Текст книги "Геном хищника. Книга десятая (СИ)"

Автор книги: Евгений Гарцевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Уже на перевале, когда я почувствовал присутствие Пепла, появилось какое-то странное чувство. То ли шакрас, прочувствовал свободу и передал своё настроение мне, то ли меня самого потянуло на неосвоенные земли. Будто тоска по дому проснулась. Но я её прогнал, вдруг не моя, а опять запрограммировали.

На другой стороне меня ждали Купер с Осой. И оба с предложениями, которым нельзя было отказать. Купер хотел вернуться в Пирос и всё-таки закрыть вопрос с огненными наёмниками. А Оса с Пчёлками вписались в какой-то типовой рейд Экспедиционного Корпуса на этой стороне Земсектора, в награду за который обещались нужные им геномы. Я же понял, что хочу в спокойной обстановке обдумать всю полученную информацию, изучить «Наследие» и доработать все свои гениальные планы. А где это ещё делать, как не в зоне отчуждения вокруг заброшенной Гранады?

Поэтому на следующий день мы разъехались в разные стороны, договорившись встретиться через две недели. С собой я взял только Хоббс, рассчитывая обсудить с ней историю «Древних», и Фея, от которого просто не смог избавиться. Купер с Сапёром погнали в Пирос: один за наёмниками, второй за геномами и соответствующими рецептами. А все остальные остались прикрывать «Пчёлок» (по этому вопросу мы очень долго спорили с Осой) и помогать Чейку обновлять нашу технику и разбирать полученное от «Миротворцев» оборудование.

Шериф своё слово сдержал, запустив Купера на склады. И теперь у меня был и свой новенький пулемёт – крупнокалиберный «Корд», и новая снайперская винтовка – ORSIS T-5000 в калибре.338 Lapua Magnum. Оба с оптикой, и оба в теории могли закрыть дистанцию от полутора до двух километров. Патронов выдали меньше, чем хотелось, но больше, чем можно было со всем остальным увезти на моей «ласточке». Зато разных. И МДЗ, которые мгновенного действия зажигательные, и Б-32 – бронебойно-зажигательные, и просто бронебойные, рассчитанные на особо толстые шкуры монстров, крепкие панцири или любую другую броню, которую мы встретим. Ну и охота на «волков» должна была быть результативной.

Шериф сказал, что это лучшее, что есть на складах. И ничего нового, скорее всего, уже достать не получится. Грустно, конечно, но местные оружейники уже тоже поднатарели. Плюс, я делал ставку на Ульрика, что при следующей нашей встречи он сможет меня удивить.

В итоге выехали мы на одном из бронированных фургонов, загруженном не только оружием, но и оборудованием для создания комфортного временного лагеря. Цель поездки – особо не светясь проехать вдоль границы Гранады, осмотреть подступы и найти место для последующих вылазок. Так чтобы и ходить недалеко, и оборону держать, если кто за нами придёт. Плюс, если успеем, то и более глубокая разведка с оценкой ситуации.

Старые карты, которые удалось добыть, говорили, что вся Гранада в лучшем случае в три раза превышает Андорру, то есть чуть больше тысячи квадратных километров. Крупный город там всего один, плюс несколько небольших поселений вдоль Рекадии, всё остальное как в той самой Андорре: скалистые горы, разделённые долинами с большим количеством озёр.

Зона отчуждения вдоль границы и то была больше. И разговоров про проклятие Гранады ходило множество, но конкретики ни у кого не было. У Драго была, но он, понятное дело, не расскажет. Но зато сам факт, что он смог туда пробраться, давал повод думать, что и мы сможем.

Глава 7

– Отсель грозить мы будем шведу… – громко сказал я, вызвав непонимающие переглядывания между Феем и Хоббс.

Ну и ладно! Мы все здесь своего рода попаданцы из другого мира, но и страны другие, и среда нас разная воспитала.

Вдоль границы мы катались уже второй день, не встретив не то что ни одного человека, даже ни один зверь не прошмыгнул. И ни одной птицы. Возможно, были рыбы – мы довольно близко подобрались к берегу Рекадии, но, что именно бродит в воде, не проверяли.

Сначала я думал, что будут блокпосты с серьёзной пограничной охраной, но всё оказалось сильно проще. Ганза отгородилась от Гранады по образу и подобию «Домов тишины». И получилась целая, блин, страна тишины. И хотя точных данных (по информации Хоббс) про зомби, заражённых паразитами, не было, ганзейцы на химию не поскупились.

Первый ров, почти на метровую глубину, засыпанную белым порошком, мы преодолевали дольше всего. Пришлось мастерить переправу, способную выдержать наш гружёный транспорт. Вторую траншею, частично уже размытую дождями и ветрами, фургон преодолел сам. Третий уровень был, наоборот, насыпной, а где собранный из камня в формате невысокого бордюра. Но потом либо материала не хватило, либо задерживаться на границе уже было опасно, и в остальных местах просто насыпали битый щебень, пропитанный всё той же химией.

Сканер «Миротворцев» определил в ней сложный состав из диффенбахии с её ядовитым млечным соком, личинок пенницы, немного асбеста и антимонита, то есть сурьмы. Всё токсичное не только для паразитов: но и для обычных людей, так что особо мы там не разгуливали.

Зависли на равном удалении между охранными полосами и покатили вдоль границы. Проехали с десяток заброшенных строений, большая часть которых развалилась либо от старости, либо от землетрясений, которые докатились и до Гранады. Нас тоже тряхнуло на подъезде, но толчок был слишком слабым. Либо эпицентр был далеко, либо Аркадия подвыдыхлась и цикл разрушений вместе с пока открытыми порталами подходил к какому-то логическому концу.

Мне приглянулась одна уцелевшая постройка. Стальной ангар у старой дороги, который раньше использовали в роли автомастерской. Каким-то чудом она пережила и время, и непогоду, даже стёкла на окнах остались целыми. Но внутри всё оказалось не так радужно. Стоило взломать дверь, как на нас волной накатил гнилостный запах, и ангар будто бы чихнул в нас облаком какой-то пыльцы. Не розовой, а бледно-сопливой, да и не пылинками, а целыми хлопьями. Осевшая на траве плесень тут же брызнула во все стороны, начав расти и расширяться прямо на глазах.

В общем, свалили мы оттуда быстро. Я только дверь успел захлопнуть, разглядев, что не только стены мастерской затянуты плесенью, но вообще всё пространство заполнено слипшимися в коконы хлопьями, подвешенными на тонких белёсых нитях.

В тот момент я первый раз подумал, что может ну её эту Гранаду. А ещё подумал, что Куперу надо нанять побольше парней из Пироса.

И вот, наконец, практически на самом берегу Рекадии мы нашли место, где можно было обосноваться. Это был старый маяк. К нему примыкал небольшой дом с парой хозяйственных построек. Краска местами облезла, на маяке отсутствовали стёкла и прогнили перила, у построек знатно так прохудилась крыша – кровля целыми кусками валялась по округе. Дверей не было вообще, но сохранились печные трубы и в общем, и целом то, что из камня выглядело бодрячком.

Было видно, что стихия не раз пыталась этот маяк сломать, но он весь такой гордый и непобеждённый выстоял. Может, это моё воображение, но веяло от него неким характером.

В отличие от реки, которая довольно далеко отступила от старого берега. Когда-то маяк стоял близко к воде, но сейчас это скорее была башня в чистом поле. Что меня более, чем устраивало.

– Уверен? – спросила Хоббс. – Может, ещё поищем. Мы северную сторону ещё не осмотрели.

– Уверен буду, когда внутри всё зачистим, – ответил я, оценивая показатели чуйки.

Ничего. Чисто, как и в окружающем нас поле.

Вот только я в такое на Аркадии больше не верю.

Я подозвал Пепла, но приближаться пока не стал. Потянулся к нему, нащупывая стайные инстинкты и усиливая мощность сканера. И опять ничего. Хотя промелькнуло что-то похожее на сердцебиение, только очень замедленное.

– Ладно, так проверим, – сказал я, проверяя «сиг». – Хоббс ты на стрёме, Фей – прикрывай.

Фей кивнул и скрылся в фургоне, а через несколько секунд высунулся, держа в руках наш новенький КОРД. Легко так держал, мышцы напряжены, но не так, что вены аж вспучены. Сразу видно, что геном в силу качал. В принципе и пострелять, наверное, сможет и даже попадёт в кого-нибудь, но и дом разнесёт.

Я покачал головой.

Фей скрылся в фургоне и вернулся уже со своей стандартной кувалдой.

Я опять покачал головой. Тип оружия иной, но в его руках эффект будет тот же. А мы строить приехали, а не разрушать.

С третьей попыткой я уже не спорил. Фей появился с помповым дробовиком, на груди патронташ, а за поясом в самодельных ножнах болтался обычный молоток-гвоздодёр где-то с килограммовым бойком.

– Ну да, мы же строить приехали, – прошептал я, кивком подтверждая его выбор.

Оказавшись перед пустым дверным проёмом, ещё раз прислушался к чуйке. Перед глазами снова пустота, хотя было прикольно наблюдать за работой импланта ультиморфисов. По краям зоны зрения будто тоненькая рамка появилась, а справа внизу участок с вертикальными палочками разного размера, напоминающими эквалайзер. Либо сила сигнала, либо глубина проникновения. Но, возможно, и просто показатели не чуйки, а слуха. По крайней мере, лесенка эквалайзера то росла, то падала в зависимости от поворота головы. А в месте, где мне опять показалось замедленное сердцебиение, полоски достигли максимальной высоты.

Это было где-то внутри дома, ближе к основанию башни. Я принюхался,уловив какой-то тухловато-сладкий запах. Но не плесень и не откровенная гниль, что уже вселяло оптимизм. Скорее всего, ветер приносит уже от пересохшей Рекадии.

– Тук-тук, кто в теремочке живёт? – громко спросил я, заглядывая в проём.

Решил не скрываться, даже не активировал маскировку. Пусть опрометчиво, но если там кто-то есть, то оно уже доказало своё превосходство в этом вопросе. Так что, чем раньше оно нас найдёт, тем быстрее мы начнём обживаться.

Выломанная дверь обнаружилась на полу в пустом коридоре. Домик небольшой, планировка пока простейшая: впереди была уцелевшая дверь в соседнее крыло, и ещё одна справа в глубину дома. Не считая двери под ногами и наметённого с улицы мусора, в коридоре ничего не было. На стене остался след от вешалки – просто пятно чуть менее выцветшей краски, но саму вешалку кто-то спёр. Или жильцы увезли, успев эвакуироваться без спешки.

Кивнув Фею, я плавно переместился к двери в комнату. Дверь старая, в трещинках и потрескавшейся краске, вместо ручки кругляшок такого же светлого пятна. Замка нет, но, возможно, он между комнатами и не предполагался.

Я толкнул дверь стволом автомата и отступил на случай, если кто-то бросится. Деревяшка качнулась, и заскрипели петли, заставив вздрогнуть «эквалайзер» перед глазами. Открылся вид на пустую и очень пыльную кухню, и я опустил оружие.

Чувства были какие-то двоякие. С одной стороны, лёгкое дежавю – я точно в таких же интерьерах повстречал своего первого грэйрэма. Капец, не так уж давно это было, а кажется, что целая вечность прошла. С другой стороны, облегчение. Это была кухня, совмещённая со столовой, и пусть всю мелочёвку вывезли, но чугунная печка осталась, как и стол с лавками, куда можно было разом вместить человек десять.

Ну и, конечно, я непроизвольно выдохнул, не найдя противника. Как-то напряжно было постоянно ждать подвоха и ждать его из каждой щели или любого тёмного угла.

Я мигом оценил обстановку: стол, под столом, лавки, печка, пыльный умывальник, пустые полки в стенной нише, остатки проводов под потолком, где когда-то была люстра, паутина по углам, но нормальная, так сказать, человеко-понятная, два грязных окна, которые с трудом проносили свет внутрь комнаты, ещё одна дверь в дальнем конце, а над ней ниша антресоли. Там даже мусор в виды битых горшков и каких-то палок остался. Видать, совсем хлам, раз оставили. Пол деревянный, щели между досок большие, внизу, похоже, погреб. Под ногами скрипит и слегка прогинается, но до треска старым доскам ещё далеко.

Я вернулся в коридор и проверил вторую дверь. Толком даже толкнуть не успел, как она сама, отшатнувшись, рухнула плашмя. Только петли остались, обрамлённые кусками сгнившей древесины. Внутри – сарай с провалившейся крышей, что-то протекло, что-то проросло, но стены и окна целые, есть отдельный выход. В общем, выкинуть мусор, залатать крышу, и получится вполне нормальная комната.

Фей поскрипывал половицами, дожидаясь меня на кухне. Подкрадываясь к двери, мы обошли стол с разных сторон. Я замер, вскинув «сиг», а Фей крадучись подошёл вплотную. Он дёрнул дверь, отскакивая в сторону, но на нас снова никто не выскочил. Тогда напарник, держа дробовик наготове, проскользнул внутрь, сразу же освободив проход.

– Сумрак, они здесь, – донеслось от Фея.

Что там за они я не понял, даже когда увидел. Раньше комната использовалась в роли спальни казарменного типа. Развалившиеся каркасы двухъярусных кроватей криво сложились по углам и вдоль стены. А между ними ещё более странными кучами была навалено какое-то тряпьё.

При первом приближении – тряпьё, а при втором – помятый и чем-то набитый мешок, а при третьем, то есть уже почти впритык, – это оказался кокон, склеенный из какой-то мазанки. Чешуйки, куски шерсти и кожи, замешанные в слизи или слюне. И даже окончательно не засохшей. Прозрачным материал не был, но всё выглядело более чем живым. Под оболочкой что-то медленно передвигалось, и контур едва заметно менял форму. Чуйка при этом никак не реагировала, только слух улавливал замедленное сердцебиение.

– Здесь ещё, – позвал Фей, по очереди указывая ещё на две неровные кучи. – Будем вскрывать?

– Будем, – вздохнул я, понимая, что жить с такими соседями как-то странно, – только аккуратно. Надо по минимуму повредить оболочку. Она выглядит стрёмно, но идеально экранирует ауру.

Я оглянулся на Пепла, застывшего в дверях. Шакрас проходить внутрь не торопился, принюхивался, водя мордой по сторонам, и морщился. Я кивнул, мол, давай ближе, но шакрас, наоборот, попятился. Ещё и шерсть дыбом выставил.

– Начинается… – со вздохом прошептал я и подумал, не сходить ли нам за пулемётом.

Ладно. Если мы так зависаем при очистке одного дома, то как мы на целую страну замахнёмся. Чтобы там внутри ни сидело, мне уже самому хотелось на это посмотреть.

Я кивнул Фею, который в отличие от Пепла выламываться не стал, и навис над коконом, направив на него ствол. Я же активировал «Перо». В новой форме, через браслет и кольцо древних. Крепкое, острое лезвие выдвинулось над костяшками почти на двадцать сантиметров.

Прицелившись в небольшую выемку, вонзил туда кончик лезвия. Неглубоко, всего на пару сантиметров, так чтобы удобно было рассекать, но и раньше времени не задеть того, кто сидел внутри. Варианта два: либо какая-то хрень там окукливается и возможны новые варианты, в какой он сейчас стадии, либо – это монстр впал в анабиоз или в спячку. А учитывая, что холодов в Гранаде не было, то в её летний аналог – эстивацию. Этот вариант мне казался предпочтительнее. Пока он там проснётся, потянется, процессы восстановит, мы уже с ним закончим.

Уже где-то через пятнадцать сантиметров разреза, из которого потекла тугая слизь, я разглядел блеск чёрного хитинового панциря. Существо двигалось, но пока в старом темпе, будто ещё не заметило попытку разрушения кокона. Ещё через двадцать сантиметров удалось прикинуть примерный размер в ширину: плоская «сосиска» сантиметров тридцать в диаметре. По длине пока непонятно, но если на всю длину кокона, то метра полтора наберётся.

Явно какое-то насекомое-переросток, но вроде бы не сколопендра, но и не просто червь. Лапы проглядывали через слизь, но пока всего две пары. Следующие сразу полметра разреза явили нам очертания самых настоящих рогов. Похоже, жук-олень или рогач, или кто-то из этой братии. Тыкать в него сканером было как-то не с руки – существо на очередном витке своего движения, проскочило боком в разрез и начало вываливаться наружу, а заодно и просыпаться.

– Давай в голову, промеж рогов, – крикнул я, одёргивая руку и отпрыгивая в сторону.

В паре сантиметров мимо моей головы пролетел ствол дробовика и бабахнул выстрел. Пулевой патрон ушёл в низ кокона, чуть выше торчащего рога и выбил фонтан слизи вперемежку с чёрными ошмётками. Фей деловито и громко выдохнул, загоняя второй патрон в ствол, и в следующий миг сам взлетел в воздух. Что-то очень быстрое выскочило из кокона и хлёстким ударом подсекло его под ноги.

У меня перед глазами вспыхнул красный свет, пятнами фиксируя монстра. Ага, значит, не кокон экранирует, а сама слизь. И прежде чем я рассмотрел и понял, с кем мы вообще имеем дело, гибкое лоснящееся тело уже обвилось вокруг ноги Фея. И тут словил лёгкий ступор, потому что голова с рогами были как бы внизу возле ботинка и вонзились в деревянный пол, а хвост со сплюснутой мордой и острыми жалами вскинулся в форме знака вопроса и пытался цапнуть Фея в лицо. И спасает его только уже изжёванный ствол дробовика, выставленный поперёк пасти.

Чёрт! Это же уховёртка! Капец! Этой хренью ещё в детстве все друг друга пугали, что в ухо заползёт, пробьёт барабанную перепонку и дальше в мозг.

Ну, хорошая новость в том, что эта так не сможет. Габаритами не вышла.

И судя по размеру рогов – это самец. Хотя это и не рога вовсе, а форцепсы. Клещи или щипцы, которыми эта тварь довольно неплохо управлялась. И судя по пулевому отверстию в панцире, которое её только разбудило, убойных зон там не было.

– Толкай! – крикнул я Фею и одновременно с тем, как он выпихнул морду уховёртки подальше, я перебил её шею клинком.

Голову не отсёк, «Перо» и наполовину не зашло в панцирь, но какие-то позвонки или хрящи перебил. Голова свесилась набок, жвалы вяло щёлкнули, и монстр начал сползать с ноги Фея. Тот явно психанул, дёрнулся в сторону, отползая и попытался ботинком здоровой ноги ударить монстра в морду. И попал, причём так смачно, что голова втянулась в панцирь и даже дальше передала энергию удара. Тело уховёртки перекорёжило, будто её в замедленной съёмке сняли. Но только ничего медленного там не было. Приняв и пропустив через себя толчок, она извернулась, задрав хвост, и выстрелила щипцами, как раскрытая пружина. И снова в лицо Фею.

Я успел в последний момент и то чуть не промазал, из-за того, что хвост загнулся. Пнул куда-то под лапу, сбив траекторию полёта и отбросив уховёртку на груду досок из старой кровати.

В мусоре мелькнули лапы, тварь крутанулась, а потом с шипением выбралась наружу. И Резко, с сухим щелчком, будто зомби из фильма сломанную шею выпрямляет, дёрнула мордой. И, правда, как-то стала ровнее. Пару раз чавкнула жвалами, будто проверяла их работоспособность, а потом издала очень странный звук на границе между хрипом и визгом.

Который я тут же оборвал короткой очередью из «сига». Все пули попали в морду. Часть сразу сплющенными комками осыпалась на пол, а часть уховёртка выплюнула, приоткрыв пасть. Ещё мне показалось, что монстр улыбнулся, всё-таки напомнив мне существо из детских кошмаров.

– Зря ты его сразу не заткнул, – сказал Фей, отступая к стене и подтягивая раненую ногу.

Он кивнул в сторону остальных коконов, которые пришли в активное движение, а один уже начал лопаться изнутри.

– Зря я пулемёт тебе не разрешил взять…

Глава 8

– Фей, давай назад! Выходим! – крикнул я, смещаясь так, чтобы никто не прыгнул на напарника со стороны его раненой ноги.

– Поздно, прохода уже не… – слова Фея заглушил треск ломающихся досок, и пол на кухне вздыбился.

Из разломанных досок показались ещё две уховёртки и начали крушить всё, расширяя дыры под рога на задницах.

Гадство! Ещё и пол теперь придётся перекладывать…

Не вовремя, конечно, эта мысль проскочила, но других пока в голове не было. Я закинул «сиг» за спину, переключаясь на телескопическую дубинку. Как там Тереховский говорил? Против толпы «Тёмная охота» хороша, если я её прорядить успею?

– Окно!

Повторять или объяснять план не пришлось. Фей дважды выстрелил из дробовика, отбрасывая с дороги ближайшую уховёртку, и хроманулся в сторону окна. Я же бросился наперез за его спиной, на лету сбив сутулого монстра, попытавшегося цапнуть Фея за здоровую ногу. Сутулого – в том смысле, что хвост уже изогнут, а клешни готовы выстрелить и сомкнуться на чём-нибудь мягком. Потом, видимо, перекусить кость… Но до потом доводить не хотелось.

Перехватывая инициативу, я налетел на следующего монстра. Пнул в морду, выталкивая хвост наверх, но цапнуть себя не дал. Увернулся и ударил дубинкой, растянув уховёртку на полу. Уже боюсь даже думать, по какому органу попал, но главное – результат. Монстр оказался на спине кверху незащищённым брюхом, которое я тут же распорол «Пером», как кокон до этого.

Гарантированное минус один, и даже свечение генома появилось и пошло рябью, когда я пронёсся через него навстречу к следующему монстру. Увернулся от прыжка первого, отбил дубинкой выпад второго. Хрустнул панцирь, уховёртка отлетела в стену, но скатившись на пол, тут же вскочила на лапы и бросилась снова.

Аж зависть взяла от такого упорства. Несколько раз выстрелил Фей, а потом за спиной раздался вялый звон разбитого окна. Старое, затянутое грязью и будто проклеенное стекло не разлетелось вдребезги, а выломалось большими кусками. Следом затрещала решётка, закряхтел Фей, и рама хрустнула целиком.

Гадство! Ещё и окно придётся как-то ремонтировать. Доски для пола-то мы найдём, немного, но деревья вокруг растут, а вот стекло – дефицит…

Мысли неслись в голове автоматом, пока я метался по комнате, балансируя между: сломать вообще здесь всё к чертям монстрячим или бомбить уховёрток с меньшим размахом. Хотя здесь я немного лукавлю. Размах определял не я, а уховёртки. Больше скажу – я сам уже стал практически шакрсоверткой!

Но зато и убойные зоны, наконец-то, открылись, в самый раз под активацию «Анатомического разрыва». Уховёрткам не понравилось, когда им портили усики, а через места их оснований уже можно было добраться если не до мозга, то до какого-то нервного узла, парализующего их и ломающего координацию. Только добраться до усиков было сложно – я несколько раз уже почти под самый корень дотягивался «Пером», но потом вдруг натыкался на жопные клешни. А потом ещё и оказалось, что они умеют летать…

Мне прокусили лодыжку и разорвали рукав на куртке, частично, но, к счастью, неглубоко вместе с кожей. Я же смог к этому времени убить только половину. Мы то сбивались в кучу, обмениваясь ударами, то разлетались по разным углам. Причём разлетался первым я, делая всё, чтобы меня не заклевали толпой.

Из плюсов – Фей всё-таки вывалился через окно и отступил к фургону. Монстры за ним не кинулись, я только зря подставился, перекрывая дорогу. А они будто теряли интерес ко всему, что происходит за периметром их территории.

Из минусов – меня не покидало ощущение, что главного жителя маяка мы ещё не встретили.

И я как в воду глядел. Последний на этаже монстр, огрызнувшись хвостом, проскочил мимо меня к двери, ведущей на сам маяк. Я бросился за ним, чтобы уже закончить зачистку, но оказалось, что стрижка только началась.

В пустом проёме винтовой лестницы промелькнула тень, и на меня тут же рухнуло чёрное, скользкое тело. Одновременно с этим под ноги бросилась последняя уховёртка, оттеснив меня от дверного проёма. Я кувырком ушёл вперёд, даже успел дубинкой отмахнуться от мелкого монстра и впечатался в начало лестницы. Проигнорировал боль от причесавших меня каменных углов, и рванул вверх. Сначала на четвереньках, потом уже в полный рост. За мгновение преодолел полтора обычных этажа, развернулся и лицом к лицу встретился с «жительницей маяка».

Твою-то мать, прямой хвост у неё при этом всё ещё оставался на полу первого этажа. Форцепсы прямые, а значит, точно самка. Ещё и альфа-тип, если верить подсказкам «Древней» системы. Толщина тела примерно с мою, но вот длине я ей уступал почти в два раза. Я успел порадоваться, что рога у неё прямые: только проткнёт, зато хоть ничего не откусит, и рванул дальше по ступенькам.

Стана в том месте, где я только что стоял, окрасилась в чёрный цвет, став влажной от монстрячих слюней, а я толком даже не разглядел стремительного броска. Махнул дубинкой, но слишком поздно – даже и близко не дотянулся.

Длинное, по-змеиному гибкое тело заструилось по ступенькам. Усики прижаты и спрятаны, а впереди только чавкающие в опасной близости от моих пяток то ли жвалы, то ли клыки. Я пролетел остатки перекрытия на уровне второго этажа и перепрыгнул через сломанную ступеньку. Уховёртка не отставала. Редкие провалы, где ступеньки не дожили до наших дней, она не замечала, а перил, кажется, здесь вообще никогда не было.

Третий этаж, где толком даже перекрытия не было. Только старых балки с остатками кокона, прилепленного к стене. Большой, даже по меркам твари, он был с запасом в виде дополнительных, полупрозрачных окружностей, внутри которых копошились личинки. Мелкие, примерно с мою ладонь, и бледные, как перспективы сделать на этом маяке приличный ремонт. Но хотя бы всё ещё в своих коконах. Личинки бурлили, особенно ярко отсвечивая через чуйку, явно чуяли опасность, но хотя бы не стремились наружу.

Не хотел к ним присматриваться, но всё-таки отвлёкся, замедлился (или уховёртка, наоборот, ускорилась) и получил жёсткую подсечку, сбившую меня с ног. Я слетел со ступеньки, в последний момент ухватившись за её край рукой. Монстр сам не ожидал такого эффекта и проскочил выше, но потом развернулся, и цепляясь лапами, опустил ко мне свою голову.

Медленно, будто я какая-то диковинка, которую прежде чем съесть, нужно хорошенько изучить. У меня перед глазами появилась перевёрнутая морда уховёртки, ни разу, блин, ни умилительное, но очень внимательное. Я не чувствовал вопроса: есть меня или нет. Тут скорее было: есть сразу, ещё немного поиграть или откусить голову и поиграть с тем, что останется.

Но вот принятое решение прочиталось без всякой чуйки. Уховёртка атаковала – усики разошлись в стороны, напрягся, будто дыбом встал, щиток, прикрывающий шею. Вроде это называется переднеспинка, но я не знаю, зачем в той ситуации мозг вспомнил этот термин… Мандибулы пару раз щёлкнули и начали расширяться. Сначала до уровня – перекусить мне шею, а потом и полностью подстричь мне виски.

На мгновение монстр застыл в том самом моменте, перед финальным рывком. И видимо, именно его я и ждал. Я отцепился правой рукой и вонзил «Перо» в голову монстра. Хотел в основание усика, но попал в какую-то щель между глазом, усом и челюстью. Попал, пробил и намертво застрял, что даже «Двойной укус» сработал вхолостую, чуть не вывернув мне руку.

Вторую руку мне вывернул монстр. Морда уховёртки дёрнулась в сторону, а за ним и всё тело. Кожа на пальцах содралась, когда меня вздёрнули вверх, а следом я уже ободрал и затылок о стену, и бок о шершавый панцирь монстра. Она рванула вверх по ступенькам, то ли на панике, то ли с конкретной целью, раздавить меня о ступени. Извивалась и шарахалась, то вдавливая меня между камнями и собственным панцирем, то скидывала обратно, болтать ногами в воздухе.

Я был бы и рад от неё отлепиться, но «Перо» застряло наглухо. При этом я тоже без дела не висел. Сломал монстру одну лапу. Может, и не прям сломал, но сустав точно подпортил и с хрустом проломив хитиновый щиток, вырвал кусок сложенного крыла.

Потом, когда мы пронеслись через следующее перекрытие и я головой развалил старую балку, я на секунду отключился. А когда свет вернулся в глаза, понял, что мы добрались до самого верха, но уховёртка явно замешкалась и помимо возможности скинуть меня, искала способ развернуться.

Солнце! Там вечереет, но солнечные лучи ещё цепляются за верхушку маяка. Ага, темнота, видать, друг не только молодёжи, но и таких вот скользких типов, любящих полумрак и прохладу.

Я пока ещё не понял, как мне это поможет. Всё же передо мной не вампир из фильма, который разложится на хлопья пепла при малейшем контакте с солнцем, но уже точно решил, что назад я её не пущу.

Снова схватился за лапу и найдя ногами опору, надавил. Добавил «Ауру страха», в надежде, если не парализовать волю, то хотя бы сбить ориентацию в пространстве. Ещё куда-то ударил, протолкнул «Перо» чуть вперёд и, напрягая буквально каждую косточку в организме, превратил себя в импровизированный домкрат и вытолкал-таки часть уховёртки в широкий люк.

И всё пошло не по плану. В пепел монстр не превратился, даже не обуглился. Зато, выскочив целиком на площадку и разломав часть башни, монстр смог развернуться в свою полную боевую форму. Но сначала, махнув мордой, разломал мной все перила, свесил меня вниз и задрал свой зад, нацелив на меня форцепсы.

М-да, в этой ситуации, может, и плохо, что только проткнёт, а не перекусит. Так бы ухватиться было за что.

Хорошо, что у меня был запасной план! Точнее, хорошо, они генерируются прямо на весу.

– Фееей! – заорал я, не экономя дыхание. – Я её держу! Давай!

Команда – это хорошо! Взаимопонимание – ещё лучше! И Фей не стал уточнять, кто кого на самом деле держит. Он просто задрал ствол КОРДА вверх, прицелился (я надеюсь) и зажал гашетку.

О да! КТо-то там любит запах напалма по утрам. А я, оказывается, люблю хруст хитина под пятидесятым калибром.

Мне по новой выкрутило руку, но сейчас я уже не сопротивлялся и выпустил «Перо» и браслета. Свободной рукой ухватился за остатки креплений у перил и на всякий случай вжался в стену маяка. А над головой хрустело, мимо меня с довольно большим отскоком пролетел отстреленный форцепс, следом куски хитина, а потом и сама уховёртка. Почти так же быстро, как она набросилась на меня из засады в первый раз, но уже не так элегантно.

Раздался удар тяжёлого тела по крыше, затрещала кровля – уже по фиг, всё равно везде перестилать, а потом гулкий шлепок удара об землю. Фей между тем не остановился, и через пару секунд раздался грохот ещё пары коротких очередей.

– Вот так надо было с самого начала делать, – выдохнул я и вскарабкался на ровную площадку.

Показал Фею большой палец и махнул рукой, мол, не расходимся, ещё не конец. Сам же уселся подальше от края и залил в себя «Живинки». Там ушибы, здесь ссадины, но в общем и целом больше пострадала гордость «Тёмного охотника». С другой стороны, никто же не говорил, что ультиморфисы не использовали пятидесятый калибр. На этих мыслях понял, что скучаю по «Древнегану» и надо срочно вызывать Ульрика. Ну или найти в Гранаде новый.

Прежде чем спуститься на поиски выживших уховёрток и нейтрализации личинок, доломал перила. Всё равно под снос и заново строить.

Живых монстров мы больше не нашли. Только два трупа со следами когтей Пепла. Каким-то образом, шакрас очень успешно их переворачивал и ещё более успешно разрывал им незащищённые тела. А вот с личинками пришлось повозиться. Дырявить коконы не хотелось, и даже не из гуманных соображений, а просто чтобы мелочь не кинулась толпой и не разбежалась по щелям.