Текст книги "Глубоководные аппараты (вехи глубоководной тематики)"

Автор книги: Евгений Шанихин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Со стороны заказчика также не было единого технического координатора проблемы освоения океана. Заинтересованными в решении этой проблемы ведомствами ВМФ были Управление поисково-спасательной службы тыла ВМФ и Главное управление навигации и океанографии Минобороны. Генеральным заказчиком ГА было определено Управление тыла ВМФ, подчиненное заместителю Главкома ВМФ по тылу, а генеральным заказчиком их судов-носителей – Главное управление кораблестроения ВМФ, подчиненное заместителю Главкома ВМФ по вооружению и судоремонту. Все эти подчинения объединялись только на уровне Главкома ВМФ, что вносило значительные трудности в комплексное решение поставленной проблемы.

Наблюдение за разработкой проектов глубоководных аппаратов от ВМФ в части общепроектных вопросов и поисково-спасательного оборудования было поручено начальнику отдела 40-го института ВМФ Ю. В. Мануйлову, в части навигационного и гидрографического оборудования – начальнику отдела 9-го института ВМФ А.И.Шапошникову, а в части расчетов прочности и модельных испытаний прочного корпуса – начальнику отдела 1-го института ВМФ.

Наблюдение за разработкой проектов судов-носителей по темам "Осьминог" (для "Поиска-2)" и "Лангуст" (для "Поиска-6") от ВМФ было поручено 1-му институту ВМФ с привлечением необходимых специалистов других институтов ВМФ.

Конструктор и капитан “Севера-2” М.Н.Диомидов

Известно, что бывает с ребенком у семи нянек. Заказчики, поддавшись гигантомании и ведомственным интересам, своими проектами ТТЗ предусматривали разработку эскадренного спасательного судна, способного нести на борту одновременно спасательные и рабочие подводные аппараты, а также ГА «Поиск-2» (тема «Осьминог»), и экспедиционного гидрографического судна, способного проводить комплексные исследования океана, имея на борту несколько обитаемых и необитаемых подводных технических средств, в том числе ГА «Поиск-6» (тема «Лангуст»). Ведь действующей классификацией кораблей и судов ВМФ не были еще предусмотрены ни глубоководные аппараты, ни их суда-носители.

Руководство разработкой судов– носителей по темам "Осьминог" и "Лангуст" в ЗПКБ было поручено старейшему в бюро главному конструктору М. К. Горшкову, при этом в составе его группы тему "Осьминог" вел его заместитель Г.А Мангаев, а тему "Лангуст" – В.В.Черномордиков.

Главные конструкторы проектов Ю.К.Сапожков и М.К.Горшков не раз обращали внимание руководства своих бюро и Минсудпрома на недопустимость раздельного проектирования аппаратов и судов-носителей в интересах создания эффективных глубоководных комплексов. Аналогичные заявления руководству институтов ВМФ делали и главные наблюдающие проектов от ВМФ Ю.В.Мануйлов и А.И. Шапошников, однако никто из них поддержки не получил.

Зерна проектов "Поиск-2" и "Поиск-6" попали в ЛПМБ "Рубин" в благодатную почву, хорошо удобренную опытом разработки первенца глубоководной тематики "Север-2". В отрасли, благодаря усилиям "творческой мастерской" главного конструктора Ю.К.Сапожкова, уже начала складываться школа глубоководного проектирования. Рядовые конструкторы бюро обретали бесценный опыт разработки аппаратов для глубины 2000 м. Базовые институты отрасли копили научный и технологический задел. Складывалась техническая кооперация с разработчиками глубоководного комплектующего оборудования и материалов из других министерств.

Однако на сей раз проблема значительно усложнялась. Кроме аппаратов для глубины 2000 м, требовалось создание ГА для глубины 6000 м.

Достижения отечественных металлургов в области создания корпусных судостроительных материалов позволяли строить аппараты для глубины 2000 м. Дальнейшее ее увеличение требовало создания свариваемых металлов с повышенным отношением прочности к весу, но возможности современной металлургии не беспредельны. Исследования, проведенные специалистами бюро и базовых институтов отрасли, показали, что даже пустые корпуса, изготовленные из металлов ближайшей перспективы, могли иметь отношение веса к водоизмещению для глубины погружения 2000 м – 0,5-0,6, а для глубин погружения 6000 м – более 1,0 т/м³ .

Это означало, что корпус ГА, начиненный комплектующим оборудованием, практически не может плавать. Оставался единственный выход – применение дополнительных объемов плавучести с легковесным заполнителем.

Проведенные вместе с базовыми институтами отрасли и Академии наук исследования показали возможность применения в качестве легковесного заполнителя либо бензина фракции "рафинат-риформинг", либо нового твердого материала "сферопластик", при этом жидкий заполнитель был пожаровзрывоопасен, а твердый подлежал еще промышленному освоению в рамках НИР "Глубина".

Но ГА еще должны обладать необходимой маневренностью и ходкостью, автономностью и дальностью плавания, надежностью и безопасностью, то есть нести необходимые бортовые комплектующие системы, устройства и "полезную нагрузку" – научно-исследовательское оборудование, обслуживающих его членов экипажа, средства жизнеобеспечения для этой части экипажа, а также специальное оборудование, обеспечивающее решение поставленных задач.

Ни один из существовавших тогда зарубежных аналогов не мог выполнять такого объема работ за одно погружение на установленную глубину. Все известные ГА имели ограниченный вес полезной нагрузки и использовали при каждом погружении съемное исследовательское оборудование для решения частных задач.

Отличие "Поисков" проектов 1832 и 1906 от "Севера-2" состояло не только в их назначении, но и в большей полезной нагрузке, а следовательно, – и в большем объеме получаемой за одно погружение научно-исследовательской информации и выполняемых работ.

Между тем, элементная база отечественной электроники тех времен, определяющая весогабаритные характеристики радиоэлектронного оборудования, значительно отставала от зарубежной. Не лучше дело обстояло и с удельными характеристиками существующих отечественных энергоустановок требуемой мощности. Реальных ядерных и электрохимических источников необходимой мощности еще не было, а аккумуляторы не были приспособлены к работе под требуемым забортным давлением.

Все эти обстоятельства приводили к завышению водоизмещения отечественных ГА по сравнению с зарубежными аналогами. А это, в свою очередь, увеличивало их подъемный вес и водоизмещение судов-носителей, усложняя и удорожая эксплуатацию комплексов в целом.

Ю.К.Сапожков – главный конструктор глубоководной тематики

К концу 1966 г. бюро завершило разработку предэскизных проектов 1832 и 1906 в вариантах с жидким и твердым легковесным заполнителем, определив ожидаемые основные тактико-технические характеристики аппаратов «Поиск-2» и «Поиск-6» по выданным заказчиком проектам ТТЗ, и последние были утверждены ВМФ и Минсудпромом. С начала следующего года бюро приступило к подготовке директивных документов по обоим проектам. Только вмешательство Комиссии Президиума Совета Министров по военно-промышленным вопросам позволило согласовать проект постановления Правительства и соответствующий проект приказа по Минсудпрому к сентябрю 1967 г.

Этими директивными документами определились порядок и сроки разработки проекта и строительства опытных "Поиска-2" и "Поиска-6", включая поставку их комплектующего оборудования и необходимых материалов, а также судов-носителей этих аппаратов. ЛПМБ "Рубин" (Минсудпром) по ТТЗ ВМФ поручалась разработка проектов главного конструктора Ю.К.Сапожкова ЗПКБ (Минсудпром) по ТТЗ ВМФ поручалась разработка проектов судов-носителей главного конструктора М.К.Горшкова. Ново-Адмиралтейскому заводу (Минсудпром) поручалась постройка по рабочей конструкторской документации ЛПМБ "Рубин".

В обеспечение проектирования и строительства опытных "Поиска-2" и "Поиска-6" по частным техническим заданиям ЛПМБ "Рубин" были задействованы свыше 30 предприятий более десятка ведущих министерств и ведомств. Вот краткий перечень того, что было вновь разработано и изготовлено для глубоководных аппаратов: модели для прочностных испытаний и уточнения расчетных методик, стеклопластиковые конструкции легкого корпуса и твердого легковесного заполнителя объемов плавучести, глубоководные кабельные вводы и разъемы, системы глубоководной гидроакустической связи, навигации и поиска, системы дистанционного и автоматического управления, навигационные системы; антенно-фидерные устройства, дистанционно управляемые клапаны вентиляции и кингстоны, водяная арматура и якорные лебедки, клапаны ВВД, движительно-рулевые комплексы, маломасштабные модели прочного корпуса, жидкий легковесный заполнитель объемов плавучести, поковки и штамповки для прочных корпусов и испытательных камер высокого давления, приборы питания ламп-вспышек, глубоководные иллюминаторы, установки регенерации воздуха, насос уравнительно-заместительной системы, погружные электродвигатели с аппаратурой управления и электромагниты, статические электропреобразователи; погружные электрические аккумуляторы, забортные световые приборы, уровнемеры и сигнализаторы уровня воды и бензина, глубоководные электрические лампы накаливания и вспышки, подводные системы телевидения, погружные системы гидравлики и электрогидравлические манипуляторные устройства, подводные наблюдательные трубы и стереофотоустановка, регистрирующая аппаратура, автоматическая система газоанализа, гидрологический комплекс, пироболты и пиропатроны…

Тем временем в бюро разворачивались работы по техническому проекту 1825 и эскизным проектам 1832 и 1906. Производственные отделы под руководством "творческой мастерской" главного конструктора проектов Ю.К.Сапожкова вели разработку и согласование с исполнителями частных технических заданий на создание материалов и комплектующего оборудования ГА.

По полученным от исполнителей предварительным весогабаритным характеристикам, тепловыделениям и потребляемым мощностям агрегатов проводилась оценка ожидаемой нагрузки масс ГА и под нее определялась необходимая сводка постоянных плавучих объемов, выбирались материал и форма прочного корпуса, его размеры и конструкция, определялись главные размерения аппарата и необходимая мощность движительно-рулевого комплекса, проводилась оценка электропотребления и тепловыделений по судну в целом, разрабатывались принципиальные схемы систем и конструкции устройств. И все это при строгом соблюдении принципов, "трех китов" глубоководной тематики: строжайшей экономии веса, безусловной надежности конструкции и максимальной безопасности экипажа.

Не дожидаясь получения результатов разработки и строительства обитаемых глубоководных технических средств освоения океана 1-го поколения ("Поиск-2" и "Поиск-6"), ВМФ и Минсудпром в 1967– 1969 гг. приступают к разработке обитаемых глубоководных технических средств 2-го поколения. С 1967 г. портфель заказов "творческой мастерской" главного конструктора Ю.К.Сапожкова начинает расти. По утвержденному ТТЗ в бюро началась разработка в двух вариантах эскизного проекта глубоководных технических средств освоения океана с большой автономностью и дальностью плавания. Одновременно готовились проекты директивных документов в обеспечение их создания. Эти работы в бюро курировал ведущий конструктор Ю.М.Коновалов.

Г. Г. Кацман – заместитель главного конструктора глубоководных аппаратов

Утвержденным «Рабочим планом– графиком НИР и ОКР по созданию специальных конструкционных стеклопластиков и применению их в подводном судостроении» (проблемы «Жемчуг» и «Глубина») Ю.К.Сапожкову была поручена разработка проектов глубоководных аппаратов «Поиск-2с» и «Поиск-6с» (для глубин, соответственно, 2000 и 6000 м) с прочным корпусом из стеклопластика, а также глубоководной лодки с прочным корпусом из стеклопластика и глубиной погружения 1500-2000 м. Его заместители – Г. Г. Кацман и я – совместно с представителями институтов ВМФ приступили к разработке проектов тактико-технических заданий на эти проекты.

Уже в 1968 г. в соответствии с постановлением Правительства была начата постройка первенца глубоководной тематики ГА "Север-2" на Ново-Адмиралтейском заводе, и бюро по его заказу приступило к разработке рабочей конструкторской документации.

В связи с ростом объема и номенклатуры проектных работ и началом строительства ГА "Север-2" группа Ю.К.Сапожкова была пополнена Ю.Н.Кормилицыкым, бывшим заместителем начальника проектного отдела, зарекомендовавшим себя хорошим организатором работ. Он стал заместителем Сапожкова. Вместе с ним в группу был переведен начальник сектора отдела судовых устройств А.В.Косидло, имевший к тому времени опыт работы в группе техпомощи на заводах – строителях подводных лодок от их закладки до сдачи. Он возглавил группу техпомощи на Ново-Адмиралтейском заводе при строительстве опытного "Севера-2", а в следующем году был назначен заместителем главного конструктора.

В целях упорядочения работ в бюро по глубоководной тематике, по предложению заказчика и с согласия Сапожкова его работы по глубоководным лодкам с атомной энергетикой, как научно-исследовательской, так и стеклопластиковой, в 1968 г. были переданы вновь назначенному главному конструктору И.Б.Михайлову. К нему в группу перешел и Ю.М.Коновалов.

Таким образом, организационно оформились два направления в глубоководной тематике: создание самоходных обитаемых ГА с малой автономностью и дальностью плавания, требующих для нормальной эксплуатации в море судов обеспечения, и создание глубоководных лодок с большой автономностью и дальностью плавания, в судах обеспечения не нуждающихся. Первое направление возглавил главный конструктор Ю. К.Сапожков с его "творческой мастерской", второе продолжил развивать главный конструктор И.Б.Михайлов со своей группой.

В 1969 г. "Рубин" получил заказ и проект тактико-технического задания на разработку безпоплавкового самоходного ГА "Поиск-4" с глубиной погружения 4000 м, относящегося уже к аппаратам 2-го поколения. Эта работа опять была поручена главному конструктору Ю.К.Сапожкову, а в группе – его заместителю Ю.Н.Кормилицыну.

В том же году, в связи с началом разработки по заказу Ново-Адмиралтейского завода рабочей конструкторской документации проекта 1832, в группу Ю.К.Сапожкова были переведены в качестве ведущих конструкторов инженер-механик 40-го института ВМФ Н.П.Павлинов и инженер– механик Н.М.Вавилов.

Естественно, что большую часть времени Ю.К.Сапожков уделял своему "первенцу” – ГА "Север-2", который в 1969-м уже достраивался на заводе, а в 1970-м проходил испытания на Черном море. Именно туда были брошены основные силы "творческой мастерской".

Значительное расширение работ по глубоководной тематике не устраивало руководство бюро, так как, по его мнению, отвлекало коллектив от основной, престижной задачи – создания атомных стратегических подводных ракетоносцев.

К этому времени в Минсудпроме сложилось положение, когда работы по проектированию обитаемых подводных технических средств освоения океана проводили параллельно три "лодочных" бюро: ЛПМБ "Рубин" разрабатывало ГА и лодки для ВМФ и Минрыбхоза, ЦПБ "Волна" разрабатывало сверхмалые подводные лодки и буксировщики легководолазов для ВМФ, горьковское СКБ "Судопроект" разрабатывало подводные аппараты для ВМФ и Минрыбхоза.

И вот в середине 1970 г. Минсудпром в одностороннем порядке, без согласования с заказчиками, решает объединить все работы по проектированию обитаемых подводных технических средств освоения океана "под одной крышей". Выбор пал на ЦПБ "Волна", портфель заказов которого тогда оказался недогруженным.

Е.Н.Шанихин – заместитель главного конструктора, ведущий конструктор глубоководных аппаратов “Поиск-2” и “Поиск-6”

Этому решению не было бы цены, случись оно на пять лет раньше! А в 1970-м это стало крупным просчетом министерства. Решение, принятое «келейно», без согласования с главными конструкторами проектов, оборачивалось для глубоководной тематики срывом установленных сроков проектирования и сдачи заказов, значительным их удорожанием.

Если "Рубин" уже освоил специфику и приобрел опыт в разработке, обеспечении строительства и испытаний обитаемых глубоководных технических средств, располагая подготовленными специалистами и опытной базой, то "Волна" ни физически, ни технически не была подготовлена к выполнению новых работ – у нее не было ни подготовленных кадров, ни необходимой опытной базы. Но ввиду недогрузки руководство ЦПБ "Волна" вынуждено было подчиниться.

Руководство "Судопроекта", поддержанное наблюдающими ВМФ, отказалось передавать проекты спасательных и рабочих подводных аппаратов ВМФ, а ЛПМБ "Рубин" – безропотно приступило к исполнению решения Минсудпрома, лишний раз подтвердив свою заинтересованность в освобождении от "пут" глубоководной тематики. Это было, в известной степени, предательством части своего коллектива, отдавшего глубоководной тематике свои силы и знания, явная подножка под благовидным предлогом со стороны начальника бюро П.П.Пустынцева.

Ю. К.Сапожков в это время находился в Севастополе на сдаче своего "первенца" и апеллировать не мог. Его первый заместитель Ю.Н.Кормилицын и главный конструктор И.Б.Михайлов заняли выжидательную позицию.

Приказом министра Б.Е.Бутомы от 1 июля 1970 п все работы по проектам главных конструкторов Ю.КСапожкова и И.Б.Михайлова передавались из ЛПМБ "Рубин" в ЦПБ "Волна". Туда же переводились необходимые специалисты во главе с главными конструкторами проектов.

И вот в конце августа меня вызвал главный инженер "Рубина" И.Д.Спасский и сообщил, что во исполнение приказа министра для приемки дел по проектам Ю.К.Сапожкова начальник ЦПБ "Волна" просит немедленно перевести к нему представителя группы главного конструктора:

– Выбор пал на тебя. Моя машина у подъезда, садись и езжай в "Волну". Шульженко ждет тебя. Условия перевода оговоришь с ним.

Через 30 минут я с тяжелым сердцем сидел в кабинете Шульженко, который рассматривал мое личное дело, ранее переданное из "Рубина".

– По договоренности с Пустынцевым вы переводитесь к нам с 1 сентября на должность заместителя главного конструктора проекта для технической приемки из "Рубина" проектов Сапожкова.

Шульженко помялся и с улыбкой перешел на "ты”:

– Как первому "десантнику" добавляю за храбрость десятку. Пока занимай кабинет Скорнякова – он в отпуске. Позднее подберем помещение на 3-м этаже. Твоего главного конструктора переведем позднее, когда передаст сюда все дела. По остальным специалистам, которых в интересах дела необходимо перевести, подготовь свои предложения.

Он поднялся из-за стола и подал руку:

– Думаю, мы сработаемся. Завтра в 15 часов на диспетчерском я тебя представлю. А сейчас зайди в отдел кадров для оформления.

Вот и вся недолга. Техника начальника не интересовала. Он был самоуверен и краток. Отступать мне уже было некуда. Пустынцев и Шульженко все решили сами. Жаль было покидать стены "альма-матер", расставаться с коллективом, который меня вырастил и которому были отданы 15 лет жизни. Но после отступничества Пустынцева делать в "Рубине" больше было нечего. Нужно было доводить начатое до логического конца, теперь уже в "Волне".

Однако настораживала легкость, с которой Шульженко принял на себя все тяготы этой тематики. Придется снова начать с учебы конструкторского коллектива азам глубоководного проектирования и разворачивать руководство, теперь уже "Волны", лицом к глубоководной тематике. А это уже чревато недовольством, поскольку "соваться со своим уставом в чужой монастырь" всегда накладно.

Вот с такими мыслями вернулся я в "творческую мастерскую”, и общий совет коллег приговорил – так тому и быть!

Аналогичная участь вскоре постигла и Ю.М.Коновалова, которого, как представителя группы главного конструктора Михайлова, также "десантировали" в "Волну", назначив заместителем главного конструктора проекта для технической приемки из "Рубина" проектов Михайлова.

До конца года "творческая мастерская" завершила в "Рубине" и передала в "Волну" предэскизные проекты "Поиска-2с", "Поиска-6с" и "Поиска-4", эксплуатационную документацию проекта 1832, рабочую конструкторскую документацию проекта 1906. В Севастополе был сдан Минрыбхозу "первенец" – опытный ГА "Север-2" и проект 1825 был также передан "Волне" для обеспечения строительства серии. В то же время в "Волну” были переведены главный конструктор проекта Ю.К.Сапожков, его заместители Г. Г. Кацман и А.В.Косидло, ведущие специалисты П.И.Андреев (проектант), В.Г.Низовский (электрик) и Н.Е.Видус (проектант), "хозяева отсеков" В.И.Стрелин и И.Я.Ларин.

Ю.Н.Кормилицын, В.К.Докшин, Н.М.Вавилов, И.М.Черномордик, И.М.Торчаловский и Н.П.Павлинов остались в "Рубине”, а М.Н. Диомидов и Ю.Б.Тарасов перевелись в ПИНРО.

До конца года, по мере передачи работ по проблемам "Жемчуг" и "Глубина" и научно-исследовательским глубоководным техническим средствам с ядерной энергетикой в "Волну" были переведены главный конструктор И.Б. Михайлов и ведущие специалисты-корпусники РМ.Клапцов и А. Н.Егоров.

Так началась"одиссея"странствований "творческой мастерской" по морям и весям Минсудпрома. Оставив родные пенаты, "творческая мастерская", покинутая частью экипажа, вышла в открытое море, ведомая Сапожковым. Ее ждала штормовая "волна" и "малахитовые" штили.

Этап становления отечественной глубоководной тематики в ЛПМБ "Рубин" завершился в 1970 г. успешной сдачей ее "первенца" – опытного ГА "Север-2" и покорением глубин материкового склона до 2000 м. Глубины океанского ложа до 6000 м ждали своей очереди.

A.B.Косилло– заместитель главного конструктора

IO. И. Кормильцы» – первый заместитель главного конструктора