Текст книги "Звёздные скитальцы. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Евгений Лисицин

Соавторы: Александр Вайс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

– Мы не погибнем. Потому я не буду запрещать тебе мстить. Всё-всё, отпускаю.

Лили заворчала и вырвалась, когда я опять коснулся её головы, вспоминая как когда-то давно гладил голову маленькой сестрёнки, успокаивая её перед сном.

Мы отправимся на миссию – поможем Аканту и сами соберём данные. Была слабая надежда, что гиперсвязь сохранится и можно будет контролировать ситуацию удалённо. Но изначально мы надеялись переложить самую опасную часть на разведчиков, для которых это долг, и ИскИна. Вот только желающих немного, а нам нужны важные данные!

Лили наконец вздохнула.

– Я знала, что так всё и получится. Ещё когда ты предлагал удалённое вмешательство и поддержку. Но ведь очевидно, что гиперсвязь на позиции флотского формирования заблокирована. Наверняка вне зоны действия глушилки стоит ретранслятор с лазерным передатчиком, и доступ к нему имеют лишь избранные. Это помешает нам взломать что-то удалённо или управлять дроидами.

Выводы логичные, тем не менее я нашёл, чем возразить.

– Не факт. Глушение связи на всю область затрудняет координацию и демаскирует флот, которому безопаснее объявить режим тишины. Надежда, что получится вмешаться удалённо была вполне реальной.

Лили лишь закатила глаза.

– А ещё шлюз случайно не заблокирован, а пароль от базы данных написан маркером прямо на консоли. Раньше план был «авось, ящерицы неосторожны и если у них в тылу устроить парад дроидов, а они даже не почешутся. А теперь мы лезем в пекло под лозунгом 'авось нам повезёт».

– Не будь таким скептиком. Вообще мы так живём весь последний месяц, – я улыбнулся, заметил, как Афродита вскинула брови и кашлянул, подняв открытую ладонь. – Это не оправдание. И я прекрасно понимаю, что это как в той древней шутке про верблюда: залезть на него стоит один кредит, а слезть – десятка. То есть мы легко залетим в сектор. А сложности начнутся, когда мы захотим убраться. Но у меня есть кое-какие идеи на этот счёт.

* * *

[Спустя 3 часа]

На большом бесшовном экране отображалось множество данных. Я бегал взглядом по меню, не разрывая контакт нейросети с системой Аргентума.

– Ощущение, словно надел комбинезон с чужого плеча, причём оргрима. Вроде бы технически всё похоже, но жутко непривычно.

– Рада слышать, – отозвалась Афродита невероятно довольным голосом.

– Считается ли это изменой? – задумчиво спросила Эльза, сидевшая позади на капитанском посту.

– Сложный вопрос. Подумаю, пока буду сидеть в одиночестве в ожидании капитана.

Афродита будто бы обиделась за моё решение. Однако это ничего не меняло. Тем более сейчас, когда снующие по сектору разведчики помогли найти подходящую цель.

Решение заранее пересесть на Аргентум и освоить его казалось максимально правильным. Вроде бы знакомые терранские стандарты системы управления, почти не менявшиеся за последние столетия. Но всё немного иное. Угол, под которым смотрю на главный экран, положение панелей, шрифт в меню, дизайн рамок целеуказания, реакция на взгляд на определённые объекты…

И, конечно то, что вместо полноценного ИскИна тут стандартный ассистент, не обладающий собственной волей. Тем не менее задача была довольно простой – перехватить обнаруженный лёгкий эсминец. Если верить анализу сигнатуры двигателя – терранский. А если нет… что же, всё равно дело полезное.

– Меркурий, Трикстер, начинаем глушение. Удачи с миссией, – сказал связавшийся с нами разведчик. Пожалуй, надо будет поблагодарить Аду и Теодора за анонимность Аргентума в рамках миссии и предоставление нам такого интересного позывного.

Мы стремительно приближались к цели, которую должен был перехватить Меркурий. Засечь объект, двигающийся в режиме варпа из скольжения – та ещё задачка. Правда и у такого корабля из-за помех искажающего пузыря, в котором он движется, частично слепнут подпространственные сенсоры.

Лили внимательно следила за радарами, и вскоре сообщила хорошие новости.

– Обнаружен гипермаяк. Вычисляю точные координаты выхода. Снижаем скорость, тут движок не такой точный, как у нас.

Меркурий включил двигатель в особом режиме, чтобы мы нашли их позицию. Требовалось действовать быстро, пока эсминца не хватились.

Вспышка света и мы увидели всего в четырёхстах километрах от нас треугольную клиновидную махину с обрубленным носом и явно нарушенной геометрией правого борта. Словно часть конструкций корабля просто снесли и задепали заплаткой. Но, по крайней мере, он точно терранский…

«Активирован боевой режим».

– Это что ещё за скорлупка? Оно точно сюда само долетело?

Вопрос я адресовал как своему женскому экипажу из Лили, сестёр Сатоми и Герды, так и Меркурию, где остались ненужные для грядущей миссии Крис и Майк. Разумеется, ИскИн нашла ответ первой.

– Если тебе действительно любопытно, этой развалюхе около ста лет. Похоже, вераксианцы достали её со свалки и починили силами пленных техников.

– Да тут впору кричать «оно живое!» Алекс, дай мне пострелять бластерными батареями! – попросила сестра.

Я не возражал и просто корректировал курс. Меркурий уже открыл огонь. Лёгкий эсминец проснулся и поворачивал орудийные башни, надеясь уничтожить наглые фрегатики. Тем не менее привычный анализ боевой ситуации прогнозировал нам победу.

Две спаренные турели Аргентума открыли поочерёдный огонь. Синие шарики врезались в щиты и ярко вспыхивали. Несмотря на максимальную отдачу реактора на антиматерии, конденсаторы стремительно истощались. Тем не менее я использовал дополнительные калибры. Короткие вспышки импульсных лазеров и рельсовые снаряды обрушились на хлипкие, нестабильные щиты.

– Они открыли огонь! Юки, мы не все сенсоры заливаем помехами!

По нам стреляли стандартным «джентльменским» набором из лазеров и всё тех же рельсотронов. Наверное, на эту развалюху поставили почти изношенные орудия, какие не жалко потерять – и это сказывалось как на мощности, так и меткости их стрельбы. Но это всё ещё калибры лёгкого эсминца, и мы находимся слишком близко!

Попадания быстро просаживали наши щиты. Меркурий вовсе отдалялся кормой вперёд, намного успешнее избегая вражеского огня.

– Ракетные шахты открыты! Четыре… восемь пусков! Две торпеды!

– Приготовить противоракеты от торпед. Но пока бережём ресурсы! – приказал я, сосредоточенно маневрируя – затрудняя фиксацию нас в прицеле.

Как и ожидалось, пушечному мясу не полагалось качественного оборудования. Система обороны супер-продвинутого средне-тяжёлого фрегата влёгкую прожевала всё запущенное против нас. Включая второй и третий залп.

Аргентум неподдельно восхищал! Вот это зверь! С такой генерацией энергии и богатым арсеналом мы бы в сравнительно недавней стычке с Тихим Оазисом просто задавили бы пиратов огневой мощью! Никакие торпеды просто не понадобятся, когда ты способен долбить бластерами с такой частотой!

– Состояние щитов шестьдесят процентов. Рекомендую подключить ячейку прямой подкачки.

Я проигнорировал безэмоциональный голос помощника, а упорная стрельба в одну точку наконец принесла плоды. Бластерные выстрелы пролетели сквозь щит и начали кромсать броню. Расплавленные куски стали и композитов выбрасывало в космос взрывами от распада материи.

Лили хорошо прицелилась и одно за другим выводила из строя орудия главных калибров. У них имелись собственные дополнительные щиты, но мощь наших пушек и отвратительное состояние корпуса порой позволяли просто разламывать броню под турелями.

– Подавляю защитные системы. Запускаем шоковые ракеты, – передала Афродита.

Давление на наши щиты резко снизилось, и я снова перекинул всю энергию на орудия. Старая развалюха пыталась повернуться, чтобы использовать другие турели. Но мы стремительно сокращали дистанцию и благодаря куда более высоких ходовым качествам держались в мёртвой зоне.

Эсминец выпустил противоракеты, однако мы их просто сбили, в свою очередь своим арсеналом расковыряв пару глубоких пробоин. Наши шоковые боеголовки конечно слабоваты на эсминец, но у них встроенное наведение на мощные электромагнитные поля от проводки.

– Цели успешно поражены. Нанесён тяжёлый ущерб системе энергораспределения, двигатели отключены.

Афродита даже с другого корабля продолжала докладывать о состоянии врага. Никаких переговоров не подразумевалось. Захватывать такую махину без обезвреживания очень опасно, а действовать аккуратнее слишком долго.

– Начинаем абордаж! Напоминаю по возможности захватывать всех живыми! Юки, бери управление. Герда, побежали, вальгалла зовёт!

Зелёная, не принимавшая особого участия в битве, лишь закатила глаза и надела шлем. Значительного сопротивления не ожидалось: едва ли на этом металлоломе много защитников. Операцию нам согласовали и ресурсов подкинули. Но рисковать чрезмерным числом людей Теодор не собирался.

Мы добежали до флаера, где ожидали новенькие боевые дроиды, явно не бывавшие ни в одном реальном бою. Аргентум подлетел кормой к одной из больших пробоин в широкий коридор и мы перескочили туда на флаере.

– Мы внутри. Двигаемся к реакторной, – коротко отчитался Крис. – Эй, мохнатый, ты куда побежал⁈ Жить надоело⁈

– Да нет здесь никого! Не отставай!

Вторая команда вообще ничего не боялась. Собственно, мы тоже ускорились, пустив впереди дроидов. Внутренние противо-абордажные турели не функционировали – никто не помешал добраться до одной из сервисных консолей и подключить передатчик.

– Карта секторов получена! – почти сразу сообщила Юки. – Чёрт… Эльза, там ИскИн!

Голос потонул в помехах…

– Надо же, глушилка… но хотя бы карта есть. Двигаемся к главному компьютерному терминалу! Лили, следи за попытками взломать дроидов!

Сестра в ответ прицелилась куда-то под потолок и выстрелила из тяжёлой плазменной винтовки, похоже, снеся точку беспроводной связи, которая глушила эфир. Уровень помех сразу значительно снизился и ответ мы услышали чётко.

– Поняла, двигаемся! Постарайся не уничтожать интеллект корабля! Он же терранский!

– Не строй надежды. Он атаковал нас, людей. А значит или сильно ограничен, или взломан и переподчинён. Герда, прикрывай нас сзади.

Мы побежали по разбитым, серьёзно повреждённым коридорам. Всюду торчали провода, отсутствовали переборки или были вскрыты вентиляционные системы. Казалось, мы попали на списанный корабль, на котором кто-то для удобства демонтажа уцелевших деталей включил аварийное освещение и искусственную гравитацию в минимальном режиме примерно четверти от нормального тяготения. И та работала далеко не везде.

Через минуту ИскИн вышел с нами на связь.

Глава 4

Мы бежали по широким главным коридорам лёгкого эсминца, не встречая вообще никакого сопротивления. Мы что мы видели, это оживлённый техно-некромантом механизм, обреченный погибнуть в битве, которая должна состояться в ближайшие дни. Отстреляться, выпустить ракеты и по возможности пойти на таран.

Неожиданно рация на открытом канале поймала незашифрованную передачу – в наушниках шлема зазвучал механический мужской голос:

– Нападение на собственность великого Дома Сильван карается смертной казнью для всех соучастников! Немедленно прекратите агрессию и сдавайтесь. И тогда ваше наказание может быть смягчено до пожизненной каторги!

Вот мне интересно, когда-нибудь в истории, хоть один пират сдавался в плен на таких условиях? Впрочем, любопытнее другое.

– ИскИн, этот корабль в данный момент управляется вераксианским Королевским Флотом. Тебя используют для атаки на терранскую систему!

– Примитивной ложью не напугать меня!

– Напугать? – спросила Эльза на нашем канале.

– Он неисправен… как и всё здесь, – печально сказала Лили. – Личностная матрица разумных ИскИнов невероятно сложна и хрупка, взлом её повреждает.

Мы поднялись по лестнице. Я приказал дроиду вскрыть плазменным резаком оказавшуюся на пути дверь, а сам пока продолжил разговор, ища слабые места.

– Проверь собственный экипаж. Он полностью вераксианский.

– Решение о назначении офицерского состава принимается управлением космического флота. Прекратите наносить повреждения кораблю или я сообщу о нарушении службе безопасности сектора.

– Сообщай, – вздохнул я, смотря как гуманоидная железяка пинком выбивает кусок стали и первая проверяет проход в коридор. – У тебя нет резервных копий своей системы? Не подозреваешь взлом? Ты вообще знаешь о цели полёта? Спроси своего капитана, почему вы летите к вераксианскому флоту, собирающемуся около терранских границ!

В новом коридоре нас также никто не встретил. Разве что помещение выглядело намного приличнее. Меньше вскрытых панелей и болтающихся проводов и заметно светлее.

– Ваши заявления свидетельствуют о существенных психических отклонениях. Я требую немедленно проследовать в медблок.

Ответ ИскИна показывал серьёзный уровень когнитивного искажения и частичной потери способности выстраивать логические цепочки. Проще говоря – безумие. Очень… жаль. Такое не ремонтируют: слишком высок риск катастрофы из-за сбоя. Если есть сохранённая нулевая точка восстановления, то ИскИна можно вернуть к заводскому состоянию. Хотя потеря всех данных фактически равносильна смерти. Если же вераксианцы и её стёрли или в процессе взлома повредили ядро интеллекта, то останется только уничтожение.

И главный вычислительный центр уже перед нами.

– Попытаюсь взломать электронный замок, – сказала Лили, подбежав к консоли и сорвав фальшпанель.

– Занимайся. Дальше по коридору за дверью ощущаю ментальный сигнал. Б3, установить стационарный барьер в полутора метрах впереди, – я переключил канал общения на общий с заготовленным переводчиком на вераксианский. – Экипажу предлагаю сдаться. Героическая смерть ничего вам не даст. Гарантирую хорошее обращение в плену, Дом Грант обменяет вас на других пленных.

В гермошлюз целились чем только возможно. Выбежавший вперёд дроид снял с себя длинный прямоугольный блок, похожий на ракетную пусковую установку и поставил его на пол. Синеватое поле полностью закрыло проход перед нами. Но настоящая угроза появилась неожиданно – с противоположной стороны от двери к главному компьютеру. Тепловизор вспыхнул, сообщая о высоком нагреве.

– Лили, назад!

Стену напротив двери отсека главного компьютера пробил толстый алый луч, направленный точно на сестру, копавшуюся в панели. К счастью, на пути оказался один из дроидов. Полторы секунды энергетический барьер сдерживал непрерывный луч, железяке хватило этого времени, чтобы разложить встроенный в конечность механический щит и встать на пути лазера. Уже после этого Лили отреагировала и отскочила от опасной зоны.

Сожги меня звёздное пламя! Тяжёлый лазер расплавил композит и напоследок повредил руку дроида, который отступал вслед за сестрой, прикрывая её от угрозы.

Одновременно с этим конец коридора заволокло светящимся дымом.

– Огонь на подавление! – приказал я, смотря как Эльза, выхватившая с пояса гранату, смело подскочила к оплавленной дыре в стене и ловким движением закинула взрывчатку внутрь.

Тем временем с противоположной стороны в нас полетели гранаты и ракеты! Правда, дистанция была довольно велика – это оказалось абсолютно бесполезно!

Я улыбнулся, видя как дроиды активировали маленькие, высокоточные лазеры и стреляют во все неизвестные летящие предметы. Коридор заполнила череда взрывов, которую с обеих сторон пронзали выстрелы. На стационарном барьере замигали лампочки, предупреждая о высокой нагрузке.

Ещё один взрыв произошёл сбоку – волна плазмы ударила через дыру в стене.

Зажав гашетку здоровенной плазменной пушки, я тоже взял большую гранату, подвесив её перед рукой телекинетикой. Пусть попробуют остановить!

Пришлось соразмерить приложение силы, чтобы эта штуковина не взорвалась прямо перед моим лицом, но бросок всё равно получился очень быстрым. Ещё один мощный взрыв вспыхнул с той стороны коридора.

– Сзади наступают дроиды, – отчиталась Герда. И правда, оттуда тоже приближались силы, но недостаточно весомые. В основном – обслуживающие жестянки с самым отвратительным оружием, вплоть до слабого огнестрельного. Установленный на пол кинетический барьер принимал часть выпущенных ими снарядов.

Впрочем, один вераксианский дроид представлял серьёзную угрозу. Вот только он сделал всего пару выстрелов, как ему в спину прилетел плазменный снаряд. Секунду спустя толпу накрыло залпом многоствольного гранатомёта.

Сидевший на потолке дроид-паук, недавно захваченный нами у пиратов, сменил невидимость на щиты, выбрасывая струи жидкого азота для скорейшего охлаждения здоровенной плазменной пушки.

Всё шло отлично – мощный взрыв в коридоре сжёг светящийся газ и позволил разглядеть картину разрушений. Кучи мусора усыпали пол, освещения не осталось, декоративные фальшпанели превратились в обгоревшее решето.

За заклинившими двойными дверями, лишь немного сдвинувшимися для закрытия, стоял вераксианец под три метра ростом! В дверной проём он просто не помещался. А находившийся рядом с ним боевой дроид смотрелся как гокта около человека.

Он совсем не пострадал. Судя по мусору на полу, стационарный барьер у них тоже имелся и разрядился раньше нашего.

Очень кстати гравитация полностью исчезла. Главный реактор отключён – Крис и Майк справились!

– Возьмём живьём. Дроидам прекратить огонь на подавление. Остальные прикрывайте, – приказал я, положив перегревшуюся тяжёлую плазменную пушку на пол.

Лили что-то возмущённо крикнула, но я уже мысленной командой активировал прыжковые двигатели и рванул вперёд. Выстрел любимого бластера оторвал конечность всё ещё действующей железяки. Громадный вераксианец отступал и мой затяжной прыжок заметил не сразу, а потом стало уже слишком поздно.

Я решил испробовать усилитель и влупил ему в корпус телекинетическим кулаком.

Громила как раз собирался использовать свои прыжковые двигатели – и потому не был примагничен к полу. Плюс к тому ударил я немного под углом и туша улетела прямо в стену, выпустив из руки свою здоровенную пушку, размерами под стать владельцу.

А в моей левой руке уже разгорался синим ореолом украшенный узором силовой меч диверсантов с Аканта. Удар пришёлся точно в бок и клинок упёрся в его скафандр.

Какого крелла⁈

Ровное голубое поле превратилось в турбулентные потоки, медленно крошившие броню. Большая часть просто рассеивалась в пространстве!

У него дестабилизатор силовых полей!

Ну конечно, у такой огромной туши будет эта дрянь!

Мой клинок продвигался очень медленно и светился всё слабее: излучатели были перегружены.

Я с трудом затормозил свой прыжок тягой двигателей – и ногами оттолкнулся от противника, который уже скоординировался и выхватил свой меч. Жалко трофей, но пришлось выстрелом бластера на максимальной доступной мощности разнести крайне опасный клинок и отпрыгнуть.

На ящера обрушилась очередь шаровых молний из ионной пушки воксов, которую я одолжил Эльзе. Своих щитов у громилы уже не было и штурмовому бронескафу это определённо навредило. Я же разорвал дистанцию и встал на пол магнитными ботинками. Синее мерцание на мече вновь усиливалось, пока бластер остывал.

– Сдавайся или тебя просто расстреляют. Вы проиграли. Попытаешься меня атаковать и в конце концов защита твоей консервы не выдержит.

Стрельба прекратилась, ящер выровнял положение и ненадолго замер, переключаясь на открытый канал.

– Принимаю поражение, псионик. Но если ты надеешься получить от меня информацию, вынужден разочаровать – я не обладаю секретными данными.

– Приемлемо, просто посидишь в камере. Выбрось всё оружие здесь и отключи щиты. Ты можешь открыть дверь к компьютерному терминалу?

Ящер зашипел, как-то… надменно, что ли.

– Я сказал, что принимаю поражение, а не готов помогать вам. Можете меня убить.

– Ну, да чёрт с тобой. Тогда стой там и не дёргайся. Дроиды, перевод цели передо мной в статус пленного. В случае проявления агрессии открыть огонь на поражение.

Вераксианцы, в отличие от настоящих, клановых гокта, свои жизни ценят и просто так умирать не станут, но и гордость им не чужда. Я чувствовал, насколько сильно этот гигант хочет свернуть мне шею, однако он понимал, что лишь бесславно погибнет на этом старом ведре с болтами. Впрочем, одно дело сохранить свою жизнь, а другое – сотрудничать с врагом.

В общем, я вернулся к Лили, которая снова копалась в панели. Аварийное освещение стало ещё более тусклым, но питание дверей до сих пор работало.

– Здесь покопались до нас. Большая часть систем безопасности уже взломана. Кажется, тут даже нет связи с системой управления. Надо только разобраться… минуту…

Лили достала другое устройство со связкой проводов и начала подключать их к каким-то контактам.

Главный компьютер, около которого обычно также есть запасная консоль управления – одно из самых защищённых мест на корабле. Чтобы проделать достаточное отверстие в толстой бронированной двери уйдёт минимум пятнадцать.

Пока мы ждали ИскИн, видевший поражение команды защитников, снова включился в разговор.

– С этого момента вы становитесь врагами великого Дома Сильван. Отчёт отправлен… отправлен… будет отправлен. По указу императора всему экипажу, сражаться до конца.

– Не волнуйся, скоро мы избавим тебя от страданий, – вздохнул я, смотря за работой Лили. Пленный, без всякого страха наблюдавший издали, под прицелом множества пушек, решил что молчать слишком скучно.

– Ты говоришь с машиной? Она не может страдать.

Я фыркнул и не отказался поболтать.

– Ты сам всего лишь биокомпьютер, обученный данными, которые собирал собственными сенсорными системами глаз и ушей. Откуда столько высокомерия, только потому что ты из яйца вылупился, а не был собран на заводе?

– Тогда расскажешь почему у машины нет ментального поля, псионик? – парировал ящер. – У них нет души – это лишь механизм, имитирующий жизнь.

Я осмотрел пленника, без движения замершего там, где завершилась наша битва.

– Он энергоинформационная сущность. Тонкое тело или же душа, если тебе нравится теологическая терминология, присуща органическим видам – это правда. Но заявлять о том, что её наличие является необходимым фактором идентификации живого существа равносильно определению наличия хвоста как обязательного элемента для способных ходить на двух конечностях.

Некоторые расы при выходе в космос порой отрезают себе лишнее для удобства: те же гриты меняют свои антенны, или деревяшки-адониты убирают лишние побеги. Вот ящеры при всех неудобствах, доставляемых мясистым хвостом, просто не способны без него держать равновесие.

Впрочем, и гигантский боец нашёл, что ответить.

– Воксы сделали себя машинами, но сохранили душу. По крайней мере часть истинной расы, а не массово создаваемые ими боевые механизмы, которые не жалко терять в бесконечной войне с креллами и конфликтах с фанатичными амирцами.

Я пожал плечами, повернувшись к нашим дроидам: один потерял конечность в самом начале; несколько получили новые царапины на корпусе; в остальном все были в полном порядке.

– Ты прав, вот только увлёкся подменой понятий. Мы говорили не о наличии ментального поля только у органических разумных, а об отличии нашего разума от созданного искусственно. Как с этим связано ментальное поле?

– Самым прямым образом. Там проходит грань имитации и жизни, – ящер ответил с полной уверенностью в своей правоте.

– В общем, просто утверждения эзотерически-мифологического толка. И, между прочим, не ожидал, что вы решитесь взламывать наши ИскИны.

– Кто-то должен управлять этим соломенным плотом, – равнодушно ответил вараксианец. Переводчик решил не трогать чужой аналог фразеологизма «ведро с болтами» и передал его буквально. – В последний бой идут смелые добровольцы или желающие смыть позор. Но их недостаточно, а переоборудовать ваши неудобные корабли долго и дорого.

Логично… быть может, ИскИн заодно должен будет взять контроль над каким-то числом малых кораблей. Боевой автопилот нынче есть у всех, но полноценный интеллект всё равно намного лучше справится с координацией группы – даже покалеченный насильственной сменой хозяина. Впрочем, здоровяк сказал и кое-что интересное.

– О как… и ты отказался от славной смерти в бою? – удивился я. Ведь если передо мной провинившийся, проваливший порученную ему миссию камикадзе, то для обмена пленниками он совершенно бесполезен. Ценность преступника наверняка даже ниже, чем у тел погибших в бою солдат, которые нужно достойно захоронить.

Впрочем, я ощутил невероятное раздражение от ящера. Такое, что сделать что-то агрессивное мешали только направленные на него стволы винтовок. Его штурмовой скафандр имеет отличное бронирование, но такой залп при отключённых щитах точно уложит его на пол.

– Не все здесь идут в последний бой. Я следил за полётом и сошёл бы перед боем на полноценный корабль.

– А, значит ты надсмотрщик?.. А, впрочем, неважно, – задумчиво кивнул я, не став выдавать радость от удачи схватить такого чешуйчатого. Боковым зрением я заметил движение и повернулся. – Лили, молодец.

– Если бы ты не мешал, справилась бы быстрее! А ты, морда чешуйчатая, не смей оскорблять ИскИнов! – сестра с явным раздражением ткнула в пленного пальцем. От того исходила лишь насмешка и пренебрежение.

Я не стал заострять на этом внимание. Толстенные бронированные створки начали раздвигаться и я не стал дожидаться полного открытия. Сначала внутрь отправилась осколочно-фугасная граната. А за ней тяжёлая шоковая, которую нёс один из дроидов. Из щели вырвалось светящееся синеватое облачко, по которому проскочили электрические дуги.

Уцелевшие лампы вдали замигали, всё ещё работавшие глушилки отключились.

Я заглянул внутрь и длинными очередями в режиме минимальной мощности обстрелял компьютерные шкафы и толстые связки торчавших проводов, варварским образом уничтожая критически важный узел. Не трогал лишь находящийся прямо перед входом блок искусственного интеллекта.

– Герда, возьми пару дроидов и сопроводи нашего пленного к челноку. Только пока не сажай внутрь, а мы тут закончим дела.

Бежать на мостик сразу я не стал: всё же ИскИн ещё мог работать и иметь доступ к каким-то системам.

У дальней стены находилась большая бронированная дверца, покрытая глубокими вмятинами. Из соображений безопасности, открывалась она исключительно вручную – простейшим механическим замком, как на каком-нибудь дешёвом контейнере. Из-за деформации поддалась она с трудом и тут же повисла на одной нижней петлей. За ней, чуть ниже уровня груди, скрывалась круглое устройство с ручкой, за которую я взялся и повернул против часовой стрелки до упора. из слота с усилием вышел крупный цилиндр ядра интеллекта.

На нём светилось несколько лампочек, сигнализирующих об исправном поддержании энергозависимого содержимого в целости.

Я аккуратно поставил цилиндр на пол и кивнул девушкам. Мы быстро добрались до мостика, расположенного ближе к носовой части эсминца, где встретились со второй группой, не терявшей времени.

– Они очень упорно пытались подорвать реактор! Не смогли обойти или отменить протоколы безопасности! – сходу заявил Крис. – Прыгали на нас до последнего! Мы одного твоего дроида потеряли! И меня зацепило.

Из скафандра Кристиана торчали кончики нескольких игл. Но полностью пробить его они не смогли.

– Легче лёгкого, просто в салат их порубил! Капитан, тут много противников? – бодро заявил Майк, пафосно взмахнув лапами, одновременно выдвинув свои фотонные клинки. Вот ведь показушник…

– Никого. Смысл держать мостик обречённого корабля. Но тут могут быть ловушки. Сканируем и захватываем.

Я кивнул команде. Вход на мостик был открыт – створки когда-то распилили и не стали ремонтировать. Ловушек внутри мы не обнаружили. И как оказалось, я немного ошибся и не все вышли оборонять корабль. Один вераксианец плавал в невесомости над капитанским креслом с отпиленной спинкой. Лицевой щиток шлема был открыт, рядом дрейфовал игольник.

Глупо – мог просто сдаться в плен, но предпочёл бесславную кончину.

Афродита тоже шла с нами, таща за собой свой чемоданчик ретранслятора на оптоволоконном проводе и занялась взломом оставшихся систем. ИскИн отключён, главный компьютер физически уничтожен, а вспомогательный на мостике почти не сопротивлялся. Лёгкий эсминец перешёл под наш полный контроль.

– Сигналы приветствия стёрли… не до конца, – обрадовала Афродита. – Всем прекратить глушение связи. До сеанса ещё много времени, но привлекать внимание более не нужно. Я вас удивлю, но Карающая Длань всё ещё может самостоятельно долететь до дока утилизации.

– Какое банальное название, – прокомментировала Герда по связи. – Пошлите сюда кого-нибудь, чтобы отправить этого ящера в камеру. Я скопирую данные транспондера. Конечно, плохо, что это эсминец.

В голове промелькнула мысль так и лететь на этом куске лома. Но слишком уж очевидны его многочисленные повреждения. Как должен выглядеть корабль прибывший на роль пушечного мяса вераксианцы вряд ли знают, но едва ли их не смутит с десяток воронок и пробоин от попаданий батеров. К тому же Афродита смогла обрадовать.

– Масса всего на шестьдесят процентов больше Аргентума. И это по технической спецификации. Но у него не хватает частей корпуса – если спросят, есть оправдание. Мы не можем надеяться, что за оставшееся время мимо пролетит терранский фрегат. Хм… интересно, в сигнале опознавания стоит пометка о корабле снабжения.

– Эта развалюха что-то везла флоту? Есть инвентарные списки?

Афродита промедлила, похоже ища информацию в остатках компьютерных систем, взломанных нашими теплолюбивыми друзьями.

– Детали для некоего корабля, повреждённого в бою. Полагаю, во время разведки или атаки периферийного аванпоста. К счастью, в трюм Аргентума вполне себе влезут.

Если кто-то ждёт доставку, значит её придётся исполнить, иначе мы немедленно привлечём внимание. В обратном случае пришлось бы списывать захваченный корабль на осечку исполнения плана и ждать дальше.

Необходимо ускориться, к счастью на эсминце имелись многофункциональные инженерные дроны. Они могут буксировать тяжёлые предметы, резать сталь, выполнять сварку и даже тонкие манипуляции. Гоночный болид потребовалось перекинуть на Меркурий и спешно перенести груз.

Мы за это время пробежались по эсминцу, по пути забрав ядро ИскИна, а заодно оружие того громилы. Торопились как могли, вытащив из базы данных всё нужное для дальнейших действий. Герда, имеющая особое криптографическое устройство, обычно доступное только службам регистрации кораблей, скопировала информацию маяка опознавания на Аргентум.

Последний шанс отказаться мы не использовали, отправившись к цели. В помещении карцера, обязательном на любом корабле, мы навестили ящера. Он действительно оказался огромным для своего вида, его красные глаза с вертикальным зрачком находились на нашем уровне, когда он сидел на полу. Чешую покрывали многочисленные шрамы.