Текст книги "Алые крылья гнева (СИ)"

Автор книги: Галина Гончарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 27 страниц)

– Знала?

– Несомненно. И про запрет на отдачу детей в другой род – тоже. То есть не всех детей, девочек можно выдавать замуж, да и мальчики могут уйти в другой род, но первенец, да еще главы рода? Строгий запрет! Да и клятвы бывают разные.

– Разные?

– Как желток в яйце. Одно-, двух-, трехслойные. Скажем, если читать ВСЮ клятву, она брачная. Если читать каждое шестое слово, она подчиненная. Или наоборот… кто мешал Далине дать свой вариант клятвы? Длинный, муторный…

– Ну да. Клаус признавался, что чуть не сдох со скуки, пока Далина все зачитала над алтарем. Еще и со свитком сверялась.

– Вот. А слушать все это внимательно он и не пытался. На то и рассчитано, на дракона, у которого сил много, а ума намного меньше.

– Ну…

– На словах Далина согласилась на подчиненный брак. Но на самом деле, он был практически равноправный, только вот она не могла убить мужа. И вредить ему тоже. А он мог ее убить. Эти-то два пункта Клаус сам внес.

– Их он требовал строго. И то, Далина извернулась, убить ее он мог, а причинять боль или наносить увечья – нет.

– Всю остальную клятву Далина взяла сама, и не с потолка. Там именно клятва в клятве… она получила, что хотела. Ребенка, от сильного дракона, а ее личные чувства тут значения не имели. Дал слово – держись, хоть об скалу расшибись. Помнишь?

– Помню.

– Вот она и держалась, как могла. Сделала ребенка, выносила, родила, провела первый ритуал.

– И умерла.

Ридола кивнула.

– Она просто немного не успела, Клаус ударил первым.

– Не прощу его за это. Но получается, малыш – глава рода и последний из Ланидиров?

– Так и получается.

Беннет подергал себя за хвост черных волос.

– Тогда нам точно надо бежать. Драка Ридола, вы согласны? Сам я с малышом не справлюсь?

Ридола хихикнула.

– Согласна ли я на побег с романтическим красавцем? Безусловно! Эх, вспомню молодость лихую!

Драконы переглянулись – и рассмеялись.

Россия, наши дни

– Добрый вечер, Даша. Что ты с собой сделала? Какой ужас! Красные волосы!

Далина язвительно фыркнула.

– Добрый вечер, Нина Викторовна. Как ваше здоровье? Мое вот в порядке. Я рада вас видеть, а вы меня?

Женщина скривила губы, понимая, что ее сейчас поставили на место.

– Тебе этот цвет не к лицу. Он слишком вульгарный.

– Вы меня за этим звали? Свое мнение высказать?

Если Даша и терпела, пока ей прохаживались по нервам, то Далина не собиралась терпеть не минуты, вот еще не хватало!

– Нет, – женщина явственно злилась. Ах, как бы она отчитала эту молодую выскочку! Как бы она сейчас поставила ее на место. Но… придется потерпеть. Недолго.

– Даша, давай поговорим, как взрослые люди. Володе не нужна слава отца, который бросил своего ребенка.

– Ему и я не нужна, и ребенок. И что дальше?

– Я рада, что ты это понимаешь. Он только-только жить начинает.

– Чего уж тут непонятного? – согласилась Далина. И жестко припечатала. – И начал, как подлец, и продолжит мерзавцем, и кончит плохо.

– Штааааа? – от возмущения, что кто-то посмел обидеть ее сыночка, Нина Викторовна аж воздухом подавилась. – Да как ты смеешь⁈

– Правду говорить? Словами через рот. Попробуйте, вдруг получится, – Далина сверкнула глазами, уже не прячась за маски. – Ваш сын поступил, как подлец. Он соблазнял неопытную влюбленную девчонку, и не думал ни о чем. Только о своем удовольствии и своих хотелках. Хоть на презервативы бы заработал, но нет! Авось, обойдется? Не обошлось. С чем его и поздравляю.

– Это просто неосторожность.

– Нет, – качнула головой Далина. – Это пренебрежение. Ему просто было наплевать и на меня, и на возможные последствия, он был уверен, что как-нибудь да разгребется. Он сделал подлость, и сейчас не хочет отвечать за свои поступки.

– Подлость⁈

– Как иначе это назвать?

– Сама должна была предохраняться. Вовочка сказал мне, что ты хотела залететь!

– Не надо передергивать. Я хотела семью, любимого и любящего мужа, ребенка – это естественно для каждой женщины. И хотела ее с вашим сыном. А он? Он мне хоть раз сказал правду? Дашка, ты мне на время, попользоваться, так что без обязательств и надежд?

– Наверняка, он намекал.

– Скажи он это прямо, я бы выкинула его в окно. А ему хотелось удовольствия без обязательств. И без денег, да… сам же он ничего не зарабатывает. Или начал?

– Не твое дело.

– Почему же? Алименты – дело такое, общее.

– Да ты…

– Да. Я подам на алименты, – Далине вообще было плевать на деньги. Но если в этом мире так принято? Да и неприятно ей было. Для драконов дети – самое важное в мире. А тут вот так? Наплодил и бросил, как щенка под забором? Нет уж! Пусть получит по морде сейчас, может, потом будет вести себя поприличнее?

В другое время, с другой женщиной, с другим ребенком. Со своими Далина разберется, но она-то дракон! А остальные?

– Еще алименты тебе⁈

– Почему нет? Ребенок – это не просто слово, это еще и одежда, пища, крыша над головой, воспитание и образование, и, если ваш сын не готов быть отцом, пусть будет хотя бы кошельком.

– Всегда знала, что ты подлая и меркантильная особа.

– Я его силком затащила?

– С…а не захочет, кобель не вскочит!

– Так ведь и кобелям алиментных щенков выдают. Нет?

– Ты что – своего ребенка хочешь на нас спихнуть?

– Нет, – Далина потерла переносицу. Разговор стал ей надоедать. – Хочу я алименты. А вот чего вы от меня хотите – непонятно.

– У меня к тебе предложение. Обдумай его, потому что лучшего ты не получишь.

– Слушаю?

– Даша, здравствуй.

Володя подошел незаметно… ну, почти. Для человека. Далина его уже пару минут как слышала, да и запах… тоже. Неприятно от него пахнет. Кажется, у него что-то не в порядке, от здорового человека так пахнуть не должно.

– Здравствуй, – обернулась она. – Группа поддержки?

– Дашка, ну давай серьезно! Не хочу я это ярмо на шею!

– А развлекаться хотел?

– Мы с мамой тебе предлагаем компенсацию.

– Да? Какую?

– Вот смотри, у мамы есть комната. Если прикинуть, это как раз та сумма, которую я тебе могу выплатить до совершеннолетия малышки. Или не выплатить.

– Есть. И что?

– Мама может написать завещание на твою дочь.

– Нашу, Вовочка, нашу.

– Я ее не признавал. Просто хочу время сэкономить.

– И силы. Дочь-то твоя, любой суд это рано или поздно признает.

– Так ты не против?

– Против, – пожала плечами Далина. – Завещание можно переписать еще сорок раз, а вот отказ от отцовства – нет.

– Мама не будет его переписывать. Она тебе честное слово даст.

Издевательский хохот Далина и сдерживать не пыталась. Честное слово! Предок-дракон, как это… мило! Ее правда тут идиоткой считают?

– Че-го?

– Ты что – МНЕ НЕ ВЕРИШЬ?

Нина Викторовна, как привыкла оскорбленное лицо делать, так и продолжила. Только вот Далина все это слушать не собиралась.

– Не верю. Еще варианты?

– Ну…

– Можете написать дарственную на мою дочь. Вот прямо сейчас, сегодня. Тогда я откажусь от алиментов, могу официально.

– Дарственную? А я на улице останусь?

Далина пожала плечами.

– Мне ваша хибара не нужна. А дочь… пусть у нее что-то от папочки будет, не только глаза.

И протянула руку к чашке с кофе.

Взяла, поднесла к губам…

Как вкусно пахнет… минутку? А ЧЕМ это пахнет?

Далина принюхалась еще тщательнее.

Человек не уловил бы разницы, а вот она… сквозь восхитительный запах кофе (на Ардейле его нет, а это такая прелесть, Далина себе уже жизни без кофе не представляет!) пробивался тонкий аромат лекарственного средства.

– Та-ак…

Опять же, не будь Далина драконом, не успела бы она убрать руку, по которой резко ударил Вова. А так его взмах закончился на ребре стола, и парень взвыл.

– Уйййй!

– Вовочка! Ручка⁈ – подхватилась его мамаша.

– Официант! – рявкнула Далина.

Рявк вышел отличный, ждать не пришлось. Мигом подлетел!

– Что случилось?

– У вас есть чистая пустая бутылка? Мне нужно перелить вот этот кофе, поставить дату и подписи. Подозреваю, что в бутылке появилась не предусмотренная поваром примесь. Что там, Нина Викторовна? Какое лекарство?

– Ле… ле…

– Скорее всего, что-то сердечное. Или сосудистое, чтобы мне потом плохо стало, есть ведь такие! Я бы ушла и свалилась… а что бы с вашей внучкой стало – вам наплевать? Да⁈

– Да ничего бы с ней не случилось, – процедила Любавина. – Не померла бы! Ты ж ее не одну оставила!

– Это, конечно, меняет дело, – сощурилась Далина. – Спасибо, молодой человек. У вас запись идет?

– Да.

– И запись, пожалуйста, тоже.

– Я сейчас главного приглашу…

– Да, пожалуйста.

– Ты ничего не докажешь! – оскалилась мерзкая тетка.

– Следователь докажет.

– Ты…

Далина пожала плечами.

– Я вам даю последний шанс. Полицию вызывать вот сейчас не буду, – это и ей невыгодно, если про Костю вспомнить, и вообще, лучше бы лишний раз не попадаться. – Но все вот это сохраню. Вы меня поняли?

Нина Викторовна поднялась из-за стола.

– Я тебе честную сделку предлагала.

– Моему трупу?

– Ничего бы с тобой не случилось, максимум, гипертонический криз.

– Это вы потом, на суде расскажете.

– Добрый день. Мое имя Евгений Петрович, я администратор…

Любавины зло поглядели на Далину – и ушли. А что им еще оставалось?

Бутылку Далина, кстати, сохранила. И запись взяла. Хотя зачем оно ей? Ей проще этих двоих так прибить, чем в суд идти… какие ж мерзкие людишки бывают! До тошноты просто!

* * *

Костя за голову схватился, когда увидел бутылку, и узнал, что в ней плещется.

– Даль, ты уверена?

– Костя, человек был бы уже мертв. Просто не учуял бы запаха, выпил гадость, а потом, в подворотне, или в троллейбусе… да неважно! Свались я на улице – кто оказал бы мне помощь?

Костя только вздохнул.

– Даль, у нас с этим плохо. Вызвали бы скорую, конечно, но пока приедут, пока разберутся… у нас учительница постоянно ворчала, что не тому в школах учат. Надо на ОБЖ не фигней страдать, а, к примеру, первую медицинскую помощь оказать уметь, знать, какие лекарства дать… ну, хоть на самом элементарном уровне, но этого просто нет.

Далина вздохнула.

– Не мне осуждать, у нас, у драконов, тоже много чего нет. У вас над этим хоть работают, а у нас половина людей даже грамоту не знает. А драконы начинают забывать про магию рода. Считают, что если большие, летучие и огнедышащие, то им этого на всю жизнь хватит.

– У нас до революции тоже почти все неграмотные были. Это уж потом… люди своей волей учились, в три смены. А сейчас… дали бы мне возможность, я бы и сам впахивал! Но бесплатное у нас только на словах, а на деле есть родные, знакомые, родные знакомых и знакомые родных. И часть мест выбирают еще ДО поступления, просто не говорят об этом.

– Так везде, – вздохнула Далина. – Миры разные, а люди, драконы… мы все хотим лучшего для своих, и нам безразличны чужие. Можно это прикрывать любыми словами, но суть не меняется.

Костя кивнул. И вернулся к насущному, чего тут философствовать, до поступления еще три года минимум!

– Значит, отравить хотели. Вот уроды!

– Пригласили ради этого, как я понимаю, – вздохнула Далина. – Слушай, ну чего их разбирает?

– Они строят планы из расчета, что ты будешь рядом и чего-то требовать. Те же алименты… знаешь, как у нас говорят? Ложки найдутся, осадок останется.

– Ложки?

Костя задумался.

– Смысл в том, что какая-то пакость в его прошлом была, пятно есть, а виноват он или нет, теперь не узнаешь. И не отмоешься.

– Ага. Но пятно и правда есть.

– Нет тебя – нет пятна. Ваську на усыновление, тебя на кладбище, Вовочка свободен и счастлив. Особенно если с мамашкой переедут куда…

– Костя, мы главного не знаем. Вот зачем им это?

Костя вздохнул. И достал телефон.

– Ладно… попробуем.

И принялся тыкать в кнопочки.

– Добрый день. БабВарь, это я, Костя. Ну, Свиридов, из восьмой квартиры.

– Костя? – телефон был поставлен на громкую связь, так что Далина даже не прислушивалась. Бабка и так орала не хуже пароходной сирены. – Костенька, сынок, да куда ж ты пропал?

– БабВарь, ты ж видела, участковый и все такое.

– Да видела. Костенька, это ж ужас…

– Ужас в детдоме будет, вот там я точно не выживу. А пока вроде справляюсь, есть у меня друзья, ну и так, подработать удается.

– Ой, Костя! Тут же… я ж тебе не рассказала! Убийцу твоей мамки нашли!

– И кто ее?

– Собутыльник… сам не помнит, что и как. Кается, ревет теперь… а что толку, человека-то не вернуть! Все они так, не знаешь, когда перемкнет, но что беда будет – точно.

Костя только вздохнул. Совершенно не по-детски, и у Далины сердце защемило. Да, этот мальчишка стал ей родным, близким… и плевать, что он человек! Что драконы – не люди, что ли?

У него не было детства.

Не должны дети вот так смотреть, и говорить тоже не должны!

– Однажды этим должно было кончиться. Но мне все равно нельзя в детдом, бабВарь, не смогу я там. Сил не хватит!

– Ох, Костя, я б тебя к себе взяла, да не отдадут старухе-то…

– Знаю, бабВарь, вот и не полез. Ты уж прости, что помогать не смогу, мне там появляться и нельзя, наверное. Приду, точно кто участковому стукнет, и конец мне.

– Костенька, ты учти, если что – ты мне и позвонить можешь, и переночевать прийти, я-то промолчу.

– Спасибо тебе, бабВарь. Я просто подставлять тебя не хочу, сама знаешь, та же Любавина, она точно стукнет! Такая гадина! Надо было ей окна перебить, да только ради этого приходить не хочется!

– Что гадина, то да, – вздохнула в трубке собеседница. – Только скоро уж окна бить будет некому.

– Что, сдохнет?

– Нет. Продает квартирку. Довольная ходит… ее Вовка, вроде как, жениться собрался.

– На Дашке?

– Что ты, Костя! Какая там Дашка, вроде он где служил, там у командира части дочка, Лизавета, вот, на ней. А уж отец ему и по службе обещал похлопотать, и квартирку выбьет, и мамашка с сыночком намыливается. Собирается свою хибару продать, а там уж, поближе к сыну, купить себе чего. Авось, и та родня поможет, лишь бы Нинка к молодым не лезла.

– Я бы точно помог. Купил ей комнату в Антарктиде. Даже две. И стадо пингвинов. Вот девки дуры! Что Дашка на него повелась, что вот эта, теперь? Куда они смотрят-то?

Бабушка невесело рассмеялась.

– Костя, это ж дело такое. Вовка, стервец, симпатичный, того не отнять. А что гнилой весь, что мерзкий он человечишка, так кто это сразу увидит? Это у нас он на глазах рос, мы его, как облупленного знаем! А в армии-то он служил не так долго, и старался себя показать, он сможет, если короткое время притворяться, потом-то рыло все одно выползет.

– Думаете, там не распознали?

– Могли сразу и не заметить, он подольститься умеет, этого у поганца не отнять. Когда ему что нужно – бисером рассыплется. И его мамашка такая же, хоть ты ее вместо сахара добавляй, все слипнется!

– Ну, может быть. А Дашка как же?

– А что – Дашка? Мало ли, от кого она девку нагуляла?

– БабВарь, ты чего?

– Костя, это Нинка кругом так голосит. Что прижила Дашка девку невесть от кого, а на ее сына повесить хочет. Сам понимаешь, у нас ей хоть и не верят, а слушают. И подпевал у нее хватает, подтявкнут, где надо.

– Понятно. Вот дрянь, а?

– Костя, ты хоть кушаешь досыта? Теплая одежда у тебя есть? Тебя ни во что противозаконное не втянули?

Костя послушно отвечал, минут через пятнадцать закончил разговор, пообещал зайти, если что, и смущенно посмотрел на Далину.

– Вот.

– Чего – вот?

– Вы с бабВарей не особо ладили, она тебя дурой считала.

– Дашу-то? Было за что. Так что ты понял такого, чего не поняла я?

– Хммм… Даль, а у драконов как с добрачными детьми?

– Костя, у нас тоже по-разному. Если дракон и драконица, там, чаще всего, ребенок остается или в роду матери, или в роду отца. Если полукровка, то обычно это приют. Таких детей не приносят к алтарю, просто потому, что они могут пойти в другую линию. Не стать драконами. Не унаследовать нашу магию.

– А у драконов может быть с людьми?

– И с людьми может, и потомство может, и достаточно много. Правда, драконами становятся не все. Грустно это…

Костя увидел, как помрачнела драконица, и поспешил вмешаться.

– Даль, а у нас немного не так. Если женщина до брака нагуляла, это… ну, нехорошо. Раньше к этому вообще плохо относились, сейчас спокойнее, но плюсов к репутации это не добавляет.

– Так. А мужчина?

– А вот тут и начинается наше интересненькое. Ты не поняла? Вовка собирается выгодно жениться. И у девушки есть полезная родня.

– И что?

– Если он поступил вот так с Дашкой, то как он поступит с женой, когда та перестанет быть ему полезна? Доходит?

Далина встряхнулась, привычно размяла плечи. Крылья она пока могла выпустить только призрачные, но жест-то никуда не делся!

– Ага. Дай соображу! Если у меня есть ребенок, я подаю на алименты и устраиваю скандал, то рушится Вовочкина репутация. Даже если свадьба и не сорвется, имидж я ему изрядно подпорчу. Так?

– Молодец, соображаешь.

– Я просто не знаю ваших законов и обычаев, но я же не дура, – вздохнула Далина. – И если продолжить мысль… если бы я подписала отказ… он имеет обратную силу? *

*– там столько всего накручено вокруг закона, что скорее нет, чем да. Прим. авт.

– Настолько я законов не знаю. Но подозреваю, ты пишешь, что Вовочка не папочка, результаты теста Любавины подделают, а потом тебе еще никто и не поверит. Выставят гулящей девкой… уже начинают, предусмотрительные.

– Ага. И Любавин чист, как первый снег.

– Обос… собакой.

Далина хмыкнула.

– Смысл я поняла, Костя. Если бы я подписала, я бы им сильно упростила жизнь. А я заартачилась.

– Может, кстати, и те неприятности Нинка организовала, чтобы ты поддалась. И Курбаша… почему нет? Вовка с ним договориться мог, они не кореша, но друг друга знают, общались. Или мамашка его?

Далина вспомнила нападения на себя, подумала. Может ли за ними стоять Любавина? Да запросто! Злобы и дури хватит!

– Это уж вовсе подлость.

– Кто сказал, что так не бывает?

Далина и спорить не стала.

– И так бывает, и еще не так бывает. Делать-то нам с этим что?

– Ну… зависит от того, что ты сама хочешь.

– Чтобы мне не мешали.

– А ты не думала узнать, кто там Вовочкиным родственником хочет быть? Возьми, да и отправь ему все сведения? И про дочку, и про себя… то есть про Дашку?

– А как?

– В наше время интернета возможно все.

Далина задумалась. А потом махнула рукой.

– Костя, оно того не стоит. Бегать, искать, разбираться… убытков больше будет. Еще поверят – не поверят, проверят – не проверят, ты точно засветишься. Лучше оставить все, как есть. Мы с тобой все равно уезжать собираемся, если все сложится, квартиру надо будет искать в том городе, который поближе к проходу, там нас Любавины точно не достанут. И пусть живут, и ходят, и оглядываются. Ребенку я все расскажу честно, тогда и решим, что с мерзавчиками делать.

– Ну… может, и так правильно. Под топором жить тяжко.

– А они под ним будут постоянно. И поделом. Ладно, хвост с ними, мне пора снова собираться в гости. Майя звонила, приглашала. Ее отец решил со мной встретиться.

Глава 15

Ардейл, замок Ланидиров

Рассина смотрела на Беннета. Смотрела, даже облизывалась… пока про себя. Но интересно же!

Вот дурачок!

Цветы принес на могилку к Далине Ланидир! Любил, что ли?

Женщине было попросту скучно.

А чем ей еще заниматься прямо здесь и сейчас? Клаус медленно, но верно подгребает под себя клан Алых, а это много, очень много, ужасно много скучной работы. Бумаги, финансы, оборотные средства, связи, долги и обязательства…

Рассина тоже во все это вникает, но не так много, как Клаус. Не может ведь она с ним сидеть? Она сейчас с другой стороны заходит, подминает под себя женщин в клане, слушает сплетни, кто с кем, кому и что… это не менее важно, чем счета! Хотя и до них дело дойдет, но потом, чуточку позднее, и так, чтобы Клаус не заметил. Мужчин не надо настораживать. Мужчина должен быть свято уверен, что она нежная, беспомощная, глупенькая и без него пропадет. Тогда с ним намного проще работать.

Клаус так и считает. Уговаривает ее, как маленькую, дарит сладости и драгоценности, ничего для нее не жалеет, но это – Клаус. И занят он сейчас, и это не на год, не на два, это десятки лет. Даже при наличии правильного сына, это долго и муторно. А чем заниматься Рассине? Только внутриклановыми интригами? Она начала, но этого мало!

Норберт? Это так, легкое развлечение. А вот если Беннет поддастся на ее чары, он будет намного полезнее алого дракона. Рассина знала, он дал клятву Клаусу, но можно же и так, не нарушая клятвы. Допустим, Беннет влюбится, но Рассина ему ничего лишнего не позволит, тогда и клятва не нарушена, и дракон получится к ней привязан!

Надо, надо попробовать! Вот, как с Далиной!

Рассина точно знала, у Беннета с ней ничего не было. Дракон только смотрел, и то издали, но… цветы-то он ей носит? А что такого делала Далина Ланидир? Она же обязана была что-то сделать, чтобы эти два самца так к ней прикипели! Ее уж нет, а эти двое, что Норберт, что Беннет, о ней говорить спокойно не могут! Клаус этого не видит, да ему и не слишком интересно. Любовь?

Клаус в нее вообще плохо верит, Рассина для него любимая игрушка, а вот настоящая любовь…

Рассина в нее тоже не верит, если честно.

Эх, неприятно признавать, но Клаус бы Рассине не то, что цветочка не принес, он бы о любовнице через два дня забыл. А эти – идут. Сами, добровольно…

Никто их не заставлял, не принуждал, но это же не просто так произошло, что-то Далина делала? Да? Или нет? Или это у всех Красных?

Не понять. Но Клаус-то не поддался? Или Рассина опять ошибается? Если так подумать, Далина смогла выторговать себе самые выгодные условия из возможных. Она умерла, но… она бы все равно умерла. А так ее род в выигрыше, ее сын, и она чиста перед родом, и Клаус ее практически не унижал, они друг друга ненавидели, но руку он на жену не поднимал никогда. А вот Рассине доставалось иногда. Потом дракон извинялся, дарил побрякушки, но сам факт важен! Это было!

Как Далина все это смогла сделать? Рассина не знала, но она разберется, обязательно разберется, дайте ей только время. И Норберта. И Беннета.

И… Ей хотелось стереть всю память о Далине Ланидир. Словно и не было никогда мерзавки. Но получится ли?

Она будет пробовать.

Первый раз Рассина отловила Беннета в коридоре. И надо же, какая неудача! Подвернулась нога, отломился каблучок, и припала красавица к груди черного дракона, глядя на него с такой надеждой, что даже бревно бы – и то дрогнуло.

– Капитан… пожалуйста!

Беннет хоть и мечтал пристроить Рассину куда-нибудь под землю, но до покоев ее донес честь по чести. И служанкам передал. И вышел. И как же ему противно потом было!

Второй раз Рассина подстроила встречу в саду. А что? Романтика осени, очаровательная женщина на фоне увядающей природы, алое платье, и надо же! Какой кошмар, какой конфуз!

Ветер летучий, куст колючий, зацепилось платье так, что Рассине самой не справиться! А в драном платье по замку разгуливать нехорошо, а служанок звать, так это смеха будет! Но вы, капитан, не оставите бедную женщину без помощи?

Не оставил.

Отцепил кое-как, не порвав платье, и ретировался.

Третий подход Рассиной был задуман уже в малой гостиной, в которой Беннет регулярно посиживал с книгой и бокалом вина. Клаус знал, но не препятствовал, каждый расслабляется, как пожелает. У него Рассина, у Беннета книга… и что?

Рассина влетела так, словно за ней все драконьи предки гнались, глаза заплаканные, отчаянные, дверью хлопнула, заперлась, на диван кинулась – и только тут обнаружила Беннета. И полилось!

Ах, как она несчастна! Клаус… он такой ужасный, кошмарный, грубый, тиран и деспот, руки распускает, не любит, не уважает…

Рассина страдала! Красиво, изящно, с бледным лицом и заплаканными глазами, с заламыванием рук и глубокими вздохами, от которых так красиво поднимается грудь… ну, пожалей ты женщину, чурбан безмозглый!!! Ты что – не видишь, как я стараюсь⁈

Беннет видел. И не мешал, даже не собирался. Честно посмотрел весь спектакль, выслушал все, что хотела сказать Рассина, а когда та устала и начала повторяться, захлопнул книгу и пошел к двери.

Рассина аж рот открыла от такой наглости.

– Капитан!!!

Беннет обернулся уже на пороге.

– Что, драка?

– Вы… вы ничего не скажете?

Не удержался. А кто бы на его месте смог промолчать? Само на язык прыгнуло!

– Я чужие объедки не подбираю, драка.

И дверью хлопнул.

Рассина несколько секунд просто поверить не могла в услышанное. Это ж… он же…

Мало того, что не поверил, так и ее низвел до положения солдатской шлюхи⁈ Да куда ж мир катится? Как это вообще возможно⁈ Драконица взвыла в бессильной злобе. Вот наверняка, окажись тут Далшина Ланидир, было бы совсем иначе! Там тебя, гада, чужие объедки не смущали, там ты смотрел так, что стены плавились!

Но что, ЧТО не так⁈ Что неправильно⁈

Не-ет, это не тот вопрос. Тот – как ты смел, негодяй, мерзавец, подлец⁈ Я ж тебя за это…

Пока пострадала только обивка дивана, но и сам Беннет оказался в опасности… теперь это было вопросом времени. Рассина прощать не собиралась, надо только придумать, какую гадость сделать негодяю! Погоди ж ты у меня!!!

Объедки?

ГРРРРРРРР!!!

Глава 10

Россия, наши дни

– Здравствуйте, Дарья Валентиновна.

– Здравствуйте, Максим Сергеевич, – вежливо отзеркалила Далина.

– Дочь рассказала мне о вашей помощи.

Майя сияла собственным светом. Далина вздохнула.

– Помилуйте, ну какая там помощь? Поставить на место обнаглевшего хама!

– Не преуменьшайте своих заслуг, – лязгнул металл в голосе хозяина дома.

Далина пожала плечами.

– Я не преуменьшаю. Но и вы поймите правильно, Максим Сергеевич. Для меня это труда не стоило, равно как для вас – помочь какому-нибудь больному ребенку.

Максим Сергеевич сощурился.

Ну да, его фирма помогала. Правда, интересно так. Не верили ничему, никому, просто отправлялся его секретарь в онкодиспансер, брал там штук пять дел на детей… Максим Сергеевич сам читал, сам выбирал, сам созванивался с родителями, сам оплачивал ребенку курс лечения. До выздоровления.

Бывало, конечно, и… не до выздоровления. На то и онкология, увы.

Делал Максим Сергеевич это втихаря, славы не искал, известности не просил, с родителями связывался на условиях строгой тайны… всем он помочь физически не сможет. Пусть у него останется свобода выбора.

– Откуда вы узнали?

Далина пожала плечами.

– Справки навела.

Не говорить же ему, что одна из медсестер в онкодиспансере живет в тех же барачных домах? Правда, у нее и у ее мужа мозгов побольше, они себе три квартиры откупили, сделали себе маленький анклав… неплохо получилось. Воду провели, биотуалет поставили, все зимой на улицу не скакать с голой попой. Вот, она и рассказывала по большому секрету. Костя потом припомнил…

Взгляд мужчины стал более заинтересованным.

– Допустим. Тогда вы понимаете, что я не могу себе позволить быть неблагодарным. Вы можете просить что захотите. Квартиру, машину… что именно вам нужно?

Далина задумалась.

Квартиру, машину… Это все денежные вопросы. Может она попросить помощи с Костей? Нет, вряд ли. В явный криминал этот мужчина не полезет, а если и получится так, она окажется у него на крючке. Да и остальное просить – тоже подумать надо.

Наживка, подсечка, сковородка – ряд короткий.

Рыбачить Далина не умела, разве что по-своему, по-драконьи, в истинной форме погонять акул в океане, но в сути вопроса разбиралась. Вот так прими что-то… а потом отказать не сможешь. Наверняка подарочек будет с крючком. Человек такой. И уровень.

Так что женщина мило улыбнулась.

– Кое-чем вы мне можете помочь, – согласилась Далина, глядя на отца Майи.

– И чем же?

– У меня есть несколько золотых вещиц. Достались от покойного дяди… я бы хотела их продать, но честную цену мне не дадут. А то и попытаются отнять силой. А вот, если вы поможете? Порекомендуете хорошего ювелира, к примеру?

– Хмммм…

Мужчина посмотрел в честные и искренние глаза Далины.

Что ж, может быть и такое.

Золото – это хорошее вложение денег, все верно. Но мало кто задумывается, что продать его достаточно сложно. Куда идти? На рынок, к сомнительным типам, которые стоят и бубнят: «телефон, золото, доллар». В ломбард?

А насколько честную цену там дадут? А потом тебя не ограбят?

Про банки скромно не упоминаем, там только со слитками приходи. А у нас часто слитки золота продаются или покупаются? Обычно-то человек идет в магазин, да и приобретает колечко или цепочку. А тут еще вопрос пробы. Если плохо разбираешься, тебя еще и на этом нагреют.

Деньги она тоже взяла в том доме, но не так, чтобы очень много. Разве что на квартирку хватит, и ту не самую лучшую.

Прогресс, все деньги на карточках хранят, а им еще жить на что-то надо, да и вообще, зачем ей эти украшения? Опознает еще кто…

– Можете завтра принести мне что у вас есть. Я посмотрю и посоветую знакомого ювелира. Или сразу завтра к нему съездим вместе.

– Спасибо вам большое, – искренне сказала Далина.

– Не за что. И давайте я вас с женой познакомлю, она вас тоже поблагодарить хотела за Майю. Вот ведь… казался приличным парнем, а что вылезло!

– Свинячье рыло, – коротко высказалась Далина. – Но это и в лучших семьях бывает.

Если ее решили и с женой познакомить, это серьезно. Значит, оценили и допускают в семью.

Жена, кстати, у Максима Сергеевича оказалась пухленькой блондинкой глубоко за сорок лет. Еще в школе встречаться начали, потом поженились, и вот, не расстаются. Детей вырастили, внуков ждут. Красота, да и только.

Далина решила, что с удовольствием пообщается с новыми людьми. Надо же ей учиться? Останется она в этом городе или нет, неизвестно, но знакомства всегда пригодятся.

Квартиру, кстати, надо купить, но где? И Косте еще новые документы нужны. Но с этим Далина еще подумает, к кому обращаться. Пока – продаем трофейное золотишко.

* * *

Золотом Майя не заинтересовалась. А вот Далиной…

– А ты мне можешь что-нибудь вот такое показать? Чтобы удар – и готово?

Далина качнула головой.

– Лучше всего – не попадать в такие ситуации. Ты не сможешь ударить, ты просто побоишься первой причинить вред.

– Но тогда… я бы могла…

Далина не стала спорить. Не могла, не тот тип характера, но Майе этого не объяснишь. А потому…

– Могу несколько точек показать – чтобы ты вырваться могла и сбежать. Хочешь?

– Хочу!!! Завтра тогда и попробуем? Да?

Далина кивнула.

Ладно уж. Пусть пока порезвится девушка, Далина ей покажет что-то не слишком опасное. И строго предупредит, что это – не волшебный рецепт. Надо просто быть осторожной. И думать, думать… лучшее средство от всех проблем – мозги! Хотя кто бы говорил! Сама-то как вляпалась!

– Только я скоро уеду, наверное. Надо.

– На отпуск?

– Может, переселюсь в другой город.

Майю это не остановило.

Другой город? И что! Есть интернет, есть видеосвязь, есть поезда и самолеты! А вот подруг, которым плевать на ее деньги и статус – мало. Может, человека три-четыре. И если еще одна нашлась…

Надо ценить и беречь! Вот!

Ардейл, замок Ланидиров

Рассина кипела от гнева и ярости. Только вот…

Кипи, не кипи, а наружу вырывалось только возмущенное клокотание.