же плодородие и урожайность здешней засушливой земли зависят от того, выпадет ли в нужное время года достаточное количество дождей; если, на беду, их окажется недостаточно, то на полях и лугах все засохнет и выгорит, тогда неизбежен голод. Нетрудно вообразить, что подобные бедствия тоже отпугивают жителей от радостей семейной жизни, ибо им приходится опасаться, как бы нужда и рабство не стали уделом и их несчастных детей [88]88
Когда в 1775 г. на обратном пути в Англию мы снова прибыли на мыс Доброй Надежды, нам рассказали, что два прошедших года на этих островах царил всеобщий голод. Сотни жителей в ту пору умерли голодной смертью, и многие, чтобы только спастись, согласились продать себя вместе с женами и детьми в собственность капитану одного голландского судна, стоявшего тогда на якоре у Сантьяго. Желая извлечь выгоду из их беды, он взял их на борт, доставил на мыс Доброй Надежды и там продал. Когда голландские власти в Капстаде [Кейптаун] узнали о сей постыдной торговле, они приказали капитану выкупить этих несчастных снова за собственный счет, возвратить на родину и получить от португальского правительства письменное подтверждение, что сие было выполнено. – примеч. Форстера
[Закрыть].
