Текст книги "Отогрею твою душу (СИ)"
Автор книги: Евгения Чащина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)
– Присоединяйся в душе, когда придёшь в себя.
Я довольна собой, ведь моему ненасытному мужчине все понравилось.
Он присоединяется не сразу. Но, войдя в душевую, сразу падает на колени.
– Моя очередь, – усмехается, жадно целуя низ живота. Присасывается к клитору языком и ласкает жадно, как это положено любящему женщину мужчине. Не останавливается даже после оглушительного оргазма, которым я пыталась его расслабить.
– Моя сладкая, – хрипит, целуя веутреннюю поверхность бедра, – люблю тебя.
Мои ноги дрожат, так же как и пальчики, которыми перебираю его влажные волосы.
– Твоя борода щекочет меня, – смеюсь обессиленно и пытаюсь его поднять на ноги, чтобы дотянуться к губам и насладиться их вкусом, как бонусом к основному блюду.
Он поднимается на ноги, прижимает меня к себе, вжимая в стену душевой, и порочно целует.
– А дальше 18+, который нам должны разрешить там, куда поедем, – смеется у моих губ. – Раньше узнаем, раньше продолжим!
– А если не разрешит часто и много, ты выдержишь?
22 глава
Ева
Это меня внезапно накрыло и вдруг стало сложно дышать. Я не выдержу, если он будет мне изменять.
– Девочка моя, ты, правда, все еще думаешь, что секс для меня определяющее в отношениях? Я хотел тебя с того момента, как впервые увидел. И с того же момента я не касался других женщин. И тебя не касался. И смотри, не помер. Буду отчаянно щекотать тебе клитор и дрочить как подросток, – смеется, – весело будет. Разработаем схему, если галстук висит на двери кабинета, твой альфа самец там ужа душит и лучше не входить, – хохмит и балагурит, как всегда.
Прикрываю лицо ладошками и чувствую, что щеки начинают пылать от стыда. Он порой такой пошляк, я не привыкла к такому весёлому общению. Но сейчас начинаю определенно ловить кайф.
Кладу ему руки на шею, сплетая их, вжимаюсь в его мощное тело и чувствую себя как за каменной спиной.
– Счастье любит тишину, не надо галстук, – смеюсь, – дамы часто хотят себе таких, как ты. Неужели у вас в офисе нет красивых и свободных?
– Ты что же думаешь, что я теленок, которого может увести с собой красивая и свободная? – хмыкает. – Я охотник, женщина, и ты моя добыча!
Он склоняется к моей шее и кусает, тут же целует место укуса.
– Пусть женщины в офисе не напрягают твою головку. Я однолюб, как Сага, так что не волнуйся. Мои глаза видят только тебя. Единственная женщина, на которую они будут смотреть помимо тебя, прячется у тебя в животике. Я уже уверен, что там она. Вот посмотришь.
– Как мы ее назовем? – выдыхаю томно ему в губы и дрожу от волнения.
– Какой твой любимый цветок? – прилетает неожиданно.
– Орхидея, – отвечаю быстро, не понимая о чем он.
Улыбнулся.
– Не совпало. Я лилии люблю. И Лилию и хотел предложить. Не знаю почему. Вдруг подумалось. Все равно мне кажется правильным увидеть и потом назвать. Вдруг мы сейчас выберем ей нежное имя, а там маленький борец и оно не подойдёт?
Смешной, трусь носом о его нос и начинаю нас торопить.
– Ты поверишь, если я скажу, что вдруг почувствовала жуткое нетерпение. Хочу уже все увидеть и узнать.
– Тогда по коням! – смеётся и разворачивает меня к выходу.
Мы быстро одеваемся. Хорошо, что Гураму привез Федор часть вещей, и мой мужчина выглядит идеально. К назначенному времени нас у ворот усадьбы ждёт Федор. Мы его приветствуем и садимся в автомобиль. Называю адрес медцентра, где наблюдалась. Посмотрела на часы. К гинекологу Стаси мне назначено к двум. У нас есть время не только забрать мою карточку, но и прогуляться по торговому центру.
– Давай прогуляемся перед походом к гинекологу в торговом центре, хочу кое-что купить. Ты не поверишь, я так соскучилась по шопингу.
– Поверю, – улыбается, – поедем обязательно. Я планирую, как минимум, скупить тебе пол магазина белья, – играет бровью. – И золотишка. Наконец-то! Наконец-то я могу покупать тебе золотишко.
Он точно решил меня всю засмущать. Сжимаю его ладонь и взгляд бросаю на Федора, мол неудобно, да ещё фантазии о белье. Я же понимаю, на что намек и это возбуждает. Я тоже думала о том, что мне не хватает элементарных женских штучек, чтобы быть ещё привлекательнее для него. Глупо, но мне так кажется. Ведь мужчины любят ухоженных и стильных девушек. И не хочу получать в плане того, что буду на его фоне выглядеть жалко.
– Мне бы просто купить что-то своё, Стася много вещей подарила, но мне до сих пор неудобно перед ней.
Я чувствую себя какой-то приживалкой, ведь своих деньги я пока не могу использовать. Только недавно все решилось с расследование смерти Немцова, только недавно Илья сказал, что я могу ничего не бояться. Но я все равно боялась. И за себя, и за кроху, и за Гурама. Но теперь, когда он рядом, мне намного легче. Сжимаю его пальцы и понимаю, что меня переполняют самые приятные эмоции.
– Почему неудобно перед ней? – удивляется. – Малыш, не думай так. Мы одна семья. Сага и Вартан мне не братья по крови, но они мои братья. А Анастасия моя любимая сестричка. И она была в твоей ситуации, она знает, каково это, поэтому она так бешено поддерживает тебя. Потому что ты ей нравишься, искренне, не только потому, что я ее попросил. Я же вижу, с какой отдачей она к тебе, такого нарочно не подделаешь. Мы как стая, и ты часть этой стаи теперь. А мы своих в беде не бросаем, запомни это на всю оставшуюся жизнь.
– Прости, просто подобного отношения у меня давно не было. Хочу забыть прошлое, как страшный сон. И теперь не представляю жизни без вас. У вас так уютно и тепло. Мне есть ради кого жить и кого любить, все благодаря тебе, мой мужчина.
Это шепчу ему на ухо и ещё сильнее сжимаю его ладонь, это пожатие добавляет силы и совсем не страшно рядом с ним.
– И забудь эту мудацкую семейку как страшный сон. Я теперь твоя семья. И мои шумные бешеные друзья, которые тоже за тебя порвут. Все, теперь шоппинг. Я хочу, чтоб эти глазенки сияли как бриллианты, которые я тебе куплю.
Остаток пути мы лишь изредка перебрасывались фразами. Я наблюдала в окно за зимним пейзажем. Наконец-то я пришла в себя и действительно ничего не боюсь. И развод это только формальность, Владу придется подписать документы. Гурам обещал привлечь их личного юриста для решения вопросов с разводом. И я жду часа икс с нетерпением.
Как только автомобиль паркуется возле медцентра, я чувствую, что руки дрожат. Это как назад в прошлое. Не хотелось бы обратно туда, где столько негатива.
Гурам помогает выйти, поддерживает меня под руку и уверенно ведёт в пункт назначения. На ресепшене меня встречает Марина. Удивлённо меня распрашивает и оповещает доктора. Как только вхожу в его кабинет, мужчина соскакивает с кресла и довольно резво приветствует меня.
– Ева, как же я вас долго не видел, вы прекрасно выглядите. Где пропадали?
– Это не важно, у меня очень мало времени. Я бы хотела получить свою карту.
– В чем проблема?
– Я решила поменять доктора, вы же понимаете, что глупо стоять на месте, – я стараюсь держаться с достоинством, да и неприятен мне этот человек. Какие-то негативные чувства вызывает.
– Давайте так, Ева, сейчас у меня срочный вызов, да и ваша карта уже в архиве. Мариночка отыщет все, и вы заберёте вашу карту.
Не хотелось бы ещё раз сюда возвращаться, но ничего поделать не могу.
– Благодарю, я вернусь.
Выбегаю из кабинета, не оборачиваясь. Дышать плохо стало, волнуюсь.
Гурам сидит недалеко и видит мое состояние.
– Я хочу выпить чаю и съесть пирожное, отведи меня в кофейню, пожалуйста.
Мой голос дрожит, но я стараюсь держать себя в руках.
Он молча кивает, берет за руку и ведет в кофейню, не задавая лишних вопросов.
Уже там, на месте, заказывает мне успокаивающий чай и шоколадный торт, а себе кофе.
– Я не вижу карты в твоих руках и не могу не задать вопрос: что случилось?
– Она сдана в архив, меня долго не было. В течение часа ее отыщут, тогда и заберу.
Смотрю на часы, вроде бы все успеваем, времени придостаточно, даже прогуляться по магазинчикам.
– Несмертельно, – кивает Гурам. – С тобой зайду за ней, мне не понравилось, какая ты бледная вышла оттуда. Наслаждайся тортиком, шоколад дарит много положительных эмоций, поднимай настроение себе и доче.
И как тут не улыбнуться, услышав эти слова?
– Благодарю, – эмоции прут через край, тянусь к нему и ворую поцелуй, сладкий и нежный.
Гурам словно наркотик для меня, постоянно нужна доза. Даже страшно поверить, что я могла его не узнать.
В кафе сидим недолго, потому что Гурам намерен активно пошопиться. И я не мешаю его вдохновению. Наоборот, быстро доедаю вкусное пирожное и встаю со стула. Он берет меня за руку и ведёт по заранее продуманному пути. Гур мне не говорил о том, куда сперва пойдем, и мне пришлось уточнять.
– Ты бы ещё мне глаза завязал, – смеюсь и пытаюсь притормозить нашу прогулку, – куда мы спешим?
– Увидишь, – смеется, – не отставай.
Заходим в торговый центр, и первым делом он уверенно ведет меня в ювелирный магазин.
– А вот тут, дорогая моя, выбирай все, что душе охота. Кольцо только не на безымянные пальцы. Туда я уже купил.
– Ай, ай, Гурам Данилович, замужней женщине делаете такие подарки, – смеюсь, хотя немного горька, шутка немного плоская, но я почему-то засмущаламь.
Ну, вот и началось то, о чем постоянно твердила Стася. Нужно привыкать к подаркам таких, как Гурам и его братья, подаркам.
Гурам скривился, услышав "замужней", но быстро вернул свое веселое расположение духа.
– Ну, надо ж мужа твоего переплюнуть, чтобы быстрее ко мне ушла. Что смотрите, – улыбается консультантке, которая уши развесила, – предлагайте моей несвободной женщине лучшие товары, вопрос жизни и смерти.
Стася говорила не париться. А это сложно сделать, но сложно всегда в первый раз. Собираюсь с духом и внимательно изучаю содержимое ювелирки. Не знаю, у моего бывшего хозяина намного лучше товар. Но это я уже как профи оцениваю товар. Впрочем, и здесь мне приглянулось одно милое колечко с россыпью мелких бриллиантов. Поворачиваюсь к Гураму. А он изучает мое выражение лица. Неожиданно, словно под прицелом.
– Его, – указываю пальчиком на кольцо, а консультант-продавец моментально исполняет мое пожелание. На моем среднем пальце идеально красуется ювелирное изделие.
– Твоя оценка? – серьезно обращаюсь к Гураму и улыбаюсь.
– Покажешь пальцем с этим коллечком фак своему бывшему мужу – и я буду счастлив, – кажется, у него есть шутки на все ситуации.
– Гур, у меня от твоих шуток скоро живот будет болеть, а он растет, – а сама представляю себе момент, когда действительно смогу воплотить то, что он мне посоветовал.
– Не, так дело не пойдет, никаких болящих животов, даже от смеха, – улыбается, смотрит на консультанта. – Это мы берем. Оформите красиво для моей очень скромной пока не жены.
Пока девушка работает с картой, я хитро смотрю на Гурама.
– И куда теперь?
– Бельишко, – играет бровью, – мноого белишка для папочки.
Ну что же, будущий муж...и я могу шутить.
– Родной, ты страдаешь маленьким количеством нижнего белья для себя?
– Ты угадала, сладкая булочка, пошли выбирать секси семейники, чтоб я мог соблазнять тебя, – ему как всегда есть, что сказать.
– Окей, мне ещё учиться премудрости трёпа и пошловатых шуточек, но попытаться стоило, – бормочу разочаровано.
Он смеется, прижимает меня к себе, и целует.
– Сладкая, поживешь немного со мной, и они будут сыпаться из тебя как из рога изобилия, не волнуйся.
Заводит меня в магазин белья. Дорогой итальянский бренд, где один комплект стоит одну четвертую от суммы кольца, которое мы только что купили.
– Выбирай все, что нравится. Я не настаиваю, но это, – указывает взглядом в сторону манекена, – нравится папочке.
Я уже бешусь на себя, что каждый раз смущаюсь. Ну, сколько можно? Но если честно, это наше первое взаимодействие вне стен уютных домиков. Я привыкну, к такому чуткому отношению я точно привыкну!
На манекене слишком откровенное белье. Именно такое сводит мужчин с ума. И я своего сведу ещё больше.
– Подожди здесь и выпей кофе. Кое-что я взяла на заметку, но увидишь мои покупки только дома, на мне.
Последние слова произнесла с придыханием ему на ухо.
– Умеешь ты поднять, что не надо поднимать, невовремя, – хохотнул и кивнул в сторону столика. – Там буду. Пить кофе и укладывать.
Я достаточно долго выбираю белье, изредка бросаю взгляд на Гурама и нежно улыбаюсь. Наблюдает. И мне кажется собирается лопнуть от желания, по глазам вижу. Когда я бегала в дамскую комнату, Гураму кто-то позвонил. И выйдя из красивой комнатушки, увидела на лице своего мужчины довольно хмурое выражение.
– Что случилось? Ты побледнел, – прикасаюсь к плечу Гурама и боюсь напрягать ещё больше.
– Меня вызывают в следственный комитет, – говорит недовольно и сглатывает.
Я чувствую кожей его неприязнь к этим местам. Обычно расслабленный, сейчас он очень напряжен, но как всегда собран.
Нервно прикасаясь к животу, говорю:
– Я поеду с тобой. А посещение гинеколога перенесем на завтра.
– Нет, – качает головой сразу. – Гинеколог важнее всего, и тебе нечего делать в этих унылых местах. Ты нервничаешь уже, а тебе нельзя. Бери Федора, поезжайте, он сходит с тобой, подстрахует. Я смотаюсь туда и вернусь, не успеешь и опомниться.
– Гурам, я тебя люблю, – сжимаю его запястье и пытаюсь не дрожать от страха за него.
Я уже вся пропитана им и чувствую его состояние. Да и улыбчивое лицо не скрывает напряжение моего мужчины.
– И я тебя, малыш. Не волнуйся, больше не задержат. Вартан и Сага позаботились об этом. Поезжай с Федором и позаботься о нашей малышке.
Целую его и смотрю, как уходит из бутика. Почти сразу появляется Федор и ждёт меня у выхода. Продавец быстро пакует мне покупки, охранник все забирает и вежливо провожает меня к автомобилю. У здания медцентра я вновь чувствую волнение. Да что же это такое?! Ну, мне же только забрать карточку. Уверенно выходу из салона авто и иду к зданию в сопровождении Фёдора. С ним не страшно, на такого посмотришь и сразу передумаешь делать гадости.
Марина вежливо улыбается и на столе ищет то, что принадлежит мне.
– Жаль, что мы вас уже больше не увидим.
А мне не жаль. Потому что закрадываются сомнения в компетентности этого доктора.
– Благодарю вас за доброе отношение, Мариночка.
– Приятно было общаться.
– Ева? – слышу поражённый возглас позади, голос, который я ни с чьим не спутаю.
Мать Влада, моя свекровь, стояла за моей спиной.
Я хотела бежать так быстро, как умею, но ноги меня не слышались. Уже много месяцев я не видела эту женщину и прекрасно себя чувствовала.
– Я, и что? – поворачиваюсь к женщине и прикрываю живот сумочкой.
На мне пальто, но оно не застегнуто. Я удосужились надеть обтягивающее платье, и мой животик на тонкой талии выден, как на витрине, если его не скрывать. В этот момент мне так не хватает Гурама. Борюсь с желанием ему тут же позвонить. Единственное утешение – Федор стоит в нескольких шагах от этого кабинета.
– Где ты пропадала, девочка? Я чуть с ума не сошла от переживаний, Влад сам не свой!
– Правда? – смотрю в сторону Марины, – мы здесь это будем обсуждать?
– Ох, конечно нет! Мы сейчас же поедем домой! Как Влад обрадуется!
Она идиотка или действительно ничего не знает?
Я хмыкаю и первой выхожу в коридор, свекровь за мной по пятам. Федор видит, кто идёт за мной, и дергается вперёд, я качаю головой и жестом даю понять, что не нужно пока влезать в разговор.
– Извините, но мой дом уже в другом месте, там, куда ваш сын меня продал, как котенка, – поворачиваюсь к женщине и впервые чувствую, что не боюсь ее.
Она тут же хватает меня за локоть, не сильно, но настойчиво.
– Что ты такое говоришь, Ева?!
– Руки уберите, – говорю уверенно, – только не надо разыгрывать святую простоту. Или вы до сих пор считаете своего Владика идеальным сыном? Хочу вас обрадовать, если не знаете, он поставил меня на кон в покере и проиграл толстосумму.
– Мой сын не играет в покер. И, кажется, он был прав в своих подозрениях. Ева, ты не в своем уме, ты…
Она отпускает мою руку, задевает сумку и замечает то, что не должна была. Шумно и пораженно выдыхает.
– Это…. Мой внук??
23 глава
Ева
– Всего вам наилучшего, Инга Степановна.
Я не намерена ей что-то объяснять, наши пути давно разошлись. И если она искренне верит, что ее сын святоша, то не мне ее разубеждать.
– Ты не уйдёшь, пока не ответишь, Ева! – снова вцепилась в меня своей клешнёй и тряхнула. – Это мой внук?! Я звоню Владу!
Ее грозное рычание словно вернуло меня в прошлое. Я отчаянно вскрикнула и почувствовала, что кружится голова. Ещё мгновение и я рухну на пол.
В следующую же секунду я почувствовала опору. К нам мигом подскочил Федор, который меня придержал.
– Я не хотела ее напугать, я сама в шоке, не видела давно, волновалась, она моя невестка, – слышу, как бывшая свекровь оправдывается перед Федором.
– Ева, девочка, водички? Прости что напугала, не нервничай.
К моим губам прикасается пластик бутылки.
Я делаю глоток и понимаю, что темнота накрыла меня. Шум вокруг привел меня в чувство не сразу. Думала, что свекровь мне привиделась, но нет. Я лежала на кушетке в кабинете бывшего гинеколога. Вокруг меня бегала и Марина, и доктор. Инга Степановна стояла рядом и причитала. Федор кому-то звонил.
– Федор, не надо, мне лучше.
Мужчина повернулся ко мне и посмотрел тяжёлым взглядом. Недолго. Повернул голову к людям, наполнявших комнату и гаркнул:
– Все разошлись, а вы, женщина, покиньте кабинет.
Она сжалась под его взглядом, согласно кивнула, вся такая непривычно испуганная и покорная.
– Сделай еще глоток, девочка, ты бледная как смерть, и вообще, оставь себе, тебе нужнее, я себе новую куплю. Все, ухожу-ухожу, – оставляет мне бутылку, поднимает руки вверх, и пятится к выходу.
– У вас низкое давление, Ева, – рядом оживает доктор, который измерял мое давление.
А я не хочу больше здесь быть, пусть меня Федор увезёт. Сейчас желание просто прижаться к Гураму и услышать его слова, что все будет хорошо. Мой взгляд падает на воду, хватаю бутылочку. Вот я растяпа, свою в машине оставила. Хотя, я же не думала, что здесь задержусь, и мне станет плохо.
– Федор, увезите, пожалуйста, меня отсюда.
Протягиваю руку мужчине, который, не молвив ни слова, уводит меня из кабинета, а потом из этого медцентра.
Он помогает мне сесть в машину, пристегнуть ремень. Затем тянется к подстаканнику и достает мою бутылку с водой, протягивает мне.
– А эту мне отдай, пей свою. И никогда не бери и не пей ничего ни у кого с рук. Я, быть может, параноик, но все истории с "подпоить" начинаются вот с таких невинных угощений, – хмуро зыркает на воду свекрови.
Меня начинает критически тошнить. Я распахиваю дверь авто и вылетаю на свежий воздух. Не хватает кислорода, когда вспоминаю один момент из прошлого.
Федор немедленно подхватывает в свои сильные руки, страхует.
– Ева, скорую, командуй, девочка.
– Я же пила из этой бутылочки, – немного, но пила и теперь от страха у меня ноги отнимаются, – она когда-то меня опоила и подложила в постель постороннего мужика. Больше некому, понимаете?!
– Гм. Да, имеет смысл. Это я отвезу знакомому в лабораторию. Лучше перебдеть, чем… Если там найдется что-то, мы ее посадим, Ева. Она ответит за всё зло, которое сделала тебе.
Только бы там ничего не было. Паранойю свою я как-то переживу, если ошиблась. Но с такой женщиной лучше перестраховаться.
– Я новому доктору все расскажу, отвезите меня туда.
Прием у нового доктора, Андрея Петровича, была эмоциональной. И у него, и у меня. Я сразу же рассказала о ситуации, которая со мной случилась. Тут же взяли кровь на экспертизу. Федор обещал проверить воду, которую мне дала свекровь. Очень странно, эта бутылочка была запечатана. Мой охранник долго размышлял, но в свои мысли не посвящал. Он с кем-то созвонился и по пути завёз бутылку в лабораторию.
Пока делали анализ крови и другие анализы, доктор вел со мной довольно углубленную беседу, пока листал карточку. По выражению его лица я понимал, что многое из написанного ему не нравится.
– Вы здоровы, и я не понимаю, почему у вас с мужем, у которого показатели в норме, не было детей. Я не исключаю нюанс "несовместимость", но всё равно, что-то не так. Жаль, что в своё время вы не обратились к другому специалисту.
А мне как жаль. Я была тупой овцой, когда беспрекословно прислушивалась к советам Влада и свекрови.
– Не отчаивайтесь, Ева Георгиевна, теперь у вас есть о ком думать. Пол ребенка узнавать будете? – улыбнулся и предложил пройти осмотр УЗИ.
– Очень жду этого момента.
– Ваш мужчина предпочитает сына?
– В последнее время говорит только о дочке, – улыбаюсь и наблюдаю, как доктор внимательно изучает экран.
Выражение его лица довольно позитивно, он доволен, это однозначно.
– Прекрасный плод, все в пределах нормы. И что же, поздравлю вашего мужчину. Его желание сбылось.
Я забыла, как дышать, наблюдая за экраном. Доктор понял, что я в эйфории и рассмеялся.
– Продолжим разговор, когда вы приедете в себя, Ева....
Если бы не встреча в медцентре, этот день я бы назвала самым счастливым в моей жизни. Столько новостей держу в себе, что побыстрее бы увидеть Гурама. И анализы чистые, что говори о том, что моя паранойя на счёт свекрови не сбылась.
– Фёдор, что-то известно об анализах? – спрашиваю сразу, как только села в салон.
– Я отвезу тебя домой к Сагаловым и поеду за твоим благоверным, потом поговорим, хорошо? Пока сохрани эти сияющие глаза до приезда Гурама, – подмигнул Федор и завел автомобиль.
Легко сказать сохрани. Стася же сразу меня расколет, а врать я уже не хочу. А так хотелось, чтобы эту новость мы узнали вместе.
Стараюсь не грустить, потому что все равно у меня внутри так тепло и легко, как никогда.
– Конечно, спасибо большое за все хорошее, Федор.
Гурам
Выхожу из такси около столько нелюбимого мной строение и захожу внутрь. Вид у меня такой, что никому не хочется со мной задираться и хамить. Слишком вежливо спросили, кто я и к кому. Следак встречал с фразой:
– Гурам Данилович, извините, что оторвали от ваших дел, но это срочно.
Молча киваю. И не извиняю. Нет ничего более срочного, чем моя малышка и наш ребенок. И только ради того, чтоб вернуть себе свое доброе имя, я здесь. Чтобы и Ева, и наш малыш могли гордиться отцом семейства, и чтобы все открытые дела закрылись, зверье, которое полезло в нашу семью, сидело в клетках и не угрожало нам больше.
Агата и ее муженек до сих пор отбывают сроки, и Сагаловы могут быть спокойными. Я знаю, что Стася помогла ее дочерям и финансово, и они попали все втроем в одну приемную семью благодаря ее усилиям. Теперь я должен убедиться, что тот, кто попатылся очернить меня, будет надежно заперт в клетке. И я очень заинтересован, чтоб его закрыли надолго, потому что я предполагаю с уверенностью в сто процентов кто это.
– Чем порадуете? – спрашиваю хмуро, присаживаясь туда, где указано.
– Киллер раскололся, – звучит на весь кабинет.
– И дайте угадаю, кто заказчик, – хмыкаю невесело, глядя на него. – Молодой смазливый бизнесмен с рыбьей фамилией?
Хмыкает и смотрит на меня с долей сарказма.
– Если бы вы меньше покрывали одну знакомую нам особу, вам бы ещё раньше удалось избежать четырех стен, Гурам Данилович.
– Как это понимать? – смотрю в упор и мне не весело.
– Мы пять месяцев искали выигрыш Немцова, а спустя три дня, как вас выпустили, волшебным образом дама объявилась.
Перед моим носом появляется планшет, вижу на экране фото нашей сегодняшней прогулки.
– И? – мой взгляд тяжелеет. – Как Ева связана с моим сроком? Посадили бы ее вместо меня? – Мои губы скривились в презрении.
– Вы увели чужую жену, что и привело к тому, что ее муж решил всеми способами вас достать.
– Я не уводил чужую жену. Муж проиграл жену в карты. И перестал иметь моральное право считаться мужем.
– Гурам Данилович, именно вы спровоцировали Карпова на охоту за вами. Вижу, вам до сих пор хочется повторить опыт с камерой? Если я захочу, привлекут не только вас, но и ваших друзей. Будете и дальше ломаться?
– За что нас привлекут? – смотрю не отрываясь. – Какой закон мы нарушили?
– Вы вели следствие по ложному пути, сокрыв Еву Карпову с места преступления. Не сама же она убежала с места преступления, когда расстреляли Немцова. Ваша самодеятельность повлекла за собой череду событий, которые случились на протяжении этих месяцев.
– Вы этого не докажете. Мы встретились в супермаркете и походили по магазинам, это не запрещено законом.
Следователь листает снимки на планшете перед моим носом. Мы выезжаем с загородного дома Сагалова, мы в медцентре, то же самое фото в кафе, потом в бутике золота, а дальше Ева с Федором у гинеколога, который посоветовала ей Стася.
– Все эти дни за вами велось скрытое наблюдение. Мне прискорбно осознавать, Гурам Данилович, что вы до сих пор не поняли всей серьезности вашего дела.
– Просвятите же меня, – откидываюсь на спинку стула и смотрю на следака. – Потому что пока это по вашей ошибке я четыре месяца сидел за убийство, которого не совершал, как зверь в клетке. В то время как наемный убийца был на свободе и убивал. Останься Ева на месте преступления, вы бы и ее посадили. И не стали бы расследовать дело Немцова. Половину вашей работы пришлось делать моим людям и моим друзьям, в то время как вы здесь на премиях и окладе. Как так, уважаемый?
– Если бы я, и мне подобные, проходили курсы экстрасенсов, то возможно ваше дело раскрылось раньше. Но ваше молчание не сыграло вам службу. И кто был вашим врагом, мы не знали до последнего. Но намекни вы о том, что играли в рыцаря, мы бы обязательно пробили бы и эту версию, с недовольным ревнивым мужем, – хладнокровно отчеканил следак.
Ну да, как же.
– Знаете, при всем уважении… Не впервые я в ваших местах. И прекрасно знаю, что на тех, кто сотрудничает со следствием, как правило, больше всего вешают. Человек с рыбьей фамилией отличный актёр. Вы бы отдали ему жену на поруки. А потом расследовали ее убийство так же неторопливо, как убийство моего клиента.
Следак срывается с кресла и в три шага оказывается у двери.
– Введите задержанного.
Через минуту в кабинете появляется изрядно помятый Карпов, с разбитой физиономией, хромающий.
– Чо, падла, хочешь сказать, под счастливой звездой ходишь, – дернулся в мою сторону этот утырок.
О, встреча века. Смотрю с презрением на этого человека. Мне действительно противно его видеть. Противно, что он касался моей женщины. Убил моего приятеля. Подставил меня.
Я провожаю его ленивым взглядом до его места, всеми усилиями воли заставляя себя сохранить лицо.
– А я вообще счастливый, – хмыкаю.
Ещё бы, ведь мое счастье теперь со мной. И каждый день делает все счастливее.
– Ты украл мою жену! – гаркнул Влад.
– Ты проиграл свою жену в покер, – парирую. – Она могла вернуться к тебе. Остаться со мной был её осознанный, – подчеркиваю это слово голосом, – выбор.
– Она всегда была шалавой, просто хорошо играла свою роль! – ударил кулаком по столу.
– Ничего, сейчас ты попадёшь в такие места, где шалавой станешь ты, – усмехаюсь, а взгляд ледяной, и лишь усилием воли заставляю себя не сжимать кулаки.
– Это не конец, Бероев, если ты думаешь, что эта потаскуха будет твоей, то ты ошибаешься, – ржет маниакально Карпов, – возможно уже нет твоей подстилки в живых, а ты здесь свою харю светишь.
– В дурку хочешь? Хренушки. С твоим смазливым таблом тебе будут рады голодные мужики, – отвечаю все с той же ледяной усмешкой.
Ева с Федором. Я верю, что она в безопасности. Знаю это.
– Пустите, там мой сын, – слышим женский голос.
– Туда не положено, следователь вызовет вас.
Вижу, что лицо Карпова меняется.
– Что она здесь делает?! – едва не визжит этот мудак.
– Пустите Ингу Степановну, – басит следак.
– Ей здесь не место, – гнет свою линию маменькин сынок.
Дверь распахивается, в кабинете врывается свекровь Евы и опаляет всех нас диким взглядом. Влад словно стал в половину меньше, сжался на стуле.
– Это правда?! Я не верю, что мой сын замешан в криминале.
Следователь хмыкнул и брезгливо посмотрел на Влада.
– Ваш сын проиграл жену в карты, потом заказал нападение на этого мужчину, а когда не выгорела фишка, он подставил Гурама Даниловича.
– Это не правда, сынок, скажи, что это все враньё!
Женщина поворачивает голову ко мне и смотрит с ненавистью, словно это я оклеветал ее сына.
О, как все запущено. Я, конечно, предполагал подобное. Но не настолько.
Влад в секунду стал мне омерзителен и перестал быть хоть немного интересен. Это даже не мужчина, чтоб бояться какой-либо конкуренции. А мамин мальчик. Тяжко ему придется в тюрьме.
– Он скажет вам все, что вы хотите услышать, как всю жизни и делал. Но факты говорят против него. Я же прав? – смотрю на следователя.
– Инга Степановна, нас ждёт длинный разговор, присаживайтесь. Гурам Данилович, на сегодня наша встреча закончена, всего наилучшего вам.
На сегодня. Прелестно.
– Сколько встреч еще нам предстоит? – уточняю, потому что такие вещи люблю знать заранее.
Тем не менее, поднимаюсь на ноги. Мне не терпится покинуть это место.
– Это правда, Влад, скажи мне, это все правда? – слышу истерические вопросы так называемой свекрови любимому сыночке, и его невнятное бормотание.
Я уже подхожу к двери, когда слышу фразу, которая меня останавливает.
– Я же видела Еву!
Я резко поворачиваю голову и внимательно смотрю на женщину.
– И где эта шалава таскала свой зад?! – гаркает Владюша.
Я не успеваю открыть рта и гавкнуть, ему делает замечание следователь.
– А уж не ваша ли это работа, выяснять такие подробности?! – бросается на следователя эта неприятная женщина. – Мы с сыном тоже очень хотим знать, где и с кем она пропадала!
– Гражданочка, вы до сих пор не поняли, что сотворил ваш сын? Он проиграл жену в карты, к потом устроил охоту за человеком, который помог вашей невестке, – хладнокровно выдал сделак.
– И кто свидетельствует против него? Она?
– Киллер, которого нанял ваш сын.
Инга Степановна стремительно бледнеет, сравнявшись цветом со стеной. Оседает на стул, хватается за сердце.
– Вы все врете! Мой сын не мог такого сделать! Это все он, – наманикюренный палец упирается в неуспевшего уйти меня.
Ну, конечно же я. Кто же ещё.
– Показания киллера, – перед носом женщины ложится листок, – видео с регистратора, – перед носом женщины планшет, где доказательство того, что меня вырубили.
Женщина хватает гаджет и пристально изучает то, что творится на экране.
– Влад, как ты мог?! – взвилась мамаша и швырнула планшет следаку, соскочила со стула и едва волосы не рвала на себе.
– Я давно тебе говорила, брось эту Еву, так нет же, люблю, жить не могу. Да ты осел, самый настоящий!
– Да, я ее любил, лучше бы сразу от тебя съехали.
– И хорошо, что под боком были, по крайней мере, чпиногрызов не наплодили, уж я об этом позаботилась.
