Текст книги "Искажение (СИ)"

Автор книги: Евгений Сладков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Повторно вздохнул да покорно шагнул в неизвестность… Которая взяла и оказалась вполне себе известностью. Которая вывела-переместила меня всё-таки в тот самый дворик-площадь.

Окидывая взглядом открывшуюся картину, сказал бы, не покривив душой, что здесь собралась добрая половина братьев и сестёр моего набора. «Добрая» – это не о душевных качествах собравшихся, а об их количестве. Глаза сами собой принялись искать среди всех мою команду, а ноги понесли куда-то вперёд, расширяя область поиска.

А ещё только сейчас осознал, как же я, однако, одичал за месяцы вынужденного отсутствия.

Пусть многие из присутствующих и воспринимались знакомыми, но изменений в них хватало. И дело не только в лицах – телосложения тоже поменялись. Вчерашние мальчишки превратились в парней: вытянулись, раздались в плечах, а у некоторых даже появился намёк на щетину. Девчонки стали девушками: их ранее угловатые фигурки обрели приятные взору женские округлости. Теперь однозначно сказать, кто из присутствующих бывший «чёрный», кто – «гильдейский» или «орденский», стало уже невозможно.

Почти.

Ещё бы сами братья и сёстры не следовали пережиткам прошлого, что выдавали их с головой. Выражения, царящие на лицах, развеивали всю эту недосказанность: «серые» всё также щеголяли высокомерием, «орденские» – безразличием и невозмутимостью, ну а «чёрные» – смущением и какой-то покорностью, что ли.

Наверное, потому друзей на этом контрасте я и заприметил намного раньше, чем они меня.

Во-первых, наша команда выделялась своим, так сказать, «фигурным» разнообразием: два настоящих гиганта – Аркос и Флаграна; два лучезарных ангела – Миктлан и Камелия; один колобок – Кирон; и великолепная ледяная принцесса, при виде которой в груди приятное тепло разливалось – Меланита.

А во-вторых, на фоне прочих в друзьях чувствовалась сама жизнь. Никакой игры в маски и образы. И это несмотря на то, что у каждого присутствовал свой ворох тайн.

Увидев ребят, все мои переживания и беспокойства как-то сами собой отошли на задний план, шаг ускорился, а на лицо возжелала выползти улыбка предвкушения.

* Раненая Чайка: /reader/433488/4901512

Глава 13
Первый предельный

'Я наступил на грабли трижды.

Все думали, что я глуп.

А я просто тренировал выдержку.

И да, четвёртый раз тоже был осознанным.'

Родимус Беспечный

Подходя к друзьям, меня сбило с ног.

Хорошо, что фигурально, а не буквально.

Но какой же плотный цветочный аромат витал вокруг моей команды! Настолько, что я с лёгкостью мог поправиться: стоял, а не висел. Судя по тому, что ребята никак не реагировали на него, винить мне следовало навык Осознания. И в таком случае вставал животрепещущий вопрос: «Как, Предел побери, мне рядом с Камелией находиться? Я ж с ума сойду с такими ароматами!».

На последних шагах и вовсе почти зажмурился – на глазах натурально слёзки наворачивались, и желание чихать нестерпимое появилось.

Наверное, потому сюрприз с внезапным появлением исполнить и не удалось.

– Да ладно⁈ Я не сплю? Власт собственной персоной? – удивлённо раздалось от Кирона, вытаращившегося на меня, как на приведение.

Следом за ним в мою сторону посмотрели и остальные. Впрочем, я не обольщался. Как минимум двое меня заметили много раньше Круглого. Меланита и Камелия. Если первая едва заметно приветственно кивнула, заиграв ямочками на щеках от тщательно скрываемой улыбки, то взгляд второй для меня был совершенно нечитаем. Но он не вызывал опаски или какого-то внутреннего неприятия – что очень даже неплохо.

– Привет, народ! – отозвался я, невольно улыбаясь. – Конечно, это я! Без понятия, куда вы тут намылились, но чур без меня не убегать! – и раскинул руки в стороны, приглашая к обнимашкам.

Увы, широты моей души никто не оценил. Пришлось деланно приуныть и, смахнув тыльной стороной ладони щипавшую глаза влагу, сиротливо добавить:

– Эх вы…

Избавившись от непрошеных слёз, я куда лучше смог присмотреться к друзьям. И сразу зацепился взглядом за одну деталь – они тоже, как и прочие собравшиеся, стояли при полном параде. На плечах – комплектные плащи формы Академии. Кое-кто держал в руках перчатки, а остальные уже успели их натянуть. Масок я почти ни у кого не заметил, но они точно были при них – карманов на форме для этого хватало.

На таком контрасте я себя натурально Белой Вороной чувствовал. Сам-то одет в повседневный, куцый вариант – однажды Лаврия дала добро на смену больничной робы на обычную форму, которую мне новенькую подогнали взамен истерзанной приключениями. Хорошо хоть пояс-артефакт не утащили в неизвестном направлении, пока в беспамятстве валялся. Что-то подсказывало, что перед новыми испытаниями возможности заиметь остальные части комплекта мне не представится. Но надежду питал, этого не отнять.

– Так и чего вы все тут собрались? Неужто меня встречаете? – зашёл с другой стороны со своими расспросами.

– Да мы и сами ещё ничего не знаем, – ответил Микт, пожимая плечами.

– Но предполагаем, – Меланита включилась в разговор, вставая рядом, чему я был несказанно рад: может, это исключительно игра моего воображения, но казалось, что принесённый ею свежий морозный запах, присущий только ей, перебивал цветочный аромат Камелии, даруя мне чуть ли не истинное наслаждение-освобождение и почти былую ясность мысли.

Сама Мела тем временем продолжала делиться предположениями:

– Думается нам, что дело связано с девятым уровнем. Старшая Ферона на лекции объявила сбор только для девяток, здесь и в полной форме.

– Вот оно как… – тут я по-новому взглянул на ребят.

По последней информации, которой владел, девятый у нас в команде взяли четверо. Я, Меланита, Камелия и Миктлан. Светлый, у которого долго не выходило преодолеть восьмой, промчался по нему метеором. Всего-то за пару дней. Так что уже давно тренировался на девятом. Что до Ангела, то она двигалась, так сказать, в своём темпе и тоже весьма приличное время сидела на девятом.

Выходило, что за последнюю неделю, за которую как-то не срослось встретиться с ребятами, до первого предельного уровня успели подняться все. Удивительное дело, невероятные таланты, Предел их за ногу!

Аркос, ранее тоже застрявший на седьмом, слово сдержал, как и полагается настоящей Скале. Сказал, что справится, и справился.

Кирон… Ну, у него всё сложно было. Круглый с момента с тортиком сидел на восьмом и никак не мог пробиться дальше. Похоже, боязнь отстать от остальных сыграла свою роль великолепно. Как парень не скрывал эту свою черту, но подметить её всё-таки смогли за ним.

Но место самой поразительной бесспорно принадлежало Флагране. Амазонка не сбавляла напора и столь же шустро, как когда-то шестой взяла, так и на первый предельный взошла. Я бы даже сказал, что прям с ноги залетела.

Не знаю, какие там испытания дальнейшие нам уготовила Госпожа Судьба и Академия, но радовался, что вся команда в сборе. Даже несмотря на то, что Камелия пока ещё оставалась для меня Тёмной Лошадкой. Но тут вернее сказать, что почти для всех нас она таковой была. Ни Флаграна, ни Камелия на наши посиделки в Лекарском Корпусе так и не решились ни разу прийти. А Светлый, что более всех общался с Ангелом, как-то совсем не радовал новыми деталями о той.

Но это всё пустяки. Раз меня выпустили, теперь-то точно всё наверстаю! Только чуть позже.

А пока что:

– В таком случае у меня лишь одна идея, что могло бы означать текущее сборище.

На что и получил согласные моему предположению кивки, весомо дополненные Скалой:

– Охота.

И будто само время ждало этих слов.

Едва наши голоса затихли, как произошло уже знакомое – над Академией прокатился размеренный бой могучих часов-эмблемы. Как и в прошлом, раздались двенадцать ударов, словно призывающих всех собравшихся к тишине…

Но та недолго владела площадью – в неё вторгся знаковый Голос неведомого Воина восьмидесятого уровня:

'Приветствую вас, братья и сёстры!

Поздравляю с первым предельным уровнем! Вы потрясающие!

Пусть всех вас впереди и ждут всё новые и многие испытания, но это дела будущего. Как истинные Воины Передела, вы никогда не сможете остановиться лишь на достигнутом.

А потому поговорим же о сегодня, о сейчас!

Настал тот день, что многие так сильно ждали! Настал тот день, когда вы отправитесь за своим десятым уровнем! За Атрибутом!

Вас вновь встретит Аномалия, но теперь она будет полна Зверей и иных испытаний. Там каждому найдется противник по способностям и силе, а потому – не теряйте бдительности! В чём слегка поможет то немногое, что Академия подготовила для вас.

Да пребудет с вами Сила Предела!'

И – всё.

Тишина восстановила свою власть. Правда, совсем ненадолго… Собравшиеся сперва молчали, но постепенно гомон начал наполнять пространство.

И не только он.

Прямо напротив прохода-пелены, через который я попал сюда, развернулись-раскрылись громадные пространственные Врата. И я не побоялся бы назвать их даже грандиозными – настолько величественными, внушающими трепет они были.

Откуда-то сбоку раздалось:

– Власт, Флаграна, это оно?.. То самое, через что вы попали в Аномалию, будучи «забывашками»?

– Нет, Микт, не оно. Цвет пелены не тот… Верно же, Флаграна? – чуть помолчав, запросил подтверждение у нашей Амазонки.

– Да, ты прав. Там цвет как у входа в Лабиринт, а здесь он… академический? – полувопросительно закончила Флаграна.

– А ведь точно! – воскликнул после и Микт. – То-то я думаю, что меня смущает…

– Тем более, что Голос намекнул на что-то, приготовленное для нас, но мы ещё ничего-то не получили и не видим, – Меланита разом поставила точку в наших терзаниях.

– Тогда, вперёд! На абордаж! – всегда мечтал так сказать, вдохновлённый той книгой древних, где и довелось прочесть о «предупреждён – значит вооружён».

И наша команда двинулась неодолимо вперёд!

Хотелось бы мне, чтоб было так, но «рифы» возникли на пути.

«Чупакабра» со товарищи.

– Вот так встреча! Вся команда отбросов в сборе! – похоже, за моё вынужденное отсутствие парень ни на йоту не изменил своей гиенской натуре: не просто остался мерзким «серым», но и продолжил культивировать в себе её черты, о чём ребята не раз предупреждали.

– Смотрю, ты себе не изменяешь, дно гильдейское? – не остался в долгу и я. – Сам из себя ничего не представляешь без своих шакалов? Потому с каждой встречей их всё больше подле тебя? Подобное к подобному? Или вы любовью запретной размножаетесь?

Не я первый начал, так что в своём праве. А стая и впрямь стала много больше, чем ранее. Сильно больше. А ещё та девчонка, что, как мне казалось, в прошлом извинялась за своего недоглаву, отсутствовала в сей компании. Да там вообще девушек не было! Я, наверное, на весьма больную мозоль «братьям» наступил с этой любовью – ишь как покраснели-скривились все. Были бы постарше, точно бы пришлось беспокоиться за их сердца – а вдруг прихватит кого…

Дальнейшему развитию ситуации опять помешали. Эх, никак не перейдёт наша неприязнь в нормальное такое, физико-прикладное выяснение отношений!

Рядом буквально произошёл цветочный взрыв, если так вообще можно выразиться. Как никого не смело этой волной невидимого, но чуть ли не кожей осязаемого аромата, объяснения я не имел. Следом за волной раздался как обычно тихий, но в этом моменте отнюдь не робкий голос Камелии:

– Сигнус, тебе лучше уйти.

Эта простая и короткая фраза возымела по-настоящему чудодейственное действие.

– Тц! – натурально сплюнул главный «чупакабра» и, развернувшись, направился в сторону Врат.

Последовало за ним и всё его сопровождение, причём каждый не постеснялся недобро посмотреть напоследок, а один так и вовсе оттопыренным большим пальцем провёл по горлу, будто намекая на будущие разборки. А мы-то и не против будем, хе-хе!

Я перевёл взгляд на Ангела:

– Сигнус? А точно не Гнус?

– Ха-ха-ха! – грохнуло от парней, а на лицах девушек угадывались тщательно скрываемые улыбки.

– Кирон, я тебя предупреждал! – Миктлан радовался чему-то как маленький ребёнок.

– Да как так-то! – понурился Круглый.

Ничего не понимая, переводил взгляд с одного на другого. Впрочем, к этим двум участникам возникшей непонятности добавилось почти сразу и третье лицо. Аркос подошёл к Круглому и невозмутимо влепил тому щелбан прямо в центр лба.

– Ауч! – голову Кирона ощутимо так откинуло назад, после чего он схватился руками за пострадавшую часть.

– Поспорили на то, какое прозвище ты сходу дашь «чупакабре», как только услышишь его имя, – пояснил Миктлан.

– А-а-а! Хитрецы какие! – теперь уже всё понимая, отреагировал я, после чего вернулся к Ангелу: – Камелия, в чём секрет? Чего это он тебя послушался, словно собачка верная? Делись!

Но вместо неё ответила Меланита:

– Нет секрета никакого. Камелия просто умеет убеждать людей. Помнишь, с тортиком помогла?

– Обижаешь, – ответил я, – он навсегда в моём сердечке! И вас тоже порадую обязательно, как выдастся оказия!

Про себя же отметил странный факт заступничества Мелы за Ангела. Лучше, чем: «Падазрительна!» – и не сказать на это.

Более инцидентов никаких не произошло, и мы успешно преодолели жалкие метров сто к Вратам, в которых бо́льшая часть братьев и сестёр по обучению уже исчезла. Вступили в них и мы…

Вступили и ослепли.

Всё-таки переход из светлого дворика-площади Академии в её же подземелье, тускло освещённое зелёными кристаллами, действие оказал очевидное. Когда проморгались-привыкли, нам предстала картина, которую видеть совсем не хотелось. Ведь я знал, что за ней последует.

Бессилие.

Абсолютное и беспросветное, не считая той панической надежды, что неизвестная сила ласково подхватит тело у самой земли и погасит скорость падения…

Миктлан времени даром не терял, чуть выступил вперёд, жадно всматриваясь в стену пелены, после чего обернулся и с глазами, горящими безумным азартом, повторил прежний вопрос:

– Теперь-то перед нами она? Та самая?

– Теперь да, – ответила Флаграна.

А я добавил то, что когда-то обронил старик Иатрий, замахиваясь на старшего Малактора:

– Атрибутный проход.

Однако интересовало меня сейчас совсем иное, а именно: насколько больше Зверей нам встретится там по сравнению с тем, что видел, будучи «забывашкой»? Та пушистая красотка у озера, стая Паралисов, Камень Лоз, Семипалый Крот да могучая тварь в Парящих Руинах – маловато для Аномалии. Да, тогда за пределами моей видимости звуков природы хватало, но кто именно их издавал, так и осталось загадкой. С точки зрения выживания, и хорошо, что так и остались ею.

Пока стояли, лицезрея-обсуждая стену прохода, мимо протекал небольшой ручеёк соучеников. Почти у самой пелены их встречали старшие, вручавшие каждому в руки средних размеров рюкзак чёрного цвета. Кажется, это то самое, что и обещал Голос в качестве поддержки от Академии.

– Пойдёмте скорее! – Светлого явно снедал какой-то энтузиазм нездорового происхождения. Вот я и Флаграна – бесспорно нормальные: на лице девушки застыла маска настороженного выражения. У меня, поди, такое же.

Миктлан, ничуть не стесняясь, ухватил Камелию за предплечье и повлёк ту за собой.

Я вздохнул и тоже направился следом. Рядом со мной пристроилась Мела, а за нами потянулись и остальные.

Добравшись до старших, получили «то немногое, что Академия подготовила для нас». На вскидку рюкзак весил килограмм десять. Высокий, но тонкий – на спину можно падать, ничего не опасаясь: послужит амортизатором, а не рычагом, что сломает позвоночник. Встряхнул – ничего внутри не звякнуло. Тоже хорошо! Но тем любопытнее стало, что же там такого с академского плеча нам отсыпали. Узнаем это уже внутри Аномалии. Времени изучать содержимое не полагалось – часть старших стояла у пелены и призывно махала рукой, заставляя поторапливаться. Чему один из нас был несказанно рад – Микт чуть ли не пританцовывал от нетерпения на месте. Того гляди и вовсе бедного Ангела сорвёт, закружит в вальсе. Буря непритворных эмоций, что мелькала на лице Камелии, доставляла истинное удовольствие, вызывая желание улыбнуться. Причём, не только у меня одного. Даже Флаграна, кажется, чуть оттаяла от своей настороженности. «Светлый, а ты хорош!» – похвалил того про себя.

Подгадав момент, выстроились напротив пелены, как когда-то уже делали впятером, выбираясь из подземелья. Только и разницы, что отныне нас семеро.

А после – мы сделали дружный шаг вперёд, навстречу новым вызовам, новым испытаниями.

В момент завершения шага, что растворил меня в пелене, ощутил уже на своём предплечье чужое прикосновение.

Меланита.

Отчего-то девушка решила ухватиться за меня.

И теперь мы вместе падали с небес…

Почти. Всё-таки то ли недостаточно крепко Мела держала меня, то ли сам процесс переноса нас разлучил, но внезапный контакт оказался разорван. Впрочем, восстановить его было возможным…

Без понятия, что какой Зверь меня дёрнул на этот шаг, но сумел извернуться в воздухе и притянуть девушку к себе, обнимая. Прижал к себе крепко, положа руки ей на талию и совершенно не думая о последствиях.

* Белая Ворона: /reader/433488/4910230

* Тёмная Лошадка: /reader/433488/4596356

Интерлюдия 2

'Ты можешь быть закован в самую невероятную броню.

Но для моей ярости ты всё равно голый.'

Дисан Неистовый

Как Власт и говорил, падать – волнительно. И даже для него, Аркоса.

Земля несётся навстречу неудержимо, неодолимо, а ты тому… и рад! Кто бы сказал раньше, что Скала станет способен на вполне обычные человеческие чувства и эмоции – того бы точно на смех подняли.

Но не теперь.

С момента поступления в Академию всё изменилось.

С момента, когда у Скалы появились его «братья».

Воплощение. Клыки Ярости. Левый и правый.

Это название жуть как нравилось Скале. Оно словно стало памятником тому мгновению, когда треснула его оболочка бесчувственности и созерцательного отношения к миру, а конкретно – к мелким человечкам. С тех пор желание защитить своих меньших братьев и сестёр всегда пылало в его душе.

Прямо как пылал падающий по соседству от Аркоса «огненный» болид.

Рыжие волосы Флаграны из-за встречного сопротивления воздуха развевались очень похоже на огненный хвост кометы. Кого-то ещё, пусть не столь же яркого, но хоть чуточку знакомого, за краткий миг полёта Скале заметить не удалось. Потому план будущих действий сложился сам собой: отправиться навстречу Амазонке, что упала где-то неподалёку.

Девушка, кстати говоря, в первый раз услышав данное прозвище, удивилась, но возражать не стала. А когда ей рассказали предысторию, откуда слово такое диковинное взял Власт, то и вовсе с охотой отзывалась на него. Причём с гораздо большей, нежели на собственное имя. Этим Флаграна походила на него, Аркоса.

Приземление Скалы выдалось на удивление мягким. Что не могло не радовать, ведь сразу после пришлось действовать не просто решительно, а очень шустро:

– Клыки Ярости!

Едва руки ощутили привычную округлость топорищ, как тут же грохнуло:

– Кушоц подано!

И пошла сеча, пошло рубилово!

Противник, что достался Скале, был под стать ему. Мощный и могучий. И столь же яростный! Кто из них рычал громче, страшнее – одному лишь Пределу ведомо.

Чумной Медвежуть – грозный враг!

Кое в чём Скале повезло. Ему повстречалась очень молодая особь – чуть ли не вчерашний детёныш, а не прошедший Эволюцию взрослый Серебряный. Будь противником второй – тут бы Аркос и сыграл в ящик. К трансформациям Звери приходят на максимуме предыдущей стадии, и встретиться с Серебряным тридцатого уровня на всего лишь собственном девятом – беспросветный бесперспективняк. А с молодым да неопытным Зверем выйти победителем все шансы имелись.

Оставалась только ма-а-аленькая такая проблемка. Крохотная совсем. Умудриться реализовать шансы эти. И пока претворяешь их в реальность, искренне надеяться, что родительница этой Чумной мелочи не явится на защиту вчерашнего дитятки.

Опасения, впрочем, эти никак не мешали Аркосу действовать. В моменты смертельной опасности организмы живых существ обладают самой настоящей суперспособностью, причём никак не связанной с Силой Предела. Ради выживания мобилизуются все внутренние резервы. А уж если в животном ещё и зачатки разума присутствуют, то возможности повышаются кратно.

Так произошло и сейчас. Применение парнем способности Воплощения случилось как нельзя вовремя – на лезвия топоров прилетело нечто, порождённое способностью самого Медвежути.

Заражение.

Навык, приобретаемый Зверем при становлении Чумным. Способность позволяла использовать слюну и слизь, которая покрывала шкуру, для заражения жертвы. Если слюны в пасти хватало, плевок следовал сразу же. Если нет, тогда плевку предшествовала некоторая подготовка. А после – только успевай уворачиваться, искать укрытие или использовать что-то защитное из навыков, техник и артефактов. И надейся, что в случае худого исхода рядом найдётся Лекарь достаточного уровня и умения.

Удар лапами, наследуемый Зверем от своего прародителя, тоже претерпевал изменения. Когти монстра покрывала та же опасная слизь, добавившая к жуткой силе удара новый эффект, сделав и без того опасную атаку ещё более страшной.

Зато Устрашение оставалось без изменений. Чему Аркос даже смог порадоваться, потому что комплектная маска, надетая им уже перед самым входом в Аномалию, смогла справиться с силой этого навыка.

Что до плевка Заражения, то лезвия Топоров под действием Кушоц подано послужили почти настоящим магнитом, притянувшим всё выплеснутое до последней капли… А может, и нет – поди разбери в пылу битвы! Главное, что Воплощение, впитав эту слюну-слизь твари, тут же окуталось едва различимым ореолом.

Своему навыку Скала радовался не меньше, чем Воплощению. Каждый шеф знает: для приготовления любого блюда нужен подходящий инструмент. Нож – для одних, ножницы – для других, топорик – для третьих, и этот список можно продолжать долго. Потому Кушоц подано и воспринималось Аркосом как сущий идеал. Воплощение, поглотив саму основу чужой атаки, тут же подстраивалось, становясь в идеальный антипод: тот самый нужный нож, ножницы или топорик.

Чем можно побороть чуму?

Вариантов уйма, но каждый знает: огонь – лучшее средство!

Ореол, окутавший Топоры, имел под собой как раз нечто подобное в основе своей. Все новые капли слюны и слизи, попадавшие на лезвия, теперь вспыхивали облачками сизой и почти безобидной дымки.

А вот добраться до самого Зверя пока не представлялось возможным. Несмотря на свою массивность, скоростью тот не уступал Скале, и каждый взмах Топоров неизменно встречался с не менее страшными и крепкими когтями. Скрежет от столкновений стоял по-настоящему оглушающий. Или дело в том рёве, что порождали сами противники, глядя друг другу в глаза?..

Несмотря на молодость и неопытность, Зверь всё равно имел подавляющее превосходство в силе по сравнению с человеком. Аркосу приходилось буквально превосходить пределы своей же бренной оболочки – при каждом соударении руки здоровяку сушило будь здоров.

Эта-то оболочка в итоге и подвела.

При очередном столкновении порождений Силы Предела – Воплощения и чудовищных когтей – где-то внутри Скалы раздался резкий хруст, вслед за которым всю его левую сторону пронзила настолько ослепляющая вспышка боли, что возникло мгновение дезориентации.

Миг – и сознание накрыла уже совсем другая дезориентация, вызванная полётом куда-то… Полётом настолько стремительным и скоротечным, что боль от удара и падения смазалась, став по-настоящему единой… Боевая концентрация исчезла в момент, и руки перестали ощущать округлость топорищ… Силясь вернуть чёткость восприятия, встать на ноги, Аркос с такой силой тряхнул головой, что у него даже галлюцинации слуховые возникли… Правда, они отчего-то сложились во вполне различимые звуки речи:

– Повышение!

Тут же раздался знакомый по недавнему опыту стук столкновения когтей Зверя с чьим-то Воплощением… Пытаясь сфокусироваться на источнике звука, Аркос поначалу видел лишь размытое рыжее пятно.

Пятно, с каждым мгновением обретающее всё большую чёткость.

Пятно, в какой-то миг превратившееся в силуэт прекрасной воительницы. Правда, силуэт становился доступен для восприятия только в моменты, когда порождался грохот столкновений. Во всё прочее время фигура вновь размазывалась. Не из-за проблем со зрением Аркоса, а потому что Амазонка показывала поистине невероятную скорость движений. Настолько большую, что сам Медвежуть иногда выглядел недвижимой статуей по сравнению с девушкой. Что, конечно же, было совершенным обманом.

Ни первая, ни вторая, ни Предел знает какая попытка встать для здоровяка не увенчалась успехом.

Не будь Аркос собой, он бы точно сдался, оставшись лишь бессильным наблюдателем за битвой своей спасительницы.

Но ведь Аркос – Скала!

– Я Скала! – взревев уже не мысленно, а вслух, да так громко, что заставил от неожиданности даже на миг-другой замереть сражавшихся противников. Замереть и взглянуть недоуменно на источник яростного крика.

А затем столь же неистово:

– Клыки Ярости!

Вонзив оба вновь явившихся на зов Топора в землю, Аркос использовал их совсем не так, как задумывалось Пределом.

Вонзив «костыли» в податливую плоть мира, упёршись в неё же единственной слушающейся ногой, Скала прыгнул вперёд… Туда! К битве!

Прыжок не позволил достичь цели, но Скала нисколько не расстроился, не растерялся.

Он просто… взревел ещё яростнее! Ещё безумнее!

И прыгнул ещё раз!

Наверное, никто и никогда не сможет объяснить, какое наитие вело Флаграну, сумевшую за мгновения между первым и вторым прыжком Аркоса, развернуть Медвежуть спиной к парню.

Но это и неважно, неправда ли?..

Истинно важно лишь одно.

Победа.

Победа, ставшая возможной из-за повисшего на своих Топорах Аркоса, прорубивших Зверя практически насквозь.

Победа, ставшая возможной из-за вонзённого в оскаленную пасть Двуруча Флаграны так, что он вышел из затылка Зверя.

А после на землю упало два тела.

Зверь и человек. Жертва и охотник. Мёртвый и живой.

– Аркос, – прохрипела Флаграна, уперев Воплощение в землю и тяжело опираясь на него, – ты живой там?..

Сперва ответом ей послужил полувздох-полустон, непрошено сорвавшийся с губ того. Но, собрав всю волю, парень всё-таки смог едва слышно, но вполне по-человечески и членораздельно ответить:

– Да…

– Это хорошо… – пропыхтела Амазонка, всё ещё пытающаяся восстановить дыхание, – лежи, сейчас вернусь… – и, развеяв Воплощение, поплелась, шатаясь, куда-то в сторону окраины поляны, на которой происходила битва.

Силуэт девушки то и дело плыл перед глазами, и виной тому были неудержимо накатывающие волны пульсирующей, жгучей боли. Тело ощущалось полностью поглощённым ею, но Скала стоически терпел всё, пытаясь не стонать и не скрипеть зубами слишком громко… Всё-таки в полёт Зверь его запустил знатно, и тормозил Скала собой обо всё встречное-поперечное. Потому тело и ощущало себя отбивной исключительного качества после исчезновения адреналинового амока.

Через сколько вновь раздался голос Флаграны, парень не знал, да и не сразу смог разобрать, чего же та от него требовала… Но потом всё же до сознания дошёл приказ:

– Пей! – его голову мягко и заботливо чуть приподняла чужая рука, а в губы ткнулось что-то твёрдое и гладкое, после чего пришлось спешно глотать жидкий огонь.

Сквозь треск несуществующего костра, сжигающего всё внутри Аркоса, донеслось пояснение:

– Это лечилка, выданная Академией.

Впрочем, утверждать, что ему не почудилось, Скала не взялся бы. Всё-таки, зелье было той ещё дрянью. Вкус настолько омерзительный, что возникало впечатление, будто во рту у тебя кто-то сдох и протух. И сделал это минимум дважды… А может, и много больше раз – но то уже зависело от состава лечилки и её качества.

Здоровяку, с одной стороны, вроде повезло – после первого гадостного ощущения второй волны не последовало. Но тут-то и крылось невезение – ранг зелья однозначно оставлял желать лучшего. Впрочем, даже так эффект был заметен. Жар, разом охвативший всё тело, почти полностью поглотил пульсирующие вспышки, от которых ранее скрежетали зубы. Вместо вспышек осталось лишь ноющее, тянущее чувство, что распалось на конкретные пострадавшие очаги: левая нога, правая рука, рёбра с обеих сторон.

Это, по мнению парня, было уже вполне сносным состоянием, а потому на вопрос Флаграны:

– Ещё одну?

Аркос сумел сдюжить и ответить твёрдо, как и подобает скале:

– Не надо.

– Только давай без экономии. У нас их ещё достаточно, – попробовала настоять девушка.

– Не надо. Этого, правда, хватит, – менять своего ответа здоровяк не планировал, а следом от всего сердца поблагодарил спасительницу: – Спасибо! За всё!

– Может, всё же ещё одну? – тут же отозвалась Флаграна, приближаясь близко-близко и пристально вглядываясь в глаза Аркоса, словно пытаясь увидеть в них следы то ли обмана, то ли безумия, то ли чего-то совсем иного… Что именно искала девушка, Скала не ведал, но одно знал точно: ещё никто и никогда не оказывался так близко к нему и не всматривался так пристально в саму душу. А ещё он отчего-то знал, как называлось новое чувство, которое впервые в жизни только что опалило его целиком при взгляде на неё.

Смущение.

– Н-не надо, – уводя взор в сторону от оранжевых омутов, ответил парень скомкано.

– Тогда рассказывай подробно, что и где болит, – потребовала Флаграна, чуть отстраняясь, на что Аркос подумал с облегчением: «Наконец-то!», а вслух сказал совсем другое, предварительно прислушавшись к организму:

– Да как бы… уже почти и ничего? – настолько удивительным оказалось перестать ощущать даже ту тупую боль, что замолчал несколько неверяще. Следуя собственным словам, попробовал подвигать сперва рукой, затем ногой, а потом и вовсе встать. И – получилось!

– Не болит! – обрадовался, после чего сделал несколько шагов и в конце даже попробовал присесть. – И так тоже. Нигде не болит!

– Если станет хуже – не молчи. Договор? – спросила Амазонка, вставая напротив и протягивая руку.

– Договор! – Аркос легонько пожал протянутую ладонь, непроизвольно отметив, насколько же та приятна и мягка, в отличие от его собственной, мозолистой и грубой.

– Отлично. В таком случае на тебе проверка, что там с твоими припасами после полёта. А я пока трофеем нашим займусь, – Флаграна развернулась и лёгкой походкой направилась к Зверю, попутно являя своё могучее Воплощение.

Аркос ещё пару секунд смотрел вслед удаляющейся фигуре, после чего тряхнул головой, отгоняя наваждение, и стянул рюкзак со спины. Прежде чем заглядывать внутрь, оглядел-проверил его снаружи. Пусть и испачкался изрядно, но цел остался – нигде не порвался, хоть потёртостей и добавилось. Что ни говори, а экипировка у Академии – отличная. Ведь и надетая форма, на первый взгляд, тоже обошлась без потерь. Похоже, навык Клыков Ярости сработал на отлично, и на Аркоса ни капли слюны-слизи не попало.