Текст книги "Две жизни в одной. Книга 2"

Автор книги: Гайда Лагздынь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ. Шагай к Главному злыдню. Скажи, что я приказал ему выдать тебе три мешка этих ба-на-нов! (Зловеще.) Сейчас он тебе отвесит три мешка!

ЭГОИСТ. А ты чего, уже главным стал? (Делает вид, что уходит, сам прячется.) Такой я дурак, чтобы поверить Трехликому! Всегда всех обманывает... Мою черную волшебную грязь взял. Я своего не упущу! Отниму!

СЦЕНА III

Еле бредут уставшие дети Никитка и Маня. Появляется Трехликий, за ним крадется Эгоист.

МАНЯ. Устала я, братик. Сил нет больше идти.

НИКИТКА. Крепись, сестрица. Матушка в неволе. Отыщем голубой ключ. Он волшебный, добрый, поможет. А слова, что матушка говорила, ПОМНИШЬ? (Маня кивает головой, Никитка переходит на шепот.)

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ – СТАРЕЦ. Матушка сказывала, что искать тот источник надобно ночью до первых, вторых, крайне, третьих петухов. Ночью-то он светится! (Повторяет про себя подслушанные слова Трехликий, надевая одежду и маску седого деда).

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ – СТАРЕЦ. Куда путь держите, внучата-сорочата?

МАНЯ. К голубому источнику. Как до него, дедушка, добраться?

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ – СТАРЕЦ. Зачем вам, детушки, голубой ключ?

МАНЯ. Матушка говорила, что если его водой... (Никита дергает ее за косу, та умолкает.)

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ – СТАРЕЦ. Идтить надобно, внучата-сорочата, только ночью. Ночью ключ светится голубым светом. Но лишь до первых, вторых, крайне третьих, петухов.

МАНЯ (осмелев). Правильно. И матушка так говорила. Свет источника виден добрым людям, идущим с добрыми намерениями. А когда он рядом, виден всем!

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ – СТАРЕЦ. То-то ключ мне не открывается (в сторону.) За ними и пойду (вслух). Счастливого пути, внучата-сорочата! (Садится.) А вот я не могу идти. От голода отощал. Все на мне болтается.

МАНЯ. И нам поделиться нечем. Разве вот серебряно колечко. В деревне, коли недобрые селяне, выменяешь на хлеб.

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ – СТАРЕЦ. Мне бы поясок еще. Ночи-то темные, холодные. Поддувает. Совсем озяб.

НИКИТКА. На поясок, подпояшься! (Снимает, отдает. Трехликий выхватывает кольцо, хватает поясок, исчезает.)

МАНЯ. Дедушка, где ты? Куда подевался?

НИКИТКА. Странно все это. Наверное, не надо было пояс отцовский отдавать. Но дело сделано. Маня, смотри?!

На краю сцены возникает свечение голубого источника, танец и музыка голубых теней.

МАНЯ. Никитка, пошли скорее, пока петухи не пропели!

Дети идут навстречу сиянию, источник приближается. Трехликий крадется следом, за Трехликим – Эгоист.

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ – СТАРЕЦ. Вот и голубой источник!.. Виден... (Забегает вперед детей, вытаскивает из-за пазухи пучок травы, поджигает, делает костерок из веток, колдует.)

Черный ворон, закружи, черных дел наворожи!

Ты гори, дурман-трава! Закружится голова,

У костра отдохнут и останутся тут!

Пояс да серебряно колечко вас теперь не оберегут! (Появляются дети.)

НИКИТКА. Смотри, никак костер? Кто-то оставил.

МАНЯ. Ночь, холодно, сыро, темно. Погреемся, Никитка? Сил нет больше идти. Голубой ключ совсем рядом. И первые петухи еще не кричали... Спать хочется...

НИКИТКА. И мне охота...

МАНЯ. Не уснуть бы! (Кладет голову на плечо брату.)

Слышна музыка голубых теней. Из темноты ярче вырисовывается источник – голубой кувшин. Слышен крик первых петухов, но дети его не слышат.

ТАНЕЦ РОДНИКА, ГОЛУБЫХ ТЕНЕЙ И ТРЕХ СЕСТЕР

СЕСТРЫ

Прозрачен, хрустален наш ключ.

Волшебны чудесные струи,

А коль прикоснется к ним луч,

Они зазвенят словно струны.

Припев:

(Поют, танцуют тени)

Голубые феи – феи чистоты!

Охраняют ключ тот голубой воды.

Охраняют ключ тот голубой воды

Голубые феи, феи чистоты!

ГОЛОСА СЕСТЕР:

Доброта,

Радость,

Прилежанка!

(Сестры делают реверанс.)

СЕСТРЫ

Ты сделай один хоть глоток,

Прохладной живительной влаги,

Сильнее забьется исток

Любви, и добра, и отваги.

Припев:

Голубые феи – феи чистоты!

Охраняют ключ тот голубой воды.

Охраняют ключ тот голубой воды

Голубые феи, феи чистоты —

Доброта,

Радость,

Прилежанка!

(Сестры делают реверанс.)

К источнику подкрадывается Трехликий с кувшинчиком черной грязи.

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ. До первых петухов не успел, до вторых управлюсь. Внучата-сорочата крепко-накрепко уснули и нав-сег-да! Теперь-то уж быть мне Главным злодеем темного царства! (Прячет кувшин в кустах, за которыми притаился маленький Эгоист.) Итак, сестричек, значит, зовут: Доброта, Радость, Прилежанка. Только бы сестер, что стерегут источник пуще глаза своего, выманить. (Надевает маску Старца, опираясь на палку, идет к источнику. Голубые тени затрепетали.)

ДОБРОТА. Сестра-Радость, смотри, дедушка седой... Присядь-ка скорее, отдохни с дороги!

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ (в сторону). Как слепят меня эти голубые струи! И в землю добрые слова вминают! (Прикрывает глаза ладонью.)

РАДОСТЬ. Сестра-Доброта, сестра-Прилежанка! Давайте споем дедушке песню!

ПРИЛЕЖАНКА (рождается из голубого света). Хорошо, милые сестрицы, но сначала напоим хрустальной водой, умоем гостя, а уж потом... Вторые петухи еще не кричали, можно, дедушка, до восхода солнца и прилечь?

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ (очень испугался и стал закрываться). Что вы, девицы пригожие! Некогда отдыхать! Дорога каждая минута! Беда! Злыдни, по приказу царицы мрака Черноты Второй, матушку-красавицу Анастасию в черную птицу превратили, грозятся руки, добро сеющие, отсечь!

Сынка ее младшего, Ванятку, извели. А теперь и старшеньких, Никитку да Манечку, злыднями хотят сделать. Спасайте детей и Анастасию, добрые ласковые феи! Бегите, сестрицы-водяницы! (Те заторопились.) А ты чего не торопишься? (Прилежанке.)

ПРИЛЕЖАНКА. Нам, дедушка, уходить от голубого источника никак нельзя. Сестрицы: Доброта, Радость и я – Прилежанка – хранительницы его. Да и струи без нас иссякнут.

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ. А как же дети, мать? Погубят их злыдни!

ПРИЛЕЖАНКА. Ну что ж... Идите... Милые сестры, Доброта и Радость, прощайте. Возьмите сосуд с голубой хрустально-чистой водой. Волшебство ее действует, пока не прокричали третьи предрассветные петухи. Да будьте осмотрительны! (Те уходят.)

Трехликий Иви сбрасывает маску Старца. Голубые тени заколебались еще сильнее, затрепетали, сбились в кучу.

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ. Свершается моя мечта. Сейчас я, Трехликий злодей, исполню волю царицы мрака Черноты Второй, залью голубой ключ черной грязью и стану Главным злыднем темного царства! И забьет здесь черный источник! И я буду им повелевать! (Ищет в кустах кувшин.)

ПРИЛЕЖАНКА. Сестры милые! Доброта! Радость! Помогите! (Решительно.) Ну нет! Не отдам волшебный чистый источник с хрустальной водой!

Прилежанка стремительно очерчивает круг вокруг источника. Голубые тени быстро, решительно затанцевали по очерченному кругу. Появился Эгоист.

ЭГОИСТ. А кувшинчик мой, мой, мой! Мо-о-й! Обманули дурака на четыре кулака! (Подбегает к роднику.) Красиво-то как! (Застывает от света источника.)

Прилежанка берет горсть воды – ленты, платок и т.д., касается Эгоиста, черного кувшинчика. Эгоист превращается в Ваню, черный кувшинчик в голубой – подмена.

ПРИЛЕЖАНКА

Голубая водица, водяная сестрица!

От злого навета, от черного цвета,

От дурного сглазу очисти сразу!

Работа с залом по заучиванию.

ВАНЯ. Спасибо тебе, Прилежанка, что расколдовала.

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ. Так вот в чем тайна волшебной голубой воды! Она смывает грязь, расколдовывает, возвращает доброе имя. Теперь и я слова заветные знаю! (Исчезает.)

ПРИЛЕЖАНКА. Торопись, Ваня. Пока не прокричали третьи предрассветные петухи! Беги в пещеру, помоги всем! Да берегись Трехликого! (Прилежанка подает ему кувшинчик с голубой водой). Заклинание помнишь?

ВАНЯ. Голубая водица, водяная сестрица, от злого навета, от черного цвета, от дурного сглазу очисти сразу! (Повторяет Ваня слова, идя перед закрытым занавесом. Видит спящих ребят). Никита? Маня? Что делать?

Вместе со зрителями проговаривают слова заклинания, брызжет на них водой из голубого кувшина, который ему подарил источник взамен черного. Кувшин ставит неподалеку от себя.

НИКИТКА. Ваня? Или маленький Эгоист переоделся в Ванину одежду?

МАНЯ. Да Ванечка это! Ваня! Откуда ты?

ВАНЯ. Голубой источник мне вернул прежний вид и превратил в вашего брата. Но надо спешить. Спасти матушку, что стала черной птицей. Вот голубая волшебная вода.

Но подкравшийся Трехликий Иви выливает воду из кувшинчика.

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ. Их еще больше добро делающих стало. Ха-ха! Нет голубой воды. Бегите, но матушку вам не вернуть. Все мы коварны в царстве Мрака и Зла. (Проговорив в сторону, надевает маску барашка).

ВАНЯ. Кто опрокинул кувшин? Я вернусь к источнику за водой, а вы спешите на помощь матушке. Я догоню!

Никита и Маня убегают в одну сторону, Ваня в другую. Слышен голос барашка, Ваня останавливается, на него нападает Трехликий.

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ. Ну что, барашек, попался? Вот так-то лучше. (Привязывает Ваню к дереву). Мне сейчас некогда с тобой разбираться, и грязи черной под руками нет, чтоб превратить опять в злыдня! (Убегает).

ВАНЯ. Помогите! Ну хоть кто-нибудь! (Но никого нет. Кричат вторые предрассветные петухи). Ну нет! Или я не бывший злыдень – крошка-эгоист?! (И Ваня развязывает веревки).

СЦЕНА IV

Пещера. Главный злыдень Харитон куражится над птицей.

ГЛАВНЫЙ ЗЛЫДЕНЬ ХАРИТОН. Ну что, Анастасия красавица, черная птичка! Превратить тебя в злыдню али нет? Ты мне только скажи, в какой стороне этот источник? (Вбегает Ефимка-Стукач).

ЕФИМКА-СТУКАЧ. Черной волшебной грязи выдали целый кувшин!

Появляются сестры: Доброта и Радость, бросаются к птице, закрывают ее собой.

ГЛАВНЫЙ ЗЛЫДЕНЬ ХАРИТОН. Откуда такие красавицы к нам пожаловали? Не косые, не кривые, не горбатые, чистенькие?

Кивает Ефимке, тот набрасывает обруч, приковывает к стене, вырывает сосуд с хрустальной водой, выливает на пол пещеры.

ГЛАВНЫЙ ЗЛЫДЕНЬ ХАРИТОН. Вот мы вас сейчас... (Поднимает черный кувшин).

Звучит музыка черных теней, появляется царица мрака Чернота Вторая.

ЧЕРНОТА ВТОРАЯ. Приказ, вижу, выполнили, но... наполовину! Приковали к стене матушку – черную птицу, с сестрами добрыми, ласковыми. Трехликий Иви! Главный злодей царства! Верши свое черное дело! Где ты, Трехликий? (Но его нет.)

ГЛАВНЫЙ ЗЛЫДЕНЬ ХАРИТОН. Я разве не Главный злыдень царства?

ЧЕРНОТА ВТОРАЯ. Был, но Трехликий тебя обскакал. Ты думаешь только о своем величии, но не делаешь ничего. А он работает на свое величие! Ха-ха-ха! Ну если хочешь иметь такой титул, сделай милость, отсеки Анастасии руки!

ГЛАВНЫЙ ЗЛЫДЕНЬ ХАРИТОН. Со всей радостью, ваше величество! Стукач, давай!

Ефимка-Стукач несет секиру. Вбегают Никита и Маня, подбегают к матери-птице, пытаясь ее заслонить.

МАНЯ. Матушка, матушка!

НИКИТКА. Мы здесь, матушка! (Все сбились в кучу.)

ЧЕРНОТА ВТОРАЯ. Теперь все в сборе. Черные слуги... (Вбегает Трехликий Иви.) Ах, вот и ты!

ТРЕХЛИКИЙ ИВИ. Я узнал тайну голубого источника, тайну чистой хрустальной воды. Она смывает грязь, расколдовывает, возвращает доброе имя. Она может превратить и наш черный источник в чистый и добрый! И слова заветные я знаю! Теперь я – Главный злодей, ваше величество!

ЧЕРНОТА ВТОРАЯ. Главный, главный! После меня! Вершите черное дело! Превратите всех в злыдней!

Ефимка-Стукач поднимает секиру над матушкой, Трехликий – кувшин с черной грязью. Вбегает Ваня с голубым кувшином, полным чистой хрустальной водой. Черные силы вздрогнули, отступили, сбились в кучу. Никитка из рук царицы мрака Черноты Второй вырывает цветной кокошник матушки. Звучит мрачная музыка сбора черных сил, затем музыка мрачной песни – заклинания. Черные силы оправились.

Ваня брызжет водой на матушку-птицу, светлые силы повторяют слова превращения: «Голубая водица, водяная сестрица, от злого навета, от черного цвета, от дурного сглазу очисти сразу!» Птица-мать превратилась в матушку, светлые силы сбились вокруг нее. Кричат третьи предрассветные петухи.

ПРОТИВОСТОЯНИЕ ЧЕРНЫХ И СВЕТЛЫХ СИЛ

МРАЧНАЯ ПЕСНЯ – ЗАКЛИНАНИЯ ЧЕРНЫХ СИЛ

Черный мрачный жуткий шепот,

Чудо черное, свершись!

Слов беззвучье, тихий ропот

Черной силе подчинись!

Злобы острой! Яда – грань!

Обезволь и одурмань!

ПРЕВРАТИ В ЗЛЫДНЕЙ!

СВЕТЛАЯ ПЕСНЯ – ЗАКЛИНАНИЯ СВЕТЛЫХ СИЛ

Доброй, светлой ласки шепот,

Чудо ясное, свершись!

Слов беззвучья, тихий ропот

Нежной силе подчинись!

С доброй лаской, солнце, встань,

Освети с любовью рань!

ОТВЕДИ ЗЛЫДНЕЙ!

Черные силы скатились в ком. Выход светлых и темных сил – участников, хоровое исполнение, с поклонами в конце.

ГИМН ДОБРУ

С доброю песенкой каждый знаком,

Песня, как счастье, придет в теплый дом,

Добрая нотка коснется слегка,

И разольется добро, как река!

С мягкой улыбкою ты встретишься вновь,

С ласковой встречей приходит любовь,

Радости нота коснется слегка,

И разольется любовь, как река.

Чудные краски чудесного дня,

Солнечный луч золотого огня,

Доброе сердце к добру позовет,

Доброе сердце к добру приведет!

ПУСТЬ В МИРЕ БУДЕТ ЛЮБОВЬ!

Длительное звучание фонограммы без слов дает возможность повторить несколько выходов, в том числе и по группам участников.

Рецензия на пьесу Гайды Лагздынь «Тайна голубого источника»

Автор рецензии – Л.Е. НЕЧАЕВ, член Союза писателей России, лауреат Первого Всесоюзного конкурса на лучшую детскую книгу Госкомиздата и Союза писателей СССР

«Если точнее, то «Тайна голубого источника» определяется как «музыкальное шоу-спектакль». Анализ, таким образом, чисто литературной стороны дела всей полноты, естественно, не представит. И тем не менее даже не оживленный исполнением текст захватывает... «Тайна...» – это спектакль для детей (как мне представляется, для дошкольного и младшего школьного возраста). Тема – извечная борьба добра и зла, идея – необходимость и возможность отстаивания светлых начал. В сущности, дети с младенчества разбираются в основных категориях жизни: хорошо – плохо, добро – зло, красивое – безобразное, ласковое – обидное и т.п., литературное же, драматическое произведение призвано поддерживать и развивать нравственные, этические, философские основы своими очень особенными, деликатными, таинственными способами. Гайда Лагздынь с успехом применяет эти «таинственные средства». Очень импонирует в пьесе апелляция к фольклору – в лексике, в интонациях, в реалиях, в самой прописи характера матушки Анастасии – доброй, ласковой. Ее младшего сына Ваню похитили злые силы, и он стал абсолютным эгоистом, забывшим мать, брата и сестру (точное наблюдение – эгоизм лишает человека чувства братства!). Старшему сыну и дочери Мане, ушедшим искать голубой источник, живительный ключ, тоже угрожают злые силы. И все они – дети и мать, превращенная Трехликим в черно-сизую ночную птицу, оказываются в одной пещере во власти темных сил. Мать же – птица, самоотверженно пытается спасти своих детей: закрывает собой выход из черной пещеры и в отчаянии бьется о стену. Вот так, органично и сильно, звучит в пьесе то, что я назвал «апелляцией к фольклору». В сущности, сказка предлагает преодоление препятствий, сопряженных с риском, с переживаниями. Это все есть в пьесе, и именно это захватывает, заставляет сопереживать. Успеху способствует и некая фееричность действия. Оно происходит стремительно, в характере автора, ситуации быстро меняются, держа нас в напряжении... Можно отметить и такой прием, как антитеза: свет – тьма, черное – голубое, эгоизм – доброта и т.д. Можно указать и на такое достоинство, как верно переданная детская речь, детская психология, доверчивость, когда дети отдают волшебный отцовский поясок и кольцо врагу и т.д. Но стоит ли? Это был бы очень пространный разговор; вывод же однозначен: пьеса удалась. Прикосновение добра совершает чудо – эгоист превращается в славного мальчика Ваню.

Думаю, что прикосновение пьесы к душам маленьких зрителей также совершит чудо, много добрых чудес. В извечном противостоянии зло еще будет отброшено...»

Глава 6. МЫ УЧИМСЯ ВСЕМУ, ЧТО ВИДИМ У СЕБЯ В ДОМУ

Воспитание чувств

Родился человек! Розовый комочек жизни. Ребенок дышит, требует еды, отвечает криком на неудобства. Он смотрит, слушает, ощущает, реагирует на мир.

Сердце женщины-матери наполнилось неосознанным беспокойством. Молодая мама не ведает о том, что в ней просыпается новое чувство – чувство материнства. Чувство, которое не покинет ее никогда, чувство, которое тесно переплетется с ощущениями счастья, гордости за своего ребенка, с печалью, удовлетворением, а порой и с горечью, разочарованием. Это потом. А сейчас молодая мама радуется своему малышу, кормит его, играет, гуляет, стирает, не спит ночами. И, конечно, каждая мама мечтает о хорошем сыне или дочери. О добром, умном, заботливом, активном в жизни человеке.

Родился человек! И мы в ответе и за него, и за будущее нашего общества. Воспитание человека – это воспитание не только физическое и умственное, но это и воспитание чувств. Если человек вырастает сильным, умным, но грубым, неотзывчивым, мы говорим: недостатки воспитания. Плохо, если человек и слишком сентиментален. Или когда много слов, но мало дела. Или когда чувства берут верх над разумом, руководят человеческими поступками. Или когда человека уверили в его спецназначении в жизни. Тогда мы говорим о «комплексах» (модное слово), о «закомплексованности», что чрезвычайно мешает всем, а в первую очередь хозяину этих «комплексов». И опять мы говорим о неправильном воспитании.

С такими людьми тяжело работать, решать вопросы, трудно общаться. Хорошо, когда в человеке всего много: и здравого ума, и активной энергии, человеческих чувств в широком смысле этого слова. Когда люди понимают друг друга, тянутся друг к другу, правильно реагируют на сложные взаимоотношения. Разве мы не мечтаем жить в окружении людей понимающих? Разве мы не мечтаем об обществе воспитанных людей?

Желание детей быть участниками всего происходящего – естественное желание. Чем старше ребенок, тем он делается все более активным в жизни. Ему нужно самому читать стихи, играть на несложных музыкальных инструментах – металлофончике, барабане, бубне и т.д.

Он все – «сам»! Этот момент нельзя опускать. Формирование будущего музыканта, поэта, всей сферы его чувств начинается не со школьника, а с дошкольника! И чем оно раньше началось, тем лучше. Вот тут-то и получаются ножницы. Мамы и бабушки, как правило, свои возможности исчерпали. Нужна система воспитания. Эта система есть в дошкольном учреждении. Но забот у детского сада много. Кроме сада остается семья, которую порой надо бы и повоспитывать, поучить еще кое-чему. Возрастает нагрузка на общественные культурно-массовые, художественные организации. В ребенке надо будить любовь к литературе, к живописи, воспитывать музыкальный вкус, используя лучшее.

Много делается у нас, но много еще не сделано. Особенно для дошколят. Куда пойти маме и папе с ребенком в выходной? Или бабушке и дедушке с внуками? Погуляли. Покатались. А как же с эмоциональным развитием ребенка? Телевизор? Вот и воспитываем сидунов. Кафе? Но что оно дает? Пищу желудку, общение?

Куда еще можно сходить с дошкольником? В кукольный театр. Но нет билетов, да и музыкальных спектаклей тоже. А если и есть, то больше для старших. В ТЮЗ? Спектакли – для юного зрителя школьного возраста. Вся ставка на первые, вторые, третьи, четвертые и старшие классы, да так, чтобы разом охватить и младших, и старших школьников. Нет в ТЮЗе дошколенку места. Хотя... Что такое «юный зритель»? Не пора ли делать у нас спектакли для самых маленьких, для дошкольников? И к тому же музыкальные – веселые, поэтические, короткометражные?!

Откуда берется неподготовленный зритель для драматического театра? Человек, не понимающий, не любящий оперы, балета? Он вырастает из юного зрителя. А как туда, извините за грубость, «загоняют»? Идут дети с кислыми лицами туда, а порой и обратно. Не пора ли нашим театрам больше продумывать репертуар для самого маленького зрителя, не считая, что у него все впереди?

Нужно чтобы слова подкреплялись новыми делами, а не звучали для красного словца. Можно достичь огромных материальных благ, но если эти материальные ценности не соответствуют с эмоциональному уровню человека? Что тогда?

Ребенок учится всему, что видит у себя в дому

(2 февраля 1999 года)

Жизнь человека и его трудовая деятельность неотделимы друг от друга. Потребность трудиться возникает вместе с рождением ребенка как необходимость выживания. С первых часов жизни ребенок старательно работает – ест, сосет грудь. Тяжелый труд для младенца

Питание через соску – работа менее трудоемкая. Но все равно это работа, пока самое важное занятие – расти! Затем младенец пытается взять предмет, далее надеть на себя шапочку, натянуть носочек. А научившись говорить, вдруг заявить: «Я сам!» От этого одни родители приходят в умиление, другие начинают сердиться.

– Он все сам! – возмущается всегда опаздывающая молодая мама. Она не научилась и сама-то распределять свое время, а тут еще ребенок со своими заявками на самостоятельность. Маме некогда ждать, пока малыш натянет колготки. И правда, трудное это дело – натянуть колготки! И быстрее накормить самой, чем ждать, как еще неумелая ручонка тянет ложку в рот, пачкая кашей стол, красивый костюмчик.

Подрастает ребенок, лезет во все дела. Он хочет что-то сделать как взрослые. У него это плохо получается, на него сердятся, гонят: «Иди, поиграй с игрушками!» А малыш игрушки уже давно освоил. Его в данный момент интересует не мишка, к примеру, а веник! «Без тебя обойдутся!» – скажет немного грубоватая мама.

Ребенок развивается, интересуется всем, ему бы помочь потрудиться. Да не тут-то было! То не так делает: «Давай я поскорее!», то долго. Возникают отрицательные эмоции, связанные с трудом. Садится он к телевизору, никому не мешает, привыкает лодырничать.

«Пока допросишься, – сетует мама или бабушка, – сама сто раз сделаешь!» Вот и результат. С одной стороны – непонимание ребенка, с другой – собственная вечная торопливость, желание объять необъятное. С третьей – недоверие: плохо помыл посуду, подмел пол и т.д. И все сама, сама. А в результате – упущено что ни на есть золотое время, когда формируется человек, когда прививается любовь к труду.

На подрастающего душевно ранимого подростка начинают давить, требовать: «Лодырь, оболтус! Тебе бы только телевизор смотреть да по улице шляться!» В другой семье, где более благополучные по языку выражения, происходит примерно тот же разговор: «Давай, сынок, я тебе помогу! Я сама побыстрее сделаю». И опять: «И в кого ты такой лодырь?! Родители надрываются, надрываются, а его только музыкальные записи интересуют. Да выключишь ты, наконец, эту бренчалку?!» Вот и сорвалась. И наступает пора непонимания друг друга. Каждый начинает жить своей жизнью. Уж какие там слушать советы!

Много написано книг по воспитанию детей, дано полезных рекомендаций. Но, к сожалению, каждый родитель проходит свою школу по воспитанию детей сам и впервые. Но, заглянув хотя бы в программу для детского сада, спецпособие, кое-какие штрихи по воспитанию своих детей можно получить. Какие требования предъявляются к каждому возрасту, что можно с маленького человечка спросить, потребовать, помочь освоить и другое?

В начале статьи у нас шел разговор о трудовом воспитании растущего человека, если хотите, о профориентации с младшего возраста.

– Какая еще профориентация? – возможно, удивятся некоторые. – У ребенка семь пятниц на неделе! Сегодня он хочет быть одним, завтра другим!

Все верно. Ребенка интересует многое. Особенно то, что он видит перед глазами и вокруг. У человека в раннем возрасте всегда были любимые профессии. В тридцатые годы дети хотели быть трактористами, машинистами, танкистами. В сороковые-пятидесятые – летчиками, затем космонавтами, строителями. Сейчас – теле– и радиожурналистами, работниками торговли, коммерсантами, адвокатами; многие, напичканные импортными фильмами, мечтают быть полицейскими. Как видим, дети не отстают от жизни, идут с ней в ногу. Сейчас многие мальчики желают быть водителями своих сверхмодных «тачек» или работать в фирме. Но мало кто говорит подростку о той технике, которую надо осваивать, и о роли иностранного языка в работе. У девочек выбор иной. Раньше больше хотели быть артистками, врачами, воспитателями, меньше учителями; сейчас парикмахерами, модельерами. Хотя продолжают играть и в учителя, и воспитателя, и, конечно – бесконечно, в торговлю. «Ребенок учится всему, что видит у себя в дому». Как на бытовом, так и на общественном уровне.

В трудовых семьях дети не только играют в профессии, но и поправдашнему трудятся. Во время поездки в дальний уголочек нашей области – в Андреапольский район – на отдаленной ферме видела девочек-дошколят и учащихся примерно третьих-пятых классов, которые ухаживали за новорожденными и чуть подросшими телятами. Делали они это со знанием дела и причем с большим желанием. Мне бы, наверное, не суметь. Девчушка одиннадцати лет, приехав из города, сразу побежала на ферму помогать дояркам доить коров, раздавать корма. Потребность – вот что самое главное – участвовать в том, к чему приучен человек с раннего детства.

Дети очень любознательны, внимательно следят, как бы между прочим, за действиями взрослых, улавливают мельчайшие детали. В работящей семье всегда растут работящие дети, без лишних разговоров – становись и делай, как умеешь, как получится.

В здоровом, нормально рожденном, развитом ребенке заложено все: он художник, поэт, мыслитель, деятель, рационализатор, строитель и т.д. Дети все талантливы. Но потом вдруг что-то в ребенке нет, а что-то разгорается. Появляется интерес к определенному виду труда. Задача взрослого – вовремя выявить более яркие способности у ребенка, не дать погаснуть огоньку интереса.

При воспитании человека надо обязательно уделять больше внимания развитию желания трудиться. У многих сейчас есть «дачи», а точнее, загородные наделы земли с постройками, где, как правило, трудится более старшее поколение. По узким переулкам таких дачных поселков носятся ребятишки всех возрастов с утра до вечера, иногда уединяясь по дачам у экранов телевизоров. Дети слышат только охи и ахи своих бабушек и дедов, которые строили и обихаживают дачу, втянулись в эту работу. Матери и отцы, отработавшие на производстве, не в состоянии уже трудиться на огороде. Вырастет ли из дачного ребенка труженик земли? Я сомневаюсь. Весь процесс трудового воспитания идет по принципу бабушкиного убеждения к принуждению, а если переусердствовать – к отвращению к земле.

Если человек приучен с раннего возраста работать, но, как и все, испытывая трудности при освоении профессии, став специалистом, будет более легко преодолевать возникшие пороги. Такой человек не будет выгадывать, где полегче, не будет надеяться на помощь стареющих родителей, готовых тащить свое чадо хоть до пенсии. Бывает и так: идут на работу как на каторгу. В чем тут дело? Почему такое произошло? Причин основных только две: или человек ленив, не приучен к труду с детства, или профессию выбрал не ту, не по характеру, поэтому и работается трудно, а главное – неинтересно. Или микроклимат в коллективе нездоровый, но это уже как следствие двух первых причин.

Труд занимает у нас большое место в жизни, если не главное. Отсюда и настроение к жизни: радостное или угнетенное.

Прошло беззаботное детство, настал период взросления. Возникает вопрос: куда теперь? Профориентация? У некоторых она была в школе. Что дала? Раньше у предприятий были подшефные школы, где учащиеся проходили практику. У одной школы – швейное производство, у другой – другого профиля. Не заинтересовало. Почему? Одни говорят: «Навязали профессию», другие: «Не хочу этим заниматься». У третьих – руководитель практики был равнодушным человеком. У подростка свой тип нервной системы, характер, свои склонности, разное здоровье. От этого никуда не денешься, да и глаза разбегаются. Сколько профессий, заманчивых идей, мечтаний, а плата за учебу сдерживает от поступления.

Хорошо, когда подросток рано понял себя, оценил, сказал: это дело мне не подходит. Это дело не для меня. А если нет? Ребята хватаются за справочники: «Куда пойти учиться?», читают объявления в газетах, разную информацию. Знакомые, родственники подсказывают. А порой срабатывают узы школьной дружбы: идут в одно учебное заведение или на одно производство, как было раньше. Иногда в выборе профессии сыграют роль День открытых дверей или представители учебных заведений: нарисуют красивое яркое будущее – вот и захотелось.

Трудное это дело – найти себя, найти свое место в жизни. Раньше было проще. Жили в больших семьях текстильщики, рабочие других профессий. Не были разобщены отдельными квартирами. Кучно, но интересы были общие, общие разговоры о работе. Дети с раннего возраста были в курсе дел своих родителей, знали об их профессиях, стремились туда, где работали их отцы и матери. Взрослые вели своих подрастающих детей к «себе» на родное предприятие. Так и возникали потомственные рабочие династии. И сейчас возникают, но реже, и только в тех семьях, где хорошо говорят о своей работе, заинтересовывают детей. Семнадцать лет проработав преподавателем в школе рабочей молодежи, находившейся на территории комбината, я была свидетелем формирования будущих рабочих и руководящих кадров огромного предприятия. Многие мальчики и девочки стремились к рабочим профессиям. После седьмого-восьмого классов приходили на производство в качестве учеников. Находились будущие кадры под тройным контролем: мастера, родителя, а то и двух, работающих тут же, подающих хороший пример рабочего трудолюбия и, конечно, под контролем учителей школы рабочей молодежи. До сих пор работают на комбинате «Искож» наши воспитанники, многие из которых закончили техникумы, институты заочно. Потомственная фамилия, рабочая династия всегда была в чести у России.

Я опять возвращаюсь к началу разговора о трудовом воспитании. Прививать любовь к труду, к профессии, к работе на земле – ясно: чем раньше, тем лучше. И вновь вспоминаю свиноводческий совхоз, где мамы и папы работают операторами в белых халатах, где корм раздается автоматически, куда не допускают на экскурсию детей совхозного детского сада, чтобы те не занесли инфекцию. Поэтому неудивительно, что поросенка дети знают только по картинкам и стихам.

В профориентации подростка огромна роль родителя, его личный пример. К тому же родитель, как никто другой, знает слабые и сильные стороны характера своего ребенка, состояние его здоровья. Огромна и роль учителя, классного руководителя, который общаясь в течение многих лет, знает способности подростка.

А как быть тому, у кого уже есть профессия, но она не очень его устраивает? Получить другую? Неплохо иметь несколько профессий, но быть вечным студентом? Я думаю, что надо постараться найти в своей работе интересные стороны. А если к труду ты был приучен с детства, то время, как говорится, излечит. Человек привыкнет к труду, втянется и даже, возможно, полюбит свою профессию. Надо только суметь себя преодолеть, правильно настроиться и занять активную позицию. А где активная позиция, там всегда интересно работается.