Текст книги "Темный феникс. Возрожденный. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Федор Бойков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

– Готов ли ты умереть во имя тьмы, чтобы служить ей? – спросил я и услышал уверенное «да». – Готов ли ты служить мне, и слушать меня, ведь я глас и вестник её? Готов ли ты идти по тому пути, который я укажу? Готов ли прийти по моему зову в любой момент?

На каждый вопрос дед отвечал всё более уверенно. Под конец его голос гремел на всю пещеру. Я кивнул и, настроившись на Сердце Феникса, положил руку на грудь Феликса.

Он не вздрогнул и не отшатнулся, лишь упрямо сжал челюсти и посмотрел на меня ясным взглядом, в котором читалась решимость. Через мгновение он осыпался пеплом у моих ног, а я повернулся к Эдварду.

Пока Эдвард раздевался, давал согласие и приносил клятву, позади него начало проявляться тело его отца. Оно было заботливо укрыто тьмой, которая дрожала от избытка энергии. Стоило Феликсу проявиться до конца, как по его коже пробежали искорки чёрного пламени. Моего пламени.

Я наблюдал за рождением своего нового птенца, отслеживая его привязку к артефакту изначальной тьмы. И как только Эдвард закончил говорить, я сжёг и его дотла.

Задержавшись в пещере, я убедился, что и с ним ритуал прошёл чисто. Никогда бы не подумал, что смогу провести двойной ритуал за несколько минут. В прошлой жизни Сердце сопротивлялось и пыталось отхватить от меня побольше энергии.

Впрочем, и в этой жизни было так же с Леонидом Орловым. Но сейчас что-то изменилось. Тьма реагировала на угрозу, и Сердце откликалось таким вот необычным образом.

Четыре птенца меньше чем за месяц! Да мне бы в голову не пришло так рисковать. Причём рисковал я не только собой, но и теми тёмными, которые могли не пройти ритуал и навсегда остаться пеплом у моих ног. Всё же тьма обычно более избирательна.

Я уже собирался выйти из пещеры, как вдруг почувствовал всплеск знакомой энергии. Поводок Гроха вернулся на место с звенящим звуком, который разнёсся внутри моей головы. Следом я ощутил приближение своего питомца.

Очень стремительное приближение. Грох будто мчался ко мне на сверхзвуковой скорости, прорываясь через все слои тени.

И будто мало мне было звона в голове, как я услышал ещё более громкий звук. Кутхар на всей скорости врезался в защитный купол. Это было похоже на то, как если бы я оказался накрыт колоколом, по которому с размаху ударили кувалдой.

Что он вытворяет? У него же не было запрета на хождение по тени в поместье. Они с Агатой были единственными, кто вообще имел такую возможность.

Так с чего бы мой питомец вдруг не смог пройти?

Я переместился на первый слой тени и рванул в ту сторону, откуда раздавались ритмичные удары. Примерно так же Борис ломился в мои апартаменты, когда им управляла тьма.

Стоило мне приблизиться к дальней стене дома, как звук стал ещё сильнее. Причём на изнанке он будто бы стал даже громче.

И когда я наконец увидел, что происходит, то забыл все до единого приличные слова.

– Какого демона, Грох⁈

Глава 22

Я замер и несколько секунд просто смотрел, пытаясь сделать вид, будто мне мерещится. Но нет, мой кутхар восседал верхом на теневом монстре высшего класса. Который был ещё и максимально тупым, судя по тому, что не оставлял попыток и со всей дури бился в защитный купол.

Я пригляделся к монстру. Чем-то он напоминал помесь быка и носорога, будто совместив черты обоих животных, потому как рогов у него было сразу три.

Чёрная матовая шкура, похожая на обсидиан или гранит, была покрыта изморозью и испускала чёрный же туман. Крупные, будто каменные, пластины на спине, плечах и бёдрах сдвигались и заходили друг на друга при каждой новой попытке пробить барьер. На массивной голове выделялись мощные челюсти, из которых выпирали усиленные пластины, закрывавшие пасть.

Этого уже было достаточно, но я зачем-то обошёл монстра и глянул на его хвост, который ожидаемо тоже состоял из сегментированных пластин, похожих на камень. Ну а широкие мощные лапы с когтями не вызывали сомнений в том, что передо мной исключительно сильный хищник.

– Грох, я кого спрашиваю? Какого демона тут творится? – я повторил свой вопрос, глядя на кутхара, который зацепился когтями за пластины на спине неизвестного мне монстра и помогал себе крыльями удерживаться на месте.

– Это очень хороший мальчик, – проговорил мой питомец, размахивая крыльями. – Он помог мне выбраться с восьмого слоя и доставил к тебе.

– И долго он будет долбиться в мой барьер? – уточнил я, сканируя монстра. А ведь он не меньше пятого класса, судя по энергии. Раскон, которого мы у лаборатории убили, точно так же ощущался.

– Пока не сломает, – угрюмо ответил Грох. – Поверь, другого варианта просто нет.

– Он настолько тупой? – я поморщился от очередного «бумс» и сжал пальцами виски.

– Скорее уж молодой, он же детёныш ещё, – в голосе кутхара появились виноватые нотки. – Ты уж прости, господин, но по-другому я бы никак не выбрался.

Я вздохнул и шагнул ближе к монстру. Призвав стену тьмы, я выставил её между ним и куполом в тот момент, когда монстр разбежался. И он просто разметал её и снова ударил в купол.

После стены тьмы я призвал паутину, которую монстр разорвал, будто она была из бумаги. За паутиной последовала липкая тьма под ногами монстра, потом четыре стены подряд.

Со всем этим «детёныш» справился без проблем. Он будто даже не заметил, что я пытаюсь остановить его.

– Надеюсь, ты к нему не привязался, – пробормотал я Гроху, призывая пламя. От этого звона у меня даже мысли стали разбегаться в разные стороны. Я видел только один вариант сделать так, чтобы звон прекратился.

– Стой! Нет! – заорал кутхар, прикрывая крыльями зверюгу. – Нельзя его убивать.

– Это ещё почему? – нахмурился я.

– Потому что тогда придут его родичи, чтобы отомстить, – Грох прижал голову к спине носорога-быка и посмотрел на меня красным глазом. – Поверь мне, с ними ты встречаться не захочешь.

– С чего ты взял? – я примерился к монстру и уже нашёл пару слабых мест, через которые моё пламя легко проникнет внутрь.

– Потому… – кутхар нервно щёлкнул клювом и зажмурился. – Потому что это детёныш гроксов. Считай, новорождённый.

Я замер. В смысле, новорождённый детёныш гроксов? Тех самых гроксов, которых даже грандмаги опасаются?

– Так, если этот детёныш размером с телёнка, то каких размеров его родители? – спросил я вслух, всё ещё не отойдя от удивления.

– Понятия не имею, – честно признался Грох, приоткрыв глаз. – Я нашёл зародыш, дождался, когда он наберётся сил и «вылупится», а потом сбежал.

– Как ты задал ему направление? – поинтересовался я.

– Ну… я просто подключил его к нашей связи, – кутхар сжался в комок и попытался уменьшиться. – Мы шли по следу поводка, но потом он увидел барьер, и всё…

Мне хватило нескольких секунд, чтобы осознать сказанное моим питомцем. То есть он смог каким-то образом привязать монстра пятого класса к своему же поводку?

Очередной «бумс» вывел меня из себя. Я достал из кольца молот и, не вкладывая силу, с размаху ударил монстра в плоский лоб, едва он разбежался для удара. Звук вышел такой, что я даже присел.

Мои руки с молотом чуть подрагивали, а вот монстра откинуло назад. Он стоял неподвижно какое-то время, а потом вдруг посмотрел на меня, будто только что заметил. Как только взгляд пятиклассового монстра остановился на мне, он снова разбежался и рванул вперёд, явно целясь в меня.

Я отпрыгнул в сторону в самый последний момент, ожидая привычного звона, но монстр умудрился затормозить в последнее мгновение и сменить направление. Он снова бежал в мою сторону.

Через несколько таких прыжков, я убедился, что он становится быстрее и начинает анализировать мои действия. Значит точно не тупой. Просто упёртый.

Наконец он просто остановился на месте и посмотрел на меня исподлобья, выставив все три рога вперёд.

– Мама? – услышал я низкий бас в своей голове. – Мама?

– Эм… скорее уж папа, – я даже завис от такого вопроса.

У теневых монстров вообще не должно быть понятия «родителей», они же размножаются обычным делением энергии. Просто накапливают её побольше, а потом отделяют от себя сгусток-зародыш, который начинает впитывать энергию изнанки, и в конце концов, обращается в материальную форму своего вида. Это похоже на выращивание кристалла в растворе с нужной дозировкой реагентов.

Хотя гроксы высшего класса. Для отделения зародыша им требуется минимум две особи, как и кутхарам вообще-то. Возможно, они вкладывают в этот зародыш часть сознания. Ну или Грох спроецировал на монстра наши с ним отношения «хозяин-питомец», когда цеплял его к своему поводку.

– Па-па-а, – протянул монстр, и я, к своему удивлению, услышал в его голосе радость или даже нежность что ли. – Папа!

Он снова ломанулся на меня, но в этот раз отпрыгивать я не стал. Что-то подсказывало мне, что он не собирается таранить меня вместо барьера. И верно – в последнее мгновение он затормозил и задрал голову вверх, подставляя мне ничем не защищённую шею.

Закатив глаза и одарив Гроха тяжёлым взглядом, я почесал монстра под подбородком, но он остался недоволен. Я бросил взгляд на его рога и лапы и призвал теневые когти. Вот они пришлись монстру по вкусу – он довольно потёрся о них с блаженным выражением на плоской морде, а потом плюхнулся на пол и посмотрел на меня преданным взглядом.

– Твою мать, Грох, – прошипел я, концентрируясь и отделяя энергию нового питомца от поводка кутхара. – Это же надо было притащить мне детёныша грокса! Что я с ним делать буду?

– Растить? – едва слышно предложил Грох.

– Угу, растить, воспитывать, наказывать, – бормотал я, набрасывая на монстра отдельный поводок и скрепляя его кровью.

Что интересно, от грокса даже клятва не требовалась, он и без того считал меня своим хозяином. Ну или родителем, которого должен слушаться. Мало мне было детей, невест, птенцов и питомцев. Теперь у меня ещё и новорождённый питомец пятого класса.

Стоп. А почему он пятого класса, если гроксы восьмого? Я присмотрелся к носорогу-быку и вздохнул. Ну да, мог бы и догадаться.

У этих созданий имелся собственный аналог магического источника, который со временем развивался. Точно так же было у диттаров из моего мира, но те были не такими огромными и уж точно не пытались найти «общий язык» с людьми. Или же дело в том, что этот достался мне сразу после зарождения материальной формы?

Впрочем, все эти вопросы могут подождать, а вот преданно заглядывающий мне в глаза монстр – нет. Я завершил привязку и вздохнул. Мне категорически не хотелось пропускать этого монстра через защитный барьер, но боюсь, если оставить всё как есть, то он будет ломиться через него, пока не пробьёт.

– Он в реальный мир может выходить? – задумчиво спросил я у Гроха, глядя на монстра взором.

– Вроде нет, – неуверенно ответил тот. – Но кто ж его знает…

– Тогда так, я дам ему пропуск на теневые слои, но закрою выход с изнанки, – решил я. – Если он что-то натворит, то наказывать я буду тебя.

– Но…

– Без «но», – я одарил кутхара взглядом и принялся перенастраивать защиту поместья. – Что произошло и почему ты исчез без предупреждения?

– На моё гнездо напали некромансеры, пришлось бежать от них, петляя по слоям, – Грох вздохнул.

– Некромансеры? – переспросил я. – Они были в твоём гнезде? То есть искали его целенаправленно?

Грох кивнул, и по его позе было видно, как ему стыдно за то, что кто-то смог обнаружить его гнездо. А вот я задумался. Либо пешки Вестника искали того, кто со мной связан энергетическими линиями, или просто шли по остаточному фону кристаллов света. Оба варианта мне не нравились.

– Гнезда больше нет, а все артефакты… – продолжил Грох, но резко замолчал и встрепенулся. – Ты же нашёл артефакты, что я переместил из гнезда?

– Нашёл, – сухо сказал я. – Особенно меня порадовали взрывные сферы из особняка Кожевникова и Вместилище Боли.

– Ой, – кутхар присел и прикрыл крылом глаза. – Не было у меня времени, чтобы разбирать, что куда… прости, хозяин.

– Потом поговорим, – я закончил перенастраивать защитный купол и посмотрел на детёныша грокса. – Буду звать тебя Тараном, учитывая то, что ты тут продемонстрировал, это имя тебе в самый раз.

Мой новоиспечённый питомец посмотрел на меня и рыкнул, соглашаясь. Его рык походил на перекатывающийся под землёй раскат грома. Н-да, имечко и впрямь подходящее.

– Слушай меня, – сказал я, глядя ему в глаза. Интересно, он вообще понимает, что я ему говорю? – Дом не ломать, стены тоже. Из тени не выходишь, пока я не разрешу. Понял меня?

Таран фыркнул, выпустив из ноздрей клубы чёрного дыма, и ткнулся твёрдым лбом мне в ладонь. Через поводок в меня хлынул поток простых, но ярких ощущений – тепло, защита… папа. Демоны бы побрали этого Гроха и его талант притаскивать под моё крыло монстров! Будто мало мне было Агаты, которая пока пользы не слишком много принесла, скорее даже наоборот.

– Вот и хорошо, – я вздохнул и почесал шкуру Тарана у основания рогов, после чего отозвал когти. – Так, Грох. Теперь расскажи мне подробнее, что именно делали некромансеры. Сколько их было и что они искали?

– Трое вонючих некромансеров разнесли моё гнездо на кусочки, – кутхар нервно переступил с лапы на лапу и взъерошил перья. – Один из них говорил, что «надо обрезать нить до того, как она потянет за собой весь узел», – он беспомощно развёл крыльями. – Я ничего не понял, да и не до того было. Они меня сразу заметили, а потом я скакал по слоям и пытался не сдохнуть. Одно точно могу сказать – на восьмой слой они за мной не полезли.

Я кивнул. Мне-то как раз было всё понятно. Некромансеры почувствовали момент, когда я начал уничтожение узла в эльзасском очаге и решили оборвать нити, которые к нему вели. Понятное дело, что не успели, – я с этим якорем за полчаса разобрался.

Таран вдруг встал, громко хрустнув пластинами, шагнул ко мне и упёрся боком в мою ногу. Он будто пытался закрыть меня своим телом от невидимой угрозы, считав мои эмоции и решив, что я злюсь на кого-то, кто может напасть. Я положил руку на его загривок и вздохнул.

– Хороший мальчик, – пробормотал я. – Всё правильно – своих нужно защищать.

– Хозяин, я же молодец? – спросил Грох, заглядывая мне в глаза.

– Угу, – кивнул я, почти не слушая его. – Притащил мне детёныша высшего теневого монстра, который вырастет неизвестно во что. Он уже сейчас чуть не пробил мой купол.

– Ну… зато он тебе предан, – робко сказал Грох. – И я точно знаю, что когда ты будешь сражаться с гроксами, они его не будут трогать.

– Как и он их, – продолжил я за него. – Главное, чтобы с поводка не сорвался, но с этим я разберусь.

– А что будем делать с некромансерами? – спросил кутхар тихим голосом.

– А что мы с ними можем делать? – я удивлённо посмотрел на него. – Мы их убиваем, если ты не забыл.

– Ты же отомстишь за моё гнездо, правда? – голос Гроха стал ещё тише.

– Обязательно, – я уверенно кивнул. – Ведь мы убьём каждого некромансера в этом мире, так что и тех троих – тоже.

Я отвечал Гроху на автомате. В моей голове сейчас дополнялся план, который я почти выстроил. Ритуал с Рейнеке я провёл, теперь нужно тренировать семью и птенцов, встретиться со Жнецом, уничтожить якоря в Антарктиде и Монголии… и теперь ещё нужно воспитывать детёныша грокса.

Отдыха не предвиделось. Но ничего, я уже к этому привык. Хотя отлежаться после боя на пятом слое всё же хотелось бы.

Я посмотрел на Тарана. Так, надо бы ему обозначить границы что ли, а то рванёт куда-нибудь в столицу и переполошит там всех. Я сделал последнюю настройку и мысленно передал питомцу энергетические контуры моей территории.

Получив ментальную карту, монстр фыркнул с явным облегчением и шагнул в тень. Я успел проследить его путь только до четвёртого слоя, но поводок показывал, что он рядом.

Я покачал головой и шагнул обратно в дом, полный теперь не только родных и птенцов, но и новой ответственности, которую я на себя нацепил.

Всё, чего я сейчас хотел, – вырубиться минимум на сутки. Но вместо этого я спустился в подвал и проверил состояние моих новых птенцов. Их восстановление шло полным ходом, никаких побочных эффектов вроде искорёженных энергетических каналов или потоков не было.

Выдохнув, я поднялся наверх. Виктория спала без задних ног. Проклятье сонливости она переработала и даже смогла очистить остаточный фон. Вот и умничка.

Следом я зашёл в комнату брата. Борис лежал на кровати и смотрел в потолок. При виде меня он сел и несколько раз моргнул.

– Ты же слышал звон на изнанке? – спросил он. – Доступа туда у меня нет, но я всё равно слышал звуки, похожие на удары тарана по воротам во время осады.

– Ты почти угадал, – я улыбнулся. Какое верное сравнение. – Грох привёл нового питомца, и тот пытался пробиться через защитный купол.

– Грох? – брат наморщил лоб. – А! Это тот теневой ворон, который постоянно прячется в тенях? Он ещё вывалился с изнанки, когда ты бился с теневиком у нас дома, а потом его бабушка с собой в столицу забирала.

– Точно, – моя улыбка стала шире. – Я не сомневался, что ты его почувствуешь, но представить как-то не подумал.

– И что за питомца он привёл? – с интересом спросил Борис.

– Хм, пока тебе лучше этого не знать, – я в очередной раз вздохнул. – Хотя есть вероятность, что он может в любой момент показаться. Это детёныш гроксов.

– Тех самых? – в глазах брата вспыхнула уже знакомая мне жажда новых знаний и впечатлений. – А когда ты его мне покажешь? Ты же покажешь его, правда?

– Обязательно, – серьёзно сказал я. – Я представлю его каждому из вас, чтобы он вас запомнил.

– Хорошо, – Борис расплылся в довольной улыбке. – Я читал про гроксов. Ты знал, что они могут мгновенно перемещаться между слоями и преодолевать тысячи километров за один прыжок?

– Не знал, но думаю, что это правда, – сказал я, усмехнувшись. – Их детёныш точно может ходить по слоям и довольно быстро двигается.

– А он большой? – не унимался брат.

– С телёнка примерно, – я приставил ребро ладони к своему поясу. – Вот такой.

– Интересно, а на нём можно покататься? – Борис зажмурился и покачал головой. – Я бы точно попробовал.

– Для начала я проверю, насколько он безопасен для вас, – я погрозил брату пальцем. – И даже не вздумай обходить мой запрет на перемещение в тенях.

– Я и не собирался, – он демонстративно равнодушно пожал плечами и отвернулся. – Просто спросил.

– Ага, – я посмотрел на него внимательным взглядом. – Как ты себя чувствуешь? Тьма больше не пытается тобой завладеть?

– Нет, бой в очаге помог, – взгляд Бориса стал серьёзным. – Но дядю я и правда чуть не убил.

– Ты остановился, и это главное, – я положил ладонь на его макушку. – Просто не позволяй инстинктам брать верх. Твоя воля должна быть сильнее любого инстинкта.

– Я стараюсь, – тихо ответил брат. – Правда стараюсь.

– Я знаю, – так же тихо сказал я. – Ты молодец, и я горжусь тобой.

Обняв его напоследок, я направился в свои апартаменты. Взор тьмы и паутина уже показали мне, что в моей спальне меня ждёт Юлиана. Я планировал совместить приятное с полезным прежде, чем лечь спать, но на лестничной площадке мне пришлось остановиться.

Мария Рейнеке стояла там, обняв себя руками и не сводя с меня взгляда.

– Константин, мне нужно с тобой поговорить, – сказала она.

– Это я уже понял, – кивнул я. – Слушаю тебя.

– Ты можешь пообещать, что мой муж ничего не узнает о нашем разговоре? – Мария нервно оглянулась на гостевое крыло и шагнула ближе ко мне. – Прошу тебя, пожалуйста, пообещай, что не расскажешь ему.

Глава 23

Я смотрел на Марию, и в моей голове уже начали появляться самые страшные мысли. После того, что устроил мне Грох, я не удивлюсь, если Мария расскажет, что несчастлива в браке, попросит помочь с разводом или вообще сообщит, что никакого ребёнка не было.

– Я не могу обещать тебе этого, не зная, о чём пойдёт речь, – честно сказал я. – Но я готов выслушать тебя и помочь, если такая необходимость возникнет.

– Точно? – Мария покосилась по сторонам и понизила голос. – Это касается моего мужа, Александра.

– И что с ним не так? – осторожно спросил я, предполагая худшее.

– Да всё с ним не так, – неожиданно резко ответила Мария. – Ты сломал его. Раньше он всегда тренировал меня, проклинал и проверял развитие моего дара, а теперь что? Теперь он вообще не подпускает меня к тренировкам. Он даже не даёт мне убрать остаточный фон после твоих проклятий!

– Разве это не логично, учитывая твоё положение? – я незаметно выдохнул. Всё же я себя слишком накрутил после ситуации с Грохом и Тараном.

– Я уже третий месяц в положении, а трястись надо мной он начал после того, как ты что-то сделал с ним, – Мария взмахнула руками. – Ты должен это исправить!

– Александр не знает, как на тебя повлияет остаточный фон проклятий, которые создал не он, – как можно мягче сказал я. – С его стороны это очень даже разумно.

– Тогда сделай так, чтобы он страдал, – она прищурилась и посмотрела на меня со злостью. – Пусть ему будет настолько плохо, что он сам попросит меня помочь ему и почистить остаточный фон.

– Я в любом случае планировал усилить тренировки, – я смотрел на Марию и размышлял о том, что её нужно показать бабушке. Влияние гормонов на беременную женщину – страшная вещь. Даже мне стало не по себе от её взгляда, а я даже не её супруг. – Но ты должна понимать, что зародившаяся в тебе жизнь сейчас важнее всего.

– А то я не понимаю⁈ – Мария тряхнула волосами и сжала кулаки. – Я просто… я чувствую себя бесполезной, – в её глазах появились слёзы. – Все дела Александр передал управляющему, мне теперь даже не нужно проверять счета и разбираться с бухгалтерией… тренировок нет, меню составлять не нужно, за слугами и порядком в доме следить – тоже…

Я мученически закатил глаза и обнял Марию, которая тут же начала всхлипывать. Она шмыгала носом и пыталась успокоиться, но ей это не удавалось.

– Пойдём со мной, – я взял её за руку и повёл к бабушке. Пусть они там между собой как женщины разбираются. Всё же с женскими истериками – это не ко мне.

Постучав в комнату бабушки, я услышал разрешение войти и распахнул дверь. Юлия Сергеевна смерила взглядом композицию из одной рыдающей беременной женщины и уставшего мужчины с поджатыми губами и тут же улыбнулась. По комнате прошла волна тепла, и на душе как-то разом стало легче.

– Что у нас случилось? – спросила она, шагнув к нам и перехватив руки Марии. – Что такое, деточка?

– Я бесполезна, – прошептала та обречённым голосом.

– Ясно-понятно, – фыркнула бабушка. – Как говорится, у многих бед одно начало – сидела женщина скучала.

– Бабушка, ты ведь так и не нашла для меня толкового бухгалтера и делопроизводителя? – спросил я.

– Нет, не до того было, – бабушка вздохнула. – Но зато мне удалось уговорить восьмерых магов в ранге магистров вступить в нашу гвардию.

– Это отличная новость. Можешь организовать для Марии отдельный кабинет? – я перевёл взгляд на Марию Рейнеке. – Я был бы очень признателен тебе, если бы ты избавила меня от необходимости заниматься счетами и сводками.

– Ты шутишь? – Мария прищурилась. – Или это такой способ занять меня делами, чтобы я не путалась под ногами и не истерила?

– Мне на самом деле нужен человек, который возьмёт на себя бумажную работу, – честно сказал я. – У тебя есть опыт и, надеюсь, желание. Так что?

– Я с удовольствием займусь этим, – на лице Марии появилась довольная улыбка. – И кстати! Я совсем не то хотела сказать, но сбилась с мысли. Сама не пойму, что на меня нашло.

– Слушаю тебя, – я немного напрягся, но уже не ожидал чего-то страшного.

– Мы с Викторией и Юлианой разобрали то проклятье, которые ты набросил на Александра в первый раз, – глаза Марии заблестели. – И я уверена, что смогу его перенаправить на кого угодно.

– Продолжай, – я посмотрел на неё с интересом.

Неужели она наконец начала развивать свой направленный дар в нужном направлении? Поглощать и перерабатывать проклятья и негативные эффекты – это всегда лишь одно из проявлений направленного дара. Юлиана, например, может видеть энергетические потоки и умеет их подхватывать и перенастраивать. А Виктория видит стихию одарённого, его уровень дара и может мысленно делать слепки ауры.

– Помнишь, как я направила на тебя всю негативную энергию после проклятий Александра? – спросила Мария, чуть подпрыгивая от азарта. В этот момент она напоминала Бориса, когда он находил что-то интересное и неизведанное. – Юлиана помогла мне разобраться с течением энергии, и я теперь точно знаю, как нужно перенаправлять проклятья. Представляешь? Мне необязательно их вытягивать, чтобы передать другому. Ну и я смогу отразить направленное на меня проклятье… если конечно кто-то его на меня направит.

Под конец своей речи она снова впала в уныние. Её взгляд потух, а лицо начало опускаться вниз.

– Мы обязательно проверим эту теорию, – пообещал я ей. – Я поговорю с Александром, чтобы понимать, что именно он применял к тебе и в какой степени. Думаю, можно уменьшить действие проклятья так, чтобы оно в любом случае не причинило вреда тебе и ребёнку.

– Угу, – равнодушно ответила она, плюхнувшись на стул.

Я перевёл взгляд на бабушку. Судя по виду, она уже справилась с теми эмоциями, которыми я поделился с ней. Но только сейчас я вспомнил, что так и не сообщил ей о смерти Дмитрия Шаховского.

– Бабушка, сегодня кое-что случилось, – я покосился на Марию, но она ушла в себя настолько глубоко, что не обращала на нас внимания. – Когда я сражался с падшими тёмными мне на помощь пришёл наш общий знакомый. Он перетянул на себя внимание одного врага и дал мне время уничтожить другого.

– Он погиб? – спокойно спросила бабушка, несколько раз моргнув.

– Да, погиб, защищая меня, – я шагнул ближе и сжал её предплечья. – Он хотел искупить свою вину. Теперь его душа успокоилась.

– Спасибо, – шепнула бабушка и обняла меня. – Я рада, что он нашёл успокоение, теперь мы оба свободны. Оставляй Марию у меня и иди отдыхать, я помогу ей прийти в себя.

Я кивнул ей и вышел из комнаты. Можно было пойти к Александру и поговорить с ним о его супруге, но я решил отложить разговор на завтра.

Вернувшись в свои апартаменты, я обнаружил Юлиану крепко спящей в моей постели. Через минуту я уже присоединился к своей невесте и обнял её. Она сонно заворочалась, прижимаясь ко мне.

– Где ты был? – спросила она хриплым со сна голосом. – Я тебя ждала.

– Решал некоторые вопросы, – с улыбкой сказал я. – Как сильно ты меня ждала?

– Сейчас узнаешь, – игриво сказала Юлиана, разворачиваясь ко мне лицом.

Как я понял спустя два часа – ждала она меня очень сильно.

* * *

Александр Рейнеке не мог уснуть. Ворочался с боку на бок, но сон всё не шёл. Слишком много мыслей было в голове бывшего наставника Особого Корпуса.

Он никогда не боялся смерти, даже в особняк Бартенева отправился с уверенностью, что его род справится с потерей наследника. В конце концов, Эдвард – не идиот. Пусть у него другой склад мышления, но он точно смог бы стать главой рода.

Уже умирая в подвале троюродного брата императора, Александр вдруг понял, что рисковал он не только собой. Как он мог взять с собой беременную жену? Почему не подумал, что она тоже может погибнуть? Был так уверен, что сможет её защитить?

Но он не справился. В итоге его жену защищал племянник. Молодой зелёный пацан, который не имел того же опыта, что Александр. Более того, Константин не только вытащил Марию и Волну из того подвала. Он подарил Александру новую жизнь.

Тьма сказала, что у Александра будет четыре попытки умереть. Четыре раза он сможет сражаться до самого конца, а потом возрождаться рядом с артефактом изначальной тьмы. Это казалось невероятным, но ошибки быть не могло – это точно была тьма.

И как после этого было воспринимать Константина? Он назвался Вестником Тьмы, но что это означало на самом деле? Тьма избрала его для служения? Или он настолько с ней близок, что может принимать такие вот решения?

Все эти вопросы крутились в голове Александра после приезда в имение племянника. Он даже перестал тренировать жену, осознав, насколько заблуждался, когда снова и снова пытался сделать её сильнее.

Сегодня Костя снова удивил его. Он решил подарить новые жизни отцу и брату Александра. Какими силами нужно обладать, чтобы совершить такое?

Даже то, что его, мастера проклятий, смогли пронять проклятья племянника, казалось невозможным, безумным. А уж всё остальное и подавно. Служить такому тёмному не стыдно, скорее уж наоборот.

Александр перевернулся на другой бок и посмотрел на пустую половину кровати. Марии тоже не спалось, но она слишком уж долго отсутствует. И с ней тоже что-то происходит, чего опытный стратег и наставник не мог понять.

Или он не прав? Может быть, нужно перестать мыслить как наставник? Точно, с этого дня он будет думать только как супруг и один из «птенцов», как ласково назвала его тьма. Что бы это ни значило.

* * *

Утро началось слишком рано. Мне казалось, что я только закрыл глаза, а уже наступил рассвет. На завтрак я шёл, пытаясь не уснуть по дороге.

За столом собрались все, кроме бабушки. Она предпочла остаться у себя, и я понимал, что ей нужно время, чтобы пережить утрату мужа. Пусть он погиб для остального мира пятнадцать лет назад, бабушка продолжала с ним видеться, пусть и не так часто.

Теперь она наконец могла почувствовать себя вдовой по-настоящему, как она сказала «стать свободной». Не только от замужества, но и от мыслей о том, во что превратился её супруг.

– Доброе утро, – поприветствовал меня Феликс Рейнеке, усмехнувшись. – Знаешь, я всё же надеялся, что немного помолодею.

– Я не обещал тебе молодости, – хмыкнул я. – Хотя ты всё равно получил её. По крайней мере, твоё тело – так точно, – я оглядел свою расширенную семью внимательным взглядом. – Сегодня все идут на полигон сразу после завтрака.

– И я? – спросила Мария, прижав ладони к груди.

– Конечно, разминку для тебя никто не отменял, – сказал я, придвигая к себе блюдо с мясным пирогом. – Для тебя будет отдельная тренировка, она будет чуть легче, чем у других, но от этого не менее напряжённая.

На лице Марии появилась радостная улыбка, от которой в столовой стало светлее. Александр нахмурился, но ничего не сказал, а вот Феликс решил вставить пару слов.

– Мне даже интересно, чем таким ты можешь удивить старика, – он рассмеялся. – Давненько меня никто по полигону не гонял. Лет так пятьдесят точно.

– Поверь мне, отец, Константин умеет удивлять, – сказал Александр, намазывая масло на тост. – А уж фантазия у него так и вовсе безграничная.

Я усмехнулся и продолжил наслаждаться пирогами, которые Марта пекла специально для меня. Остальные члены семейства ели в молчании, что меня полностью устраивало.

Через полчаса они выстроились напротив меня на полигоне.

– Пять кругов, плюс полоса препятствий для каждого, – спокойно сказал я, указав на своих гвардейцев, которых уже два часа гонял Зубов. – Догоняйте бойцов, не стойте на месте.