Текст книги "Геном хищника. Книга десятая (СИ)"

Автор книги: Евгений Гарцевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

Утро мудренее не стало и особо новых деталей не добавило. Монстров стало меньше, мухоловки, наоборот, расширили свою территорию, раскрыв пасти навстречу солнцу и смелым туристам, ещё появилась большая кровавая лужа, ручейком вытекшая из той злосчастной арки. И лучше удалось разглядеть проломы в заборе. Я нашёл тот, через который проехал Драго – видны были следы, как они его расширяли. И Марко указал на нужный нам, который был всего в паре домов от полицейского участка. Не особо большой, багги не пройдёт, созданный каким-то крупным монстром. В кирпичной кладке застрял обломок толстого рога, ну или бивня – тут уже надо вблизи смотреть. Также Марко подтвердил мои догадки по расположению торгового квартала.

Решив временно отказаться от «Тёмной охоты», я поднял всех, и после короткого завтрака наш замаскированный по самое не балуйся отряд выступил в город.

Маскировка у Марко и Одри не дотягивали до нашего уровня, но зато оба компенсировали это бесшумным оружием. У Одри был арбалет с запасом заряженных геномами болтов, а у Марко – старенький «Кольт 1911» с глушителем. Оса их прикрывала, дополнительно размыв их ауры облачком из своего арсенала навыков. Она тоже была с арбалетом, плюс за спиной висел «фуфустрел», заряженный термитами.

Я в этой компании считался самым шумным. За спиной у меня был «орсис», в разгрузке «чезеты», а на поясе «фуфуплюй», изъятый у Сапёра. Не хватало только «древнегана», к которому закончились патроны, но весточку в Опдеберг мы тоже отправили.

Я долго не мог решить, вызывать только Ульрика или всех наших. Если в Гранаде не выгорит, то не хотелось подвергать опасности крестников и семью Ульрика. Но в итоге отбросил сомнения. Выгорит. Обязательно выгорит, а иных мыслей и допускать не стоит. Плюс у меня был запасной план и договорённость с Шерифом, что в случае чего, то есть моей смерти, он примет всех остальных в Земсекторе. С учётом перспективы войны с «Волками» тоже сомнительное убежище, но лучше сейчас всё равно не было.

До забора мы добрались без единого выстрела, только Марко пришлось поработать мачете, прорубаясь сквозь заросли. Девчонки активно помогали серпами, отрабатывая по мухоловкам, а мы с Пеплом лениво прикрывали. То есть делали всё максимально ответственно, просто работы нам не осталось.

Пролом в стене был старым, плющ его не затянул полностью, но все края уже обвил. Сломанный рог застрял намертво, в некоторых местах покрылся мхом и, по моим прикидкам, тянул почти на метровую длину.

Заглянув внутрь, мы надолго замерли, изучая обстановку, а отчасти просто привыкая к звенящей тишине, наполненной грустью и отчаяньем мёртвого города. Мне сначала вообще показалось, что я попал в антураж какой-нибудь компьютерной игры. Ещё не Fallout, но уже что-то типа Last of us, где природа не просто победила человека, но и изгнала его с большущим позором.

Под ногами битый кирпич, сухие листья, человеческие кости, куча какого-то мусора, засохшего раньше, чем он успел догнить. Ну, климат здесь был сухой, по словам Марко горы удачно прикрывали равнину от бурь и дождей, а Рекадия в этих местах всегда была спокойной. Но это, конечно, до момента большого трындеца. Хотя, можно сказать, что после него Рекадия совсем успокоилась.

Я встряхнулся, прогоняя лишние тоскливо-фолосовские мысли. Кто там успокоился, кого там и где выжила природа, кто вообще папка на планете? Человек, планета или вообще пришельцы… Всё это, безусловно, важно, но не к месту.

Переступил через пролом и тут же сделал шаг в сторону, получив от Осы смайлик опасности. Скатился по слипшемуся куску брусчатки, падающим под наклоном в яму с костями. А когда выбрался наружу, всё уже закончилось. Прямо на проходе лежало пробитое болтом тело какого-то вытянутого жука, и ещё один такой же был пригвоздён с оконной раме ближайшего дома.

– Чисто, – кивнула Оса и улыбнулась прибалдевшему Марко, который даже пистолет не успел достать.

Ох, чую, такими темпами сменятся у гранадцев идолы. Будут «осам» и «пчёлками» своих детей называть.

Анна подождала, когда жук перестанет светиться. Скривилась, когда увидела коричневый блеск гнили, и поморщившись, вынула болт из панциря. Одри свой забирать не стала, слишком высоко засел, а подходить к окну не хотелось. Внутри что-то шелестело – допустим, мухоловки, хрипело и вздыхало – допустим, ну его пока на фиг. Привлекать себе внимание на открытом пространстве не хотелось, поэтому мы оттянулись поближе к забору и пошли к полицейскому участку. Лучше уж там бой принять.

Глава 18

До полицейского участка было всего метров пятьдесят, но мы всё равно по дороге зацепили ещё четырёх жуков. То ли подводила слабая маскировка Марко, то ли монстры оголодали настолько, что отслеживали любые движения, вплоть до тронутого листика, и сразу же кидались. Типа девять раз вхолостую, а на десятый, глядишь, и повезёт.

Зато умирали быстро. Правда, уже через минуту на их трупы подтягивались каннибалы-сородичи. Мы не останавливались, шустрым гуськом, как группа спецназа или банда ниндзя, чесали вперёд.

Одноэтажное здание тюрьмы выглядело целым. Краска облупилась, две стены заросли плющом, но на первый взгляд мирным и слабым. То есть без зубастых мухоловок и без проникновения в само здание. Через главный вход мы не пошли – на крыльце бледнел старый, полуразвалившийся панцирь, а в тени под самим крыльцом подрагивали тёмные пятна, не отражавшиеся на сканере чуйки. Марко предположил, что там может быть гнездо червошипов, которое проявится, как только мы вступим на доски.

От идеи приручить их Оса не отказалась, но пока решили оставить всё как есть. В случае чего поработают на нас, охраняя вход и просто так. Выбрали узкое окно, ведущее в кладовку, выломали решётку и её же использовали в роли лестницы. Оса, оттолкнув меня, просочилась первая, за ней Одри. И после короткой и практически бесшумной схватки в окно вылетел труп паука с отсечёнными лапами. Не биомех, а обычный, размером всего лишь с футбольный мяч.

– Теперь чисто, хоть и грязно, – сказала Оса, махнув нам с Марко.

На счёт прям уж грязно я бы поспорил, но запущено – точно. Паук в кладовой, видимо, поселился давно, запутав паутиной все стеллажи и проходы между ними. Скоропортящееся содержимое полок, к сожалению, такая упаковка не спасла. Мы обнаружили кучу давным-давно испорченных продуктов, трухлявые тряпки, похожие на арестантскую форму и всякую-разную хозбыт мелочёвку. Неплохо сохранилось хозяйственное мыло, банки с зубным порошком и бритвенные принадлежности, которыми не успели воспользоваться арестанты, но теперь перейдут нашим прибеженцам.

Марко прорубился через паутину к двери и принялся ковырять замок. Можно было и выбить, конечно, но он назвался экспертом, а пошуметь мы всегда успеем. Пока он возился, Оса с Одри пытались залепить кусками паутины окно, а я сканировал местность. В полицейском участке мы точно были не одни. Кто-то небольшой (размером с собаку) шарился за дверью и пулей сорвался, когда услышал скрип в замке. Вместе с ним вздрогнули и другие маркеры, рассыпанные по участку. Очень мне сейчас не хватало «Ночной сенсорики», приходилось додумывать расположение комнат в участке.

Щёлкнул замок, и я выглянул наружу. Пыльно, грязно, но пусто. Налево лестница вниз к камерам – и табличка с указателем сохранилась, и пост охраны уцелел со связкой ключей, висевшей на стене. Направо коридор и несколько дверей с проломами в нижней части.

– Начнём с камер, – я кивнул налево. – Потом уже снизу зачищать начнём, чтобы за спиной никого не оставлять.

– Есть версия, что там мы уже никого не спасём, – вздохнула Оса, но на связку ключей подхватила. – Чувствуешь кого-нибудь?

– Угу, – кивнул я, оставляя «орсис» на посту охраны и активируя «Перо».

– Может, это крысы? – спросила Одри.

– Крысы вроде бы первые бегут с тонущих кораблей и разрушенных городов? – пожала плечами Анна.

– Угу, только вот на Аркадии они, наоборот, первые прибегают, – хмыкнул я и посмотрел на Одри с Марко: – Осторожней, их там несколько.

Осе, думаю, эта информация была без надобности. Ещё вопрос у кого из нас сильнее чуйка развита. Она хоть и потеряла часть навыков после нулевого генома, но в каких-то вопросах я всё равно за ней не поспевал. Пару раз заводил разговор о встрече с Тихановским, чтобы и ей какой-то билд на развитие собрать и определить новые геномы, но в первый раз она просто отказалась, а во второй заявила, что её и так всё устраивает, а единственный билд или геном, который её интересует в будущем – это геном матери. Идея эта мне понравилась, вот только мне не нравилось неопределённость этого будущего.

Я встряхнулся, отгоняя лишние сейчас мысли. И на этот раз первым успел оказаться на ступеньках. Разглядел решётки камер и скелет какого-то бедолаги, протянувшего руки наружу. Точнее, одну – вторую уже кто-то откусил.

Сделал ещё несколько шагов, стараясь не шуршать листьями и не вляпаться в чей-то довольно свежий помёт. Успокоил чуйку, пульсирующую опасностью, и шагнул вперёд, сразу же уходя с возможной линии атаки. И чуть за сердце не схватился, вместо того, чтобы полоснуть монстра «Пером».

Вот вроде ко всему был готов, даже с точностью до полуметра чувствовал расположение. Да и на Аркадии не первый день, но всё равно в одном месте ёкнуло, а в другом сжалось, когда растопыренная пасть с раскиданными в стороны когтями, просвистело над моей головой, задев меня по уху холодным хвостом.

Всё-таки крыса! Сильно мутировавшая, но крыса. Больше всего изменилась пасть, к обычным клыкам добавились не то бивни, не то жвала как у насекомых. Шкура облезлая, вместо меха красные бугры-наросты и явно гипертрофированные когти, длиной почти не уступающие жвалам. От обычной крысы остались только чёрные глазки, небольшие, круглые ушки и длинный бледно-розовый хвост, который, правда, сам по себе больше был похож на змею.

И вся эта хрень, шипя и брызжа слюной, пронеслась надо мной. Налетела на стену, спружинила и, развернувшись в воздухе, снова полетела на меня. Я присел с уходом в сторону и поймал монстра на клинок. «Перо» вышло из спины, продолжая насаживать монстра глубже и приближая клацающую пасть к моему предплечью.

Брызнула кровь, но умирать крыса не собиралась совершенно. Наоборот, рвалась глубже, пытаясь перекусить мне вены. Я взмахнул рукой, сбрасывая тяжёлую тушку с ножа. Получилось хорошо. Разрез расширился, крови пролилось больше, а крыса смачно шмякнулась о каменный пол.

Но и опять не умерла! Тут же крутанулась и, скребя лапами, сдала назад. Но не ради побега, а просто взяла разгон и снова сиганула мне в лицо.

– Да чтоб тебя!

Я каким-то занывшим в спине чудом увернулся и, бросив «Перо», перехватил крысу в воздухе. Добавил к скорости её полёта, рывок своего разворота, и впечатал её в решётку камеры. Ударил с такой силой, что морда втиснулась между прутьев, а жвала с треском оторвало. Уворачиваясь от лап, я протащил морду крысы до ближайшей перемычки и добил локтем, ломая ей позвоночник.

– Да чтоб тебя ещё раз, – выдохнул я, когда и после всего этого, монстр попытался дотянуться до моей ноги когтистой лапой.

– Держи, – крикнула Оса, привлекая моё внимание, и метнула мне запасной серп. – Заканчивай уже, новые идут. Тут где-то нора.

Я перехватил серп и, прежде чем крыса вынула голову из прутьев, повторно ударил её по шее. От бугров, попавших под удар, посыпались искры, тушка свалилась на моей стороне, а голова укатилась в камеру.

– Сумрак, не залипай, – поторопила Анна. – Ещё идут, и твой метод нам точно не поможет. Придумай что-нибудь новое!

Я не залипал, просто хотел убедиться, что эта хрень больше не поднимется. Ну и ждал каких-то откровений про убойные зоны, но, похоже, монстры в Гранаде явно мутировали быстрее, чем обновлялась «база данных» шакраса.

Обернувшись в другой конец коридора, сразу же понял, о чём говорит Оса. Вся решётка дальней камеры обрывалась где-то на половине. Большая часть прутьев была сгрызена, только стружка на полу валялась, а остальные явно использовали, чтобы точить клыки.

Свет из зарешеченного окошка у меня за спиной в тот угол уже не долетал, но и без него отчётливо проявились три тушки с горящими глазами. И пока медленно и осторожно, больше принюхиваясь и покусывая воздух, монстры начали движение.

В коридоре я был один, команда решила поддержать меня с лестницы. Торчали за углом, только выставив ствол пистолета и два арбалета.

– Кинь ключи! – крикнул я Анне, чуть отступая к стене, на которой сохранилась ржавая табличка с номером камеры.

Поймав связку и, всё время косясь в сторону крыс, быстро перебрал ключи. Мысленно помолился за светлую память тюремщиков, оставив на ключах номера камер, и дёрнул заржавевший замок.

– Ты спрятаться, что ли, решил? – весело спросила Оса и выпустила первый болт в самую шуструю крысу.

Следом раздались хлопки выстрелов от Марко и просвистел второй болт от Одри. И всё благополучно отрикошетило от крысиных бугров. Оса выстрелила второй раз, подбив одну из крыс под лапу, и отбросила её к стене. Но не убила – знаем, проходили уже.

Замок я всё-таки победил и дёрнул дверь в момент, когда крыса уже на меня прыгнула. Монстр врезался в решётку, и я, закрыв дверь, затолкал его внутрь камеры.

– Ну, тоже метод, – усмехнулась Оса, стреляя ещё раз.

Отвечать мне уже было некогда – подранок очухался и третья крыса, видать, самая старая и осторожная, тоже пошла в атаку. Прыгнула метров с трёх, легко взвившись почти под потолок. Я ушёл кувырком, на ходу подхватывая «Перо», и встретил подранка отмашкой с зажатым в руке серпом. Полоснул её по морде, стукнувшись о жвалу, сбил под арбалетный выстрел. И тут же бросился в сторону – пнул ногой уже почти открывшуюся решётку, по новой закинув крысу вглубь камеры, и подпрыгнул, уходя от когтей, полоснувших меня по ноге.

Но опять же только для того, чтобы сразу же раскрутиться, уходя от прыжка подранка. Это уже какой-то брюшной ёжик – в нём три болта торчал, но лишь слегка сковывало движения. На меня опять бросился хитрый, попытавшись напасть со спины. Но я оказался быстрее, а серп острее – и крысиная лапища отлетела в сторону. Размером она, правда, была с куриную, но всё равно потом заберу на память. Буду вместо ручного культиватора в своём садике использовать.

В третий раз навалился на решётку, ещё и с ноги в крысиную морду зарядил. Метод рабочий – она сама же жвалами себе пролезть не могла. И пока Марко точными выстрелами отгонял от меня подранка—ёжика, бросился за однолапым, решившего цапнуть кого-нибудь на лестнице. Догнать не успевал, наступил на хвост, сам чуть не грохнулся, но внимание привлёк. Крыса огрызнулась, прыгнула в сторону и врезалась в открывшуюся дверь камеры.

Тут-то я её и достал серпом. И по яйцам, и по шее, и по хвосту – накопилось уже силы, плюс «Анатомический взлом» разошёлся, и я разрубил её почти на две половины. И снова пнул дверь, захлопывая камеру. Мельком глянул, что «ежа» всё-таки добили, и по-быстрому крутанул ключ.

– Добивайте, – я махнул рукой на камеру и привалившись к противоположной стене, устало сполз по ней на пол.

– Ну, может, не все здесь такие живучие, – пожала плечами Оса, считав моё настроение.

Ага, если мы с обычными крысами еле справились, только войдя в город, что нас дальше-то ждёт? Тут и триста спартанцев-македонцев не поможет. А значит, надо искать какой-то другой способ. А то я так до садика не доберусь, буду всю жизнь с вредителями бороться.

– Мы что-нибудь придумаем, – Оса в очередной раз прочитала мои мысли и метким выстрелом в крысе болтом в глаз добила монстра.

Из крыс даже геномов не выпало. Хотя надо отдать им должное, больше никого опасного мы в участке не встретили. На первом этаже остались только уже знакомые нам жуки, и пока Оса с Одри их отлавливали, мы с Марко взломали арсенал.

Целая комната с четырьмя шкафами, часть из которых кто-то опустошил до нас. Но видно было, что в спешке и максимум в четыре руки.

Первый шкаф был самым полным, но он не заинтересовал ни нас, ни прошлых посетителей. На верхней полке в ряд стояли остроконечные шлемы с гребнями, похожие на шлемы пожарных девятнадцатого века, ниже – стойка с ножами, а в самом низу лежала целая гора рассохшихся дубинок.

Второй шкаф был уже поинтересней – там в три ряда крепились деревянные полки с прорезями. И почти в каждом из них был пистолет – в основном девятьсот одиннадцатые «кольты», но попались и несколько «люгеров» и даже один Маузер К96. Смазать, перебрать и будут как новые, ничего с ними не случилось за годы простоя. Климат сухой, двери заперты. Я насчитал суммарно сорок шесть пистолетов и с поднявшимся настроением вскрыл следующий шкаф.

Настроение вздрогнуло, когда взгляд сразу же натолкнулся на пустые гнёзда в центре шкафа. Я прямо увидел, как какой-то гранадец зачерпывает себе охапку стволов, унося их отсюда под мышкой. Ещё и в зубах небось за ремень тащил.

Ладно, нам тоже оставил. К тому же на четвёртый шкаф у него рук уже не хватило. А открыв его, настроение вернулось к верхней планке. Опять же суммарно передо мной было шестнадцать американских винтовок М14, причём на вид все были в прекрасном состоянии. То ли гранадцы не особо ими пользовались, то ли только недавно завезли свежую партию. На верхней полке стопками лежали магазины, а патроны и к пистолетам, и к винтовкам нашлись в ящиках в углу комнаты. Там тоже кто-то копошился до нас, но, видать, просто набивал карманы.

К сохранности патронов, конечно, вопросов больше, чем к стволам, но это уже пусть Сапёр разбирается. Наша задача – найти и вывезти. И в этом вопросе жадничать уже нехорошо. Есть очень большая вероятность, что мы где-нибудь на соседней улице найдём обвешанные стволами скелеты с набитыми патронами карманами.

Но я выдохнул. В прямом и переносном смысле. Шесть десятков спартанцев уже хоть как-то вооружим, а с их помощью добудем уже что-то побольше и получше.

К нам пришли Оса с Одри, отчитались о полной зачистке здания и принесли ещё три помповых дробовика, найденных в одном из кабинетов. Итого уже шестьдесят пять, а с тем, что есть у самих прибеженцев и наших старых запасах, речь уже может идти о сотке, с которой мы продолжим разбор города.

Немного посовещавшись, решили обустраиваться прямо в участке. Подвал считался чистым, но мы дополнительно перекрыли лестницу на уровне поста охраны. Потом завалили кладовку со сломанной решёткой на окне, и убедились, что все остальные окна перекрыты. Забаррикадировали входную дверь, так и оставив снаружи ловушку из червошипов.

А выход для себя оборудовали через крышу. За счёт высоких и толстых парапетов получалась отличная огневая точка с обзором на все стороны, плюс ещё и разросшийся плющ отлично скрывал силуэты. С некоторых сторон можно было в полный рост ходить, и с улицы бы никто не заметил. Зато мы бы заметили и заранее прикинули себе парочку путей отхода – так чтобы вниз легко и быстро, а наверх с трудом и под обстрелом.

Нашлись пусть старые и пыльные, но довольно крепкие одеяла, так что ночёвка даже обещала быть комфортной. Я, правда, спать не собирался – практически сразу занял позицию на крыше. Выцеливал особо любопытных монстров, но пока не стрелял, а лишь отгонял их «Аурой страха» да авторитетом шакраса. Наблюдал в основном за районом с жёлтым дымом, что-то мне подсказывало, что в той стороне авторитета недостаточно.

А заодно переговаривался на уровне образов и эмоций с Пеплом, который бродил по округе. Он с самого начала не пошёл с нами в участок, предпочёл остаться под открытым небом. И сам охотился, а заодно и обеспечивал дальнюю разведку. Правда, на уровне: сюда ходи, туда не ходи, монстр башка оторвёт. Но за неимением лучшего – я всю дорогу искал стрекоз, но экологию желтизна в Гранаде попортила – общее представление о близлежащих районах складывалось.

А когда стемнело, и вовсе пришла радостная и нетерпеливая эмоция, которую я смог опознать исключительно как: брат, давай скорее сюда, я тут такое нашёл!

Глава 19

У Осы пришлось чуть ли не отпрашиваться, обещая, что я «с пацанами» буквально на пять минут перетереть выйду. И вернусь не только трезвым, но и целым и невредимым. Понятно, что всё шутки, но выдвинулся я только через час. Пока сдал пост, пока определил вместе с Анной точки и прострелы, в которых она сможет нас прикрыть, пока перекусил, пока…

Но, наконец-то, «Тёмная охота» началась!

Я слетел с крыши, бесшумно соскользнув на каменную пристройку, а оттуда по контейнерам до забора, дальше по нему и на улицы города соскочил уже метрах в ста от полицейского участка. Махнул рукой Анне, которая, похоже, даже не смотрела в мою сторону, и, ориентируясь по чуйке, скрылся в узком переулке.

Практически сразу вляпался гору старых костей, стопкой перемешанных с каменными крошками и сухими листьями. Всё захрустело, перебив даже мою «Ауру тишины», но благо чуть ли не в соседнем дворе раздался душераздирающий визг съедаемого заживо существа, и следом громкое, довольное чавканье. И я, можно сказать, под шумок спокойно сменил и локацию, и направление.

Ещё несколько раз меня шугало что-то шустрое и мелкое, но массовое. Потом уже я кого-то спугнул – но даже не увидел кого, только услышал скоростное шарканье с пробуксовкой. Во второй раз – я услышал хлопанье крыльев. Думал, что опять кого-то спугнул, но оказалось, наоборот. Что-то камнем рухнуло сантиметров в пятидесяти от моей головы, и царапнуло когтями остатки фонарного столба, вырвав оттуда приличный кусок металла.

Какие-то необразованные здесь монстры, не понимают, что у меня маскировка на максимум. Я решил, что на фиг таких и убрался с открытого пространства. Проник в давным-давно нежилой дом и, стараясь не грузиться от видов запустения и разрухи, проскочил его насквозь. Забрался в следующий и не грузиться уже не получилось – растерзанные скелеты, кровь впитавшаяся, кажется, даже в пыль в воздухе, сломанная мебель со следами когтей, а потом и чьё-то старое гнездо с пустыми скорлупками.

Мёртвый город будто опять начал душить своей разрухой и отчаянием жителей. Эти, похоже, были из тех, кто решил пересидеть первые аномалии и в итоге дождался второй волны из монстров.

Насквозь этот дом тоже пройти не удалось. Окна с другой стороны были заколочены, хоть это жителей и не спасло. Я поднялся на второй этаж, застав там ещё больший бардак, и ещё долго стоял перед балконом, не торопясь выйти наружу. Хотелось продышаться, плюс впереди показался очень знакомый силуэт. Ши-тау собственной персоной.

Громадная помесь саблезубой кошки и дикого гризли. Красивый и мощный зверь, пусть слегка исхудавший на гранадской диете, но даже более свирепый, чем тот обдолбыш, с которым я встречался на лесопилке. Ши-тау охотился. Он явно почувствовал моё присутствие, но пока не мог определить точное направление.

Крадучись он пересёк улицу, скрывшись в переулке. До меня донёсся едва различимый скрип дверных петель, а потом ещё более тихие, совсем мягкие поскрипывания досок.

То, что я в доме, он угадал. Не угадал пока в каком.

Я не торопился – сам придёт. Даже подумал чуть ослабить маскировку, но слава богам Аркадии этого не сделал. Ночная улица начала просыпаться. Где-то внизу раздался торопливый топоток маленьких лапок, что-то ухнуло на крыше, сорвав с неё несколько камешков.

Из тёмной дыры в брусчатке (возможно, в прошлом это был канализационный люк) выскочило что-то маленькое и пушистое, похожее на обычного кролика. Ушки – коротыши, хвостик – обрубочек, жопка – меховая и мясистая.

– Эх, заблудился, бедненький, – прошептал я под нос, хотя так и хотелось крикнуть: Беги! Спасайся! В доме монстр – точнее, сразу в двух домах – тебя порвут на ценный мех и диетическое, легкоусвояемое мясо!

Зверёк будто услышал мои потуги и повернул на меня мордочку. Тут же сработала подсказка от системы, опознав в нём некоего скалистого дамана. Знакомое название, на земле такие тоже водятся. Вроде грызуны, но какие-то там учёные доказали, что ближайший родственник у зверька – слон. Я попытался вспомнить всё, что про них слышал: мокрые лапки, почти как присоски, чтобы по горам лазить, и что-то там с окаменелыми какашками чудное. Их называют «Золотой камень» и используют в парфюмерии в качестве фиксатора аромата.

– М-да, значение фразы: кролик – это не только ценный мех, но и… обретает новое значение, брр…

Я встряхнулся, не очень понимая, зачем мне сейчас вся эта информация. И зачем я вообще её вспомнил, теперь точно легко из головы её не выкинешь.

А пушистик тем временем будто специально навалил целую кучу прямо на брусчатке. Никакого золотого блеска я там не заметил, видать, не окаменело сразу. А вот потом, когда довольный даман улыбнулся, чуть ли не с эффектом выкидушки выпятив два клыка размером с мои мизинцы, уже и блеск появился. Лунный свет отчётливо прошёлся по всей морде этого саблезубого слоновьего хомячка.

Даман, морща носом, поводил мордой из стороны в сторону и зафиксировался на доме, где скрылся ши-тау. Раздался тихий свист, и в люке появилась вторая мохнатая мордочка, а за ней и третья. И когда первый даман уже вплотную подошёл к дому, за ним выстроилось не меньше десятка сородичей. Ещё один свист – и они дружной толпой ломанулись в дом, быстро взобравшись по отвесной стене до окна.

Не знаю, что я раньше считал самым странным из встреченного на Аркадии, но перепуганный визг ши-тау, теперь будет в явной тройке лидеров. По сравнению с тем, что сейчас рыдало в соседнем доме, поросёнок, которого режут, просто хихикает от лёгкой щекотки.

– Наших бьют, – хмыкнул я и не до конца понимая, что делаю, с разбега выскочил через балкон и прыгнул на крышу соседнего дома.

Ши-тау всё-таки ближайший родственник, плюс он на наш по статусу хищника, ну и, конечно, его геном я уже тоже считал нашей добычей.

Проскользив по черепице, зацепился за край и свесился головой вниз. Заглянул в окно на втором этаже, убедился, что драка дотуда ещё не дошла, и завалился внутрь. Ударился о тумбочку, поскользнулся на очередном скелете, но к лестнице выровнялся сам и успокоил дыхание. Перевесился через перила и заглянул вниз, застав классическую сцену драки между кошко-медведем и саблезубыми кроликами.

Ши-тау визжал, ревел и хрипел, мотаясь по всему залу. Раскидывал лапами остатки мебели и плашмя кидался на стены – и всё это ради того, чтобы сбросить с себя вцепившихся в шкуру дамаров. По паре зубастиков висели на передних лапах, сразу пять штук на спине, семеро, а то и больше, на груди, а остальные ниже. Один пушистик вцепился ши-тау в глазницу, предварительно выковыряв оттуда сам глаз.

Реально, зверя стало жалко. Там, похоже, уже и между лап клыками прошлись. «Заблудился, бедненький…» – захотелось сказать уже ему.

Я поймал взволнованный запрос от Пепла, типа бежать ко мне или продолжать караулить то, что он нашёл. Отмахнулся от него и приготовился встречать первого дамара. Меховые демоны меня заметили. Отчасти смешно выгибаясь в мою сторону, но так и не разжимая клыков.

Потом первый всё-таки отвалился от ши-тау, свистанул и бросился к ступенькам. Хитрая траектория с неприличным даже для кролика скоростным лимитом. Он перескочил через перевёрнутый стол, скакнул на стену, потом к ступенькам, снова на стену, а оттуда на потолок. И оставляя влажные следы, помчал на меня.

Напряжённый момент, конечно, но после неубиваемой крысы в полицейском участке, удивить меня стало сложнее. Больше взволновало ощущение неправильности, пробудившееся где-то в глубинах моей генетической памяти. Шакрас явно недоумевал, что на него нападает кролик. Неправильно это всё, пищевая цепочка так не работает. С другой стороны, я же сам против Вольфа, как этот кролик.

– Ага, белый и пушистый, но с клыками, – хмыкнул я, уворачиваясь от летящего монстра.

Подловил, пропустил мимо и догнал ударом клинка в спину. На лету пробил насквозь и сразу вытянул руку подальше. Считай, двойная работа над ошибками после тех же крыс.

Бессмертным, к счастью, этот «ценный мех» не оказался. Почти сразу же засветился и выдал небольшой кристаллик даже раньше, чем я скинул труп в толпу его сородичей. Ши-тау начал сдавать. Я заметил всего четыре разорванных на части кролика, до которых он смог дотянуться, а дальше догрызли и перегрызли что-то важное.

Повсюду была кровь, а под умирающим зверем растекалась большая чёрная лужа. Только три дамара ещё вгрызались в его шкуру в районе шеи, а остальные, фыркая и насвистывая, выбрали меня новой целью.

Я пожалел, что отдал Осе серп обратно, а то сейчас серпом по зайцам получилось бы совсем в тему. Но лестница узкая, толпа плотная, за спину и ниже пояса, как ши-тау, не нападут, а значит, и «Перо» справится.

Я полоснул следующего прыгуна по раскрытой пасти, выбив искры. «Перо» выдержало, клыки тоже, но стало понятно, что материал у них довольно близок по составу. Следующего я просто пнул, но с такой силой, что не только позвоночник хрустнул, но и морда втянулась в задние меха.

Включился «Кровавый темп» и двух следующих я подрезал одним ударом, свалив подранков в кучу их же собратьев. Зубастик кинулся мне в ноги, но промазал, цапнув, будто это какое-то обычное яблоко, целый кусок ступеньки. В затылок ему пришлось «Перо», прибив его к доске.

А когда для следующего рывка накопилась толпа сразу в десять пар клыков, и они прыгнули, я тоже рванул, соскочив сразу на первый этаж. По-быстрому свернул шею одуревшему от крови ши-таю зубастику, подхватил ножку от стола и бейсбольным ударом сбил второго, а потом сломал биту о третьего. Ши-тау тоже досталось, но ему было уже всё равно. Думаю, ещё минутка и появится свечение генома.

Ждать было некогда, толпа рассвистелась на втором этаже и уже спешила обратно. Разом на меня прыгнуло штук пять зубастых. Кто в голову, кто в шею, а кто и ниже – показалось, что я даже увидел азарт и предвкушение в блестящих глазках. Прямо уже видели, как впиваются в мои самые важные артерии.

Свалить всех разом я бы не успел даже на новом витке «Кровавого темпа». Пришлось импровизировать – я пнул столешницу, перехватил её и прикрылся ей как щитом. Загрохотало коротким, но громким градом. Раздался треск и в паре сантиметров перед моими глазами выскочили два клыка. Ещё два над головой и целая пачка в районе рёбер, причём самые длинные даже умудрились порвать футболку и оцарапать кожу.

– Капец, – прорычал, одновременно чувствуя себя и девушкой в ванне, к которой ломится маньяк, и цирковой мишенью для метательных ножей.

Я трижды пырнул столешницу сам, на скорости и наугад отрабатывая чуть ниже торчащих клыков, расслышал недовольный предсмертный писк, и уже кулаком ударил сбоку по верхним клыкам. Как гвозди загнуть их не получилось, но, думаю, процедура кроликам не понравилась. Как минимум два клыка из разных пар я сломал. После чего толкнул столешницу на остальных, кубарем скатившихся с лестницы.