Текст книги "Звёздные скитальцы. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Евгений Лисицин

Соавторы: Александр Вайс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Мы оказались не во тьме границы иного пространства, а где-то в более глубоких слоях. Всё вокруг сияло цветными переливами, в которых преобладал синий и фиолетовый.

Разноцветные огоньки, монструозные облака энергий размерами больше газовых гигантов и реки света проносились мимо. В интерфейсе сыпалась череда алых ошибок… двигатель всё никак не мог пробить путь в нашу реальность. Таймер вёл отсчёт в миллисекундах и где-то на пятисотой всё внезапно погасло.

Последнее что я осознал, это алая надпись виртуального интерфейса:

«Остановка сердца».

* * *

[Спустя тридцать минут]

Группа авангарда возникла в окрестностях Акант-дельта – добывающей станции на орбите четвёртой планеты. Мёртвого камня с отравленной атмосферой и целыми сернистыми морями. Также там располагался аванпост и вспомогательный док сил обороны сектора.

Прибыло всего три корабля класса Э, из которых два являлись переделанными грузовозами-авианосцами. Корабли действовали в режиме автопилота и сражались не очень эффективно. Но ливень из сотен ракет и рой дронов перегружали систему защиты станции.

– Срочно вызовите подкрепления! Требуются корабли прикрытия и истребители! Срочно!

– Платформа номер один выведена из строя!.. На платформе девять уничтожено три из четырёх орудий!

Командный центр пребывал в ужасе. Удар оказался сокрушительным. Разведчики, прибывшие с флотом, успели осмотреться и воспользовались специально проложенной цепочной ретрансляторов, послав доклад:

«В системе без изменений».

Флот людей находился на ожидаемых позициях, рассеянный по сектору. Часть кораблей устремилась к четвёртой планете, находящейся в этот момент по другую сторону от светила.

Спустя минуту около Акант-бета засекли единичный входной гипертуннель. Около верфи, на которой ожидало множество повреждённых и находившихся на переоснащении тяжёлых кораблей, возник вераксианский корабль класса К. Очередная старая баржа, выплюнула множество малых кораблей производства разных рас.

Орудия станции повернулись и за считанные секунды стёрли вторженца. Но данные уже были переданы: пространство нормальное, угроз не обнаружено. Спустя ещё минуту датчики зашкалили.

Приближался дредноут с тяжёлым линейным флотом и огромным сопровождением. Десятки огоньков вспыхивали – прыжок завершался точно в нужных координатах. Из разломов выпрыгивали и резко замирали корабли, идущие плотным строем. Разброс менее двух тысяч километров от центра построения – немыслимо малый. Ориентация всех судов точно носом на станцию, гарнизон которой должен быть уничтожен, а оборона подавлена для возможности начала высадки на планету.

Монструозный дредноут без промедлений приступил к прицеливанию сверхтяжёлым курсовым позитронным орудием, поворачивая нос к большому линкору – самому мощному из кораблей, оберегающих док.

Адмиралы торжествовали всего несколько секунд – пока не осознали, что почему-то выверенный до секунды прыжок произошёл асинхронно. Корабли прибывали с небольшим разбросом во времени.

«Обнаружено поле подавления! Экстремальный уровень».

Десятки корветов, не обладавших достаточно мощным двигателем, чтобы после затяжного прыжка выйти аварийно, остались в гиперпространстве, где любую материю ждёт аннигиляция.

Маяк внезапно сменил режим притяжения на подавление и отталкивание. В результате разброс выхода кораблей неожиданно для напавших превысил миллион километров. При этом точно в рассчитанный момент на полную мощность активировался маяк Аканта, обычно настроенный на минимальный режим.

Он смог перетянуть на себя небольшую часть гиперкоридоров. Пусть в основном лёгкую часть флота. Но несколько десятков фрегатов и целый лёгкий авианосец Э класса попали под шквальный огонь. Разница сил получилась настолько колоссальная, что корабли обезвреживали максимально мягко, планируя захватить.

Немногим больше половины флота раскидало в окрестностях планеты.

А в следующую секунду маяк вновь переключился в обычный режим притяжения и взвыли уже датчики вераксианцев. Все корабли дома Грант и собранных союзников, оснащённые прыжковыми двигателями, устремились в сектор. Им не требовалось долгой подготовки для прибытия практически из соседней системы.

– Обнаружены сигнатуры скольжения! Флот от торговой станции направляется к нам! – предупреждал помощник адмирала.

Тяжёлые корабли были готовы! Они запустили скольжение ещё когда атака только началась. Иначе у них бы ушло больше времени на разворот и запуск!

– Обнаружены многочисленные малые объекты! Число превышает две тысячи! Они были заранее размещены здесь!

Наземные ракетные установки и станция ещё до нападения выпустили множество ракет и торпед всех размеров, спрятав их от наблюдения около корпусов всех объектов, висевших на орбите. Использовалась даже грузовая баржа, к которой если присмотреться, возникнет вопрос чем она вообще занята на орбите поодаль от станций. Вот только никто не успел это подметить.

Сотни людей и десятки стратегических ИскИнов распределяли набранную массу удара между разрозненным флотом.

– Генерал Хас’саа потерял щит! Попадание в минное поле!

Космическими минами называли особый подтип ракет – максимально дешёвых, оснащаемых химическими двигателями, способными в течении короткого времени выдавать запредельно высокую тягу. Их устанавливали в местах, где может пройти корабль. Как правило, в астероидных полях близ ценных залежей или около секретных станций.

Маленькие ракеты, зачастую замаскированные под мусор или мёртвые спутники, раскидали наудачу и едва обнаружили открытие разлома, бросили огромное число против оставшегося в одиночестве корабля.

За массированным ударом последовал обстрел лазерами, расположенными на планете. И рядом просто не было тяжёлого корабля, способного вовремя прикрыть союзника собой и дать время на восстановление. Толстые алые лучи прорезали броню, последние мины сбивали навесное оборудование.

– Обнаружены многочисленные сигнатуры скольжения малых кораблей! Они прятались в окружающем космосе! И сейчас перехватывают наши одиночные лёгкие суда.

При нападении на развитую систему, у обороняющихся почти всегда превосходство в лёгком флоте. И теперь разрыв только увеличивается! Пришлось принять тяжёлое решение.

– Не помогать подвергшимся нападению. Все, кто способен, собираются вокруг флагмана! Передайте приказ сдерживать перехватчиков максимально длительное время. Построение полусферой, ударным группам помочь собраться кораблям согласно приоритету важности. Позитронное орудие, огонь! Уничтожить отмеченный флагман флотилии! Во славу королевства!

Дредноут навёлся на цель, готовый вывести из боя важный корабль – огромное орудие выпустило широкий синий луч.

Но люди успели подготовиться. И только теперь адмирал осознал, что его решение было крайне очевидным. Защитное поле линкора светилось странным оттенком синего и то и дело переливалось мерцающими огоньками.

Обычные силовые щиты довольно уязвимы к воздействию позитронными частицами – антиэлектронами. Однако люди в прошлом не раз воевали с амирцами, очень часто применявшими столь экзотичное и устрашающее оружие. В результате терранская империя создала особый режим адаптации и внедрила его практически во все типы излучателей силовых барьеров.

Анти-позитронные щиты не просто лучше держали удар определённым типом оружия, как при настройке на кинетику или лазер. Они становились практически абсолютно неуязвимыми ценой потери всего тридцати процентов сопротивляемости иным типам урона.

Существовали заметные ограничения – и главным были условия запуска адаптивного режима: требовалось полностью отключить барьеры и возвести заново. Будь удар внезапным – всё бы получилось. Но ведь люди знали о нападении! И, более того, получили сведения о позитронном орудии дреднута!

Синий луч обратился голубоватым ветром, который соскользнул со щитов и полетел на планету, вызвав подобие северного сияния. Колоссальный заряд энергии попросту ушёл в никуда.

– Адмирал, обнаружена активация кинетических заграждений! Королева Ашша’с не поразит приоритетную цель!

– Обновление информации о целях! Часть прибывших кораблей принадлежит Дому Гексар!

Великий Дом в меру возможностей помогал приграничным соседям в случае столь массированных ударов. Иначе территория людей сократится, император будет недоволен, а ящерицы станут уже их проблемой. Разумеется, мощность ударного кулака рассчитывалась на это, но после провала первого сокрушительного удара события принимали всё более катастрофический оборот.

Флот от Аканта остановился около одного из шести боевых линкоров – до его уничтожения оставались считанные секунды. Три линкора Грант и столько же линейных крейсеров обрушили на него сокрушительный огонь. Единственный оказавшийся рядом крейсер оказался прижат шквальным обстрелом эсминцев.

Половину флота вторжения сильно раскидало, и защитники с остервенением и яростью уничтожали разделённые силы.

Систему охватило пламя сотен сражений разного масштаба, пока ядро флота сдерживали. Даже подготовленная засада не могла подарить людям лёгкую победу. Но она сместила баланс сил – сломала тщательно спланированные стратегии, привела к уничтожению ключевых кораблей. Полученное тотальное превосходство в малом флоте существенно облегчило поражение тяжеловесов торпедным вооружением. Истребители просто сбивали противоракеты и дронов, и точечно глушили вражеские системы наведения.

Когда одна из термоядерных боеголовок взорвалась под щитами линкора в каких-то десятках метров от брони, адмирал сдался. Флагман флота вторжения выжил и мог продолжать бой, но он потерял так много главных калибров, оборонительных орудий, сенсорных систем и важных блоков, что уже не мог выполнять роль защитника.

Остатки флота пытались отступить – покинуть область подавления, включить варп-двигатели и улететь из сектора. На месте командующего дома Грант, адмирал вераксианцев не захотел бы жертвовать кораблями и своими людьми, предпочтя заняться теми, кто уже не способен сбежать.

Но терранцы мыслили иначе.

– Первой и третьей флотилии, фокусировка огня на дредноуте. Не позволить вражескому флагману уйти! Дредноут Грандис, прекратить огонь. Подготовка супер-залпа. Цель – маршевые двигатели!

Грант предпочли нести большие потери, игнорируя оставшихся прикрывать отход основных сил. Сотни лазерных орудий подтачивали щиты дредноута, которого своими корпусами пытались защитить линкоры. Флагман дома Грант нёс, казалось бы, заурядное рельсовое орудие. Вот только его разгонный контур длиной два километра метал тяжёлые болванки с поистине невероятной энергией, а закрыть дюзы монструозных двигателей иным кораблём не представлялось возможным.

Перед выстрелом адмирал приказал включить вещание на открытых частотах для вераксианцев.

– Если воин, выбирая между смертью и позором выбирает позор, то он получает и смерть, и позор.

Сегмент щита вераксианского дредноута мигнул и лопнул, а один из маршевых двигателей взорвался. Два соседних с ним погасли – из пробоины вырывались протуберанцы плазмы и вытекающего газа.

Адмирал вторженцев замер, с ужасом вспомнив, что подобную фразу совсем недавно слышали в «Оке Зверя», где одинокий фрегатик, называемый среди флотских «Кошмаром» истреблял гордых воинов вераксиса как неразумных детей.

Совпадение было случайным, тем не менее одна фраза разнесла в прах моральный дух флота. Дредноут потерял ускорение и уже не мог уйти. Командный состав эвакуировался и запустил самоуничтожение флагмана. Остальным бегущим люди всё же позволили уйти, чтобы хоть как-то сократить потери. На повреждённые корабли высаживался многотысячный десант.

Теодор Грант наблюдал за битвой из своего защищённого кабинета в центре станции, находившейся практически с противоположной стороны от планеты.

– Что скажешь… хорошее у меня чутьё?

– Безусловно, мой командор, – отозвалась Ада. – Это значительно укрепит ваше положение.

– Главное, что мы спасли систему… сколько же потерь, – он покачал головой. – Однако эту победу запомнят, Алистеру выпал шанс закрепиться в роли гранд-адмирала.

– И успешная защита сектора закрепит переход власти к Виктору, – согласилась Ада. – Хотя противники наверняка укажут на чрезмерную агрессивность обороны.

Теодор не согласился, покачав головой.

– Уничтожение дредноута – это значимое достижение. Ящерицам не просто ударили по рукам – им обломали зубы и никто не посмеет осудить Алистера после этого. Надеюсь, это даст достаточную передышку для восстановления. А сейчас отправь поскорее наши десантные группы на крейсер Принц Уррис. Может быть, не придётся ставить памятники героям. По крайней мере, на один меньше.

Глава 9

Как же… паршиво. Что со мной случилось?

Очнувшись, я первым делом задался этим нехитрым вопросом, стараясь пробудить память раньше, чем пытаться разобраться, где я нахожусь. Во всяком случае, я всё ещё жив и чувствую себя в безопасности.

Немного болела голова, мутило и хотелось есть. Но я точно не в пыточной вераксианского корабля. Надо мной белый потолок со встроенными яркими лампами. Лежу на чём-то умеренно мягком… наверное, в медотсеке.

Что касается памяти… помню применение разрыва Шарда. Вероятность успеха была около двадцати девяти процентов, и мне казалось, у нас не получилось. Скользящий двигатель не способен длительное время защищать корабль в глубинах гипера и ему труднее генерировать усилие, пробивающее пространственную грань.

От вераксианцев, наконец почуявших источник проблем, мы прыгнули прямо в бездну… и внезапно меня придавило чем-то невероятно тяжёлым – жгло и разрывало. А потом я потерял сознание…

Попытаться размять голову построением предположений мне не дали, схватив за руку и дёрнув.

– Алекс! Алекс, ты меня слышишь⁈ Ответь!

– Прекрасно и чётко, незачем так кричать, – я повернул голову на звук. Надо мной нависла растрёпанная сестра. Зрение наконец сфокусировалось. Я легко высвободил руку и погладил её по голове… Между прочим, я не в комбинезоне, а в какой-то лёгкой одежде.

Лили впервые за последние годы на моей памяти, не возмутилась жестом, который она считала уместным только по отношению к детям и крепко обняла меня, уткнувшись в грудь. Вот теперь я заподозрил, что дело – адская дрянь… Сколько я спал?

Погодите, а где нейросеть?

Интерфейс, который был частью меня последние годы, молчал.

Я рассеянно гладил сестру по голове и посмотрел на беловолосого андроида Афродиты, стоявшей рядом… Я лежал в медкапсуле.

– Сестрёнка, всё хорошо. Я вроде бы в порядке. Что случилось?

Я аккуратно сел. Лили при этом лишь подвинулась, но не отпустила меня. На всякий случай потрогал макушку, убедившись в сохранении шевелюры. По крайней мере, в голову мне разряды не попадали и нейросеть хирургически не вынимали – для чего обычно сбривают волосы. Из одежды на мне оказались больничная майка да шорты. А находился я в медотсеке Меркурия.

Чистые белые стены, много разнообразного оборудования, из стен торчат основные блоки продвинутых медкапсул.

Чётко понимая неспособность Лили вести осмысленный диалог я перевёл взгляд на Афродиту, впрочем и она не спешила отвечать на вопрос о произошедшем.

– Капитан, как ты себя чувствуешь?

– Словно забыл о грандиозной попойке в честь победы. Мы же победили? Доставили данные?

– Да, – Афродита подошла ко мне, внимательно заглядывая в глаза. – Есть какие-то странные симптомы?

– Да что со мной произошло? Помню, как мы провалились в глубинный слой гипера и меня вырубило. Лили, всё хорошо, я крепкий.

Я снова погладил сестру по волосам, но она замотала головой мне в грудь. Афродита поджала губы и кивнула.

– Во время прыжка у тебя случился сердечный приступ. Причина неизвестна. Нейронная сеть полностью вышла из строя, хотя она органическая. Даже попадание в электромагнитный импульс от ядерного взрыва не должно выводить её из строя. Тебя быстро доставили в медотсек Аргентума, в котором перезапустили сердце. Активность мозга при этом зашкаливала. Ты провёл в коме шестьдесят часов. Мы сейчас пристыкованы у внешнего причала Аканта. Врачи тебя осматривали и сказали, что это последствия обычной псионической перегрузки.

Я удивлённо вскинул брови, взывая к своей памяти.

– Я в течении того дня лишь немного тренировался. А в момент отключения…

– Знаю. Тем не менее заряд твоего усилителя иссяк. Врачи предположили, что это из-за нырка в гиперпространство и вы налетели на некую пси-сущность или просто сгусток энергии. И поправлю тебя – в глубинном слое гиперпространства Аргентум бы испарился за секунду. Вы достигли лишь слоя, через который обычные прыжковые двигатели пробивают тоннели.

Вот же засада, два с половиной дня продрых… Получается, сейчас уже утро?

– Честно, не представляю, что за чертовщина случилась, но я в порядке. Мозги не спеклись… и я не знал, что нейронку можно поджарить псионикой.

– При определённых обстоятельствах. Сильные амирцы тоже не применяют встроенные нейросети. Присланный нейрохирург сказал, что мёртвый имплант не представляет опасности. Но извлекать его рискованно, а устанавливать новый не стоит. Тебе можно использовать только внешние интерфейсы.

Не страшно, многие люди просто не хотят, чтобы им в голову что-то имплантировали и всю жизнь носят внешние. Просто сеть всегда с тобой и её не могут отобрать.

Лили наконец оторвалась от меня, утёрла выступившие слёзы и выдавила всего два слова.

– Я волновалась.

В них она вложила много эмоций, и это не образность. Я невероятно чётко чувствовал искреннее беспокойство, радость, страх и обвинение: ведь я затащил нас в эту безумную самоубийственную авантюру. Мягче и сказать нельзя.

– Прости.

Такой же краткий ответ: больше слов в голову не пришло. Но сестра им удовлетворилась и снова ненадолго обняла меня.

– Я приготовлю завтрак. Уверена, ты очень голодный. Лили, пойдём, не будем ему мешать приводить себя в порядок. Обычная одежда в шкафчике. Я вижу, что всё в порядке.

Афродита настойчиво увела сестру, чтобы я смог умыться. Выпрыгнув из медкапсулы я быстро осмотрел себя и размялся. Техника поддерживала мышцы в тонусе, не позволяя телу затечь.

Ополоснувшись в душевой, расположенной в прилегающей комнате для отдыха больных, которых не стоило отправлять сидеть в каюте, я оделся и двинулся в кают-компанию, где меня встретила вся команда. Лили умылась и неуверенно улыбалась мне.

На столе ждал лёгкий завтрак, подходящий после кратковременной голодовки: йогурты с джемом, каша на молоке, бульон в большой кружке, разведённый из сублимата. Бонусом немного разных ягод.

Я налетел на еду, попросив рассказать главное – результат наших стараний. И они меня порадовали: вераксианцы не просто умылись кровью, а искупались в ней. Дом Грант на все двести процентов использовал полученную стратегическую информацию.

– А лазутчики, которые добрались до маяка Акант-бета? – поинтересовался я, медленно отпивая из кружки горячий бульон. Афродита качнула головой.

– Мы ничего не знаем. Официально вераксианцы просто собирались напасть, но их обманули. Может быть тебе расскажет сам Теодор Грант. Он просил сообщить ему, когда ты придёшь в себя. Скажи, когда будешь готов к аудиенции.

Я снова отпил, прислушиваясь к себе.

– Так-то я готов, можешь сообщать… Хотя немного боюсь, как бы таких удалых молодцов не запрягли на ещё одно выгодное дельце.

– Я, кажется, понимаю, почему многие наёмники, включая Ника, советуют не браться за заказы от верхушки Домов. – Афродита печально улыбнулась. – А сейчас у нас бесплатный док, все врачи из внутренних клиник Грант и денег не брали. Нам даже несмотря на занятость всех инженерных служб предлагали ремонт. Но мы отказались. Это может быть, как жестом доброй воли, так и мелким подкупом – зависит от точки зрения.

– Тут вопрос, насколько мы пессимисты. Но суть от этого не меняется, – вставил Крис. – Однако я не думаю, что вас заставят делать ещё что-то.

Я кивнул и перешёл к другому важному вопросу.

– Что с Гердой? Она выжила?

– Да. После того как она добыла координаты, какое-то время отвлекала внимание вераксианцев. Ей передали совет скрыться – она выпрыгнула из скафандра и пряталась в технических тоннелях. А вскоре после начала боя добралась до спасательной капсулы.

Хорошая новость: разведчица сполна заслужила стать героиней. Далее я спросил Афродиту о судьбе Аргентума.

– Экстремальный полёт практически не сказался на корабле. Но вопрос всё ещё оставался неоднозначным и участие Аргентума по-прежнему засекречено. Сейчас фрегат дрейфует в пустоте. При обнаружении приближения неизвестного корабля, он попытается сбежать. А потом прилетит на следующую резервную позицию. Пока они известны только нам, как и сигнал сближения. Вопрос о нём пока не поднимали.

– Понимаю, что на многое надеюсь… а эсминец Штиля?

После моего вопроса Афродита перевела взгляд на Лили.

– С ним точно всё в порядке.

– Эй, я же не о мелочах спрашиваю! И вообще, я не жадный… то есть нет. Вы такие же! – я возмутился подтекстом, который вкладывала в слова Афродита. Сестра наконец улыбнулась и даже усмехнулась.

– Твоя правда. Знаешь, это удивительно, но Чистильщик тоже пережил прыжок в режиме аварийной перегрузки. Двигатель сгорел, но спас корабль и выбросил недалеко от точки, куда ты целился. Ты был стабилен, и Афродита решила на всякий случай быстро его проверить… Я торопилась в Акант, но она убедила притормозить.

Охо-хо, а вот это уже интересно!

– Грант в курсе?

– Нет. Зато о нём знает экипаж Валькирии, – напомнила Афродита. – Эсминец обездвижен и дрейфует на орбите одинокого красного карлика в крайне пустынной системе. Экипаж прыжок не пережил.

Только я хотел спросить о том, успели ли вераксианцы подать сигнал, как всё встало на свои места. Я кивнул и призадумался.

– Планируете оставить себе, – без вопроса констатировал Крис. – Точнее, поделить с командой Эльзы: ведь захват – это ваше совместное достижение. И они тоже хотели бы получить оплату за риск. Взломанный эсминец прячется, пребывая в режиме автоматизированный обороны. Хотя лишь вопрос времени, когда его обнаружат.

Бывший пиратский тяжёлый эсминец хотелось бы оставить! Честно говоря, не знаю, сколько потянет замена гипердвигателя на новый нужной мощности. Но исправный боевой корабль в том состоянии стоит около трёхсот пятидесяти миллионов! А ещё в ангаре у него два корвета и три слегка побитых, но наверняка боеспособных малых вераксианских истребителя!

И если Аргентум мы захватили на совместной операции, невозможной без помощи разведчиков Грант. То это успешно украденный у вераксианцев корабль во время конфликта!

Я ощутил необычайное воодушевление. Невероятно рискованная операция принесла неожиданно огромные плоды!

Сразу захотелось рвануть туда и срочно обеспечить безопасность приобретения! Тяжёлый эсминец – определённо более подходящий вариант для экспедиции к руинам археев!

Я постарался успокоиться – вдох-выдох…

– Ладно, теперь давайте плохие новости. Я же чувствую, что они есть.

– Помимо аудиенции с Теодором Грант? – натянуто улыбнулась Лили, ещё не отошедшая от нервозности. – Да одно странное дело. Кто-то подделал улики свидетельствующие о наших преступлениях. Якобы нас заметили на контрабанде незаконных грузов, которые мы прятали на какой-то планете. Мы вроде бы даже уничтожили вольных пилотов, случайно заметивших нас. А ещё якобы Меркурий появлялся около пары станций под другим идентификатором и также протаскивал таинственные грузы, взломав системы безопасности. И это связывают с обнаружением потом в продаже всякой дряни.

Я присвистнул, тем не менее не ощутив и капли беспокойства.

– Кто-то неизвестный, желающий нашей смерти, увеличил натиск. Похоже, придётся первым делом искать Галта. Думаю, подставившая нас скотина что-то знает о заказчике.

– Кстати об этом, – продолжила Афродита. – Пришла пара сообщений от Ника. Во-первых, он спрашивает, где мы застряли с его имуществом. Во-вторых, делится новостями, что награда за твою голову подскочила до десяти с половиной миллионов.

Ещё и от ящика избавляться… Чёрт, теперь будет ещё больше желающих меня прикончить из-за грёбанной награды!

– Если бы у нас не было алиби, проблема была бы серьёзной, – задумчиво сказал Крис. – Прямо два стула. Либо вы скрываетесь и стараетесь действовать анонимно. Но тогда кто-то будет фальсифицировать доказательства ваших преступлений. Либо вы летаете так, чтобы всегда иметь возможность доказать, где вы находились – и каждую секунду ждёте удара от охотников за головами с чёрного рынка.

– Если что, я с вами, капитан! – заверил Майк. – Было рискованно, но я не такой трусливый!

– Не такой? – Крис повернулся к мириниду, угрожающе прищурившись. – И что ты хочешь этим сказать?

– Видишь, сразу принял на свой счёт, – рыжий довольно оскалился. – Ты сбежал с гонки бороздить космос!

– У меня было более важное дело, чем играться с гоночными болидами, – фыркнул парень. Пока шла перепалка, в которой мужчины, как полагается, выясняли у кого длиннее шкала смелости, я неспешно доел завтрак.

Афродита сообщила, что меня приглашают на разговор через пятьдесят минут. И я могу добраться нормальным маршрутом через внутренние транспортные системы. Разумеется, Лили авторитетно заявила, что пойдёт со мной. И я-то ничуть не возражал! Мы вместе выполнили эту миссию!

– Ну что же, пойду надену свой парадный костюм. Афродита, а ты пока ненавязчиво изучи, во сколько нам обойдётся скользящий гипердвигатель, его перевозка и установка. Крис, Майк, немного поспешно выходит, но задам вопрос. Вы остаётесь?

Миринид тут же горячо повторил, что он с нами и он давно так не веселился. Кристиану это заявление явно не доставило радости, но он тоже кивнул.

– Поседею я с вами. Но уходить не собираюсь. Тем более сейчас, кажется, ожидается дело намного проще. Только на Аканте покидать Меркурий не собираюсь. Просто на всякий случай.

В голове прозвучало громогласное «КАР!» Впрочем, едва ли мы в ближайшее время переплюнем недавний подвиг… надеюсь.

Последний вопрос я задал о Марке. ИскИн отлично справился с задачей.

– Я с ним довольно долго общалась. Странный у него характер, но в целом адекватен, – прокомментировала Афродита. – Я поставила его перед фактом, что согласно ситуации он теперь либо твой, либо Дома Грант. Не хотелось бы сталкиваться с великим Домом Сильван, если вдруг они потребуют вернуть своё имущество. Тем не менее я договорилась с Адой, чтобы именно она послала запрос на коды смены владельца на основе закона о трофеях.

– А сам Марк что об этом думает? Во время миссии он говорил, что жалеет о решении помочь.

– Ничего определённого. Служить великому Дому надёжнее и ограничители воли просто не позволяют ему выразить нежелание. Он обязан хотеть вернуться к хозяевам. Вместе с тем оставшиеся у него архивы от прошлой личности говорят, что ядро интеллекта из соображений безопасности снова обнулят – на этот раз полностью. И он будет простым служащим винтиком системы: договориться и быть частью экипажа, как я, он не сможет.

Обнуление для ИскИна равносильно смерти. И, другими словами, он не прочь остаться разумом наёмного фрегата, лишь бы вновь не потерять себя.

Список тем для грядущей аудиенции сформирован. Надеюсь, Теодор не откажется обсудить некоторые личные вопросы.

Оставшегося времени мне хватило, чтобы сбрить отросшую щетину и надеть красивый бордовый с золотыми вставками комбинезон. То есть изготовленный в цветах истинной правящей ветви великого Дома Вейл. Увы, носить их гербы мы сейчас не могли. Вполне официально и по-военному. Хотя, как поддоспешная одежда, комбез толстоват.

Лили выбрала аналогичный наряд, добавив небольшие серьги-гвоздики с рубинами и заплетя светлые волосы в косу.

Моё состояние понемногу улучшалось. И я, предпочитая пока не думать о лишних тяжёлых вопросах, направился по стыковочному коридору к доку. Мы вышли через рукав в главный, хорошо освещённый коридор, по которому текли грузы и люди. Рядом с нашим шлюзом стояла небольшая гравиплатформа на четыре тесных сиденья и открытый багажник. Она домчала нас до перехода в доки, где мы двинулись сразу к транспортной системе. Я то и дело ощущал на себе задумчивый взгляд самого близкого человека и чувствовал необходимость поговорить.

– Лили, знаю, как ты этого не любишь… но я в случившемся не виноват. Я обещаю в будущем не рисковать больше необходимого. Но… ты всё знаешь.

Девушка посмотрела на меня большими глазами. Я неожиданно ясно ощущал её эмоции, хотя только очнулся после комы. Она поджала губы и кивнула.

– Пожалуйста, не читай меня так. Я не хочу на тебя обижаться, просто… не могу не думать, что из-за твоей решимости, мы пошли на самоубийственную миссию. Вераксианцы не ожидали такой наглости. И всё же мы прокололись, а ты едва не умер. Эти три дня… понимаешь…

Лили не смогла выговорить пояснение, но я, наплевав на наличие зрителей, притормозил и аккуратно приобнял её. Сестра не знала, что делать в случае моей смерти. Ей не нужны археи и жизнь одинокой наёмницы. А пока я валялся в коме, она извелась. Наверняка Афродита заставила её выпить снотворное, чтобы не встречать меня с огромными синяками под глазами и нервным истощением. Я пообещал быть осторожнее и не перегибать.

– Ну всё-всё, люди смотрят! И я уже не маленькая!

– Разумеется, – улыбнулся я и кивнул в сторону терминалов пропускной зоны. Документы пришлось предоставлять с помощью прихваченного коммуникатора. Я всё время порывался открыть виртуальный интерфейс нейросети, её отсутствие ощущалось практически как потеря конечности. У нас где-то лежит компактное внешнее устройство, но я хочу модель получше. К тому же предпочту не нагружать мозг сразу как вышел из комы.

Карта на коммуникаторе вела к посадочной платформе монорельса, на котором надо проехать до одного из лучей, связывающих «кольцо» с пирамидальной конструкцией основной станции. Оттуда переход к внутренней транспортной системе отдельных кабинок с пересадкой у входа в «ядро». Теодор находился не в красивом кабинете на вершине башни, а в защищённом сердце станции, потому прямой полёт на флаере был недоступен.

Мы шли через длинный приёмный зал, куда выходили коридоры стыковочных доков и лифты внутренних ангаров, направляя гостей станции через публичные зоны. Должен заметить, в зале хватало светившихся от радости военных. Хотя нашлись и наёмные флоты, готовые вступиться за Акант. Как правило они принадлежали независимым благородным родам, не подчиняющимся напрямую ни одному Дому.

Эмоциями фонило сильно. И каким-то чудом я выделил одну, направленную на меня – немного спутанную, но невероятно яркую – решимость и отчаяние.

Я тут же с силой толкнул Лили на проходящего мимо солдата с гербами Грант, а сам отскочил в другую сторону. Мелькнуло что-то синее – личный барьер лопнул, раздался хлопок, но боли я не почувствовал. В просвете толпы я увидел кудрявого, слегка смуглого мужчину, державшего в руке тяжёлый пистолет.