Текст книги "Очень приятно, Царь! Блюдо пятое (СИ)"

Автор книги: Евгений Бергер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 11

– Нет, я, конечно, всё понимаю, Дерек. Но это уже перебор! – возмущалась Лера, кружа вокруг меня возмущенной птицей: – Согласиться на дуэль с третьегодкой… Да ещё и с тринадцатым номером Совета Элит! Это не смелость, а самая настоящая глупость.

– Даже если бы мне не хотелось наказать этого коротышку – выбора-то всё равно нет. Он прилюдно оскорбил меня. А значит – война. У меня всё просто.

– Нет, Дерек! – вмешалась Леночка, недовольно скрестив руки на груди: – Ты мог подать официальную апелляцию в Студенческий совет и в Совет Элит. Они бы с лёгкостью отменили дуэль.

– Во-первых, вы опять сообщаете мне важную информацию постфактум. Во-вторых, это не отменяет того факта, что я не намерен терпеть подобное высокомерие в свой адрес! Третьегодка он… Или же один членов Совета Элит – плевать. Он не следит за языком? Хорошо! Я укорочу его.

– Он раскатает тебя в тесто. – заключила Лера: – Леон – потрясающий повар. Выбери ты рыбу… Или хотя бы мраморную говядину, то у тебя была хотя бы одна десятая шанса на победу. Сейчас же прогнозы крайне не утешительные. Ты проиграешь, Дерек. И не потому, что ты плохой повар. Нет. Ты просто не дотягиваешь до его уровня! Да что там говорить? Даже я не дотягиваю до его уровня.

– Он выше тебя всего на две позиции.

– ВСЕГО⁈ Дерек, ты с ума сошёл⁈ Две позиции для Совета Элит – огромная пропасть. Но дело даже не в этом. Леон – конченый символист. Ему нравится цифра тринадцать. И если бы он дико не пёрся со своей демонической ауры, связанной с «чёртовой дюжиной», то уже давно поднялся бы до десятого номера.

– Хорошо. Если он весь такой крутой… То почему решил «марать руки» об меня?

– Кхе… Это же очевидно! Симонов приучил, что круче аристократа – повара быть не может. Ему было плевать на Раневского. Плевать на Марику. Плевать на огромное количество богов кулинарного Олимпа из простолюдинов. По крайней мере – так было раньше. Леон – отголосок старой политики Симонова.

– Как такое возможно, если кулинарная революция Симонова-Раневского произошла несколько лет назад?

– У всех свои тараканы в голове. Историю в Харитоновке нельзя искоренить, подделать или просто выжечь. У нас всегда действует жёсткое правило обращать внимание на то, что произошло однажды. История – истина в константе. Попробуешь злоупотребить полномочиями ректора, и что-то исправить – тебя выкинут. Поэтому совершенно любое действие нашего управления НАВСЕГДА останется в истории.

– Это правильно. Но причём тут коротышка?

– Для Леона эта революция стала весьма показательной. Во-первых, он из древнего рода европейских аристократов, которые на протяжении полутора веков контролировали кухню во Франции и Польше. А во-вторых, Леон до сих пор верит в то, что Симонов был неискренним в своём раскаянии. Поэтому всё ещё считает, что истинными богами кулинарного Олимпа могут быть исключительно аристократы. А вы с Колей показали невероятные результаты. Первое и четвёртое место на отборочном туре в Сочи! К тому же, если знать подробности – Новикова получила третье место очень на тоненького. У Коли было отставание всего на один балл. Плюс – Алисия Жагно. Это несгибаемая барышня! Она закрыла огромное количество ресторанов. Просто, потому что может. А тут – хвалебный отзыв, который очень напоминает купленный… И если бы не ОГРОМНЫЙ авторитет и безупречная репутация, то вокруг «Тётеньки-Котеньки» разгорелся бы большой скандал. Но суть в том, что вы с Колей популяризируете высшую кулинарию среди простолюдинов. Вы показываете, что каждый может прикоснуться к сокровенному. А это противоречит взглядам Леона.

– Какая глупость… Выходит, это просто маленький шовинист, который хочет прилюдной казни? Хорошо! Я накручу этому мелкому снобу уши. Пускай знает, как на меня лезть.

– Дерек, это не просто, какой-то там Маршал Амелии. Это член Совета Элит. У него знания. У него практика. У него связи. У него ресурсы. Ты чисто физически не сможешь его победить. Неужели ты этого не понимаешь? – нахмурилась Лера.

– Ты настолько в меня не веришь?

– Дело не в этом, насколько я верю. Мы с тобой прямо сейчас можем сразиться на кухне. Но мы оба знаем, кто победит. Ты серьёзно вырос за сентябрь. Очень серьёзно. Но этого недостаточно. Просто представь, в какого специалиста ты превратишься к концу третьего курса?

– У Леона явно нет одного важного качества, которое есть у меня.

– И какое же?

– Опыт работы в «Шашлычке».

– Послушай! «Форд Фокус» не сможет обогнать «Феррари» на прямой. Понимаешь? Как не крути – это разные классы автомобилей!

– Смотря, что у «Фокуса» под капотом. – усмехнулся я: – В общем, мне нужно отлучиться по делам. А насчёт моей оригинальной идеи поговорим завтра.

– Да-да… Конечно. Твоя беспечность меня просто убивает! – раздражённо фыркнула Лера и быстро утопала в коридор.

– Я с ней полностью солидарна. – кивнула Леночка: – Тебе бы в следующий раз чуть подумать головой, прежде чем принимать вызовы от кого попало.

– Слушай! Мы это уже проходили и не раз.

– Маршалы сильны. Старшая Звонарёва, так и вовсе одна из будущих богинь кулинарного Олимпа. Я не спорю. Но Леон – совершенно другой разговор. К тому же… Ты не подумал о последствиях?

– В плане?

– Ну… Давай представим следующий сценарий. – Леночка села напротив меня: – Допустим… Чисто гипотетически! Ты победишь Леона – человека с огромными связями и влиянием. Займёшь его место в Совете Элит. Ты думаешь, они тебя примут? Думаешь, Совет Элит так просто пустит к себе студента без истории? За тебя вступится только Лера. И всё. А мы с Зиночкой, как бы не старались – уже не будем учитываться. Просто, если ты победишь, то подорвёшь всеобщее доверие к Совету Элит. Ты растопчешь их авторитет. Уничтожишь репутацию. Думаешь, они это так просто оставят?

– Леночка… мне дико приятно, что ты за меня переживаешь. Но я привык действовать следующим образом. Если меня кто-то хочет пропустить через мясорубку, чтобы сделать фарш – я обламываю им зубчики. Туплю лезвия. Превращаю из клыкастых хищников в беззубых рыбок-клоунов. Поэтому мы поступим следующим образом. Во вторник я побеждаю Леона. Занимаю его место. И смотрю, что происходит в Совете Элит изнутри. А если мне, что-то не понравится – им же хуже.

– Пойдёшь против системы?

– Зачем? Подстрою её под себя.

– Подстроишь аристократов с огромным влиянием и статусом? Дерек, ты же понимаешь, насколько это бредово звучит? В общем, лучше бы тебе договориться с Лерой, чтобы Совет Элит отменил дуэль. Если на себя плевать, то подумай хотя бы о Коле.

– Я не буду смотреть, как мелочь пузатая нас оскорбляет. – возмутился Колян: – И если тут такие порядки… То, может быть, стоит что-то менять?

– Ох, ребята… Я, конечно, буду держать за вас кулачки. И кину все силы, чтобы помочь. Но то, что Дерек собирается сделать – исключительное безумие! – вздохнула Леночка и тоже удалилась с кухни.

– Что думаешь? – поинтересовался Колян.

– Думаю, что буду жать до последнего. – уверенно ответил я: – Сегодня после встречи в «Шашлычке» начну изучать коротышку. Найду все его слабые места. И буду бить по ним. А завтра… Что ж, завтра будем готовиться. Ты со мной?

– Разве может быть иначе?

* * *

Абсолютно каждый человек имеет свои слабости. Идеальных людей попросту не существует. И нахождение уязвимостей – один из моих основных способов устранения сильных соперников.

И мне совершенно неважно, какая между нами пропасть. Леон – живой человек. А значит, у него есть недочёт, который я могу использовать себе во благо. Главное этот самый недочёт найти.

– О! Господин Цареградцев! – Снежа опустила газету и дружелюбно улыбнулась: – Знаете… Ваши ночные рандеву начинают меня напрягать.

– Вы же понимаете, что я не из тех парней, которые обманывают девчонок?

– Что-то не похоже. Вот смотрю я на тебя, Искандер… – девушка-песец поднялась и махнула пушистым хвостом: – А на ум приходит только одно… Типичный «денди» из песен. Этакий плейбой.

– Я одет в форму. Мои волосы взлохмачены, а не аккуратно уложены.

– Тебя выдаёт дорогущий парфюм.

– А…

– Ага. – кивнула Снежа: – Единственная причина, по которой я тебя пропускаю – ОГРОМНОЕ доверие к Госпоже Симоновой. Она умная девочка и не позволит, кому попало себя одурачить.

– Естественно.

– Я смотрю за тобой, Искандер. Так что, давай без глупостей. – усмехнулась Снежа и вернулась обратно на своё место.

Как только я поднялся на нужный этаж, ко мней пулей вылетела Амелия и схватила за воротник куртки так, словно собиралась избить.

– Ты в своём уме⁈ – злобно прорычала она, с диким негодованием смотря мне прямо в глаза.

– Прости… У меня с ней ничего серьёзного. В моём сердце только ты.

– Твою мать! Что ты несёшь⁈

– А ты что несёшь?

– Меня совершенно не интересует, с кем у тебя шуры-муры. У меня нет чувства ревности, как такового, если ты об этом.

– Как удобно.

– Хватит шутить, Дерек! Я про твою дуэль с Леоном. Он уже всем рассказал, как уничтожит тебя во вторник. Зачем ты согласился?

– А зачем он нарывался?

– У Леона бзик на простолюдинов-кулинаров. Вы с Колей для него, словно бельмо на глазу.

– Хейтеры – типичное явление при популярности.

– Это не просто «хейтер». Это тринадцатый номер из Совета Элит!

– Ой… Только ты не начинай, а? Мне сейчас Лера все мозги выела.

– И правильно сделала! Ты идёшь против несокрушимого соперника. Он тебе не по зубам.

– Спасибо за огромную веру в меня.

– Причём тут вера? Ты согласился на дуэль с противником совершенно другого уровня. А я, как заинтересованная в твоём продолжении обучения – искренне переживаю и хочу помочь. Напомню, что я не просто «дочка ректора». Я имею определённое влияние и обладаю знаниями, о которых другие могут только мечтать. Конечно же, я, как ответственный студент – ни в коем случае не поддерживаю подобный подход. Но твой соперник невероятно силён. Поэтому… Только из-за данного нюанса я сделаю для тебя исключение.

– Приятно слышать. Кстати, почему ты выбежала ко мне на встречу?

– Снежа бдит. Она прислала мне сообщение. И если ты пришёл, чтобы похвастаться своей намечающейся дуэлью…

– Нет. Вообще-то, я пришёл пригласить тебя на ужин. Я всё ещё не отработал долг.

– Знаешь, наверное, сегодня я воздержусь. Столько стресса в последнее время… Да и часто мелькать в твоей общаге не хочется. Стелла вчера мне все мозги выела на тему того, что нужно предохранятся… Бесит.

– А мы сегодня не пойдём в общагу.

– Хочешь ко мне в комнату? А ты чрезмерно храбрый, Господин Цареградцев. – Амелия недовольно скрестила руки на груди: – Что ты задумал?

– И не к тебе. Сегодня я говорил с Дядей Рубеном. И он тоже хочет с тобой встретиться. Но только так, чтобы никто не заметил.

– Что⁈ – глаза Госпожи Симоновой округлились. Её лицо ещё никогда при мне не выражало столько эмоций одновременно. Радость, волнение, надежда, страх, неуверенность…

– Дядя Рубен ждёт. И я предлагаю немного поторопиться, ибо коротышка и без того отнял у меня слишком много времени.

– Ты серьёзно?

– Конечно, серьёзно.

– Я… Просто… Ну… – Амелия начала заикаться, но быстро взяла себя в руки: – Я на минутку! Подожди меня на крыльце, чтобы не бесить Снежу.

– Договорились.

Наверное, с моей стороны это было слишком внезапно. Но наш «божественный язык» сама виновата, что до сих пор не дала мне свой номер для связи.

Спустившись вниз, я ещё раз насладился прохладной осенней теменью. И всё-таки, кто бы что не говорил, а это восхитительное время года! Было в нём нечто торжественно печальное и загадочно радостное одновременно.

– Я готова. – возле меня внезапно появилась Амелия. Выглядела она совершенно непривычно… Одета в старую футболку, потёртые джинсы и пальто, которое явно было на размер больше.

– Ты пойдёшь вот… так?

– Какие-то проблемы? – Госпожа Симонова тут же посмотрела на меня так, словно ещё одно слово и от меня останется только пыль.

– Нет. Просто… выглядишь необычно. Но зачётно!

– Спасибо… Я всегда стараюсь одеваться удобно, если переживаю.

– А чего переживать-то?

– Тебе легко говорить! Для меня Дядя Рубен стал родной душой, пока мама лечилась в Швейцарии.

– Лечилась ли?

– Да-да-да… Я знаю правду. Но шутить на эту тему строго запрещаю.

– Даже не пытался.

Как только мы пришли на парковку к мотоциклу Биг Би, Амелия резко остановилась и начала оглядываться по сторонам.

– Что-то не так? – поинтересовался я, вытаскивая из подсумка второй шлем.

– Эм-м-м… Ты же не хочешь сказать, что мы поедем… вот на этом?

– Именно на этом. А что?

– Смертность мотоциклистов при авариях по данным «Всемирной автомобильной организации» составляет семьдесят шесть процентов. Проще сразу прыгнуть с крыши высотки.

– Ты мне не доверяешь?

– Скорее, я не доверяю тем, кто пользуется нашими дорогами.

– Со мной тебе ничего не грозит. – я вручил Амелии шлем: – Поехали! Дядя Рубен нас уже заждался.

– Учти, Дерек! Это всё исключительно под твою ответственность.

– Как скажешь, Пирожок. – подмигнув, я надел шлем и занял почетное место водителя железного коня. Амелия села сзади, крайне нерешительно обхватив меня в районе живота.

– И не называй меня больше «Пирожком»… – из динамика встроенной в шлем гарнитуры послышался смущённый голос Госпожи Симоновой.

– Как скажешь, Булочка.

– Я тебя сейчас ударю!

– А что не так?

– Пирожок и Булочка… Звучит так, словно я пухлая.

– Разве? А как по мне – наоборот мило.

– Да уж… Видимо, у каждого свои представления о том, что есть мило.

– Держись. – я запустил двигатель, а затем максимально аккуратно тронулся вперёд.

Едва мы выехали на основную проезжую часть, как Амелия крепко прижалась ко мне. Сквозь куртку и пальто я чувствовал, как испуганно бьётся её сердце. Но спустя примерно пять минут езды Госпожа Симонова привыкла и успокоилась.

– А это не так страшно, как я ожидала…

– Вау! Неужели? То есть, ты думала, что все те люди на мотоциклах – бесстрашные безумцы?

– Скорее просто – безумцы.

– Хех… Ну, что я могу сказать? Мир полон интересных открытий. Лучше расскажи, что ты знаешь про Леона, как про повара? Всю политическую подноготную я уже выведал. Поэтому хотелось бы понять, в чём он хорош, а в чём слаб?

– Думаю, Воскресенская тебе уже рассказала про его кличку?

– «Птичий Король»? Ну, так. Вкратце.

– Леон не просто хорош в мясе птицы. Он возвёл его в абсолют. Пока ребята восхищаются мраморной говядиной высшего класса, Леон создаёт очередной шедевр из мяса утки, курицы и индейки. И нет… Если ты подумал, что он превращает в чудо обычное мясо из магазина – сразу откажись от этой мысли. Семью Леона обслуживает несколько птицефабрик. Он способен раздобыть самое лучшее и вкуснейшее мясо! Его готовка – это симфония. Понимаешь? Он буквально играет музыку при помощи ингредиентов.

– Сильные стороны мы проговорили. Есть ли у него слабости?

– Слабости? М-м-м… Я присутствовала на приёме, где шефом был Леон. Его блюда невероятно вкусные. И с очень уникальной изюминкой. Последние полтора года он частенько баловался с молекулярной кухней. Поэтому большая часть его блюд подаются исключительно холодными. Леон очень упёртый человек. Поэтому я бы не рассчитывала на послабление. Уверена, что он приготовит одно из своих лучших блюд.

– Какое именно?

– Лично мне показалось, что его самое популярное блюдо, это филе утки с фуа-гра, приготовленное при помощи шоковой заморозки.

– М-м-м… Выходит, блюдо будет реально холодным?

– Мне так кажется. Ибо шоковая заморозка делает мясо максимально нежным. А крем из фуа-гра очень необычно, но при этом грамотно дополнял вкус.

– Понятно.

– В итоге, Леон делает ставку на необычность и шоу. Понятно, что вкус тоже играет немаловажную роль. Однако стоит учитывать один нюанс. Блюда Леона – бездушные. Чётко вымеренные вплоть до миллиграмма. Очень вкусные… Но при этом – совершенно безэмоциональные. И если ты хочешь поразить арбитров на дуэли, то используй свой главный козырь.

– Какой же?

– Твои блюда – это очень приятные, теплые и уютные истории. Если у Леона вершина технологий, то я бы на твоём месте поставила всё на понятность, реалистичность и глубину. Иными словами, тебе стоит просто быть собой. Только вот, это «просто быть собой» придётся возвести в абсолют. Увеличить приятность, тепло и уют в несколько десятков раз. Тогда и только тогда ты сможешь потягаться с блюдом Леона. Ты уверен, что у тебя хватит времени на всё?

– Если начну разработку блюда прямо сейчас, то хватит. Я собираюсь приготовить арбитрам лучшую утку в их жизни. И поверь – никакие сложные машины мне для этого не нужны.

– Амбиции… Мне нравится. Но учти, Дерек. Леон никогда не стоит на месте. И пока мы с тобой катаемся на мотоцикле – он уже во всю разрабатывает грандиозный план, как тебя пожестче победить.

– Не он один.

– Что ж… Рада, если так.

Как только мы приехали к «Шашлычку», сердце Амелии снова забилось, словно во время интенсивной пробежки.

– Не волнуйся. – улыбнулся я, похлопав Госпожу Симонову по плечу: – Я буду рядом.

– Спасибо… – взволнованно ответила она: – Просто… Я так часто представляла этот момент. И долго думала, а что же я скажу Дяде Рубену при встрече?

– Знаешь, дам тебе один маленький совет. Волнение от предстоящей встречи, зачастую появляется исключительно из-за ожидания столкновения с неизвестным. Ты накручиваешь себя, ибо не можешь грамотно спрогнозировать, каким образом будет построен диалог. Ты должна выдохнуть и сделать вид, будто никакой разлуки и не было. Словно вы с Дядей Рубеном просто не виделись пару дней.

– Тебе легко говорить… Для тебя он не являлся причиной серьёзной психологической травмы.

– Совет на то и совет. Его даёт человек, который за частую не в курсе всей ситуацию. Он ориентируется исключительно из того, что знает. И тем не менее – ты постарайся. Рубен не из тех, кто будет жестоким или отталкивающим.

– Боюсь, что жестокой или отталкивающей могу быть я.

– А ты держи себя в руках.

– Держу… – Амелия остановилась на половине пути и опустила голову: – Не могу.

– Что такое?

– Не могу идти дальше.

– Ох, ты серьёзно?

– Серьёзно.

– Если ты не можешь идти, то я отнесу тебя на руках.

– Нет! Это слишком… Дай мне подумать.

– О чём думать, дорогая? Вот дверь. Зайдём и всё.

– Тебе легко говорить…

– «Легко, да легко»… Вот чего ты заладила? Если страшно – просто сделай это!

– Ладно. – тяжко выдохнув, Амелия сделала ещё два шага и снова остановилась: – Слушай…

– Да-да?

– А можно… Я возьму тебя за руку?

– Можно.

– Спасибо.

После того, как Госпожа Симонова обхватила мою руку, мы направились к стеклянной двери шашлычной.

Дядя Рубен одиноко сидел за дальним столиком с чашкой кофе и задумчиво смотрел в окно. Как только прозвонили входные колокольчики, он тут же поднялся, и повернувшись к нам, замер. Было видно, что здоровяк в полнейшей растерянности. Он совершенно не представлял, что делать дальше.

– Дядя Рубен… – Амелия сделала три неуверенных шага вперёд, а затем не выдержала и побежала со всех ног: – Дядя Рубен!

– Привет… – улыбнулся он и, наконец-то, обнял свою ученицу.

И всё. Никакого напряжения. Никакого страха за неизвестность. В этот вечер я впервые увидел слезы Амелии и, что занятно – Дяди Рубена. Искренние. Чувственные. Этакая радость с облегчением.

Ну, что ж… Думаю, мне не стоило мешать воссоединению двух потерявшихся душ. Самое время поэксплуатировать кухню «Шашлычка». К тому же, Зоя сказала, что вчера привезли огромное количество первоклассной утиной грудки.

* * *

Девичья душа – потемки. А если эта самая «душа» ещё и принадлежала экстре – то там непроглядный пещерный мрак.

Помню, разведчики Повелительницы Тьмы заманили меня с отрядом в одну расщелину. Мы провалились и почти сутки блуждали в кромешной темноте, поскольку боялись, что колебание Пламени вызовет обрушение и усугубит хреновую ситуацию. Вот там реально не было видно ни-че-го! Вот, вообще, ничего. Абсолютная концентрация тьмы.

Прямо, как душа Амелии для меня.

Поэтому, чтобы не пропустить условную «вспышку», я иногда выглядывал из кухни и проверял, как проходила воссоединительная беседа. Однако никаких повышенных тонов. Слёз. И прочих последствий выяснения отношений.

Дядя Рубен и Амелия просто общались, вспоминая былое. И что меня удивило – наша Снежная Королева даже не пыталась сдерживать эмоции. Она так счастливо улыбалась, что даже у такого чёрствого сухаря, как я – в груди становилось тепло.

Что ж, значит можно всецело отдаться готовке.

Просто быть собой, но при этом – возвести всё в абсолют, да? Хорошо…

Вытащив утиное филе, я срезал выступающие излишки кожи и жира. Уж очень мне нравилось, когда кусочки мяса были красивыми. Затем сделал надрезы на коже. Тут главное прорезать только саму кожу и жир, стараясь при этом не повредить мясо.

А нужно это для того, чтобы протопить весь подкожный жир, сделав кусочек максимально насыщенным в плане вкуса, и для равномерной прожарки кожицы. Реакция Майяра превращала её в идеальную хрустящую корочку.

Второй момент, который многие повара часто не учитывали – раскалить сковородку. Прям, как следует! Это необходимо для того, чтобы жир сразу начал топиться, образовывая под мясом небольшую лужицу для равномерного прогрева. Ни в коем случае не надо лить подсолнечное масло! Если я это сделаю, то нежная утиная грудка превратится в отвратительный жирный кусок, от которого будет пасти горечью пережаренного масла.

Третий важный момент – необходимо, как следует просолить нашу грудку именно в месте надрезов. Если мы это упустим, то мясо попросту останется пресным. Зато жаренная шкурка превратится в невыносимо солёный ужас.

Четвертый важный момент – ОБЯЗАТЕЛЬНО дайте мясу отогреться до комнатной температуры. Можно достать хотя бы за час до готовки. Мне повезло, ибо я стащил несколько штучек из заготовки Зои, поэтому долго ждать не пришлось.

После того, как мясо попало на раскалённую сковородку, стоит тут же убавить огонь до среднего. Ведь если оставить высокую температуру поверхности, то жир пригорит, испортив блюдо горьким привкусом.

От готовки меня отвлёк коннектор, который завибрировал в кармане. Кого там принесло на ночь глядя? Не дай бог, Летти со своими выкидонами…

К великому счастью, это была Лилия.

– Слушаю. – ответил я.

– Привет, мой ласковый и нежный зверь… – пролепетала она, словно целуя меня в ухо через динамик коннектора.

– Добрый вечер. – улыбнулся я: – Неужто только проснулась?

– Ты не оставил мне сил! Набросился на меня, как дикий хищник и растерзал! – игриво возмутившись, ответила Лилия.

Ну, с этим я был вынужден поспорить. Сексуальному темпераменту этой роковой брюнетки могли позавидовать даже самые развратные демоницы из Изнанки. Это тот самый тип девушек, которые высасывают абсолютно все силы. И на утро тебе не хочется не то, что на девчонок смотреть… Тут уже от каждого человека начинаешь нос воротить.

Полная физическая и ментальная пустота! Лилия не оставила мне ни-че-го!

– Перед такой, как ты – было сложно устоять. – я решил подыграть. Если девушка называет тебя «зверем» или «хищником», значит так оно и есть. По крайней мере – для неё.

– Заманил, значит? Я с самого начала знала, что ты пытаешься ко мне подкатить.

– Извини. Я не люблю врать или скрываться.

– Всем так говоришь?

– Только самым страстным.

– М-м-м… Когда мы снова увидимся? – голос Лилии из игривого стал очень серьёзным.

– Ого! Тебе настолько понравилось?

– Представь себе, хитрый лис. И я хочу это повторить. Так, когда мы увидимся?

– Как насчёт среды?

– Договорились. И не вздумай потом отнекиваться!

– Чтобы я? Да отнекивался?

– Вы парни все такие… Сперва флиртуете. Доводите девушку до феерии. А затем резко переключаетесь на заднюю передачу.

– Такая функция у меня отсутствует с завода.

– Хорошая шутка! Кстати, скинула тебе в личку, кое-что…

– Что же? – я ловко перевернул мясо на другую сторону.

– Некий элемент одежды. Хочу, чтобы ты оценил. И не тормози! Я очень не люблю ждать.

– Как скажешь, дорогая.

– Сладких снов, милый! – и снова голос Лилии с серьёзного перешёл на игривый.

Открыв мессенджер, я увидел фотографию роковой брюнетки, где из одежды на ней были только чёрные лакированные туфли на высоком каблуке.

По всем правилам социальных сетей мне следовало бы поставить «огонёк». Но это слишком банально, поэтому я напечатал четверостишие из произведения Есенина:

Кому: Амазонка

'Ты красавица, как легкий месяц сентября,

Как ласковый и яркий звон весенних глаз,

В тебе души моей согрета вся поэзия,

И ласкою нежной дышит каждый твой рассказ.'

На что мне незамедлительно пришёл ответ.

От кого: Амазонка

«Я с тебя зубами трусы сорву…»

Вот это экспрессия! Я, конечно, знал, что девчонки обожают Есенина, но не настолько же?

Однако пора возвращаться к утке, ибо идти завтра к Лере с пустыми руками мне очень не хотелось.

Как только я заметил, что утка почти дошла до нужной кондиции, то тут же достал бутылочку пятидесятиградусной граппы. Что важнее – напиток был самодельным. Привезли друзья Дяди Рубена из Кубанской области.

Вооружившись газовой горелкой, я брызнул граппу на горячую сковородку, а затем поджог. Пламя тут же устремилось вверх! Вот удар… Вот это взрыв! Слава богу, что огонь не добрался до вытяжки. А не то Дядя Рубен бы меня за такие приколы точно бы заставил пахать на протяжении всех новогодних каникул.

Метод приготовления пищи с алкоголем и открытым пламенем называется «фламбе». И нет, это не огненный шизик из игры «Диспатч». Данный способ ещё называли фламбирование. Спирт практически мгновенно испарялся, оставляя на мясе уникальный вкус и аромат.

Но и это ещё не конец.

За шесть минут на сковороде утка, конечно же, не успела приготовиться внутри. И чтобы мясо осталось нежным – лучше довести дело до конца уже в духовке.

Выложив кусочек на заранее подготовленный противень, обтянутый фольгой блестящим слоем вверх, я ещё раз посолил мясо. Дело в том, что часть соли вытопилась вместе с жиром, поэтому обязательно нужно добавить.

Дальше в дело вступал молотый черный перец. Его тоже можно не жалеть.

А теперь – секрет!

Многие искренне верят, что утка – это про сладкие маринады и соусы. Отчасти они будут правы, но это всё отголоски чужой французской кухни. Для русского человека, куда привычнее к мясу вкус соленого, перченого или кислого. Поэтому, чтобы улучшить нашу утку, я просто перевернул кусочек поджаренной корочкой вверх и облил лимонным соком. Немного! Чисто для привкуса. После чего, мясо отправилось в духовку.

Настройки – сто девяносто градусов. Лучше доводить на самой верхней полке, приоткрыв при этом дверцу. Слишком сильно распахивать не стоит. Достаточно небольшой щели для циркуляции воздуха. Десяти минут вполне хватит.

Пока утка доходила, я решил приготовить простенький гарнир. А именно: два кусочка белой обжаренной СВЕЖЕЙ чиабатты, нарезанные мелкими колечками помидорки черри, немного рукколы и вишенка на торте – маринованные грибочки! На самом деле, к утке подойдут любые. Но лично у меня сейчас были маринованные подберёзовики.

Как только утка дошла, я тут же вытащил её и нарезал тонкими кусочками. Красота, да и только!

Что ж, теперь осталось только презентовать блюдо на оценку двум моим арбитрам. Экстра и легендарный шеф-повар… Очень интересно, как они всё это оценят?