Текст книги "Развод. Без права выбора (СИ)"

Автор книги: Гала Григ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Глава 24

– Нууууу? И долго будешь тянуть кота за хвост? – слышу сквозь свои неутешительные мысли.

И понимаю, что Жанна так просто не отстанет. Ну вот все хорошо в ней, кроме настырности. Не может просто посочувствовать. А мне бы хоть небольшую передышку. Так нет же!

Сопровождая свои действия отчаянным вздохом, отыскиваю абонента «Любимый». О, черт! Надо срочно заменить запись. Еще лучше – удалить. Жаль, что не могу сделать это сию же минуту. Предвижу, что еще не раз придется звонить почти экс-мужу.

Длительный сигнал без ответа начинает раздражать.

Это что же получается? Костя не желает отвечать?!

А Жанна плавным движением руки рекомендует не психовать и дождаться реакции «любимого».

Когда же в трубке слышу до боли знакомый голос, мгновение не могу ничего сказать.

– Я слушаю тебя, – сухо и по-прежнему со злостью. – Говори коротко, я занят.

– Ничего, выкроишь минутку. – И уже без всякого перехода брякаю: – Я ведь предупреждала, что, если не заберешь свои вещи, выставлю их на лестничную площадку. Так вот. Даю тебе добавочное время. И чтобы до вечера ты убрался из квартиры.

Вывалив на Климова весь запас своего красноречия, замираю в ожидании, приготовившись выслушать ответную гневную тираду.

Но он удивляет меня.

– Агния, – почти смиренно. – Знаешь, я погорячился. – Мнется. – Может, я поживу еще немного в твоей квартире. Просто некогда заниматься поиском жилья. Столько дел как раз навалилось.

И так это сдержанно, без рыков. Куда они исчезли так резко?

– Мммм. Неожиданная просьба. У тебя что с наличными проблемы?

Пока Климов что-то бормочет в ответ, перебиваю его со злорадством:

– Мог бы номер в отеле снять на худой конец.

Понимаю, что теперь какой-то бес или маленький чертенок вселился в меня и подзуживает, подзуживает.

Жанна, непонятно как раскусив суть Костиной просьбы, скорчила угрожающую гримасу, мол, только попробуй согласиться. Еще и кулак показывает.

Отвечаю жестом – успокойся, все ОК.

Климов, чувствую, уже заводится.

– Да, пойми ты, всего на два-три дня. Мне просто не хочется тащить вещи сначала в гостиничный номер, а потом опять же в квартиру, которую подыщу. К тому же, я думал, ты у Жанны еще поживешь, поэтому и не спешил с переездом.

– Значит так, я тебе не мячик для пинг-понга, который перебрасывают с одной квартиры на другую. Вот решила приехать и передумывать больше не желаю.

Жанна не сводит с меня округлившихся глаз. Даже головой покачивает одобрительно.

А из меня так и прёт:

– И да, я совсем не шучу. Если до вечера не заберешь свое барахло, пеняй на себя. Весь двор будет усеян галстуками, рубашками и прочей атрибутикой твоего шикарного гардероба.

В телефоне тишина. Уже собираюсь нажать отключение. Но Климов все-таки отзывается. Правда, тон у него несколько изменился, стал тише, уступчивее.

– Да-да, конечно. Все сделаю, как скажешь. Потерпи до вечера… Агнеша, а что если все же я хотя бы сегодня переночую у тебя?

Теперь уже я округляю глаза. Ничего себе поворот.

Странно, что это с ним такое? Задний ход включил? Ну нет, милый.

– Никак нет, дорогой. Если не запамятовал, ты так и не прописался в моей квартире. Все откладывал, договора какие-то липовые сохранял, у нотариуса заверял, а такой важный момент упустил.

Явственно слышу в трубке его шумное дыхание. Был бы рядом, наверняка растерзал бы меня на шматки.

Жаннка сигналит мне знаком «Супер!», выразительно подняв большой палец правой руки вверх.

И откуда у меня столько дерзости? Кажется, мы с Костей поменялись ролями.

И меня это все более и более заводит.

Так и хочется прошептать в трубку: «Ну что, козлик, допрыгался?».

– Агния. С твоей стороны это… как бы тебе сказать, жестоко. Я ведь прошу только на одну ночь. И да, обещаю вести себя прилично.

Теперь задумалась я. А почему бы и нет? Не по-человечески как-то с моей стороны. Ведь вообще-то обещала подождать еще пару дней.

– … Нуууу, ладно. Если только на одну ночь. Но имей в виду, что я дома не одна. У меня Жанна.

Подруга то отмахивается, то крутит пальчиком у виска.

Костя взвыл:

– Агаша, помилуй. Это уж слишком! Ты же знаешь, какие у нас с ней отношения. Особенно сейчас, когда я ее уволил.

– По-другому никак. Если не устраивает, ищи другой вариант.

Климов, явно взбешен. Но держит себя в руках и соглашается.

Что же его так допекло?

– Кстати, я должна посоветоваться с ней. Перезвони через секунду.

Жанна не разделяет моего восторга от разговора с пока еще мужем. Особенно недовольна тем, что придется кучковаться под одной крышей.

– Агния, – строго начинает она. – Я на такое не подписывалась.

– А что такого, Жанна! Ну переночует он здесь. Никто же не заставляет нас общаться с ним. Кому от этого будет хуже? Уж точно не нам с тобой. Но при этом он может невзначай проколоться. И мы узнаем, что заставило такого самоуверенного вершителя судеб унижаться и напрашиваться на ночлег.

– Мне вообще не нравится эта затея. Он наверняка что-то задумал. Иначе, как правильно ты заметила, с чего бы ему сдавать свои позиции?

– Надеюсь, ты меня не бросишь? – спрашиваю смиренно.

– Да что с тобой, дурехой делать? Придется остаться. Это же я тебя доставала – звони да звони. Теперь вместе будем расхлебывать. Вот приспичило же тебе ехать домой. А вдруг он задумал что-то недоброе? Не зря же недоволен моим присутствием.

– Не драматизируй, Жанна. Или мне показалось, или что-то у него пошло не так, как задумал. А вдруг расколется.

– Делай как знаешь. Только не нравится мне все это.

Не успела я уломать Жанну, как перезвонил Климов. Ндааа, видать и впрямь не все у него гладко.

– Ну так что? Я могу приехать?

– Ладно. Только ты сразу аккуратненько сложишь свои вещи в прихожей. А то валяются посреди квартиры.

В глубине души я и сама уже не рада, что так бездумно согласилась. Черт знает, что у него на уме. Это меня занесли скачущие гормоны. То плачу и страдаю, то испытываю Климова на вшивость.

И ведь согласился на все мои условия. Это и беспокоит.

Хотя, может и в самом деле приткнуться негде. Не ожидал, что дело примет такой оборот. Охохонюшки-охохонюшки. Что это будет?

Глава 25

Заявился мой Костик, надо сказать, даже раньше обычного. Я уж и не помню, когда так рано возвращался домой после работы.

Пока он усердно наводил маломальский порядок, упаковывая свои вещи и складывая их в прихожей, мы с Жанной приготовили незатейливый ужин. Что называется, из того что было.

А так как я была неплохой хозяюшкой, то в морозилке нашелся пакет самых настоящих домашних пельменей, которые обожал Костя. Божественный запах заполнил кухню и гостиную. А мы с подругой со злорадством наблюдали, как Климов судорожно сглатывает слюну при виде того, как мы накрываем на стол.

Ну не садистки же мы! После немого согласования с Жанной приглашаю почти экс-мужа к столу. И он не отказывается. Знает ведь, паразит, что нигде больше не отведает домашних пельмешков, приготовленных по рецепту, который достался мне еще от бабушки.

И уплетает их мой пока еще муж за обе щеки.

На меня же наваливается грусть-тоска по прошлой счастливой жизни, когда Костя трескал их, не уставая нахваливать.

Разговор, конечно же, не вяжется. Едим практически в полнейшей тягостной тишине. И, едва перебросившись несколькими фразами, расходимся по разным комнатам. Правда, Жанна немного задерживается у меня. Оно и понятно. Ей же просто необходимо высказаться. Хотя мне скорее хочется остаться одной, поразмыслить над дурацкой ситуацией, в которой мы оказались.

– Ну и? – чуть ли не осуждающе спрашивает она, – раскололся? Налопался и довольный отправился спать! Ох, Агния, разбаловала ты его. Он, небось, и напросился только для того, чтоб… Пффф! Ну тебя, не знаю я, для чего.

– Да ладно, Жанни! Мне кажется, он жалеет, что наворотил чёрт знает что с нашей жизнью.

– Ага. Ты еще пожалей его. Хотя… Мне не все ли равно. Делайте что хотите. А я спать. Надоели вы мне оба.

Зевнув, она отправляется в комнату для гостей. И я уверена, что засыпает моментально.

Я же уснуть долго не могу.

Все ворочаюсь. Все пытаюсь разобраться в себе и в Косте.

Признаюсь, что все мои действия последнее время непоследовательны. Жанна права. Я сама не знаю, чего хочу. Мучаюсь. Терзаюсь. То сбегаю из дома, то возвращаюсь. Наверное, это и есть те самые эмоциональные качели, на которые списываются все сумасбродства беременных женщин.

А что же Климов? Его ведь тоже колбасит. Его поступки тоже нельзя назвать адекватными. Получается, тоже весь на эмоциях.

И ведь зря говорят, что ломать – не строить. По крайней мере относительно семьи фраза никак не подходит. Строили мы отношения легко. А когда дело дошло до разрушения, все очень сложно.

Наверное, мы оба переживаем состояние того самого незавершенного гештальта, о котором не устают говорить психологи. Думала, врут. Оказалось, нет. Недосказанность, незавершенность в отношениях мешает спокойно жить.

И вообще все слишком свежо и тяжелым грузом повисло на плечах. Не сбросить, не освободиться.

Утомленная грустными размышлениями, погружаюсь в дрёму.

И вдруг вздрагиваю, почувствовав на своем плече чью-то руку. Жанне не спится?

Слабый свет от уличного освещения, проникающий в окно, позволяет разглядеть очертания мужской фигуры.

Испуг? Нет. Ведь в соседней комнате Жанна. Значит, бояться мне нечего. Тем не менее резко сажусь в постели и уже собираюсь выразить Косте свое возмущение.

Однако он предупреждает мой возглас тихим шипением типа «тсссс». Затем отходит к двери и жестом предлагает последовать за ним.

Ничего себе заявочка!

– С ума сошел! – шиплю возмущенно. – Ну-ка убирайся, а то позову Жанну. Мало не покажется.

– Поговорить бы… на кухне… без свидетелей.

Ах, вот оно что! Поговорить. Ну что ж, это можно. Как раз то, чего я напрасно ждала весь вечер и что заставляло ворочаться без сна. И его, значит, прижало.

После достаточно злорадных мыслей промелькнула и обида.

Вот оно как! Только поговорить. А я уж думала, ему не спится по другой причине. Как бывало раньше.

Пока облачаюсь в халат, обида становится жгучей. До слез. Получается, как женщина, жена я его уже не волную.

– Знаешь, дорогуша, – возникает внутренний голос, – ты уж определись. То оскорбляешься, когда муж со всей страстью набрасывается на тебя, то обижаешься, что предлагает только поговорить.

Бррррр! Вспоминаю весь ужас последней нашей близости. На кухне! О, ужас! Неужели опять?

– Ахаха! – опять внутренний червяк. – Крыша у него еще не совсем поехала. Понимает, что рядом верный страж – Жанна. Так что намечается именно разговор.

Соглашаюсь с наглецом. И смело выхожу на кухню, ступая как можно тише, чтоб не разбудить Жанну. Вот уж она потешится надо мной, узнав о ночных посиделках с изгоняемым мужем.

Климов уже сидит за столом, сжимая виски руками. Видимо, ему тоже нелегко дается этот шаг.

Ну… сам во всем виноват.

Присаживаюсь с противоположной стороны стола. Во избежание… вот только чего, не знаю.

– Агния, прости меня. Прости за все. Не знаю, что на меня нашло. Я сам не могу простить себя за все, что натворил. Я не нахожу себе места. Не знаю, как вымолить у тебя прощение.

Сижу окаменевшая. У меня шок.

Но нахожу силы спросить:

– И за отель?

– Да. Я был не прав. Не могу себе объяснить, как все произошло. Как ты оказалась там с другим. Но должен был сначала разобраться, а потом уж…

– Значит все-таки допускаешь, что я могла изменить тебе?!

Он успевает взять мои ладони и крепко зажать в своих. Затем покрывает их поцелуями. Заглядывает в глаза.

– Нет Агния! Нет. Я люблю тебя. И даже если бы…

– Костя, – высвобождаю свои руки, – не знаю, почему, но я… тебе не верю. И тогда с трудом заставляла поверить тебе. И сейчас не верю в искренность твоих слов. Скажи честно, что с тобой происходит? Ты ведь намеревался немедленно подать на развод со всеми вытекающими для меня последствиями. И вдруг…

– Прости еще раз, но угрозами я пытался сломить тебя и заставить признаться в измене.

– Что же теперь? Ведь ты и сейчас допускаешь, что я изменила тебе. Как ты мог! И этот шантаж с обнародованием. И эти требования на основании дурацкого брачного договора.

– Ну дурак я, дурак. Все это чистой воды блеф.

Внимательно вглядываюсь в его лицо. Как ни стараюсь, не могу отыскать в нем следы раскаяния. Глаза холодные. И эта складка между бровями. Злая она какая-то, недобрая. И даже губы его холодные. Их холод поразил меня, когда он целовал мои руки. Эти холодные поцелуи не пробудили во мне ничего, кроме ответного холода.

Медленно поднимаюсь со стула. И, с сожалением глядя на Климова, повторяю:

– Я почему-то не могу поверить тебе, Костя.

Направляюсь к двери, спиной ощущая его недобрый взгляд и, не оборачиваясь, добавляю: – Надеюсь, утром ты уедешь… совсем уедешь.

В ответ на мои слова слышу, как на столешницу обрушивается его кулак.

«Ну вот, что и требовалось доказать», – отмечаю про себя с горечью. Слегка поворачиваю голову и ловлю его тяжелый недобрый взгляд.

Глава 26

Ну что ж, мой милый, даже если я ошибаюсь, даже если ты и впрямь раскаиваешься в содеянном, то побудь в моей шкуре. Помучайся. Хотя сильно сомневаюсь в этом.

Что-то во всем твоем раскаянии неестественное.

Что-то ты затеял. И игра твоя мне не нравится.

По всей видимости, тебе понадобилось время, чтобы обустроить свои делишки.

Ну, конечно! Как же я сразу не подумала. Завтра же поделюсь с Жанной своими предположениями. Пора заканчивать эту бессмысленную возню.

Вообще-то Жанна обещала подыскать мне хорошего адвоката по бракоразводным делам. Только почему-то не спешит.

А я что сама не могу это сделать? Интернет на что?

Понимаю, что не смогу уснуть после разговора с Климовым. Поэтому, ощущая острую необходимость порвать наши с ним отношения, пытаюсь найти грамотного специалиста по бракоразводным делам.

Выбор огромный. Но как отыскать того самого, который решил бы все мои проблемы. Быстро и с учетом всех тонкостей относительно бизнеса. А главное, чтобы…

Ой-ой-ой! Возникает масса вопросов. Ведь придется доказать, что измены не было. Иначе – этот дурацкий брачный договор может лишить меня всего, что я унаследовала от родителей.

Неужели такое возможно?!

По словам Климова, да.

И мне, как я полагаю, придется приложить массу усилий, чтобы оспорить фиктивный брачный договор. Именно поэтому нужен не просто адвокат, а специалист высшей категории.

Уже светает, а я все вчитываюсь в многочисленные предложения, предлагаемые частными адвокатскими конторами.

Нет, сама не могу определиться. Надо посоветоваться с Жанной. Она хоть что-то подскажет.

Смотрю на часы. Пять утра. Жанна пошлет меня куда подальше. Но нетерпение зашкаливает. Ведь если раньше я отвечала только за себя, вряд ли ввязалась бы в тяжбу с Климовым за принадлежащее мне по праву имущество.

Теперь все по-другому. Нас теперь двое. Я просто обязана обеспечить своему ребенку достойную жизнь. Я ответственна за него. Только я. Потому что отец его оказался… Неважно, кем он оказался. Дальнейшая наша совместная жизнь невозможна. Что-то пошло не так. А виной всему…

Прислушиваюсь к какому-то странному шелесту по коридору. Шаги? Нет, показалось. Едва уловимый звук, будто дверь открыли-закрыли. Глупости. Чего только не почудится после бессонной ночи. Вот и не слышно ничего. Тихо.

Загляну-ка в комнату Жанны. Может, ей тоже не спится.

Тихонько открываю дверь в соседнюю комнату. Вглядываюсь в полумрак, стараясь определить, не разбудила ли подругу. И застываю от увиденного.

Жанны нет ни в постели, ни вообще в комнате. Что бы это значило? Меня обдает кипятком от промелькнувшей догадки.

Не может быть!

Она просто вышла на кухню. Или в туалет.

Сердце отбойным молотом долбит грудную клетку.

Зря я себя накручиваю. Сейчас Жанна вернется.

Не в силах дождаться ее возвращения, на цыпочках подхожу к нашей спальне. Не знаю, что руководит мною. Ведь меня здесь может увидеть Жанна. Еще подумает, что я пришла к Косте…

Из-за двери доносятся приглушенные голоса. Слов не разобрать. Но один определенно женский, второй – мужской.

Предательская слабость в ногах заставляет прилипнуть к стене, чтобы не упасть. Табун беспорядочных мыслей парализует возможность бежать, пока меня не застали за таким постыдным занятием, как подслушивание.

Нет!

Я не верю!

Этого не может быть!

Это сон. Кошмарный сон. Надо проснуться, посмотреть в окно и сказать: «Пусть все плохое останется во сне».

Глупая примета. К тому же, прекрасно понимаю, что голоса за дверью мне не приснились. Это самая, что ни есть настоящая явь. И у меня не слуховые галлюцинации.

Может, паранойя? Я настолько накрутила себя за ночь, что слышу невесть что.

Вот только как объяснить, что Жанны нет в гостевой комнате.

Что делать?

Остаться или бежать? Бежать без оглядки и никогда не возвращаться, чтобы избавиться от невыносимой боли.

От боли, которая вместо того, чтобы утихать со временем, наоборот, нарастает. Парализует мысли и чувства. Убивает своей жестокостью.

Бежать подальше от людей, которых я совсем недавно считала самыми близкими. А они… за моей спиной… оба предавали меня.

Голоса становятся громче. Я различаю не просто звуки. Я слышу слова, от которых мороз пробегает по позвонкам. От которых я должна умереть. Здесь же. Сейчас же. Немедленно.

Но почему-то еще жива.

И при всем моем желании немедленно сбежать не могу сдвинуться с места. Ноги будто приросли к полу. Тело обмякло. Душа выпотрошена.

Дверь резко распахивается. Из спальни вылетает Жанна. Полы ее легкого халатика распахнуты. Глаза горят. Она похожа на разъяренную фурию, готовую на самые решительные действия.

– Ты?! – впивается в меня испепеляющим взглядом.

Глава 27

Жанна хватает меня за руку и тащит к себе в комнату.

Находясь в состоянии глубокого шока, позволяю себя увлечь.

Смотрю на нее широко распахнутыми глазами. Гнев и жгучая боль захлестнули все мое существо. Наружу рвутся гневные слова. Но язык прилип к нёбу, горло першит, в нем застрял огромный ком. Он не дает ни дышать, ни говорить.

Жанна швыряет меня на кровать. Глаза ее горят огнем. Щеки пунцовые от ярости.

– Все слышала?!

Могу только кивнуть в ответ.

– Вот и прекрасно! Ничего не придется объяснять.

И продолжает убивать меня.

– Да, мы с Костей давно вместе. Но он при всем своем обаянии оказался трусливым и безвольным тюфяком. Пришлось брать инициативу в свои руки.

– Но, Жанна…

– Молчи! – Злоба хлещет из нее фонтаном. Она захлебывается ею. Но продолжает выплескивать ужасные признания.

– Уясни себе, я даже рада, что все само собой раскрылось! Да! Да! Да! Мы любовники. И уже давно. И еще... Нет, самое главное ты узнаешь позже. Всему свое время. А сейчас ты наконец-то поймешь, что не все тебе одной. Наконец-то узнаешь, как я ненавижу тебя!

– Но за что, Жанна?!

– За все! Тебе ведь все достается в этой жизни легко и просто. Компания – пожалуйста. Успешный муж – пожалуйста. Ах, какие мы белые и пушистые. Ничего не делаем, в роскоши купаемся. Но почему? Почему я всего должна добиваться сама, а тебе – все даром? За какие такие заслуги? Так вот, знай, кончилась твоя райская жизнь. А у меня она только начинается. Ах-ха-ха-ха-ха! – заливается она чуть ли не безумным смехом.

Дверь тихо приоткрывается. В проеме появляется Костя. Он растерян, сконфужен и кажется даже испуган.

Жанна, на мгновение забыв обо мне, обрушивается и на Климова:

– Убирайся! – орет на него во весь голос.

– Но, Жанна!

– Уйди, я сказала. – Она хватает с тумбочки попавшийся под руку флакон с туалетной водой и со всего размаху запускает в Климова. Тот едва успевает захлопнуть дверь с обратной стороны.

Отрешенно наблюдаю за этой сценой. Словно смотрю сюжет неоднократно виденной мелодрамы.

«Тюфяк он и есть тюфяк!» – промелькнула мысль. И я неожиданно для себя вдруг тоже громко рассмеялась.

Жанну настолько поразил мой смех, что она, забыв о Климове, уставилась на меня.

– Ты чего это? Умом тронулась, что ли?

– Ага! – восклицаю с неизвестно откуда появившейся вдруг смелостью. – С вами по-другому никак. Как можно сохранить разум, когда муж обвиняет в несуществующей измене, а лучшая подруга оказывается такой же подлой, как и он. Вместе план разрабатывали? Или Климов сам все придумал, а ты только в исполнительницах числилась?!

– Заткнись, дура! И слушай. Вместе или раздельно, значения не имеет. Факт остается фактом – Костя будет моим! И не только он сам, но и компания. Да-да, ты не ослышалась. И ты вынуждена смириться с этим. Иначе твоя жизнь превратится в ад. Я не шучу.

Судя по тому, как она на моих глазах обошлась с Климовым, ее угрозе невозможно не поверить.

– Все просчитала? А ведь я тебя считала подругой. Единственной.

– Ах-ха-ха! Была когда-то. Но надоело жить в твоей тени. Почему одним все, а другим ничего. Теперь вот ты попробуй одна по жизни. Еще и с пузом! Пффф!

Вздрагиваю от ее последних слов. Судорожно прикрываю живот руками.

– Ты ему сказала о ребенке?!

– Еще чего! Сам скоро увидит. Только это произойдет потом, после вашего развода и… – торжествующе смотрит на меня, – нашего бракосочетания.

– Жанна, – пытаюсь понять ее, – ты ведь во всем помогала мне. Зачем?

– Дурында ты, Агнешка! Все шло по плану. Вот только Костя слабину дал. Не справился с похотливым порывом. Да и беременность твоя… Ну да ничего. Я простила. В конце-то концов, к жене не ревнуют. А ты ведь пока еще его жена. Но не будем о грустном. Теперь, когда ты обо всем знаешь, тихо отойди в сторону. Не мешай нам. Я и без того слишком долго ждала, пока Климов согласится на решительный шаг.

– Значит моя измена – подлая подстава, монтаж? И ты все знала...

– Тебе не все ли равно? Успокою. Снимки подлинные, не отвертишься. А согласно брачному договору…

– Да нет у вас никакого брачного договора! Клочок бумаги, заверенный подкупленным нотариусом. Я докажу! И… про ребенка Климову скажу! Тогда посмотрим.

– Значит, не успокоишься?

Бесстрашно смотрю в глаза лживой гадине, которая долгие годы обманывала меня, выдавая себя за верную подругу. А сама спала с моим мужем.

– Тогда берегись! Ходи и оглядывайся. Случайная беременность иногда заканчивается самопроизвольным абортом. Ага!

Больше слушать эту дрянь нет сил. Подхожу к двери, резко распахиваю ее и произношу громко, отчетливо и решительно:

– Пошла вон из моего дома!

Боковым зрением успеваю заметить, как Климов метнулся к спальне. Подслушивал подлец!

– Убирайтесь оба! И немедленно! Иначе я полицию вызову.

С шумом захлопнув дверь перед самым носом ошарашенной моим взрывом Жанны, ухожу в свою комнату и запираюсь на ключ. На всякий случай.