Текст книги "Развод. Проданная демону (СИ)"

Автор книги: Евгения Медведская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

Море

Дариан заставляет меня выдохнуть весь воздух до предела, а потом вздохнуть так чтобы голова закружилась. Его ладонь хватает мою грудь и сжимает, другая не позволяет отстраниться.

Он выносит меня из воды и несет в тень, где разложено широкое покрывало. Кажется, здесь стоит холодильник с ужином, но нам нет никакого дела.

– Кэйри, – выдыхает он. – Прошу тебя, умоляю… Будь моей.

Я пытаюсь вырваться из его рук, но Дариан сверху. Он перехватывает магией мои запястья, врывается языком в рот. Мы не сменили позы, так что мои ноги по-прежнему вокруг его бедер. Все мысли вылетают у меня из головы.

– Я остановлюсь, – шепчет Дариан. – Обещаю остановиться. Не смотри, что я тебя держу.

Его поцелуи больны́е и безумные, я даже не представляю, какой огонь кипит внутри, если он так меня ласкает. Но я отвечаю точно также. Меня охватывает сумрак. Я не боюсь, не чувствую никакой черты, которую надо переходить. Дариан уже брал меня. Ничего не изменится, кроме того, что сейчас я безумно этого хочу.

Он играет нечестно. Дает мне воспоминание, о котором говорил когда-то ночью, показывает наше общее прошлое, перед которым не устоять. За это я кусаю его плечо, вызывая глухой стон.

– Кэйри… Не кусайся…

Непослушно кусаю еще раз, ощущая соль, терпкий вкус его кожи, чувствуя, как он напрягается, зажимает меня, захватывает волосы. Магия отпускает мои руки. Я как в бреду обнимаю его, скольжу пальцами по спине.

Развожу ноги шире и подаю таз навстречу, от этого наши тела сталкиваются. Мне безумно хорошо. Так сладко, что хочется тереться и извиваться.

– Мне будет очень больно? – тихо вздыхаю я.

– Кэйри… – шипит он. – Больно не сделаю… Черт… Демон… Ты спрашиваешь, потому что готова? Не подчиняйся мне, слышишь? Я не возьму силой…

– Я могу сама решать? – растерянно спрашиваю я.

Ой, это мне надо ему сказать, что я его хочу? Сама хочу? А можно как-то довести до того, чтобы не слушал? Чтобы сам не знал, как нужен…

Но если я скажу хоть слово против, то он отступит. Не сомневаюсь, что будет так. Дариан же бережет меня.

Как я скажу ему, что готова?

– Можешь решать. Я в твоей власти. Сейчас все наоборот… – шепчет он, спускаясь губами к груди.

Ненасытно.

Мы оба как пьяные. Не можем оторваться. Его руки продолжают мои, его тело, связано с моим, души переплетаются, губы не в силах прервать поцелуи. Мы делаем столько всего одновременно, что перегружаются рецепторы.

– Дариан, – стону я. – Мне страшно… Я не могу решить…

– Не бойся меня, – шепчет он. – Я больше никогда не сделаю тебе плохо.

Верю.

– Мы вместе, Кэйри. Вместе, слышишь… Ты моя, а я твой.

Это «ты моя, а я твой» – часть брачной клятвы. Рабам такое не говорят, как и не говорят того, что я слышу следом.

– Кэйри, – он произносит мое имя одними губами, но его тон, его голос…

Никогда я не слышала, чтобы меня так звали.

– Любимая моя… Люблю…

Шепот горячий, губы нежны. Страх уходит, оставляя только невыносимый жар и желание. Я зарываюсь в волосы Дариана пальцами.

– Все хорошо? Не боишься?

Его руки держат меня с такой тревогой. Ладони большие, лежу на них, отдаваясь полностью.

– Я не боюсь тебя, – шепчу я в ответ на его признание в любви.

Мы уже не можем остановиться.

Его когти чуть царапают мне живот, срывая белье. Дариан буквально дрожит.

Крылья раскрываются за спиной, глаза вспыхивают пламенем.

– Моя, – рычит он.

– Кэйри, – зовет, заставляя сконцентрироваться на себе.

– Что? – мне невыносимо посмотреть на него.

Это удивительно – говорить в такой момент. Так разве можно?

Дариан, застывает и мягко мне улыбается.

– Представь, что у нас ничего не было до этой секунды. Ты хочешь отдать мне свой первый раз?

Я прижимаюсь к нему и вздрагиваю. Дариан предлагает начать все заново. Переиграть.

Удивительно, но я готова. У меня давно получилось забыть то, каким он был в тот день, и я собираюсь принять удовольствие, которое он желает дать мне сегодня.

Киваю, потому что говорить нет сил.

Чувствую давление там, внизу. Медленно становлюсь его. Никакой боли нет, только безумное чувство наполнения. Сладкое, словно любовь. Тону в нем. Задыхаюсь от страсти.

– Не больно? – Дариан смотрит на меня сверху вниз.

– Нет, – признаюсь я.

И тогда он начинает двигаться. Я расслабляюсь и закрываю глаза. Чувствую каждую точку своего тела – как смыкаются на груди его губы, как проходит по шее мелкая серия поцелуев, как рука тянет мои волосы, жестко, но не до боли. Как впиваются пальцы в бедро, сильнее отводят в сторону.

Каждый рывок его тела, каждый вздох, биение сердца – все чувствую и слышу. Провожу ладонью по его груди и вижу, как напрягаются мускулы, проявляются мурашки, твердеет сосок. Не выдерживаю, приникаю губами.

В ответ стон, резкое движение. Я опрокинута и распластана. Нас укрывают его крылья. Толчки частые, сильные. Глубоко.

Во мне что-то нарастает, будто бы шум в ушах. Чистое удовольствие окутывает меня. Хочу больше, еще и еще. Стремлюсь к этому чувству, притягиваю Дариана к себе, давлю ногтями на его кожу, чтобы никуда не исчез.

– Дариан… Дариан… – вскрикиваю я и тело пронзает судорога.

Его губы сминают его же имя на моих. Мы переплетаемся руками и ногами. Я ничего не контролирую, только беру все больше удовольствия, беру все до дна, пока не обмякаю в его руках.

– Мне тоже нужно, – шепчет он. – Моя очередь…

Удары органом нетерпеливые, глаза заволокло тьмой, он смотрит сквозь меня, и в этой страсти столько очарования, что я тону. В момент его удовольствия мы кричим оба. И еще некоторое время не можем пошевелиться и поменять позу. Дариан просто падает на локоть, чтобы не придавить меня своим телом.

– Любимая, – его губы касаются моего виска.

Раньше он любил целовать меня именно так. Говорил, что это место для высшей нежности. Над ухом, ближе к виску, где кожа такая мягкая, а волосы пушистые. Такой же поцелуй я дала ему сегодня в море.

– Кэйри, – Дариан утыкается мне в волосы, прижимает рукой крепче к себе. – Ты как?

Я молчу. У меня полное расслабление. Я играю с перьями его крыльев, дышу запахом его кожи.

А потом мое сердце будто бы сжимается. Чувства такие сильные, что я ими захлебываюсь. На мгновение в голове всплывает образ той самой стены из снов. Вижу, как что-то сочится и светится сквозь многочисленные трещины.

Видение пропадает, но у меня в душе происходит что-то непостижимое. Я не осознаю и не понимаю, только чувствую. Это похоже на эйфорию.

– Не отпускай, – я вцепляюсь в его плечи и не узнаю собственный голос. – Не отпускай меня, Дариан. Я без тебя не смогу больше.

С этими словами я прячу лицо у него под подбородком.

– Не отпущу, – его голос тоже дрожит. – Никогда, Кэйри.

Мы целуем друг друга снова и снова, пока не начинают болеть губы. Доигрываемся до того, что Дариан снова берет меня. Уже резко и властно, ни о чем не спрашивая и не ожидая согласия. Я только кричу от желания, провоцирую держать крепче, лишить свободы.

Он нежен и жесток сразу. Мучает лаской, пытает своей страстью. Я отдаюсь ему уже без тени страха, позволяю делать все, что пожелает и как пожелает.

Когда все заканчивается, нет сил даже встать, но он тянет меня в море, где мы играемся и плаваем, пока не устаем.

А на берегу набрасываемся на ужин. Каждое движение доставляет удовольствие. Еда вкусная, море прекрасное, вино кружит голову, объятия, ласки, сводят с ума.

– Это счастье, – шепчет Дариан. – Ты – счастье.

Его голос дрожит, а я смотрю, как садится солнце и не могу удержать слез. Только что я его ненавидела, а сейчас, похоже, влюбляюсь так сильно, что сама в это не верю.

Все хорошо до тех пор, пока мы не возвращаемся домой и не оказываемся в нашей спальне. Я засыпаю рядом с Дарианом.

Едва погружаюсь в сон, как возвращается кошмар.

Ночь

В первый момент мне страшно, но через мгновение становится плевать. Здесь мне всегда интересно только одно. Один процесс, который стал почему-то крайне важным.

Я в том самом месте. Темные камни, ночь, передо мной стена, покрытая трещинами от моих предыдущих ударов. Свет действительно сочится с той стороны, как в видении на берегу моря. Удивительно, что реальность и сон так сплелись.

А за стеной та самая тень. Ждет меня. Вижу, как ее ладони с той стороны ложатся на толстое стекло.

Секунду медлю, а затем прикладываю к ним свои.

– Бей, – шепчет она. – Бей, прошу. Выпусти…

Голос такой умоляющий, что я размахиваюсь и наношу удар. Бью магией, руками, прикладываю все силы. Забываю об осыпающейся почве под ногами.

Мне кажется, что мои усилия совершенно напрасны, что они бесполезны и тщетны. Надо заканчивать. Устаю от этого дурацкого кошмара.

– Бей! – кричит тень.

Может быть, я пытаюсь выпустить чудовище? Не знаю, но ударяю снова и вдруг трещины начинают дрожать. Осколки рушатся, сыплются градом, так что я едва успеваю прикрыться щитом из своей слабой магии. Однако же, выдерживает удар.

Свет льется густой как кисель, заполняет пространство медленно, но огромной массой. Это красиво и угрожающе одновременно. Я ужасно волнуюсь. Во мне что-то меняется и я знаю – это навсегда.

Тень стоит прямо передо мной. Больше нет преграды, и я с ужасом поднимаю на нее глаза. Готова ко всему. Пальцы перебирают энергию. Ударю. Пусть жалко и не насмерть, но ударю.

Лицо.

Не могу поверить.

Этого не может быть!

Передо мной стою я сама.

– Теперь все будет правильно, – говорит она (я?) мне. – Так как должно было быть уже давно.

Моя копия медленно растворяется в воздухе, рассеивается как дым. Тьмы тоже больше нет. Свет затопил все и вытащил на обозрение каждый участок и кусочек этого места.

Я замираю, а затем меня сметает волной.

Чувства обрушиваются на меня, как водопад. Сминают, сдавливают так, что я не могу дышать. Плотина, за которой они скрывались не рухнула, а исчезла, поэтому затопление не плавное, а подобно взрыву. Меня наполняет так резко, что слезы брызгают из глаз.

Я ощущаю все и сразу. Прошлое стоит передо мной.

– Кэйри, я очень люблю тебя, – Дариан опустился на одно колено.

Розы бушуют ярким и сочным цветением.

– Хочу, чтобы ты стала моей женой.

Он протягивает мне кольцо и распахивает объятия.

Я смотрю со стороны на это. Вижу, как начинается ритуал, как Дариан обращается для слияния и улыбается мне нежно и счастливо.

– Не надо, – шепчу я другой себе, которая стоит перед ним растерянная и пустая.

Ни капли любви, ни единой эмоции на лице.

– Не делай этого, – кричу я ей. – Это неправильно!

Но та Кэйри меня совершенно не слышит. Она молча стоит с испуганным видом. Смотрит, как Дариан начинает ритуал слияния. До свадьбы, без всякой гарантии. Она, то есть я, даже не пытается сказать «нет». Просто бьет.

Мне самой больно, потому что отсюда я вижу больше, чем раньше. Я замечаю, как горят крылья, как дрожит тело Дариана от невыносимой боли.

Я тоже стояла перед ним на коленях, и моя боль была крайне сильна, но у него рука не поднялась лишить меня магии. А потом он как мог заглаживал вину.

Нет, Дариан не вел себя как хозяин. Был иной раз резок по-мужски, требовал подчинения, но не рабского, а женского.

За то, что я наблюдаю сейчас, за жуткую картину прошлого он имел право меня просто уничтожить.

Я вижу, как та Кэйри уходит в дом, а Дариан едва справляясь с болью открывает портал и исчезает. Мне кажется, что это демонстрация запредельной мощи – сделать подобную магию без крыльев.

Видение не рассеивается. Я вижу его в саду. Еле идет, вид такой, что кажется, каждый шаг будет последним.

Я знаю, зачем он пришел, ведь если бы я изменила решение, то этим спасла бы его. Вернула силу и здоровье. Но это я знаю теперь. Тогда понятия не имела, что творю. Прошел год, а мне кажется, что вечность. Я совсем себя не понимаю.

Дариан ищет меня и наталкивается взглядом на сплетенные в акте любви тела.

Мое платье, мои украшения, мои волосы. Лица не видно. Руки Номдара по телу, стоны и неприличные звуки соития. В этот момент лицо Дариана похоже на мертвое. Ничего не выражает. Он поднимает руку, чтобы поразить насмерть, но роняет ее, не опускаясь до убийства.

Просто разворачивается и бредет прочь.

А я знаю, почему они там. Они были уверены, что Дариан предпримет попытку уговорить меня все исправить. Они знали о ритуале демонов достаточно, и все продумали. Я все это время жила рядом с ужасными тварями.

Я задыхаюсь. Не могу больше смотреть и не могу остановиться. Розы полыхают персиковым цветом. До меня доносится их сладкий аромат, наполняет схлопнувшиеся легкие, и все. Он словно яд, а я определенно умираю. Потому что без воздуха жить нельзя.

На меня льется вода. Не знаю сколько, но похоже, что много. Дариан что-то кричит, потом вдыхает в меня воздух. Мне мало, но это дает время.

Глаза болят, руки и ноги бессильно колотят по кровати.

– Кэйри! – его крик достал бы до дна самой глубокой бездны.

Еще один вдох, давит на грудь, заставляет воздух выйти и снова вдыхает.

– Кэйри, дыши, – отчаянно требует он. – Дыши!

Я не могу. Пытаюсь, но тело не слушается. Меня несет как будто бы быстрым течением.

Дариан исчезает, а затем появляется буквально через мгновение с каким-то человеком, одетым для сна.

– Прошу, Луциан, помоги ей. Умоляю.

Луциан

– Да что с тобой не так, Дариан? В этот раз что случилось?

– Я не при чем, – голос моего любимого доносится издалека.

На край моей постели садится незнакомый мужчина с короткой стрижкой и пронзительными серыми глазами. Холодные льдинки.

Смутно припоминаю этот взгляд. Точно! Мамин врач. Мне резко становится хуже.

Перепугано вцепляюсь в руку Дариана.

– Что с ней, Луциан? – трясет его мой мужчина.

– Дыхание давно такое? – спрашивает его врач, накрывая мое лицо магией и накачивая импровизированную маску воздухом.

– Как проснулась. Я не смог помочь и пошел за тобой. Минута. Две?

Легкие тут же наполняются, и я на мгновение расслабляюсь, но тут же становится очень плохо. Мечусь по кровати, не контролирую себя.

– Подержи ее, – требует Луциан.

Дариан обхватывает меня руками, сковывает магией. Судороги продолжаются. В глазах темнота. Больно, мне кажется, что повредятся суставы.

Луциан что-то вводит мне в шею.

– Крепче! – кричит он. – Жди действия лекарства!

Тело обмякает и растекается. Не могу пошевелиться.

– Очень слабая. Сама не дышит, – резюмирует врач. – Все плохо, Дариан. Я накачиваю ее воздухом, но сердце едва бьется. Пульс около шестидесяти и падает.

– Сделай что-нибудь! – кричит Дариан. – Ты же лучший! Спаси ее!

Луциан морщится, вводит еще какой-то раствор.

Чувствую слабость, волнами накатывает темнота.

– Кэйри, любимая, держись, – шепчет мой демон.

– Я чуть поднял давление. Дариан, дело плохо. Кэйри едва реагирует на препараты. Открой портал в мой кабинет. Мне нужны еще инструменты и зелья.

Я всхлипываю. Понимаю, что все очень плохо. Я даже открытый портал толком не воспринимаю. Обычно такая сильная магия ощущается.

Луциан снует туда-сюда. У меня в шее трубка, в сгибе локтя еще одна. Надо мной висит капельница с раствором. Врач взмахивает рукой и возникает стенд – на нем видны показатели, какие-то волны, знаки и символы. По очереди вспыхивают очертания органов. Видимо, моих.

– Все отлично работает, Кэйри физически здорова! Но динамика все равно паршивая, – резюмирует он. – В чем же дело? Кэйри, можешь сжать мне пальцы? – врач сует мне ладонь.

Пытаюсь, но тело меня совсем не слушается.

– Плохо…

– Что происходит? – кричит Дариан.

– Она в крайне тяжелом состоянии. Я не уверен, что могу помочь.

– Нет! – отвечает Дариан. – Продолжай! Делай что-нибудь! Ты же сказал, что лучше тебя никто не лечит! Делай! Делай или я разорву тебя на части!

– Я понимаю твои чувства… – грустно отвечает Луциан. – Надо найти причину. Давай проявим ее потоки силы. Может быть, ошейник сделал свое черное дело.

Дариан тянется к нему.

– Не трогай ничего пока я не скажу, – останавливает его врач. – Сейчас надо быть очень осторожными.

На мне лежат кристаллы. Голоса становятся глуше. Я вижу, как сияние охватывает грудь, добирается до горла.

– Хорошо, потоки видны. Начать анализ, – Луциан обращается к своим устройствам, затем достает прозрачные камни и выкладывает на мне еще один узор. – Это не магический конфликт, Дариан, хотя моя позиция неизменна. С другой стороны… Какой вы уровень поставили? Хмм… Ну допустим, «вещь» Кэйри не вредит, – он указывает на мой ошейник. – Порог действительно очень высокий, за пределами возможностей девушки.

Дариан кивает.

Какой-то из амулетов издает неприятный сигнал.

– Дерьмо, – сплевывает Луциан, проходя по потокам силы каким-то странным инструментом.

– Что сейчас? – кричит Дариан.

– Не отвлекай. Пробую кое-что исправить. Видишь, как изменены потоки? Если приведу их в норму, будет шанс.

– Почему пищало?

– Сердце едва бьется, – качает головой врач. – Я стимулирую его магией. Иначе бы оно уже стояло, а Кэйри потеряла бы сознание, что допустить нельзя. Оттуда я ее не вытащу.

– Стояло? – переспрашивает Дариан. – Как это… Что ты хочешь сказать?

– Что Кэйри жива, потому что я за нее дышу и я сокращаю сердце, – глухо отвечает Луциан. – Это не может продолжаться долго. Если не приведу ее в норму, то…

Дариан хватается за мою руку. Не могу ответить ему даже движением пальцев. Темнота окружает меня, но голос моего любимого не позволяет провалиться в нее.

– Я не потеряю тебя, моя любовь. Кэйри, слушай мой голос. Не уходи… – просит он. – Я люблю тебя, моя нежная. Люблю и не допущу, чтобы с тобой что-то случилось. Смотри на меня.

Поднимаю на него глаза. Все плывет и растворяется. Мне так плохо, что я едва различаю его черты. Боль поднимается из глубины живота, течет по венам. Никогда раньше я не думала, что умирать настолько ужасно. Хоть бы отключиться.

– Дариан, – хрипло говорю я.

– Я с тобой. Не уходи! Я люблю тебя, Кэйри! Не оставляй меня! – с отчаянием кричит он.

Я очень его люблю. Любовь в каждой моей клетке, в каждом вдохе. Как же я его оставлю теперь, когда эти чувства вернулись и настолько сильны?

– Дариан, – я пытаюсь сказать ему об этом, но не получается. Даже имя едва звучит.

Говорить все сложнее. Силы тают внутри полная пустота.

Луциан исправляет один из потоков, занимается следующим.

– Их слишком много. Слишком… Тут и целая команда не справится. Что же такое произошло?

– Кэйри жаловалась на кошмары.

– Сон, – шепчу я из последних сил. – Там была стена…

– Да, она говорила мне про стену и скалы, – быстро подхватывает Дариан. – Сон повторялся много раз. Последнюю неделю точно каждую ночь!

– Надо было сказать мне раньше, – бросает Луциан. – Хотя… Кто бы мог подумать? Даже я прописал бы успокоительное и этим ограничился.

Что-то снова пищит. Луциан в тревоге бросает почти исправленный поток, вводит новую порцию лекарств. Боль отступает, но я не обольщаюсь – немеет тело, почти ничего не чувствую.

– Мне все это очень не нравится, – отмечает врач. – Дай посмотрю уровень силы.

Он подносит индикатор.

– Истощена до крайности. Магический фон нулевой. Нулевой, Дариан. Это конец. Попрощайся с ней.

Дариан

После слов Луциана меня будто бы окатывает ледяной водой. Хватаю воздух ртом, сжимаю руку Кэйри. Такая теплая, такая нежная. Моя дорогая девочка.

Не представляю, что ее тело остынет и перестанет откликаться на мои прикосновения.

Ноль. Это приговор, но я не собираюсь сдаваться.

Мы только снова открылись друг другу. Я так счастлив возвращаться домой, счастлив просыпаться рядом с ней. Хочу подарить ей весь мир, любовь, свое сердце.

– Я не буду прощаться. Не допущу! Луциан, продолжай поддерживать ее! Кэйри, потерпи. Я дам тебе силы.

Глубоко вздыхаю, затем ложусь рядом, обнимаю ее, убираю волосы с лица.

– Я тебя люблю, – говорю снова.

Вижу, что Кэйри едва понимает меня. Еле концентрирует взгляд. Выпускаю ипостась и раскрываю крылья.

– Какие потоки ты уже исправил?

– Это дело для врача, а не для мага, – отмахивается Луциан.

– Врач уже не справился, – замечаю я. – Говори, каким был твой план?

Луциан показывает на несколько энергетических линий:

– В первую очередь – эти, а там посмотрим. Но если не восстановить ее магию немедленно, то последствия будут ужасными. Это замкнутый круг, Дариан. Пока потоки не нормализуются, магия не будет расти, пока магия не вырастет, жизнь Кэйри в опасности.

– Попробую поделиться силой, – отвечаю я.

– Это же невозможно! Тебя не учили, что такое нельзя сделать?

– Невозможно? Кто сказал? Что ты знаешь о ритуале демонов? Я не могу его сейчас провести, потому что Кэйри не в том состоянии. Но одна его часть очень интересная. Как раз наш случай.

– Серьезно? – загорается надеждой Луциан. – Допустим, но ты хоть понимаешь, сколько магии надо влить, чтобы заполнить ее пустоту?

– Знаешь, какой уровень у меня по шкале? – интересуюсь у друга.

– Десятка?

– Да. Десятка, потому что шкала до десяти, – выпускаю ипостась, готовлюсь спасти Кэйри.

Надеюсь ее спасти. Ничего другого не желаю. Готов любую цену заплатить.

Луциан вздрагивает, понимая, что я имею ввиду.

– Зашкаливаешь, да? Тогда есть шанс.

Уже его не слушаю. Кэйри смотрит на меня отчаянными глазами. Осторожно приподнимаю ее, чтобы положить себе на руку.

– Люблю тебя, моя маленькая, – шепчу я, отмечая, как вспыхивают ее глаза.

Она не отвечает. Думаю, что сил говорить не осталось. Прижимаюсь губами к ее.

– Сейчас наполню тебя своей магией, – предупреждаю я. – Но мне нужно согласие. Скажи да, умоляю.

Кэйри пытается. Чувствую, как ее губы едва приоткрываются.

«Да» едва слышно. Скорее это вздох.

Крылья создают в спальне вихрь.

– Ты мне дороже всего, – говорю я, чувствуя, как мурашки бегут по коже от этих слов.

Бесконечная нежность наполняет меня. Отпускаю силу, провожу ее сквозь сердце. Целую Кэйри и с поцелуем передаю ей много. Очень много. Она вздрагивает в моих объятиях. Такая хрупкая, легкая, трепетная.

Не переживу, если потеряю ее или случайно наврежу.

– Люблю, – я не знаю, говорю я это или думаю.

Просто позволяю эмоциям охватить весь разум. Я должен помочь.

Мой страх за нее, моя боль, моя любовь все это дает массу сил. Делюсь, вдыхаю в нее. Держу в ладонях и никого дороже в целом мире нет.

Забываю о том, что есть какой-то мир вокруг, что на нас смотрит Луциан. Открываю сердце нараспашку. Сушу себя почти до дна. Потому что потери магии страшенные. Даже мой масштаб неплохо укладывается в пустоту Кэйри с ее израненными линиями силы.

– Дариан, работает. Потоки расправляются. Продолжай. Но постарайся не переборщить. Она единичка, не забывай.

Луциан возится с кристаллами, исправляет сияющие линии одну за другой. Вижу, что по ним снова течет сила.

– Тут странная аномалия. Сейчас, когда я углубился в процесс, вижу кое-что необычное.

– Исправь, – бросаю я, не отрывая взгляда от Кэйри.

– Рискованно. Сейчас не время. Сначала спасем ей жизнь, а дальше посмотрим. Продолжай, пока потоки не восстановлены, потери очень большие. Тебе хватит силы?

– Для нее я сделаю все, что угодно. Выйду за любые рамки.

Мир мерцает и перестает существовать. Только ее лицо передо мной, отчаянные глаза и немой крик о помощи. Я готов на все. Крылья трепещут.

Луциан что-то кричит, но я не слышу. Магия льется из меня, пока я не начинаю чувствовать легкое сопротивление. Надо плавно остановиться. Я тоже на пределе. Давно так не выкладывался. Теперь будет не до подвигов некоторое время.

– Сердце в норме, – Луциан трясет меня за плечо. – Дышит сама, слышишь?

До меня доходит не сразу. Сосредотачиваюсь на Кэйри. Вижу, как розовеет ее кожа. Какой же она была бледной! Ужас! Я не хотел замечать, слишком было страшно.

– Моя любимая, – тихо говорю я и касаюсь ее нежной щеки.

– Дариан, – отвечает она.

– Кэйри…

Сжимаю ее в объятиях, несмотря на протесты Луциана, которому исключительно неудобно вытаскивать из нее иглы. Хватаю руку и подношу к губам, дрожь бежит по телу и я, несмотря на то что всегда гордился умением владеть собой, не могу ее унять. До одури страшно.

– Ты как, девочка моя? – спрашиваю я.

– Удивительно хорошо, – Кэйри обводит себя взглядом. – Кажется, все нормально.

Зарываюсь лицом в ее спутанные волосы и часто дышу. Луциана потом придется заставить молчать. Взять с него клятву что ли о неразглашении? Никто не должен знать, как меня сейчас размазало.

– Луциан, она действительно будет жить? – осторожно интересуюсь я.

Мой друг изучает данные, которые висят перед ним в воздухе, сверяется с потоками силы.

– Да, Кэйри в порядке. Анализ организма выглядит очень многообещающе. Сильная девочка. Пару дней без стресса и в безопасности, ежедневные осмотры и, я думаю, все будет хорошо.

– Что это было? – спрашиваю я. – Кто это с ней сделал?

Кэйри пытается сесть, но я ей не даю. Беру на руки, усаживаю на свои колени. Мне сейчас необходимо касаться ее как можно большей поверхностью тела. Хочу чувствовать тепло жизни, биение сердца, каждый драгоценный вздох, ощущать ее запах.

Если бы не Луциан, то я бы рыдал от счастья, что она жива. При нем неловко так проявлять эмоции.

– Нам только предстоит это выяснить. Расскажи о своем сне, Кэйри. Когда он начал тебе сниться и что именно ты видела? – спрашивает врач.