![](/files/books/160/no-cover.jpg)
Текст книги "Июльская горячка = Неуловимый [СИ]"
Автор книги: Евгений Сартинов
Жанр:
Полицейские детективы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)
Глава 45
Колодников не мог прийти на помощь своему младшему товарищу. После перекура и короткого совещания с Зудовым он вернулся в кабинет и уже один начал раскручивать Верстакову.
– Понимаете, Анна Тимофеевна, нам, собственно говоря, не очень интересно спасать этого вашего Ашота, – Колодников старался говорить проникновенно и вместе с тем как бы небрежно, слегка морщась. – Кто он такой, этот Ашот Айвазян? Мелкий жулик, а теперь к тому же еще и убийца. Ведь это он убил Иванова, не правда ли?
Анна с ужасом подняла глаза на майора.
– Как это вам неинтересно его спасать? Его же сейчас, может быть, убивают! Вы что, не понимаете?
– Ну и что? – пожал плечами Андрей. – Одной сволочью будет меньше. Да и нам работы убавится. Собаке собачья смерть, как говорится.
Он даже открыл папку и сделал вид, что рассматривает какие-то бумаги.
– Нет, как вы не понимаете, – судя по выражению лица, Верстакова совершенно потеряла голову и начала нести нечто несуразное. – Ашотик, он такой хороший, он добрый, он ни в чем не виноват, он ласковый и нежный. А какие он дарил мне цветы, вы не видели! Это все я, я его испортила! Я одна во всем виновата! Это я, только я убила Петровича!
– Как это "вы"? – развел руками Андрей. – Что вы такое говорите? Ведь это он стрелял в Иванова.
– Но это же я все придумала! Я одна! Он не хотел, он отказывался, это я, я дала ему оружие! Он до последнего момента говорил: "Может, не надо? Может, ты передумаешь?"
– А вы все-таки настояли? – сокрушенно покачал головой Колодников. – Как нехорошо. Себя сгубили и его.
– Да! Это я одна во всем виновата. Спасите его, молю вас! – Она сделала попытку сползти с кресла на колени, но вскочивший с места Колодников проявил необычайную резвость и заставил ее снова принять более цивилизованную позу.
– Не надо сцен, мы не в церкви. Лучше скажите, вы можете написать о том, о чем сейчас рассказывали?
– О чем?
"О-о, тетка совсем поплыла! – понял, заглянув в глаза Верстаковой, майор. – Ничего не соображает!"
– О том, что это вы, только вы виноваты в убийстве Ивана Петровича Иванова, а Айвазян был только оружием в ваших руках, причем против своей воли.
– Да, конечно! – Она подскочила и начала шарить по столу рукой, ища ручку и бумагу. Колодников торопливо помог ей. Не каждый день он встречал таких энтузиастов, желающих собственноручно подписать себе приговор.
– Пишите все, что рассказали, – повторил Колодников, – плюс укажите, за что вы так взъелись на Иванова. А потом сделаем так…
План, изложенный майором, буквально вернул Верстакову к жизни. Пока она торопливо, зачеркивая и переправляя, писала признание, Андрей включил рацию и вызвал Зудова.
– Ну что там у тебя? – спросил он. – Договорился?
– Все о'кей, – ответил довольный Паша. – Как раз знакомые парни дежурят. Я с ними договорился. Можно ехать к вышке.
– Молодец! Затем двигай на атээс, там и встретимся.
– Хорошо, все сделаю. Как дама, не подведет?
Андрей покосился на Верстакову.
– Дошла до нужной кондиции, не волнуйся.
Колодников сделал еще несколько телефонных звонков, а затем наконец-то отпустил рвущуюся домой Анну Тимофеевну. Напоследок он ее успокоил, сказал, что теперь они примут все меры, что он даже наверняка знает, где держат Айвазяна, и только с ее помощью они смогут спасти горячо любимого Ашота.
До дома она самостоятельно добралась на своей «десятке», умудрившись даже поглядывать на светофор. Лежащий рядом на сиденье мобильник упорно молчал. Терпения у Анны хватило только до дома. Войдя в квартиру, она тотчас начала перебирать лежащие на полочке телефонные справочники, записные книжки, набирать какие-то сложные номера. Но мобильник упорно молчал, лишь на табло высвечивалась странная надпись: "не подключен". Верстакова выругалась, не подозревая, что в это время не только она, а и во всех концах Кривова люди нещадно матерят "вражескую связь" и все хваленые преимущества стандарта GSM. Среди них был и Анатолий Андреевич Мастеров.
– Блин, что за хренотень, а! Куда исчезла волна? Как корова языком слизнула!
Человек, к которому он обращался, не торопясь чистил сочную, истекающую жиром вяленую чехонь, единственную признаваемую им закуску к пиву. Коля Занченко, по кличке Зять, выглядел старше своих сорока пяти, был наполовину седой – след многочисленных его отсидок. Но в плечах криминальный авторитет был крепок и обладал аурой природного лидера, что делает людей царями, королями, президентами или главарями бандитов. В ответ он покрыл Мастерова трехэтажным матом. Этот придурок с его липовыми дипломами и спортивным прошлым был просто «сявкой» по сравнению с ним, с самим Зятем, смотрящим по области и первым претендентом в криминальных кругах региона на «номинацию» "вор в законе". Зять имел за плечами три ходки в зону, самую большую бригаду в области и два процента от продаж всех машин Железногорского автозавода, одного из крупнейших в стране.
– Что ты за «трубу» уцепился, как за собственный хрен? – спросил Зять, стукнув рыбиной по столу. – Сдох Бобик, возьми и закопай, не жди, пока он вонять будет. Звони вон давай по обычному телефону!
Анатолий начал нехотя крутить диск.
– Да, Верстакова, – вскоре услышал он.
– Ну что, коза, все сделала, как велел?
Анна сразу узнала этот голос, молодой, наглый, наигранно-хрипловатый.
– Нет, – резко ответила она. – Я передумала. Я написала все так, как вы велели, но не отдала им.
– Почему? – опешил директор. – Ты че, охренела, овца?!
– Я не отдам бумаги до тех пор, пока вы мне его не вернете.
– Че?! – Анне показалось, что телефонная трубка в ее руке сейчас взорвется, она даже невольно чуть отстранилась. Но на поток матерщины только упрямо поджала губы. – Я обещал тебе из него фарш сделать, я сделаю! – орал Мастеров. – Это будет не свинина и не говядина, а верблюжатина! С перцем и хреном!
Дождавшись, пока он устанет орать, Анна повторила:
– Пока я хотя бы его не услышу, я не сделаю ни шага. Не дождетесь!
Мастеров бросил трубку и посмотрел на своего наставника.
– Мудак, – заметил тот, – довел дело до полной балды.
Немного подумав, Зять кивнул:
– Хорошо, пусть она его услышит, а там делай что хочешь. Хоть нашинкуй его, хоть действительно с хреном сожри. Но чтобы все это загасил в самом зародыше. Чтоб у ментов даже зацепки насчет этого долбаного татарина не было.
Он отбросил в сторону уже очищенную чехонь, взял барсетку, поднялся из-за стола и, не спеша, отправился к двери.
– Ты куда это? – удивился Мастеров.
– На кудыкину гору! – окрысился Зять. – Счас, отчитываться я тебе еще буду! – Затем чуть остыл. – Поехал я к себе, дела накопились. И так кувыркаюсь тут с тобой, как клоун на завалинке! Ни хрена один не можешь! Учить всему приходится, скоро памперсы менять тебе буду. Все! Послезавтра буду.
"Вот падла, оставляет меня одного с этими кривовскими волкодавами, как щенка в реке", – думал Мастеров, наблюдая, как не торопясь, по привычке чуть набычившись, Зять идет к своему черному джипу. Лишь когда он скрылся за воротами стройки, Анатолий снова уставился на телефон. Делать было нечего, теперь надо было думать и решать все самому. После длительного и мучительного раздумья он снова набрал номер своей соседки по подъезду.
– Слышь ты, коза долбаная, хорошо, считай, уговорила! Ты его услышишь, поняла. Жди, только очень жди!
После этого звонка Мастеров позвонил уже другому абоненту.
– Слушай, Васек, возьми мою тачку и привези этого ару на причал, там ведь телефон есть?
– Ну?
– Хрен гну! – Мастеров наконец-то получил возможность на ком-то сорвать всю накопившуюся злость. – Привезешь, позвонишь мне. Пока все.
– А по «трубе» нельзя? – недоумевал Васек.
– Сдохла «труба», все! Забудь про нее, понял?
– Понял, – мирно согласился собеседник свирепеющего «экономиста». – Счас вмиг сделаем.
Этот разговор слушал еще один заинтересованный человек, Андрей Колодников. А до этого его подчиненный Павел Зудов вырубил ретранслятор сотовой связи хорошо проверенным еще прошлым летом методом – бросил лом на клеммы щитовой подачи энергии вышки. Расположенная за городом, на холме, рядом с лесопосадкой, вышка как магнитом притягивала к себе любителей поживиться цветметом. Два раза ее грабили, когда строили, а год назад, прошлым летом, просто нахулиганили, бросив лом на клеммы высокого напряжения. После этого фирмачи поставили на щит очень крутой замок. Но у Паши была не только богатая коллекция ключей самых разных систем, но и толковые «специалисты» из завязавших домушников. Все это было сделано для того, чтобы заставить несколько человек говорить по обычному телефону. Ведь у Колодникова свояк работал главным инженером телефонных сетей. Именно он безо всяких санкций, просто по знакомству, подключил Андрея к телефонным линиям Верстаковой, женщины последней стадии влюбленности в рыночного экономиста блатного разлива. Прослушав все переговоры, Колодников поблагодарил родственника и торопливо выскочил на улицу.
– Паш, они привезут его на причал, – заявил он, усаживаясь в свой «уазик».
– На причал? – удивился Зудов.
– Ну да. А что тебя не устраивает?
– Это что, снова в тот ангар на реке?
– А там теперь больше ничего нет, – подтвердил Андрей. – Даже мостки на доски разобрали и вывезли, представляешь?
– Ну, ладно, – хмыкнул Павел, – поехали на причал, места-то знакомые.
Год назад им пришлось в этом самом ангаре устроить небольшую заварушку, со стрельбой и мордобоем. В этот раз Колодников прихватил с собой еще двоих милиционеров патрульно-постовой службы, «упаковал» их бронежилетами, касками-"сферами" и автоматами. Но людей не хватало, как назло, все были в разгоне. Многих забрал Мазуров, еще больше милиционеров поехали с Астафьевым. Колодников надеялся на внезапность. И Андрей, и Паша также облачились в бронежилеты, «сферы», только Колодников не захотел брать автомат.
– Да не люблю я его, тяжелый, собака! Да это и не оружие для мента – раз нажал, все патроны кончились. Мне с моим «макаром» привычней.
Дорога до причала была неблизкой, и в одном месте Колодников даже заставил шофера форсировать небольшой ручей.
– Не боись, мы здесь уже ездили, ты, главное, сразу резко давай по газам! – напутствовал он застывшего в нерешительности Сергея.
То ли ручей разлился больше, чем прошлым летом, но застряли они крепко. Пришлось по колено в воде выталкивать славный отечественный джип. Вытолкнули его быстро и далее ехали уже с руганью, мокрые и злые.
– Ничего, зато охладились. По такой жаре купание – благо, – подбодрил всех Колодников.
– Молчал бы уж, Сусанин, – буркнул Паша, озабоченно разглядывавший свои заляпанные грязью брюки. – Завез в какое-то болото и доволен.
Минут через пять Андрей велел шоферу остановиться.
– Дальше пойдем пешком, – скомандовал он.
Вскоре они подошли к небольшому кирпичному домику с выбитыми окнами, сторожке. Здесь Андрей поднял руку, заставив всех остановиться.
– Вот и причал, – сказал он, осторожно выглядывая из-за угла домишки.
– Это? – спросил один из милиционеров, от любопытства вытянув шею. Увидел он пологий берег, торчащие из воды сваи, остатки разобранного трактора, штабель почерневших от времени бревен и прочий индустриальный хлам.
– Да, а ты что, раньше здесь не был? – удивился Колодников. В прошлом причал был популярен. Сюда летом ходил рейсовый автобус, метрах в ста имелся прекрасный пляж. Все кончилось вместе с социализмом.
– Нет, я вообще в вашем городе всего два года живу, – сообщил милиционер.
– А до этого, где жил? – зачем-то поинтересовался Колодников.
– В Казахстане.
– А-а, понятно. Беженец, значит. Вот по этой протоке можно выйти на Листвянку, а затем и на Волгу. Раньше здесь лодок стояло до чертовой матери, а теперь вон пара деревянных гнилушек осталась. Алюминиевые утащили и сдали в скупку.
– А это что за бандура? – спросил шофер, кивая в сторону единственного уцелевшего на причале сооружения, большого, ржавого, бочкообразного сарая.
– Это ангар, там раньше пээсэмка зимой хранилась, потом местные бандиты свои катера прятали, – пояснил невольный гид в лице майора милиции. – А сейчас его, видно, заезжие бандюки облюбовали. Хреновое место.
– Да, это уж точно, – усмехнулся за его спиной Пашка. – Прошлый раз господин майор тут трех бандитов с помощью «демократизатора» слегка поучил уважать родную милицию, а потом его чуть самого за это не посадили.
Это были не самые приятные моменты, и Колодников коротко, но с душой выматерился.
– Так, ну что, пойдем, что ли? – спросил он, вытаскивая пистолет и передергивая затвор.
– Погоди, дай-ка посмотреть, – сказал Павел, внимательно оглядывая старый ангар. Потом он хмыкнул и покосился на Андрея: – А ты ничего не заметил?
– Нет. А что?
– Очки купи, а лучше бинокль. Вон там посмотри! Под самой крышей – камера видеонаблюдения.
– Где? – удивился Андрей и, присмотревшись, не на шутку расстроился. – Блин, и в самом деле! Что же теперь делать-то? Так просто их теперь не возьмешь.
– Да, эти братки осторожней тех, – задумчиво согласился Павел. – А где, интересно, у них запитка?
– Ты имеешь в виду электричество? – наморщил лоб Колодников.
– Ну не пивбар же. Кабель вижу, но куда он ведет? Может, где и щит есть?
– Не знаю, надо посмотреть. Вообще это тебе с руки, ты уже сегодня в этом деле отличился, просто специалистом стал. Вали дальше, сын Чубайса.
– За Чубайса ответишь, – хмыкнул Павел. – Ладно, жди меня, раньше, чем вырублю свет, не суйтесь.
И, подобрав с земли здоровенный полуметровый стяжной болт, Зудов завернул за угол и исчез из виду.
Не прошло и минуты, как с противоположной стороны к ангару подъехал серебристый джип «чероки». Два парня выскочили из машины, открыли ворота, и авто скрылось в помещении.
– Похоже, Ашотика привезли, – решил Колодников. – Так, этих как минимум трое, сколько еще в самом ангаре? Веселый расклад. – Андрей был обескуражен количественным составом противника.
– И что делать? – спросил водитель, всей душой проникнувший в суть непонятной ему еще операции.
– Ну, во-первых, вызвать подкрепление, а во-вторых, ждать, – отрезал Андрей, с матерком присел на корточки и взялся за рацию, коротко поговорил с дежурным, попросил подкрепление и вытащил сигареты. – Закуривай, мужики. И как эти урки часами могут так сидеть? У меня через минуту ноги затекают. Тебя как зовут-то, дитя степей казахских? – спросил он шофера.
– Антон. Я вообще сюда из Талды-Кургана приехал, а там у нас больше горы.
– Талды чего? – засмеялся Колодников.
За разговорами перекур затянулся минут на пятнадцать. Сигналом к его окончанию послужил скрип открывшейся в ангарных воротах небольшой калитки. Судя по «веселому» набору слов, донесшемуся до милиционеров, Павлу удалась и эта диверсия. Шестеро парней топтались у двери, с жаром жестикулируя и что-то обсуждая.
– Ну вот, все курочки вылезли из гнездышка, – довольно сказал Колодников. – В темноте никому сидеть не охота. Где там Павел, интересно? Током его не шандарахнуло?
Как обычно, перед рискованным делом на Андрея нападала неестественная веселость и какое-то почти радостное возбуждение.
Тем временем «бригада» отправила на поиск обрыва линии двух парней. Те протопали с другой стороны сторожки, буквально в десяти метрах от затаившихся милиционеров.
– Черт, с Павлом бы не встретились, – пробормотал Колодников и в очередной раз глянул на часы. С тех пор как он попросил подмогу, прошло двадцать минут. От города же до причала было не менее сорока минут.
"Подожду", – решил он, но в этот момент откуда-то сзади раздались выстрелы. "Пашка!" – мелькнуло в голове Андрея, и, скрипнув зубами, он скомандовал:
– Вперед! Очередь в воздух.
Выстрелы в лесу насторожили бандитов, а при появлении Колодникова и его милиционеров двое просто упали на землю, третий кинулся в ангар, а последний, видимо ничего не понимая, начал метаться у калитки.
– Возьми его! – крикнул Андрей шоферу, и, пока второй милиционер и Антон толчками и пинками подталкивали залегших бандитов друг к другу, дабы сковать их одними наручниками, Колодников сбоку подскочил к двери и пинком захлопнул ее. Андрея спасло везение или интуиция, а может, и опыт, но в ту же секунду несколько пуль выгнули железо калитки.
– Бросай оружие и выходи из ангара! – заорал Колодников, отодвигаясь от двери. И тотчас же еще два выстрела изуродовали ни в чем не повинное железо. – Вот дурак, палит почем зря! – сказал Андрей появившемуся из-за угла Антону, конвоировавшему понурого беглеца.
– Что, выкурить? – спросил тот, деловито вскидывая на плечо автомат.
– На хрен нужно под пули подставляться, – махнул рукой Андрей. – Никуда он от нас не денется. Надо Пашку идти выручать…
Но, идти никуда не пришлось. Именно в эту секунду из-за сторожки показался бегущий Павел.
– Ты живой?! – обрадовался Андрей.
– А что? Я загибаться не собирался.
– Это ты там стрелял?
– Ну не они же! Они в драку полезли, пришлось в воздух пару раз выстрелить, положить мордой вниз. Стоят там, дуб обнимают. – И Андрей понял, что Паша справился. – Так, а что тут у вас?
– Да вот, какой-то «ковбой» заперся в ангаре и выпалил в стенку уже целую обойму. Никуда он не денется.
– Ну да, как же, не денется! – хмыкнул Павел. – А вторая дверь?
Колодников схватился за каску.
– Черт! Я совсем забыл про нее! Слышь, Антон, беги к той стороне, там такая же калитка, и покарауль ее. Да смотри не подставляйся!
– Никогда, – ухмыльнулся парень и побежал за угол.
– Ты там весь свет вырубил? – спросил Андрей.
Павел кивнул.
– Там еще этот должен быть, – сказал он, – Ашотик.
– Да, я как-то про него забыл. – Андрей даже почесал затылок. – Как бы этот ковбой его не грохнул.
– Да хрен с ним, – махнул рукой Павел. – Невелика потеря. Я по нему плакать не буду. В заложники бы его этот козел не взял, другое дело, а то возись потом с ним. Сюда бы пару гранат со слезоточивым газом, он бы у нас сам как миленький выскочил.
– Откуда? Их вообще в горотделе нет.
Они закурили и отошли в сторону.
– Ты держи дверь под прицелом! – крикнул Андрей сержанту. Тот отошел в сторону, встал на одно колено и направил ствол автомата на калитку.
Минуты три офицеры переговаривались, затем Андрей расхохотался и хлопнул коллегу по плечу.
– Давай, Паша, выкуривай его.
Тот ненадолго ушел и вскоре вернулся со странной добычей – старой казеиновой детской куклой.
– Ну что, вспомним хулиганское детство? – спросил Паша.
Казеин загорелся, нещадно чадя. Колодников подошел к калитке, стал сбоку и по кивку Зудова открыл дверь. Паша закинул в ангар «подарок» и еле успел отдернуть руку от хлестких ответных выстрелов. Андрей торопливо захлопнул калитку.
– Выходи, придурок, иначе тебе еще газовую атаку устроим! – закричал Андрей.
На этот раз ему ответили не выстрелы, а тишина.
– Чего это он? Может, задохнулся? – забеспокоился Андрей.
Неожиданно раздалась короткая автоматная очередь, донесшаяся с противоположной стороны ангара. Они не успели повернуть головы, как прозвучали еще три торопливых пистолетных выстрела, и наступила тишина. Такая очередность стрельбы заставила ворохнуться душу Андрея неприятным предчувствием. Не сговариваясь, они с Павлом бегом рванули к другому концу ангара.
На досках причала лежал какой-то парень в джинсах и ковбойке, пистолет его валялся метрах в двух, а поперек лежало тело Антона. Он был жив, хрипел, но обильная лужа крови под его головой не оставляла парню никаких шансов. Лишь оглянувшись по сторонам, Колодников увидел бегущего вдоль береговой линии, метрах в двухстах от них, высокого парня в синей футболке с пистолетом в руках. Андрей понял все. Он просчитался, в ангаре бандитов было двое.
Закричав что-то безысходное, Колодников вскинул пистолет и выпалил вслед беглецу всю обойму. Но тот продолжал бежать, и сейчас Андрей пожалел, что в руках у него всего лишь пистолет. А бандит уже скрылся за изгибом реки. Без всякой команды Павел отбросил в сторону автомат, скинул «сферу» и бросился вслед за беглецом, стаскивая на ходу бронежилет.
– Возьми его, Пашка! – отчаянно, со слезой в голосе заорал вслед Андрей. – Не дай ему уйти!
Минут через пять приехали две машины с пополнением. К этому времени Антон умер. Две пули отразил бронежилет, а вот третья попала в шею, между броником и «сферой». Слезы на глазах Колодникова высохли, но закурить он так и не смог, трясущиеся пальцы ломали спички.
– Что так долго? – спросил он у старшего наряда, рослого, розовощекого лейтенанта из новеньких.
– Три раза по дороге застревали, грязь дикая…
– Ладно, – прервал его объяснения майор, – отправь троих вдоль берега, пусть помогут Зудову. А ты дай лучше прикурить, у меня не получается.
После первой затяжки, чуть успокоив нервы, Андрей вспомнил еще об одном деле.
– Да, пусть откроют ворота и ищут заложника.
Милиционеры с немалым трудом отворили массивные, изрядно заржавевшие в петлях ворота и вошли в ангар, заставленный катерами и машинами. Пленник висел привязанный к стулу метрах в двух над землей, на крюке поднятого вверх тельфера. Безжизненная поза Ашота обеспокоила Андрея, и он торопливо схватился за пульт, но потом, чертыхаясь, отпустил его. Электричества в ангаре не было.
– Что теперь делать? – обратился он к лейтенанту, также рассматривающему висевшего заложника. Тот молча поднял руку, затем подпрыгнул, уцепился за ножку стула и потянул его вниз. Раздался треск, и Колодников еле успел отскочить от рухнувшего сооружения. Минут пять они хлестали Ашота по щекам, пока тот не открыл глаза. Он обвел всех мутным, ничего не понимающим взглядом.
– Что, парень, сомлел? Пытали, поди, сволочи? – предположил Андрей.
– Нет, дым, чуть не задохнулся, – прохрипел Айвазян и пожаловался: – Нога болит.
Где-то далеко негромкими хлопками прозвучали выстрелы. Колодников забеспокоился: "Черт, как бы эта сволочь и Пашку не подстрелила!"
Андрей беспокоился не зря, Зудов буквально в сантиметрах разминулся с «костлявой». Он еще с прошлого года помнил эту местность, река тут делала крутой изгиб, и Павел побежал не вслед за убийцей Антона, вдоль берега, а вломился в густой кустарник и помчался наперерез. Его расчет оказался точен, минут через пятнадцать, ободранный, он выбрался из кустарника и увидел впереди синюю футболку беглеца всего в каких-то двадцати метрах. Алексей Бушикин, кличка Бош, имел весомые основания как можно дольше избегать встречи с органами правопорядка. После столь экстремального забега он искренне надеялся, что оторвался от ментов, когда, обернувшись, увидел преследователя. Но выстрелить он успел первым. Боль обожгла левое ухо Зудова. Вскрикнув, падая, Павел все же выстрелил в сторону врага. Он не попал, но заставил того занервничать. Две старые деревянные лодки стояли в трех метрах от бандита, и тот в два прыжка добрался до них и спрятался. Зудову было гораздо хуже: сзади был кустарник, впереди двадцать метров чистого поля. Лишь в двух метрах от воды стоял здоровущий, полностью потерявший кору пень. Вскочив, Павел с резвостью спринтера на олимпийских играх бросился под его укрытие. Бежал он секунды три, но два выстрела успели грохнуть ему вдогонку. К счастью, после такого длительного забега пистолет плясал в руках Боша, и он не попал. Привалившись спиной к теплому дереву, Павел перевел дух, потрогал себя за ухо и зашипел от боли. Кровь продолжала идти.
– Вот сука, полуха снес, – пробормотал Зудов и осторожно выглянул из-за пня. В ту же секунду пуля, выпущенная бандитом, расщепила дерево. Отпрянув, Паша почувствовал, как на лбу выступил холодный пот. Охота выглядывать из укрытия прошла, но надо было что-то делать, не сидеть же вечно за этим пнем. Зудов осмотрелся, ногой подгреб к себе небольшую палочку, затем кусок речных водорослей. Обмотав ими палку, он перевернулся на живот и осторожно высунул из-за пня свое странное сооружение, а когда прозвучал выстрел, дважды выстрелил из пистолета в темное очертание головы над лодкой. Пуля не достигла цели, и противник быстро переменил позицию, перебравшись к носу лодки. Но Павел уже полностью контролировал ситуацию. Боша накрыл свинцовый дождь, и он окончательно потерял голову, – приподнявшись, заорал что-то бессмысленное и нажал на спуск. Прозвучало два выстрела, а затем тупо щелкнул о металл боек. Боша словно током ударило. Отбросив пистолет, он перепрыгнул через вторую лодку, пригнулся и помчался дальше вдоль берега.
Увидев столь резвый старт, Павел встал, вытянулся во все свои без малого два метра роста, поднял двумя руками пистолет, задержал дыхание и плавно потянул на спуск. Беглец неуклюже подпрыгнул и упал. Перевернувшись несколько раз, он начал кататься по песку, подвывая и держась руками за ногу.
– Ну вот, а то я еще бегать за тобой буду, – пробормотал Павел, опуская пистолет, – тоже мне, нашел пацана.
Через полчаса все действующие лица перестрелки вернулись к ангару. Не все, правда, могли идти. Убийцу Антона, Боша, два милиционера буквально тащили. Замыкал процессию Павел, прижимающий к уху носовой платок.
– Пашка, ты что, зацепило?! – увидев окровавленную руку друга, бросился к нему Андрей.
– Да ерунда, мочку уха отстрелил, козел! Как там Антон?
– Умер. В шею пуля попала, представляешь какая невезуха!
Зудов автоматически кивнул, сел на сваленные у ангара бревна и с благодарностью принял из рук Колодникова зажженную сигарету.
– Что, отстреливался, гад? – спросил Андрей, кивая в сторону задержанного.
– Да. И обрати внимание на его лицо, видишь рану справа, около губы? Это не я, до меня кто-то постарался. Там пластырь был, я его оторвал. Кожа разорвана, мясо аж наружу торчит.
– Ну и что? Что ты за него так переживаешь? – не понял Андрей.
– Ты Витьку Кривова, Кривличенко, хорошо знал? Последнюю любовь Машки-поломойки? – напомнил Павел.
– Нет, так, видел пару раз в зверинце. Он тогда в кабаке какую-то разборку устроил, в баре половину бутылок переколотил, за это ему, по-моему, и дали тогда лет пять.
– Вот-вот! Это как раз я его сажал в тот раз. Он левша, это я тогда еще заметил. И когда мы его у Машки нашли, на левой руке Кривого был перстень с мордой орла. Такая типично зэковская работа.
– Так ты думаешь, что этот козел и там побывал? – начал догадываться Андрей.
– Наверняка. По всем приметам он, вспомни показания Верстаковой. Зря, что ли, он отстреливался до последнего?
Колодников поднялся с бревен, издалека оценивающе осмотрел бандита и кивнул:
– А действительно, похож он на портретик, нарисованный Анной Тимофеевной. Ну что, сейчас его крутить будем или очную ставку устроим?
Зудов махнул рукой.
– Никуда он не денется. – Затем признался: – Устал я сегодня. День просто бешеный. Сплошная беготня. Не люблю я этого.
Лишь к вечеру вернулись в Кривов, кто в камеры, а Бош и Ашот в больницу под надзором двух милиционеров. При неудачном приземлении в ангаре Айвазян сломал ногу. Пришлось прямо к управлению вызывать "скорую помощь".
Но перед этим Колодников попросил армянина об одной услуге. Подойдя к санитарной машине, он жестом тормознул врачей и уселся рядом с больным.
– Ашот, раз уж так пошло, сплошная невезуха, окажи мне услугу. Скажи, у кого ты купил те два пистолета?
Айвазян, лежащий на носилках с закрытыми глазами, ответил безропотно и безнадежно:
– У Рамиза Алиева, у него киоск «Алия» на рынке.
– Спасибо.
Только успела «скорая» уехать, как подъехал патрульный «жигуленок», и из него вылез довольный, торжественный, как на параде, Мазуров. Из машины он и Колесников деловито извлекли невысокого, полного кавказца лет пятидесяти в наручниках.
– Знакомьтесь, Рамиз Алиев, наш гость из Баку, – представил он пленного. – У него на складе был целый арсенал.
– Молодец, Иван Михалыч! – Андрей хлопнул его по плечу. – Здорово ты меня разгрузил. И как ты его вычислил?
– Агентура. Я же говорил тебе, то, что знают двое, знает и свинья, – засмеялся сияющий Мазуров.
Препроводив задержанного в отдел и оставив Колесникова сдавать реквизированное оружие, они вышли на крыльцо и закурили.
– Ну что, как у тебя, все прошло нормально? – спросил Мазуров. – Слышал уже, что ты всех этих братков с рынка пересажал.
– Да нет, не всех, – Колодников недовольно качнул головой. – Парень один погиб, патрульный. Из Казахстана только приехал. И по моей вине. Не смог организовать все как надо. А тут еще одна головная боль.
– Что стряслось? – удивился Михалыч.
– Юрка где-то в Лугах с «грибником» кувыркается. Подняли всех на ноги, половину личного состава отправили на поиски, но Луга – это Луга, сам знаешь.
– Да, это может затянуться надолго, – согласился Мазуров. – Если только Юрка сам о себе не позаботится.