355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Эвангелина Андерсон » Востребованная (ЛП) » Текст книги (страница 7)
Востребованная (ЛП)
  • Текст добавлен: 23 марта 2017, 13:30

Текст книги "Востребованная (ЛП)"


Автор книги: Эвангелина Андерсон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

Глава 10


– О, Боже! – Лив резко выпрямилась, отдёрнув руку. Контейнер с не-молоком выпал из её внезапно ослабевших пальцев, красная крышка соскочила. Пока белая жидкость тихо растекалась по полу, Лив отступала от странного существа, похожего на плюшевого мишку, чувствуя, как бешено бьётся её сердце.

На мгновение создание встало на все четыре лапы, принюхиваясь к белому инопланетному напитку, и Лив понадеялась, что оно забудет о ней и просто напьётся. Сама она внезапно ощутила себя абсолютно трезвой – видимо, безумный страх подействовал на неё как чашка крепкого кофе.

К сожалению, пару раз понюхав жидкость и попробовав её тёмно-зелёным языком, голубое существо двинулось вперёд. Видимо, Лив интересовала его больше, чем огромная лужа на полу кухни.

– Х-хороший мишка, – произнесла Лив дрожащим голосом, отступая. – Не кусай меня, просто оставайся там.

Однако медвежонка её голос, казалось, привлекал, а не отпугивал, потому что он заинтересованно запыхтел и приблизился, вынуждая Лив отойти ещё дальше.

Она обнаружила, что вернулась в тускло освещённый коридор, когда начала моргать, потому что глаза её привыкли к свету в кухне.

Инопланетный плюшевый медведь всё ещё следовал за ней, издавая странные хриплые звуки и обнюхивая воздух, словно пытаясь распознать её запах. Теперь, когда он шёл на четырёх лапах, Лив поняла, что он был слегка меньше шпица, но в сто раз страшнее, потому что: во-первых, он был инопланетным существом с неизвестными намерениями, а во-вторых, у него были зубы как у долбаной акулы.

– Хороший мишка, – прошептала она снова, пытаясь нащупать дверь в ванную.

Может, она сможет запереться там и подождать прихода Брайда. Лив не знала, как это похожее на медведя существо вообще попало в апартаменты (может, это какой-то паразит, которого нужно было истребить как огромного таракана?) но Брайд, по крайней мере, был достаточно большим, чтобы с ним справиться. Если он, чёрт возьми, когда-нибудь вернётся.

Где вообще был расположен магазин с человеческой едой на этом корабле? И почему он торчал там так долго?

Наконец, Лив нащупала проход в ванную и медленно вошла в неё, но тут зацепилась за что-то ногой и потеряла равновесие. Отчаянно размахивая руками, она удивлённо вскрикнула, пытаясь удержаться и не грохнуться на задницу.

К сожалению, движения руками и оглушительные крики не понравились голубому существу. Раньше оно казалось просто любопытным, однако теперь снова встало на задние лапы и издало хриплый пугающий рёв, от которого кровь Лив заледенела.

"Боже мой, меня сейчас сожрёт синий инопланетный мишка, – подумала она, глядя на быстро приближающегося монстрика. – Какого черта, они напишут на моей надгробной плите?"

Здесь покоится Лив,

Лежа без забот.

Она умерла, когда её укусил

Плюшевый мишка-проглот.

Хорошо, возможно, она всё-таки была не совсем трезвой, но зато полностью охваченной ужасом. Где шлялся Брайд?

Существо снова взревело, прерывая ее странное оцепенение, и Лив попятилась назад, стараясь скрыться от грозного маленького монстра. Почувствовав полое пространство позади себя, она вспомнила про альков с его странным массажным ковриком.

В другое время Лив и близко бы к нему не подошла, но сейчас быстро решила, что лучше получить массаж от странного неодушевлённого предмета, чем позволить буйному медвежонку отгрызть ей пальцы ног.

Лив забралась на странный коврик, расположенный в глубине алькова, и сразу же ощутила странную вибрацию. Коврик ожил и разминал каждую часть ее тела, с которой соприкасался, в основном ее руки и колени, пока она ползла вглубь алькова и молилась, чтобы синий медведь не смог последовать за ней. Он был не очень высоким, даже стоя на задних лапах, но мог ли он взбираться на различные предметы? Она с опаской оглянулась через плечо и с облегчением отметила, что за ней никого не было.

Ощущать массаж от коврика было необычно, но не так страшно, как она ожидала. Развернувшись, чтобы сесть, Лив почувствовала себя еще более странно, когда коврик принялся разминать ее попку, тем более, что трусиков на неё всё ещё не было.

Вспомнив о ряде кнопочек на стене, Лив решила проверить, действительно ли они контролировали коврик. Похоже, что она застряла здесь на неопределенное время, по крайней мере, до тех пор, пока Брайд не вернется и не спасет её от инопланетного медведя, и она не хотела ощущать непрерывный массаж тела все это время.

Панель с кнопками располагалась в пределах досягаемости справа от нее, но в темноте нельзя было разобрать надписи под ними. "В любом случае, здесь, скорее всего, надписи будут на том же инопланетном языке, который был на контейнерах в холодильнике, – подумала Лив, – так что это спорный вопрос". Решив рискнуть, она протянула руку и нажала кнопку наугад.

Реакция коврика была мгновенной, только не такой, на которую она надеялась. Вместо того чтобы замедлить или остановить массаж, коврик стал разминать её ещё быстрее и сильнее.

– Ой! – вскрикнула она, когда изогнувшийся в форме пальца коврик коснулся ее самого чувствительного места.

"Нужно остановить его, пока все не стало еще хуже". Такими темпами её попка будет вся в синяках в течение месяца. Тут Лив увидела одну кнопку в нижнем ряду, которая была больше других. Молясь, чтобы это была кнопка "выключить", Лив потянулась к ней и нажала изо всех сил.

Коврик словно обезумел.

Захватил ее пальцами и потянул вниз, пока Лив не оказалась накрепко прижатой спиной к его поверхности. Она сопротивлялась изо всех сил, стараясь освободиться, но проклятая штуковина не отпускала ее. Двигаясь под ней как дикая лошадь, она удерживал ее руки и ноги, зафиксировав их на поверхности странными гибкими петлями, и начала срывать с нее одежду.

– О, Боже! Помогите!

Лив закричала от страха, когда массажный коврик разорвал лямочки ее черной сорочки, обнажил ее грудь и начал ласкать ее плоть двумя темными выростами, похожими на щупальца. Это ощущалось так, словно её щупала огромная амеба. Амеба, которая не понимала ответ "нет".

– Прекрати! Отстань от меня! – выкрикнула Лив, пока коврик приставал к ней с все возрастающим энтузиазмом.

В ответ он сжал и покрутил ее соски настолько сильно, что Лив казалось, еще чуть-чуть и он просто оторвет их. Что, черт возьми, случилось с этой проклятой штукой? И какие психи создали массажный коврик с режимом изнасилования? Но самое страшное было еще впереди.

Лив охнула, когда коврик задрал подол ее кружевной сорочки, обхватил ее ноги еще двумя петлями и начал раздвигать ее бедра.

– Нет!

Лив еще сильнее вырывалась, пыталась освободить руку из захвата коврика, чтобы нажать другую кнопку. Но каждый раз, когда она поднимала руку на нужную высоту, проклятый половик дергал ее вниз.

Что, черт возьми, ей делать? Неужели она позволит какому-то озабоченному медицинскому прибору изнасиловать себя? Она снова изо всех сил попыталась дотянуться до кнопок. "Почти там... еще один дюйм..."

Но коврик снова прижал ее к поверхности и развел ее бедра еще шире.

– О, мой Бог! Нет! Остановись немедленно! – выкрикнула Лив, прекрасно понимая, что от ее криков не будет никакого толку.

Вдруг яркая вспышка света почти ослепила ее, и низкий мужской голос заорал:

– Что, черт возьми, здесь происходит?

– Помоги! – выдохнула Лив, пока её глаза приспосабливались к яркому свету. – Оно поймало меня и не отпускает!

К её облегчению, Брайд не тратил время на вопросы и тут же нажал на одну из кнопок на стене. Коврик тут же отпустил руки и ноги Лив, став абсолютно безжизненным под ней.

Задыхаясь от рыданий, Лив выбиралась из темного алькова и бросилась на широкую грудь Брайда. Он без слов поймал ее и прижал к себе, успокаивающе поглаживая ее вздрагивающее тело своими большими руками.

Лив не хотела плакать, но не смогла сдержаться. Страх и стресс от хождения в одиночестве по темной квартире, угроза от жуткого странного медведя с острыми зубами и приставания коврика-извращенца – этого всего было слишком много для нее. К ее смущению, горячие слезы текли из ее глаз непрерывно, как бы она не пыталась их остановить.

– Всё в порядке, Лилента, – утешительно прошептал Брайд ей в ухо. – Теперь всё в порядке. Ничто не причинит тебе боль, пока ты со мной.

Лив прижалась к нему, уткнувшись лицом в его мускулистое плечо. Позабыв о том, что злилась на него, она погрузилась в восхитительные ощущения, которые дарили его утешающие руки и твердая мускулистая грудь, к которой она прижималась своей обнаженной плотью. Его приятный пряный аромат обострил ее ощущения, и она могла думать только о том, что теперь была в безопасности, наконец-то в безопасности.

Какая-то часть ее знала, что Брайд защитит ее от любой опасности, закроет собой от любой угрозы, что она будет в порядке, пока он рядом. "Откуда ты это знаешь? – прошептал тихий голос в ее сознании. – Ты встретила его только сегодня".

Но это ведь было не совсем правдой, да? Она познакомилась с ним шесть месяцев назад во снах. Странных, пугающих снах, в которых она видела его прикованного к стене и тоскующего по ней. Видела его страстное желание прикоснуться к ней и обнимать как сейчас.

Часть ее сознания подозрительно задавалась вопросом, почему было так приятно позволять ему удерживать ее, почему она чувствовала себя в безопасности в его руках. Но Лив не хотелось думать об этом сейчас. Не хотелось сомневаться в этом теплом, утешающем чувстве, которое ее охватило от близости к нему. На данный момент она решила оставить все как есть.

– Все хорошо, Оливия, – тихо произнёс Брайд, когда ее слезы сменились редкими всхлипами. – Ты не хочешь объяснить мне, почему я пришел домой и нашел тебя в темноте привязанной к Тач-ю, установленному на самую высокую скорость, и почему мой лучший сок Огнецвета разлит по всему отсеку для приготовления пищи?

От его насмешливого тона Лив на мгновение замерла. Внезапно она вспомнила, что должна была злиться на него. И теперь, когда она более-менее успокоилась, то ощутила дискомфорт, осознав, что находилась к нему слишком близко. Или, может быть, слишком-слишком близко.

В её шёлковой ночнушке была огромная дырка, которую сделал коврик, и её обнажённая грудь была прижата к тёмно-синей рубашке Брайда. Отстранившись от него, Лив быстро соединила руками разорванные стороны ночнушки и со злостью взглянула на него.

– Во-первых, ты бросил меня в темноте, и здесь нет ни одного долбаного выключателя, в этой чёртовой квартире! Или каюте, как ты её называешь.

Брайд нахмурился.

– Выключатели? Для света?

– Настенные панели, чёрт побери! Нажимаешь на выключатель, и загорается свет. – Лив указала на идеально гладкую стену. – Где они? Как ты управляешь светом без них?

– Вот так. Выключить свет, – произнёс он авторитетным тоном.

Ванная тут же погрузилась в темноту, в которой был виден только слабый рассеянный свет, с помощью которого Лив ориентировалась, пока Брайд не вернулся.

– Включить свет, – сказал Брайд, и тёплое, золотистое освещение тут же рассеяло темноту. – Я настроил его и на твой голос, прежде чем заявить на тебя права, – сказал он Лив. – Попробуй.

Нахмурившись, Лив сделала, как он сказал.

– Выключить свет, – пробормотала она, и в комнате действительно тут же стало темно. – Включить свет, – и теплое золотое сияние вернулось.

– Видишь? – Брайд пожал плечами. – Вот и всё.

– Ну, мог бы и сказать мне. – Лив скрестила руки на груди, всё ещё хмурясь. – На Земле нам всё ещё приходится нажимать на выключатели, чтобы включить или погасить свет.

– Прости. – Он развёл руки в стороны. – Нужно было сказать тебе. Просто я слишком торопился, покидая апартаменты. – Он прочистил горло. – Но это всё ещё не объясняет, почему Тач-ю оказался включен на максимальную скорость.

– Это так ты называешь эту извращённую штуковину? – Вздрогнув, Лив с отвращением взглянула на чёрный массажный коврик. – Она фактически напала на меня!

Он нахмурился.

– Этого бы не случилось, если бы ты не включила самую высокую скорость массажа и не нажала на кнопку эротического режима. Даже я не рискнул бы использовать его, установив такие параметры.

– А откуда я знала, какие кнопки нажимать? Я была в темноте, помнишь? – вспылила Лив. – В любом случае, я вообще не забралась бы сюда, если бы за мной не гналось странное существо, похожее на плюшевого медведя.

Брайд сморщил лоб.

– Что за тобой гналось?

Лив разочарованно вздохнула. Видимо, Киндреды не были фанатами мягких игрушек.

– Это была маленькая пушистая синяя зверушка. Она напала на меня на кухне, ну, ты называешь это отсеком для приготовления пищи, – объяснила она, видя его замешательство. – Сначала я подумала, что это существо было милым, и хотела погладить его, но тут оно открыло пасть, а там оказались острые, длинные... О, Боже мой! Вот оно! – Она указала за спину Брайда, где внезапно появился ярко-синий медвежонок.

– Где?

Брайд мгновенно развернулся, закрывая ее собой от предполагаемой угрозы. Лив не могла не заметить, что для такого большого пришельца, он двигался с невероятной скоростью.

Затаив дыхание, она ждала нападения смертоносного плюшевого мишки, но ничего не произошло. А затем, к ее ужасу, Брайд рассмеялся. Его смех был глубоким и шёл, казалось, из глубины его груди. Возможно, он показался бы Лив приятным, если бы Брайд смеялся не над ней.

– Что? – Лив бросила на него злобный взгляд. – Не хочешь рассказать мне, что тут такого смешного?

– Прости, Оливия. Я просто... поверить не могу, что ты испугалась Бибо. – Он снова засмеялся.

– Бибо? Что такое Бибо? – потребовала она ответа, всё ещё держась как можно дальше от ярко-голубого медвежонка, который недоверчиво рассматривал её.

– Бибо – его имя. Он зиктер, животное с моей родной планеты, Рейджерона.

– Рейджерона? – Лив нахмурилась, когда при упоминании его планеты в её голове появились какие-то странные образы.

Брайд кивнул.

– Это планета, покрытая джунглями, и на ней обитают куда более жуткие создания, чем Бибо.

Он присел на корточки и почесал зверя под подбородком. Большие глаза медвежонка закрылись, и он издал нечто вроде хрюкающего мурлыканья, радуясь ласке.

– Планета, покрытая джунглями, – пробормотала Лив. – Только растительность там не зеленого, а синего цвета.

– Верно. – Брайд поднял взгляд, потрясённо взглянув на неё. – Откуда ты знаешь?

– Я видела это во сне. – Покраснев, Лив отвела взгляд. – В одном из снов, которыми мы обменивались. Я видела, как ты... забудь. – Она покачала головой. – Как бы то ни было, это объясняет его ярко-голубую шерсть. Хотя я всё ещё не понимаю, почему он попытался напасть на меня.

– Он пытался напасть на тебя? – Брайд пытался скрыть скептицизм в голосе, но ему это не слишком удалось.

– Он обнажил зубы!

Лив раздражённо вздохнула.

Конечно, теперь, когда его хозяин был дома, маленький медвежонок чуть ли не таял от его прикосновений. "Но во рту этого существа острейшие зубы", – напомнила себе Лив.

– Это он так здоровался. Он был рад встрече с тобой и хотел поприветствовать. – Брайд поднялся и стряхнул со своих больших рук синий мех. – Мне очень жаль, что он напугал тебя. Бибо не опасен, он просто любопытный.

– Любопытный настолько, что заставил меня бросить контейнер с молоком и убегать от него по коридору? – Лив приподняла бровь, не купившись на эту "Бибо-такой-хороший-мальчик" речь.

– Какой контейнер? – Брайд покачал головой. – Прости, я думал, что хорошо знаю твой язык, но иногда у меня проблемы со сленгом.

– Это не сленг, а жидкость, – объяснила Лив, когда Бибо поплёлся вдоль по коридору. Видимо, они с Брайдом больше не интересовали маленькое существо. – Её дают коровы. Я думала, что этот напиток на кухне, эээ, месте приготовления пищи, был молоком. По крайней мере, он был на него похож.

– О, так вот что случилось с моим соком Огнецвета. Между прочим, это сильнодействующий алкогольный напиток.

Лив вздохнула.

– Я, вроде как, испытала это на собственной шкуре. Но я уже сказала, что эта жидкость выглядела как молоко – самый безалкогольный напиток, какой только можно найти на Земле.

Брайд выглядел озадаченным.

– Но это молоко... ты сказала, его дают коровы? Разве это не большие жвачные животные с рогами?

Лив кивнула.

– Ага. Их держат фермеры – молочные фермеры. И они доят их, а... выжимают из них молоко каждый день, чтобы люди его пили.

Брайд скривил лицо.

– То есть вы пьёте жидкость, которую выжали из животного?

– Когда ты так говоришь, это звучит ужасно. – Лив нахмурилась. – Разве у Киндредов нет домашних животных?

– Есть, но я не стал бы пить то, что получится, если их выжать. В любом случае, что сжимают у коров, чтобы получить молоко? Рога?

– Ну... нет. – Лив вздохнула. – Кажется, сжимают вымя, которое у них между... задних ног.

– Между ног? Эта жидкость появляется у них между ног? – Покачав головой, Брайд снова разразился смехом. – Прости, я знаю, что некоторые традиции Киндредов могут казаться тебе необычными, но... это самое странное, что я когда-либо слышал.

Лив чувствовала, как у нее подергиваются уголки рта. Его глубокий, урчащий смех был заразительным, и все, что она пережила за последний час, казалось сейчас таким незначительным.

Она бродила по квартире в потемках, выпила крепкий алкогольный напиток, думая, что это молоко, и убегала от безобидного как игрушечный пудель зверька, с точки зрения Брайда, по крайней мере... Даже атака ковриком-извращенцем не казалась ей теперь чем-то страшным, когда она узнала, что нажала не на те кнопки. А теперь, когда Лив попыталась объяснить, откуда берется молоко... "Ну, со стороны это действительно звучит отвратительно, – признала она. – И все же..."

– Молоко полезно, – прочитала Лив нотацию, пытаясь не рассмеяться.

– Полезно, а? – Брайд ухмыльнулся. – Думаю, придётся поверить тебе на слово.

– Можешь не верить, но это так. – Лив положила руки на бедра, позабыв об огромной дыре на ночнушке. – Оно укрепляет кости, придает блеск волосам и... и... – Она попыталась вспомнить еще что-нибудь.

– И делает кожу гладкой и нежной?

Смех неожиданно пропал из голоса Брайда, жар вспыхнул в его глазах, послав горячие импульсы по всему ее телу.

– Ну... да. Думаю, это так. – Она пожала плечами.

– Тогда ты, должно быть, пьёшь много молока.

Он шагнул к ней и провел пальцем вниз по ее горлу и сверху по изгибу ее груди.

– С чего ты это... ох!

Посмотрев вниз, Лив поняла, что обнажена, ее груди были полностью видны сквозь дырку, которую проделал Тач-ю в ее черной кружевной сорочке. Ее соски затвердели от нежного прикосновения Брайда, а сердце бешено колотилось.

– Я думаю, что вполне понятно, с чего я это взял, – хрипло произнёс Брайд, окидывая ее еще одним горячим взглядом. – Потому что у тебя самая мягкая, гладкая кожа, какую я когда-либо видел, и я не могу дождаться, когда смогу поцеловать каждый её дюйм.

– Я... ты... – Лив схватила разорванные края ночнушки, пытаясь свести их и хоть как-то прикрыть свое тело, и шагнула назад. – Я уже говорила, что не... отдамся тебе.

– Посмотрим, – сказал Брайд тихим и низким голосом, все еще прожигая её взглядом. – Почему бы тебе не отдохнуть в другой комнате, пока я буду готовить вечернюю пищу? Я принес все ингредиенты для твоего любимого блюда.

– Ты... как ты узнал, какое у меня любимое блюдо? – спросила Лив, отступая еще на шаг назад. Ей было ненавистно это признавать, но она понимала, что если не скроется подальше от его горячего взгляда и большого мускулистого тела, то в конце концов окажется под ним на кровати.

Уголки чувственных полных губ Брайда слегка изогнулись вверх.

– Я знаю это, так же как и ты знаешь, что джунгли на моей родной планете голубые. Потому что я наблюдал за тобой в течение последних шести месяцев, пока мы обменивались снами.

– Я не... не могу думать об этом сейчас. – Лив покачала головой. – Увидимся за ужином. То есть, а... вечерним приёмом пищи. Ладно?

– Как хочешь, Лилента, – взгляд Брайда по прежнему обжигал, но было в нем что-то еще, кроме его очевидной жажды, что-то, что беспокоило Лив.

Когда она заглянула в эти янтарные глубины, она увидела... терпение. Этот огромный воин на самом деле был готов ждать столько времени, сколько потребуется, чтобы соблазнить ее. Вот этого действительно было страшно. Страшнее клыкастых синих медвежат и озабоченных массажных ковриков.

* * * * *

Брайд покачал головой, наблюдая за тем, как Оливия выбегает из комнаты. Он хотел предложить ей окунуться в купальный бассейн, но решил, что она может сделать это и после вечернего приёма пищи.

Может, тогда она расслабится в теплой воде и подпустит его поближе к себе. Он также хотел искупаться вместе с ней, но понимал, что сейчас этому не бывать. После своей бурной реакции на его поцелуй, Оливия была еще более осторожна. Он был абсолютно уверен, что она заставит его ждать до того времени, когда контракт, который она подписала, обяжет ее подпустить его ближе, и только тогда позволит ему дотронуться до себя.

"А будет это только через неделю", – напомнил он себе. Мысль о том, что он так долго не сможет ласкать ее красивое, пышное тело, делала его беспокойным и жаждущим. В тот момент, когда Оливия забыла о своей порванной сорочке, он в первый раз увидел ее обнаженную грудь.

Она была круглой, полной и с напряженными розовыми сосками, от одного взгляда на которые его член напрягся. Он хотел ее до боли... "Терпение", – строго напомнил себе Брайд. Его сводный брат доходчиво объяснил, почему Оливия отказывается соединиться с ним, и он будет дураком, если проигнорирует советы Сильвана. Тем не менее, он горел для Оливии. Жаждал прикоснуться к ней и вкусить аромат ее кожи. Жаждал потерять себя в ее тесных, горячих глубинах и услышать, как она выкрикивает его имя, пока кончает снова и снова...

"Прекрати мечтать о том, чего тебе, вероятно, придется ждать очень долгое время", – отчитал Брайд сам себя. Конечно, он ждал свою невесту шесть месяцев, так что подождать еще месяц – это так, сущий пустяк. Но теперь, когда она была в его апартаментах, когда он мог видеть ее, чувствовать ее сладкий, нежный, женственный аромат каждый раз, когда делал вдох, каждая секунда, что они не были вместе, казалась ему вечностью.

"Возьми себя в руки! Ты никогда не завоюешь Оливию, если будешь слишком сильно давить на неё. Ты пытался сегодня днем, и что из этого вышло? Ничего". Это была правда, и он понимал это, но все же было трудно сдерживать себя, когда каждая клеточка в его теле требовала, чтобы он взял Оливию и привязал к себе навсегда, чтобы не возникло ни одного чёртового шанса потерять ее.

Накануне вечером, когда он стоял возле ее дома и наблюдал за ней через окно, казалось, что все так просто – заявить на нее права, забрать на корабль и провести весь следующий месяц, занимаясь с ней любовью, привязывая ее к себе. На деле же все оказалось гораздо сложнее, чем он ожидал, и хотя он испытывал некоторое разочарование, Брайд был настроен более чем серьезно.

Оливия была его – она отдала ему душу в тот самый момент, как они начали обмениваться снами шесть месяцев назад. Ему просто понадобится больше времени, чем он думал сначала, чтобы убедить ее в этом.

"Да уж, похоже, мои яйца посинеют за это время". Это была не самая приятная мысль, но Брайд знал, что каждая унция терпения, каждая минута ожидания окупится сполна, когда Оливия наконец отдастся ему. Когда он глубоко войдет в ее тугое лоно и почувствует, как его брачный узел расширяется, заполняя её в первый раз, связывая их вместе навсегда, на всю жизнь.

Вздохнув, он пошел обратно к главному входу своей каюты, выходившему на оживленные коридоры станции Киндредов. Он бросил там большую коробку с вещами Оливии и пакет с человеческой едой, которую прикупил в специальном магазине на станции, когда услышал ее крик. Брайд надеялся, что в коробке не было ничего бьющегося, когда поднял её и, взяв пакт с едой, направился в сторону отсека для приготовления пищи.

Вытерев разлитый сок Огнецвета, он начал доставать из пакета человеческую еду. Она была упакована в прочные, но выглядящие ненадёжными контейнеры из материала, который люди звали пластмассой, а также в металлические цилиндры с разноцветными этикетками, на которых было изображено их содержимое. Ещё в пакете был какой-то красный соус в твёрдой прозрачной банке. Ничего из этого не казалось Брайду аппетитным, но Киндреды привыкли пробовать что-то новое.

Суть генетического обмена состояла в погружении в новую культуру, изучении традиций людей. Так как Скраджи поймали его спустя всего пару дней после того, как он был переведён на космическую станцию Киндредов, находящуюся на орбите Луны, ему нужно было многое наверстать.

Раньше они с Сильваном были на Транк Прайм, но теперь там нечего было делать: генетический обмен был завершён давным-давно, и Брайду вовсе не нравились холодные замкнутые люди, населявшие планету.

В случае Сильвана всё было по-другому, потому что его мать была родом с Транк. Она умерла, когда он был ещё ребёнком, и тогда их отец отправился на другую планету, с которой обменивались Киндреды, Рейджерон, и заявил права на мать Брайда, которая там жила. Когда она тоже умерла, став жертвой бессмысленной и жестокой племенной войны на планете, покрытой джунглями, их отец переселил свою семью на третью планету обмена – Твин Мунс.

Там он женился в последний раз на вдове с двумя сыновьями, которые были Твин-Киндредами.

Детство Брайда было наполнено тоской по матери, которую он едва помнил. Согласно словам отца, она была пылкой красавицей, которая никогда не сдавалась, и Брайду нравилось считать, что он унаследовал от неё эту решительность.

Так как их мачеха была занята воспитанием собственных сыновей, они с Сильваном обратились друг к другу за поддержкой и дружбой и стали намного ближе, чем, по мнению других, могли стать два таких разных воина. Они стали настолько близки, что, после трагедии, произошедшей с Сильваном на Транк Прайм, Брайд согласился присоединиться вместе со сводным братом к новому генетическому обмену.

В то время это казалось хорошей идеей. Скраджи окружили Землю, а Киндреды были готовы к новому обмену, однако Скраджи боролись намного решительнее, чем кто-либо ожидал. Среди Киндредов ходил слух, что им что-то было нужно на этой маленькой зелёно-голубой планете. Что-то помимо их обычного разрушения нового мира.

Говорили, что Скраджи верили в какое-то пророчество, которое должно было сбыться. Брайд слышал об этом во время тех долгих, наполненных тоской и болью месяцев, которые провёл на космической станции Скраджей, но тогда он был слишком рассеянным из-за собственного мучения и снов, которыми обменивался с Оливией, чтобы обращать на это внимание.

Теперь он пожалел, что не прислушивался к разговорам своих захватчиков на их уродливом шипящем языке. Высший совет Киндредов был созван, чтобы обсудить происходящее, и вскоре он должен будет предстать перед ним.

Обычно воина в период связывания освобождали от всего, чтобы он мог всё время проводить со своей невестой, но, как он сказал Оливии ранее, сейчас кругом была война. Конечно, он с большей радостью проводил бы с любимой женщиной каждую свободную минуту, но Брайд не мог игнорировать свой долг – ни один Киндред не мог.

С трудом прогнав мрачные мысли о войне и долге, он вернулся к приготовлению вечерней еды. Брайд был не против готовки – она была обязательным навыком Киндреда, который хотел связаться с невестой – но почему-то сейчас всё выглядело не совсем так, как нужно.

Брайд ничего не понимал. Он следовал инструкциям, которые ему дал продавец в отделе невест с Земли: сначала взял большой круглый дискообразный хлеб, называемый коржом, и сверху покрыл его красным соусом из стеклянной банки, затем он посыпал всё это каким-то тёртым белым продуктом из красочной пластиковой упаковки.

Наконец он добавил человеческие мясные продукты из металлических цилиндров, но готовое блюдо было не очень похоже на то, которое ела Оливия в одном из снов, которыми они обменивались. Оно выглядело просто ужасно – такое он не скормил бы даже Бибо. Не то чтобы придирчивый маленький зиктер ел что-нибудь кроме специальной еды, которую ему в готовом виде доставляли с Рейджерона.

Если вдуматься, то даже корм Бибо выглядел лучше, чем странное человеческое блюдо, которое Брайд пытался сделать. "Может, нужно просто приготовить его". Продавец сказал, что подавать его нужно горячим. Брайд аккуратно опустил широкий корж с начинкой на дно вейва.

Затем, взявшись за ручку над головой, он вытянул из стены длинный квадратный лист сверкающего металла, который был не толще листа бумаги – верхнюю часть вейва. Аккуратно разместив её прямо над круглым коржом, на котором лежали разноцветные ингредиенты, Брайд сделал шаг назад.

– Готовить до средней прожарки, – произнёс он тем же авторитетным тоном, которым включал свет. Лист металла тут же испустил десять тысяч розовато-красных микродисперсных лучей. Брайд удивлённо наблюдал за тем, как белый тёртый продукт на корже внезапно расплавился и начал медленно стекать по краям.

"Отвратительно! Люди серьёзно это едят?" Однако он знал из снов Оливии, что это было её любимым блюдом – одним из них, если быть точнее.

Также ей нравилось после обеда есть замороженные сладости, которые нужно было собирать в шарики с помощью специального столового прибора. А ещё Оливия любила маленькие кусочки морских животных, обёрнутые в белое липкое вещество, состоящее из многих крошечных зёрен, но Брайду это блюдо казалось слишком сложным.

Продавец заверил его, что любой мог приготовить блюдо, для которого Брайд купил ингредиенты, и поклялся, что его почти нельзя было испортить. Но смотря на капающую с краёв коржа слизь и неаппетитные продукты, лежавшие на нём, Брайд был почти уверен, что всё это было одной большой ошибкой.

Он хотел быть романтичным и произвести впечатление на свою невесту, готовя её любимые блюда во время первой недели их периода предъявления прав, но, возможно, ему стоило просто сводить её в закусочную.

Брайд знал, что на станции было несколько закусочных, в которых готовили различную земную еду. Другие специализировались на кухне с других трёх планет, с которыми обменивались Киндреды. Может, нужно было отвести Оливию в одну из них...

– Ну, как я понимаю, ужин готов.

Голос Оливии прервал его глубокие размышления. Обернувшись, Брайд увидел, что его невеста теперь выглядела более невозмутимой, но (к сожалению) менее обнажённой.

На ней была тёмно-бардовая рубашка, которую он снял ранее, и на этот раз она застегнула её. Рукава были очень длинными для Оливии, а подол доставал ей почти до коленей. Она стояла, скрестив руки на своей пышной груди, с интересом наблюдая за ним.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю