Текст книги "Развод. Проданная демону (СИ)"

Автор книги: Евгения Медведская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 22 страниц)

Номдар

Вендра мертва, хоть я и не могу в это поверить до конца. Она всегда казалась мне слишком хитрой. Был уверен, что обманет смерть.

От моей руки. Пусть это и вышло случайно, но я никогда не убивал женщин. Мне очень плохо. Я любил ее все же. Рыжуля была чудовищем, однако, я не желал ей зла. Только хотел, чтобы не делала зла мне.

Помню ее тело, к которому так и не позволили прикоснуться, рыжие волосы на камнях мостовой. Роскошное платье для приема, и кольцо на пальце, которое я ей надел.

Сердце сжимает острая жалость.

Но жалеть стоит не ее. Ее мучения позади. Моя рыжуля не чувствует боли или страха. Ее не изводит холод и ожидание неизбежной кары. А меня изводит…

Дариан…

Всегда хотел одного – не сталкиваться с ним в конфликте. Теперь знаю, каково это. Сколько же было на нем заклятий. До сих пор не могу поверить, что он им сопротивлялся.

Никак не вывернуть это против него. Я заточен в его личной тюрьме. На мне цепи – магические, высосали до крайности. Холод пробирает до костей. Сутки никто не приносил мне еды. Голод, страх, боль. Он издевается надо мной каждое мгновение, хоть его и нет рядом.

Хлопает дверь темницы.

Дариан заходит молча, опирается о стену и смотрит на меня. Просто смотрит. Ненавижу его за цветущий вид, мощную фигуру и красивую одежду. Моя в полном беспорядке.

Все, что могу сделать – встать, чтобы не смотреть снизу вверх как раб.

И еще я чувствую страх. Для мира я мертв, а мой враг имеет право убить меня. В любой момент отнять жизнь. Нет сообщников, нет хитрой Вендры, которая бы вызволила любой ценой. Однажды она уже так делала.

– Страх, – говорит Дариан. – От тебя им несет.

– Ошибаешься, – лгу я.

– Ошибки быть не может. Я знаю. И не пытайся при мне кривить душой. Это выйдет боком, отзовется жестокими страданиями, от которых не будет спасения.

Отворачиваюсь. Он прав. Мне страшно.

– Я хочу знать, когда ты магией отнял у меня Кэйри, то хоть что-то к ней чувствовал? Благодарность? Жалость? Симпатию?

– Чувствовал, – глухо подтверждаю я. – Она не может оставить сердце равнодушным.

– Верно, – говорит Дариан. – И если не остался равнодушным, почему не поступил благородно? Ты же мужчина. Как позволил Вендре обойтись так с собственной женой, пусть ты ее и не любил?

– Другого пути не было. Вендра мне выбора не оставляла.

– То есть это была ее интрига? – интересуется Дариан.

– Верно. Сам бы я Кэйри не продал. Очень уж она была хороша. Горяча в постели. Обожал проводить с ней ночи. Она позволяла мне все.

Хоть так зацеплю эту мразь. Пусть идет и устроит сучке-Кэйри сцену ревности. Пусть обожжет ее своим гневом.

– Номдар, у меня есть друг. Любит говорить, что кругом одни идиоты, – вздыхает Дариан. – Так вот, я только что убедился в его правоте. Ты – идиот.

Меня скручивает от боли под его взглядом. Даже не могу определить, когда он успел пустить в ход магию. Я вижу, что Дариан зол. Он будто бы становится выше ростом, пока я падаю от нестерпимой муки на колени. Да, я его зацепил. Терплю боль стиснув зубы.

– Знаешь, какое дело, – так же ровно говорит демон. – Ты мне лжешь, хоть я и предупреждал, что не потерплю этого. И ничего у тебя с Кэйри не было. Просто поливаешь ее грязью, пытаешься расковырять во мне ревность… Но тут ведь надо понимать, с кем ты имеешь дело. Меня не тронуло бы, что у вас, как у супругов были отношения. Важно то, что есть сейчас, а не случилось в прошлом. Но ты пытаешься меня разозлить. И сделать через меня больно Кэйри. Нет. Вся боль достанется тебе. За ложь.

Дариан оказывается рядом и касается меня.

Не могу сдержать крик. Безумный и жалкий одновременно.

– Не велика честь издеваться над закованным в цепи человеком, – хриплю я.

– Почему же? – глаза моего мучителя вспыхивают. – Я сражался с тобой и победил в честном бою. Так что могу делать, что пожелаю.

Еще один приступ боли. Чувствую такую судорогу, что хрустит сустав.

– Я не лгал… Она была моей женой…

Дариан смеется. Ненавижу этот смех – он хуже пытки. Смех того, кто владеет ситуацией, того, на чьей стороне власть.

– Я был у нее первым.

– Знаю, – бросаю я с презрением.

– Ты не понимаешь, – Дариан поднимает меня за волосы, запрокидывает голову. – Я был у нее первым после того, как купил. Именно это стало причиной моего расследования. Не что-то другое. Вы с Вендрой упустили важную деталь. Я берег Кэйри до свадьбы, хоть и был ее женихом.

Закрываю глаза, чтобы не видеть это ненавистное лицо. Злюсь до крайности. Вендра была уверена, что у них было. Она же и меня в этом убедила. Сказала, что Кэйри приехала домой с мокрыми волосами, что одежда была в беспорядке и что она явно переспала с женихом. И потом – была куча таких случаев. Кто мог подумать, что демон бережет ее невинность, когда брак решенное дело.

Если бы я только знал… Лишил бы ее этого недостатка лично. А потом отдал бы своим людям. Измена – так измена.

– Дерьмо, – выплевываю я. – Надеюсь, что ты тоже не знал, и ей мало не показалось. Вряд ли с рабыней играл в благородство.

Дариан вспыхивает и бьет меня без магии, просто кулаком. Не ожидал, что будет так тяжело. Будто бы молотком стукнул. Желание его злить пропадает тут же. Хочется взять свои слова обратно. Скулю извинения. Даже не думаю, почему он отреагировал так резко.

– Лгать мне очень плохо. Говорить неуважительно о моей невесте – очень плохо, – говорит Дариан. – Плати. Хочу послушать, как ты орешь, пока я ломаю тебя.

Невесте? Он так сказал? Собирается жениться на Кэйри? Несмотря на то, что может ей владеть, унижать, подавлять, заводить любых баб, и делать что душе угодно… он собрался жениться?

Я успеваю подумать эти вещи, а затем Дариан выставляет мне счет. Сказал платить и выбора у меня нет.

Следующие несколько минут я никогда не забуду. Крики мешают вдохнуть, боль заполняет все сознание. Ее невозможно терпеть и я в какой-то момент проваливаюсь.

В чувства приводит ведро ледяной воды. Дикий холод. Я и так замерз, а это… Не передать словами.

– Умоляю, – обращаюсь я к демону, теряя всякую волю. – Прошу тебя…

– Знаешь, – говорит Дариан. – Тебе не за что было ненавидеть Кэйри. Брак с ней давал хорошие перспективы, большой капитал. Она следила за домом, была тихой и милой. Как ты мог с ней так поступить? Не понимаю. Ты заковал жену в цепи, хоть в этом не было смысла, продержал ночь в холоде, не дав возможности согреться. Не кормил. Зачем? В жестокости должен был быть какой-то толк. За то, что она пережила по твоей вине, ты ответишь сполна. Цепи и холод всегда будут с тобой. До конца дней.

– Лучше убей меня, – хрипло отвечаю я.

Голос не слушается. Руки трясет мелкой дрожью. Вот почему здесь так холодно. Это месть за нее.

– Пока не хочу, – отвечает Дариан. – У меня другие планы. Буду играть до тех пор, пока ты интересный. В какой-то момент ломаются все. Ползают в ногах, унижаются, ведут себя как животные. Становится скучно. Предсказуемо.

– Ты чудовище, Дариан.

– Стоп-стоп. Не называй меня по имени, – демон качает пальцем у меня перед глазами. – Тебе этого нельзя. Забудешься, сделаю так.

Он щелкает пальцами и снова приходит боль. Бежит по венам. Во рту разливается невыносимая горечь. Даже слюну невозможно проглотить.

Корежусь у него в ногах. Вою от муки.

– Думаю, что ты понял. Однажды, я заставлю тебя извиниться перед Кэйри. Если мне покажется, что ты этого заслуживаешь. Потому что твою вину не искупить. Я жесток, но твоей жестокости с ней не понимаю. Тем более, что ты даже Вендру не любил. Привык идти по головам, но я научу тебя ползать под ногами.

– Умоляю, – мой голос срывается в рыдания. – Дай хотя бы одеяло. Холод изводит.

– Да, но ты не заболеешь и не умрешь, в отличие от Кэйри, с которой я провел сутки, пока она перестала бредить, – усмехается Дариан. – Будешь терпеть. Как она той жуткой ночью.

Я не ожидал, что он так сильно любит дочь Григора. Вендра была права – то, что Кэйри купил Дариан обернулось катастрофой. Им нельзя было быть вместе.

Даже то, что он жениться собрался на той, которую мог бы без проблем контролировать, говорит для меня о многом. Я бы никогда так не поступил. Выбрал бы абсолютную власть, сбросил бы с себя всякие обязательства перед своей вещью.

Может быть, я неплохо бы относился к рабыне, особенно, когда воспитал бы под себя. Но променять настолько выгодный статус на брак??? Дать ей возможность возражать, быть равной, находиться в обществе, иметь свое мнение и права на имущество. Даже если говорить о детях – оставить женщине право решать, хочет она их или нет?

Ну фу. Наверное, Дариан просто утратил на нее права – не хочу считать, что меня пытает настолько размякший мужик.

– Зачем ты только ее купил, – шепчу я вслух.

Дариан смотрит на меня и его глаза вспыхивают.

– Ты жутко облажался, Номдар. Я купил ее, потому что она меня об этом попросила. Но знаешь, если бы она не успела попросить, я бы узнал и забрал бы ее себе так или иначе. Какие бы ни делала повороты судьба, как бы реки вероятности не разводили нас с Кэйри по разным руслам, я буду любить ее и защищать. Теперь я знаю точно, что никогда в жизни не хотел бы снова увидеть слезы в глазах женщины, которую я люблю, даже если зол на нее до крайности.

– Все же причинил ей боль, – удовлетворенно шиплю я.

– Все причиняют друг другу боль, – отвечает он. – Но некоторые умеют извлекать из этого уроки. И ты скоро извлечешь свой.

Его лицо непроницаемо и невозмутимо. От этого меня кидает в дрожь. Я боюсь провоцировать и поэтому молчу.

Дариан встает.

– Однако, не люблю бесполезных людей. Радуйся, я нашел то, в чем ты можешь принести пользу.

Вскидываю на него глаза. Что-то гадкое.

– Ты же помнишь Алару – твою служанку?

– Что? При чем тут она?

Неужели Дариан и до моей интрижки докопался? Как это?

– Очень интересная девушка, кстати, – усмехается он. – Раз уж ты решился изменить такой опасной красотке, как Вендра, то стоит отдать ей должное. Думаю, что общение пойдет вам на пользу.

Вздрагиваю от нехорошего предчувствия. Вспоминаю свои фантазии, как мечтал запереть ее в цепях в темнице. Кажется, выходит, наоборот. Но неужели она злится на меня за тот жесткий секс? Я был уверен, что ей это понравилось не меньше моего.

– Что ты имеешь ввиду? – спрашиваю я Дариана.

– Узнаешь, – отвечает он.

Идет к дверям.

Я вижу смазанный силуэт.

Алара.

– Он твой, – говорит Дариан. – Можешь пользоваться, сколько нужно. У него достаточный уровень, чтобы ты питалась. И никто не призовет тебя за это к ответственности.

Она кивает.

Я не понимаю, что Дариан имел ввиду. Питалась?

Алара медленно подходит и опускается передо мной на корточки.

Дверь закрылась.

В ней что-то жуткое. Я не понимаю, что. Только остро вспоминаю тот момент, когда девушка собирала деньги с пола. Тогда она смотрела почти также. Хищно. И уже тогда я знал, что она опасна. Похоже сейчас пришло время узнать, чем именно.

– Привет, – говорит она и наклоняет свою голову в бок. – Можешь называть меня госпожой.

Ее глаза перестают быть человеческими. Перед тем как закричать, я понимаю, кто она. Думал, что в нашем мире их давно нет.

– Это будет первый раз, когда я могу быть честной со своим мужчиной, – усмехается она. – Правда, что ты убил Григора? Не отвечай. Я знаю. И тебе стоит знать, что это был единственный человек, который по-настоящему мне помогал. А Кэйри была очень доброй хозяйкой. Я с ней дружила, как с равной. Мне было очень неприятно называть ее отродьем по твоей просьбе. За свою жизнь, я привыкла притворяться, но с сегодняшнего дня буду собой, когда мы наедине. Никакого больше притворства, Номдар.

Бескрайнее отчаяние накрывает меня. Жалею только, что проявил малодушие и не умер вместе с Вендрой.

Древний храм

Мы останавливаемся у подножья лестницы. Считается, что пара должна пройти все эти ступени, не используя ни капли магии.

Это символизирует брак. Да, в нем бывает тяжело, усталость берет свое, а острота чувств притупляется. Смысл этой лестницы в том, чтобы пройти путь вместе, опираясь друг на друга. Также, как и потом – пройти вместе долгую жизнь.

Кэйри устает в своем длинном платье довольно быстро. Я беру ее на руки, поражаясь своим чувствам. Самое дорогое, самое ценное. От каждого прикосновения к ней пробирает до мурашек. Она обхватывает меня за шею, прижимается. Чувствует тоже, что и я.

Невероятно это осознавать. Не просто слышать слова любви, а чувствовать взаимность, в груди, голове, где-то в районе солнечного сплетения.

Мы даже не говорим, настолько погружаемся друг в друга. У нее чудесные глаза, в которых я вижу только себя. И знаю, в моих она видит ровно тоже самое. Настоящее.

Нас ждут наверху. Гостям предлагается пройти в храм порталами – им испытания не положено. Но мне доставляет удовольствие подниматься туда с ней. Надеюсь, что этого чувства у меня не отнимет даже бессердечное и жадное время.

Отпускаю свою драгоценность уже у входа. Кэйри улыбается мне, держит в руках цветы. Такая чудесная.

– Я тебя люблю.

– И тебя тоже.

Мы не можем отвести друг от друга взгляда. Все равно, как сейчас на нас смотрят те, кто нам дорог. Важны только наши чувства, наше счастье.

В зале почти все магическое сообщество. Даже правитель и его дети почтили нас своим приходом. Прибыли демоны. Нас мало, но они явились поддержать своего брата.

Жанин тоже тут. И Милана взирает на нас, утирая слезы. Растрогалась.

Судья Эврер стоит невозмутимо, но я знаю, что он рад тому, как все вышло. Злился на меня, отдавая Кэйри на мою волю, зато сейчас доволен тем, как я этой волей распорядился.

Мы подходим к алтарю.

– Навсегда перед людьми и богами, беру тебя, Кэйри Бария в законные жены. Говорю тебе, что ты моя, а я твой. И как бы не распорядилась наша судьба, так было и будет. Прими мой дом, мои богатства и мое сердце. Стань хозяйкой моей души и займи полноправное место в жизни. Дай мне счастье стать отцом, озари дом своей заботой. Будь моей опорой в тяжкие дни и лучом света в самый темный час. Клянусь тебе беречь и защищать, быть верным и любящим и нести на себе каждую твою печаль как свою, а затем развеять их до последней. Ты моя, а я твой навеки.

– Отвечаю тебе согласием, мой избранный. Буду любить тебя, пока бьется сердце, стану твоей верной и преданной женой. Клянусь повиноваться твоей воле, признаю тебя своим мужем, принимаю в свое сердце. Для всего мира становлюсь твоей, обещаю нести эту честь достойно. Любить тебя и в темные дни, и в светлые, пока не кончится срок, который нам отведен. Принимаю твою защиту и клятву. И говорю, что ты мой, а я твоя. Навеки.

Я так жаждал услышать эти слова от нее при всех. Видеть, как все становятся свидетелями происходящего. Говорил ей, что мне не нужна власть, чтобы удержать, говорил, что не отпущу, и в этот момент исполняю свои слова.

Кэйри улыбается мне, а затем я вижу, как вздрагивают ее губы от сильных эмоций.

Мы меняемся кольцами. Соединяем руки на алтаре.

– Скрепляю брак поцелуем, – говорю я и привлекаю ее к себе.

Губы Кэйри такие нежные. Глаза сияют. Я провожу пальцами по ее щеке, не позволяю отстраниться, потому что меня переполняет любовь.

Нас окутывает сияние. Магия древнего храма скрепляет наш союз. Мои крылья проявляются и взмахивают, вызывая ветер.

– Я видела это во сне, – тихо говорит мне Кэйри и вдруг замирает.

Ее глаза широко распахиваются, лицо становится испуганным. Она вскрикивает и прижимается ко мне, будто бы хочет спрятаться.

– Что такое? – спрашиваю я, уже шаря глазами по гостям, пока не сталкиваюсь взглядом с Луцианом.

– Ааа… – чуть вскрикивает Кэйри, уже не на шутку меня пугая.

А затем за ее спиной распахиваются широкие сияющие крылья.

По гостям проносится ошеломленный вздох, а затем раздаются аплодисменты, крики, восторг.

– Похоже, у тебя теперь собственные крылья, – говорю я, проводя по ним пальцами. – Очень красивые.

– Тебе не больно их касаться? – осторожно спрашивает она.

– Ну ты же не демон, – улыбаюсь я. – И моя истинная пара.

Кэйри прижимается ко мне губами порывисто и нежно.

Так мы и стоим, пока нас окутывает сила и бесконечное счастье.

Конец