Текст книги "Хакер в другом мире: Революция (СИ)"

Автор книги: Евгений Север

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Слухи о задержаниях и облавах распространились по городу со скоростью пожара. Люди старались не выходить на главные улицы, пробираясь в пункты назначения окольными путями, и не попадаться на глаза патрулям. Помогало это правда не сильно, ибо стражники находились почти на каждом ключевом перекрёстке поселения, на каждой развилке, миновать которые было невозможно. Тюрьма под главным фортом Мордока заполнилась очень быстро.

Здесь всё и началось.

Дело в том, что в отличии от Роуэна, где гарнизоны периодически менялись чтобы охранять тюрьму на рудниках, в городе среди степей ситуация была полностью противоположной. Почти все военные были местными, имеющими в городе дома, семьи и родственников. И когда обычные солдаты и офицеры стали находить в катакомбах за решётками своих близких, мучающихся от голода и жажды, у людей в форме стали появляться серьёзные вопросы к происходящему. Начались конфликты, перерастающие в драки между военными. Дисциплина серьёзно пошатнулась. Солдаты, в нарушение всех приказов, начали массово выпускать из заточения своих родственников и знакомых, плюя на крики дежурных офицеров. Никакие угрозы на них не действовали. Дошло до того, что особо ретивых командиров разоружали и самих бросали в карцер.

Обвиняя друг друга, военный гарнизон города постепенно погружался в неуправляемый хаос и анархию.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения, стала одна из холодных ночей, когда звёзды в небе были отчётливо видны, не укрываясь за серыми, тяжёлыми облаками. С вечера, перед цитаделью города, начали собираться горожане, требуя отпустить их семьи, родственников и друзей. Люди пришли без оружия, но держа плакаты, наскоро сбитые из палок и белых тряпок с надписями. Сначала протестующих было от силы человек сто. Но чем больше время шло, тем больше их становилось. К вечернему митингу начали подключаться и те, кого просто достали ежедневные проверки и страх оказаться за решёткой. Так сотня превратилась в тысячу. А тысяча в десять тысяч. Протестующие, что не помещались на площади, стояли на улицах примыкающих к ней, издали глядя на стены древнего форта. Ближние ряды скандировали лозунги вроде: «Свободу честным», «Мы тоже люди», «Хватит нас убивать».

Продолжалось всё это довольно долго. Вечер сменился ночью, но основная масса протестующих всё еще стояла на своих местах, когда со стен цитадели в толпу полетели первые ударные заклинания. Людей, не имеющих ни артефактов, ни доспехов, размазывало по серой, холодной брусчатке. Следом посыпались файерболы и стрелы. Собравшиеся на площади падали один за одним, скошенные ведущимся с цитадели обстрелом. Людская масса на площади пошатнулась и, подобно тому как волна набирает силу при порывах ветра, единое живое море тел, приняло определённое направление движения, с каждым новым взрывом впадая в состояние неконтролируемой паники всё сильнее. Протестующие бежали с поля боя, напарываясь на трупы своих товарищей, падали, и пытаясь подняться снова падали, не выдерживая напора мечущихся позади. Количество жертв росло с каждой секундой.

Разведчики зверолюдей наблюдали расстилающуюся перед их взором картину, с крыш близлежащих домов, в немом изумлении. Они ещё могли понять, когда вооруженные сражаются с вооруженными, но происходящее здесь иначе как «уничтожением» назвать было невозможно. Военный гарнизон города развернул своё оружие против тех, кого он обязан защищать. Вероятно, сделано это было из страха перед таким количеством людей. Если бы протестующие единомоментно пошли на штурм, форт мог и не выстоять.

О происходящем было немедленно передано Рагнару, командовавшему здешними отрядами сопротивления. Тот, недолго думая, отправил шифровку в штаб. Но ответа от центра так и не последовало. Волшебник ранее предупреждал, что вся операция входит в финальную фазу и теперь летающий корабль будет временами недоступен. Однако на этом информация заканчивалась.

Тишина в эфире стояла уже несколько недель.

Согласно доктрине, в случае отсутствия связи с вышестоящим командованием, всё управление вверенными подразделениями переходило в руки старшего офицера, следующего по статусу. Сейчас, Рагнар выполнял последнюю поставленную боевую задачу: сидеть тихо и ожидать дальнейших указаний. Сероглазый маг что-то делал, полуволк готов был в этом поклясться на чём угодно. Что-то, о чём остальным знать было не положено. Но происходящие в Мордоке события требовали ответных действий, иначе, с такими раскладами, возникал риск рано или поздно быть обнаруженными.

Пока Рагнар Лиственный обдумывал как лучше поступить, от разведки пришло новое донесение: – Внутри цитадели слышны звуки боя, вождь, – доложил молодой зверочеловек с лисьими ушами.

– Горожане прорвались в крепость? – не поверил полуволк.

– Никак нет. Военный гарнизон ведёт битву с самим собой. Издалека сложно рассмотреть, но похоже что солдаты, под руководством нескольких офицеров восстали против своих товарищей.

– Вот значит, к чему всё это привело, – задумчиво произнёс вождь лесного народа. – Возвращайся на позицию. Я скоро буду.

Коротко кивнув, боец покинул временное укрытие их отряда, и короткими перебежками по крышам, направился в сторону, откуда совсем недавно потянуло запахом гари.

* * *

Стрелки часов давно перевалили за отметку в три деления, когда несколько теней, как заправские скалолазы преодолели высокую стену форта и скрылись в темноте ночи, проникнув в узкие проходы на сторожевых башнях. Которые были пусты. Ни людей. Ни света фонарей. Цитадель, ещё недавно разрываемая звуками битвы, будто замерла, пытаясь осознать произошедшее.

Фигура с капюшоном на голове, шедшая впереди, замерла, сделав жест рукой. Постояв так несколько секунд, тёмный силуэт снова двинулся вдоль стены, идя на запах свежей крови. Прокравшись мимо освещённого луной пространства, неизвестные вышли во внутренний двор цитадели. Вся каменная площадка перед их ногами была усеяна трупами людей в военной форме. В результате магической битвы, разорванные и искалеченные тела валялись в неестественных позах, а выражения боли на лицах не вызывали ничего кроме отвращения.

– Они действительно сражались друг с другом, – тихо произнесла одна из теней.

Командир отряда, покрутив головой в разные стороны, пытаясь найти хоть-какой-то источник звука, уловил едва слышный отголосок. Миновав открытую территорию, странные посетители добрались до одного из входов в подземные помещения. Из открытых ворот шёл сильный запах гари, пота и конечно же – отдававшей металлом крови. Дав себе несколько секунд на раздумья, фигура в капюшоне извлекла из кармана своей одежды белую тряпку и переступила деревянный порог.

Внизу, метрах в пятидесяти от ворот, стояли двое часовых в военной форме. Тратить время на них неизвестные не стали, молниеносно метнувшись вперёд, используя особенности своих тел и нанеся несколько ударов в голову, вывели солдат из строя. Наконец достигнув конца прохода, отряд попал в широкое помещение, сплошь уставленное двухъярусными кроватями, сейчас отодвинутыми к стенам. В центре стояли несколько столов, за которыми восседали три офицера армии. Вокруг них, обступив сплошной стеной, стояли остальные защитники крепости. Из бурных обсуждений, вновь прибывшие и никем не замеченные полулюди, быстро поняли суть произошедших событий:

– Господин штабс-капитан, мы пошли против всех мыслимых и немыслимых приказов, которые когда-либо существовали, – взял слово некто из толпы. – Нам просто нет пути назад. Будем выпрашивать пощаду хотя бы для своих семей, когда войска прибудут сюда.

– Предлагаешь покорно склонить головы и надеяться на милость хрен знает кого? – рявкнул один из офицеров. – Вы все знаете что король отрёкся от престола и сейчас в столице правит некий непонятный, мать их – Совет! Как думаешь, что эти зажравшиеся свиньи сделают с теми, кто не подчинился их воле? Да вырежут всех, вместе с роднёй как пример остальным, чтобы неповадно было.

– А что ты хотел? Чтобы наших близких и дальше бросали в тюрьму и убивали на площади? – возразил ему второй офицер, сидящий за столом. – Ты же видел что они начали творить, когда люди перед стенами форта стали требовать освобождения своих родных. Эти гниды, всю жизнь лизавшие задницу королю, теперь решили сделать то же самое для новой власти. Им-то хорошо, их семьи не живут здесь! Выслужиться захотели! М-мать их. И кто знает, где были мои дети этой ночью. Я сейчас сижу здесь, с вами, но мыслями молюсь всем богам, чтобы они сегодня оставались дома. Ибо мы слишком поздно вмешались. Кто считал, сколько там за стеной трупов?

На вопрос, прозвучавший в воздухе, никто не ответил. На пару секунд в помещении наступила тишина.

– Как бы то ни было, мы перебили весь высший начсостав, руководивший обороной города, – взял слово третий, доселе молчавший офицер. – Кроме того убили своих же товарищей, которые продолжили подчиняться приказу. Нас осталось от силы три тысячи, если поскрести. Что мы сможем сделать, когда сюда придёт армия? Кроме того, наши враги, называющие себя сопротивлением, никуда не делись. Они где-то в Мордоке. Чего-то ждут. Что если они придут – и придут первей?

– Они уже здесь… – раздался низкий, рокочущий голос где-то позади толпы.

Солдаты, стоявшие кольцом, синхронно обернулись на звук. Тёмная фигура, сохранявшая молчание до этого момента, медленно двинулась вперёд, сквозь расступающихся на её пути людей. Дойдя до офицерского стола, неизвестный двумя руками откинул свой капюшон в сторону, и в свете нескольких ламп показались волчьи уши.

Рокот удивления и страха прокатился по толпе. Некоторые стали хвататься за свои мечи.

– Спокойно, – произнёс Рагнар, показывая белый флаг. – Мы пришли говорить.

Напряжённое молчание, снова повисло под сводами казармы. Солдаты, только что окончившие битву, вот-вот были готовы броситься в следующую.

– Чего вам надо? – бросил первый пришедший в себя офицер. – Добить пришли? Крепость уже окружена?

– Больно надо, – отмахнулся вождь зверолюдей. – После того, что вы утворили сегодня, будь уверен, что власть в столице, какой бы она там ни была, от вас и мокрого места не оставит. Ото всех! – повысив голос произнёс полуволк.

– Ну и чт…

– Но я впечатлён, – не дав своему оппоненту договорить, продолжил вождь. – В момент необходимости, вы всё же выбрали жизнь. Жаль, что так поздно. Там, на площади, лежит около тысячи трупов. Мы посчитали. Я не знаю, каким образом вы будете искупать это перед собственным народом, ведь фактически, только что вы развязали – гражданскую войну.

– Мы не…

– Однако, – поднял руку Рангар, – как ни странно, именно сейчас мы близки к соглашению как никогда, ведь наши цели – наконец-то совпали.

– Предлагаешь объединиться? – произнёс штабс-капитан, сидевший в центре.

– А ты догадливый, человек. Сам подумай, если войска Эйсмара сюда придут – конец всем. А с нашей помощью и возможностями, у вас есть шанс уцелеть и спасти семьи.

– Каким образом? – произнёс текущий лидер военного гарнизона города. – Вы – просто шайка бандитов и убийц. Что вы можете против целой страны?

Вождь зверолюдей шумно выдохнул. Когда-то, он и сам задал подобный вопрос сероглазому волшебнику, преодолевшему гиблые топи, чтобы встретится с ним. И полуволк до сих пор очень хорошо помнил тот разговор.

– Твоя проблема в том, что ты считаешь будто есть правильные решения и неправильные, – слово в слово произнёс Рагнар слова Шухова. – Хорошие люди и плохие. Добрые и злые. Преступники и герои. Однако запомни: на этой планете, есть всегда и только – плохие люди. Огромное, чёрное море зла, которому не видно конца и края. Правда жизни заключается в том, что иногда они сражаются друг с другом. И нужно просто выбрать свою сторону.

Полуволк выдохнул, молча оглядел всех присутствующих и продолжил:

– Суди сам. За всё время нашего конфликта, конкретно мы – Красная армия, не вредили обычным людям. Мы не трогали ваши семьи, хотя, будь уверен, вполне могли. Не травили городские колодцы, даже не нападали на безоружных солдат. А теперь ответь честно: можешь ли ты уверить своих подчинённых, что если вы сдадитесь на милость властей, они поступят с вашими родными так же гуманно?

Помолчав секунд двадцать, офицер ответил:

– Не могу. Но ты-то что предлагаешь?

Рагнар улыбнулся этому человеку. Их разговор продолжался ещё часа два. А на следующее утро, флаги Эйсмара были сорваны со шпилей главной цитадели города и ратуши. На их месте, к обеду развивались новые знамёна цвета рассвета. А на улицах древнего города, объединенные отряды зверолюдей и военных принялись устранять последствия ночной бойни.

* * *

Сервер 404.

Skynet: Я недавно рассуждал над загадками лингвистики.

Shuhart: Та-ак…

Skynet: Все слова, всех языков этого мира очень стары, ведь так? Но тогда чьи они?

Глава 19

Тайны прошлого

Прошлое. Земля. Швейцария.

На утро следующего дня, Артём обнаружил себя лежащим под одеялом в обнимку с Ли. Девушка ещё спала и в отличии от привыкшего вставать ни свет ни заря Шухова, в ближайшее время подниматься явно не собиралась. Кое-как выбравшись из объятий китаянки, больше похожих на боевой захват, парень сел на край кровати устремив расфокусированный взгляд на стену. Типичное состояние любого человека рано утром, когда мозг ещё не проснулся но тело, движимое нуждой (или привычкой) уже было готово принимать вертикальное положение в пространстве.

Вспоминая события прошедшей ночи, хакер не смог удержаться от лёгкой улыбки, проявившейся на его лице как обычная человеческая эмоция… а не полудикий оскал. Девушка, что способна попасть в спичечный коробок на дистанции в несколько километров, и ломать людям кости одними ударами рук, с другой своей стороны оказалась стеснительной и нежной, реагирующей на каждое прикосновение к её телу. Смелой но осторожной, предпочитающей отдать весь контроль над процессом партнёру.

И нужно сказать – Артём оправдал возложенные на него ожидания. Слыша стоны Ли, умело различающий ложь и притворство хакер, ни разу не уловил в голосе девушки ноток фальши. Всё было честно… у обоих участников процесса.

Наконец встав с кровати, Шухов потянулся, повращал шеей и направился в ванную. Обдавшись несколько раз прохладной водой, парень насухо вытерся, облачился в свою привычную одежду и, взяв рюкзак, тихо покинул номер, оставляя спящую девушку в мире снов. Беззвучно пройдя по коридору и спустившись вниз по лестнице, хакер приветственно кивнул недавно сменившемуся на ресепшене администратору гостиницы. Пройдя через гостиный зал и бросив мимолётный взгляд на сидевших за несколькими столами пожилых людей, парень добрался до тяжёлой входной двери и толкнув её, выбрался на улицу.

– Как продвигается процесс разведки, – снова, как и множество раз до этого, Артём задал свой вопрос в никуда.

Однако, ответы на подобное всегда приходили. Без исключений.

– Я пробился в один из банков в Женеве, – прозвучал равнодушный голос в динамике наушника. – Ты не поверишь, но даже в этой стране люди используют старые версии винды, внутри защищённых периметров. Думают, что если сети закрыты – то всё в порядке.

– Мыслишь как преступник, – ответил Шухов с некоей непонятной интонацией не то гордости, не то опаски в голосе. – И что там у нас? Учти, я надеюсь на золото рейха, не меньше…

– Не знаю насчёт золота, но долларов и евро тут хватит чтобы растапливать ими печи в какой-нибудь мелкой стране целый год, – ответил шуткой на шутку ИскИн.

Машина, созданная человеком, со временем перенимала не только его странный образ мыслей, но и повадки. Даже манера речи постепенно приобретала яркие оттенки, присущие исключительно людям. Артём как-то разговаривал на эту тему с остальными участниками группы, но у других подобных метаморфоз не наблюдалось. Более того, уже несколько раз Артёму жаловались, что его ИИ отказывается идти на контакт со своими братьями и обмениваться с теми информацией, полученной в ходе обучения. Парень эти сигналы от сверхмнительных товарищей обычно игнорировал, однако факт есть факт: Скайнет если и не презирает своих коллег на общем сервере в полном смысле этого слова, то относится к ним с явным пренебрежением. Электронный разум имел своё собственное мнение, и делиться им не спешил.

– К стати, там в общей конфе твой друг недавно объявился, – нарушил воцарившееся молчание ИскИн.

– Кто? – не сразу сообразил хакер.

– Тот, который бульдозер.

– А-а. И что пишет?

– Ничего такого. Рассказывает о своих путешествиях через континент.

– И где он сейчас? – проходя мимо витрины магазина, торгующего кисломолочкой, Артём поглядел на своё отражение и плотнее натянул воротник на лицо.

– На подъезде к Швейцарии.

– Интересно, – после минутных раздумий протянул Шухов.

Хакер, поискав глазами скамейку и обнаружив таковую недалеко от ларька с фейерверками, пристроился на её правом краю. Вытащив из рюкзака ноутбук, Артём запустил систему и, введя несколько разных паролей на программы проксирования трафика, вышел в групповой джаббер. Там, как всегда, царила полнейшая идиллия: Кэрнэл, на чём свет стоял, материл Мазая за его последний взлом криптовалютной биржи на пару с корейцами, Инит обсуждал с Визардом планы атаки на несколько африканских стран, а Киллдозер делился впечатлениями о поездке через континент.

Своя атмосфера.

Вклинившись в этот общий диалог Артём перекинулся парой слов с лидером группы, после чего переключил фокус внимания на инженера:

– И что же тебя сподвигло на такое великое путешествие по неизведанным землям? – отправил сообщение парень, откинувшись спиной на скамейку. – Ты же вроде говорил, что звёзды собираешься изучать в своей обсерватории. А тут… сначала Россия, теперь Швейцария.

– Когда одна мечта сбывается, человек тут же начинает искать другую, – незамедлительно пришёл ответ от Кила. – Я исполнил что хотел и теперь двигаюсь дальше.

– И что же «дальше»? – написал Шухов, отправив в чат вопросительный смайлик.

– Пойдём в личку… – после некоторой паузы написал инженер. – Я уже не могу смотреть как эти двое орут друг на друга.

Тем временем накал страстей между Кэрнэлом и Мазаем уже перешёл на стадию личностных оскорблений. Кэрнэл упрекал своего оппонента в том, что тот неосмотрительно начал вести дела с людьми которых мало знает. Другой же, в свою очередь, обвинял формального заместителя лидера группы в излишней параноидальности и зацикленности исключительно на своих собственных проектах. Эта грызня продолжалась уже добрых два часа, изрядно засоряя чат, так что Шухов принял предложение товарища, и они оба удалились в личные сообщения.

– Слышал ли ты что-нибудь об адронном коллайдере, – спросил Килл как только два человека переместились в отдельный канал.

– Это тот самый, где материю расщепляют на световых скоростях? – решил уточнить Артём, так как более глубокими познаниями в данной области не обладал.

– Да это он. Там ещё слухи странные ходят… говорят, когда запускают центрифугу – над исследовательским центром начинают облака в спираль закручиваться.

– Ну, это уже явно враньё. Журналисты спецом придумали чтобы внимание привлекать.

– Может ложь, а может и не ложь, – неопределённо написал инженер, – но суть не в этом. Я хочу кое-что проверить, попав туда.

– Интересно, каким же образом? Или, может быть, у тебя есть научная степень чтобы туда пройти?

– Досадно слышать такое от человека, с которым я штурмовал научно-исследовательский комплекс по изучению искусственного разума, а также вдвойне невероятно слышать это от того – кто сравнял с землёй едва ли не четверть Нью-Йорка. Кстати – твоя помощь мне бы очень не помешала.

– Я так понял, у тебя уже созрел план? Иначе этот разговор ты бы даже не начинал.

– Ну естественно, а ты как думал? Кроме того не забывай – за тобой небольшой должок, – Килл прислал несколько скобок, означающих смех.

– Я уже тебе говорил: я не просил лезть вместе со мной на крышу и руководить всей операцией. Ты сам захотел.

– И тем не менее – я там был.

– Шантажист из тебя, нужно сказать – крайне хреновый, – написал Шухов после чего оторвал руки от клавиатуры и протёр глаза. Всё-таки недостаток сна сказывается на здоровье.

– Может быть. Ну так что, ты со мной?

– А чё ты хочешь там узнать?

– Да есть у меня одна теория, требующая проверки. Но осуществить это возможно только внутри этого комплекса, непосредственно рядом с центрифугой.

– Я надеюсь, мы хотя бы выживем?

– Я тоже на это надеюсь, но когда нас это останавливало?

– Допу-у-стим, – отправил задумчивый смайл Артём, – а сколько примерно времени займёт это всё?

– Да ладно тебе. Делов на двадцать минут. Зашли и вышли.

– Знаешь… мне никогда не нравилась эта фраза.

* * *

Научно-исследовательский комплекс по ядерной физике с простым и красноречивым названием «CERN» находился на стыке двух стран, неподалёку от Женевы. Прямо на границе Франции и Швейцарии, под руководством лучших умов человечества был отстроен целый городок, занимающийся изучением проблем субатомной физики. Данная организация вела свою деятельность уже более шестидесяти лети и успела совершить за это время не одно открытие. В околонаучном сообществе об этом месте ходило достаточно много различных легенд и слухов. Так как объект был частично закрытым, информация о проводившихся в лабораториях экспериментах доходила до широкой общественности часто в исправленном и отредактированном виде. Легенды слагались самые разные: кто-то утверждал, что серн пытается создать технологию позволяющую проводить эксперименты над пространственно-временным континуумом; особо же безбашенные, с неким удивительным упорством пытались доказать, что научная организация ищет так называемую ноосферу – информационное поле земли, описываемую профессором Вернадским. Как бы то ни было, время шло. Десятки лет сменяли друг друга, а мир как шёл по накатанной колее, так и продолжал в том же духе, не планируя с неё сворачивать, вне зависимости от любых научных открытий. Учёные же продолжали колдовать в своих лабораториях.

… Два человека в костюмах, подъехав на такси к зданию контрольно-пропускного пункта комплекса, показали охране свои документы научных сотрудников центра по разработке ядерных реакторов типа «РБМК». Долговязый охранник в серой форме, чем-то слегка напоминающей обмундирование офицера СС, покрутил представленные ему бумажки, сверил печати и хмыкнув, пропустил двоих учёных на территорию.

Молодые парни брели по чёрной, асфальтированные дороге к главному зданию. Издали, основной корпус всего городка был похож на теплицу, отражающую прямые солнечные лучи в разные стороны.

– Странная мода – делать подобные заведения столь хрупкими используя такое количество стекла, – подал голос один из учёных, слегка щурясь от попадающих в глаза солнечных бликов.

– Влияние времени, – философский заметил шедший за ним товарищ. – К стати, про РБМК это ты хитро придумал, я даже сразу не понял. Так вот зачем ты на самом деле летал в Россию? А то коммунисты, социалисты…

– Нет, за этим тоже, но документы были основной целью, – ответил бредущий впереди человек. – твоя страна мало похожа на те, что я видел до неё.

– А сколько ты видел? – серые глаза шедшего чуть позади человека странно сверкнули на солнце, поймав блик от прозрачной постройки.

– Много.

Прогулка по научному городку продолжалось минут тридцать. За всё то время, пока двое брели между серых построек, хакера не покидала странная мысль: для того кто находится здесь впервые, его товарищ слишком хорошо ориентировался на местности. Инженер бодро вышагивал вперёд без всякого навигатора, точно зная где следует повернуть, где ускорить шаг, пропуская снующие туда-сюда маленькие «кары» перевозящие некое научное барахло в больших деревянных коробках.

– Не задавай вопросов, – вероятно почувствовав напряжённое состояние товарища, произнес шедший впереди программист. – Ты всё поймёшь.

Дальнейший путь до стеклянного здания два сетевых взломщика преодолели в полном молчании. Тот простой факт что «маленькая вылазка» это лишь хитрый предлог для чего-то большего, дошёл до человека с серыми глазами в тот момент, когда поднявшись по ступеням главного корпуса и выйдя на ровную площадку, двое псевдоучёных предстали перед вышедшим их встретить старым профессором. По крайней мере, именно эта должность красовалась на его бейдже, прикреплённом к белому халату, на левой части груди.

– Добрый день, мистер Кейн, – добродушно поздоровался старик с седыми волосами и круглыми очками, что непропорционально увеличивали его глаза, если смотреть прямо в них. – Я так предполагаю, вы некий его дальний родственник? В переписке, что мы вели, я узнал похожую манеру строить предложения.

– Не угадали профЭссор, – со странным ударением на гласные произнёс инженер.

– Оу. Тогда, может быть, однофамилец?

Парень некоторое время помолчал глядя прямо на учёного. А после ответил:

– Неужели вы забыли меня? Я Алекс…

…Сын профессора Кейна.

* * *

Под сводами исследовательского центра, где обычно царила суматоха, сейчас же было как шаром покати. Ни лаборантов, ни персонала. Могло сложиться ощущение, что во всём здании только один профессор и остался в живых.

– Обед, – видя задумчивое состояние своих спутников, оглядывающихся по сторонам, ответил старик.

Странное трио проходило мимо лабораторных кабинетов, разрезанных стеклянными перегородками. Мимо центров управления некими непонятными системами, пытающимися рассчитать стабильность атомных ядер… если верить написанному на мониторах. Эйзенхауэр – именно так представился Шухову при знакомстве учёный, явно держал курс на некое определённое место, а та мини экскурсия, проводимая им по ходу пути, являлась побочным эффектом всего мероприятия.

– Если вы и правда его сын, тогда я не удивлён что после стольких лет, с момента его исчезновения, вы снова пришли сюда, заинтересованные его творением. Право дело: когда мне на электронную почту пришло первое письмо, в котором вы так подробно описали суть того, чем занимался профессор Кейн, я даже испугался что вы из какой-нибудь разведки, или спецслужбы. Мало ли какие политические силы могут заинтересоваться прошлыми делами нашей организации. Однако, некое чувство, которое я не могу описать словами, заставило меня продолжить нашу переписку, и видя ваши глубокие познания в данном вопросе, а также в различных областях ядерной физики, я убедился что вы такой же учёный как и я. Как и ваш отец. Именно поэтому сейчас вы здесь.

Попетляв по научному центру минут десять, профессор наконец привёл двоих взломщиков к металлической двери. Достав из кармана пластиковую ключ-карту, Эйзенхауэр приложил пропуск к считывателю и железные засовы несколько раз щёлкнув, отъехали в сторону. Переступив порог и проникнув в помещение, от чего в старой лаборатории тут же автоматически зажегся свет, Шухов едва сумел сдержать возглас удивления. В отличии от своих собратьев, видимых хакером ранее, данная лаборатория имела просто невероятные размеры. Огромные. По всему периметру вдоль стен, а также на полу и потолке, были вмонтированы квадратные, метр на метр, вольфрамовые накладки. В противоположную от входа стену, крепилось некое круглое устройство, сплошь опутанное катушками индуктивности разных форм и размеров. У правой же стены находился длинный, прямоугольный стол, несколько офисных стульев и стена с мониторами, явно использующаяся для управления непонятной установкой.

– Резонатор, – со странной интонацией произнёс Килл. – Всё такой же. После стольких лет…

– Верно, молодой человек. Когда-то на него возлагались огромные надежды. Такая вещь… знаете что самое интересное? Он ведь подключен к магистральной линии запитки, напрямую от ядерного реактора ближайшей АЭС. Ваш отец лично на этом настоял. Соответственно, пульт управления так же находится в этой комнате.

– Пульт управления чем? – впервые за всё время Артём вклинился в разговор. В отличии от профессора, опытный хакер видел, что с его товарищем что-то не так. Шухов заметил сбитое дыхание программиста, пульсирующую вену на лбу и капли пота, проступающие на лице. Килл что-то яростно обдумывал. Будто пытался решиться. И парню это совсем не нравилось.

– Как чем? – добродушно улыбнулся Эйзенхауэр, всё так же не обращая внимание ни на что вокруг. – Реактором конечно же!

В старой лаборатории, наступила тишина. По внешним признакам можно было определить, что персонал центра не бывал здесь уже несколько лет точно. Это выражалось не только в слое пыли, который лежал на полу, но и в идеально сложенных документах в органайзерах на столе.

Такой порядок бывает только там, где никто не работает.

– Знаю, профЭссор, – произнёс Алекс подходя к пульту с кучей древних мониторов. – Я всё знаю.

После чего программист нажал несколько кнопок, и старое железо, погудев кулерами, выдало картинку: графики, столбцы цифр и… систему управления стержнями с бором – химическим веществом поглощающим нейтроны, позволяя сдерживать и регулировать мощность ядра реактора.

– Знаешь, старик, – продолжил говорить Килл, глядя на показатели, – в моём детстве было несколько переломных моментов. Первый – когда я наконец превзошёл тех, кто был лучше меня… сделав их слабыми. Это вернуло мне любовь родителей. И всё было хорошо. Очень долго. Но потом… отца позвали сюда. На этот долбанный проект. Повышение… м-мать его. Я хотел помешать ему уехать. Хотел остановить. Но он был так счастлив… и я не решился действовать. Ведь я впервые видел его таким. Университетские преподаватели, знаешь ли, редко улыбаются.

Инженер замолчал, что-то щёлкая на панели. Спустя секунд десять, в помещении снова раздался его голос:

– Его не было несколько лет. Мы с матерью периодически приезжали в серн, проведать как у него дела. Тогда-то он и познакомил меня с этой проклятой установкой… Я, будучи мелким бродил здесь, наблюдая за всеми и пытаясь понять так чем же тут занимаются. Что такое важное здесь происходит, что понадобилось перелетать океан и оставлять меня?

… Я так и не понял.

– Всё изменилось когда он вернулся. И это был второй перелом. Эксперименты, что проводились под его началом, сочли опасными и запретили. Программа была свёрнута. Отец этого не вынес и приехав домой с большими деньгами, но пошатнувшимся разумом, решил посвятить меня во все свои дела. Он жаждал чтобы я продолжил начатое им. В девять лет я уже вычислял неопределённые интегралы. В двенадцать пытался решить уравнения Эйнштейна из общей теории относительности. А в четырнадцать я сбежал из дома и жил тем, что воровал деньги копируя кредитки, ибо это оказалось лучше чем бесконечно выслушивать весь тот бред о пространстве-времени и способах его изменить.