Текст книги "Темный феникс. Возрожденный. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Федор Бойков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 13

– Прорыв? – уточнил я, бросив взгляд на казарму, откуда уже выбегали гвардейцы.

– Не на нашей территории, – Зубов домчался до меня и замер, хватая ртом воздух. – Полчища монстров атакуют стену на территории Мироновых. Без вас мы не имеем права вступить в бой, как и начать переговоры с Мироновыми.

– Понял, – кивнул я и сел в автомобиль, резко затормозивший рядом со мной.

В прошлые разы орды монстров атаковали стену, когда дедуля наведался в гости, а после я притащил к стене источник некромансера. Могло ли быть что-то подобное у Мироновых? Учитывая их связь с заговорщиками, я бы не удивился, если бы узнал, что у них гостит с десяток некромансеров.

Но сначала нужно увидеть всё своими глазами. Вдруг там не такой масштаб. Хотя сомневаться в словах Зубова и своих дозорных у меня не было причин.

Через двадцать минут я уже увидел, что никакого преувеличения нет и в помине. Мои гвардейцы сражались с монстрами, которые волной лезли со стороны Мироновых. Причём сражение происходило уже по эту сторону стены.

Как только внедорожник остановился, я выскочил наружу и нашёл взглядом Стаса Назарова.

– Стас! – крикнул я. – Доложить обстановку!

– Господин! – Назаров рванул ко мне. – Полчаса назад начался массовый прорыв на территории Мироновых. Максим Ивонин отправил часть бойцов вдоль границы с княжеским родом. К нам лезут монстры, пока справляемся, но доступа на территорию Мироновых у нас нет, а там будто ад разверзся.

– Принял, работайте дальше, – я направился к лестнице на стену, чтобы оценить масштаб прорыва, но не успел.

– Костик! – окрик бабушки заставил меня резко развернуться. – Телефон! Возьми трубку!

Бабушка мчалась ко мне со стороны врат, держа в руках чей-то телефон.

– Шаховский, – ответил я, не глядя на экран.

– Князь Владимир Куприянов, – услышал я густой бас, прервавшийся звуками автоматных очередей. – Я прямой сосед Мироновых, держу границу, но дела плохи. Не смог связаться с Мироновым, поэтому принял решение выдвигаться на их территорию.

– Без согласования с князем Мироновым это будет нарушением границы, – сказал я, сверля взглядом лицо бабушки. Что она забыла на стене? – Мы имеем право вмешаться только в случае подтверждения гибели главы рода и взрослых наследников.

– Да плевать я хотел на его границы, – рявкнул Куприянов. – Мне нужно твоё разрешение, граф. Ты страж врат и решать тебе. Со своей стороны готов подтвердить, что ситуация критическая и времени на расшаркивания нет.

– Даю разрешение на вторжение, – не раздумывая сказал я. Какими бы ни были последствия, сейчас важнее не пропустить монстров дальше. Судя по тому, что я вижу, скоро будет не до границ. – Мы выдвинемся с нашей стороны.

Князь Куприянов сбросил звонок.

– Чей телефон? – коротко спросил я.

– Максима Ивонина, ты же сам назначил его командиром первого боевого отряда и главой защиты стены, – быстро ответила бабушка. – Вот он и обзванивал соседей, чтобы понять масштаб прорыва.

– Что ты здесь делаешь? – задал я второй вопрос, махнув бойцам, чтобы подошли ко мне.

– Приехала проверять новых истребителей сразу после завтрака, – она подобралась и вытянулась в струнку. – Выявлено три шпиона, но они только наблюдатели, не диверсанты. К бою с монстрами готова.

– Со шпионами разберёмся потом, не до них сейчас. Ты останешься здесь, – принял решение я. – Держите оборону. Я выдвинусь с гвардейцами на территорию Мироновых.

Я набрал номер Зубова, забитый в телефонную книгу Ивонина.

– Что у тебя, Макс? – рявкнул Зубов. – Господин приехал уже?

– Это я, – коротко сказал я. – Поднимай всех, мы идём зачищать земли Мироновых, монстров слишком много.

– Мы уже готовы выступать, господин, – доложил Зубов. – Машины на ходу, бойцы вооружены.

– Тогда двигайтесь к перелеску, где мы в прошлый раз с Давыдовыми бились, там самое удобное место для прохода, – скомандовал я и завершил разговор.

Вернув бабушке телефон Максима, я сел в дожидавшийся меня вездеход. Вместе со мной в автомобиль забрались Стас Назаров, Пётр Быков и Олег Панкратов. Все трое сражались вместе со мной на испытании в московском очаге, и я лично видел, на что они способны.

Во второй вездеход загрузилось ещё пятеро бойцов, в каждом из которых я был уверен, как в себе. Мы помчались в сторону границы, чтобы там соединиться с остальной гвардией. Пока мы ехали, я видел, что основные силы уже рассредоточились вдоль границы, но нарушать её не спешили. Им и на наших землях хватало монстров.

Несмотря на то что до границы с Мироновыми оставалось чуть больше пяти километров, я видел пробравшихся иглошёрстов, которых отстреливали мои бойцы. Монстры второго класса были им на зубок, так что мы проехали мимо них.

Ещё через пару километров нам навстречу двигалась стая полозов. Гвардейцев поблизости не было, поэтому мы остановили вездеход и вступили в бой.

Я вспомнил прошлый бой с полозами и невольно усмехнулся. У меня тогда дрожали пальцы и хлестала кровь из носа. Пришлось расщеплять тьму и использовать магию Кабанова, чтобы сжечь вожака.

Теперь всё было иначе.

Полозов было около двух десятков. Для нынешнего меня – это мелочь, просто помеха, которую нужно быстро устранить, чтобы двигаться дальше.

– От машин не отходите, – бросил я Назарову, не оборачиваясь. – Прикрывайте фланги, я разберусь.

Бойцы встали в боевую стойку и вскинули автоматы, образовав позади меня треугольник. Ну а я шагнул вперёд.

Первые полозы рванули ко мне, планируя с ближайших сосен. Пасти монстров распахнулись, изрыгая знакомый желтоватый туман. Я даже не пошевелился.

На расстоянии вытянутой руки вокруг меня вспыхнула и тут же погасла тонкая пелена чёрного пламени. Она просуществовала всего пару секунд. Ровно столько, чтобы ядовитый выброс, коснувшись её, испарился с тихим шипением, а полозы начали оседать на землю хлопьями пепла.

Остальные монстры замерли на мгновение. Их примитивный разум пытался осмыслить исчезновение сородичей. Раньше им хватало этого мгновения, чтобы окружить и задавить числом. Но не в этот раз.

Я не стал тратить время на точечные или массовые заклятья. Моя тьма взметнулась вокруг меня и накрыла ещё один десяток полозов разом. На землю упали обугленные скрюченные панцири, поверх которых стелился привычный пепел.

– Вожак на одиннадцать часов, – доложил Назаров, выпуская короткую очередь из-за моей спины.

Патроны с магзарядом прошили двух монстров, пытавшихся обойти меня с фланга. Их тушки дёрнулись и затихли. Вот и нет больше у вожака охраны.

Я одобрительно кивнул, мысленно отметив профессионализм бойцов. Они не мешали, а расчищали периметр, давая мне работать в полную силу.

А работа у меня была почти медитативной. Я чувствовал вожака за грядой камней. Он был умнее остальных, потому и выжидал, почувствовав угрозу.

Раньше мне пришлось бы выманивать его или рисковать людьми. Сейчас я просто шагнул в тень и вышел из неё в трёх метрах от вожака.

Четырёхметровое тело полоза дёрнулось. Ко мне повернулась распахнутая пасть твари, из которой тут же повалил ядовитый туман. Вожак рванул ко мне, расправив складки, чтобы рухнуть на меня с высоты своего роста.

Но он не успел.

Я взлетел на теневых крыльях и поравнялся с ним. Мои объятые пламенем когти с хрустом вонзились в толстый панцирь у основания черепа полоза. Тьма жадно сглотнула монстра по моей команде, а я спустился на землю и отозвал крылья. От начала боя до конца прошло не больше двух минут.

– Всё чисто, – крикнул мне Стас. – Можно двигаться дальше.

Я стряхнул с руки тёмную кровь монстра и убрал когти. В этот раз не было дрожи в коленях и крови из носа. Я почти заскучал во время этого боя. Разница между тем, кем я был тогда, и кем стал сейчас была подобна пропасти.

– Загружаемся, – сказал я, подходя к машине. – Судя по тому, что здесь уже и полозы бродят, Мироновым там досталось.

Мы двинулись дальше и вскоре уже встретили остальных бойцов во главе с Демьяном Сорокиным. Быстро же они добрались от особняка. Впрочем, так даже лучше.

Нам пришлось выйти из машин, потому что проехать дальше не было никакой возможности. Не знаю, что за монстры пробили путь через стену, – землерои или кто-то гораздо опаснее. Но сейчас перед нами двигалась шевелящаяся и ревущая волна монстров.

Небо над землями Мироновых чернело от бесчисленных крыльев и поднятой пыли. Землю было не видно – вместо неё под ногами копошились твари, стекающиеся к особняку княжеского рода. Воздух пах кровью, палёной шерстью и гарью от сотен сработавших артефактов.

– Мать твою, – выдохнул за моей спиной Демьян.

Он был прав. Даже прошлый массовый прорыв, который задел земли Ерофеевых и Мироновых, казался лёгкой разминкой. Здесь действительно разверзся ад, как и сказал Зубов.

Я повернулся к особняку княжеского рода, где был совсем недавно, когда забирал артефакты из сокровищницы Давыдовых. А ведь там ещё держались гвардейцы. Я видел вспышки заклинаний на небольшом островке среди бушующего моря хитина и клыков.

– Их будто манит там что-то, – хрипло сказал Назаров, встав рядом со мной.

Мысль о некромансерах, нагрянувших в гости к своим союзникам, уже не казалась мне паранойей. Она была единственным логичным объяснением. Монстры чуяли поддельные сердца, которые были для них маяком.

– Строимся! – мой голос заставил гвардейцев вздрогнуть. – Пробиваемся к особняку князя и уничтожаем то, что их манит. Я иду первым, вы в десяти метрах от меня. И не экономьте боеприпасы, зачищаем тут всё и всех.

– Есть! – рявкнули десятки глоток моих людей.

Этим они мне и нравились – ни страха, ни сомнений, только холодная готовность идти за мной до конца.

Я призвал тьму и рванул вперёд, превратившись в чёрный факел. Пламя феникса неслось передо мной, сжигая монстров на подлёте. Следом за мной двинулись гвардейцы, отстреливая тварей, не попавших под мой огонь.

Первая линия монстров, похожих на шестилапых медведей обратилась в столбы пепла, которые тут же развеялись вихрем от моей ауры. Звуки выстрелов позади меня сливались в непрерывную канонаду. Магзаряды прожигали хитин, разрывали плоть и сбивали монстров с ног, выкашивая тварей целыми рядами.

Мы не просто шли, мы рассекали живую массу. Монстры набрасывались на нас, но не могли нарушить наш клин. Я взял на себя главный удар, сжигая всё в радиусе десяти метров, а гвардейцы работали по флангам и сбивали летающих монстров.

Земля под ногами превратилась в месиво из крови и пепла. Воздух стал густым и едким. Сквозь рёв монстров и грохот стрельбы слышались чёткие команды Сорокина.

– Смена магазина! Прикрыть левый фланг! Гранатомёт на три часа!

Это был не обычный бой, скорее мясорубка, в которой мы перемалывали полчища монстров.

В какой-то момент среди общей массы бронированных тварей я увидел землероев. Их было пять штук, и в отличие от остальных монстров, они не шли к особняку, а прорывали тоннели куда-то вглубь перепаханного леса. Их огромные лапы-ковши метали спрессованную землю прямо в монстров, сминая и убивая тех не хуже автоматных очередей.

Я на мгновение замедлился и выпустил в них сгустки своего пламени. В прошлый раз мне пришлось повозиться даже с одним землероем, а сейчас все пятеро медленно осели пеплом в лужу расплавленного камня.

Мы прошли ещё пару сотен метров. До особняка Мироновых оставалось всего ничего. Но тут я увидел гвардейцев князя у стен дома. Они прижимались спинами к стенам и яростно отбивали атаки монстров, но их становилось всё меньше с каждой минутой.

– Демьян, – рявкнул я во всё горло. – Зачищайте тут всё, я иду к дому.

– Принято зачищать! – услышал я его ответ и ускорился.

Пламя вокруг меня закружилось чёрным вихрем, сметающим всё на своём пути.

– Граф! Стойте! – донёсся до меня чей-то крик. – Шаховский!

Я обернулся на голос и увидел незнакомого мужчину лет пятидесяти. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы узнать окровавленное лицо с потёками от пота. В сети этот человек выглядел не таким потрёпанным.

– Нет времени! – крикнул я князю Куприянову.

– Стойте! Нельзя вам внутрь! – не унимался князь. – Да постойте же!

Я сжал челюсти до хруста и ненадолго усмирил своё пламя. Хотелось послать этого Куприянова подальше и рвануть в дом Мироновых, чтобы найти причину прорыва. Но в голосе князя звучала абсолютная уверенность в своей правоте.

– Говорите быстрее, – попросил я князя, едва он приблизился.

– Мои дозорные видели тёмного мага у стены до начала прорыва, – быстро проговорил Куприянов. – Он стоял там минут десять, а потом исчез на месте. Думаю, что он может быть в доме Мироновых.

– И что? – уточнил я.

– Боюсь, что никого из княжеской семьи уже нет в живых, а внутри особняка вас ждёт ловушка, – пояснил он. – Я пойду с вами.

Он призвал пламя, чтобы показать мне свою стихию, но я и без того видел, что передо мной грандмаг огня. Только вот толку от него не будет, если к Мироновым заявился некромансер. То, что он демонстративно торчал у стены, однозначно было сделано для того, чтобы его заметили. Но для кого была эта демонстрация? Неужели для меня?

– Я иду один, – сказал я, глядя в глаза князя. – Вы лучше с монстрами разберитесь, пока не стало поздно.

Он хотел ещё что-то возразить, но я не стал его слушать. Нырнув на первый слой тени, я вынырнул уже у крыльца дома и выбил входную дверь.

К моему удивлению, внутри не было следов боя. Вся мебель стояла нетронутой, на полу и стенах не было ни капли крови. И вообще создавалось ощущение, будто этого места не коснулось даже дыхание монстров.

Грохот битвы снаружи создавал ещё больший контраст с тишиной в доме. Здесь не пахло кровью или горелыми шкурами и не было ни единого намёка на сражение.

Я шагнул вглубь холла, влив побольше энергии во взор тьмы. Он сканировал каждый сантиметр, но не находил ни единой ауры. Будто все обитатели особняка покинули его задолго до начала прорыва.

Ловушка была настолько очевидной, что у меня на шее волоски встали дыбом. А точно ли один некромансер заглянул в гости к своим союзникам? Если дозорные Куприянова видели только одного тёмного, то это вовсе не означает, что у него не было компании.

Призывать пламя я не стал – ни к чему сжигать весь дом, когда в нём не видно врагов. Но купол тьмы я убирать и не подумал, наоборот – напитал его сильнее, чтобы успеть среагировать на внезапную атаку.

Я сделал ещё несколько шагов и вдруг услышал странный звук из глубины дома. Вместо криков, стонов боли или треска заклятий там прозвучал удар гонга. Этот звук отразился от стен и проник в самое нутро.

Может быть, князь Давыдов что-то знал, когда покупал эту штуковину? Потому что я был уверен в том, что удар гонга нёс в себе энергию стихии воздуха.

Как только звук стих, мой взор увидел ауры пятерых магов света. Ощущение было такое, словно они просто возникли из ниоткуда в дальней комнате второго этажа особняка.

Больше медлить я не стал. Рванув на след аур семейства Мироновых, я промчался через коридор и перелетел через лестницу. Уже через минуту я распахнул дверь и замер на пороге апартаментов хозяина дома.

Посреди гостиной на коленях стояли сам князь Миронов, его супруга, дочь и сын. Чуть правее от них в той же позе стоял ни кто иной, как декан целительского факультета магической академии – Аркадий Всеволодович Кольцов.

А перед ними, ухмыляясь во весь рот, возвышался некромансер, аура которого была скрыта до последнего момента. Но теперь, когда наши взгляды встретились, он перестал скрываться.

В его тусклых запавших глазах не было безумия или ярости. Я видел в них лишь леденящую бездонную усталость. Усталость человека, который понял, что потерял смысл жизни. А ведь жизни в нём нет уже пятнадцать лет.

– Здравствуй, внук, – прошелестел Дмитрий Шаховский, глядя мне в глаза. – Я знал, что ты не сможешь пропустить такое приглашение.

Глава 14

Мой взгляд скользнул за спину деда. А вот и гонг, который он зачем-то притащил на второй этаж. Следующим, на что я обратил внимание, было положение Кольцова и Мироновых. Поставить на колени двух грандмагов света не так-то просто, а ведь они безропотно стоят себе, будто так и должно быть.

Я вгляделся в их энергетическую структуру и покачал головой. Мог бы сразу догадаться, что дед найдёт такую комбинацию проклятий, которая сможет подчинить даже таких людей. Он ведь и в меня когда-то швырнул сразу десяток проклятий разной тяжести.

– Подчинение и полный паралич с отключением органов чувств, – сказал я, проигнорировав приветствие деда. – Ты не переборщил?

– В самый раз для светлых тварей, – с усмешкой ответил дед. – Рад, что ты сумел сразу опознать проклятья. Значит, твоё развитие не одностороннее.

– Зачем ты пришёл сюда? – теперь моё внимание было полностью сконцентрировано на Дмитрии Шаховском.

– Ты запретил мне приходить на земли нашего рода, – проговорил он, пожав плечами. – Да и зачем мне навлекать монстров на моих внуков? А тут всё удачно сошлось. И ублюдок этот светлый в гости к дружкам заглянул.

Дед пнул в живот Аркадия Кольцова, но тот даже не шелохнулся. Я недовольно поморщился. Никогда не понимал глумления над поверженным врагом, который не может дать сдачи.

– Что тебе нужно? – задал я следующий вопрос.

– Разве я не могу просто соскучиться по любимому внуку? – изобразил возмущение он.

– Не можешь, – процедил я сквозь зубы. – Ты работаешь на Вестника?

– Работаю? – дед расхохотался во весь голос. – Нет, внук, я никогда не работал на Вестника, лишь использовал его наработки. Он дал мне то, что отказывались давать веками наша семья и слепая преданность тьме. Знание и силу, недоступную другим.

– Поэтому ты решил поучаствовать в пытках тёмных магов? – мне приходилось сдерживать себя, чтобы не наброситься на него прямо сейчас. Я хотел разорвать его на куски, как тварей снаружи, обратить его в пепел. Но пока он готов говорить, я послушаю.

– Это были не пытки, – всё напускное веселье исчезло с лица некромансера. – Это эволюция…

– Можешь называть эти эксперименты как угодно, – перебил я его. – Но ты предал всех тёмных. Ты хотя бы понимаешь, что именно натворил?

– Не тебе меня обвинять, – рыкнул он. – Что ты можешь понимать? Юнец, едва перешагнувший порог совершеннолетия. Твоя юность не позволяет тебе увидеть то, что вижу я.

– Да неужели? – я выгнул бровь и скривился. – Знаешь, я обещал, что убью тебя. И я сдержу своё обещание.

– И что, даже не выслушаешь старика напоследок? – он окутал себя тенью с головы до ног, скрыв лицо.

– Твоя старость не позволяет тебе видеть то, что вижу я, – я повторил его же слова и усмехнулся. – Ты так мечтал о могуществе, что стал слепцом. Знаешь, я расскажу тебе кое-что, прежде чем убью тебя.

– Тебе нечем удивить меня, – его голос отразился от стен свистящим шёпотом. – Тень на моей стороне, значит я сделал всё правильно.

– Ты ошибся, старик, – я сделал шаг вперёд и встал напротив деда. Пусть я не видел его лица, зато он мог рассмотреть меня во всех подробностях. – Ты заигрался в свои игры и убил своего внука, Константина Шаховского.

– Мы уже говорили об этом, тьма вернула тебя и сделала сильнее, – прошипел он.

– Тьма вернула меня, но я никогда не был твоим внуком, – я скривил губы в злой усмешке. – Меня звали Рейз и я был тёмным фениксом.

– Что ты несёшь… – Дмитрий Шаховский отшатнулся от меня и призвал теневые клинки.

– Тьма вернула меня в тело твоего внука, чтобы я разгребал заваренную всеми вами кашу, – крылья тьмы взметнулись позади меня, накрыв собой почти всю гостиную. – Вы настолько загадили этот мир, что даже мне будет непросто его очистить. Но я это сделаю, я исполню то, для чего тьма призвала меня в ваш мир. Такие, как ты, будут пылать в моём очищающем пламени, пока не превратятся в пепел.

Вокруг меня вспыхнуло чёрное пламя. Я удерживал его так, чтобы оно не задело пол или мебель, – не хотелось спалить особняк раньше времени.

– Я убил собственного внука? Это невозможно, – растерянно протянул некромансер. Тень отступила, и я увидел бледное лицо, на котором отчётливо читалось сожаление. – Как же так?..

– Ты был прав только в одном, старик, Константин Шаховский был слишком слабым, чтобы вести за собой род, – добил я его. – Он погиб от твоих рук и рук родного брата, которого ты сделал своим соучастником.

– Выходит, что я ошибался? – дед поднял на меня взгляд. – Все эти годы я верил в то, что делаю тёмных сильнее.

– Все эти годы ты уничтожал своих собратьев по дару, – мои слова хлестали наотмашь. – Твои знания и наработки стали тем самым камнем, что склонил весы в сторону гибели этого мира.

– Ты знал… – некромансер опустил плечи и сгорбился. – Знал с самого начала, а я тебе не верил. Я и правда слепец.

– Теперь я повторю свой вопрос, – сказал я, отзывая крылья и пламя. – Зачем ты искал встречи со мной.

– Хотел предложить тебе помощь, – бесцветным голосом прошелестел он. – Жнец обманывает всех – тебя, императора, Вестника. Он играет в свои игры и имеет личный интерес и никогда не станет никому союзником.

– Почему ты решил, что мне нужна помощь? – уточнил я, склонив голову к плечу.

– Всё, что происходит на изнанке, отражается волнами по всем слоям, – дед уткнулся взглядом в свои руки, сжатые в кулаки. – Ты смог уничтожить один из узлов. Твоя энергия пропитала весь четвёртый слой. Я покажу тебе остальные, чтобы ты смог выжечь сначала узлы, а потом и гнёзда.

– Ты знаешь, где их гнёзда? – удивился я. Обычно теневые монстры скрывают свои жилища так, что их не найти посторонним. А некромансеры этого мира уже давно стали высшими монстрами изнанки.

– Я искал их, следил за Вестником и остальными тёмными, что выбрали путь силы, – он вдруг поднял голову и посмотрел на меня. – Нас называют падшими. Мне всегда казалось, что это неверный термин, но теперь я уже не так уверен в своей правоте.

– На каком слое находятся гнёзда? – спросил я, не обратив внимания на последнюю реплику Дмитрия.

– Основной костяк – на пятом и шестом, но есть парочка на седьмом, – проговорил дед. – Дальше я не ходил, но видел, как из центра сибирского очага тянется толстая нить на восьмой слой.

– А как же гроксы? – прищурился я. Вот уж не поверю, что некромансеры стали бы строить гнездо рядом с теневыми монстрами восьмого класса.

– Всегда есть тот, кто сильнее, – дед посмотрел на меня. – Вот ты. Служишь тьме, а сильнее меня. Я чувствую в тебе такую мощь, которой мне никогда не достичь. А ведь я пошёл на всё ради силы.

– Мне нужна карта узлов и гнёзд, – я мотнул подбородком на журнальный стол, где лежали чистые листы и карандашница.

– Я хочу пойти с тобой, – сказал дед, вместо того чтобы начать рисовать карту.

– Зачем? – мой вопрос заставил некромансера задуматься. Я видел внутреннюю борьбу, что отражалась на его лице.

– Я ушёл из проекта «Возрождение» двенадцать лет назад, – Дмитрий Шаховский сжал челюсти. – Когда понял, что наши цели отличаются. Я следил за падшими, а они охотились на меня. Это была долгая игра, у которой не могло быть иного финала, кроме моей смерти. Я знал, что однажды они найдут меня, поэтому решил усилить свой род, – он расправил плечи и встал ровно. – Я тайно обучал Викторию тёмной магии, а потом вмешался в ритуал принятия силы Константином. Ты не он. Я чувствовал это с самого начала, но не хотел верить. Ты показал мне, что есть другой путь и другой финал для меня, и теперь я хочу искупить хоть что-то.

– Твой финал не изменится, – холодно сказал я. – Ты перестанешь существовать. Не важно, что прикончит тебя раньше – твои бывшие дружки или моё пламя. Итог может быть только один.

Дмитрий Шаховский медленно кивнул и снова спрятался за тенью. Только вот от себя не спрячешься. И нет никакого искупления, есть только действия и их последствия. Невозможно изменить то, что уже совершено.

– Я нарисую карту, – глухо сказал дед и подошёл к столу. – Самое главное, что ты должен знать, – гнёзда не статичны, они дрейфуют внутри слоя. А вот узлы привязаны к реальности, к точкам внутри очагов. Их координаты постоянны и не меняются.

Он заскрипел карандашом по бумаге. Вместо привычной карты на листах появлялась паутина из линий и точек, больше похожая на чертёж или астрологическую карту. Дмитрий помечал каждый узел особым символом, а гнёзда обводил кругами, обозначая их движение по изнанке.

– Что тебе известно о Жнеце, – спросил я, наблюдая за движением карандаша.

– Я видел, как он приходил к Вестнику, они спорили о балансе и чистоте экспериментов, – дед нажал на карандаш слишком сильно и чуть не порвал бумагу. – Мне показалось, что Жнец хочет контролировать эти узлы. Перенаправить их энергию и сделать орудием для какой-то своей цели. Может быть, он собирается устранить причины появления аномальных очагов.

– Причиной их появления был выброс энергии во время сражения с Вестником, – грубовато сказал я. – Он ничего не сможет устранить. Очаги уже появились. Лучше бы позаботился о том, чтобы не возникло новых.

– Разве могут возникнуть другие очаги? – дед перестал чертить и обернулся ко мне. – Мне казалось, что для этого нужно время и колоссальное количество энергии.

– Бартенев с Кольцовым уже обошли это ограничение, – я посмотрел на декана, который неподвижно стоял на коленях. – Мне удалось закрыть два разрыва реальности, ведущих к появлению очагов.

– Даже так? – в глазах Дмитрия Шаховского блеснул интерес. – Расскажешь подробнее? Меня всегда интересовал механизм возникновения аномальных мест в нашем мире.

– Не отвлекайся, – я кивнул на исписанный лист. – Сюда в любой момент могут ворваться монстры или люди.

– Я почти закончил, – он вернулся к карте и нанёс ещё несколько линий. – Готово.

– Отлично, – я забрал листы и сложил их во внутренний карман. – Осталось решить, что делать с этими светлыми.

Я развернулся к Мироновым и Кольцову. Миронов был связан с Бартеневым и его экспериментами, его гвардейцы атаковали нас у заброшенной лаборатории сибирского очага. Он заставил графа Кожевникова пригласить нас на приём, где похитили моих невесту и бабушку, пока я сражался с княжичем на идиотской дуэли. И всё же, убивать князя и его сына, когда они находятся под проклятьем паралича, казалось мне неправильным.

– Кольцов знает о проекте «Возрождение» изнутри, – сказал дед, бросив равнодушный взгляд на декана. – О поставках, финансировании, связях при дворе. Могу разговорить его или отдать тебе, если хочешь.

– Я бы предпочёл сдать его императору вместе с Бартеневым, – задумчиво проговорил я. – Но нет никакой гарантии, что его величество правильно расценит такой подарок.

– Тогда действуй так, как считаешь нужным, – усмехнулся дед и протянул руку к пленникам. Я видел, как он вытягивает часть проклятья обратно, возвращая им возможность ощущать мир вокруг себя, видеть, слышать и говорить. – Я снял паралич с речевых центров. Они заговорят, если прикажешь.

Ну да, подчинение осталось на месте. На самом деле, это страшное проклятье, при котором человек понимает, что происходит, может ощущать страх и боль, но при этом совершенно не контролирует своё тело.

Я подошёл к князю Миронову и посмотрел в его глаза, полные страха и отчаяния. То же самое отражалось во взглядах остальных. Только Кольцов смотрел на меня с ненавистью, не понимая, как близок к смерти.

– Знаете, ваше сиятельство, – обратился я к князю Миронову. – Ваш выбор союзников оказался не самым удачным. Как и выбор врагов. Я не прощаю тех, кто пытался навредить моим близким.

Из его горла вырвался хриплый нечленораздельный звук. По подбородку князя потекла слюна, а в глазах помимо страха появилась мольба.

– Загвоздка в том, что мне не нравится убивать безоружных, – я глянул на его супругу, потом на его детей – Софью и Матвея. – Предлагаю вам дуэль до смерти. Что скажете?

– Дыа, – протянул он, с трудом шевеля губами.

– Но у меня есть условие, – я холодно улыбнулся. – Мы с вами составим договор, согласно которому ваши близкие никогда не посмеют напасть на меня или членов моего рода. Впрочем, как и на союзников, и друзей.

– Согласен, – уже более внятно выдохнул Миронов.

– Это будет особый договор, – я склонился ниже. – Вы ведь знаете, что приближенные к трону люди приносят клятву верности его величеству? – он кивнул. – Наш договор будет касаться всех, в ком течёт ваша кровь. И он будет иметь точно такую же силу.

Вот теперь глаза князя расширились ещё сильнее. В них плескался самый настоящий животный ужас. Неужели он думал, что обычная бумага с нашими подписями спасёт жизни его детей?

Я усмехнулся и протянул к князю ладонь. Мои пальцы удлинились, превращаясь в теневые когти. Пара капель крови из надреза на ладони князя упали на пол между нами. Я добавил к ним свою кровь и посмотрел в глаза своего врага.

– Повторяйте за мной, князь, – я набрал воздуха в грудь и призвал тьму.

Она отозвалась мгновенно, окутав нас с Мироновым тёмной аурой. Кровь на полу зашипела и начала подниматься дымкой, закручиваясь между мной и князем.

– Клянусь кровью предков и силой, текущей в моих жилах, – сказал я негромко, вкладывая в слова свою силу. – Отныне и навеки я и моя кровь, рождённые и те, что будут рождены, отказываемся от права мщения, вражды и намеренного вреда Константину Шаховскому, его роду, его союзникам и тем, кого он назовёт находящимися под его защитой.

Князь Миронов повторил за мной. Его голос был хриплым и едва слышным, но это не имело значения. Древняя формула работала, нити моей магии уже начали сплетаться, связывая произнесённое с сутью говорящего.

Я покосился на жену князя, которая тихо всхлипнула. Заметив мой взгляд, она замолчала и зажмурилась. Глянув на остальных членов рода Мироновых, я увидел, как Софья смотрит на отца с немым ужасом, а Матвей дрожит мелкой дрожью.

Так и должно быть – магическая клятва связывает их, пробирает до самого нутра. И они не могли не почувствовать силу слова.

– Нарушение этой клятвы откроет путь тьме, – холодно сказал я, закрепляя клятву финальным всплеском моей силы. – Тьма войдёт в источник силы рода Мироновых и обратит вашу магию в прах. Ваш род перестанет быть магическим. Теперь поклянитесь.

Князь Миронов закрыл глаза. Я видел, как он сдерживает дрожь и ярость, но мне было плевать. Да, это хуже, чем смерть. Для аристократического рода, чья власть держится на силе и даре, такая кара означала вечное бесчестие и слабость.

– Клянусь, – выдохнул князь сквозь зубы.

– Клятва принята, – равнодушно сказал я. – Договор скреплён кровью и тьмой. А теперь, встаньте, ваше сиятельство.

Я видел, что проклятье подчинения, наложенное дедом, ослабло ровно настолько, чтобы князь смог неуверенно подняться на ноги. Он шатался и пытался устоять, но его колени подгибались, а тело не слушалось.

– Дуэль состоится завтра на рассвете, – объявил я. – Место – пролесок между полями, где есть проход между нашими землями.