Текст книги "Развод. Проданная демону (СИ)"

Автор книги: Евгения Медведская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

Номдар

Копошиться в бумагах можно хоть целый день. Дописываю очередной большой документ. После смерти Григора, мне объективно стало сложнее. Слишком много работы.

Мы с Вендрой теперь богаты. Вернее, я теперь богат. Иногда я задумываюсь над тем, чтобы бросить все и зажить где-нибудь у моря в спокойствии.

Стук каблуков по мраморным полам доносится издалека. Идет Вендра. И, судя по темпу, она очень недовольна.

Я раздраженно повожу плечами. Готовлюсь к стычке. Вендра очень дерзкая для женщины. Пока она была замужем, и мы встречались тайком, ее характер был мягче. А сейчас она будто бы вырвалась на волю. Мне не очень это нравится.

Я вспоминаю тихую Кэйри, которая все успевала и совершенно не беспокоила. Всегда добрая, мягкая. Почему-то на сердце шевелится вина. Можно было заключить с ней соглашение и отпустить. Не тот она человек, чтобы возвращаться и требовать свое.

– НОМДАР! – дверь кабинета распахивается настежь.

Рыжие волосы Вендры взлетают вверх, будто бы в кабинете ураган.

– Вендра? – я вопросительно поднимаю бровь.

Мне очень не нравится, какой она теперь стала.

– Ты почему не проследил, кому продали девку? – она на меня орет.

Смеет орать на меня!

Она женщина. Где ее покорность будущему мужу?

– Не повышай голос! – приказываю я, но моей возлюбленной исключительно плевать.

Вендра подходит ко мне плавно покачивая бедрами, улыбается. Я отмечаю движение бумаг на столе, отвлекаюсь и тут же прилетает пощечина. Не успеваю отреагировать и хватаю за запястье на мгновение позже. Отвела мне глаза!

– Я буду говорить с тобой так как пожелаю! – гремит ее голос. – Отпусти мою руку.

– Ты не смеешь меня бить! – рычу я.

Вендра хохочет.

– Ой, правда? Нет! Я смею!

Выдергивает у меня руку, несколько раз ударив разрядами магии.

Затем бьет по щеке снова.

Моя возлюбленная в ярости, надо узнать причины, раз наказать ее за дерзость я пока не могу.

Вендра умеет заставить делать желаемое. Я знаю, что она хочет за меня замуж. Я тоже хочу жениться на ней, чтобы никуда не делась, пока я воздаю ей за подобные эпизоды. Их все больше в последние дни.

Мне хочется наказать ее.

– Вендра, объясни свое поведение! – рычу я.

– Ты видишь дальше собственного носа или нет, Номдар? – визгливо орет она.

– Давай уже факты, – я готов преподать ей урок и без женитьбы.

Очень хочу заковать в кандалы, высасывающие магию и запереть, как Кэйри. Пусть немного придет в себя. Правда после такого придется нанять кучу телохранителей, чтобы случайно не выпить отравленный напиток и не получить магических травм.

– Ты не удосужился проследить судьбу Кэйри! – орет Вендра.

– Издеваешься? Какого черта мне следить за ее судьбой? – возмущаюсь я. – Мы ее продали, как ты и хотела. А теперь жалеть надо?

– Жалеть? – моя рыжуля хохочет. – Номдар, ты кретин! Почему я вообще теряю столько времени с тобой?! Ответь сейчас же!

Я надеюсь, что это потому, что она меня любит. Вендра вознесла меня высоко. Из парнишки-бедняка я превратился в респектабельного господина. У меня хорошая должность, большой особняк и куча денег.

Я всем обязан Вендре, но хотел бы сильнее ее контролировать. Слишком уж умная она для женщины. Стыдно сказать, но я верен ей лишь от страха. Были согласные принцессочки, ох были.

Да и Кэйри... Не поиметь собственную жену. Вот же абсурд. Как я хотел взять эту крошку! Будь она девственницей, я бы обязательно обошел запрет Вендры и ради дела устранил этот недостаток. Или хотя бы посмотрел, как устраняют другие. Жаль, что моя бывшая женушка успела раздвинуть ножки перед демоном.

– Мы с тобой идеальная пара, – сладко шепчу я. – Почему моя королева разнервничалась. О, золотоволосая повелительница моего сердца. Скажи мне, что такого произошло?

Вендра затихает в моих руках и начинает говорить:

– Продажа была оформлена через третье лицо, но мне все доложили. Расследовали. На самом деле, Кэйри купил Дариан. Дариан Логвин. Припоминаешь имя?

– И что? – пожимаю плечами я. – Ну и какая разница?

– То, что Кэйри будет с ним говорить! То, что он заинтересуется тем, как внезапно погиб его друг – Григор. И Кэйри скажет ему, что мы любовники. А еще, Дариан любит ее. Поделиться ипостасью с единичкой до помолвки – думаешь это мелочи?

Да уж. Вендра права.

– Представь себе, что будет, если эти двое объединятся?

– Глупости, – отмахиваюсь я. – Мы разыграли все как по нотам. Кэйри отказала ему, демон чуть не утратил ипостась, затем видел картинку, которую мы ему подсунули. Подумай только, какая жестокость. Отказала, изменила ему, изменила мне. В его глазах девчонка – грязная потаскушка. Не стоит рассчитывать, что он купил ее, чтобы возобновить чувства. Да он ей слова молвить не даст – растерзает в клочья. Дальше темницы она в его доме не поднимется.

– А я так не думаю! – взвилась Вендра. – Он любил ее тогда и не выкинул из головы, раз купил. Если покопается больше минуты в наших делах, то поймет, что измены не было. А еще может найти кое-какие лично мои проделки…

– Ты про зелье, да? – интересуюсь я.

– Не только, – мрачнеет Вендра. – Там есть еще кое-что важное. Все пошло не так с этим долбанным Дарианом!

Она становится испуганной и хрупкой. В такие моменты я забываю про ее жуткий нрав и, как любой сильный мужчина, хочу защитить.

– Мы должны ее убить, – шепчет Вендра, когда я нежно обнимаю ее. – Кэйри надо убить и побыстрее. В идеале, руками Дариана.

– Я в этом не участвую, – протестую я. – И как ты планируешь довести его до того, чтобы он ее убил?

– Да как угодно, – она взмахивает волосами и задумывается. – Хотя ты прав… демон непредсказуем… Может и пощадить – он же ее любил. Тем более, слияние тогда началось, а это значит, что его ипостась ее помнит и признает. Нет, такой способ никуда не годится.

– Ну вот и оставим эту затею. Семья Бария сгинула по нашей воле. Этого должно быть достаточно…

– Мы не можем! Хочешь ответить за смерть Григора? Хочешь, чтобы меня… Хочешь, чтобы со мной случилось несчастье?

Я не понимаю, что такого натворила Вендра с Кэйри, что она так боится. Какой-то грязный секрет.

– Ты сказал, что семья Бария сгинула! Григор же рассказывал мне о своей жене! О, это мне очень и очень помогло, – восклицает Вендра. – Как же ты прав, Номичка!

Ненавижу, когда она меня так называет, но Вендру явно осенило.

– Кэйри отправится следом за мамочкой и папочкой. Очень скоро. Время съесть пешку, дорогой. Поможешь мне? Нет-нет, не напрягайся, я не про Кэйри. Ее очередь будет позже. Будем честны, Кэйри не совсем пешка, скорее ладья. Ну так что, ты убьешь ради меня?

Кэйри

Я просыпаюсь следующим утром. Голова кружится. Ничего не хочу. От презрения к себе хочется плакать. Вспоминаю, как встала на колени, чтобы сохранить магию, как Дариан использовал меня будто бы грязную девку, а я даже не сопротивлялась.

Самочувствие очень мерзкое. Я не понимаю, что должна делать теперь. В моем доме, я бы вызвала Жанин амулетом и попросила одежду и завтрак. Но я рабыня. У рабыни не может быть слуг.

Я пытаюсь встать с кровати, когда открывается портал. Дариан смотрит на меня сквозь прозрачную гладь.

– Не вставай! – орет он, затем шагает ко мне.

– Это еще почему? – спрашиваю я, резко вскакивая.

– Молодец, Кэйри, – он подхватывает меня, когда я уже лечу на пол. – Вышел на минуту, называется.

Я потрясенно на него смотрю – он уберег меня от падения что ли?

– Что ты хотела? – интересуется он строго.

– Поесть, – испуганно отвечаю я. – В ванную еще…

Последнюю часть произношу шепотом.

– Сначала порция лекарства, – качает головой он. – Если врач не обманул, что лучший, то тебе должно полегчать. Температура спала. Он предупреждал, чтобы ты резко не вскакивала – голова закружится.

Я покорно выпиваю поблескивающий раствор. Не понимаю, почему Дариан здесь и почему он обо мне заботится. Мне кажется, что он был тут ночью, но я не уверена и не могу вспомнить. Определенно снился. Но это и так происходило каждый раз.

Не могу объяснить, почему, хоть я и влюбилась в Номдара, но Дариан ни на один день не оставил вахту в моем подсознании. Все сны безраздельно принадлежали ему. И всегда во сне я желала заменить истинную реальность вымышленной. Только пробуждение ставило все на свои места.

Теперь мой демон со мной, и мне это вовсе не нравится.

Дариан берет меня на руки.

– Не надо, пожалуйста, – тихо прошу я.

После того, что было вчера я его боюсь. И знаю, что пощады ждать нет смысла. Он был жесток, доказал мне, что я для него просто игрушка. Тем неприятнее чувствовать возбуждение от того, что он берет меня на руки. Рубашка на мне очень короткая, а под ней ничего нет.

Но я отключилась обнаженной. Дариан переодевал меня, получается? Почему так трудно смириться, что мое тело больше мне не принадлежит.

– Пусти, – я колочу его по плечам кулаком. – Пусти, на мне рубашка задралась!

При этих словах Дариан сталкивается со мной взглядом. Ищет мои губы, тянет к себе.

– Привыкай, – говорит он. – Тебя должно удивлять, что я рядом, а на тебе вообще есть одежда.

Мне не увернуться, его губы подавляют все мои попытки говорить. В каждом движении сквозит жажда и желание, неподдающееся контролю.

– Не надо, Дариан, – теряя голос, умоляю я. – Не надо. Не делай этого, прошу. Все, что угодно, только не это!

Он смотрит на меня с каким-то странным выражением глаз. Я бы решила, что это вина или стыд. Глупости. Не может такого быть.

– Кэйри, – глухо говорит он. – Позволь тебя еще раз поцеловать.

Спрашивает разрешения? Я не понимаю, почему. Ведь накануне на мою долю выпали все возможные унижения. И мое мнение на этот счет его нисколько не интересовало.

Вспоминаю, как стояла на коленях. Вспышками приходит то, что он со мной делал. Почему-то, утыкаюсь ему в грудь в надежде спрятаться.

– Если ты спрашиваешь, – тихо, будто бы сама боюсь своих слов. – То не надо. Не могу сейчас. Мне нехорошо.

Я добавляю последние слова, чтобы списать отказ на самочувствие. Жду удара от ошейника, жду издевательского смеха Дариана.

Ничего не происходит.

Просто несет меня в соседнюю дверь.

– Вот тебе ванная, – говорит он, убеждаясь, что я стою на ногах нормально.

– Мне нужна одежда, – тихо сообщаю я.

Я вообще не понимаю, как должна его просить. Меня не учили быть рабыней. К такому никто не готовил. Я знала, что единичку можно продать, но у меня был отец, который мог опротестовать это решение. Было доверие к мужу. Не все же люди способны на такую гнусность?

Были деньги.

В рабство обычно продавали из-за них. Иногда девушек из бедных семей готовили к участи заранее в специальных школах. Редко рабынями становились такие как я. Об этом и говорил Дариан в ту встречу.

Дар единичка и ниже? Не стоит и гадать, какой будет участь, если ты бедная, а твоя семья жестока.

А меня ни в какой школе этому не учили.

– Я могу тебя о чем-либо просить? – запоздало интересуюсь я.

По лицу Дариана пробегает тень недовольства.

– Можешь, – отвечает он. – Одежду тебе принесут.

– Я что-то не то сказала? – никак не могу понять выражение его лица.

То ли злится, то ли печален.

– Все нормально, – отвечает, слегка взмахивая волосами. – Веди себя, как привыкла.

– Хорошо.

Он стоит очень близко. Я чувствую его внимательный взгляд. Мне не по себе от этого. Еще и рубашка на мне – одновременно коротка и широка.

Дариан поднимает меня за подбородок и заставляет столкнуться глазами.

Я встречаю его взгляд, а только потом уже вспоминаю, что вроде бы как рабыни не должны так делать. Глаза надо опустить.

Дариан видит мою запоздалую попытку изобразить покорность, но как-то странно ее воспринимает. Он вообще странный. Я не понимаю, что произошло за ночь.

– Кэйри, пожалуйста, посмотри на меня.

В его голосе мольба. Когда я выполняю его просьбу, он мягко и нежно касается моей щеки губами. Мне кажется, что Дариан хочет сказать мне что-то важное, но ни звука не срывается с его уст. Мы просто изучаем друг друга будто бы заново.

Все не так как вчера, но я не спешу радоваться. Дариан – демон, мастер хитрости и притворства. Игры – в них я всегда проигрывала ему.

Он ласково гладит меня по щеке, играет с волосами.

– Ты должна оставаться собой, – мягко говорит мне он.

Я вспоминаю день до этого. Оставаться собой... Я, настоящая, никогда бы не встала на колени. Не позволила бы Дариану сделать то, что он сделал.

Мне становится тяжело дышать. Я чувствую, как к глазам подступают слезы, рука резко поднимается и дергает ошейник, будто бы он меня душит, хоть я его и не чувствую, лишь знаю, что он есть.

Не могу смотреть на этого демона. Не хочу его слушать. Мне всего достаточно. Медленно поворачиваю голову в бок и обхватываю себя руками.

– Зачем мне быть собой? – спрашиваю я. – Тебе мало моих страданий? Хочешь максимум боли?

Дариан протягивает ко мне ладонь. Он совсем другой. Не такой как вчера днем. Но я ему не верю. Его истинное лицо я уже видела.

«Думаешь, у нас брачная ночь?»

«На колени. И я не отниму у тебя магию».

Его слова стоят у меня в ушах. Я не могу ему верить. Знаю, что боль будет слишком сильна.

– Кэйри, – он привлекает меня к себе и прижимает к груди.

Наверное, мне должно быть противно, но я почему-то хлюпаю носом и затихаю. Я прижимаюсь к его груди щекой и делаю вид, что у меня нет выбора.

Мой первый мужчина, мой хозяин, один из сильнейших в магии. Разве я могу сейчас дергаться, тем более, пока еле стою на ногах, еще и полуголая.

Но его ласка для меня сейчас как бальзам на истерзанную душу.

– Приводи себя в порядок, – ласково предлагает он. – Выздоравливай, пожалуйста. О правилах мы поговорим позже. И у меня для тебя сюрприз. Мне придется уйти, но ты оценишь.

Я недоверчиво смотрю на Дариана. Неужели серьезно?

Он не пытается приставать, не делает мне больно. Списываю это на болезнь. Наверное, я просто очень сейчас страшная.

– Спасибо, – одними губами роняю я.

На моем виске отпечатывается поцелуй, затем воздух вскипает. Дариан уходит порталом, а я остаюсь в роскошной ванной. Без Дариана почему-то стало хуже. У меня какой-то камень на душе. Меня накрывает странное чувство.

Я отказала ему, потому что полюбила другого. Но сейчас мне плевать на бывшего мужа. Я по собаке, которая была в детстве у нашего садовника, скучаю больше, чем по нему. Мне даже не больно от его измены. Это продажа так вылечила меня от любви? Или любви не было вообще?

Я впервые в жизни думаю, как могла так жестоко отказать Дариану. Не нахожу ответа. Голова кружится, и я падаю на пол, успеваю только ухватиться за край шикарной тумбы с кучей баночек на ней.

Сюрприз

Разлепляю глаза.

– Девочка моя! Моя маленькая госпожа! – Жанин, трет мне щеки. – Да как этот упырь смел тебя одну оставить? Голову не разбила себе?

– Жанин, – я обнимаю ее.

Вот он сюрприз. Дариан принял ее в дом. Я испытываю чувство, похожее на благодарность.

– Ну-ка поднимайся. Или позвать кого?

– Нет, – качаю головой я. – Я в таком виде, мне бы привести себя в порядок.

– Сейчас все будет, – говорит моя служанка.

Ванная уже набрана, стоит ей только махнуть в ту сторону рукой.

Жанин тройка. К сожалению, и этого мало, чтобы быть богатой, но достаточно, чтобы быть свободной.

Жанин замужем. Ее муж постоянно в разъездах. У них цель – заработать и построить большой дом. Брак был вынужденным, как и у многих, но пара оказалась очень схожих взглядов. При упоминании мужа моя подруга расплывается в таинственной счастливой улыбке. Я всегда отпускала ее на сколько нужно, когда он возвращался в город, а она потом хвастала колечком или сережками.

– Кэйри, давай я тебя вымою, – говорит она мне.

Я не очень-то согласна, потому что даже переодевать себя позволяю редко – только если платье особенное и сложное. Но новый обморок, еще и в теплой воде, может стать фатальным.

Позволяю позаботиться о себе, завернуть меня в халат, высушить волосы. Это я и сама могу, но Жанин несравненна в укладке моих темных локонов.

Когда я выхожу из ванной, на моей аккуратно заправленной кровати разложена одежда.

Я осекаю себя. Сказать честно, я не знаю, чья это спальня: Дариана, гостевая или же она для меня. Кровать тоже не может быть моей. У меня ничего своего нет.

Подхожу и разглядываю одежду.

– Жанин, это что? – интересуюсь я с ужасом. – Это зачем?

– В твоем гардеробе все приблизительно одинаковое, – со вздохом говорит Жанин. – Хозяин только такие вещи для тебя приготовил.

Я скидываю это с кровати и топчу ногами. Глаза привычно наполняются слезами, но они не текут. Я просто не в состоянии дальше плакать.

Он унизил меня всем! Абсолютно всем! Я раздавлена, я сломана. Мне хотелось выйти в сад, подышать хоть немного воздухом, но как я в этом шлюшьем шмотье покажусь при слугах? Неужели всем до единого нужно знать, для чего я тут и кто я? Ошейника недостаточно?

Я очень сильно злюсь. Меня переполняет раздражение. Голова вспыхивает болью, а затем я падаю. Снова! Ноги за мгновение превращаются в кисель, подгибаются, складываются. Что интересно, сознание я не теряю, просто лежу среди прозрачных газовых тканей, вышитых золотом.

– Кэйри?

К моему огромному сожалению, это голос Дариана. Жанин низко склоняется и спешит прочь.

– Что здесь произошло? – интересуется мой хозяин.

Я равнодушно лежу на полу. Мне хочется наговорить ему гадостей, чтобы хоть что-то понял, но у меня нет сил.

– Ты играешь в молчанку? – он садится рядом и гладит мои волосы.

– Дариан, – тихо говорю я, – пожалуйста, отпусти. Пожалуйста, отпусти меня. Я ни дня не выдержу. Не то что год. Я не могу.

Зря я подумала, что слез больше нет. Они просто клокочут. Мне кажется, что если я продолжу сдерживаться, то соленые струи хлынут из ушей.

Он молча поднимает меня и кладет на кровать. Вроде бы забота, но я сжимаюсь и не могу расслабить ни одной мышцы. Разозлится же на меня. Уже, наверное, жутко зол, что я так с вещами, которые он дал. И сейчас изнасилует. Этого я особенно боюсь. Теперь я понимаю, что к чему. Разобралась в этих делах.

Его рука тянется ко мне, я оживаю, запахиваю халат туже, отползаю по кровати.

– Кэйри! – Дариан выглядит растерянным. – Что такое?

– Не трогай меня! – кричу я.

Голос настолько жалкий, что даже тошно. В него прорвалась паника, истерические нотки. Мне самой противно.

Глаза моего хозяина вспыхивают нечеловеческим огнем. Он нависает надо мной как хищник и принюхивается к моему ужасу. С ним стоит быть спокойнее, потому что демон реагирует на эмоции.

А я не могу. От его близости я срываюсь на жуткий визг. Во время его недавнего визита я не чувствовала такого, а сейчас энергетика и сила давят на меня. Я захлебываюсь криком.

Дариан сгребает меня в охапку, чувствую его руки на себе и снова кричу так, что голова наполняется звоном.

– Кэйри, успокойся, пожалуйста. Скажи же мне, что случилось?

– Не насилуй меня, – умоляю я. – Не надо, Дариан…

– Черт! – взрывается он. – Черт, Кэйри! Я не…! Ты же была согласна!

Отстраняется, я хватаю подушку и обнимаю ее, зарываюсь лицом, чтобы укрыться в ней.

– Успокойся! – рычит он. – Перестань! Я сейчас ничего не сделал! С чего новая истерика? Сейчас почему?!

– Я не могу…

Не хочу объяснять ничего. Не хочу и точка. Я просто не выйду из спальни. Не буду пить и есть. Не буду одеваться, мыться и причесываться. Пусть использует силу ошейника, пусть зверствует и мучает.

Пусть играет мной как куклой, если захочет нарядить или отмыть.

Так мне будет проще. Пусть лишит магии, но я больше не унижусь. Да хоть на улицу пусть выкинет или продаст! Или даже еще лучше – вернет Номдару. Может быть, они с Вендрой меня не больно убьют.

Я закрываюсь внутри себя. Больше не реагирую на его голос, не отвечаю на то, что он говорит и полностью расслабляюсь, когда трясет.

Дариан что-то говорит, но я заполняю свое сознание музыкой и отключаюсь.

Несколько раз он пытается отнять у меня подушку, но я держу ее мертвой хваткой. Без пальцев не оторвать.

Жду ударов ошейника. Жду со странным чувством торжества. Хочу, чтобы он расписался в своей жестокости, чтобы стал в моих глазах полным ничтожеством и насильником. Давай же, Дариан. Просто добей. Как вчера.

Тебе же не сложно, правда?

Дариан

Я этого не хотел.

Сижу над ней, зарывшись в волосы руками. Пытаюсь понять, что должен сделать. Как мне вытащить ее?

Я представлял себе, что она другая – хитрая, расчетливая, жестокая. Я поверил, что она развратница. Мне было легко это сделать после того, что было в прошлом. Кэйри уже предавала меня, как я думал.

Но сейчас передо мной не прожженная женщина, а нежная девушка, которую я любил. И ей того, что произошло слишком много.

Я веду по ее волосам рукой, силой привлекаю к себе, прижимаю голову к сердцу и открываюсь. Безумие так делать, но я не знаю, как достучаться до нее иначе. Оттолкнет? Хорошо, значит и мне тоже будет очень больно. До одури. До потери магии и крыльев. Я предлагаю слияние, снова распахиваю настежь душу.

– Кэйри, – тихо говорю я, много раз как заклинание повторяю ее имя. Зову.

Ипостась вырывается и распахивает ей объятия. Нас окутывает свет.

– Слушай мое сердце. Не бойся. Я не сделаю плохо. Не сделаю.

Кэйри вздрагивает и внезапно обнимает меня. Моя магия питает ее тело, покачивает в своих волнах.

– Дариан, – вдруг отвечает она.

– Ты здесь? – тихо спрашиваю я.

– Да, – глотая слезы шепчет. – Что происходит? Почему так хорошо?

– Я открыл тебе душу, – признаюсь я.

Она знает, что это значит и теперь может ударить. Может в свою очередь отомстить.

Но Кэйри вдруг обнимает меня крепче. Залезает под бок, будто бы котенок. Нежится в тепле и силе. Ее глаза смотрят прямо в мои. Мы начинаем сливаться. Я должен остановиться, но это очень сложно – вся моя природа помнит, что это такое и желает этого. Только я не могу так поступить с Кэйри. Мне нужно ее согласие.

– Сейчас отпущу, – предупреждаю я. – Тоже не держись. Давай осторожно отступим.

Кэйри понимающе кивает, и я ей очень благодарен. Мы оба аккуратно прекращаем ритуал. Ипостась мечется в желании продолжать. Кэйри же расслабляется.

– Девочка моя, – я нежно касаюсь ее щеки ладонью. – Ты можешь со мной поговорить?

– Да, – отвечает она.

– Я не сделаю тебе больно. Больше не сделаю.

Кэйри отворачивается.

– Сделаешь, – тихо говорит она. – Мне от тебя все время больно.

– Что случилось, почему ты так… разнервничалась?

– Я не буду это носить, – отвечает она. – Не позволю слугам видеть меня в таком. Даже Жанин. Эти вещи – оскорбление.

– Кэйри, я идиот. Это большая ошибка. Никто тебя такой не увидит. Я выжгу глаза тем, кто осмелится взглянуть на тебя в подобном наряде. Прости, я вообще не подумал, что тебе нужны будут нормальные платья. Я мечтал о тебе. Желал тебя. И не понимал, что эти желания жестоки. Не задумался о том, что ты будешь находиться вне моей постели, – на этих словах моя любимая тревожно вздрагивает. – Прикажи Жанин купить тебе все, что желаешь. Выбери сама, что нужно. А это… Это будет только между нами.

Я бы мог сказать ей, что отступлюсь, что не стану давить и требовать, но даже сейчас меня сводит с ума ее близость. Мысль, что Кэйри прыгнет ко мне на кровать в полупрозрачном платье, расшитом золотом, которое открывает ее моим рукам и губам, которое создано для страсти, заставляет тело реагировать.

Вчера я получил ее, но не полностью. Это была ошибка, которую я смогу исправить. Я растоплю лед, который сковал ей душу, после моей жестокости.

– Правда можно купить нормальные платья? – вдруг оживает она. – Закрытые?

Я сглатываю ком в горле.

– Не очень закрытые, Кэйри, – слышу ее вздох и добавляю. – Пожалуйста.

– Хорошо, – говорит она, уступая в свою очередь, и я чувствую, как оживает ее голос.

– Прости меня, – тихо прошу я.

Кэйри перестает дышать, потому что я склоняюсь к ней, проникаю пальцами в волосы и касаюсь губ.

Мой поцелуй осторожный. Очень боюсь напугать или передавить. Следую за ее губами, нежность прорывается в прикосновениях, в дыхании. Я не настаиваю и готов в любой момент отступить.

Когда Кэйри отвечает, я чувствую восторг. Мне стоит безумных усилий не напасть. Не начать терзать ее, не запустить руки под тонкий халат, но я держусь ради совершенно невинных ответных ласк.

Отпускаю раньше, пока не успела упереться ладошкой мне в грудь. Останавливаюсь первый. Пытаюсь справиться с собой. Крылья спонтанно проявляются и взмахивают, наполняя спальню ветром.

Кэйри смотрит на них восхищенно и не сдерживает восторг. Всегда так реагировала, поэтому я и решился на слияние до свадьбы: она принимала мою природу. До того самого дня, когда я решился сделать предложение.

– Они такие мягкие, – счастливо шепчет она и гладит меня по темным перьям.

Я всегда хотел ей сказать, что не мягкие. Каждое перо словно сталь. Мои крылья – это магия, способ мгновенно перемешаться в пространстве и совершенное оружие. Каждое перо острое, может ранить как бритва. Они еще и тяжелые, уронив перышко я теперь могу устроить магическую аномалию в отдельно взятом помещении. Или пробить врагу тело насквозь.

Такая попытка погладить меня обернулась бы отрезанными пальцами. Любому. Но не Кэйри. Ей всегда было мягко, она всегда смотрела на них как ребенок на котят.

И я убил огонь в ее глазах. Если бы я только знал, что она такая, как мне казалось раньше. Если бы не наделил ее качествами, которых никогда в ней не было. Я возвращаю ей ласку: нежно глажу волосы, осторожно ласкаю тело. Никаких границ не перехожу. Мне достаточно того, что сейчас произошло.

Сейчас я хочу нежничать с ней. Исцелить поцелуями все зло, что причинил.